Гражданский кодекс часть 1

по заявлению Закрытого акционерного общества «Эскорт-Центр» (дата регистрации – 11.09.1992; 121355, <...>; ОГРН <***>; ИНН <***>) (далее – общество, заявитель)

к Инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве (дата регистрации – 23.12.2004; 121351, <...>; ОГРН <***>; ИНН <***>) (далее – инспекция, налоговый орган)

о признании недействительным решения от 14.12.2011 № 22/196 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с учетом изменений, внесенных решением УФНС России по г. Москве от 29.02.2012 № 21-19/017757

при участии:

от заявителя: ФИО1, дов. от 14.10-.2011 №107/23-374.2011,

от ответчика: ФИО2, дов. от 03.10.2011 №143,

УСТАНОВИЛ:

C учетом уточнения предмета заявленных требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель просит признать недействительным решение инспекции от 14.12.2011 № 22/196 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с учетом изменений, внесенных решением УФНС России по г. Москве от 29.02.2012 № 21-19/017757, в части доначисления налога на прибыль, налога на добавленную стоимость, начисления соответствующих пеней и штрафов, а также в части начисления пеней по налогу на доходы физических лиц в сумме 27 321,94 руб. В обоснование заявитель указал, что решение инспекции не соответствует Налоговому кодексу Российской Федерации (далее – Кодекс), не учитывает всех фактических обстоятельств и нарушает его права как налогоплательщика.

Инспекция требования не признала, указав, что обществом получена необоснованная налоговая выгода в виде уменьшения налогооблагаемой прибыли и применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость по взаимоотношениям с индивидуальным предпринимателем ФИО3 Инспекция оспаривает реальность хозяйственных отношений по предоставлению услуг этим контрагентом.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные доказательства, суд установил, что заявление подлежит удовлетворению.

Инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества за период с 01.01.2009 по 31.12.2009, по результатам составлен акт выездной налоговой проверки от 30.09.2011 № 22/146 и принято решение от 14.12.2011 № 22/196 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения по п. 1 ст. 122 Кодекса в виде штрафа в размере 2 276 436 руб., начислены пени в размере 2 013 199 руб., предложено уплатить недоимку в размере 11 382 180 руб.

В порядке ст. 139 Кодекса общество обжаловало решение инспекции в вышестоящий налоговый орган. Решением УФНС России по г. Москве от 29.02.2012 № 21-19/017757 решение инспекции изменено путем отмены в части доначисления налога на прибыль, налога на добавленную стоимость по расходам за проживание командированных сотрудников на базе отдыха «Радуга», а также соответствующих этим сумам налогов сумм пеней и штрафов.

Налоговый орган пришел к выводу о неправомерном учете заявителем в составе расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, затрат на оплату услуг индивидуального предпринимателя ФИО3 в сумме 26 357 363 руб., доначислив налог на прибыль организаций в сумме 5 271 473 руб.

Спорные расходы были понесены заявителем на оплату услуг по размещению на территории базы отдыха «Радуга» сотрудников, командированных в г. Можайск Московской области для выполнения монтажных работ на территории войсковой части 52025 по объекту 061004. При этом сумма исключенных из расчета налоговой базы расходов состоит частично из расходов, которые налоговый орган посчитал необоснованными в полном объеме, а частично из расходов, размер которых снижен исходя из пересчета цены услуг ФИО3

Полностью из состава расходов заявителя исключено 478 400 руб. расходов на оплату услуг ФИО3 по размещению на базе отдыха «Радуга» сотрудника ФИО4 Оставшаяся часть расходов в сумме 29 758 200 руб. была снижена до величины 3 879 237 руб., т.е. налоговый орган исключил из состава налоговой базы расходы в размере 25 878 963 руб.

Обосновывая решение, налоговый орган сослался на следующее.

- цена услуг в договоре с ФИО3 не определена, в договоре, приложениях к нему, актах приемки выполненных работ не указаны адреса, по которым проживали сотрудники;

- сотрудники заявителя, допрошенные в качестве свидетелей, указали, что не знакомы с ФИО3, поиск для них жилья и размещение осуществляло общество;

- вознаграждение ФИО3 за услуги по размещению сотрудников составило минимум 1 250 руб. в сутки, что более чем в 6 раз превышает фактическую стоимость проживания, установленную ЗАО «МЭМП»;

