Гражданский кодекс часть 1

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд г. Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Стоун-XXI» (далее - ответчик, ООО «Стоун-XXI») о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 26.01.2015 №Л24821 в размере 786 075 руб. 21 коп. (с учетом принятого судом уменьшения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ)

Истец исковые требования поддержал в полном объеме с учетом принятого судом уменьшения, по доводам, изложенным в иске и в возражения на отзыв.

Ответчик, явившийся в судебное заседание, возражал по доводам, изложенным в отзыве; представил контррасчет сальдо встречных обязательств.

Исковые требования мотивированы тем, что договорные отношения между сторонами лизинга прекращены, предмет лизинга из аренды возвращен истцу. На основании изложенного истец просит соотнести взаимные представления сторон по договору (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой по правилам, предусмотренным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 14 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в заявленном размере.

Исследовав письменные материалы дела, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, в связи со следующим.

Как установлено судом из материалов дела, 26 января 2015 года между ОООю «СТОУН-ХХ1» (лизингодатель) и ИП ФИО2 (лизингополучатель) был заключен договор лизинга №Л24821 транспортного средства - Кран манипулятор автомобильный ACKM-M R422 на шасси МАЗ-6312В5-8429-012, VIN:X89R422Y5E0EB0022.

Общая сумма договора составляет 6 860 234 руб. 44 коп.

Сумма аванса по договору составляет 1 300 500 руб. 42 коп.

Срок договора – 37 месяцев.

В свою очередь, между Индивидуальным предпринимателем ФИО2 (цедент) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (цессионарий) был заключен договор уступки права требования № АСТ-1/2017-СТОУН от 06.03.2017 г.

Согласно пункту 1.1. вышеуказанного договора цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования возврата части лизинговых платежей (неосновательного обогащения), уплаченных лизингодателю по договору лизинга №Л24821 от 26 января 2015 года, заключенного между ООО «СТОУН-ХХ1» (лизингодатель) и ИП ФИО2 (лизингополучатель).

Статьей 382 ГК РФ предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Статьей 388 ГК РФ предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Таким образом, истец приобрел право требования возврата части лизинговых платежей (неосновательного обогащения), уплаченных лизингодателю по договору лизинга № Л24821 от 26 января 2015 года, заключенного между ООО «СТОУН-XXI» (лизингодатель) и ИП ФИО2 (лизингополучатель). Претензией от 06.03.2017г. истец известил ответчика о произошедшей уступке права требования.

Согласно условиям договора лизинга №Л24821 от 26 января 2015 года лизингополучатель обязался своевременно оплачивать лизинговые платежи в соответствии с графиком лизинговых платежей.

Как установлено судом из материалов дела, в связи с неисполнением истцом обязательств в части нарушения сроков оплаты лизинговых платежей, в адрес лизингополучателя истцом направлено уведомление об одностороннем отказе от договора от 19.02.106г. на основании ст.450.1, п. 1 ст. 614, ст. 619, ст. 622 ГК РФ, п.2 ст. 13, п. 5, 6 ст. 15 Федерального закона № 164-ФЗ от 29.10.1998 «О финансовой аренде (лизинге)».

В соответствии с указанным уведомлением лизингополучателю предъявлено требование об уплате имеющейся на дату расторжения задолженности, а также указано на необходимость произвести возврат предмета лизинга. Указанное уведомление было доставлено адресату, что подтверждается представленными доказательствами, а именно соответствующей отметкой о получении.

Согласно п. 3 ст. 310 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

По смыслу п. 2 ст. 450.1 ГК РФ, в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества.

Поскольку момент расторжения договора определяется моментом, указанным в уведомлении о расторжении договора, договор лизинга прекращен.

Таким образом, в силу ст.450.1 ГК РФ договор аренды прекратил свое действие в связи с тем, что истец воспользовался своим правом на односторонний отказ от договора. На дату рассмотрения настоящего спора указанная односторонняя сделка от 19.02.2016г. ответчиком не оспорена.

