Гражданский кодекс часть 1

ООО «НПП «Бевард» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «НОРТ ФИО1» о взыскании денежных средств в размере 94.729.873 рубля 84 копейки в счет возмещения ущерба причиненного пожаром.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2014 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда №09АП-6956/2015-ГК от 31.03.2015 Решение Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2014 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2015 Решение Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2014 и Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2015 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2015 по настоящему делу при направлении дела в первую инстанцию указано «…вместе с тем, при установлении размера убытков, обусловленных пожаром суды обеих инстанций не установили: послужила ли причиной пожара аварийная электропроводка или ее ненадлежащая эксплуатация со стороны арендатора, в каком состоянии было передано арендуемое помещение и кто несет ответственность (арендатор или арендодатель) по условиям договора за противопожарное состояние электропроводки.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить причину пожара и зону ответственности арендатора и арендодателя за возникновение пожара; определить размер поврежденного имущества, проверить доводы Ответчика, что материальные ценности были вывезены Истцом перед пожаром и переведены на другой склад».

При новом рассмотрении настоящего дела, Истец исковые требования поддержал и уточнил в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым просит взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «НОРТ ФИО1» 94. 466 223 рубля и 50 копеек в счет возмещения ущерба и возврат государственной пошлины в размере 200 000 рублей.

Ответчик требования не признал согласно доводам отзыва.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ПАО «МОСЭНЕРГОСБЫТ», ПАО «Московская объединенная электросетевая компания» (ПАО «МОЭСК»), Российский Университет Дружбы Народов (Федеральное Государственное Бюджетное Образовательное Учреждение Высшего Профессионального Образования) (РУДН).

Выслушав представителей Истца, Ответчика и Третьих лиц, исследовав письменные доказательства, суд находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В обоснование исковых требований Истец ссылается на то, что между ООО «НПП «Бевард» (арендатор) и ООО «НОРТ ФИО1» (арендодатель) 01.01.2014 года был заключен Договор аренды №1401 сроком до 30.11.2014 года.

ООО «НОРТ ФИО1» является собственником помещений предоставленных в аренду ООО «НПП «Бевард».

18.02.2014 года в 17 часов 37 минут в арендованном ООО «НПП «Бевард» складском помещении произошел пожар, в результате которого было повреждено или уничтожено хранящееся в складском помещении видеооборудование Истца.

В обоснование исковых требований ООО «НПП «Бевард» ссылается на Постановление старшего дознавателя отделения административно практики, дознания и государственной статистики отдела надзорной деятельности Управления по ЮЗАО Главного Управления МЧС России по г. Москве об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.04.2014 года, согласно которому арендаторам и собственнику помещений причинен материальный ущерб.

Как следует из Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.04.2014 года в ходе проведения проверки были назначены пожарно-технические исследования по пожару.

Из Заключения ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве №Э-027-214 от 05.03.2014 о результатах исследования предметов изъятых с места пожара (электровыключатели, розетка, закрепленные на фанерном щите) следует: в ходе осмотра представленных предметов установлено, что на их токоведущих элементах отсутствуют следы аварийных режимов работы, а термические повреждения носят поверхностный характер. Исследованием представленных предметов установлено, что на них отсутствуют признаки аварийных пожароопасных режимов работы, указывающие на их причастность

Из Заключения ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве №Э-026-214 от 05.03.2014 о результатах исследования предметов изъятых с места пожара (остаток люминесцентного светильника) следует: в ходе осмотра представленных остатков люминесцентного электросветильника установлено, что на обмотках его дросселя имеются повреждения, которые образовались в результате нештатного (аварийного) режима работы. Исследованием представленных (сохранившихся) остатков люминесцентного электросветильника установлено, что на одном из его дросселей имеются признаки нештатного аварийного режима работы, тепловой эффект которого мог послужить источником возгорания.

Из Заключения ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве №350 от 06.03.2014 года о результатах исследования следует: очаг пожара находится на первом этаже трехэтажного административно-складского здания, в складском помещении, занимаемой организацией ООО «НПП «Бевард», справа от входа, у правой стены, в районе потолочного перекрытия в месте крепления на нем люминесцентного электрического светильника. Источником зажигания в данном случае могло послужить тепловое проявление электрического тока при аварийном пожароопасном режиме работы возникшего в электросхеме потолочного люминесцентного электрического светильника. Причиной возникновения данного пожара могло послужить воспламенение горючих материалов расположенных в зоне очага пожара в результате теплового эффекта электрического тока, возникшего в электросхеме потолочного люминесцентного электрического светильника.

Также Истцом предоставлено Заключение специалиста ФИО5, выполненное во внесудебном порядке на основании договора с ООО «НПП «Бевард», согласно выводам которого организационно-технической причиной пожара стало неисполнение арендодателем пункта 42 Правил противопожарного режима в РФ, утвержденных постановлением правительства РФ №390 от 25.04.2012 г. и пункта 1.3.2. Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей (по мнению Истца прокладка электрических сетей была выполнена не по проекту, расчет электрических нагрузок не производился, сечение электрических проводников при подключении потребителей не учитывалось, предохранительная защита электрических сетей на номинальный ток расцепителя (при коротком замыкании и/или перегрузке) не подбиралась, акт допуска на подключение электрической энергии по постоянной схеме отсутствует) (Том 15, л.д.95), а также к значительному материальному ущербу по мнению Истца в складе привели нарушения норм и правил пожарной безопасности со стороны ООО «НОРТ ФИО1» в виде нарушения пункта 61 Правил противопожарного режима в Российской Федерации №390 от 25.04.2012 года в виде бездействия при обеспечении на момент возникновения пожара устойчивой работы пожарной сигнализации, что по мнению специалиста привело к позднему обнаружению пожара.

Истец со ссылкой на письмо Комитета МОСГОРСТРОЙНАДЗОРА №09-2821/14-1 от 04.04.2014 г. указывает, что все строение, в помещение которого произошел пожар возведено Ответчиком без осуществления процедуры получения разрежения на строительство и в отсутствие проектной документации.

ООО «НПП «Бевард» со ссылкой на положения статьей 210 и 534 Гражданского кодекса Российской Федерации, придя к выводу о том, что пожар произошел на подконтрольном и принадлежащем Ответчику строении, обязанность за надлежащее противопожарное содержание которого лежит на собственнике или владельце объекта недвижимости обратился в суд с исковыми требованиями о возмещении ущерба непосредственно к ООО «НОРТ ФИО1».

В свою очередь в подтверждение права собственности и стоимости утраченного товара ООО «НПП «Бевард» представлены внешнеторговые контракты с поставщика (Том 1, л.д. 25-47), таможенные декларации, платежные поручения по оплате товара, товарные накладные, Инвентаризация товаров на складе №7 от 29.04.2014 г., а также товарно-транспортные накладные, Инвентаризационная опись №1243 от 29.04.2014 г.

Ответчик в отношении доводов Истца возражал, ссылаясь на то, что во исполнение противопожарных норм и правил им было оборудовано и содержалось в исправном состоянии помещение средствами пожаротушения, системой порошкового пожаротушения, автоматической системой сигнализации, электроустановка содержалась и эксплуатировалась посредством обслуживания привлеченной специализированной организации на договорной основе, и была осмотрена незадолго до пожара Все работы осуществляемые специализированной организацией вносились в Журнал регистрации работ по техническому обслуживанию эксплуатации электроустановок (Том 6, л.д.27), при этом последнее техническое обслуживание и осмотр электроустановки был произведен 12.02.2014 года (за неделю до пожара). Ответчик пояснил также, что как следует из Заключения ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве от 05.03.2014 г. №Э-027-2014 что при пожаре изъята вилка участка питающего электрошнура, что указывает на то, что момент пожара в помещении склада, в котором произошел пожар находилось электрооборудование Истца неизвестного происхождения.

В качестве доказательств надлежащего содержания строения Ответчиком предоставлены: Распоряжение Префекта ЮЗАО города Москвы от 09.12.2003 года №2442-РП «О вводе в эксплуатацию законченного строительством административно-складского сборно-разборного временного строения модульного типа (буровой полигон) согласно которому строение в котором произошел пожар является некапитальным строением, Разрешение на присоединение мощности к сети ОАО «Мосэнерго» от 20.08.2003 г. №11 р-13162, согласно которому было произведено технологическое присоединение строения к мощности с целью электроснабжения объекта, Договор энергоснабжения №56332471 от 29.12.2006 г. и Договор энергоснабжения №56332471 от 31.07.2006 заключенные в разное время с ОАО «МОСЭНЕРГОСБЫТ», Акт №2.1/642/44Д от 17.05.2008 г. согласно которому была допущена в эксплуатацию электроустановка потребителя, Договор №1/ТО от 01.05.2012 г. заключенный с ООО «ФорвардТехнолоджис» на работу по техническому обслуживанию установок автоматической пожарной сигнализации и систем порошкового пожаротушения , Договор №1/ТЭ от 01.12.2012 г., заключенный с этой же обсуживающей организацией на техническую эксплуатацию электроустановки, Акт осмотра электроустановки, Журнал регистрации работ по технической эксплуатации электроустановки (Том 6, д.д.27-34), Журнал регистрации обслуживания и ремонтов систем противопожарной защиты, согласно которому система автоматической пожарной сигнализации была проверена 17.02.2014 года (за день до пожара) и была полностью исправна, Акт проверки первичных средств пожаротушения №9 от 27.12.2013 г.

