Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Шевченко С.Ф., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Скрипченко И.И., рассмотрел в судебном заседании дело по иску

Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Новосибирской области, г. Новосибирск,

к 1. открытому акционерному обществу «Новосибирское Авиапредприятие»,

г. Новосибирск,

2. обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Красный проспект», г.Новосибирск

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: 1. Министерство внутренних дел России, г. Москва,

2. Сибирское региональное командование внутренних войск МВД России,

г. Новосибирск,

3. Войсковая часть 3733, г. Новосибирск,

4. Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области, г. Новосибирск,

При участии прокурора в лице заместителя военного прокурора Центрального военного округа на прокурорском участке в г.Новосибирске, г.Новосибирск признании сделок недействительными, признании права собственности,

при участии представителей сторон:

от истца: ФИО1 (по доверенности от 24.03.2011);

от ответчиков: 1. ФИО2.(по доверенности от 03.10.2011);

2. ФИО3 (по доверенности от 06.02.2012);

от третьих лиц: 1. ФИО4 (по доверенности от 11.10.2011);

2. ФИО5 (по доверенности от 11.10.2010);

3. ФИО6 (по доверенности от 10.03.20110),

4. ФИО7 (по доверенности от 11.05.2011);

от прокурора: Баранова С.С. (служебное удостоверение)

Российская Федерация в лице Территориального управления по управлению государственным имуществом в Новосибирской области

(далее – истец) обратилась в арбитражный суд Новосибирской области с уточнёнными в ходе судебного разбирательства требованиями к ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» и ООО «Управляющая компания «Красный проспект», настаивая на:

1. Признании недействительной сделки по внесению в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» (Акт приёма-передачи имущества Федерального государственного унитарного предприятия «Новосибирск Авиа» в уставный капитал открытого акционерного общества «Новосибирск Авиа» от 01.11.2005, 28.12.2005 с дополнениями от 26.08.2009) объектов:

- сооружения (взлетно-посадочной полосы), инв. № 35:00374/055, Литер: А 46, адрес местонахождения: <...> ;

- рулежной дорожки от перрона нов.вокз. до вз/полосы литер А48, адрес местонахождения: <...>;

- сооружения (перрон против фасада нового а/вокзала) литер А50, адрес местонахождения: <...>;

- сооружения (рулежная дорога от перрона до ангара АТБ 5) литер А47, адрес местонахождения: <...>;

- сооружения (северная стоянка самолетов АН-24) литер А49, адрес местонахождения: <...>;

- сооружения (северная стоянка МС (2 очередь) литер А45, адрес местонахождения: <...> (далее по тексту - сооружения).

2. Признании права собственности Российской Федерации на указанные сооружения.

3. Обязании открытого акционерного общества «Новосибирск Авиа» возвратить Российской Федерации в лице Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Новосибирской области из незаконного владения спорные сооружения.

Открытое акционерное общество «Новосибирское Авиапредприятие» (далее 1-й ответчик) правопритязания истца отклонило, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска, пропуск срока для обращения за судебной защитой.

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Красный проспект» (далее – 2-й ответчик) заявило о необоснованности исковых требований, неэффективности избранного способа защиты и пропуске срока исковой давности.

Привлечённые к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне истца Министерство внутренних дел России, г. Москва (1-е третье лицо), Сибирское региональное командование внутренних войск МВД России (2-е третье лицо), Войсковая часть 3733 (3-е третье лицо), разделяя правовую позицию истца, заявили о нарушении оспариваемой в данном деле сделкой стратегических интересов государства, нарушении норм Воздушного кодекса Российской Федерации и приватизационного законодательства.

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области (далее – 4-е третье лицо) указало на

противоречивость позиции истца его действиям, связанным с регистрацией перехода права собственности на спорные объекты к 1-му ответчику.

Прокурор в качестве участника процесса на основании нормы части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оценил требования истца в качестве соответствующих закону и интересам обороны и безопасности государства.

Рассмотрев имеющиеся в деле доказательства, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующее:

Распоряжением Комитета по управлению государственным имуществом Администрации Новосибирской области от 05.06.2000 г. № 817-р за Федеральным государственным унитарным предприятием «Новосибирск Авиа» закреплено на праве хозяйственного ведения федеральное имущество в том числе (далее - спорное имущество):

- сооружение (взлетно-посадочной полосы), инв. № 35:00374/055, Литер: А 46, адрес местонахождения: <...> ;

- рулежную дорожку от перрона нов.вокз. до вз/полосы литер А48, адрес местонахождения: <...>;

- сооружение (перрон против фасада нового а/вокзала) литер А50, адрес местонахождения: <...>;

- сооружение (рулежная дорога от перрона до ангара АТБ 5) литер А47, адрес местонахождения: <...>;

- сооружение (северная стоянка самолетов АН-24) литер А49, адрес местонахождения: <...>;

- сооружение (северная стоянка МС (2 очередь) литер А45, адрес местонахождения: <...> (далее по тексту - сооружения).