- исполняющая обязанности начальника базы отдыха «Радуга» ФИО5 и заместитель директора ЗАО «МЭМП» ФИО6, допрошенные в качестве свидетелей, указали, что для размещения сотрудников на территорию базы приезжал представитель общества, бухгалтерия ЗАО «МЭМП» выставляла счет за проживание в адрес общества на основании списков, составляемых на последнее число каждого месяца, стоимость проживания составляла не более 250 руб. в сутки, с ФИО3 они не знакомы;

- заявитель осознанно расторг прямой договор с ЗАО «МЭМП», по которому ранее размещал сотрудников на базе отдыха «Радуга» по цене в 250 руб. за человека и заключил договор с ФИО3, который размещал их уже по цене 1500-1600 руб. за человека. Затраты на размещение командированных сотрудников после привлечения ФИО3 возросли как в денежном, временном, там и в трудозатратном отношении;

- ФИО3 не осуществлял поиск жилья для сотрудников общества, т.к. на момент заключения договора они уже были размещены на территории базы отдыха «Радуга»;

- ФИО3 не выезжал на территорию базы отдыха, не встречал сотрудников заявителя, не сопровождал к месту проживания, так как по его словам поиск гостиниц и все переговоры с их представителями осуществлялся посредством электронной почты, факса и телефона, а сотрудники заявителя его не видели и не знают;

- ФИО3 не осуществлял переговоры с представителями ЗАО «МЭМП» на протяжении действия договора, т.к. должностные лица заявляют о том, что переговоры велись с представителями общества, а ФИО3 на территории базы отдыха «Радуга» и ЗАО «МЭМП» никогда не видели;

- ФИО3 не осуществлял контроль за проживанием, прибытием и выбытием сотрудников на территории базы отдыха «Радуга», ежемесячные отчеты о проживающих сотрудниках составлялись, подписывались и передавались сотрудниками ЗАО «МЭМП» сотрудниками общества, а не ФИО3.

Сотрудник общества ФИО4, допрошенный в качестве свидетеля, показал, что в период командировки на территории базы отдыха «Радуга» не проживал, т.к. что он зарегистрирован в г. Можайске и проживал по адресу регистрации, а в силу ст. 168 Трудового кодекса Российской Федерации налогоплательщик может включать в состав расходов затраты по оплате стоимости найма жилого помещения командированным сотрудникам только в том случае, если эти сотрудники проживают вне места постоянного жительства.

Судом исследованы и признаны неосновательными доводы налогового органа.

В ходе проверки обществом представлены договор возмездного оказания услуг с ФИО3 от 30.04.2009 № 092213 (т. 3 л. 56-58), накладные, акты сдачи-приемки услуг, счета-фактуры (т. 6-15, т. 16 л. 1-42). Указанные документы содержат поименный перечень сотрудников заявителя, а также точные периоды, в которых оказывались услуги по организации их проживания.

Также обществом представлены командировочные удостоверения с отметками о прибытии и выбытии сотрудников, авансовые отчеты, заполненные и подписанные командированными сотрудниками заявителя, документы, подтверждающие проезд сотрудников к месту командировки (билеты на электропоезда по маршруту ст. Кунцево – ст. Можайск Московской области и обратно) (т. 5 л. 88-113):

В соответствии с подп. 12 п. 1 ст. 264 Кодекса в составе прочих расходов, связанных с производством и реализацией, заявитель вправе учесть расходы на командировки, и в частности, на наем жилого помещения.

Проживание сотрудников общества на базе отдыха «Радуга» подтвердили свидетели ФИО5 (т. 16 л. 82) и ФИО6 (т. 1 л. 132), ФИО7 (т. 1 л. 124), ФИО8 (т. 1 л. 143), ФИО9 (т. 1 л. 146), ФИО10 (т. 4 л. 24).

Факт оказания заявителю услуг подтвердил и допрошенный в качестве свидетеля ФИО3 (т. 16 л. 128).

Представленные заявителем документы не содержат противоречий или несоответствий, содержание накладных, актов сдачи-приемки услуг и счетов-фактур, выставленных ФИО3, соответствует данным командировочных документов.

Например, заявителем представлены накладная и счет-фактура от 04.02.2009 № 029 (т. 5 л. 88-89), оформляющие оказание услуг ФИО3 заявителю. Данные документы выставлены на оказание услуг по организации проживания сотрудников, командированных на производственный объект в г. Можайск (войсковой части 52025): ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 (период проживания с 12.01.2009 по 31.01.2009).

Сведения, отраженные в данных документах, совпадают с данными о командировках соответствующих сотрудников. Так, в реестре командировочных удостоверений с 01.01.2009 по 31.12.2009 по объекту 061004 (т. 5 л. 114-128) отражено, что перечисленные сотрудники находились в командировке на соответствующем объекте в указанный в документах период.

