ГРАЖДАНСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
ЗАКОНЫ КОММЕНТАРИИ СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА
Гражданский кодекс часть 1
Гражданский кодекс часть 2

Решение № А40-26956/16-76-227 от 19.10.2017 АС города Москвы

АРБИТРАЖНЫЙ СУД г. МОСКВЫ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Москва                                                                                           Дело № А40-26956/16-76-227

26 октября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 октября 2017 года

Полный текст решения изготовлен 26 октября 2017 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  Н.П. Чебурашкиной

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.Г. Антиповой

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО "Русинжиниринг"

к ОАО "ВЭБ-лизинг"

о взыскании неосновательного обогащения в размере 1788565 руб. 21 коп.

при участии

от истца: ФИО1 дов от 10.01.2017, ФИО2 дов от 10.01.2017

от ответчика: ФИО3 дов от 20.10.2016

УСТАНОВИЛ:

ООО "Русинжиниринг" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением с учетом последующего уменьшения о взыскании с ОАО "ВЭБ-лизинг" неосновательного обогащения в размере 1788565 руб. 21 коп.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.10.2016 отказано ООО "Русинжиниринг" в удовлетворении предъявленных требований о взыскании с ОАО "ВЭБ-лизинг" 1788565 руб. 21 коп. неосновательного обогащения.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2017 решение Арбитражного суда г. Москвы от 21.10.2016 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.06.2017 решение Арбитражного суда г. Москвы от 21.10.2016 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение со ссылкой на то, что не дана оценка расчету сальдо встречных обязательств по договорам лизинга, произведенного ответчиком.

Дело рассматривается в порядке п. 15 ст. 289 АПК РФ, согласно которому в постановлении арбитражного суда кассационной инстанции должны быть указаны действия, которые должны быть выполнены лицами, участвующими в деле, и арбитражным судом первой или апелляционной инстанции, если дело передается на новое рассмотрение. Указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления суда первой, апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Ответчик предъявленные требования признал в части суммы неосновательного обогащения в размере 537482 руб. 16 коп., в остальной части предъявленные требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Русинжиниринг» (лизингополучатель) и ОАО «ВЭБ-Лизинг» (лизингодатель) заключены договоры лизинга № Р12-11646-ДЛ от 18.07.2012, № Р12-15012-ДЛ от 31.08.2012, № Р13-00594-ДЛ от 22.01.2013, № Р13-00863-ДЛ от 25.01.2013, № Р13-01263-ДЛ от 31.01.2013, в соответствии с которыми ООО «Русинжиниринг» обязалось выплачивать лизинговые платежи, а также выкупные платежи предметов лизинга.

В нарушение условий договоров лизинга, ООО «Русинжиниринг» допустило просрочку по уплате лизинговых платежей, в связи с чем, ОАО «ВЭБ-лизинг» направило в адрес ООО «Русинжиниринг» уведомления об одностороннем отказе от исполнения договоров лизинга.

После получения уведомлений об одностороннем отказе от исполнения договоров, ООО «Русинжиниринг» передало ОАО «ВЭБ-Лизинг» все транспортные средства по актам приема-передачи от 31.01.2014 и 28.02.2014.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Расторжение договора выкупного лизинга, в т.ч. по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Согласно представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств по договорам лизинга на стороне лизингодателя возникло неосновательное обогащение в размере 1788565 руб. 21 коп.

Данный расчет сальдо встречных обязательств арифметически ошибочен и не соответствует методике, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», поскольку истцом неверно указан срок финансирования и плата за него, стоимость возвращенных предметов лизинга, не в полном объеме учтены убытки лизингодателя и иные, предусмотренные законом или договором, санкции (понесенные расходы на хранение и страхование предметов лизинга).

Из представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р12-11646-ДЛ следует, что сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа составляет 1751516,76 руб., авансовый платеж по договору лизинга (с НДС) составляет 458100 руб.

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) без учета авансового платежа - 1293416,76 руб.

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи № Р12-11646-ДКП составляет 1527000 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 32302,65 руб., в т.ч. 9202,65 руб. - пени, 23100 руб. - возмещение затрат на хранение.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, составляет 1068900 руб.

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль лизингодателя по договору) составляет 224516,76 руб.

Срок договора лизинга 712 дней (с 18.07.2012 по 30.06.2014).