Также Ответчик не согласился с размер заявленного ущерба со ссылкой на то, что Истцом не предоставлены реальные доказательства о наличии товара на заявленную сумму иска на момент пожара непосредственно в помещении склада, а также из предоставленных доказательств невозможно установить какой товар находился в каких конкретных помещениях, ввиду того, что помимо помещения в котором произошел пожар, ООО «НПП «Бевард» хранил товар в помещениях второго этажа, а также в контейнере также предоставленном в аренду и расположенном на территории на которой расположено строение.

При новом рассмотрении дела, Истец не поддержал доводы в части нарушения Ответчика пункта 61 Правил противопожарного режима в Российской Федерации №390 от 25.04.2012 г., и возведения Ответчиком строения без разрешительной градостроительной документации. В остальной части ранее заявленные доводы поддержал, также качестве дополнительного обоснования исковых требований ООО «НПП «Бевард» считает, что причина пожара вызвана аварийным режимом работы электроустановки ввиду эксплуатации ее Ответчиком в отсутствие разрешительных документов, либо аварийный режим работы электросети ввиду ее перегрузки при большом со стороны Ответчика использовании мощности в отсутствие надлежащего технологического присоединения (Том 29, л.д. 13-22). По мнению Истца, Ответчиком были предоставлены в материалы дела документы о технологическом присоединении, ранее выданные в отношении совершенно другого объекта (принадлежащего РУДН)

В качестве обоснования размера ущерба ООО «НПП «Бевард» помимо ранее предоставленных документов первичной финансовой и бухгалтерской документации предоставлено Заключение специалиста ООО «Лаборратория Экспертных Исследований СиСиТиВиЛаб» от 29.02.2016 г., выполненное ФИО6, имеющей квалификацию аудитора

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд исходит из следующего:

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «НОРТ ФИО1» является собственником административно-складского сборно-разборного временного строения модульного типа, расположенного по адресу: <...>.

Как следует из Акта о пожаре от 18.02.2014 г., на первом этаже строения по адресу: <...> 18.02.2014 г. произошел пожар, время поступления сообщения о пожаре в 17 часов 37 минут. Условия, способствовавшие развитию пожара позднее сообщение о пожаре. (Том 6, л.д.112-113).

На момент пожара, помещение в котором произошел пожар было занято ООО «НПП «Бевард» на основании Договора аренды №1401 от 01.01.2014 года, в соответствии с которым, арендатору за плату передана в пользование часть административно-складского сборно-разборного временного строения модульного типа общей площадью 1244,91 кв.м., из которых офис 104 площадью 140,00 кв.м., склад площадью 72,0 кв.м., склад площадью 565,68 кв.м., и 31,00 кв.м., площадь общего пользования на первом этаже строения. Офис 204 площадью 63,03 кв.м., офис 205 площадью 44,00 кв.м., часть офиса 219 площадью 90,7 кв.м., офис 220 площадью 112,00 кв.м., на втором этаже строения; офис 330 площадью 43,0 кв.м, офис 331 площадью 37,00 кв.., офис 340 площадью 46,50 кв.м., на третьем этаже строения (п. 1.1. договора).

Срок действия договора с 01.01.2014 г. по 30.11.2014 г. Согласно п. 4.3. договора арендатор обязан соблюдать требования нормативных правовых актов по охране труда. Соблюдать правила пожарной безопасности, выполнять противопожарные требования для арендуемого типа строения, иметь в арендуемом имуществе первичные средства тушения пожара, в соответствии с установленными нормами. Назначить лицо, ответственное за обеспечение норм пожарной безопасности в арендуемом имуществе. Обеспечить по окончании рабочего времени (дня), осмотр арендуемого имущества, убедиться в том, что все электроприборы выключены, с соответствующей инструкции, принимая меры по спасанию людей, и имущества. Соблюдать инструкции о мерах пожарной безопасности в офисах и в складах, а также руководства (инструкции) по эксплуатации оргтехники (телефонов, ПЭВМ, копировальной техники и т.п.). В складах соблюдать условия, нормы, правила хранения вещей, товаров, материальных ценностей и т.п. в соответствии с требованиями нормативных актов. Нести ответственность за нарушение правил пожарной безопасности, электробезопасности в арендуемом имуществе. В соответствии с законодательством РФ (п. 4.3.5 договора). Не производить без письменного согласия арендодателя реконструкцию, перестройку, перепланировку и проведение иных работ с арендуемым имуществом (п. 4.3.6 договора). Обеспечить беспрепятственный допуск арендодателя (его полномочных представителей) с целью осуществления периодических осмотров имущества на предмет соблюдения условий его эксплуатации и использования в соответствии с условиями настоящего договора. Осмотр производится в присутствии представителя арендатора (п. 4.3.8 договора). Обеспечить доступ специалистам для технического обслуживания инженерных сетей и коммуникаций, связанного с общей эксплуатацией сооружений, а также сотрудник аварийно-технических службы в случае возникновения аварийных ситуаций. В случае отсутствия представителей арендатора на момент возникновения аварийных ситуаций, арендодатель вправе самостоятельно обеспечить доступ сотрудникам аварийно-технических службы в арендуемое имущество (п. 4.3.9 договора).

Как следует из материалов дела пожар произошел в арендуемом ООО «НПП «Бевард» складе площадью 565,8 кв.м. на первом этаже строения. Факт пожара и место первоначального возникновения горения (очаг пожара) (первый этаж строения в арендуемом ООО «НПП «Бевард» складском помещении) - подтверждается справкой отделения административной практики, дознания и государственной статистики ОНД Управления по ЮЗАО ГУ МЧС России по городу Москве от 27.02.2014 г. № 39-31-4, копией Акта о пожаре от 18.02.2014 г. и заключениями специалистов ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве № 350 от 06.03.2014 г., от 05.03.2014 г. №Э-027-2014 и №Э-026-214 соответственно. В результате пожара о воздействия огня, высокой температуры, проливки воды и дыма (копоти) полностью уничтожены межэтажные перекрытия, крыша, офисные и складские и иные помещения на первом, втором и третьем этажах строения общей площадью 1100 кв.м., а также повреждены все потолки, пол и стены офисов, складов, коридоров и иных помещений, двери, окна, внутренняя отделка, мебель и оборудование, электропроводка, телефонная и интернет линии, автоматическая пожарная сигнализация, система вентиляции и вытяжки, внутренний пожарный водопровод и иное имущество, принадлежащее ответчику, также повреждено имущество, принадлежащее арендаторам, находящимся в строении.

Пунктом 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в законе.

Согласно п.1 ст.393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение.

Отсутствие хотя бы одного из названных условий исключает ответственность лица по требованию о возмещении убытков.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 г. №14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки.

Вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, которое освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункты 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ).

При этом вред также подлежит возмещению только в случае, если судом установлено наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда, противоправность действий причинителя вреда, юридически значимую причинную связь между противоправным поведением (действиями) и наступлением вреда, его размер.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Между тем, норма статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит общие принципы возмещения убытков.

В зависимости от основания возникновения ответственности различают договорную и внедоговорную ответственность.

Под договорной ответственностью принято понимать ответственность, наступающую в случаях неисполнения и ненадлежащего исполнения обязательства, возникшего из договора.

Нарушение обязательства, возникшего не из договора, а по другим основаниям, влечет внедоговорную ответственность (деликтную). Такая ответственность применяется, в частности, в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица, когда вред подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ст. 1064 ГК), вследствие неосновательного приобретения или сбережения имущества за счет другого лица (ст. 1102 ГК), и в некоторых других случаях.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» указано, что по смыслу ст. ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Таким образом, на истце лежит бремя доказывания наличия у него убытков и причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства ответчиком и наступившими убытками, на ответчике - отсутствие вины.

В тоже время, как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» свободные в выборе не противоречащих закону условий договора стороны, своим усмотрением могут, в частности определить условие об ограничении ответственности должника. При этом заключение такого соглашения не допускается и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (пункт 2 статьи 400 ГК РФ) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (например, ничтожными являются условия договора охраны или договора перевозки об ограничении ответственности профессионального исполнителя охранных услуг или перевозчика только случаями умышленного неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства).

Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ). Отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункты 1 и 2 статьи 401 ГК РФ). Например, в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства.

Пределы ответственности ООО «НОРТ ФИО1» установлены в п. п.4.3.11 и 6.4. Договора аренды от 01.01.2014 г. № 1401, согласно которым «Арендатор обязан нести ответственность за сохранность переданного ему имущества, возместить стоимость поврежденного имущества вне зависимости от причин повлекших его поручу» (п.4.3.11.), и «Арендодатель не несет ответственность за нарушение целостности (повреждения) внешнего вида, сохранности размещенных ТС Арендатора, имущества, оставленного в них, а также за причинение вреда Арендатору, его вещам, вещам его сотрудников, в случае действия обстоятельств непреодолимой силы, в том числе по независящим от Арендодателя обстоятельствам: обесточивание электросети по причине перенапряжения, короткого замыкания, отключения, аварии в системах водоснабжения, водоотведения, отопления, повреждение инженерных коммуникаций и оборудования, а также чрезвычайные ситуации природного и техногенного характера» (п.6.4.).

