Гражданский кодекс часть 1

Министерство внутренних дел Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковыми требованиями к ответчику - Акционерному обществу "Т - ПЛАТФОРМЫ" с исковыми требованиями об обязании ответчика произвести замену товара (комплектов АРМ с процессором «Байкал-Т1»), поставленного по контрактам на поставку товаров для государственных нужд от 30.11.2016г. № 01731000125160 00474-0008205-01 в количестве 1837 комплектов и от 30.05.2018г. № 181818818866 200<***>/ 01731000125180000 37/144880 в количестве 7511 комплектов на новый, соответствующий требованиям заключенных сторонами контрактов.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.09.2020г. по делу № А40-315259/19, оставленным в силе Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2020г., в удовлетворении иска отказано полностью.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.03.2021г. решение Арбитражного суда г. Москвы от 16.09.2020г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2020г. по делу № А40-315259/19 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела суд кассационной инстанции указал на необходимость установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований норм арбитражного процессуального закона, в том числе с учетом принципов состязательности и равноправия сторон разрешить вопросы о вызове и допросе экспертов, получении консультации (разъяснения) специалиста, о назначении по делу повторной судебной экспертизы, определить применимое к настоящему спору право, после чего разрешить спор с применением норм права, регулирующих правоотношения сторон, исходя из предмета и оснований иска.

Истец поддержал исковые требования в полном объеме, со ссылкой на представленные доказательства.

Ответчик возражал относительно удовлетворения исковых требований по доводам отзыва.

К участию в процессе в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечено Акционерное общество «Байкал Электроникс, которое возражает против иска по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Судом для дачи пояснений вызваны эксперты ИПС им. А.К. Айламазяна РАН ФИО5, ФИО6, ФИО7, проводившие назначенную арбитражным судом компьютерно-техническую экспертизу.

В судебном заседании судом заслушаны пояснения экспертов ИПС им. А.К. Айламазяна РАН ФИО5, ФИО6, ФИО7, проводивших судебную компьютерно-техническую экспертизу, а также пояснения эксперта ФИО8, проводившей товароведческую экспертизу в рамках уголовного дела № 11902007706000042, на заключение которой истец ссылается как на одно из доказательств несоответствия поставленного ответчиком оборудования условиям заключенных государственных контрактов.

По ходатайству представителя ответчика к материалам дела приобщена аудиозапись судебного заседания от 30.03.2021г. по уголовному делу №11902007706000042, находящемуся в производстве Мещанского районного суда г. Москвы, в ходе которого был допрошен эксперт ФИО9, подготовивший Заключение эксперта по уголовному делу №11902007706000042 от 12.08.2019г. №1575/21-1-19, на которое истец также ссылается как на доказательство несоответствия поставленного ответчиком оборудования условиям заключенных государственных контрактов.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив в порядке ст. 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд полагает, что иск не подлежит удовлетворению в связи со следующими обстоятельствами.

Министерство внутренних дел Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковыми требованиями к ответчику - Акционерному обществу "Т-ПЛАТФОРМЫ" с исковыми требованиями об обязании ответчика произвести замену товара (комплектов АРМ с процессором «Байкал-Т1»), поставленного по Контракту №1 в количестве 1837 комплектов и по Контракту №2 в количестве 7511 комплектов на новый, соответствующий требованиям заключенных сторонами контрактов.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что поставленный ответчиком в рамках названных государственных контрактов товар не соответствует техническим характеристикам, указанным в техническом задании к контрактам, а именно: поставленные АРМ с процессором «Байкал-Т1» имеют рабочую тактовую частоту менее 1000 МГц, отсутствует возможность расширения оперативной памяти, отсутствует возможность применения активного охлаждения, отсутствует интерфейс PCIe. Указанные недостатки ухудшают эксплуатационные характеристики терминальных устройств, что в соответствии с п 5.4 заключенных с ответчиком контрактов наделяет истца правом требовать от ответчика произвести замену поставленного товара на новый. В добровольном порядке ответчиком требования истца не удовлетворены. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд.

Ответчик, исковые требования не признал по основаниям, изложенным в представленном в материалы дела письменном отзыве и дополнениях к отзыву, указал, что в исполнение контрактов им была осуществлена поставка товара надлежащего качества и комплектности, технические характеристики поставленного оборудования полностью соответствовали условиям заключенных с истцом контрактов на поставку товаров для государственных нужд. Истцом в установленном условиями заключенных контрактов осуществлена приемка поставленного оборудования, недостатков по качеству и комплектности выявлено не было.

Из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком были заключены контракты №1 и №2 в соответствии с условиями которых ответчик принял на себя обязательство по поставке истцу товаров – автоматизированных рабочих мест (АРМ) с процессором «Байкал-Т1» в количестве 1837 комплектов по Контракту №1 и в количестве 7511 комплектов по Контракту №2.

При заключении Контрактов № 1 и № 2 и их исполнении стороны руководствовались положениями Федеральных законов от 05.04.2013г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и от 29.12.2012г. № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе».

В соответствии с условиями п.1.1. Контрактов поставке подлежал новый товар, качество, технические характеристики, количество и ассортимент которого были определены в Приложении № 2 к Контрактам №1 и №2. Цена товара и порядок расчетов за него были согласованы сторонами в разделе 2.

В силу статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. Согласно пункту 1 статьи 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

В соответствии с условиями Контракта № 1 согласно Разнарядке (Приложение № 1 к Контракту № 1) ответчик поставил истцу, в адрес указанного истцом грузополучателя (МБХР ФКУ «ЦОУМТС МВД России», адрес 127410, <...>) 1837 комплектов товара.