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты реализации изъятого предмета лизинга - составляет 790 дней (с 18.07.2012 г. по 16.09.2014г.).

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, составляет 249112,7 руб.

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа), 871463,7 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 850000 руб., что подтверждается п. 2.1 договора купли-продажи автомобиля № Р12-11646-БУот 16.09.2014г.

Финансовый результат сделки, заключенного между ООО «Русинжиниринг» и ОАО «ВЭБ-лизинг» договора лизинга №Р12-11646-ДЛ, составляет 371148,35 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Истцом в расчете сальдо встречных обязательств по данному договору не учтены убытки лизингодателя, неверно определен фактический срок финансирования, плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, а также стоимость возвращенного предмета лизинга.

В силу ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Согласно п.3.6. указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

К реальному ущербу лизингодателя относятся затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

С даты изъятия предмета лизинга 03 февраля 2014г. до даты реализации 16 сентября 2014 г. предмет лизинга находился на хранении, что подтверждается договором хранения №7 от 01.06.2012 г., №Д14-1ТН-ДХ от 15.08.2014 г., счетами №205 от 05.05.2014г., №397 от 14.08.2014, №503 от 31.10.2014 г. на общую сумму 23100 руб.

Согласно п. 3.2 Постановления, включению в расчет при определении сальдо взаимных обязательств подлежат санкции, предусмотренные договором, к которым в соответствии с п.2.3.4 Общих условий договора лизинга относятся пени на общую сумму 9202,65 руб.

Указанный расчет пени истцом в установленном порядке не оспорен. Доказательств надлежащего исполнения обязательств по настоящему договору лизинга истцом не представлено.

Истец указывает срок фактического пользования финансированием до 31.01.2014г.

При этом, согласно п.3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Таким образом, фактический срок финансирования рассчитывается с 18.07.2012 (дата заключения договора лизинга) по 16.09.2014 (дата реализации предмета лизинга по договору купли-продажи № Р12-11646-БУ) и составляет 790 дней.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ N 17 от 14.03.2014 г. стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

АО «ВЭБ-лизинг» реализовало изъятый по договору лизинга № Р12-11646-ДЛ предмет лизинга по договору купли-продажи № Р12-11646-БУ за 850000 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении от 06.09.2016 г. Арбитражного суда Московского округа по делу №А40-229339/15, поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. Дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Аналогичные выводы содержатся в постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-174271/2015 от 04.08.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-63215/2015 от 17.06.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-112144/2015 от 03.06.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-118431/2015 от 24.05.2016 г., определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС15-12353 от 16 10.2015 года.

Таким образом, расчет финансирования лизингополучателя лизингодателем осуществляется только по дату фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. возврат финансирования определяется датой продажи возвращенного предмета лизинга.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением истцом (лизингополучателем) своих обязательств, он не может извлекать выгоду при определении сальдо.

Истцом не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что при продаже предмета лизинга по цене, указанной в договоре купли-продажи, АО «ВЭБ-лизинг» действовало недобросовестно или неразумно, что привело к продаже предмета лизинга по заниженной цене.

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга, отраженного в заключении, как отражающий реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.

Приоритетное значение стоимости предметов лизинга имеет договор купли-продажи, а не мнения специалиста, который указывает лишь на возможность реализации объекта по указанной в заключении цене, но не гарантирует этого, подтверждается правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС16-7931 от 28.06.2016 г., постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2017 по делу А40-15132/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.01.2017 г. по делу № А40-15785/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2016 по делу А40-7463/2016, Определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 № 308-ЭС17-5788(3), в силу которых сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя следует определять с учетом времени, прошедшего со дня возврата объектов лизинга до даты их реализации, а стоимость возвращенных предметов лизинга определяется в соответствии с ценой, по которой они проданы после расторжения договора.

Оценка, представленная истцом не является допустимым доказательством по делу, поскольку дата проведения оценки - 31.01.2014 г., дата расторжения договора лизинга - 03.02.2014 г., дата изъятия предмета лизинга - 03.02.2014 г.

Техническое состояние объекта оценки определено как не требующее ремонта или замены каких-либо частей.

При этом, в акте изъятия предмета лизинга от 03.02.2014г. в разделе замечания к состоянию предмета лизинга указано, что имеются царапины лако-красочного покрытия, повреждения правого зеркала.