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Таким образом, в силу принципа свободы договора, по общему правилу, стороны самостоятельно несут риск того, что в процессе деятельности у них могут возникнуть убытки, ответственность за которые со стороны другой стороны договора ограничена умыслом. Умышленным поведением признается недобросовестное поведение, когда лицо совершает намеренно действия или напротив намеренно их не совершает, хотя оно знает или должно знать, что данные действия/бездействия повлекут за собой пожар.

При этом не является само по себе умышленным поведением действия Ответчика как собственника имущества и/или выполнение обязательств по его содержанию в виде капитального/текущего ремонта либо совершения действия согласно предписанию соответствующих органов. Однако, в случае, когда сторона договора выполняла свои обязательства явно с нарушением порядка и требований для такого действия, либо осознавая последствия допустила ненадлежащее выполнение или невыполнения обязательства, в таких случаях лицо, умышленно нарушившее соответствующее условие или обманувшее своего контрагента, обязано возместить причиненные ему убытки.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по делам данной категории доказыванию подлежит состав правонарушения, включающего факт наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между вредом и противоправным поведением причинителя вреда и вину причинителя вреда. Истец также обязан доказать размер понесенных убытков.

Из смысла приведенных норм следует, что для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков, понесенных в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по Договору аренды №1401 от 01.01.2014 г. с учетом положений п.6.4. договора, необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: факт явного (намеренного) нарушения договорных обязательств ответчиком, причинно-следственную связь между нарушением договорного обязательства (недобросовестным поведением или бездействием Ответчика) и возникшими убытками, а также наличие и размер понесенных убытков.

Как следует из материалов дела, на момент пожара 18.02.2014 Истец и Ответчик фактически состояли в правоотношения основанных на договоре аренды начиная с 2012 года, в связи с заключением договора аренды №1237 с 01.03.2012 по 31.01.2013 (Том 18, л.д.7-116), договора аренды № 1111 от 01.01.2013 по 31.12.2013 г. и договора аренды №1401 от 01.01.2014 по 30.11.2014 и так далее. Из анализа предоставленных договоров и актов приема передачи помещений следует, что перезаключая договор на новый срок, ООО «НПП «Бевард» каждый раз осматривал помещения получаемые в аренду помещения, подтверждая, что помещение находилось в нормальном состоянии, отвечающем требованиям, предъявляемым к эксплуатируемым помещениям (Том 18, л.д. 14, 17, 21-22, 25-26, 34, 41, 44-46).

Таким образом, на момент заключения Договора аренды от 01.01.2014 г. № 1401, в период действия которого произошел пожар, Истец и Ответчик фактически уже длительное время состояли в арендных правоотношениях, при которых Истец арендовал помещения начиная с марта 2012 года.

Как следует из текста Акту приема-передачи от 01.01.2014 года, составленного Истцом и Ответчиком во исполнение Договора аренды №1401 от 01.01.2014 года, с учетом фактического использования помещений с 2012 года, переданное в аренду имущество находилось в надлежащем состоянии, со всеми исправно работающими коммуникациями и противопожарными устройствами (Том 18, л.д. 54).

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу статьи 210 Гражданского Кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с частью 1 статьи 611 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

При этом в силу части 1 статьи 612 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках.

Исходя из указанных норм права, собственник имущества при предоставлении имущества в аренду обязан обеспечить исправное и безопасное использование и функционирование своего имущества, исключающее причинение вреда иным лицам, а при его наличии возместить вред, причиненный им другим лицам при осуществлении правомочий собственника по владению, пользованию и распоряжения своим имуществом. При этом суд исходит из того, что под безопасным пользование помещением арендатором понимается создание нормальных и естественных условий эксплуатации помещения, отвечающего необходимым требованиям технической безопасности.

Общие правовые вопросы регулирования в области обеспечения пожарной безопасности, отношения между учреждениями, организациями и иными юридическими лицами независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, определяются Федеральным законом от 21.12.1994 г. № 69-ФЗ «О пожарной безопасности».

В силу статьи 37 названного Закона юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

Требования пожарной безопасности, устанавливающие правила поведения людей, порядок организации производства и (или) содержания территорий, зданий, сооружений, помещений организаций и других объектов защиты в целях обеспечения пожарной безопасности установлены Правилами противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 25.04.2012 г. №390, Федеральном Законе №123-ФЗ от 22.07.2008 г. «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», а также в Приказе Министерства энергетики РФ №6 от 13.01.2003 г. «Об утверждении Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей»

В силу пункта 61 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 г. N 390 "О противопожарном режиме" в редакции, действовавшей на момент пожара, руководитель организации обеспечивает исправное состояние систем и средств противопожарной защиты объекта (автоматических (автономных) установок пожаротушения, автоматических установок пожарной сигнализации, установок систем противодымной защиты, системы оповещения людей о пожаре, средств пожарной сигнализации, противопожарных дверей, противопожарных и дымовых клапанов, защитных устройств в противопожарных преградах) и организует не реже 1 раза в квартал проведение проверки работоспособности указанных систем и средств противопожарной защиты объекта с оформлением соответствующего акта проверки.

Как следует из материалов дела в 2012 году 1 РОНД Управления по ЮЗАО Главного управления МЧС России по г. Москве проводилась проверка на соответствие помещений ООО «НОРТ ФИО1» нормам пожарной безопасности (Том 18, л.д.120- 122).

На основании Акта проверки от 06.04.2012 г., было выписано Предписание №252/1/84 по устранению нарушений обязательных требований пожарной безопасности от 06.04.2012 года, согласно которому ООО «НОРТ ФИО1» для пожаробезопасного содержания помещений предписывалось в складских помещения 1-го этажа привести в работоспособное состояние системы противопожарной защиты (автоматическую пожарную сигнализацию, систему порошкового пожаротушения, систему оповещения людей о пожаре), оборудовать здание внутренним противопожарным водопроводом, электрические светильники оборудовать недостающими рассеивателями и колпаками предусмотренными конструкцией светильника, установить аппараты, предназначенные для отключения электроснабжения склада вне складских помещениях, заключив в шкаф или в нишу с приспособлением для опломбирования и закрытия на замок, хранение товара выполнить не менее 0,5 метра от потолочного светильника (Том 18, л.д.120-131).

На основании Предписания №252/1/84 1 РОНД Управления по ЮЗАО Главного управления МЧС России по г. Москве Ответчиком были куплены и установлены накладные светильника с рассеивателями из поликарбоната «Айсберг (Том 19, л.д. 4-9).

На основании договора №01/11-1 от 01.11.2006 г., с учетом дополнительных соглашений, в помещениях в 2006 и 2009 году был произведен монтаж, наладка автоматической системы сигнализации, порошкового пожаротушения и речевого оповещения, выполненные специализированной организацией ООО «Инжспецстрой» (Том 19, л.д. 11-17).

На основании Договора №22/03/01-2012 от 22.03.2012 г. и Договора №28/05/1-2012 от 28.05.2012 г. заключенных с ООО «Инжспецсистем» в 2012 г. было произведено проектирование и сдача в эксплуатацию системы противопожарного водопровода и ремонтно восстановительных работ автоматической пожарной сигнализации» (Том 19, л.д.19-37).

Также на основании Договора №28/12от 27.04.2012 годы подрядчиком ООО «ПромТехсервис» выполнена работа по огнезащитной обработке несущих конструкций строения с учетом ранее выполненной в 2006 году огнезащите (Том 19, л.д.46-55).

Начиная с 2012 года обслуживание системы установки пожарной сигнализации, системы порошкового пожаротушения, а также эксплуатация электроустановки осуществлялись на основании Договора №1/ТЭ от 01.05.2012 года и Договора №1/ТЭ от 01.12.2012 года, заключенных с ООО «ФорвардТехнолоджис» (Том 19, л.д. 55 – 66).

Также, как следует из заключенного между ООО «НОРТ ФИО1» договора №1/ТО от 01.05.2012 г., подрядчик в лице ООО «Форвард Технолоджис» фактически с 2012 года осуществлял ремонт и техническое обслуживание установок автоматической пожарной сигнализации и системы порошкового пожаротушения (Том 6, л.д. 18, Том 19, л.д.55-62). Этот же подрядчик на основании Договора №1/ТЭ от 01.12.2012 года выполнял работы по техническому обслуживанию электроустановки (Том 6, л.д.23, Том 19, л.д.63-67). Все работы фиксировались в Журнале регистрации работ технического обслуживания и ремонтов систем противопожарной защиты, Журнале учета наличия и состояния средств пожаротушения и Журнале регистрации работ по технической эксплуатации электроустановки (Том 20).

Также в 2012 году, ООО «Техэлектроавтоматика» были произведены замеры сопротивления электрооборудвоания, заземляющих устройств и проводок в строении с составлением Технического отчета №1 сроком действия до 20.05.2014 года, из которого следует, что смонтированные электроустановки здания соответствуют нормативной документации, правилам выполнения электро-монтажных работ. При этом в электроустановках выполнены аппараты защиты электрических сетей до 1 кВА, проверена целостность проводников и сопротивление изоляции (Том 19, л.д. 110 -139).