Аналогичным образом совпадают приведенные сведения и с командировочными документами.

Кроме того, в представленных ответчику карточках счета 71.1., составленных на каждого командированного сотрудника, также отражена информация, совпадающая с данными, содержащимися в документах, оформленных ФИО3 Так, например, согласно карточке счета 71.1. по сотруднику ФИО11 (т. 5 л. 90-93) 11.01.2009 проведена операция по выдаче ему из кассы под отчет командировочных расходов в сумме 15 500 руб., 04.02.2009 отражена операция по приобретению спорных услуг ФИО3 в сумме 30 400 руб.

Налоговым органом не оспаривается наличие документов, подтверждающих командирование и проживание сотрудников на базе отдыха (т. 2 л. 96).

То обстоятельство, что в договоре с ФИО3 и в актах приемки не определены цена услуг и адреса, по которым проживали сотрудники, не свидетельствует о документальной неподтвержденности расходов.

Как пояснила представитель заявителя, по договору производилось размещение различного (по запросам заявителя) числа сотрудников в разных местах (городах, регионах). В такой ситуации определить стоимость услуг заранее (на момент заключения договора) не представляется возможным. Вместо фиксации в договоре такой стоимости стороны согласовали условие, в соответствии с которым цена услуг определяется заранее посредством электронной почты или факсимильной связи. По завершении отдельного периода оказания услуг определялась стоимость оказанных услуг исходя из цены и показателя человек/день. Заявитель в соответствии с п. 2.4. договора (т. 4 л. 141) оплачивал услуги ФИО3 после получения счетов. Такой порядок определения цены и стоимости оказанных услуг не противоречит законодательству.

По аналогичным причинам на момент заключения договора стороны не знали, по каким адресам будет осуществляться размещение сотрудников.

В актах сдачи-приемки услуг в отношении фамилии каждого размещаемого сотрудника есть указание на объект, на который он командирован. Этой информации сторонам было достаточно для детализации места размещения сотрудников.

Кроме того, представленные документы (накладные, счета-фактуры, акты сдачи-приемки) содержат все необходимые реквизиты, установленные п. 2 ст. 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», п. 5 и п. 6 ст. 169 Кодекса.

Спорные услуги приобретались заявителем в ходе исполнения генерального соглашения № 4200000208 (рабочее задание ESCW19, объект 061004) (т. 5 л. 1-87), заключенного между компанией «UTBATTELLE, LLC» США (донор) и заявителем (организация-поставщик) в рамках Соглашения между Правительством США и Правительством Российской Федерации «Относительно безопасных и надежных перевозок, хранения и уничтожения оружия и предотвращения распространения оружия» от 17.06.1992 г., а также в рамках Соглашения между Правительством США и Российской Федерации «О сотрудничестве в области учета, контроля и физической защиты ядерных материалов» от 02.10.1999 (с приложениями) (т. 4 л. 41-44). Общая цена, причитающаяся к получению заявителем за выполненные работы по генеральному соглашению, определена как 55 619 141 дол. США на основании модификации № 04 к рабочему заданию ESCW19 (т. 5 л. 48).

Принадлежность работ, выполненных заявителем на объекте 061004 в рамках данного генерального соглашения, к технической помощи подтверждается также удостоверением № 5037 (с учетом изменений, внесенных протоколом заседания Комиссии по вопросам международной гуманитарной и технической помощи при Правительстве Российской Федерации от 11.09.2008 № 3 (30)) (т. 4 л. 52). Данным удостоверением подтверждено, что денежные средства, товары, работы и услуги для анализа уязвимости, геологических изысканий, комплексного проекта и усовершенствования системы физической защиты для чувствительного объекта W-19 на сумму 55 619 141 дол. США являются технической помощью (содействием).

Дополнительным доказательством, свидетельствующим о заключении и исполнении данного генерального соглашения, является также переданное ответчику письмо заместителя директора Министерства энергетики США от 27.09.2006 № МД 012 (т. 4 л. 53-54), которым подтвержден факт заключения генерального соглашения и сумма гарантированного финансирования (с учетом условий, указанных в модификации № 01 к рабочему заданию ESCW19).

Из отчетов по задачам по генеральному соглашению (т. 4 л. 55-140), адресованным донору и фиксирующим факт выполнения работ в соответствии с календарным планом, видно, что в сметную стоимость выполненных работ включены также и командировки сотрудников заявителя, относящиеся к выполнению контракта № 4200000208 ESCW19/061004 о комплексных усовершенствованиях на объекте W-19 (производственный объект Министерства обороны Российской Федерации в г. Можайск).