Кроме того, любые отчеты о рыночной стоимости содержат мнения оценщиков о стоимости объектов оценки, оценщик не гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене.

Оценщиком не проведен анализ внешних (социально-экономических) факторов, влияющих на стоимость объекта оценки, не проведен анализ рынка легковых автомобилей за 2014г., не указаны ценообразующие факторы.

При использовании сравнительного подхода не обоснован выбор аналогов транспортных средств, не указаны даты публикации аналогов для сравнения.

Оценщиком для сравнения цен на аналогичные транспортные средства использованы аналоги, выставленные на продажу в 2016г., при этом, изъятие предметов лизинга происходило в 2014г.

В качестве аналогов выбраны автомобили 2015 г.в., а объект оценки изготовлен в 2012г., отсутствует необходимая при применении сравнительного подхода корректировка на торг.

При использовании затратного подхода оценщиком использована стоимость предмета лизинга без учета НДС, в связи с чем, арифметически неверно определена стоимость объекта оценки в рамках данного подхода!

Таким образом, отчет лизингополучателя не является надлежащим доказательством для подтверждения рыночной стоимости возвращенных лизингодателю транспортных средств по договору № Р12-11646-ДЛ.

Согласно сведениям с сайта avto.ru стоимость автомобиля Тойота Камри в феврале 2014г. составляла 983800 руб., в сентябре 2014г. - 977300 руб. Данная стоимость характерна для автомобилей, не требующих ремонта.

В данном случае транспортное средство имело механические повреждения кузова. С учетом корректировки на торг стоимость настоящего предмета лизинга отличается от статистики сайта на 13%, что является допустимым.

При таких обстоятельствах, стоимость, указанная в отчете оценщика, является искусственно завышенной и не отражает ситуации на рынке автотранспортных средств на 2014г.

Тот факт, что привлеченный лизингополучателем оценщик определил стоимость изъятого предмета лизинга с учетом износа в размере 1077340 руб. не свидетельствует о том, что продажа предмета лизинга по цене 850000 руб. вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся на нем спросом.

В п. 11 постановления от 24 марта 2016 года №7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств по договору, он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортные средства.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договору №Р12-11646-ДЛ в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга подлежит учету стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи №Р12-11646-БУ от 16.09.2014 г. в размере 850000 руб.

Финансовый результат сделки, заключенный между сторонами договора лизинга №Р12-11646-ДЛ от 18.07.2013г. в соответствии с методикой, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014г. №17, составляет 371148,35 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Из представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р12-15012-ДЛ следует, что сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа составляет 2494614,24 руб., авансовый платеж по договору лизинга (с НДС) составляет 650503 руб. 80 коп.

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) без учета авансового платежа - 1844110,44 руб.

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи № Р12-15012-ДКП составляет 2168346 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 133397,66 руб., в т.ч. 7306,28 руб. - пени, 17400 руб. - возмещение затрат на хранение, 108691,38 руб. - возмещение затрат на страхование.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, составляет 1517842,2 руб.

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль лизингодателя по договору) составляет 326268,24 руб.

Срок договора лизинга 699 дней (с 31.08.2012 по 31.07.2014).

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты реализации изъятого предмета лизинга - составляет 831 день (с 31.08.2012 по 10.12.2014).

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, составляет 387881,13 руб.

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа), 1159726,26 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 1200000 руб., что подтверждается п. 2.1 договора купли-продажи автомобиля № Р12-15012-БУот 10.12.2014.

Финансовый результат сделки, заключенного между ООО «Русинжиниринг» и ОАО «ВЭБ-лизинг» договора лизинга №Р12-15012-ДЛ, составляет 320605,27 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Истцом в расчете сальдо встречных обязательств по данному договору не учтены убытки лизингодателя, неверно определен фактический срок финансирования, плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, а также стоимость возвращенного предмета лизинга.

В силу ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Согласно п.3.6. указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

К реальному ущербу лизингодателя относятся затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

С даты изъятия предмета лизинга 28.02.2014 до даты реализации 10.12.2014 предмет лизинга находился на хранении, что подтверждается договором хранения №1 от 01.07.2013 и счетами № 59 от 26.03.2014, № 82 от 24.04.2014, № 107 от 28.05.2014, на общую сумму 17400 руб.

Согласно п. 3.2 Постановления, включению в расчет при определении сальдо взаимных обязательств подлежат санкции, предусмотренные договором, к которым в соответствии с п.2.3.4 Общих условий договора лизинга относятся пени на общую сумму 7306,28 руб.