В соответствии с условиями Контракта № 2 согласно Разнарядке (Приложение № 1 к Контракту № 2) ответчик осуществил поставку истцу в адрес указанных истцом грузополучателей (СЗБХР ФКУ «СЗОУМТС МВД России», адрес: <...>, СКБХР ФКУ «СКОУМТС МВД России», адрес: <...>, УБХР ФКУ «УОУМТС МВД России», адрес: 620024, <...>, ДВБХР ФКУ «ДВОУМТС МВД России», адрес: 680032, <...>, ЗСБХР ФКУ «СОУМТС МВД России», адрес: 630099, <...>, ПБХР ФКУ «ПОУМТС МВД России», адрес: г. Самара, <...>, ВСБХР ФКУ «ВСОУМТС МВД России», адрес: 664040, <...>) отдельными партиями 7511 комплектов товара.

Согласно пункту 4.2.8 Контрактов № 1 и № 2 качество и характеристики поставленного товара должны соответствовать действующим обязательным требованиям Федеральных законов, Указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства РФ, технических регламентов, государственных и отраслевых стандартов на данный вид товара, а также конкретным показателям и техническим требованиям, изложенным в Спецификации поставляемых товаров и нормативно-технической (в том числе конструкторской) документации.

В соответствии с ч. 1 ст. 513 ГК РФ покупатель (получатель) обязан совершить все необходимые действия, обеспечивающие принятие товаров, поставленных в соответствии с договором поставки. В соответствии с ч. 2 ст. 513 ГК РФ принятые покупателем (получателем) товары должны быть им осмотрены в срок, определенный законом, иными правовыми актами, договором поставки или обычаями делового оборота. Покупатель (получатель) обязан в этот же срок проверить количество и качество принятых товаров в порядке, установленном законом, иными правовыми актами, договором или обычаями делового оборота, и о выявленных несоответствиях или недостатках товаров незамедлительно письменно уведомить поставщика.

Порядок приемки товаров грузополучателями определен положениями п. 4.3.5. Контрактов № 1 и № 2, согласно которым при приемке товара по качеству и комплектности грузополучатель руководствуется Инструкцией П-7, утвержденной Постановлением Госарбитража от 25.04.1966, если иной порядок не установлен нормативными правовыми актами Российской Федерации, при этом пункты 20,21,22,23,24 и абз. 3 пункта 25 Инструкции П-7 не применяются.

Как следует из материалов дела, поставленный ответчиком товар принят грузополучателями, указанными истцом в переданных ответчику разнарядках, без замечаний к объему, комплектности и качеству, доказательством чему являются оформленные согласно п.4.2.1., 4.2.2 контракта №1 и контракта №2 удостоверения.

Поставленное ответчиком оборудование эксплуатируется по прямому назначению в определенных истцом целях, что находит подтверждение, в том числе, в предоставленных самим истцом в качестве доказательств протоколах допросов сотрудников подразделений ГИБДД по уголовному делу №11902007706000042.

До момента обращения истца в Арбитражный суд г. Москвы претензии относительно качества поставленного товара, его соответствия указанным в техническом задании к контрактам № 1 и № 2 параметрам истцом в адрес ответчика не предъявлялись. Доказательств обратного истцом суду не предоставлено.

Согласно положениям п. 1 ст. 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В силу п. 2 ст. 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Согласно ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В качестве доказательств ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по заключенным с истцом государственным контрактам истцом предоставлено Заключение эксперта по уголовному делу №11902007706000042 от 12.08.2019г. №1575/21-1-19, составленное старшим государственным судебным экспертом лаборатории судебной компьютерно-технической экспертизы ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России ФИО9 (далее Заключение ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19) из которого следует, что в ходе проведения экспертизы в рамках уголовного дела № 11902007706000042 была проведена проверка поставленного ответчиком товара на предмет его соответствия техническим характеристикам, указанным в техническом задании к Контрактам № 1 и № 2. Исследованию было подвергнуто 26 комплектов поставленного ответчиком товара, что составляет 0,3 % от общего количества поставленных ответчиком комплектов (9 348 единиц). В ходе исследования товара были выявлены недостатки, на которые истец ссылается в своем иске.

В качестве доказательства, подтверждающего наличие такого недостатка, как отсутствие интерфейс PCIe, Истцом, по результатом проведенной по уголовному делу № 11902007706000042 товароведческой экспертизы, предоставлено Заключение товароведческой экспертизы № 4261/20-1-19 от 24.01.2020г. составленное старшим государственным судебным экспертом отдела судебно-товароведческой экспертизы ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России ФИО8 (далее Заключение ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19).

В обоснование приведенных возражений относительно существа заявленных исковых требований ответчик указал, что предоставленное истцом Заключение эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19 не может расцениваться в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего несоответствие параметров поставленного им товара условиям Контрактов № 1 и № 2. Экспертами при проведении исследования отобранных для проведения экспертизы образцом товара с целью проверки характеристик рабочей тактовой частоты процессора «Байкал-Т1» и объема операционной памяти были применены методы контроля, отличные от методов контроля, указанных в технических условиях на АРМ с процессором «Байкал-Т1», примененные экспертом методы контроля не были согласованы с поставщиком (ответчиком) в нарушение положений пункта 6.8 ГОСТ 24297-2013 (Верификация закупленной продукции. Организация проведения и методы контроля) и пункта 4.2.7 Контрактов № 1 и № 2, предусматривающего, что приемка товара по качеству и комплектности осуществляется в порядке, установленном нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативно-технической (в том числе конструкторской) документацией, регламентирующими порядок проверки товара, указанного в спецификации поставляемых товаров. Применение экспертом методики проверки характеристик поставленной продукции, не предусмотренной нормативной документацией поставщика, привело к получению недостоверных результатов о параметрах рабочей тактовой частоты процессора «Байкал Т1» и объеме операционной памяти, подтверждением чему являются результаты исследований товара, проведенных представителями ответчика в ряде подразделений истца в период после проведенной экспертизы, подтверждающие соответствие поставленного ответчиком товара условиям технического задания к Контрактам № 1 и № 2. Возможность установки вентилятора активного охлаждения в корпусе терминальных устройств подтверждается в экспертном заключении, однако экспертом сделан противоречащий фактически установленным им обстоятельствам вывод о невозможности применения активного охлаждения. Ответчик также утверждает, что под объемом оперативной памяти при определении условий Контрактов, стороны понимали объем памяти установленного на системной плате терминального устройства модуля памяти объемом 4Гб, а под возможностью расширения объема оперативной памяти, при отсутствии в корпусе терминального устройства дополнительного слота модуля памяти – возможность замены установленного модуля 4Гб на новый модуль объемом 8ГБ, свидетельством чему являются оформленные при приемке товара Акты №1/99А от 22.06.2017г. и №1/90А от 09.07.2018г.