Из предоставленных Ответчиком доказательств судом установлено, что фактически ООО «НПП «Бевард» непрерывно использует на правах аренды помещения в строении принадлежащем ООО «НОРТ-ФИО1» начиная с 2012 года. Осматривая помещения при составлении Акта приема передачи помещений от 01.01.2014 года к Договору аренды №1401 от 01.01.2014 года ООО «НПП «Бевард» уже были известны характеристики и фактическое техническое состояние получаемого в аренду помещения непосредственно на основании Договора аренды №1401 от 01.01.2014 г.

Исходя из того, что Акт приема-передачи помещений от 01.01.2014 г. не содержит каких-либо сведений о ненадлежащем состоянии передаваемых Истцу помещений, с учетом предоставленных при новом рассмотрении со стороны Ответчика доказательств, судом сделан вывод, что на момент передачи помещений ООО «НПП «Бевард» по Договору аренды №1401 от 01.01.2014 г. помещения, и то в котором непосредственно произошел впоследствии пожар, были переданы Истцу без недостатков, отвечающие требованиям пожарной и технической безопасности, с исправно функционирующими системами противопожарной защиты, системами автоматической пожарной сигнализации, с надлежащим образом функционирующими установленными в здании электроустановками Ответчика с выполненными в электроустановках аппаратами защиты, с целостной электропроводкой и установленными внутри помещения склада потолочными светильниками серии «Айсберг» с рассеивателями из поликорбоната.

Доводы ООО «НПП «Бевард» при первоначальном обращении в суд со ссылкой на Заключение специалиста ФИО5 о наличии в строении электрических сетей выполненных не по проекту, отсутствии расчета электрических нагрузок и предохранителей защиты электрических сетей опровергаются предоставленными при повторном рассмотрении настоящего спора доказательствами со стороны ООО «НОРТ ФИО1».

Таким образом, ООО «НПП «Бевард» в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при новом рассмотрении спора не представлено доказательств наличия со стороны ответчика противоправных действий (бездействия) при передаче помещения Ответчику по Акту приема-передачи от 01.01.2014 г. в виде введения в заблуждения о состоянии объекта или умалчивания о существенных условий его использования, либо невыполнении как собственником помещений обязательных мероприятий по обслуживанию и содержанию помещений и коммуникаций в них. Причинной связи между пожарно-техническим состоянием помещений и/или коммуникаций в них на момент передачи помещений по Акту приема-передачи от 01.01.2014 г., о котором Истец мог бы не знать с учетом того, что Истец фактически пользуется помещениями с 2012 года и проверка органом пожарнадзора помещений на предмет соблюдения требований пожарной безопасности проводилась в период пользования Истцом помещений, и случившемся спустя почти два месяца с момента составления сторонами Акта приема-передачи помещений от 01.01.2014 г. пожаром судом при новом рассмотрении настоящего дела не установлено.

Как следует из материалов дела при первоначальном обращении в суд с исковыми требованиями, ООО «НПП «Бевард» ссылалось на Заключения специалистов ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве № 350 от 06.03.2014 г., от 05.03.2014 года №Э-027-2014 и №Э-026-214, согласно которым исследованием представленных (сохранившихся) остатков люминесцентного электросветильника установлено, что на одном из его дросселей имеются признаки нештатного аварийного режима работы, тепловой эффект которого мог послужить источником возгорания. Источником зажигания в данном случае могло послужить тепловое проявление электрического тока при аварийном пожароопасном режиме работы возникшего в электросхеме потолочного люминесцентного электрического светильника. Причиной возникновения данного пожара могло послужить воспламенение горючих материалов расположенных в зоне очага пожара в результате теплового эффекта электрического тока, возникшего в электросхеме потолочного люминесцентного электрического светильника.

Заключения специалистов ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве № 350 от 06.03.2014 г., от 05.03.2014 года №Э-027-2014 и №Э-026-214 не содержит вывода о надлежащем или ненадлежащем исполнением ответчиком требований действующего законодательства о пожарной безопасности. Вопросы полноты и достаточности проводимых ответчиком работ по пожарной безопасности на разрешения экспертов не ставились.

Определением Арбитражного суда города Москвы по делу от 16.12.2015 г. по ходатайству Истца, с учетом Постановления Арбитражного Суда Московского округа от 24.08.2015 г. по настоящему делу назначено проведение пожарно-технической экспертизы, проведение которой поручено АНО «Содружество экспертов Московской государственной юридической академии имени О.Е. ФИО7» эксперту ФИО8.

Согласно Заключению эксперта №30-16 от 29.02.2016 г. ФИО8: 1. Очаг пожара, произошедшего 18.02.2014 в административно-складском сборно-разборном временном строении по адресу: <...> располагался в помещении склада в правой от входа его части вверху (см. ил.3); 2. Пожар, произошедший в административно-складском, сборно-разборном временном строении по адресу: <...>, возник в результате теплового проявления аварийного режима работы электрооборудования (светильника) в помещении склада; 3. Организационно-технической причиной возникновения пожара, произошедшего 18.02.2014г. в здании по адресу: <...>, стал выход из строя светильника установленного в помещении склада, вследствие наличия недостатка. Установить какая именно из организационных причин имела место и привела к образованию указанного недостатка, не представляется возможным: 4. Аварийный режим работы светильника заключался в межвитковом замыкании дросселя светильника, установленного в помещении склада. В качестве горючей нагрузки на начальном этапе горения послужил пластик корпуса светильника и рассеиватель, выполненный из поликарбоната. Далее вследствие падения горячих фрагментов пластика на упаковку (картонные коробки), произошло ее возгорание и распространение пламени по ней; 5,6 Электроустановка административно-складского строения по адресу: <...> допущена в эксплуатацию в соответствии с актом №21/642/44Д от 17.05.2008 г. (Том 7, л.д. 27) в установленном порядке. Согласно акту осмотра электроустановки административно-складского сборно-разборного временного строения модульного типа от 12.02.2014 (том 15., л.д. 81) электроустановка по состоянию на 12.02.2014 г. (за 6 дней до пожара) была в исправном состоянии, отвечала требованиям ПУЭ. Таким образом каких-либо нарушений, действующих норм и правил из представленных материалов не усматривается. 7. При ответе на вопрос №7 экспертом было переписано Предписание 1 РОНД Управления по ЮЗАО Главного управления МЧС России по г. Москве №252/1/84 от 06.04.2012 с указанием, что из представленных материалов не представляется возможным установить, в каком объеме было выполнено данное предписание. Однако можно заключить, что автоматическая установка пожарной сигнализации соответствовала требованиям СП 131.30.2009 и находилась в исправном состоянии, а система порошкового пожаротушения на момент пожара отсутствовала и не требовалась согласно табл.3 НПБ 110-03. В случае, если электрический светильник в складском помещении, аварийный режим работы которого привел к возникновению пожара, не был оборудован недостающими рассеивателями и колпаками, предусмотренными конструкцией светильника, это нарушение требований п.42 ППР РФ способствовало более быстрому распространению горения на картонную упаковку и развитие пожара. На основании предоставленных материалов не представляется возможным установить имел ли светильник, аварийный режим работы которого привел к возникновению пожара, рассеиватель. По предоставленным материалам невозможно достоверно определить расстояние между светильниками и хранящимися товарно-материальными ценностями, а также проверить находится ли нарушение п.343 ППР РФ в причинно-следственной связи с возникновением пожара поскольку место возникновения горения находится вне кадра камер видеонаблюдения; 8. Каких-либо иных факторов и обстоятельств способствовавших возникновению и развитию горения, не усматривается; 9. Система оповещения людей о пожаре включилась спустя примерно 2 минуты 15 секунд после вспышки. Спустя более 20 секунд с момента включения системы оповещения в помещении склада сохранялась достаточная видимость для успешной эвакуации персонала. Таким образом система пожарной сигнализации выполнила возложенную на нее функцию. (Том 21, л.д.35- 63).

Судом, оценивая представленные Заключение эксперта №30-16 от 29.02.2016 ФИО8, установлено, что причиной пожара с высокой степенью вероятности является аварийный режим работы потолочного светильника.

Исследовав представленные в материалы дела результаты судебной экспертизы с учетом положений статей 86, 87 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд установил, что Заключение эксперта №30-16 от 29.02.2016 г. ФИО8 не является полным, ясным и не может быть принято судом в качестве допустимого, достаточного и убедительного доказательства., так как следует из Заключения эксперта экспертом ФИО8 самостоятельного исследования не проводилось. При ответе на вопрос об очаге и причине пожара экспертом фактически переписаны сведения из Заключений специалистов ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве № 350 от 06.03.2014 г., от 05.03.2014 года №Э-027-2014 и №Э-026-214. Также при ответе на вопрос о состоянии электросети на момент пожара, эксперт фактически описал состояние потолочного светильника, также при ответе на вопрос соответствия строения нормам пожарной безопасности и влияния на возникновение пожара экспертом фактически переписано предписание 2012 года №252/1/84 1 РОНД Управления по ЮЗАО Главного управления МЧС России по г. Москве, при наличии в материалах дела и у эксперта доказательств его исполнения к моменту пожара, также как следует из Заключения эксперта, эксперт не выезжал на место пожара, не изучал вещественные доказательства (в том числе потолочный светильник) изъятые с места пожара.

При указанных обстоятельствах, судом установлено, что в Заключении эксперта №30-16 от 29.02.2016 экспертом ФИО8 не было дано полных ясных ответов на большую часть постановленных перед экспертом вопросов.