Указанный расчет пени истцом в установленном порядке не оспорен. Доказательств надлежащего исполнения обязательств по настоящему договору лизинга истцом не представлено.

Истец указывает срок фактического пользования финансированием до 28.02.2014г.

При этом, согласно п.3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Таким образом, фактический срок финансирования рассчитывается с 31.08.2012 (дата заключения договора лизинга) по 10.12.2014 (дата реализации предмета лизинга по договору купли-продажи № Р12-15012-БУ) и составляет 831 день.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ N 17 от 14.03.2014 г. стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

АО «ВЭБ-лизинг» реализовало изъятый по договору лизинга № Р12-15012-ДЛ предмет лизинга по договору купли-продажи № Р12-15012-БУ за 1200000 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении от 06.09.2016 г. Арбитражного суда Московского округа по делу №А40-229339/15, поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. Дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Аналогичные выводы содержатся в постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-174271/2015 от 04.08.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-63215/2015 от 17.06.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-112144/2015 от 03.06.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-118431/2015 от 24.05.2016 г., определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС15-12353 от 16 10.2015 года.

Таким образом, расчет финансирования лизингополучателя лизингодателем осуществляется только по дату фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. возврат финансирования определяется датой продажи возвращенного предмета лизинга.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением истцом (лизингополучателем) своих обязательств, он не может извлекать выгоду при определении сальдо.

Истцом не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что при продаже предмета лизинга по цене, указанной в договоре купли-продажи, АО «ВЭБ-лизинг» действовало недобросовестно или неразумно, что привело к продаже предмета лизинга по заниженной цене.

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга, отраженного в заключении, как отражающий реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.

Приоритетное значение стоимости предметов лизинга имеет договор купли-продажи, а не мнения специалиста, который указывает лишь на возможность реализации объекта по указанной в заключении цене, но не гарантирует этого, подтверждается правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС16-7931 от 28.06.2016 г., постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2017 по делу А40-15132/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.01.2017 г. по делу № А40-15785/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2016 по делу А40-7463/2016, Определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 № 308-ЭС17-5788(3), в силу которых сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя следует определять с учетом времени, прошедшего со дня возврата объектов лизинга до даты их реализации, а стоимость возвращенных предметов лизинга определяется в соответствии с ценой, по которой они проданы после расторжения договора.

Оценка, представленная истцом не является допустимым доказательством по делу, поскольку дата проведения оценки - 31.01.2014 г., дата расторжения договора лизинга - 03.02.2014 г., дата изъятия предмета лизинга - 03.02.2014 г.

Кроме того, любые отчеты о рыночной стоимости содержат мнения оценщиков о стоимости объектов оценки, оценщик не гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене.

Оценщиком не проведен анализ внешних (социально-экономических) факторов, влияющих на стоимость объекта оценки, не проведен анализ рынка легковых автомобилей за 2014г., не указаны ценообразующие факторы.

При использовании сравнительного подхода не обоснован выбор аналогов транспортных средств, не указаны даты публикации аналогов для сравнения.

Оценщиком для сравнения цен на аналогичные транспортные средства использованы аналоги, выставленные на продажу в 2016г., при этом, изъятие предметов лизинга происходило в 2014г.

В качестве аналогов выбраны автомобили 2014 г.в., а объект оценки изготовлен в 2012г.

Оценщиком использовано всего 4 аналога, при этом, в соответствии с Методическими рекомендациями «Исследование автотранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки. Методические рекомендации для судебных экспертов», утвержденными Минюстом РФ, количество аналогов при сравнительном методе исследования должно быть более 5.

Кроме того, отсутствует необходимая при применении сравнительного подхода корректировка на торг.

При использовании затратного подхода оценщиком использована стоимость предмета лизинга без учета НДС, в связи с чем, арифметически неверно определена стоимость объекта оценки в рамках данного подхода!

Таким образом, отчет лизингополучателя не является надлежащим доказательством для подтверждения рыночной стоимости возвращенных лизингодателю транспортных средств по договору № Р12-15012-ДЛ.

Тот факт, что привлеченный лизингополучателем оценщик определил стоимость изъятого предмета лизинга с учетом износа в размере 1586360 руб. не свидетельствует о том, что продажа предмета лизинга по цене 1200000 руб. вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся на нем спросом.

