Гражданский кодекс часть 1

Банка «Национальная Факторинговая Компания» (Закрытого акционерного общества) (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 21.12.2006 г., адрес 115114, <...>)

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 50 по г. Москве (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 23.12.2004г., 125373, <...>)

признании частично недействительным ненормативного акта,

при участии:

от заявителя – ФИО1 доверенность от 26.12.2012 г., ФИО2 доверенность от 26.12.2012 г., ФИО3 доверенность № 374 от 14.05.2013 г.; от налогового органа – ФИО4 доверенность № 06-17/16237 от 21.06.2012 г., ФИО5 доверенность № 06-17/34434 от 19.11.2012 г., ФИО6 доверенность № 06-17/28795 от 02.10.2012 г.

У С Т А Н О В И Л:

Банк НФК (ЗАО) обратилось в суд с заявлением о признании решения Межрайонной инспекции ФНС Росси № 50 по г. Москве № 636 от 17.02.2012г. «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» недействительным в части доначисления налога на прибыль в размере 2 719 920 руб., пени по налогу на прибыль в размере 135 453,52 руб., штрафа по налогу на прибыль в размере 478 890,14 руб., НДС в размере 51 800 173 руб., пени по НДС в сумме 14 051 296,50 руб., штрафа по НДС в размере 9 931 799,88 руб.

Свое требование заявитель обосновывает тем, что ненормативный акт налогового органа, оспариваемый им частично, противоречит действующему законодательству и нарушает его права и законные интересы.

Межрайонная инспекция ФНС России № 50 по г. Москве требование заявителя не признала по основаниям, указанным в письменном отзыве на заявление и письменных объяснениях по делу.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что требование заявителя подлежит удовлетворению по следующим основаниям:

В судебном заседании установлено, что 17.02.2012 г. по результатам выездной налоговой проверки Заявителя за 2008-2010 годы МИФНС на основании Акта выездной налоговой проверки от 30.12.2012 г. и письменных возражений Банка было вынесено Решение № 636 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения».

Не согласившись с доводами МИ ФНС России № 50 по г. Москве, Заявителем была подана апелляционная жалоба, которая Решением УФНС России по г. Москве от 12.04.2012 г. была оставлена в силе.

В соответствии с Решением налогового органа от 17.02.2012 г. № 636 Банк привлечен к ответственности за свершение налогового правонарушения:

- штраф за неуплату налога на прибыль в сумме 478.890,14 руб. (п. 1 Решения).

-штраф на неуплату НДС в сумме 9.931.799,88 руб. (п. 1 Решения).

-пеня по налогу на прибыль в сумме 134.974,60 руб. (п. 2 Решения).

-пеня по НДС в сумме 14.051.296,50 руб. (п. 2 Решения).

-пеня по НДФЛ в сумме 775,10 руб. (п. 2 Решения).

-недоимка по налогу на прибыль в сумме 2.716.338,33 руб. (п. 3.1. Решения).

-недоимка по НДС в сумме 51.808.173,00 руб. (п. 3.1. Решения).

Заявитель считает Решение ИФНС № 50 по г. Москве от 17.02.2012 г. № 636 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и Решение УФНС по г. Москве от 12.04.2012 г. по апелляционной жалобе незаконными в части взыскания недоимки по налогу на прибыль и НДС, пени и штрафа. В части недоимки по НДФЛ Решение не оспаривается.

Суд, анализируя представленные по делу документы, приходит к выводу, что ненормативный акт налогового органа, оспариваемый заявителем частично принят в нарушение норм налогового законодательства и нарушает права и законные интересы заявителя ввиду следующего:

В соответствии с Решением налоговый орган привлек Заявителя к налоговой ответственности, обязав Заявителя:

-уплатить недоимку в размере 2.716.338,33 руб. (п. 3 Решения);

-штраф в размере 478.890.14 руб. (п. 1 Решения).

-пеню - 134.974,60 руб. (п. 2 Решения).