В отношении предоставленного Истцом заключения эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19, Ответчик указал о недопустимости данного доказательства, так как в рамках назначенной товароведческой экспертизы на исследование эксперта вопрос о наличии интерфейс PCIe не ставился. Экспертом техническое обследование терминального устройства не проводилось. Выводы товароведческой экспертизы, об отсутствии интерфейс PCIe, противоречат выводам эксперта в Заключении ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. № 1575/21-1-19 о наличии указанного интерфейса.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

В целях проверки обоснованности доводов сторон, с учетом представленных ответчиком возражений, на основании заявленного представителями ответчика ходатайства, определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.06.2020г. назначена судебная компьютерно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено ФЕДЕРАЛЬНОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ БЮДЖЕТНОМУ УЧРЕЖДЕНИЮ НАУКИ ИНСТИТУТУ ПРОГРАММНЫХ СИСТЕМ ИМЕНИ А.К. АЙЛАМАЗЯНА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК (далее Институт программных систем им. А.К. Айламазяна РАН), экспертам ФИО5, ФИО6, ФИО7

В порядке, предусмотренном ст. 23 и 24 АПК РФ, отводов в отношении предложенных Ответчиком экспертных учреждений, а также предложенных Институтом программных систем им. А.К. Айламазяна РАН кандидатур экспертов, со стороны Истца заявлено не было. Предложений (ходатайств) от Истца о привлечении для проведения экспертизы иных экспертных организаций или экспертов, на стадии назначения судом экспертизы в адрес суда не поступало.

На разрешение экспертного учреждения вынесен вопрос о соответствии поставленного ответчиком оборудования требованиям технического задания к контрактам на поставку товаров для государственных нужд от 30.01.2016г. № 0173100012516000474- 00008205-01, от 30.05.2018г. № 181818818866200<***>/ 0173100012518000037/ 144880 и дополнительного соглашения № 3 от 19.07.2017г. и № 2 от 09.08.2018г. соответственно, а именно: - максимальная рабочая тактовая частота; - возможность расширения операционной памяти до 8 Гб; - возможность применения активного охлаждения; - наличие интерфейса PCIe Generation 3 х 4.

Заключением судебной компьютерно-технической экспертизы, проведенной Институтом программных систем им.А.К.Айламазяна РАН опровергаются доводы истца о несоответствии поставленного ответчиком товара техническим характеристикам, указанным в техническом задании к контрактам №1 и №2 по рабочей тактовой частоте, объему оперативной памяти, возможности расширения оперативной памяти, возможности применения активного охлаждения и наличию интерфейса PCIe.

Выводы экспертов Института программных систем им. А.К. Айламазяна РАН, отраженные в Заключении эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г. вступают в противоречие с выводами экспертов в Заключении ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. № 1575/21-1-19 и в Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19, предоставленных истцом.

В силу ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018).

В соответствии с п. 12 Постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Исследовав Заключении эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г. суд установил следующее:

В рамках судебной компьютерно-технической экспертизы исследованию было подвергнуто 40 комплектов товара, предоставленных Истцом экспертам. Исследование производилось по месту нахождения объектов исследования у Истца, в присутствии представителей сторон.

Непосредственным объектом исследования являлось входящее в состав комплекта товара поставленного по контракту №1 и № 2 терминальное устройство «Таволга 2ВТ1», созданное на базе процессора «Байкал-Т1».

Экспертами при проведении экспертизы использовалась техническая документация на АРМ, терминальное устройство «Таволга Терминал 2ВТ1» и процессор «Байкал-Т1», направленная судом в адрес экспертного учреждения.

Экспертами установлено, что исходя из условий контракта №1 и №2 требования к тактовой частоте и наличию интерфейса PCI Express относятся не к терминальному устройству «Таволга Терминал 2ВТ1» как таковому, а к «системе на кристалле» на базе которой сделано терминальное устройство, т.е. к процессору «Байкал-Т1».

При проведении экспертизы по вопросу исследования параметров тактовой частоты процессора «Байкал-Т1» эксперты руководствовались направленной судом в адрес экспертной организации «Методикой определения частоты процессора «Байкал-Т1», а также иной технической документацией компании «Байкал-Электроникс» - разработчика процессора. При проведении экспертизы установлено, что максимальная рабочая тактовая частота в исследованных терминальных устройствах находится в пределах между 1,205ГГц и 1,254ГГц при требовании 1,2ГГц, исходя из чего экспертами сделан вывод о соответствии фактических характеристик исследованных образцов по данному параметру техническому заданию к Контрактам № 1 и № 2. Определение тактовой частоты проводилось на 20-ти из 40 переданных для исследования терминальных устройств, по причине того, что на части (20-ти) терминальных устройств оказалась старая версия операционной системы, которая не обновлялась в течение длительного времени, что не позволило использовать программный модуль для определения максимальной частоты процессора. Учитывая отсутствие сведений о производстве иных модификаций процессора «Байкал-Т1», использованных в терминальных устройствах, результаты исследований по тактовой частоте процессора распространены экспертами на все подлежащие исследованию образцы устройств. При исследовании возможности расширения оперативной памяти до 8Гб было определено, что установленные на устройствах модули памяти объёмом 4ГБ могут быть заменены на модули объёмом 8ГБ. Процедура такой замены описана в руководстве пользователя. После замены устройство сохраняет работоспособность, и объём памяти увеличивается вдвое. При исследовании возможности применения активного охлаждения было установлено, что во всех исследованных устройствах имеются место для установки вентилятора, крепёжные отверстия, вентиляционные отверстия на корпусе, разъём питания для вентилятора и отсутствуют какие-либо препятствия для свободного прохождения потоков воздуха. В инструкции имеется описание процедуры установки вентилятора. При подключении вентилятора согласно инструкции он начинает работать на всех сорока устройствах. По мнению экспертов разработчики устройства «Таволга Терминал 2ВТ1» предусмотрели допустимость использования активного охлаждения, в связи с чем понятие «возможность применения активного охлаждения» должно толковаться не иначе как «установка вентилятора». При исследовании наличия интерфейса PCI Express установлено, что на тридцати семи исследованных устройствах система на кристалле имеет работоспособный интерфейс PCI Express, к которому подключён исправно работающий видеоадаптер.