Решением от 14.07.2005 г. № 7 внешний управляющий Федерального государственного унитарного предприятия «Новосибирск Авиа» (далее - ФГУП) создал хозяйственное общество путём замещения активов ФГУП.

Актами приёма-передачи имущества от 01.11.2005 г. и 28.12.2005 г. с дополнениями 126.08.2009 г. ФГУП передало в уставный капитал Общества всё своё имущество на сумму 20 млн. руб., в том числе спорное имущество (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 14.10.2010 г. по делу № А45-9341/2010).

27.08.2009 г. Государственный регистратор внёс записи регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним прав собственности Общества на спорное имущество с выдачей свидетельств о праве собственности на спорное имущество.

Полагая сделку по внесению в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» спорного имущества недействительной по признаку ничтожности (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), истец апеллировал к следующим обстоятельствам:

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона от 14.11.2002 г. № 161-ФЗ «0 государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Закон об унитарных предприятиях) унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на имущество, закрепленное за ней собственником.

Согласно части 2 статьи 6 Закона об унитарных предприятиях, решение об участии унитарного предприятия в коммерческой или некоммерческой организации может быть принято только с согласия собственника имущества унитарного предприятия.

На основании нормы части 2 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях государственное предприятие не вправе продавать принадлежащее ему недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного общества или товарищества или иным способом распоряжаться таким имуществом без согласия собственника имущества государственного предприятия.

В соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 20 Закона об унитарных предприятиях собственник имущества унитарного предприятия в отношении

указанного предприятия дает согласие на распоряжение недвижимым имуществом.

При этом пунктом 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 03.12.2004 г. № 739 «О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества» определено, что сделки унитарного предприятия снедвижимым имуществом подлежат согласованию Федеральным агентством по управлению государственным имуществом (в настоящее время - Росимуществом или Территориальным управлением) с учётом предложений федерального органа исполнительной власти, в ведении которого находится предприятие.

Рассмотрев ходатайство внешнего управляющего ФГУП письмом от 02.11.2004 г. Территориальное управление Минимущества России по Новосибирской области дало согласие на участие ФГУП в коммерческой организации. Вместе с тем, по мнению истца, такое не является основанием к передаче всего имущества унитарного предприятия в уставный капитал Общества, по следующим причинам:

- указанное решение принято без согласования с Минтрансом России;

- территориальное управление не согласовывало отчуждение спорного имущества из федеральной собственности в частную собственность. Указанное имущество могло было быть передано Обществу на правах хозяйственного ведения.

Таким образом, как указывает истец, сделка по передаче спорного имущества по актам приёма передачи от 101.11.2005 г.,28.12.2005 г. с дополнениями от 26.08.2009 г. осуществлена без необходимого участия Министерства Транспорта Российской Федерации, в ведении которого находилось ФГУП, и является ничтожной, так как заключена с нарушением части 2 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях.

Как усматривается из положений пункта 3 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях движимым и недвижимым имуществом государственное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности

осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия.

Заключение спорной сделки лишило возможности ФГУП осуществлять деятельность цели, предмет и вид которой определены уставом предприятия, что, по мнению истца, свидетельствует о ничтожности сделки в силу части 3 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях.

Согласно норме части 1 статьи 115 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей в спорный период, замещение активов должника проводится путём создания на базе имущества должника одного открытого акционерного общества или нескольких открытых акционерных обществ. В случае создания одного открытого акционерного общества в его уставный капитал вносится имущество (в том числе имущественные права), входящее в состав предприятия и предназначенное для осуществления предпринимательской деятельности.

Как указал Арбитражный суд Новосибирской области в определении от 14.10.2010 г. по делу № 45-9341/2010 (в деле о банкротстве Общества) замещение активов должника фактически является одним из способов приватизации государственного имущества (преобразование унитарного предприятия в открытое акционерное общество), поэтому подлежат применению положения законодательства о приватизации государственного и муниципального имущества.

Пунктом 4 Распоряжения Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом от 16.09.1992 г. № 444-р «Об особенностях преобразования в акционерные общества и приватизации предприятий авиационного, морского, речного, автомобильного транспорта и дорожного хозяйства» установлено, что, учитывал стратегические интересы Российской Федерации, акционирование авиационных, морских и речных портов, объектов дорожного хозяйства осуществляется на особых условиях.

Согласно Особым условиям акционирования, при приватизации аэропортов, в состав уставного капитала обществ не включаются, в частности,

взлетные полосы (взлетно-посадочные полосы, боковые и концевые полосы безопасности, рулежные дорожки, места стоянок самолетов, перроны).