В соответствии с абз. 2 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора» односторонний отказ от исполнения договора влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Как указывает истец, после расторжения договора выкупного лизинга часть выкупной стоимости предмета лизинга, выплаченной в составе лизинговых платежей, фактически была удержана лизингодателем без предоставления лизингополучателю в указанной части встречного предоставления.

В силу ст.622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Предмет лизинга изъят лизингодателем 19.02.2016г., что подтверждается соответствующим актом изъятия от 19.02.2016г.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 М20-П. лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества, возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

По смыслу статей 665 и 624 ГК РФ, статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе.

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора судам надлежит исходить из следующего.

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с указанным расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

ПФ = (П - А - Ф/Ф x С/ДН) x 365 x 100,

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

С/ДН - срок договора лизинга в днях.

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Истец произвел расчет суммы сальдо встречных обязательств сторон по договору лизинга №Л24821 от 26 января 2015 года, в результате которого за ответчиком образовалось неосновательное обогащение в размере 786 075 руб. 21 коп., которое истец просит взыскать в судебном порядке.

Ответчик, возражая в удовлетворении требований, представил свой расчет сальдо встречных обязательств, согласно которому убыток на стороне лизингодателя составляет 840 368 руб. 83 коп.

При этом ответчик при расчете, в том числе, исходил из стоимости возвращенного предмета лизинга, исходя из договора купли-продажи в размере 3 427 600 руб. 00 коп., а также суммы уплаченных по договору лизинга платежей в размере 1 664 360 руб. 00 коп., согласно представленному в материалы дела расчету. Кроме того, в контррасчете ответчик заявил об убытках в виде присужденных решениями суда по делу № А40-228965/15-182-1879 от 25.01.2016 и по делу № А40-140160/16-76-1227 от 21.10.2016 пени в размере 50 398,09 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 25 016 руб., расходов по уплате госпошлины в размере 17 792 руб., пени в размере 193 224 руб. 72 коп., расходов на оплату услуг представителя в размере 25 016 руб., расходов по госпошлине в размере 17 792 руб. Кроме того, в качестве понесенных убытков ответчик также просил включить коллекторские расходы в размере 762 110 руб. 00 коп.

Проанализировав представленные расчеты суммы сальдо встречных взаимных обязательств, представленные сторонами, суд признает их необоснованными, в связи со следующим.

Так, представленный расчет истца не соответствует ни условиям договора, которые бы определяли расчет сальдо взаимных предоставлений при расторжении договора и изъятии предмета лизинга, ни Постановлению Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. №17. При этом расчета уплаченных лизинговых платежей истец не представил.

Возможность отнесения в счет денежных средств, которые подлежат получению лизингодателем при расторжении договора, убытков и санкций, предусмотренных законом или договором и доказанных ответчиком, без обязательности обращения с самостоятельным требованием о взыскании таких санкций, определена пунктом 3.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга".

При этом, неустойка начислена в соответствии с пунктом 2.2. договора лизинга от 26.01.2015 №Л24821, согласно которому, в случае возникновения просроченной задолженности уплатить лизингодателю пени в размере 0,15% от просроченной суммы платежа за каждый день просрочки.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Как установлено судом из материалов дела и не опровергнуто истцом, в период срока действия договора от 26.01.2015 №Л24821, за ответчиком образовалась задолженность по уплате начисленных лизинговых платежей, в связи с чем согласно решению суда от 25.01.2016г. по делу №А40-228965/15-182-1879, вступившим в законную силу, с ответчика в пользу взысканы пени по договору №Л24821 от 26.01.2015г. (0,15% согласно п.2.2.2 договора) за просрочку оплаты лизинговых платежей с 16.08.2015 по 12.11.2015 в размере 50 398,09 руб.

Согласно решению суда от 21.10.2016г. по делу №А40-140160/16-76-1227 по договору №Л24821 от 26.01.2015г., взысканы пени за период с 16.11.2015 по 16.01.2016 в размере 193 224,72 руб.