В п. 11 постановления от 24 марта 2016 года №7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств по договору, он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортные средства.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договору №Р12-15012-ДЛ в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга подлежит учету стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи №Р12-15012-БУ от 10.12.2014 г. в размере 1200000 руб.

Финансовый результат сделки, заключенного между сторонами договора лизинга №Р12-15012-ДЛ от 31.08.2012 г. в соответствии с методикой, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014г. №17, составляет 320605,27 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Из представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р13-00594-ДЛ следует, что финансовый результат сделки, заключенного между ООО «Русинжиниринг» и ОАО «ВЭБ-лизинг» договора лизинга №Р13-00594-ДЛ, составляет 6078 руб. 85 коп. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Истцом в расчете сальдо встречных обязательств по данному договору не учтены убытки лизингодателя, неверно определен фактический срок финансирования, плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, а также стоимость возвращенного предмета лизинга.

В силу ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Согласно п.3.6. указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

К реальному ущербу лизингодателя относятся затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

С даты изъятия предмета лизинга 28.02.2014 до даты реализации 10.12.2014 предмет лизинга находился на хранении, что подтверждается договором хранения № 7 от 01.06.2012 г. и счетом №205 от 05.05.2014г. на общую сумму 6710 руб.

Согласно п. 3.2 Постановления, включению в расчет при определении сальдо взаимных обязательств подлежат санкции, предусмотренные договором, к которым в соответствии с п.2.3.4 Общих условий договора лизинга относятся пени на общую сумму 15.021,94 руб.

Кроме реальных затрат и предусмотренных законом санкций, у лизингодателя в связи с расторжением настоящего договора возникли убытки в виде упущенной выгоды, а именно неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с приведенным расчетом, за два года, в течение которого должен был действовать договор лизинга, ОАО «ВЭБ-лизинг» должно было получить плату за предоставленное лизингополучателю финансирование в размере 265593,49 руб.

При этом, фактически, в связи с досрочным расторжением договора лизинга по вине лизингополучателя, исходя из фактического срока предоставленного финансирования плата за финансирование составила 173642,67 руб.

Таким образом, упущенная выгода лизингодателя в виде недополученной платы за финансирование в связи с расторжением договора лизинга составляет 91950,82 руб.

Данный расчет соответствует сложившейся судебной практике: постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.12.2015 г. по делу №А40-19911/2015, постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.10.2015г. по делу №А40-217330/14, постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.08.2015 г. по делу №А40-149643/14, постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.08.2015 г. по делу №А40-126896/12, постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.10.2014 г. по делу № А40-114363/2013.

Истец указывает срок фактического пользования финансированием до 31.01.2014г.

При этом, согласно п.3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Таким образом, фактический срок финансирования рассчитывается с 22.01.2013 (дата заключения договора лизинга) по 24.04.2014 (дата реализации предмета лизинга по договору купли-продажи № Р13-00594-БУ) и составляет 457 дней.

В соответствии с п.4 Постановления №17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или порчи предмета лизинга, исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Оценка, представленная истцом не является допустимым доказательством по делу, поскольку любые отчеты о рыночной стоимости содержат мнения оценщиков о стоимости объектов оценки, оценщик не гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене.

Оценщиком не проведен анализ внешних (социально-экономических) факторов, влияющих на стоимость объекта оценки, не проведен анализ рынка легковых автомобилей за 2014г., не указаны ценообразующие факторы.

При использовании сравнительного подхода не обоснован выбор аналогов транспортных средств, не указаны даты публикации аналогов для сравнения, отсутствует необходимая при применении сравнительного подхода корректировка на торг.

При использовании затратного подхода оценщиком использована стоимость предмета лизинга без учета НДС, в связи с чем, арифметически неверно определена стоимость объекта оценки в рамках данного подхода.

Таким образом, отчет лизингополучателя не является надлежащим доказательством для подтверждения рыночной стоимости возвращенных лизингодателю транспортных средств по договору № Р13-00594-ДЛ.

В п. 11 постановления от 24 марта 2016 года №7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договоры расторгнуты в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств по договорам, он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортные средства.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договору №Р13-00594-ДЛ в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга подлежит учету стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи №Р13-00594-БУ от 24.04.2014 г. в размере 940000 руб.