Суд с учетом распределения бремени доказывания, приведенного в п. 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» по ходатайству Ответчика назначил повторную пожарно-техническую экспертизу, поручив ее проведение эксперту ФГБОУ ВО «Академия государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий» (Академия ГПС МЧС России) ФИО9

Для проведения повторной судебной пожарно-технической экспертизы судом истребованы из 1 регионального отдела по надзорной деятельности и профилактической работы РОНПР Управления по ЮЗАО ГУ МЧС России по городу Москве и переданы эксперту Академии ГПС МЧС Росси) ФИО9 обгоревшие остатки светильника и электроустановочных изделий изъятых с места пожара, а также материалы проверки КРСП №02 от 19.02.2014 года по факту пожара произошедшего 18.02.2014 года в административно-складском строении по адресу: <...>.

17.04.2017 г. в присутствии Истца и Ответчика экспертом ФИО9 также был произведен осмотр места пожара (помещения склада, занятого ООО «НПП «Бевард») (Том 26, л.д.83-87).

Согласно выводам Заключения эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО9 Академии ГПС МЧС России: 1. Очаг пожара, возникшего 18.02.2014 в административно-складском сборно-разборном временном строении по адресу: <...>, расположен в складском помещении ООО «НПП «Бевард» в правом ближнем от входа углу, на уровне выше половины помещения (рис В1); 2. Причиной пожара возникшего 18.02.2014 г. в административно-складском сборно-разборном временном строении по адресу: <...>, могли послужить тлеющий источник зажигания (сигарета); занос открытого источника огня; возникновение перегрузки в силовом проводе, проходящем в складском помещении ООО «НПП «Бевард» в результате подключения к нему электроприборов, ток потребления которых превышает допустимый ток для проводника, либо при подключении к проводнику неисправного электрического прибора; 3. Уровень пожарного риска в административно-складской части здания, в которой возникло горение не превышает допустимых значений. Помещения соответствуют требованиям пожарной безопасности. Система автоматической пожарной сигнализации сработала своевременно. Данных о несрабатывания системы автоматического пожаротушения в помещении материалами дела не зафиксировано. Принцип работы системы позволяет утверждать, что система сработала в момент развития горения. Обслуживание системы осуществлялось в соответствии с требованиями технических норм; 4. Потолочные светильники, установленные в складском помещении ООО «НПП «Бевард» не являются очагом пожара и не имеют отношение к его причине. Установить нарушение требований при установке светильников, а также марку и модель потолочного светильника экспертным ми исследованиями в области пожарной безопасности в настоящий момент не представляется возможным. Исследованиями установлено, что светильник, обнаруженный на месте пожара и представленный в материалах дела (Диск 1, папка «Фото к протоколу осмотра от 18.02.2014 года, фото IMG 6611) в момент начала пожара не мог быть закреплен в данном месте способом представленным на фотографии.

Таким образом, согласно Заключению эксперта повторной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО10 причиной пожара могли послужить тлеющий источник зажигания (сигарета); занос открытого источника огня; возникновение перегрузки в силовом проводе, проходящем в складском помещении в результате подключения к нему электроприборов, ток потребления которых превышает допустимый ток для проводника, либо при подключении к проводнику неисправного электрического прибора.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Согласно представленному в материалы Заключению эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО9 Академии ГПС МЧС светильник, обнаруженный на месте пожара и представленный в материалах дела (Диск 1, папка «Фото к протоколу осмотра от 18.02.2014 г., фото IMG 6611) в момент начала пожара не мог быть закреплен в данном месте способом, представленным на фотографии.

Истец возражал против приобщения к материалам дела Заключения эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО9 в качестве доказательства ввиду недостоверности заключения, предоставил в материалы дела нотариально заверенный снимок с телефона, датированный августом 2013 г. (за пол года до пожара) сделанный в помещении склада, где на заднем плане фотографии виден работающий потолочный светильник, закрепленный в соответствии с правилами крепления.

Также Истец предоставил в материалы дела Заключение специалиста (рецензия) №175/2017 от 20.07.2017 г. выполненное на Заключение эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО9 Заключение специалиста (рецензия) №175/2017 от 20.07.2017 г., которое состоит из замечаний сделанных на Заключение эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО9 не опровергающих его достоверность, а содержащей рекомендацию провести оценку других имеющихся по делу заключений, ранее подготовленных с применением специальных пожарно-технических знаний, либо назначить по делу повторную пожарно-техническую экспертизу» (Том 28, л.д. 38).

Письмом Управления по ЮЗАО ГУ МЧС России по г. Москве от 03.10.2019 г. №403-27-5-7 (Том 31, л.д. 101) « … о подтверждении стороны расположения элементов пускорегулирующей аппаратуры люминесцентного электросветильника закрепленного на металлическом потолочном перекрытии при осмотре очага пожара произошедшего 18.02.2014 г. в административно-складском сборно-разборном временном строении модульного типа, расположенного по адресу: <...>, на основании прилагаемых документов (повторная пожарно-техническая экспертиза от 19.04.2017 г.) сообщается, что данные элементы действительно расположены со стороны, которая обращена к потолку.»

Согласно ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта относится к числу доказательств по делу, которое подлежит оценке судом в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации в совокупности с другими доказательствами по делу.

Исследовав и оценив представленное в материалы дела Заключение эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. ФИО9 Академии ГПС МЧС, суд установил, что заключение является ясным, полным, соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также положениям Федерального закона от 31.05.2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, а также доказательств наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, из материалов дела не усматриваются, обстоятельств, свидетельствующих о том, что заключение судебной экспертизы является недостоверным, сторонами не приведено. С учетом этого вышеуказанное экспертное заключение признано судом в качестве надлежащего доказательства, подлежащего оценке в совокупности с иными доказательствами.

Для устранения сомнения, ввиду наличия в материалах дела Заключений по результатам судебной пожарно-технической экспертизы, содержащих диаметрально противоположные по отношению к друг другу выводы об источнике зажигания, эксперты ФИО8, выполнивший судебную пожарно-техническую экспертизу с составлением Заключения эксперта №30-16 от 29.02.2016 г., а также ФИО9 выполнивший повторную пожарно-техническую экспертизу с составлением Заключения эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 г. вызваны в суд для предоставления для разъяснения согласно вопросам предоставленным Сторонами.

В судебном заседании экспертом ФИО8 на вопрос об изучении в ходе экспертизы способа крепления и деформации потолочного люминесцентного светильника обнаруженного на месте пожара указано, что при проведении пожарно-технической экспертизы и составлении Заключения эксперта №30-16 от 29.02.2016 г. им не изучался вопрос крепления и особенность положения, а также деформация обнаруженного на месте пожара потолочного светильника, как и не изучался непосредственно сам светильник, так как у эксперта не было оснований не доверять выводам специалистов ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве Заключения №Э-026-214 от 05.03.2014, №Э-027-214 от 05.03.2014 и №350 от 06.03.2014 года которых легли в основу Заключения эксперта №30-16 от 29.02.2016 г.

Также, Письмом от 09.09.2020 года №508-20 эксперт ФИО8 составивший Заключение эксперта №30-16 от 29.02.2016 года указал, что не изучал Акт осмотра места пожара, составленный сотрудниками МЧС России и прилагающиеся к нему фотографии, так как данный акт не был предоставлен эксперту.

В свою очередь, эксперт ФИО9 выполнивший повторную пожарно-техническую экспертизу с составлением Заключения эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 года при ответе на вопросы сторон в судебном заседании пояснил, что «отсутствие видеозаписей происходящего в складе непосредственно перед возникновением горения и в момент возникновения горения при исправной работе в дальнейшем в течение пожара могут являться обстоятельствами, свидетельствующими о сокрытии следов, позволяющих установить причину пожара» (Том 28, л.д.52).

Как следует из материалов дела, Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.04.2014 было отменено 03.07.2017 года как необоснованное и материалы проверки были направлены в 1 РОНПР Управления по ЮЗАО ГУ МЧС России по г. Москве для проведения дополнительной проверки (Том 28, л.д. 69).

Постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Обручевскому району г. Москвы ФИО11 от 01.08.2017 г. возбуждено уголовное дело №11701450091000522 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ в отношении неустановленного лица (Том 28, л.д.77, 108-114).

В рамках уголовного дела №11701450091000522 было назначено проведение пожарно-технической экспертизы, проведение которой поручено эксперту ЭКЦ ГУ МВД России по г. Москве ФИО12

Согласно Заключению эксперта №12/11-15 от 12.02.2018 г., выполненного экспертом ФИО12 (Том 28, л.д. 115-133, л.д. 142-160) при пожаре административно-складского строения, произошедшем 18.02.2014 года по адресу: <...> вл.8, стр.3, что очаг пожара (место первоначального возникновения горения) находился на первом этаже здания в дальней части складского помещения (относительно входа в него), арендуемого ООО «НПП «Бевард», на уровне потолка. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило возгорание веществ и материалов в результате теплового проявления аварийного режима работы электропроводки либо электротехнического устройства (люминесцентного светильника), находящегося в зоне очага пожара (Том 28, л.д. 133, 160).