По мнению налогового органа, Банк неправомерно признал в качестве расходов для целей налогообложения прибыли при расчете налоговой базы, убытки по финансовым инструментам срочных сделок, не обращающихся на организованном рынке. Налоговый орган полагает, что совершенные Банком сделки не являются операциями хеджирования в силу несоблюдения требований, установленных ст.ст. 301, 326 НК РФ. Убыток по сделкам не может уменьшать налоговую базу по налогу на прибыль. Банком не представлены достаточные доказательства обоснованности квалификации спорных операций с ФИСС именно как операций хеджирования (стр. 5 Решения).

Все доводы налогового органа можно свести к следующим:

- отсутствие цели хеджирования - компенсации убытков по объекту хеджирования («срочные сделки могут только тогда носить хеджирующий характер, когда их осуществление гарантировано приводит к снижению рисков в отношении объекта хеджирования» (стр. 12 Решения).

- неправильное оформление операций хеджирования (стр. 3 Решения).

- исполнение сделок путем неттинга (зачета) (стр. 7 Решения).

Между тем суд не согласен с данными доводами по следующим основаниям:

В решении указано, что Банк неправомерно признал в качестве расходов для целей налогообложения прибыли при расчете налоговой базы, определяемой в общем порядке, убытков по финансовым инструментам срочных сделок, не обращающихся на организованном рынке ценных бумаг (далее - «ФИСС») с базисным активом иностранной валютой, прекращение обязательств по которым осуществлялось иным способом, чем поставкой, т.е. надлежащим исполнением (а именно неттингом (зачетом)), которые не являлись операциями хеджирования в силу несоблюдения требований, установленных ст.ст. 301 и 326 НК РФ, а также несоответствием данных операций ФИСС сути операций хеджирования.

Убыток банка составил 11.333.000 руб.

В силу п. 1 ст. 301 НК РФ в действовавшей на момент совершения сделок редакции, под финансовыми инструментами срочных сделок (сделок с отсрочкой исполнения) понимаются соглашения участников срочных сделок (сторон сделки), определяющие их права и обязанности в отношении базисного актива, в том числе фьючерсные, опционные, форвардные контракты, а также соглашения участников срочных сделок, не предполагающие поставку базисного актива, но определяющие порядок взаиморасчетов сторон сделки в будущем в зависимости от изменения цены или иного количественного показателя базисного актива по сравнению с величиной указанного показателя, которая определена сторонами при заключении сделки.

Согласно п. 3 ст. 304 НК РФ, убыток по операциям с финансовыми инструментами срочных сделок, не обращающимися на организованном рынке, не уменьшает налоговую базу, за исключением случаев, предусмотренных п. 5 ст. 304 НК, то есть операций хеджирования.

Под операциями хеджирования понимаются операции с финансовыми инструментами срочных сделок, совершаемые в целях компенсации возможных убытков, возникающих в результате неблагоприятного изменения цены или иного показателя объекта хеджирования, при этом под объектами хеджирования признаются активы и (или) обязательства, а также потоки денежных средств, связанные с указанными активами и (или) обязательствами или с ожидаемыми сделками.

При условии оформления операций хеджирования с учетом требований п. 5 ст. 301 НК РФ доходы по таким операциям с финансовыми инструментами срочных сделок увеличивают, а расходы уменьшают налоговую базу по другим операциям с объектом хеджирования.

Банки вправе относить на уменьшение налоговой базы, определенной в соответствии со ст. 247 НК РФ, убытки по операциям с финансовыми инструментами срочных сделок, не обращающимися на организованном рынке, базисным активом которых выступает иностранная валюта, а исполнение производится путем поставки базисного актива.

Налогоплательщик выделяет для отдельного налогового учета операции с финансовыми инструментами срочных сделок, заключенные с целью компенсации возможных убытков, возникающих в результате неблагоприятного изменения цены или иного показателя базового актива (объекта хеджирования), оформляя под сделки Расчет по каждой операции хеджирования.

Единой формы Расчета не существует. НК РФ в редакции, действовавшей на момент совершения сделок, предусматривал следующие обязательные реквизиты расчета:

- описание операции хеджирования, включающее наименование объекта хеджирования, типы страхуемых рисков (ценовой, валютный, кредитный, процентный и тому подобные риски), планируемые действия относительно объекта хеджирования (покупка, продажа, иные действия), финансовые инструменты срочных сделок, которые планируется использовать, условия исполнения сделки;

- дата начала операции хеджирования, дата ее окончания и (или) ее продолжительность, промежуточные условия расчета;

- объем, дата и цена сделки (сделок) с объектом хеджирования;

- объем, дата и цена сделки (сделок) с финансовыми инструментами срочных сделок;

- информация о расходах по осуществлению данной операции.