На основании результатов проведенных исследований экспертами сделан вывод о соответствии фактических характеристик исследованных образцов по указанным параметрам техническому заданию к Контрактам № 1 и № 2.

Истец, не согласившись с выводами экспертов, мотивировал свои возражения тем, что имеют место множественные замечания к заключению, проведено неполное исследование товара, выводы экспертов необъективны, что не позволяет признать заключение допустимым доказательством. Истец утверждает, что эксперт ФИО6 не имеет образования соответствующего предмету исследования. Эксперты не имеют статуса официального переводчика английского языка. При проведении компьютерно-технической экспертизы эксперты отказались от прямого измерения тактовой частоты процессора и необоснованно применили «Методику определения частоты процессора «Байкал-Т1», разработанную производителем процессора компанией «Байкал-Электроникс». Проведение исследования параметров тактовой частоты только на части подлежащих исследованию устройств, свидетельствует о неполноте проведенной экспертизы и необъективности полученных результатов. Эксперт ФИО5 не участвовал в измерении тактовой частоты процессора. Интерфейс PCIe недоступен конечному пользователю для установки плат расширения, т.к. отсутствует слот данного интерфейса для подключения плат расширения, что свидетельствует о недостатках товара. Факт работоспособности терминальных устройств при установке модуля оперативной памяти номинального объема 8ГБ, но при этом с меньшим доступным объемом более чем в два раза, не может рассматриваться в качестве аргумента экспертов в пользу возможности расширения объема оперативной памяти с 4 ГБ до 8ГБ. По указанным основаниям Истцом заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы.

Ответчик и третье лицо с Заключением эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г. согласны, против доводов Истца и заявленного им ходатайства о назначении повторной экспертизы возражали.

Опрошенные в судебном заседании эксперты ФИО6 и ФИО5 подтвердили применение методики определения тактовой частоты процессора от разработчика микропроцессора «Байкал-Т1», дали пояснения по процедуре проводимых проверок исследуемых характеристик, а также ответили на поставленные сторонами и судом вопросы. Примененный способ исследования характеристик микропроцессора «Байкал-Т1» по тактовой частоте и наличию интерфейса был обоснован экспертом ФИО6 технологическими особенностями изготовления процессора «Байкал-Т1», связанного с применением 28 нанометрового процесса при его изготовлении, исключающего визуальную возможность определения устройства процессора. Экспертами была подтверждена возможность визуального определения при проведении исследования наличия или отсутствия вентилятора и второго слота для установки дополнительного модуля памяти, а также дано разъяснение их подхода при толковании понятия «возможность», связанного с выводами экспертов в отношении исследуемых характеристик терминального устройства.

Ответчик в подтверждение обоснованности выводов экспертов в Заключении эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г. предоставил Консультативное заключение, выполненное специалистами Научно исследовательского вычислительного центра Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова (далее Заключение НИВЦ МГУ) (том 9, л.д. 83-85), которое, согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 21.08.2018г. по делу №305-ЭС17-11486, фактически представляет собой мотивированное объяснение ответчика относительно результатов судебной экспертизы, в связи с чем суд признает Заключение НИВЦ МГУ допустимым доказательством.

У суда не возникает сомнений в уровне компетентности и профессиональных знаний специалистов, подготовивших Заключение НИВЦ МГУ, в частности чл.-корр. РАН, профессора ФИО10, известного российского ученого в области методов описания и анализа архитектуры компьютеров, технологии параллельного программирования, методов оптимизации программ для суперкомпьютеров и параллельных вычислительных систем, интерне-технологии и организации распределенных вычислений.

Ответчиком также предоставлена суду рецензия ( том 9, л.д. 9-11) на заключение эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г., подготовленная академиком РАН ФИО11, являющимся членом президиума РАН, научным руководителем ИПМ им. М.В.Келдыша РАН, сопредседателем Совета РАН по координации научных исследований по направлению «стратегические информационные технологии, включая вопросы создания суперкомпьютеров и разработки программного обеспечения», в предоставлении которой, как отметил суд кассационной инстанции в Постановлении от 24.03.2021г. по настоящему делу, стороны не ограничены арбитражным процессуальным законом при оценке заключения эксперта.

Суд, исследовав Заключение НИВЦ МГУ и Рецензию академика РАН ФИО11 установил следующее.

Согласно Заключению НИВЦ МГУ подтверждена научная обоснованность примененного экспертами метода измерения тактовой частоты процессора Байкал-Т1, указанного в «Методике определения частоты процессора «Байкал-Т1» (далее Методика определения частоты процессора), разработанной АО «Байкал Электроникс».

