Гражданский кодекс часть 1

общество с ограниченной ответственностью «Куратор» (далее – Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением к Пограничному управлению Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Мурманской области (далее – Управление, административный орган, ответчик) о признании незаконным и отмене постановления Государственной морской инспекции Управления № ГМИ М/15/09 от 23.01.2009 о привлечении Общества к административной ответственности по части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде наложения штрафа в сумме 100.000 руб. за нарушение правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов.

В обоснование заявленных требований заявитель ссылается, что не допускал нарушений правил рыболовства, а искажение данных промыслового журнала образует иной состав правонарушения, предусмотренный частью 2 статьи 8.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Заявитель также ссылается на процессуальные нарушения, допущенные ответчиком при производстве дела об административном правонарушении Общества, поскольку нарушены сроки составления протокола об оспариваемом правонарушении, в котором отсутствуют место, время и событие правонарушения, а равно в оспариваемом постановлении.

Кроме того, по мнению заявителя, в действиях Общества отсутствует вина в совершении оспариваемого правонарушения.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал требования Общества по основаниям, изложенным в заявлении.

Ответчик в судебном заседании и в письменном отзыве на заявление (л.д.53, 54 т.1) с требованиями Общества не согласился и полагает, что в их удовлетворении следует отказать, поскольку Общество допустило внесение в промысловый и судовой журналы несоответствующих действительности сведений об объёмах добытых (выловленных) биоресурсов, способе и используемых орудиях лова, что является нарушением правил рыболовства и образует состав правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

По мнению Управления, вина Общества установлена как пользователя водных биоресурсов, а несоблюдение срока составления протокола об административном правонарушении не является безусловным основанием для признания незаконным применение административной ответственности.

Заслушав пояснения представителей заявителя и ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, принадлежащее Обществу на праве аренды промысловое судно М-0493 «Градиент-1» в период с 18.02.2008 по 25.02.2008 осуществляло добычу (вылов) рыбы в территориальном море и внутренних морских водах Российской Федерации Баренцева моря на основании разрешений №№ ТП-080003/3, ТП-080003/2.

В ходе проведения контрольно-проверочных мероприятий Государственной морской инспекцией Управления (далее – Инспекция) установлено искажение данных промыслового журнала № 1 от 22.01.2007 и судового журнала № 8/262 от 22.01.2007 об объёмах добытой (выловленной) рыбы, способе и используемом орудии лова.

В частности, при контрольном взвешивании в порту Мурманск и в соответствии с актом осмотра судна от 26.02.2008 и актом регистрации объёмов добычи (вылова) при выгрузке в порту (пункте выгрузке) № 1035/01 от 26.02.2008 (л.д.121-123 т.1) Инспекцией установлено, что Обществом в указанный период промысла добыто (выловлено) в сырце камбалы морской 8.206,8 кг, трески 547,5 кг, камбалы-ерша 242,4 кг, а всего 8.996,7 кг. Тогда как в промысловом журнале учтены другие объёмы рыбы-сырца: камбалы морской в количестве 8.256 кг, трески – 600 кг, камбалы-ерша – 300 кг, что всего составило 9.156 кг, то есть в большем размере, чем фактически добыто (выловлено) (л.д.131-140 т.1).

Кроме того, Инспекция на основании анализа Мурманского регионального центра отраслевой системы мониторинга (л.д.74-79, 111, 112 т.1) промысловой деятельности судна Общества установила, что Обществом в спорный период промысла использовался донный трал и вылов биоресурсов осуществлялся способом траления, а именно произведено 13 тралений (44 трека) со скоростью буксировки донного трала в среднем от 2,8 до 3,2 узлов и со средней продолжительностью траления от 2-х до 4-х часов. Однако в судовом журнале № 8/262 от 22.01.2007 Обществом заявлен удебный способ лова с применением электрических удочек, то есть добыча (вылов) биоресурсов осуществлялся с борта судна, находящегося без движения (в дрейфе) (л.д.141-158 т.1).