Таким образом, при соблюдении требований п. 5 ст. 301 НК РФ Банк вправе отнести на уменьшение налоговой базы убытки по операциям с ФИСС.

При проведении проверки Заявителем налоговому органу был представлен Расчет по операциям хеджирования.

Банком был предоставлен расчет по операциям хеджирования, оформленный в соответствии с требованиями ст. 326 НК РФ. К данному расчету налоговым органом не было предъявлено никаких замечаний. Далее по требованию налогового органа Банком был предоставлен Расчет эффективности операций хеджирования, ведение которого не предусмотрено НК РФ, и который является дополнительным инструментом контроля эффективности операций хеджирования. Однако в своем Решении налоговый орган проводит оценку именно этого, дополнительного Расчета. При этом предъявляются требования, существенно выходящие за рамки ст. 326 НК РФ.

В Расчете, представленном Банком, были все данные, требуемые в соответствии со ст. 326 НК РФ.

Все сделки хеджирования проводились для одной цели - минимизации будущих потерь от исполнения обязательств в иностранной валюте по синдицированному кредиту. Банком для целей своей деятельности в 2007г. был привлечен синдицированный кредит от ряда иностранных банков. Денежные средства были получены в долл. США. Так как деятельность Банка осуществляется на территории РФ и основным видом деятельности являются факторинговые операции с Российскими компаниями, кредитные денежные средства были реализованы на рынке посредством заключения форвардных сделок.

Для минимизации потерь от изменения курса долл. США на дату погашения обязательств Банка по синдицированному кредиту Банком было принято решение о совершении сделок, носящих хеджирующий характер.

Предпринимательская деятельность не гарантирует безусловной прибыли. По результатам деятельности возможно получение убытка, что не является правонарушением. В результате заключенных Банком сделок был получен убыток, который был отнесен Банком на уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль.

Налоговому органу были предоставлены исчерпывающие документы и доказательства, подтверждающие данные обстоятельства.

По мнению налогового органа, Заявитель был обязан вести отдельный учет по объекту хеджирования, который должен был «коррелировать с курсовой разницей по ФИСС».

Действовавший на момент совершения сделок НК РФ не содержит каких-либо положений, предписывающих определять налоговую базу по операциям с объектами хеджирования вообще и от операций по погашению обязательств по синдицированному кредиту (объект хеджирования), отдельно от общей налоговой базы, определяемой в соответствии со ст. 274 Кодекса, и учитывать эту налоговую базу для целей исчисления налога на прибыль.

Более того, в соответствии с письмом Минфина РФ от 22.04.2009 г. № 03-03-06/2/89 «НК РФ не содержит особенностей налогового учета операций хеджирования в случае, если объектом хеджирования выступают потоки денежных средств, связанные с активами и (или) обязательствами или с ожидаемыми сделками».

Налоговый орган высказал следующие замечания к представленному Банком Расчету по операциям хеджирования:

- «расчет Банка не содержит даты составления».

Среди обязательных сведений, которые должны быть указаны в расчете в соответствии со ст. 326 НК РФ, такой реквизит отсутствует вовсе.

- «расчет сформирован без какой-либо привязки к декларируемому Банком объекту хеджирования (выплата 53.5 млн. долл. США синдицированного кредита)». При этом из текста Решения невозможно установить, какой именно из расчетов, представленных Банком, был признан налоговым органом неудовлетворительным.

В представленном Банком расчете было указано, что операции по хеджированию были направлены на покрытие рисков потерь от изменения курсов долл. США при исполнении Банком обязательств по синдицированному кредиту.

Договор синдицированного кредита предусматривал безусловное погашение в долл. США, что предусматривает необходимость покупки Банком соответствующей суммы долл. США. Для покрытия рисков потерь от изменения курса долл. США, Банком в 2007-2008 годах заключались форвардные договоры на поставку валюты. Все это содержалось в представленном Банком Расчете.