Специалистами НИВЦ МГУ было отмечено, что «точное измерение тактовой частоты процессора возможно при помощи подключения к тактовому генератору процессора, однако такой порядок измерений невозможен применительно к типу микросхемы ВЕ-Т1000 (Байкал-Т1), при производстве которой используется 28-нанометровый технологический процесс. Альтернативным способом измерения тактовой частоты процессора может служить вычисление количества тактов процессора за единицу времени путем подключения к регистру счетчика тактов». (том 9, л.д.85)

На основании технической документации на процессор «Байкал-Т1» специалистами НИВЦ МГУ сделан вывод, что указанный в Методике определения частоты процессора метод определения тактовой частоты , основанный на подсчете количества импульсов тактовой частоты ядра CPU за известный интервал времени с применением в качестве счетчика импульсов тактовой частоты ядра CPU 64-битного счетчика из Глобального Контроллера Прерываний CPU (Clobal Interrupt Controller- GIC), говорит о допустимости метода и обоснованности применения указанной методики для обеспечения точности измерений параметров тактовой частоты микропроцессора «Байкал-Т1».

Согласно выводов рецензента академика РАН ФИО11, исследованные при проведении экспертизы терминальные устройства являются сложносоставными, а значит анализ таких устройств должен быть проведен как для системы в целом, так и для значимых компонентов по отдельности, как это описано в Техническом задании. Эксперт верно сделал декомпозицию устройства на компоненты для оценки их соответствия Техническому заданию. В целом заключение эксперта №3-АД признано рецензентом квалифицированным и содержательным, оформленным в соответствии с требованиями процесса проведения данного вида экспертизы.

По результатам оценки исследованных доказательств суд приходит к следующему.

Согласно определению от 02.06.2020г. суд поручил проведение компьютерно-технической экспертизы Институту программных систем им. А.К. Айламазяна РАН, экспертам ФИО6, ФИО5, ФИО7

В пределах полномочий, определенных ч.1 п.8 «Инструкции по организации производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации» утв. Приказом МЮРФ от 20.12.2002г. №347 приказом руководителя экспертного учреждения № 66/1 от 10.06.2020г. (том 9, л.д.129) руководителем экспертов был назначен ФИО6

Заключение эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г. составлено в соответствии с положениями ст.86 АПК РФ, в том числе содержит сведения о предупреждении экспертов об уголовной ответственности за дачу ложного заключения.

Экспертное учреждение - Институт программных систем им. А.К. Айламазяна РАН, которому было поручено проведение компьютерно-технической экспертизы, имеет статус научной организации к видам деятельности которой относятся научные исследования и разработки в области естественных и технических наук, разработка компьютерного программного обеспечения, работы в области компьютерных технологий, деятельность, связанная с использованием вычислительной техники и информационных технологий. Эксперты ФИО5, ФИО6, ФИО7 являются научными сотрудниками ФГБУН ИПС имени А.К.Айламазяна РАН и занимаются научной и научно-технической деятельностью по указанным выше направлениям деятельности ФГБУН ИПС имени А.К.Айламазяна РАН. Суд, с учетом проведенного опроса экспертов и исследования представленных документов об образовании экспертов, считает, что уровень квалификации, компетенции и специальных технических навыков экспертов ФИО5, ФИО6, ФИО7 является достаточным для проведения экспертных исследований по касающимся рассматриваемого дела вопросам. В связи с чем доводы Истца об отсутствии у эксперта ФИО6 специальных знаний необходимых для проведения экспертизы суд считает необоснованными.

Доводы Истца о том, что отсутствие у экспертов статуса официального переводчика английского языка препятствовало объективному проведению экспертизы, отклоняются судом ввиду их несостоятельности, так как для проведения экспертизы судом была направлена экспертам техническая документация на русском языке. Ссылка эксперта в заключении на документацию MIPS консорциума на английском языке и перевод экспертом ряда положений этой документации, не имеет принципиального значения в отношении результатов проведенных исследований параметров тактовой частоты, в связи с тем, что исследования проводились по Методике определения частоты процессора, составленной на русском языке.

Применение экспертами методики производителя соответствует требованиям п.6.8 ГОСТ 24297-2013 «Верификация закупленной продукции. Организация проведения и методы контроля».

Одной из характеристик товара, которая, по мнению истца, не соответствовала техническому заданию, предусмотренному условиями заключенных контрактов, являлась тактовая частота процессора, на базе которого создано терминальное устройство «Таволга 2ВТ1». С учетом данного обстоятельства суд считает, что экспертами правомерно и обоснованно установлено, что для ответа на поставленный перед ними вопрос о соответствии тактовой частоты процессора условиям заключенных контрактов объектом исследования может являться исключительно процессор «Байкал-Т1» («система на кристалле»).

Суд, при оценке объективности и достоверности полученных экспертами результатов исследований тактовой частоты учитывает выводы в заключении специалистов НИВЦ МГУ о научности примененных экспертами методов и методики измерения тактовой частоты микропроцессора «Байкал-Т1».

Доказательств, опровергающих выводы специалистов НИВЦ МГУ, а также доказательств, подтверждающих необоснованность примененной экспертами методики, Истцом не предоставлено.

Учитывая примененный экспертами порядок методики осмотра (том 6 л.д.71-73) образцов оборудования, имеющих одинаковое устройство и технические характеристики, а также то обстоятельство, что исследование терминальных устройств проводилось экспертами совместно в одном помещении в присутствии представителей сторон, суд считает, что распределение между экспертами определенных функций при выполнении действий связанных с осмотром устройств, их идентификацией, вскрытием корпуса устройства, подсоединением вентилятора, заменой модуля памяти, фиксацией полученных результатов измерений и документальным оформлением полученных результатов измерений по методике, ранее согласованной экспертами до начала проведения исследований, не может являться свидетельством недостоверности и необъективности полученных результатов исследований.

Оценивая заключение на предмет его объективности в связи с тем, что в ходе экспертизы исследованию при проверке параметров тактовой частоты были подвергнуты не все представленные комиссии экспертов образцы товара, суд приходит к следующему.