Спорное имущество, как указывает истец, является федеральной собственностью и не подлежало передаче в собственность акционерного общества.

Кроме того, по мнению истца, спорное имущество не подлежало передаче в собственность в силу пункта 2.1.20 Указа Президента Российской Федерации от 24.12.1993 г. № 2284 как объект управления воздушным движением аэропортов и авиапредприятий, связанные с обеспечением единой системы управления воздушным движением нижнего и верхнего воздушного пространства.

Таким образом, заключение оспариваемой сделки противоречило пункту 4 Распоряжения Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом от 16.09.1992 г. № 444-р, Особым условиям акционирования и приватизации аэропортов, утвержденным 30.09.1992 г. заместителем министра транспорта России и заместителем председателя Госкомимущества России, пункту 2.1.20 Указа Президента Российской Федерации от 24.12.1993 г. № 2284.

Аэродром гражданской авиации Новосибирск (Северный), где находится спорное имущество, распоряжением Правительства Российской Федерации от 10.08.2007 г. № 1034-р включён в перечень аэродромов совместного базирования Российской Федерации с правом базирования на нём авиации МВД России.

В соответствии со статьёй 1 Федерального закона от 06.02.1997 г. № 27-ФЗ «О Внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации» внутренние войска Министерства внутренних дел Российской Федерации входят в систему Министерства внутренних дел Российской Федерации и предназначены для обеспечения безопасности личности, общества и государства, защиты прав и свобод человека и гражданина от преступных и иных противоправных посягательств. Выполнение задач, возложенных на внутренние войска, осуществляется, в том числе органами управления внутренними войсками; авиационными воинскими частями.

Статьей 21 названного закона установлено, что на авиационные воинские части возлагаются, в том числе, следующие задачи: перевозка личного состава, вооружения, боевой и специальной техники внутренних войск, других материальных средств; боевое обеспечение действий внутренних войск и органов внутренних дел при исполнении ими задач по обеспечению режима чрезвычайного положения, борьбе с организованной преступностью, в условиях вооруженных конфликтов, чрезвычайных ситуаций и других чрезвычайных обстоятельств.

В настоящее время на аэродроме гражданской авиации Новосибирск (Северный) базируется авиационная войсковая часть 3733 внутренних войск МВД России.

Распоряжением Территориального управления Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Новосибирской области от 11.03.2008 г. № 298р указанной воинской части предоставлен земельный участок в постоянное (бессрочное) пользование.

В настоящее время Общество находится в процедуре банкротства и всё имущество, включая спорное, реализовано на торгах без каких либо ограничений (обременений). В случае передачи спорного имущества 2-му ответчику, аэропорт не будет использоваться по назначению.

Заключая оспариваемую сделку, ФГУП и Общество лишили войсковую часть 3733 возможности выполнять возложенные на неё задачи, что свидетельствует о нарушении прав спорной сделкой указанного специального субъекта.

По мнению истца, спорное имущество, находящееся в федеральной собственности, из неё не выбывало.

В соответствии с пунктом 4 раздела IY Приложения № 1 к Постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.91 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краёв, областей, автономной области,

автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» предприятия и объекты отраслей железнодорожного, воздушного и трубопроводного транспорта, речного и морского флота, предприятия газификации относятся к объектам федеральной собственности.

Со ссылкой на положения статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, где определено, что недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения, истец утверждает о том, что данное имущество по определению является федеральным и из владения Российской Федерации не выбывало.

Указывая на необходимость применения реституционных требований, истец также заявил об истребовании имущества от 1-го ответчика.

Апеллируя к правомерности позиции Российской Федерации по данному делу, 1-3 третьи лица, дополнили доводы истца, следующими соображениями:

Аэродром Новосибирск (Северный) включён в Перечень аэродромов совместного базирования Российской Федерации, утверждённый распоряжением Правительства РФ от 10.08.2007 г. № 1034-р, как гражданский аэродром совместного базирования с МВД России.

Ранее базирование МВД России на аэродроме Новосибирск (Северный) было разрешено постановлениями Правительства РФ от 29.11.1992 г. № 914-63 и 28.10.1994 г. № 1197-56.

Приказом МВД СССР от 25.12.1981 г. № 0526 сформирована авиационная войсковая часть 3553 внутренних войск МВД СССР в составе 6-ти отдельно базирующихся звеньев в различных городах СССР. В городе Новосибирске базировалось 5-е отдельно базирующееся звено войсковой части 3553 внутренних войск МВД СССР.

Приказом МВД России от 31.05.1993 г. № 041 на базе 5-го отдельно базирующегося звена войсковой части 3553 сформирована авиационная войсковая часть 3733 Сибирского регионального командования внутренних войск МВД России с местом дислокации в г. Новосибирске.