В свою очередь судом отмечено, что основными аварийными режимами в электропроводке, приводящими к пожару являются: короткое замыкание, перегрузка, большое переходное сопротивление, перенапряжение, работа электрооборудования в непредусмотренных конструкцией условиях. В свою очередь, Заключение эксперта №12/11-15 от 12.02.2018, выполненного экспертом ФИО12 при установлении в качестве возможной причины пожара аварийный режим электропроводки эксперт не делала выводов относительно режима пожароопасной работы электропроводки (короткое замыкание, большое переходное сопротивление в месте соединения контактов, перегрузка), что не позволяет установить ответственного лица.

Оценив представленные имеющиеся в материалах дела заключения специалистов, экспертов, в том числе выполнивших судебную пожарно-техническую экспертизу и повторную судебную пожарно-техническую экспертизу, заслушав свидетелей (сотрудников ООО «НПП «Бевард») по правилами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом сделан вывод о том, что специалисты и эксперты выдвинули в качестве вероятной причины возникновения пожара - аварийный процесс электрического происхождения, вследствие теплового процесса какого-либо аварийного режима работы электрической сети либо электрооборудования на сгораемые материалы в районе установленного очага пожара. Очаг пожара находился в верхней части склада на первом этаже справа от входа.

Судом также отмечается, что согласно предоставленным на исследование специалистам и экспертам записям с камеры видеонаблюдения установленной Истцом в помещении склада, запись с камеры фиксирует исключительно развитие пожара в процессе распространения горения, а не на момент возгорания, при том что как следует из материалов дела основным видом деятельности ООО «НПП «Бевард» является продажа и обслуживание видео и телекоммуникационного оборудования, и установленная в помещении склада видео камера принадлежит непосредственно Истцу.

При названных обстоятельствах, согласно статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны самостоятельно несет риск последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, и невозможности ввиду этого установить точную причину пожара.

Таким образом, из имеющихся в материалах настоящего дела заключений экспертов, эксперты не смогли установить достоверно конкретный единственный источник зажигания, вызвавший пожар, а равно какое нарушение, повлекшее его появление, находится в причинной связи с возникновением пожара.

На основании части 1 статьи 38 Федерального Закона №69-ФЗ от 21.12.1994 г. «О пожарной безопасности» данного Закона ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут: собственники имущества; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители предприятий; лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности.

Пунктом 1 статьи 612 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. Из анализа содержания данной нормы следует, что под недостатками в данном случае понимается ненадлежащее качество вещи, которое препятствует ее дальнейшему использованию по целевому назначению в течение срока аренды.

Согласно положениям статьи 616 Гражданского Кодекса Российской Федерации Арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды. Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года, утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2006, а также в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.12.2014 N 2906-О, поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объеме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность.

Согласно положениям Договора аренды от 01.01.2014 г. № 1401 Арендатор обязан содержать имущество в надлежащем санитарном состоянии, обеспечивать сохранность инженерных коммуникаций и оборудования (п.4.3.4. Договора аренды, Том 1, л.д.10); поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на его содержание (п.4.3.14 Договора аренды); Арендатор обязан соблюдать требования нормативных актов по охране труда. Соблюдать правила пожарной безопасности, выполнять противопожарные требования для арендуемого типа строения, иметь в арендуемом имуществе первичные средства тушения пожара, в соответствии с установленными нормами. Назначить лицо, ответственное за обеспечение норм пожарной безопасности в арендуемом имуществе. Обеспечить по окончании рабочего времени (дня) осмотр арендуемого имущества. Убедиться в том, что все электроприборы выключены с записью в специальный журнал. В случае пожара или чрезвычайной ситуации, действовать согласно соответствующей инструкции, принимая меры по спасению людей и имущества. Соблюдать инструкции о мерах пожарной безопасности в офисах и складах, а также руководства (инструкции) по эксплуатации оргтехники (телефонов, ПЭВМ, копировальной техники и т.п.). В складах соблюдать условия, нормы, правила хранения вещей, товаров, материальных ценностей и т.п. в соответствии с требованиями нормативных актов. Нести ответственность за нарушение правил пожарной безопасности, электробезопасности в арендуемом имуществе в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 4.3.5. Договора аренды)

Арендодатель в свою очередь выполняет действия по предоставлению имущества без недостатков (ст.612 ГК РФ), в течение действия договора аренды в случае необходимости выполняет капитальный ремонт (ст.616 ГК РФ) и осуществляет обслуживание энергоустановки (ст.534 ГК РФ).

Таким образом, условия Договора аренды №1401 от 01.01.2014 года во взаимосвязи с положениями статей 612, 616 Гражданского кодекса Российской Федерации, вопреки доводам Истца, согласно которым ответственность за состояние электропроводки и электрооборудования возложена на Ответчика как собственника строения и лицо ответственное за содержание электроустановки, устанавливают обязанность Истца совершать конкретные действия направленные не только на текущее содержание помещений и коммуникаций в нем, но и на обеспечение сохранности коммуникаций в помещениях, в том числе посредством выполнения требований противопожарной безопасности, что свидетельствует об отнесении обязанности в области обеспечения правил пожарной безопасности за текущее состояние и сохранность инженерных коммуникаций и оборудования именно на арендатора. При как уже обращалось внимание суда, стороны своим свободным волеизъявлением в Договоре аренды №1401 от 01.01.2014 г. ограничили ответственность Ответчика в возможном возникновении убытков у Истца, условием наступления которой является умышленным (явное) намерение Ответчика нарушить или не исполнить принятые по договору аренды обязательства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года, утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2006 (вопрос N 14), ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть как арендодатель, так и арендатор.

Из системного толкования вышеуказанных норм права и правовых позиций следует, что лицо, владеющее помещением на законном основании, обязано принимать меры пожарной безопасности и соблюдать требования пожарной безопасности в такой степени и таким образом, чтобы обеспечить состояние защищенности личности и имущества от пожаров.

Доводы Истца о том, что электропроводка на уровне потолочных перекрытий помещения, а равно потолочные люминесцентные светильники находилась исключительно в границах зоны ответственности общества ООО «НОРТ ФИО1», как собственника строения и лица ответственного за содержание электроустановки, сделаны без учета обязанностей по обеспечению сохранности инженерных коммуникаций и оборудования возложенной на Истца, а также положений Договора аренды №1401 ограничивающих ответственность Ответчика умыслом.

Доказательств, того что на момент пожара непосредственно Ответчиком в помещении склада был установлен потолочный светильник с нарушением паспорта монтажа святящими элементами в потолок, что являлось бы умышленным противопарным поведением Ответчика, в материалах дела не имеется.

Доводы Истца, о том что электроустановка Ответчика была реконструирована и обслуживалась в отсутствие надлежащим образом оформленных документов, а подача электроэнергии в электросеть осуществлялась без надлежащего технологического присоединения с превышением единовременной установленной мощности также опровергается материалами дела.

Как следует из Акта осмотра электроустановки от 12.02.2014 г., за неделю до пожара главным инженером и монтажником обслуживающей организации Ответчика электроустановка, включающая: электрооборудование напряжением до 1000 В была осмотрена и находилась в исправном состоянии.

Истец ссылается на отсутствие реального допуска в эксплуатацию электроустановки ввиду выдачи, ранее предоставленного Ответчиком в качестве доказательства Акта №2.1/642/44Д от 17.05.2008 г. согласно которому была допущена в эксплуатацию электроустановка потребителя в отношении другого юридического лица.

Истец ссылается, что Разрешение на присоединение к мощности к сети ОАО «МОСЭНЕРГО» №056137 от 18.08.2003 г., а также Договор энергоснабжения №56332470 от 29.12.2006 г., ранее предоставленные в качестве доказательства Ответчиком, также выданы (заключены) в отношении объекта принадлежащего РУДН, а не Ответчику, по основаниям чего Истце считает, что эксплуатация электроустановки и электросетей со стороны Ответчика осуществлялась небезопасным способом и Ответчикам намеренно не была оформлена необходимая разрешительная документация, в отсутствие договора энергоснабжения, что повлекло пожар.

Истцом заявлено ходатайство о фальсификации доказательства со стороны Ответчика в виде: Разрешения о присоединении мощности к сети ОАО «Мосэнерго» №056137 от 18.08.2003 (Том 7, л.д. 26) и Акта №2.1/642/44 Д допуска в эксплуатацию электроустановки потребителя от 17.05.2008 г..

Заявлением Ответчика Акт №2.1/642/44 Д допуска в эксплуатацию электроустановки потребителя от 17.05.2008 г. исключен из числа доказательств.

Ответчик в качестве доказательства предоставил Акта осмотра электроустановки №Д-225/10-ЮЗ-02 от 26.04.2002 г., который Истцом не оспаривается.