Условиями контрактов №1 и №2 к оборудованию (терминальное устройство «Таволга 2ВТ1») предъявлены идентичные технические требования. Предметом контрактов являлись терминальные устройства, созданные на базе процессора «Байкал Т1», производителем которого является компания АО «Байкал Электронике». Согласно технической документации (спецификации на процессор «Байкал Т1»), предоставленной АО «Байкал Электроникс», а также разъяснениям компании, данным в письме №ПО от 20.08.2020 и в ходе судебного заседания, разработчиком и производителем процессора «Байкал-Т1» является компания АО «Байкал Электронике», промышленное производство модификаций микропроцессора ВЕ-Т1000 с параметрами максимальной тактовой частоты, отличными от 1200 МГц, данным производителем не осуществлялось.

Таким образом результаты исследований тактовой частоты микропроцессора ВЕ-Т1000 (Байкал-Т1), проведенных на 20-ти терминальных устройствах «Таволга Терминал 2ВТ1», предоставленных для проведения судебной компьютерно-технической экспертизы, правомерно распространены на весь товар, поставленный как по контракту №1 в количестве 1837 комплектов, так и по контракту №2 в количестве 7511 комплектов, что подтверждает безосновательность доводов Истца о несоответствии параметров тактовой частоты микропроцессора ВЕ-Т1000 (Байкал-Т1) условиям Контрактов.

Согласно положениям ГОСТ 18321-73 «Статический контроль качества. Методы случайного отбора выборок штучной продукции» при количестве объектов исследования более 400 шт., минимальная выборка должна составлять не менее 20 шт. Указанными принципами, против которых не возражал истец, руководствовались эксперты при проведении экспертизы в рамках уголовного дела, что находит подтверждение в заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019 №1575/21-1-19.

Суд считает, что исследование 20-ти образцов терминальных устройств, предоставленных истцом и получение результатов по проверяемой экспертами характеристике максимальной рабочей тактовой частоты процессора «Байкал-Т1», является достаточным для подтверждения объективности полученного результата в отношении всех терминальных устройств, поставленных по контрактам.

Экспертами нарушений действующего законодательства, регламентирующего порядок и методологию проведения исследований, допущено не было.

Проведение экспертизы вне лабораторных условий по настоянию Истца не позволило использовать программный модуль производителя для определения тактовой частоты процессора на ряде терминальных устройств с установленной устаревшей версией операционной системы, замена которой была невозможна в условиях, при которых проводились исследования, что привело к невозможности исследования показателей тактовой частоты на части представленных для проведения экспертизы терминальных устройствах, в то же время на основании технической документации, подтверждающей отсутствие иных модификаций процессора, экспертами Института программных систем им. А.К. Айламазяна РАН сделан обоснованный вывод об объективной возможности распространения результатов проведенных исследований на все терминальные устройства, поставленные по контрактам, и об отсутствии необходимости проведения дополнительных исследований.

Согласно ГОСТ 15467-79 (СТ СЭВ 3519-81) «Управление качеством продукции. Основные понятия. Термины и определения.» недостатки, на которые ссылается истец в обоснование иска не относятся к категории скрытых, факт наличия или отсутствия которых истец не мог не установить при приемке товара.

С учетом представленных ответчиком доказательств - оформленных при приемке товара акта недостатков №1/99А от 22.06.2017, акта недостатков и №1/90А от 09.07.2018 и акта устранения недостатков №1 от 20.08.2018, свидетельствующих о фактических намерениях сторон при определении условий контрактов, суд признает обоснованными выводы экспертов о том, что в исследованных устройствах предусмотрена возможность применения активного охлаждения и возможность расширения оперативной памяти до 8Гб, реализация которых достигается установкой вентилятора и заменой модуля памяти 4Гб на модуль памяти большего объема (8Гб).

Исходя из вышеизложенного суд приходит к выводу об объективности и достоверности результатов исследований и выводов экспертов в Заключении эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г.

С учетом изложенных выше обстоятельств суд отказывает истцу в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Отклоняя ссылку истца на заключение ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19 суд исходил из следующего.

Объектом проводимых экспертом ФИО9 исследований являлись терминальные устройства «Таволга Терминал 2ВТ1», созданные на базе процессора «Байкал-Т1». При исследовании параметров максимальной рабочей тактовой частоты микропроцессора «Байкал-Т1» были получены результаты 597 МГц вместо 1200 МГц, что согласно выводам эксперта ФИО9, не соответствует техническим характеристикам процессора «Байкал-Т-1» по условиям контрактов №1 и №2. В ходе исследования терминальных устройств эксперт ФИО9 не измерял показатели тактовой частоты, а рассчитал их пропорционально полученным в ходе исследования значениям BogoMIPS, не дав при этом обоснования примененной методики; При исследовании возможности расширения оперативной памяти до 8 Гб было установлено, что в исследованных устройствах установлен модуль памяти с объемом 4ГБ, объем памяти, определяемой системой составляет не более 2 ГБ ( точное значение 1,94 ГБ), а наличие одного слота позволяет увеличить объем памяти путем замены старого модуля памяти на новый модуль большего объема. Вывод эксперта ФИО9 об отсутствии возможности увеличения объема памяти основан на том, что в терминальных устройствах отсутствует второй слот (разъем) для подсоединения дополнительного модуля памяти, что входит в противоречие с его же выводами о возможности увеличения объема памяти путем замены установленного модуля на новый модуль большего объема. При исследовании возможности применения активного охлаждения было установлено, что в корпусе терминального устройства имеются вентиляционные отверстия диаметром 2-3 мм. Конструкция внутренней части корпуса имеет посадочное место для установки модуля активного охлаждения (вентилятора), системные платы имеют разъем для его подключения. Конструкция корпуса позволяет осуществить установку модуля активного охлаждения (вентилятора). Свой вывод об отсутствии возможности применения активного охлаждения эксперт ФИО9 мотивирует отсутствием установленного в терминальном устройстве вентилятора. Экспертом ФИО9 подтверждено наличие интерфейса PCIe в терминальном устройстве.