При этом, доказательств фактической уплаты взысканной судом неустойки по указанным делам на общую сумму 243 623,60 руб. в материалы дела не представлено.

В соответствии со ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку факт ненадлежащего исполнения ответчиком обязательства по своевременной оплате лизинговых платежей подтверждается материалами дела, доказательств фактического взыскания суммы пени в материалы дел не представлено, суд считает правомерным включение в расчет суммы неустойки на основании пункта 2.2 договора лизинга в размере 243 623 руб. 60 коп.

В соответствии с п. 3.6 Постановления от 14 марта 2014 г. убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный затрат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Кроме того, как установлено судом из материалов дела, истцом и ООО УК «СТОУН» был заключен договор на оказание услуг по возврату дебиторской задолженности от К03/15 от 01.04.2015г., в соответствии с условиями которого, исполнителем были оказаны коллекторские услуги на сумму 762 110 руб. 00 коп. Факт несения указанных расходов подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями № 892 от 16.03.2016г., № 797 от 04.03.2016г.

Поскольку в материалы дела представлены надлежащие доказательства факта несения расходов на коллекторские услуги, суд считает правомерным включение в состав убытков указанных расходов в заявленной сумме 762 110 руб. 00 коп.

При этом судом отклоняются возражения истца в этой части, поскольку согласно условиям договора, Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" и ст. 622 ГК РФ истец обязан был возвратить ответчику предмет лизинга после расторжения договора, а также уплатить задолженность по лизинговым платежам и пени. Однако, доказательств совершения указанных действия со стороны истца в материалы дела не представлено, в связи с чем, расходы на коллекторские услуги подлежат включению в расчет убытков.

Кроме того, ответчик, возражая в удовлетворении требования, указал на необходимость включения в сумму убытков расходов на оплату услуг представителя и расходов по госпошлине, взысканных решениями суда по делам №А40-228965/15-182-1879, №А40-140160/16-76-1227.

Однако суд отклоняет указанные довод ответчика как неправомерные, поскольку данные расходы не связаны с финансовым предоставлением по договору лизинга, а возникли лишь в связи с рассмотрением дел в суде. Таким образом, включение их в расчет сальдо встречных однородных требований по договору лизинга является неправомерным.

Кроме того, суд учитывает доводы ответчика относительно стоимости возвращенного предмета лизинга.

Так, истец при расчете сальдо встречных обязательств исходил из стоимости предмета лизинга 3 846 364,75 руб., определенной, исходя из отчета об оценке ООО «ЮгЭксперт» от 07.08.2017г. № АСТ-0123-17., тогда как ответчик исходил из стоимости возвращенного предмета лизинга, исходя из договора купли-продажи предмета лизинга в размере 3 427 600 руб. При этом в подтверждение обоснованности реализации предмета лизинга по указанной стоимости ответчиком представлен отчет об оценке ООО «Фаворит» № 412/17042017, согласно которому стоимость предмета лизинга составляет 3 380 000 руб. 00 коп.

Согласно пункту 4 вышеуказанного Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. № 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Поскольку в разумный срок после получения предмета лизинга лизингодатель реализовал предмет лизинга, то суду надлежит определять стоимость предмета лизинга исходя из условий договора купли-продажи №КП24821\ОК от 08.06.2016г., согласно которому стоимость предмета лизинга составляет 3 427 600 руб. 00 коп.

Продажа изъятого у лизингополучателя имущества для лизингодателя является вынужденной мерой в целях возврата сумм финансирования, которые, находясь в финансовом обороте лизингодателя, позволяют производить расчеты по кредитам, приобретать имущество по новым сделкам для передачи в лизинг и т.д. При таких обстоятельствах баланс интересов сторон в случае изъятия предмета лизинга в связи с расторжением договора может быть обеспечен, если стоимость предмета лизинга позволяет лизингодателю его реализовать в разумный срок (менее четырех месяцев с даты фактического изъятия предмета лизинга) и вложить вырученные средства в финансовый оборот.