Указанные отчеты содержат подробную информацию, в т.ч. о поименном составе командированных сотрудников, периодах командировок, а также суммах расходов на командировку.

Например, из отчета от 01.09.2009 по задаче 4.2.33 (т. 4 л. 62) видно, что в состав предъявленных донору расходов на командировку отнесены среди прочих и расходы на командировки сотрудника ФИО17 (период командировки с 19.01.2009 по 27.02.2009) – сумма расходов, подлежащая покрытию за счет средств технической помощи, составила 4 000 дол. США.

Эти сведения, включенные в отчеты донору, соответствуют документально подтвержденным затратам заявителя. Так в строке 1 на стр. 3 представленного реестра командировочных удостоверений заявителя (т. 5 л. 116) указано, что сотрудник ФИО17 направлен в командировку с 19.01.2009 по 27.02.2009 на объект 061004. Расходы по размещению указанного сотрудника в период командировки были понесены заявителем на основании счетов-фактур и накладных ФИО3 от 10.02.2009 № 037 (размещение сотрудника ФИО17 с 19.01.2009 по 05.02.2009) (т. 6 л. 73-74), от 24.02.2009 № 047 (размещение сотрудника ФИО17 с 05.02.2009 по 20.02.2009) (т. 6 л. 93-94), от 11.03.2009 № 065 (размещение сотрудника ФИО17 с 20.02.2009 по 27.02.2009).

Аналогичная ситуация имеет место и в отношении всех остальных сотрудников заявителя, командированных в проверяемом периоде в г. Можайск в рамках выполнения работ по генеральному соглашению. Указанные отчеты приняты донором, по ним произведена полная оплата, а сумма полученной выручки своевременно и в полном объеме учтена заявителем для целей налогообложения, что подтверждается отсутствием в акте проверки каких-либо нарушений в части отражения полученных доходов.

Таким образом, спорные затраты были компенсированы (возмещены) заявителю компанией «UTBATTELLE, LLC» США (донор), что не оспаривалось представителем налогового органа в ходе рассмотрения дела судом.

Поскольку затраты являются возмещаемыми, т.е. им соответствует часть выручки, нет оснований для вывода о необоснованности полученной обществом налоговой выгоды в виде уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 04.06.2007 № 366-О-П и № 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1, Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность». В Определении № 320-О-П также указано, что «судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Налоговый контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений налогоплательщиков в связи с наличием объективных пределов в возможности контролирующего органа выявлять наличие в них деловых просчетов. Таким образом, налоговый орган не вправе оценивать целесообразность и экономическую эффективность хозяйственной операции.

Таким образом, при представлении заявителем полного документального подтверждения расходов, а также обоснования экономической оправданности расходов, исключение расходов ответчиком является неправомерным.

Налоговый орган ссылается на то, что согласно протоколам допросов свидетелей ФИО5 (т. 1 л. 138-141) и ФИО6 (т. 1 л. 131-134) на территорию базы приезжал представитель общества, а с ФИО3 они не знакомы. В то же время в решении подтверждено, что:

- между ЗАО «МЭМП» и ФИО3 был заключен договор аренды помещений, в которых впоследствии размещались сотрудники заявителя;

- между ЗАО «МЭМП» и заявителем прямого договора не было.

Это означает, что факт размещения сотрудников заявителя в спорный период на базе отдыха «Радуга» свидетельствует о выполнении ЗАО «МЭМП» своих обязательств перед ФИО3, а ФИО3 - своих обязательств перед заявителем.

Договор аренды между ЗАО «МЭМП» и ФИО3 со стороны ЗАО «МЭМП» подписан ФИО18. Данное лицо не допрашивалось ответчиком ни в рамках проверки, ни в рамках дополнительных мероприятий налогового контроля. Тот факт, что другие сотрудники ЗАО «МЭМП» не знакомы с ФИО3, не свидетельствует об отсутствии или неисполнении договорных отношений между ЗАО «МЭМП» и ФИО3

При допросе в качестве свидетеля (протокол от 23.09.2011 № 21, т. 1 л. 127-130) ФИО3 подтвердил факт оказания услуг заявителю. ФИО3 показал, что общался с представителями мест размещения сотрудников заявителя по электронной почте и по телефону.

Доказательств того, что полученная ФИО3 выручка от реализации услуг заявителю не была учтена предпринимателем для целей налогообложения, в ходе встречных проверок не установлено.