Судом отказано в удовлетворении Ходатайства о фальсификации доказательства, в том числе в соответствии с ниже изложенным:

Судом для проверки доводов Истца истребованы у Третьих лиц архивные копии документов, связанных с технологическим присоединением и электроснабжением строения в котором произошел пожар, из которых следует, что строение некапитального типа, в котором произошел пожар расположено на земельном участке предоставленном РУДН на основании государственного Акта от 13.04.1994 г. №186-р МКЗ; до 2003 г. строение находилось на балансе РУДН, с присвоением РУДН некапитальному строению собственного ориентира (Миклухо-Маклая д.8 к.2 или 8/2) с целью предоставления в аренду третьим лицам и Ответчик до 2003 года являлся арендатором строения. Адресный ориентир присвоен объекту в 2003 г. (Том 7, л.д. 1-3). Также согласно Договору о порядке использования имущества на праве оперативного управления РУДН использует здание Вивария, расположенное по адресу: Ул. Миклухо-Маклая дом 8 корпус 1 (Том 24 л.д.40-47), в котором расположена Трансформаторная подстанция ТП 14232. Службой присоединения Московской кабельной сети филиал ОАО энергетики и электрификации «Мосэнерго» выдано Разрешением №КС-418-17-11р/13162 от 20.08.2003 г. для электроснабжения ООО «НОРТ ФИО1» объекта по адресу: <...> от вводного устройства Вивария ТП №14232. Согласно Акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электроустановок и сооружений напряжением до 1000 В составленным с РУДН, ООО «НОРТ-АТЛАНТИК-СЕРСИВИСИС» было подключено в счет мощности РУДН в качестве субабонента (Том 17, л.д. 76) непосредственно от сети Виварий расположенной в ТП 14232. Из Договоров энергоснабжения с Ответчиком предоставленных Третьим лицом ПАО «МОСЭНЕРГОСБЫТ» следует, что договоры были заключены на основании договора аренды земельного занимаемого Ответчиком из состава земельного участка принадлежащего РУДН, в месте расположения некапитального строения (Том 17, л.д.22, 73).

Как следует из материалов дела, электроснабжение строения осуществляется с 1998 года, при этом в 2002 году был проведен осмотр электроустановки с составлением Акта №Д-225/10-103.02 от 26.2.2002 года, согласно которому произведен осмотр технического состояния электроустановки от сети в/у д. 8/2 от ТП 14232, и в 2002 году заключен первый договор энергоснабжения с ООО «НОРТ ФИО1, который в дальнейшем неоднократно перезаключался с сохранением инициализации номера абонента.

Третьими лицами также подтверждается, что имеющиеся в материалах дела документы на электроснабжение, а равно технологическое присоединение с осмотром электроустановки изданы в отношении объекта с фактическим адресом: <...>. При этом судом отмечается, что на момент спора технические ошибки в адресе точки поставки электроэнергии в Договоре энергоснабжения были сторонами договора устранены.

Таким образом, из системного анализа материалов дела судом установлено, что энергоснабжение строения, на момент пожара осуществлялось на основании Договора энергоснабжения №56332470 от 29.12.2006, заключенного между ОАО «МОСЭНЕРГО» и ООО «НОРТ ФИО1» как субабонентом РУДН. Технологическое присоединение произведено на основании. Разрешения на присоединение мощности к сети ОАО «Мосэнерго» №КС-418-17-11р/13162 от 20.08.2003 установленной мощностью 90 кВТ, единовременной 60 кВА. Адресный ориентир объекта поставки электроэнергии и расположения электроустановки, а также адресный ориентир объекта в котором произошел пожар являются сведениями (адресами) одного и того же объекта, Питающим центром (ЦП) которого является Электрическая подстанция ПС № 731 «Тропарево» 110/10 кВ от которой по питающей кабельной линии электрическая энергия поступает в Распределительные пункты — РП № 14029 и 14033, совмещенных с трансформаторной подстанцией ТП № 14232 (Виварий РУДН), где происходит понижение напряжения с высшего 10 кВ на низшее до 380 В (0,4 кВ) и далее поступает в строение Ответчика в щитовое устройство/щит учетный (ЩУ-1) на трехфазный счетчик электрической энергии (прибор учета), в частности прибор учета № 236638, который был установлен на момент пожара 18.02.2014 (что соответствует Договору энергоснабжения от 29.12.2006), пломбы которого не были нарушены на момент осмотра после пожара, что свидетельствует об отсутствии вмешательства в электроустановку на момент пожара. Акт инструментальной проверки приборов учета в электроустановке составленный после пожара также не содержит сведений о повреждение самой электроустановки.

Ответчиком предоставлены доказательства как технологического присоединения строения к сетям электроснабжения в 2003 году, осмотра электроустановки в 2002 году, так и осмотра приборов учета как части электроустановки после пожара, в связи с чем доводы Истца об отсутствии на момент пожара надлежащего технологического присоединения строения к сетям электроэнергии, осмотра электроустановки, а также отсутствия надлежащим образом заключенного договора энергоснабжения опровергается материалами дела и в частности сведениями Третьих лиц

При этом при этом судом отклоняются доводы Истца о наличии расхождений в технических ссылках и описаниях указанных в договоре энергоснабжения, документах технологического присоединения и акте осмотра электроустановки, которые по мнению Истца свидетельствуют о неоднократной реконструкции электроустановки со стороны Ответчика, поскольку наличие в документах технологического присоединения, договоре энергоснабжения и иных документах ошибок и неточностей с учетом даты их составления и рукописного заполнения со стороны энергоснабжающих и иных организаций, не является безусловным обстоятельством ненадлежащего исполнения Ответчиком своих обязанностей по содержанию электроустановки и электрических сетей, а также проведение каких-либо работ или вмешательства в электроустановку со стороны Ответчика.

В свою очередь, сами по себе обстоятельства расхождений сведений в документах энергоснабжения, технологического присоединения не входят в предмет оценки суда, с учетом давности и непоследовательности составленная документов, если данные расхождения не состоят в причинно-следственной связью между пожаром и режимом потребления электроэнергии с учетом разрешительной документации. Материалы дела не содержат доказательств о нарушении на момент пожара Ответчиком режима потребления электроэнергии сверх предоставленной мощности, перепада (скачков) напряжения, которые могли бы вызвать пожар.

Согласно Приказу Минэнерго от 13.01.2003 года № 6 «От утверждении правил технической эксплуатации электроустановок потребителей» под электрической сетью понимается совокупность электроустановок для передачи и распределения электрической энергии, состоящая из подстанций, распределительных устройств, токопроводов , воздушных и кабельных линий электропередачи, работающих на определенной территории. Под электроустановкой понимается предназначенная для производства электрической энергии, состоящая из строительной части, оборудования для преобразования различных видов энергии в электрическую или в электрическую и тепловую, вспомогательного оборудования и электрических распределительных устройств.

Материалами дела установлено, что возгорание произошло в помещении склада, при этом электроустановка Ответчика не пострадала, все защитные пломбы на шкафах были сохранены. Перенапряжение в электрических сетях, повлекшее повреждение электроприборов или электропроводки, вызвавшие пожара судом также не установлено.

Исследовав и оценив имеющиеся доказательства по делу в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, в том числе, Заключения специалистов ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве № 350 от 06.03.2014 г., от 05.03.2014 года №Э-027-2014 и №Э-026-214, выполненных в рамках проверки по факту пожара, Заключение эксперта №30-16 от 29.02.2016 ФИО8 , выполненного по факту судебной пожарно-технической экспертизы назначенной определение суда по настоящему делу, Заключению эксперта повторной судебной пожарно-технической экспертизы от 19.04.2017 года ФИО9 Академии ГПС МЧС, выполненного по факту повторной пожарно-технической экспертизы назначенной определением суда по настоящему делу, а также Заключение эксперта №12/11-15 от 12.02.2018, выполненного экспертом ФИО12 в рамках уголовного дела №11701450091000522 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ в отношении неустановленного лица, судом не установлено и материалами дела не подтверждается причина пожара, непосредственно связанная с неисправностью (ненадлежащим состоянием) электросетей и/или электроустановки самого склада, принадлежащего Ответчику.

Вместе с тем, как следует из анализа материалов настоящего дела, с учетом записей с камеры видеонаблюдения, обстоятельств, непосредственно повлиявшие на появление источника зажигания при возникновении данного пожара, имеют режимный характер и заключаются в использовании в рабочее время электрооборудования в нарушение технического паспорта использования или подключение электрооборудования, приведшее к перегрузке в электропроводе.

Согласно пункта 2 статьи 142 ФЗ №123-ФЗ от 22.07.2008 г. «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» электротехническая продукция должна применяться в соответствии с технической документацией, определяющей ее безопасную эксплуатацию (в редакции действовавшей на момент пожара).

Подключение электрооборудования в помещении склада, с учетом того, что в день пожара в помещении склада находилось электрооборудование Истца, где согласно Заключения ФГБУ СЭЦ ФПС по г. Москве от 05.03.2014 года №Э-027-2014 при пожаре изъята вилка участка питающего электрошнура, вставленная в розетку, так же необходимо было осуществлять с учетом категории помещения (в данном случае склад) и возможности использования в нем электроприборов.

Таким образом, пожароопасное оборудование не могло эксплуатироваться в случае нарушения технической документации по его установки. При таких обстоятельствах, производственный процесс должен был быть остановлен, помещение склада обесточено, при том, что пожар произошел в рабочее время, и арендатор принял на себя обязательства совершать действий по обеспечению пожарной безопасности, а также сохранности имущества и инженерных коммуникаций.

Напротив, однозначных и определенных выводов относительно умышленных виновных действий Ответчика по ненадлежащему содержанию электросетей, электроустановки, или всего строения повлекших пожар, позволяющих применить меру ответственности в виде возмещения ущерба, эксперты не сделали.