Ответчик, ставя под сомнение обоснованность выводов эксперта в Заключение ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19, предоставил Заключение НИВЦ МГУ и рецензию, подготовленную экспертами АНО «Экспертно-правовой центр «Прометей» ФИО12 и ФИО13 (том 8, л.д. 114 – 137), при исследовании которых суд установил следующее.

Согласно Заключению НИВЦ МГУ понятие BogoMIPS и понятие максимальная рабочая тактовая частота микропроцессора не являются тождественными, измерение максимальной рабочей тактовой частоты микропроцессора через показатель BogoMIPS, как и позиция эксперта о том, что показатели BogoMIPS для MIPS-архитектуры должны соответствовать тактовой частоте процессора не являются научно обоснованными, результаты измерения параметров тактовой частоты процессора, полученные посредством измерения производных величин, будут являться менее точными по отношению к результатам, полученным путем измерения непосредственно самих параметров тактовой частоты процессора по методике производителя микропроцессора.

Согласно Рецензии АНО «Экспертно-правовой центр «Прометей» (том 8, л.д. 125, 126) результаты определения тактовой частоты процессора устройств получены экспертом ФИО9 на основе показателя BogoMIPS, который не является тактовой частотой процессора. Эксперт ФИО9, не приводя в своем заключении проведенных расчетов, утверждает о тактовой частоте процессора, принимая ее значение за показатели BogoMIPS. При этом эксперт ФИО9, установив, что отсутствует драйвер для установленного в устройстве процессора, а программное ядро Linux не скомпилировано под используемый тип процессора, не произвел установку драйвера для установленного в устройстве процессора и не скомпилировал программное ядро Linux под используемый тип процессора с целью определения его фактической тактовой частоты. Согласно выводам рецензента при проведении экспертизы исследование проведено не в полном объеме, нарушены требования методик и отсутствует исследование определения тактовой частоты процессор. Эксперт ФИО9 допустив методические и исследовательские просчеты сделал необоснованный вывод о несоответствии поставленного оборудования требованиям технического задания, что свидетельствуют о недоказанности экспертных позиций и общих выводов в Заключение ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19, в том числе в отношении исследования параметров тактовой частоты процессора Байкал-Т1.

Суд принял во внимание содержание представленной ответчиком аудиозаписи судебного заседания, состоявшегося 30.03.2021г. в Мещанском районном суде г. Москвы в рамках уголовного дела №11902007706000042, содержащей пояснения эксперта ФИО9, пояснившего, что при исследовании терминальных устройств в рамках проведения экспертизы он не измерял показатели тактовой частоты, а рассчитал их на основании полученного экспертом показателя BogoMIPS, не дав при этом научного обоснования примененной методики.

По результатам оценки исследованных доказательств суд приходит к следующему.

Согласно ст.8 Федерального закона от 31.05.2001г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» эксперт обязан проводить исследования объективно, на строго научной основе, при этом, заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных данных.

Измерение тактовой частоты микропроцессора «Байкал-Т1» в нарушение положений п.6.8 ГОСТ 24297-2013 «Верификация закупленной продукции. Организация проведения и методы контроля» проведено экспертом ФИО9 не по методике производителя микропроцессора, мотивы, по которым эксперт не применил методику, экспертом не указаны. Примененные методы контроля не были согласованы с поставщиком (ответчиком) и производителем микропроцессора. Ввиду отсутствия научного обоснования примененной экспертом методики измерения тактовой частоты процессора через производную величину BogoMIPS, учитывая выводы специалистов в Заключении НИВЦ МГУ, судом ставится под сомнение объективность и достоверность результатов проведенных исследований тактовой частоты микропроцессора, отраженных в Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19.

Суд считает, что вывод эксперта ФИО9 об отсутствии возможности увеличения объема памяти терминального устройства входит в противоречие с его же выводами о возможности увеличения объема памяти путем замены установленного модуля на новый модуль большего объема.

С учетом исследованных судом доказательств - оформленных при приемке товара акта недостатков №1/99А от 22.06.2017, акта недостатков и №1/90А от 09.07.2018 и акта устранения недостатков №1 от 20.08.2018, свидетельствующих о фактических намерениях сторон при определении условий контрактов, суд признает несостоятельными доводы истца о наличии таких недостатков, как отсутствие возможности активного охлаждения в связи с отсутствием вентилятора, а также несоответствия объема оперативной памяти условиям контрактов и возможности ее расширения.

Суд критически относится к результатам исследований и выводам, отраженным в Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19 и считает, что указанное заключение не является объективным доказательством, подтверждающим несоответствие характеристик поставленного по контракту №1 и №2 товара по таким исследованным параметрам как максимальная тактовая частота микропроцессора «Байкал-Т1», возможность увеличения объема оперативной памяти и возможность применения активного охлаждения.

Исследовав Заключение эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19 суд установил.

В Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19 (том 3, л.д.35) экспертом ФИО8 сделан вывод, что товарные характеристики подлежащих исследованию автоматизированных рабочих мест с процессором «Байкал-Т1» и товарные характеристики автоматизированных рабочих мест с процессором «Байкал-Т1», которые необходимо было поставить в соответствии с условиями государственных контрактов от 30.11.2016г. №01731000125160 00474-0008205-01 и от 30.05.2018г. №181818818866 200<***>/ 01731000125180000 37/144880 для нужд МВД России, не соответствуют по отсутствию интерфейса PCIe.