Данные обстоятельства были квалифицированы Инспекцией как представление неверных сведений об объёмах добытых (выловленных) водных биоресурсов, способе и используемом орудии лова, что является нарушением пункта 9.3 Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утверждённого приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 28.04.2007 № 245 (действовавших в период спорного промысла) (далее – Правила рыболовства, Правила рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна).

По данному факту Инспекцией составлен протокол от 15.01.2009 № ГМИ М/15/09 о совершении Обществом правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (л.д.18, 19 т.1), по результатам рассмотрения которого Общество постановлением № ГМИ М/15/09 от 23.01.2009 привлечено к административной ответственности по указанной норме в виде наложения административного штрафа в сумме 100.000 руб. (л.д.14-17 т.1).

Полагая, что данное постановление Инспекции является незаконным, Общество обратилось в арбитражный суд с требованием об его отмене.

В соответствии с пунктом 7.1 Правил рыболовства, которыми регулируется деятельность российских юридических лиц, осуществляющих рыболовство, в том числе во внутренних морских водах и территориальном море Российской Федерации Баренцева моря, пользователи водных биоресурсов при осуществлении промышленного (в том числе прибрежного) рыболовства должны обеспечить раздельный учёт вылова и приёма по видам водных биоресурсов, указание весового соотношения видов в улове, орудий лова и мест вылова (район, подрайон, промысловая зона, промысловая подзона) в промысловом журнале и других отчётных документах.

Далее, пункт 9.3 Правил рыболовства закрепляет, что пользователи водными биоресурсами не вправе вести учёт и представлять сведения о добыче (вылове) водных биоресурсов, в том числе с искажением фактических размеров улова, используемых орудий лова и способов добычи (вылова).

Факт нарушения названных Правил, выразившийся в указании в промысловом и судовом журналах объёма улова в количестве 9.156 кг, вместо 8.996,7 кг; электрических удочек, вместо донного трала; удебного способа, вместо способа траления, подтверждается материалам дела и заявителем не оспаривается.

Суд также усматривает в действиях Общества вину в совершении оспариваемого правонарушения.

В соответствии с частью 2 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях юридическое лицо признаётся виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В рамках приведённой нормы судом по настоящему делу установлено, что судно М-0493 «Градиент-1» находилось в пользовании у Общества в целях осуществления промысла на основании договора фрахтования судна (тайм-чартера) № 20/12-07 от 20.12.2007 (л.д.4-7 т.2); в период промысла Обществом осваивалась своя квота по разрешению № ТП-080003/2 (л.д.1 т.2), а равно квота общества с ограниченной ответственностью «Териберская рыболовецкая компания» по разрешению № ТМ-080003/3 (л.д.20 т.1), переданная Обществу для освоения в рамках договора простого товарищества (о совместной деятельности) от 26.12.2007 (л.д.8-10 т.2).

Следовательно, Общество, осваивая квоту на основании разрешений №№ ТП-080003/3, ТП-080003/2 от 14.01.2008 на добычу (вылов) водных биоресурсов в районах исключительной экономической зоны, территориального моря и внутренних морских вод Российской Федерации Баренцева моря, являлось пользователем биоресурсов, а потому обязано было соблюдать правила добычи водных биоресурсов (Правила рыболовства).

Судом также не установлено процессуальных нарушений, допущенных Инспекцией при производстве дела об административном правонарушении Общества и влекущих безусловную отмену оспариваемого постановления, а равно не нашли своего подтверждения доводы заявителя об отсутствии в протоколе и постановлении сведений о месте, времени и события оспариваемого правонарушения.

Таким образом, суд считает, что Инспекцией надлежащим образом установлены факт и субъект рассматриваемого правонарушения, а Общество допустило нарушение Правил рыболовства.

Между тем, суд находит оспариваемое постановление незаконным по основаниям, установленным судом.

Как установлено судом по настоящему делу, Общество за организацию рыболовства с искажением сведений об объёмах добытых (выловленных) водных биоресурсов, способе и используемом орудии лова таких ресурсов привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Данной нормой предусмотрена административная ответственность за нарушение правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного рыболовства, прибрежного рыболовства и других видов рыболовства, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В свою очередь, часть 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает ответственность за нарушение правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного рыболовства, прибрежного рыболовства и других видов рыболовства во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне Российской Федерации.