При анализе совокупности указанных обстоятельств и отсутствия в действиях ООО «НОРТ ФИО1» нарушений в обеспечении безопасности состояния помещения при передачи в аренду ООО «НПП «Бевард», а также нарушений со стороны ООО «НОРТ ФИО1» требований законодательства, регулирующего арендные отношения и отношения по электробезопасности, пожарной безопасности, как собственника строения, в отсутствие установленного сторонами договора аренды ограничения ответственности арендодателя и в отсутствие умысла арендодателя невыполнение условий договора, суд не усматривают в действиях ООО «НОРТ ФИО1» вины в возникновении пожара и в причинении ущерба этим пожаром.

Все представленные в материалы дела доказательства исследованы судом в совокупности, с учетом положений ст. 67, 68, 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе содержание договора аренды №1401 от 01.01.2014 г., а также предыдущих договоров аренды с Истцом, документального подтверждения того, что 01.01.2014 г. помещение вместе с инженерными коммуникациями было передано Истцу без недостатков, результаты проверки Ответчика в 2012 году на предмет соответствия строения нормам пожарной безопасности, документы выполнения Ответчиком как собственником требований по содержанию принадлежащего строения, а также представленные в материалы дела заключения специалистов и экспертов на предмет установления расположения очага пожара и причин пожара, составленные во внесудебном порядке, а также заключения экспертов по результатам проведенной по делу двух пожарно-технических судебных экспертиз, сведений свидетелей – сотрудников Истца, на основании которых суд, руководствуясь приведенными выше законоположениями и практикой их применения, сделал вывод о том, что при наличии разумных и добросовестных действий со стороны ООО «НОРТ АТДЛАНТИК СЕРВИСИС», с учетом п.6.4. Договора аренды №1401 от 01.01.2014 г., отсутствуют основания считать доказанной вину ООО «НОРТ ФИО1» в возникновении спорных убытков.

Установив факт надлежащего исполнения Ответчиком обязательств по обеспечению безопасности работы принадлежащего ему строения, наличия длительности договорных отношений между Истцом и Ответчиком с 2012 года по настоящее время, а также не предоставления Истцом доказательств, в том числе записей с камеры видеонаблюдения непосредственно в начале горения, позволяющих установить точно единственно верный источник зажигания, судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что Истцом не предоставлено в материалы дела достоверных доказательств недобросовестного поведения Ответчика повлекшего убытки у Истца.

В части спора, касающегося возмещения ущерба Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.08.2015 г. по настоящему делу при направлении дела в первую инстанции было указано о необходимости при новом рассмотрении определить размер поврежденного имущества, проверить доводы Ответчика, что материальные ценности были вывезены Истцом перед пожаром и переведены на другой склад.

В свою очередь, Истцом в качестве подтверждения размера и стоимости поврежденного имущества при новом рассмотрении настоящего дела в качестве доказательства было предоставлено Заключение специалиста ООО «Лаборатория Экспертных Исследований СиСиТиВиЛаб» от 29.02.2016 года, выполненное ФИО6, имеющей квалификацию аудитора.

Ответчик возражал против заявленного размера убытков, поддержал ранее заявленные доводы об отсутствии товара на складе по адресу: <...> на заявленную сумму исковых требований

В качестве доказательства отсутствия товара Ответчик предоставил Заключение Аудиторской фирмы ООО «Актив-Аудит» по анализу материалов арбитражного дела №А40-78932/14-11/597 по вопросу наличия или отсутствия в материалах дела достаточных документов, подтверждающих наличие товара ООО «НПП «Бевард», размещенному на арендуемом складе по адресу: <...> на момент пожара 18.02.2014 года (Том 29, л.д.35- 51).

Со ссылкой на Заключение (Том 29, л.д.35-51), Ответчик указывает, что согласно представленным документам Истца материальные ценности (товар) Истца аккумулировался на складе весь 2013 год без его реализации, так как в материалах дела отсутствуют первичные документы (накладные за 2013) о реализации товара, с учетом того что пожар произошел в начале 2014 года и исходя из целей создания юридической лица – извлечение прибыли, ООО «НПП «Бевард» не могло функционировать 2013 год без реализации товара. При этом документы о реализация товара были предоставлены Истцом только за первые два месяца 2014 года, что свидетельствует об искусственном по мнению Ответчика завышения товарного остатка на складе на момент пожара; Согласно внешнеторговым контрактам поставки товара предоставленным Истцом в материалы дела, место поставки товара является: г. Красноярск, ул. Молокова, д. 16, что свидетельствует о поставки товара на другой склад. Материалы дела, а равно Заключение специалиста ООО «Лаборатория Экспертных Исследований СиСиТиВиЛаб» от 29.02.2016 года, выполненное ФИО6 не содержат каких либо доказательств передачи товара для перевозки транспортом из Красноярска в Москву, с указанием реквизитов документов транспортных компаний, при этом материалы дела содержат только внутренние документы подразделения Истца о получении товара на складе в Москве, а внутренние документы об отправке товара со склада из Красноярска встречно не предоставлены; также предоставленные ранее Истцом Инвентаризации товаров на складе №7 от 29.04.2014 года, Инвентаризационная ведомость №1243 от 29.04.2014 года, а также движение материальных ценностей за период с 01.01.2014 года по 18.02.2014 года не совпадают между собой ни по количеству единиц товара, ни по общей стоимости, что свидетельствует о формально подходе Истца при инвентаризации склада после пожара, и как следствие отсутствие убытков на заявленную сумму иска.

Возмещение убытков является мерой ответственности компенсационного характера, которая направлена на восстановление правового и имущественного положения потерпевшего (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 N 16674/12).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации . Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из материалов дела ООО «НПП «Бевард» зарегистрировано по основному юридическому адресу: <...>.

По адресу: <...> находится подразделение ООО «НПП «Бевард».

В качестве доказательства наличия товара на складе в момент пожара, Истцом, в том числе были предоставлены: внешнеторговые контракты и таможенные декларации к ним на поставку товара непосредственно в город Красноярск (Том 8, 9, 10, 23), а также накладные на внутреннее перемещение товара.

Согласно ст.9 Федерального закона от 06.12.2011 г. №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

В тоже время, исходя из положений статьи 25, 26 Устава железнодорожного транспорта Российской Федерации, утвержденного Федеральным Законом №18-ФЗ от 10.01.2003 г., ст. 2 Устава автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта, утвержденного Федеральным Законом №259-ФЗ от 08.11.2007 г., ст. 2 Федерального Закона ФЗ-87-ФЗ от 30.06.2003 «О транспортно-экспедиционной деятельности» и Приказа Министерства транспорта РФ №152 от 18.09.2008 г. (действовавшего на момент перемещения товара Истцом), документами подтверждающими перевозку грузом являются транспортная, железнодорожная накладная и договор перевозки груза (в случае перевозки груза железнодорожным транспортом), либо транспортная накладная подтверждающая заключение договора перевозки (в случае перевозки груза автомобилями), а также договор транспортной экспедиции (при обращении в транспортно-экспедиционную компанию), либо путевой лист в отношении каждого транспортного средства (если товар перевозится собственными силами) с приложением документов, подтверждающих право на транспортное средство.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

При указанных обстоятельствах, ООО «НПП «Бевард» не предоставлено достоверных доказательств того, что после получения товара по внешнеторговым контрактам в г. Красноярске, товар перемещался непосредственно на склад в г. Москвы, с учетом требований по оформлению по оформлению процедуры грузоперевозок, и сроком рассмотрения настоящего дела.

Сами по себе товарные накладные на внутренне перемещение товара, предоставленные Истцом не являются безусловным доказательством, так как составлены в одностороннем порядке самим Истцом о передаче товара с основного склада из Красноярска на склад подразделения в Москве, при наличии расхождения в данных о товаре в ранее предоставленных инвентаризационных описях и ведомостях. Отсутствие транспортных документов на перемещение товара со склада из г. Красноярска, куда был доставлен товар согласно внешнеторговым контрактам и таможенным декларациям, на склад в г. Москву, где произошел пожар, свидетельствует об отсутствии хозяйственной операции по перемещению товара между разными городами внутри ООО «НПП «Бевард».

Предоставлением Заключения специалиста ООО «Лаборатория Экспертных Исследований СиСиТиВиЛаб» от 29.02.2016 года обязанность Истца по доказыванию наличия товара на складе подразделения ООО «НПП «Бевард» не исполнена, так как указанное Заключение специалиста не содержит сведений о транспортных компаниях и реквизитах составленных с ними документах, силами которых товар был доставлен из Красноярска (места поставки по всем контрактам) в Москву (местонахождение подразделения Истца), а равно сведений о транспорте самого Истца, если товар доставлялся силами самого Истца.

Анализируя представленные по делу доказательства, оценивая их с позиции ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истцом не представлено достаточных доказательств для установления размера понесенных убытков, установленные нормами и правилами бухгалтерского учета применяемые к форме и содержанию подобного рода документов, нормами и правилами к перевозке товара, исполнение которых позволяет также выполнять нормы и правила бухгалтерского учета, а равно как и документов, свидетельствующих о виновных действиях/бездействиях ответчика, повлекших к возникновению пожара и находившихся в причинно-следственных действиях с причинным истцу ущербом, а следовательно оснований к удовлетворению заявленных истцом требований у суда не имеется.

Расходы по госпошлине по делу распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

При таких обстоятельствах на основании ст.ст. 8, 10, 11, 12, 166-168, 534, 610, 612, 616, 1064 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 65, 75, 110, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в арбитражный суд апелляционной инстанции.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья:

В.Г. Дружинина