Исходя из вышеизложенного, суд считает необходимым учитывать при расчете сальдо справедливую рыночную стоимость изъятого предмета лизинга в размере 3 427 600 руб. 00 коп., определенную в договоре купли-продажи №КП24821\ОК от 08.06.2016г. Надлежащих доказательств занижения указанной стоимости истцом не представлено. При этом само по себе обстоятельство того, что привлеченный истцом оценщик иначе определил стоимость изъятого предмета лизинга, не означает, что продажа предмета лизинга была вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся спросом. При таких условиях именно указанную стоимость суд считает применимой к правоотношениям сторон по выкупу арендованного имущества.

Кроме того, суд, в том числе учитывает позицию истца, озвученную в судебном заседании, согласно которой, он не возражает в отношении включения в расчет сальдо встречных обязательств стоимости предмета лизинга, исходя из договора купли-продажи, а именно 3 427 600 руб.

Таким образом, с учетом изложенных положений и обстоятельств рассматриваемого спора, суд приходит к выводу о том, что расчет баланса интересов сторон по договору лизинга от 26.01.2015г. № Л24821, должен осуществляться следующим образом.

Так, размер финансирования (Ф), предоставленного лизингополучателю, составляет 3 196 944 руб. 58 коп.

Общий размер платежей по договору лизинга составил 6 860 234 руб. 44 коп. (П).

Сдн -срок договора лизинга в днях составляет 1102 дней за период с 26.01.2015г. по 31.01.2018г.

Количество дней фактического пользования составляет 500 день за период с 26.01.2015г. по 08.06.2016г.) - срок реализации предмета лизинга.

Плата за финансирование (ПФ в процентах годовых) согласно вышеуказанной формуле составляет 23,76 % из следующего расчета: (6 860 234 руб. 44 коп. (П) - 3 196 944 руб. 58 коп. (Ф) /3 196 944 руб. 58 коп. х 1102дн. х 365 х 100.

Таким образом, плата за финансирование (ПФ) составляет 1 040 458 руб. 00 коп. (из расчета 3 196 944 руб. 58 коп. (Ф) / 100 х 23,76 (ПФ в процентах годовых) / 365 х 500 (количество дней фактического пользования предметом лизинга).

Кроме того, как указано судом выше, суд также относит на счет истца в качестве убытков расходы лизингодателя на коллекторские услуги в сумме 762 110 руб. 00 коп., а также неустойку в размере 243 623 руб. 60 коп.

На основании изложенного, доказанная лизингодателем сумма предоставленного лизингополучателю финансирования, плата за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также иных санкций, предусмотренных законом или договором составляет 5 243 136 руб. 18 коп. (3 196 944 руб. 58 коп. (размер финансирования - Ф) + 1 040 458 руб. 00 коп. (плата за финансирование - ПФ) + 243 623 руб. 60 коп. + 762 110 руб. 00 коп. (доказанный истцом размер санкций, присужденных решениями суда, расходов на коллекторские услуги) превысила сумму полученных лизингодателем платежей (за вычетом аванса) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга в размере 5 091 960 руб. 00 коп. (3 427 600 руб. 00 коп. + 3 034 480 руб. 42 коп. – 1 370 120 руб. 42 коп.). Разница составляет 151 176 руб. 18 коп. на стороне лизингодателя, следовательно истец (лизингополучатель) не доказал факт возникновения на его стороне неосновательного обогащения на заявленную сумму, в связи с чем заявленные требования о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 26.01.2015г. № Л24821 являются необоснованными.

На основании вышеизложенного, исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании ст.ст. 8, 11, 12, 15, 309, 310, 330, 450.1, 606, 614, 619, 622, ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 4, 9, 27, 28, 64, 65, 66, 71, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении заявленных требований.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья В.З. Болиева