При расчете величины исключаемых из расчета налоговой базы расходов из общей суммы расходов по размещению сотрудников (30 236 600 руб.) налоговый орган вычел ту часть, которая, по его мнению, вообще не должна была учитываться, так как сотрудник заявителя ФИО4 на соответствующей базе отдыха не проживал (478 400 руб.). Затем из оставшейся суммы (29 758 200 руб.) вычтена величину 3 879 237 руб., которая, по расчетам инспекции, представляет собой реальную стоимость оказанных заявителю ФИО3 услуг. Сумма 3 879 237 руб. была подсчитана путем умножения количества дней нахождения каждого сотрудника на базе отдыха, полученных из списков ЗАО «МЭМП» на 250 руб., т.е. рыночную, по мнению ответчика, стоимость размещения 1 человека на 1 день на базе отдыха «Радуга».

При этом налоговый орган использовал учетные данные ЗАО «МЭМП» (приложение № 1 к акту проверки), которые нельзя признать первичным учетным документом, так как они содержат сведения не о всех сотрудниках, составлены с техническими ошибками.

Как указано выше, данные, содержащиеся в документах, оформляемых ФИО3, совпадают с данными командировочных документов, оформляющих пребывание сотрудников заявителя на объекте и на базе отдыха «Радуга». Расхождений между этими документами не выявлено, что подтверждается в абз. 1 стр. 24, абз. 2 стр. 25 решения (т. 2 л. 95-96).

Таким образом, все сотрудники заявителя находились в командировках на соответствующем объекте в те периоды, за которые ФИО3 выставлены заявителю документы на оплату их проживания.

Ответчик в решении скорректировал периоды проживания сотрудников заявителя на базе отдыха «Радуга» исходя из списков сотрудников, предоставленных ЗАО «МЭМП» (т. 2 л. 7-43).

Использование такого документа для корректировки расходов заявителя неправомерно, так как он не является первичными, не отвечает требованиям п. 2 ст. 9 Федерального закона от 21.11.1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Большая часть представленных списков не подписана ни должностным лицом ЗАО «МЭМП», ни ФИО3, ни представителями заявителя. Также эти списки не имеют никаких реквизитов, в частности, номера и даты. Другая часть списков подписана сотрудниками заявителя ФИО19 или А. Степко. В то же время, данные лица не были уполномочены заявителем на подписание документов от его имени, в частности, документов, имеющих отношение к исполнению договора с ФИО3

Пояснения сотрудника ФИО4 не опровергают реальности оказания услуг и правомерности включения их в расходы с учетом требований трудового законодательства.

В решении налоговый орган ссылается на то, что ФИО4 показал, что находясь в командировке, не проживал на базе отдыха «Радуга», а находился по адресу регистрации в г. Можайск. Также ФИО4 указал, что, скорее всего, по адресу регистрации проживали сотрудники ФИО20 и ФИО21 (т. 1 л. 135-137)

Основываясь на показаниях ФИО4, ответчик посчитал, что затраты заявителя на оплату услуг ФИО3 в сумме 4 074 144 руб. экономически необоснованны и документально не подтверждены. При этом, ответчик исключил из состава расходов оплату услуг по размещению на базе отдыха «Радуга» всех сотрудников, зарегистрированных в г. Можайск: ФИО4, ФИО22, ФИО20, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28

Решением Управления ФНС РФ по г. Москве от 29.02.2012 г. № 21-19/017757, принятым по апелляционной жалобе заявителя, решение ответчика было признано незаконным в части полного исключения расходов на размещение сотрудников ФИО22, ФИО20, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28 Таким образом, с учетом внесенных в решение изменений, ответчиком исключены из расчета налоговой базы полностью лишь расходы на размещение сотрудника ФИО4 в сумме 478 400 руб.

В соответствии со ст. 168 Трудового кодекса Российской Федерации в случае направления в служебную командировку работодатель обязан возмещать работнику расходы по проезду, расходы по найму жилого помещения, дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные), иные расходы, произведенные работником с разрешения или ведома работодателя.

Указанная норма не предполагает возможности освобождения от компенсации стоимости оплаты проживания (обеспечения жильем) работника, направляемого в командировку.

Суд считает неправильным толкование приведенной нормы налоговым органом. Упоминание о дополнительных расходах, связанных с проживанием вне места постоянного жительства, имеет отношение только к этим дополнительным расходам в виде суточных.

Налоговый орган не оспаривает, что ФИО4 направлялся в командировку на рассматриваемый объект. Поэтому заявитель действовал правомерно, понеся затраты, направленные на обеспечение проживания командированного сотрудника. Само по себе то обстоятельство, что фактически ФИО4 не проживал по месту предоставленного ему жилья на период командировки, не отменяет обоснованности этих затрат, понесенных во исполнение требований действующего трудового законодательства.