Финансовый результат сделки, заключенного между сторонами договора лизинга №Р13-00594-ДЛ от 22.01.2013 г. согласно правилам расчета сальдо встречных обязательств Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014г. №17 составляет 6078,85 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Из представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р1-00863-ДЛ следует, что сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа составляет 913994,56 руб., авансовый платеж по договору лизинга (с НДС) составляет 140394,24 руб.

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) без учета авансового платежа - 773600,32 руб.

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи № Р13-00863-ДКП составляет 779968 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 63249,23 руб., в т.ч. 7142,82 руб. - пени, 9130 руб. - возмещение затрат на хранение, 46976,41 руб. - упущенная выгода.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, составляет 639573,76 руб.

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль лизингодателя по договору) составляет 134026,56 руб.

Срок договора лизинга 699 дней (с 25.01.2013 по 25.12.2014).

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты реализации изъятого предмета лизинга - составляет 454 дня (с 25.01.2013 по 24.04.2014).

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, составляет 87050,15 руб.

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа), 313282,08 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 510000 руб., что подтверждается п. 2.1 договора купли-продажи автомобиля № Р13-00863-БУ от 24.04.2014.

Финансовый результат сделки, заключенного между ООО «Русинжиниринг» и ОАО «ВЭБ-лизинг» договора лизинга №Р13-00863-ДЛ, составляет 33408,94 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Истцом в расчете сальдо встречных обязательств по данному договору не учтены убытки лизингодателя, неверно определен фактический срок финансирования, плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, а также стоимость возвращенного предмета лизинга.

В силу ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Согласно п.3.6. указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

К реальному ущербу лизингодателя относятся затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

С даты изъятия предмета лизинга 28.02.2014 до даты реализации 10.12.2014 предмет лизинга находился на хранении, что подтверждается договором хранения №7 от 01.06.2012 г., №Д14-1ТН-ДХ от 15.08.2014 г., счетами №205 от 05.05.2014г., №397 от 14.08.2014 на общую сумму 9130 руб.

Согласно п. 3.2 Постановления, включению в расчет при определении сальдо взаимных обязательств подлежат санкции, предусмотренные договором, к которым в соответствии с п.2.3.4 Общих условий договора лизинга относятся пени на общую сумму 7142,82 руб.

Кроме реальных затрат и предусмотренных законом санкций, у лизингодателя в связи с расторжением настоящего договора возникли убытки в виде упущенной выгоды, а именно неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с приведенным расчетом, за два года, в течение которого должен был действовать договор лизинга, ОАО «ВЭБ-лизинг» должно было получить плату за предоставленное лизингополучателю финансирование в размере 134026,56 руб.

При этом, фактически, в связи с досрочным расторжением договора лизинга по вине лизингополучателя, исходя из фактического срока предоставленного финансирования плата за финансирование составила 87050,15 руб.

Таким образом, упущенная выгода лизингодателя в виде недополученной платы за финансирование в связи с расторжением договора лизинга составляет 63249,23 руб.

Данный расчет соответствует сложившейся судебной практике: постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.12.2015 г. по делу №А40-19911/2015, постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.10.2015г. по делу №А40-217330/14, постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.08.2015 г. по делу №А40-149643/14, постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.08.2015 г. по делу №А40-126896/12, постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.10.2014 г. по делу № А40-114363/2013.

Истец указывает срок фактического пользования финансированием до 31.01.2014г.

При этом, согласно п.3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Таким образом, фактический срок финансирования рассчитывается с 25.01.2013 (дата заключения договора лизинга) по 24.04.2014 (дата реализации предмета лизинга по договору купли-продажи № Р13-00863-БУ) и составляет 454 дня.

В соответствии с п.4 Постановления №17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или порчи предмета лизинга, исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Оценка, представленная истцом не является допустимым доказательством по делу, поскольку любые отчеты о рыночной стоимости содержат мнения оценщиков о стоимости объектов оценки, оценщик не гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене.

Оценщиком не проведен анализ внешних (социально-экономических) факторов, влияющих на стоимость объекта оценки, не проведен анализ рынка легковых автомобилей за 2014г., не указаны ценообразующие факторы.

При использовании сравнительного подхода не обоснован выбор аналогов транспортных средств, не указаны даты публикации аналогов для сравнения.