Таким образом, сравнительный анализ приведённых диспозиций правонарушений разграничивает их применение по месту совершения правонарушения. Иными словами, правонарушение подлежит квалификации по части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случае нарушение правил добычи (вылова) водных биоресурсов в морях Российской Федерации, а во всех остальных случаях (в морях за пределами Российской Федерации и озёрах, реках Российской Федерации) – по части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При этом, следует также учитывать, ещё одну специальную норму об ответственности по отношению к рассматриваемой части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – статью 7.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях – пользование объектами животного мира, в том числе с нарушением условий, предусмотренных разрешением (лицензией), но одновременно, выступающую общей нормой по отношению к части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Поскольку по настоящему делу установлено, что Обществом допущено нарушение Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна при осуществлении промысла в территориальном море и внутренних морских водах Российской Федерации Баренцева моря, то данное правонарушение полностью охватывается диспозицией части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, являющейся специальной нормой, предусматривающей административную ответственность за нарушение правил добычи (вылова) водных биоресурсов в морях Российской Федерации. Вменяемая же Инспекцией заявителю часть 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является по отношению к части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях общей нормой.

Суд также не может согласиться с доводами Управления о невозможности применения к спорным отношениям санкции, предусмотренной частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и выражающейся в величине, кратной стоимости водных биоресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, поскольку факта незаконного вылова рыбы Инспекцией установлено не было.

Прежде всего, необходимо отметить, что противоправные действия не могут быть квалифицированы в зависимости от возможности применения ответственности.

Во-вторых, Инспекцией по существу выявлен факт добычи (вылова) Обществом рыбы по объёму и с применением орудия и, как следствие, способа, несоответствующих действительности, а потому в данном случае предметом административного правонарушения будет являться выведенная разница в объёмах улова между формально заявленным в документах и фактическим объёмами (то есть предмет будет являться формальным) и вся добытая недействительным способом рыба.

Ответственность же за незаконный вылов рыбы, на который ориентирует Управление при разграничении составов правонарушений по части 2 статьи 8.17 и части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусмотрена по иной норме – статье 7.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях «Пользование объектами животного мира и водными биологическими ресурсами без разрешения (лицензии)».

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что приведённый подход суда по настоящему делу о квалификации спорных противоправных действий Общества (искажение данных), также поддерживает Верховный Суд Российской Федерации в вопросе 6 раздела «Вопросы, возникающие из административных правонарушений» Обзора законодательства и судебной практики за 2-й квартал 2008 года, утверждённого постановлением Президиума от 17.09.2008.

Вместе с тем, необходимо также отметить ошибочность доводов заявителя о применении к оспариваемому правонарушению ответственности по части 2 статьи 8.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по причине невыполнения капитаном судна Общества обязанностей по надлежащему ведению промыслового журнала и внесения в него искажённых сведений. Юридические лица согласно данной норме не являются субъектами ответственности, а в силу части 3 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях привлечение к административной или уголовной ответственности физического лица не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение юридическое лицо.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии у Инспекции правовых оснований для привлечения Общества к административной ответственности по части 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за нарушение Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна по причине неверной квалификации данного нарушения, поскольку такие противоправные действия Общества образуют состав правонарушения, предусмотренный частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (пункт 9 постановления от 02.06.2004. № 10) в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании постановления административного органа о привлечении к административной ответственности суд установит, что оспариваемое постановление содержит неправильную квалификацию правонарушения, суд в соответствии с частью 2 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимает решение о признании незаконным оспариваемого постановления и о его отмене.

Следовательно, постановление Инспекции является незаконным по основаниям, установленным судом, а потому подлежит отмене, а требования Общества к Управлению подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-170, 176, 207, 210, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

заявление удовлетворить.

Признать незаконным и отменить полностью постановление № ГМИ М/15/09 от 23.01.2009 Государственной морской инспекции Пограничного управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Мурманской области, принятое по адресу: <...>, о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Куратор» (ИНН <***>, ОГРН <***>), расположенного по адресу: <...>, к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок со дня принятия в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья С.Б.Варфоломеев