При этом показания ФИО4, не опровергают того, что проживание всех сотрудников в период командировок в г. Можайск было обеспечено за счет заявителя-работодателя. Такие показания свидетельствуют лишь о том, что сам ФИО4 правом на обеспеченность жильем в период командировки не воспользовался.

В решении налоговый орган признал необоснованным применение заявителем вычетов по услугам ФИО3 в сумме 5 391 559 руб., сославшись на отсутствие объекта обложения НДС ввиду неподтвержденности факта оказания услуг заявителю.

Выводы ответчика противоречат нормам главы 21 Кодекса, сложившейся судебной практике и фактическим обстоятельствам, что подтверждается следующим.

Ответчиком не установлено нарушений заявителем ст. 171 и ст. 172 Кодекса, препятствующих принятию НДС к вычету.

Как видно из текста решения, исключение из состава налоговых вычетов НДС сумм налога, перечисленного ФИО3, аргументировано теми же доводами, что и при отказе в подтверждении налоговой выгоды по налогу на прибыль.

Налоговому органу представлены все необходимые документы, подтверждающие в соответствии с требованиями главы 21 Кодекса обоснованность применения спорных вычетов: акты оказанных услуг, счета, счета-фактуры, платежно-расчетные документы, накладные, подтверждающие факт перечисления полных сумм оплаты с НДС в адрес исполнителя по спорным сделкам, книги покупок за все налоговые периоды 2009 г.

Замечаний по порядку применения вычетов в соответствии со ст. 171, ст. 172 Кодекса и в отношении представленных к проверке счетов-фактур, а также в отношении суммы налогового вычета, предъявлено не было.

Толкование ст. 171, ст. 172 Кодекса не связывает право заявителя на применение вычета по НДС с экономической обоснованностью расходов.

Кроме того, заявитель утверждает, что НДС, предъявленный ФИО3, в 2009 году к вычету не принимался.

Общество осуществляет деятельность как облагаемую, так и необлагаемую НДС (освобождаемую от налогообложения). В соответствии с п. 4 ст. 149 Кодекса в случае, если налогоплательщиком осуществляются операции, подлежащие налогообложению, и операции, не подлежащие налогообложению (освобождаемые от налогообложения) в соответствии с положениями ст. 149 Кодекса, налогоплательщик обязан вести раздельный учет.

При этом абз. 7 п. 4 ст. 170 Кодекса содержит корреспондирующую п. 4 ст. 149 Кодекса норму, определяющую условия применения вычетов по НДС налогоплательщиками, осуществляющими облагаемые и необлагаемые операции. Согласно абз. 2 п. 4 ст. 170 Кодекса, суммы налога, предъявленные продавцами товаров (работ, услуг), имущественных прав налогоплательщикам, осуществляющим как облагаемые налогом, так и освобождаемые от налогообложения операции, учитываются в стоимости таких товаров (работ, услуг), имущественных прав – по товарам (работам, услугам), в т.ч. основным средствам и нематериальным активам, имущественным правам, используемым для осуществления операций, не облагаемых НДС.

Аналогичные положения закреплены заявителем и в учетной политике, принятой для целей налогообложения. Так, учетной политикой на 2009 г., утв. приказом от 29.12.2008 № 107/20-254 (т. 16 л. 69-79), предписано вести раздельный учет сумм НДС по приобретенным товарам (работам, услугам), используемым исключительно для осуществления не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения) операций, а также как облагаемых налогом, так и не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения) операций с применением соответствующих учетных регистров, отражая соответствующие суммы налога на предназначенных для этого субсчетах бухгалтерского учета. Указанная учетная политика представлялась заявителем к проверке, однако ее положениям не была дана надлежащая оценка.

Как указано выше, услуги ФИО3 приобретались заявителем в связи с выполнением работ по объекту 061004 в рамках оказания безвозмездной помощи (содействия) Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 04.05.1999 г. № 95-ФЗ «О безвозмездной помощи (содействии) РФ и внесении изменений и дополнений в отдельные законодательные акты РФ о налогах и об установлении льгот по платежам в государственные внебюджетные фонды в связи с осуществлением безвозмездной помощи (содействия) РФ».

Указание на такое назначение выполненных заявителем работ содержится в рабочем задании к генеральному соглашению № 4200000208 (т. 5 л. 1-87) и удостоверении о признании средств, товаров, работ и услуг технической помощью № 5037 (т. 4 л. 52), представленных с возражениями, и не оспаривается инспекцией.