При использовании затратного подхода оценщиком использована стоимость предмета лизинга без учета НДС, в связи с чем, арифметически неверно определена стоимость объекта оценки в рамках данного подхода.

Таким образом, отчет лизингополучателя не является надлежащим доказательством для подтверждения рыночной стоимости возвращенных лизингодателю транспортных средств по договору № Р13-00863-ДЛ.

В п. 11 постановления от 24 марта 2016 года №7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договоры расторгнуты в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств по договорам, он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортные средства.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договору №Р13-00863-ДЛ в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга подлежит учету стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи №Р13-00863-БУ от 24.04.2014 г. в размере 510000 руб.

Финансовый результат сделки, заключенного между сторонами договора лизинга №Р13-00863-ДЛ от 25.01.2013 г. согласно правилам расчета сальдо встречных обязательств Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014г. №17 составляет 33408,94 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Из представленного ответчиком расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга № Р13-01263-ДЛ следует, что сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа составляет 797630,62 руб., авансовый платеж по договору лизинга (с НДС) составляет 121849,97 руб.

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) без учета авансового платежа - 675780,65 руб.

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи № Р13-01263-ДКП составляет 676944,32 руб.

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, составляют 46930,65 руб., в т.ч. 16530,65 руб. - пени, 30400 руб. - возмещение затрат на хранение.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, составляет 555094,35 руб.

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль лизингодателя по договору) составляет 120686,3 руб.

Срок договора лизинга 712 дней (с 31.01.2013 по 13.01.2015).

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты реализации изъятого предмета лизинга - составляет 944 дней (с 31.01.2013 г. по 02.09.2015 г.).

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, составляет 160011,05 руб.

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа), 243276,8 руб.

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 325000 руб., что подтверждается п. 2.1 договора купли-продажи автомобиля № Р13-012363-БУот 02.09.2015.

Финансовый результат сделки, заключенного между ООО «Русинжиниринг» и ОАО «ВЭБ-лизинг» договора лизинга №Р13-012363-ДЛ, составляет убыток для ОАО "ВЭБ-лизинг" в размере 193759 руб. 25 коп.

Истцом в расчете сальдо встречных обязательств по данному договору не учтены убытки лизингодателя, неверно определен фактический срок финансирования, плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, а также стоимость возвращенного предмета лизинга.

В силу ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3.1. Постановления Пленума ВАС РФ, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Согласно п.3.6. указанного постановления, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

К реальному ущербу лизингодателя относятся затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

С даты изъятия предмета лизинга 28.02.2014 до даты реализации 10.12.2014 предмет лизинга находился на хранении, что подтверждается договором хранения №1 от 01.07.2013 г., счетами №129 от 30.06.2014, № 59 от 26.03.2014, № 155 от 30.07.2014, № 62 от 24.04.2014, № 211 от 01.10.2014 на общую сумму 30400 руб.

Согласно п. 3.2 Постановления, включению в расчет при определении сальдо взаимных обязательств подлежат санкции, предусмотренные договором, к которым в соответствии с п.2.3.4 Общих условий договора лизинга относятся пени на общую сумму 16530 руб.

Указанный расчет пени истцом в установленном порядке не оспорен. Доказательств надлежащего исполнения обязательств по настоящему договору лизинга истцом не представлено.

Истец указывает срок фактического пользования финансированием до 31.01.2014г.

При этом, согласно п.3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Таким образом, фактический срок финансирования рассчитывается с 31.01.2013 (дата заключения договора лизинга) по 02.09.2015 (дата реализации предмета лизинга по договору купли-продажи № Р13-01263-БУ) и составляет 944 дня.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ N 17 от 14.03.2014 г. стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

АО «ВЭБ-лизинг» реализовало изъятый по договору лизинга № Р13-01263-ДЛ предмет лизинга по договору купли-продажи № Р13-01263-БУ за 325000 руб.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении от 06.09.2016 г. Арбитражного суда Московского округа по делу №А40-229339/15, поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. Дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Аналогичные выводы содержатся в постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-174271/2015 от 04.08.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-63215/2015 от 17.06.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-112144/2015 от 03.06.2016 г., постановлении Арбитражного суда Московского округа по делу № А40-118431/2015 от 24.05.2016 г., определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС15-12353 от 16 10.2015 года.

Таким образом, расчет финансирования лизингополучателя лизингодателем осуществляется только по дату фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, т.е. возврат финансирования определяется датой продажи возвращенного предмета лизинга.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением истцом (лизингополучателем) своих обязательств, он не может извлекать выгоду при определении сальдо.