Отказывая Заявителю в праве отразить полученный по сделкам убыток при
определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль, МИФНС в Решении указала на отсутствие поставки базисного актива по форвардным сделкам (стр. 7 Решения).

Данный вывод налогового органа не соответствует требованиям НК РФ и сложившейся судебной практике по аналогичным спорам.

В силу п. 5 ст. 304 НК РФ, банки вправе относить на уменьшение налоговой базы, определенной в соответствии со ст. 274 НК РФ, убытки по операциям с ФИСС, не обращающимися на организованном рынке, базисным активом которых выступает иностранная волюта, а исполнение производится путем поставки базисного актива.

Квалификация срочной сделки как поставочной или расчетной осуществляется на момент заключения соглашения (сделки), а не по способу исполнения, зачет по поставочным сделкам является допустимым с точки зрения закона и не является основанием для переквалификации ФИСС, т.к. экономическая и правовая природа сделки не меняется в зависимости от способа исполнения; в соответствии с действовавшим законодательством (п. 1 ст. 301, ст. 326 НК РФ) предусмотрена квалификация срочных сделок исходя из согласованных участниками условий сделки на момент ее заключения; объем прав и обязанностей участников срочных сделок (поставочных и расчетных) определяется в момент заключения сделки и различается в зависимости от отношения к базисному активу (сумме валюты) - по поставочной сделке в отношении базисного актива у сторон возникают права и обязанности, а по расчетной - нет; определение финансового результата по поставочной сделке не имеет самостоятельного значения, целью является установление прав и обязанностей сторон в отношении суммы валюты, тогда как главной и единственной целью расчетной сделки является именно определение финансового результата.

Тем более, что в итоге все срочные сделки были завершены посредством фактической поставки валюты.

Таким образом, приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о незаконности отказа налогового органа в подтверждении отнесения убытков в размере 11.333.000 руб. на прибыль в порядке п. 5 ст. 301 НК РФ.

Ввиду отсутствия события налогового правонарушения Банк не может быть привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения (ст. 109 НК РФ)

В отношении налога на добавленную стоимость судом установлено следующее:

В соответствии с Решением налоговый орган привлек Заявителя к налоговой ответственности, обязав Заявителя:

-уплатить недоимку по налогу в размере 51.808.173,00 руб. (п. 3 Решения);

-пеню в размере 14.051.296,50 руб. (п. 2 Решения);

-штраф в размере 9.931.799,88 руб. (п. 1 Решения).

В соответствии с Решением налоговый орган установил неисчисление и неуплату НДС с выручки, полученной по договорам поручительства (стр. 15 Решения).

По мнению налогового органа, Банк был обязан исчислить и уплатить НДС с выручки, полученной по договорам поручительства, оформленным банком в связи с оказанием услуг клиентам по финансированию под уступку денежных прав требований (факторинг с регрессом). МИФНС полагает, что договоры поручительства прикрывали оказание банком услуг по «факторингу без регресса», которые облагаются НДС.

Ни в Акте, ни в Решении ИФНС не указал нормы права, в соответствии с которыми действующее законодательство устанавливает такой вид договора, как «факторинг без регресса».

Суд считает, что доводы налогового органа являются необоснованными по следующим основаниям:

Во-первых, в силу подп. 3 п. 3 ст. 149 НК РФ не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) на территории РФ осуществление банками банковских операций (за исключением инкассации), в том числе выдача поручительств за третьих лиц, предусматривающих исполнение обязательств в денежной форме.

Таким образом, все сделки поручительства, заключаемые банком, не подлежат налогообложению по НДС.

Во-вторых, налоговый орган безапелляционно относит ряд договоров поручительства, совершенных банком с клиентами, как часть договоров факторинга, что не соответствует действительности. Поручительство выдавалось Клиентам за исполнение их дебиторами своих обязательств по договорам поставки.

В Решении налоговой орган описывает 4 «типа финансовых услуг», оказываемых банком, что не соответствует действительности.

Банк специализируется на представлении клиентам факторинговых услуг. С клиентами Банка заключаются договоры об общих условиях факторингового обслуживания, включающие в себя целый комплекс услуг.