Следовательно, реализация спорных работ, в ходе исполнения которых заявителем приобретались услуги ФИО3, не подлежала налогообложению НДС на основании подп. 19 п. 2 ст. 149 Кодекса. Правомерность применения заявителем освобождения от налогообложения НДС в полном объеме подтверждена на стр. 34-36 решения (т. 2 л. 105-107).

Таким образом, поскольку указанные услуги приобретались только в связи с необходимостью выполнения работ по генеральному соглашению № 4200000208, то вычету НДС, уплаченный в пользу ФИО3, не подлежал в полном объеме на основании требований абз. 2 п. 4 ст. 170 Кодекса.

Реализуя указанное требование налогового законодательства, заявитель фактически применял следующий порядок.

По мере получения от продавцов товаров (работ, услуг), в т.ч. ФИО3, все счета-фактуры заносились заявителем в книгу покупок за соответствующий налоговый период. По окончании налогового периода и формировании данных, подлежащих включению в налоговую декларацию по НДС, заявитель исходил из обоснованности внесения каждой учтенной в книге покупок суммы налога. При этом заявитель руководствовался требованиями главы 21 Кодекса, а также порядком, закрепленным абз. 2 п. 8 раздела II Правил ведения журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур, книг покупок и книг продаж при расчетах по НДС, утв. Постановлением Правительства РФ от 02.12.2000 № 914.

В силу того, что спорные суммы НДС, предъявленного ФИО3, не подлежали вычету у заявителя, последний исключал их из общей суммы вычетов, как она определена по данным книги покупок за соответствующий период и не учитывал их в составе вычетов при формировании первоначальной декларации по НДС.

Этими причинами объясняется расхождение итоговых данных, отраженных заявителем в книгах покупок, и данных о суммах принимаемого к вычету НДС, отраженных в соответствующих этим книгам покупок декларациях. В связи с этим утверждение ответчика в решении о том, что суммы налоговых вычетов по НДС с затрат на оплату услуг ИП ФИО3 в полном объеме были отражены Обществом в книгах покупок, а следовательно, в налоговых декларациях по НДС за 1-4 кварталы 2009 года, противоречит фактическим обстоятельствам и имеющимся документам. Согласно данным налоговых деклараций итоговая сумма вычетов НДС заявлена в меньшем размере, чем отражено в книгах покупок за соответствующие им налоговые периоды.

Таким образом, вся спорная сумма НДС, отраженная ответчиком в решении как необоснованно принятая к вычету, заявителем в реальности к вычету не принималась. Это было подтверждено заявителем в представленной вместе с возражениями на акт проверки справке «Сводный расчет сумм НДС по контрагенту за 2009 год» (т. 16 л. 76), где отражено, что НДС по услугам ФИО3 в сумме 7 941 429 руб., предъявленный в рамках договора № 061004, не принимался к вычету, а учитывался в стоимости услуг. Достоверность сведений, отраженных в данной справке, инспекцией не опровергнута.

Для дополнительного подтверждения факта непринятия спорных сумм НДС к вычету заявитель представил бухгалтерскую справку (т. 6 л. 76), где отражены все сведения, которые налоговый орган мог установить в ходе проверки. Итоговая сумма вычетов НДС заявителя в соответствии с данными книг покупок составила 365 761 124 руб. При этом, вычеты НДС, заявленные по декларациям за 2009 г., составили лишь 332 565 315 руб. Разница в суммах вычетов между данными книг покупок и налоговых деклараций составила 33 195 809 руб. Эта же сумма отражена согласно форме НДС-3 в качестве суммы НДС, не предъявляемой к вычету (учитываемые в стоимости товаров, работ, услуг). В составе этой суммы величина НДС по командировочным расходам по объекту 061004 составляет 7 982 243 руб., из них 7 941 429 руб. – по услугам ФИО3.

Таким образом, спорные суммы НДС в полном объеме не принимались заявителем к вычету.

Таким образом, выводы инспекции по данному эпизоду основаны на неполно выясненных обстоятельствах, не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Ответчик в решении указал, что заявитель в нарушение ст. 226 Кодекса несвоевременно перечислял в бюджет НДФЛ.

Налоговый орган в решении начислил пени по налогу на доходы физических лиц на 30.09.2011 в размере 91 554,07 руб. По итогам рассмотрения возражений заявителя ответчиком проведен анализ и перерасчет сумм удержанного, но не перечисленного своевременно и в полном размере НДФЛ, а также пеней по НДФЛ. Ответчик частично признал доводы заявителя обоснованными, пересчитал сумму подлежащих начислению пеней, которая составила 42 241,11 руб.