В опровержение достоверности предоставленного Истцом Заключения эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19 Ответчиком предоставлена Рецензия эксперта АНО «Экспертно-правовой центр «Прометей» ФИО14 (том 8, л.д.138-156), из которой следует, что АРМ с процессором «Байкал-Т1» в количестве 16859 шт. на исследование не предоставлялись, а исследовались только сведения об оборудовании содержащиеся в Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19 и контрактах №1 и №2 при отсутствии иной технической документации (инструкций по эксплуатации, паспортов, сертификатов и т.д.) , что не отвечает основным принципам экспертизы – объективности и всесторонности исследования.

АО «Байкал Электроникс», привлеченное к участию в деле третьим лицом, выводы эксперта об отсутствии интерфейса считает необоснованными. В судебном заседании представитель третьего лица объяснил, что компания АО «Байкал Электроникс» является разработчиком и производителем микропроцессора ВЕ-Т1000 (Байкал-Т1). Наличие интерфейса PCIe Gen3x4 в микропроцессоре «Байкал-Т1» подтверждено технической документацией на микропроцессор, приобщенной к материалам дела. Для определения наличия и работоспособности интерфейса PCIe Gen3x4 АО «Байкал Электроникс» разработана соответствующая методика, применением которой с использованием отладочной платы BFK 3.1, гарантируется достоверность определения наличия в микропроцессоре Байкал-Т1 работоспособного интерфейса PCIe Gen3x4. С 2016г. компанией налажено крупносерийное производство микропроцессоров ВЕ-Т1000 (Байкал-Т1), которые находятся в свободной продаже. Претензий к выпускаемым компанией микропроцессорам ВЕ-Т1000 (Байкал-Т1) по параметрам тактовой частоты и наличию интерфейса PCIe Gen3x4 со стороны потребителей к компании не поступало.

Судом установлено, что в рамках назначенной товароведческой экспертизы на разрешение эксперта вопрос о наличии интерфейс PCIe не ставился, исследование товара, поставленного по контрактам (автоматизированных рабочих мест с процессором «Байкал-Т1», экспертом не проводилось, так как указанные объекты исследования на исследование эксперту не предоставлялись, исследование проводилось с применением аналитического и сравнительного методов исследования сведений, содержащихся Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19 и контрактах №1 и №2. Выводы эксперта ФИО8 об отсутствии интерфейса прямо противоположны сведениям, содержащимся в Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. №1575/21-1-19, подтверждающим присутствие интерфейса PCIe в терминальных устройствах «Таволга Терминал 2ВТ1».

Вызванный в суд для дачи пояснений эксперт ФИО8, пояснила, что при проведении товароведческой экспертизы компьютеры экспертом не осматривались, экспертиза проводилась исключительно по документации. Эксперт ФИО8 признала, что вывод в Заключении эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19 относительно отсутствия интерфейса был сделан ею ошибочно.

Согласно п.3 ст.71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

По результатам оценки исследованных доказательств с учетом заслушанных пояснений эксперта ФИО8, результатов проведенной компьютерно-технической экспертизы, а также ввиду отсутствия иных предоставленных истцом доказательств, подтверждающих отсутствие в микропроцессоре «Байкал-Т1» интерфейса PCIe Gen3x4, суд признает недостоверным предоставленное истцом Заключение товароведческой экспертизы № 4261/20-1-19 от 24.01.2020г. составленное старшим государственным судебным экспертом отдела судебно-товароведческой экспертизы ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России ФИО8, в части выводов о несоответствии по отсутствию интерфейса PCIe Gen3x4 товарных характеристик подлежащих исследованию автоматизированных рабочих мест с процессором «Байкал-Т1» и товарных характеристик автоматизированных рабочих мест с процессором «Байкал-Т1», которые необходимо было поставить в соответствии с условиями государственных контрактов от 30.11.2016г. №01731000125160 00474-0008205-01 и от 30.05.2018г. №181818818866 200<***>/ 01731000125180000 37/144880 для нужд МВД России.

Оценивая в совокупности доводы сторон, изложенные в исковом заявлении, и в предоставленных ответчикам и третьим лицом возражениях, иные предоставленные сторонами в материалы дела доказательства, выводы, содержащиеся в Заключении судебной компьютерно-технической экспертизы, суд приходит к выводу о недоказанности истцом ненадлежащего исполнения ответчиком принятых на себя в соответствии с заключенными контрактами на поставку товаров для государственных нужд от 30.01.2016г. № 0173100012516000474- 00008205-01, от 30.05.2018г. №181818818866200 <***>/0173100012518000037/144880 обязательств и несоответствия поставленной в рамках названных государственных контрактов продукции техническим характеристикам, указанным в техническом задании к ним.

Заключение эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 12.08.2019г. № 1575/21-1-19 и заключение эксперта ФБУ РФЦСЭ при МЮ РФ от 24.01.2020г. № 4261/20-1-19 не признаются судом в качестве надлежащих доказательств нарушения ответчиком обязательств по заключенным с истцом государственным контрактам на поставку товаров для государственных нужд, в то время как Заключение эксперта по арбитражному делу № А40-315259/19-162-2398 от 05.08.2020г. суд признает объективным доказательством, подтверждающим соответствие технических характеристик товара условиям указанных контрактов.

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела не доказано наличие обстоятельств, которые согласно п. 2 ст. 475 ГК РФ и условиям контрактов являются основанием для замены поставленного по контрактам №1 и №2 товара на новый, суд считает, что отсутствуют основания для удовлетворения заявленных истцом требований о замене товара, в связи с чем исковые требования Министерства внутренних дел Российской Федерации не подлежат удовлетворению.

Пунктом 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Пунктом 2 статьи 9 АПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При указанных выше обстоятельств в их совокупности, а также с учетом материалов дела в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования документально не подтверждены и не подлежат удовлетворению.

Расходы по возмещению стоимости проведенной судебной экспертизы подлежат взысканию с истца в пользу ответчика.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 131, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации в пользу АО «Т-Платформы» 960 000 руб. в возмещение расходов на оплату экспертизы.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

М.О. Гусенков