Соответственно, в зависимости от интересов клиента, Банк варьирует условия договоров. Условно, для удобства представления услуги, Банк их подразделил на несколько видов:

- «Факторинг-Финанс» - Банк предоставляет финансирование под обеспечение дебиторской задолженностью. После отгрузки товара Банк финансирует поставщика до наступления срока платежа по договору с покупателем.

-«Факторинг-Гарант» - Банк осуществляет финансирование клиента под обеспечение дебиторской задолженностью, дополнительно в качестве опции обеспечивая исполнение покупателем своих обязательств договором поручительства.

-«Предпоставочный Факторинг» - Банк осуществляет финансирование поставщика под будущую дебиторскую задолженность.

-«Закупочный Факторинг» - Банк осуществляет финансирование после поставки товара на срок отсрочки платежа по договору с покупателем.

-«Экспортный факторинг» - Банк осуществляет финансирование экспортных торговых операций.

-«Безрегресный факторинг» - Банк осуществляет финансирование поставщика, взамен получая право требования к покупателю.

Все эти виды факторинговых услуг весьма условны, так как в каждом конкретном случае в рамках Генерального соглашения с клиентом Банк с клиентом оговаривает определенные условия договора, которые зависят и от самого клиента, от дебитора и его надежности, от условий поставки товара, сроков оплаты товара и объемов финансирования (под каждую отдельную поставку Банк предоставляет различные условия финансирования).

Налоговый орган в Решении указал 3 таблицы, в которых были приведены цифры по доходам Банка от всех договоров поручительства за проверяемый период (Таблица № 1 стр. 17 Решения); данные по договорам поручительства, по которым у налогового органа претензии отсутствовали (таблица № 2, стр. 17 Решения); и суммы неправомерно не исчисленного и неуплаченного налогоплательщиком НДС.

По каким договорам были исчислены данные суммы, каким образом, в Решении налоговым органом не приводится.

В Решении налоговый орган не учитывает правовую природу договора поручительства, который является дополнительным (акцессорным) обязательством по отношению к основному. То есть, не может существовать без основной сделки. Но это не делает его «дополнительным соглашением к договору факторинга». Поручительство по своей экономической цели не совпадает с договором факторинга. Более того, поручительство выдавалось за надлежащее исполнение Дебиторами своих обязательств по договорам поставки, а не по факторинговым обязательствам клиентов Банка.

В-третьих, в Решении налоговый орган указал, что «предварительный расчет занижения налоговой базы Банком на данном этапе отсутствует» (стр. 26 Решения).

В-четвертых, в Решении налоговым органом приводятся теоретические изыскания о предмете факторинговых сделок, по которым стороны пришли к соглашению о заключении договоров поручительства как обеспечительной меры по договорам факторинга. Далее, в решении приводятся ссылки на договор банковской гарантии, который вообще не был оценен налоговым органом как мнимая сделка (стр. 24-25 Решения).

Какие именно совершенные Банком с клиентами сделки, являющиеся, по мнению налоговым органом мнимыми, в Решении не указано.

В-пятых, налоговый орган в решении обосновывает свои доводы ссылкой на выдержки из 4 протоколов допроса свидетелей.

Копии протоколов, как одно из доказательств по результатам налоговой проверки Банку предоставлены не были, что является нарушением прав Банка. Однако, даже из выдержек из протоколов видна их недостоверность. В Решении (стр. 20) инспекция приводит выдержки из 4 протоколов допроса свидетелей - генеральных директоров клиентов Банка. Причем, все ответы свидетелей практически идентичны.

ООО «Цифровые устройства» - налоговый орган допрашивает генерального директора ФИО7 по сделкам 2006-2009 годов.

По данным ЕГРЮЛ генеральным директором общества с 2009 г. является ФИО8 ООО «Мультимедиа ПРЕМИУМ», уставный капитал 2.597.089,90 руб. – налоговый орган допрашивает генерального директора ФИО9 по сделкам 2006-2008 годов.

По данным ЕГРЮЛ генеральным директором компании в настоящий момент является ФИО10 (с 2010 г.), а в 2008 г. - ФИО11

ООО «Мир-Сервис» - налоговый орган допрашивает генерального директора ФИО12

По данным ЕГРЮЛ генеральным директором общества с 07.05.2008 г. является ФИО13 То есть, сделки в проверяемый период осуществляло иное лицо, нежели допрошенное.