Во исполнение определения суда была проведена двусторонняя сверка расчетов для определения размера пени по НДФЛ. В результате пересчета сумма пени по НДФЛ составили 14 919,17 руб., в том числе:

- в части головной организации ЗАО «Эскорт-Центр» в размере 1 236,59 руб.;

- в части Арктического филиала ЗАО «Эскорт-Центр»в размере 3 638,09 руб.;

- в части Приволжского филиала ЗАО «Эскорт-Центр» в размере 478,54 руб.;

- в части Северо-Кавказского филиала ЗАО «Эскорт-Центр» в размере 7,41 руб.;

- в части Западно-Сибирского филиала ЗАО «Эскорт-Центр» в размере 9 558,54 руб.

Поэтому суд признает недействительным решение в части начисления пени в размере 27 321,94 руб. (42 241,11 - 14 919,17)

Ссылка заявителя на существенное нарушение налоговым органом порядка проведения проверки и принятия решения судом отклоняется.

Заявитель утверждает, что налоговым органом не была обеспечена возможность заблаговременно ознакомиться и представить возражения на результаты дополнительных мероприятий налогового контроля.

В соответствии с абз. 2 п. 14 ст. 101 Кодекса нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Рассмотрение материалов налоговой проверки заявителя за 2009 г., включая представленные заявителем возражения на акт проверки от 30.09.2011 № 22/146 (т. 2 л. 44-71), состоялось 31.10.2011. Решением от 14.11.2011 № 22/488/1 (т. 4 л. 17) инспекция продлила срок рассмотрения материалов налоговой проверки, решением от 14.11.2011 № 22/488 (т. 2 л. 18-19) назначено проведение дополнительных мероприятий налогового контроля в срок, не превышающий один месяц.

08.12.2011 в адрес заявителя направлено уведомление (т. 4 л. 20) о вызове представителей для рассмотрения материалов выездной налоговой проверки. 12.12.2011 инспекции передано ходатайство (т. 4 л. 21) с просьбой передать заявителю копии отсутствующих у него материалов дополнительных мероприятий налогового контроля, включая описание выводов и предложений, сделанных по итогам анализа доказательств, полученных в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля. Кроме того, заявитель просил в соответствии с положениями п. 6 ст. 100 Кодекса предоставить ему 15 рабочих дней для подготовки возражений по дополнительным мероприятиям налогового контроля с учетом указанных выше материалов.

Однако 13.12.2011 состоялось рассмотрение материалов выездной налоговой проверки (т. 4 л. 39-40) и тогда же в ходе рассмотрения материалов проверки, состоялось ознакомление представителя заявителя с материалами, полученными в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля.

При этом налоговый орган никак не оформил результаты дополнительных мероприятий налогового контроля, в связи с чем, в своих возражениях заявитель имел возможность дать пояснения только по тем доводам и доказательствам, которые были ранее изложены в акте проверки.

Суд считает, что приведенные заявителем обстоятельства в силу абз. 2 п. 14 ст. 101 Кодекса не являются безусловными самостоятельными основаниями для признания обжалуемого решения недействительным, поскольку, как следует из объяснений представителей сторон и содержания акта проверки и решения, по сравнению с актом изменился только расчет пеней по НДФЛ, что подтвердила и назначенная судом сверка расчетов.

В силу главы 25.3 Кодекса отношения по уплате государственной пошлины возникают между ее плательщиком – лицом, обращающимся в суд, и государством. Исходя из положений подпункта 1 пункта 3 статьи 44 Кодекса, отношения по поводу уплаты государственной пошлины после ее уплаты прекращаются.

Согласно ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации между сторонами судебного разбирательства возникают отношения по распределению судебных расходов, которые не регулируются главой 25.3 Кодекса.

Законодательством не предусмотрен возврат заявителю уплаченной государственной пошлины из бюджета в случае, если судебный акт принят в его пользу, а также не предусмотрено освобождение государственных органов, органов местного самоуправления от возмещения судебных расходов.

В связи с этим, если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления) расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению этим органом в составе судебных расходов (ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167, 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации, решение Инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве от 14.12.2011 № 22/196 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения с учетом изменений, внесенных решением УФНС России по г. Москве от 29.02.2012 № 21-19/017757, в части доначисления налога на прибыль, налога на добавленную стоимость, начисления соответствующих пеней и штрафов, а также в части начисления пеней по налогу на доходы физических лиц в сумме 27 321,94 руб.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве в пользу Закрытого акционерного общества «Эскорт-Центр» судебные расходы в размере 2 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Г.А. Карпова