Истцом не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что при продаже предмета лизинга по цене, указанной в договоре купли-продажи, АО «ВЭБ-лизинг» действовало недобросовестно или неразумно, что привело к продаже предмета лизинга по заниженной цене.

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга, отраженного в заключении, как отражающий реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.

Приоритетное значение стоимости предметов лизинга имеет договор купли-продажи, а не мнения специалиста, который указывает лишь на возможность реализации объекта по указанной в заключении цене, но не гарантирует этого, подтверждается правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС16-7931 от 28.06.2016 г., постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2017 по делу А40-15132/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.01.2017 г. по делу № А40-15785/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2016 по делу А40-7463/2016, Определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 № 308-ЭС17-5788(3), в силу которых сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя следует определять с учетом времени, прошедшего со дня возврата объектов лизинга до даты их реализации, а стоимость возвращенных предметов лизинга определяется в соответствии с ценой, по которой они проданы после расторжения договора.

Оценка, представленная истцом не является допустимым доказательством по делу, поскольку дата проведения оценки - 31.01.2014 г., дата расторжения договора лизинга - 03.02.2014 г., дата изъятия предмета лизинга - 03.02.2014 г.

Любые отчеты о рыночной стоимости содержат мнения оценщиков о стоимости объектов оценки, оценщик не гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене.

Оценщиком не проведен анализ внешних (социально-экономических) факторов, влияющих на стоимость объекта оценки, не проведен анализ рынка легковых автомобилей за 2014г., не указаны ценообразующие факторы.

При использовании сравнительного подхода не обоснован выбор аналогов транспортных средств, не указаны даты публикации аналогов для сравнения.

Оценщиком для сравнения цен на аналогичные транспортные средства использованы аналоги, выставленные на продажу в 2016г., при этом, изъятие предметов лизинга происходило в 2014г.

В качестве аналогов выбраны автомобили 2015 г.в., а объект оценки изготовлен в 2013г., отсутствует необходимая при применении сравнительного подхода корректировка на торг.

При использовании затратного подхода оценщиком использована стоимость предмета лизинга без учета НДС, в связи с чем, арифметически неверно определена стоимость объекта оценки в рамках данного подхода.

Таким образом, отчет лизингополучателя не является надлежащим доказательством для подтверждения рыночной стоимости возвращенных лизингодателю транспортных средств по договору № Р13-01263-ДЛ.

Тот факт, что привлеченный лизингополучателем оценщик определил стоимость изъятого предмета лизинга с учетом износа в размере 496420 руб. не свидетельствует о том, что продажа предмета лизинга по цене 325000 руб. вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся на нем спросом.

В п. 11 постановления от 24 марта 2016 года №7 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договоры расторгнуты в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем обязательств по договорам, он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортные средства.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договору №Р13-01263-ДЛ в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга подлежит учету стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи №Р13-1263-БУ от 02.09.2015 г. в размере 325000 руб.

Финансовый результат сделки, заключенного между сторонами договора лизинга №Р13-01263-ДЛ от 31.01.2013 г. согласно правилам расчета сальдо встречных обязательств Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014г. №17 составляет убыток для ОАО "ВЭБ-лизинг" в размере 193759 руб. 25 коп.

При таких обстоятельствах, финансовый результат сделок - договоров лизинга № Р12-11646-ДЛ от 18.07.2012, № Р12-15012-ДЛ от 31.08.2012, № Р13-00594-ДЛ от 22.01.2013, № Р13-00863-ДЛ от 25.01.2013, № Р13-01263-ДЛ от 31.01.2013 согласно правилам расчета сальдо встречных обязательств Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014г. №17 составляет 537482 руб. 16 коп. и является неосновательным обогащением на стороне АО "ВЭБ-лизинг".

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

При таких обстоятельствах, предъявленные истцом исковые требования в части взыскания неосновательного обогащения в размере 537482 руб. 16 коп. обоснованны, документально подтверждены и подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 614, 619, 622, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156,167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО "ВЭБ-лизинг" в пользу ООО "Русинжиниринг" 537482 руб. 16 коп. неосновательного обогащения.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с АО "ВЭБ-лизинг" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 13750 руб.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья                                                                                     Н.П. Чебурашкина