Ввиду того, что приведенные инспекцией выдержки из протоколов допросов свидетелей -генеральных директоров клиентов банка являются противоречивыми, их нельзя считать объективным доказательством. Вопросы задаются за период с 2006 по 2009 г., а проверяемый период и выводы инспекцией делаются за 2008-2010 г. (стр. 26 Решения).

Более того, Банк действительно заключал договоры с указанными выше юридическими лицами исходя из соображений коммерческой выгоды и потребностей клиентов. Все юридические лица являются действующими. У большинства из них уставный капитал превышает минимально установленный (например: ООО «Мультимедиа Премиум» - 2.597.089,90 руб.). Все договоры исполнены. Налоги уплачены. Договоры никем оспорены не были и не противоречат действующему законодательству.

Налоговый орган делает вывод о том, что «оформление Банком правоотношений по договорам поручительства одновременно с оказанием клиентам услуг по договорам факторинга с регрессом фактически прикрывало для целей налогообложения оказание клиентам услуг факторинга без регресса с получением Банком необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного неначисления и неуплаты НДС с доходов по единым операциям оказания услуг факторинга без регресса» (стр. 25 Решения).

Данные по сделкам, подпадающим, по мнению инспекции под мнимые (перечень договоров), в Решении не приводятся.

В силу подп. 3 ч. 2 ст. 45 НК РФ взыскание налога в данном случае осуществляется исключительно в судебном порядке (обязанность по уплате налога основана на изменении налоговым органом юридической квалификации сделки, совершенной таким налогоплательщиком, или статуса и характера деятельности этого налогоплательщика).

Налоговый орган полагает, что Банк, заключая договоры поручительства, освобожденные в силу НК РФ от налогообложения по НДС, тем самым извлекает необоснованную налоговую выгоду. В результате подобного вывода налогового органа предложено Заявителю уплатить НДС с денежных средств, полученных Банком по договорам поручительства.

В чем именно заключается налоговая выгода Банка, из Решения понять невозможно.

Под налоговой выгодой судебная практика понимает «уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета» (п. 1 постановления ВАС РФ от 12.10.2006 г. №53).

Следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Специфика НДС состоит в том, что при реализации товаров (работ, услуг), налогоплательщик дополнительно к цене реализуемых товаров (работ, услуг) предъявляет к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога (ст. 168 НК РФ). То есть, получая комиссию по договору, банк получает НДС от своего клиента и уплачивает НДС в доход бюджета, а клиент принимает сумму уплаченного налога к вычету, уменьшая тем самым сумму НДС, подлежащую уплате в бюджет (ст. 171 НК). В чем налоговая выгода у Банка? Он не несет никаких дополнительных расходов. НДС уплачивается клиентом Банка в стоимости услуги Банка.

Налоговый орган так и не смог в решении пояснить, каким образом налоговую выгоду Банк получил за счет бюджета.

Приведенные выше доводы свидетельствуют о том, что у Банка, заключающего в рамках своей уставной деятельности договоры поручительства, освобожденные от уплаты НДС, изначально отсутствовала сама цель получения налоговой выгоды.

Ввиду отсутствия события налогового правонарушения Банк не может быть привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения (ст. 109 НК РФ).

При изложенных обстоятельствах, суд считает, что требование заявителя подлежит удовлетворению.

Расходы по оплате госпошлины суд распределяет в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 137-138 НК РФ, в соответствии со ст.ст. 167-170, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 50 по г. Москве № 636 от 17.02.2012г. «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» недействительным в части доначисления налога на прибыль в размере 2 719 920 руб., пени по налогу на прибыль в размере 135 453,52 руб., штрафа по налогу на прибыль в размере 478 890,14 руб., НДС в размере 51 800 173 руб., пени по НДС в сумме 14 051 296,50 руб., штрафа по НДС в размере 9 931 799,88 руб. как несоответствующее требованиям НК РФ.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 50 по г. Москве в пользу Банка «Национальная Факторинговая Компания» (Закрытого акционерного общества) 2 000 (две тысячи) руб. госпошлины.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию в течение 1-го месяца со дня принятия, в кассационную инстанцию – ФАС МО в течение 2-х месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья: И.О. Петров