Для выполнения задач, возложенных Федеральным законом от 06.02.1997 г. № 27-ФЗ «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Российской Федерации», воинская часть имеет на вооружении воздушные суда, информация о видах и количестве которых составляет государственную тайну (статья 5 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 г. № 5485-1 «О государственной тайне»).

Эксплуатация взлётно-посадочной полосы и иного спорного имущества, необходимого для выполнения воинской частью служебно-боевых задач, осуществлялась воинской частью на основании договора от 28.01.2010 г. № 25 о совместной эксплуатации аэродрома (часть 3 статьи 44 Воздушного кодекса Российской Федерации), заключенного с ООО «Аэропорт «Новосибирск-Северный» (дочернее предприятие Общества), который прекращён 01.02.2011 г. дополнительным соглашением от 30.12.2010 г. к договору.

Кроме того, ООО «Аэропорт «Новосибирск-Северный» по договору от 29.01.2010 г. № 24/БЗ оказывала войсковой части 3733 услуги по базированию и охране самолётов воинской части на стоянке указанного общества. Договор № 24/БЗ также прекращён 01.02.2011 г. дополнительным соглашением от 30.12.2010 г.

Согласно положениям части 4 статьи 44 Воздушного кодекса Российской Федерации аэродромы совместного базирования гражданских и государственных воздушных судов должны отвечать требованиям, предъявляемым к гражданским аэродромам. Данные требования установлены приказом Федеральной службы воздушного транспорта России от 24.04.2000 г. № 98 «Об утверждении и введении в действие Федеральных авиационных правил «Сертификация аэропортов. Процедуры».

Письмом от 28.12.2010 г. № 20-15-121 ООО «Аэропорт «Новосибирск-Северный» уведомило воинскую часть о приостановлении с 01.02.2011 года аэропортовой деятельности. С 01.02.2011 г. Сертификат соответствия аэропорта отозван. В силу изложенного эксплуатация аэродрома воинской частью с 01.02.2011 г. невозможна.

По мнению третьих лиц, оспариваемая сделка нарушает права МВД России на базирование на аэродроме Новосибирск (Северный) авиационной воинской части внутренних войск и выполнение ею служебно-боевых задач.

Распоряжения Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом от 16.09.1992 г. № 444-р, Особых условий акционирования и приватизации аэропортов, утвержденных 30.09.1992 заместителем Министра транспорта России и заместителем председателя Госкомимущества России, п. 2.1.20 Указа Президента Российской Федерации от 24.12.1993 г. № 2284 - передача спорного имущества из федеральной собственности в частную собственность в порядке приватизации не допускается.

Пунктом 2.1.20 Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, утверждённой Указом Президента Российской Федерации от 24.12.1993 г. № 2284, - приватизация аэродромов федерального значения запрещена.

Перечень аэродромов федерального значения утверждён Правительством Российской Федерации лишь 20.03.2008 г. распоряжением от № 340-р.

Согласно пункту 6 статьи 43 Федерального закона от 21.12.2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» с даты вступления в силу указанного федерального закона имущество, которое в соответствии с нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, изданными им до вступления в силу части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, определено как запрещенное к приватизации, является имуществом, которое может находиться только в государственной или муниципальной собственности.

Учитывая, что часть 1 Гражданского кодекса Российской Федерации введена в действие с 01.01.1995 г., 1-3е третьи лица полагают, что до утверждения Правительством Российской Федерации перечня аэродромов федерального значения (до 20.03.2008 г.) все аэродромы могли находится лишь в государственной или муниципальной собственности.

Как утверждают третьи лица, с учетом того, что акт приема-передачи федерального имущества, находящегося в хозяйственном ведении ФГУП «Новосибирск Авиа», в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» был подписан 01.11.2005 г., то есть до утверждения Правительством Российской Федерации перечня аэродромов федерального значения, отчуждение спорного имущества из федеральной собственности было осуществлено незаконно.

Ответчики, организуя защиту против иска, заявили о пропуске истцом срока исковой давности для оспаривания сделки с обоснованием её ничтожности.

Ответчики также утверждают, что доводы истца об обстоятельствах, имевших место после совершения спорной сделки и о характере деятельности внутренних войск, определяющей статус спорного имущества как ограниченно оборотоспособного, не подтверждаются материалами дела.

Ответчики указывают на то, что спорное имущество приобретено ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» с соблюдением требований специального закона и ситуации вынужденного отчуждения имущества для целей исполнения обязательств перед кредиторами в рамках процедуры банкротства.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы лиц, участвующих в деле, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о неправомерности исковых требований. При этом суд исходит из следующего:

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, установленными в данной статье, а также иными способами, предусмотренными законом.

Применение последствий недействительности ничтожной сделки и признание права, избранные истцом в качестве способа защиты поименованы именно в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применительно к требованию о признании права Российской Федерации на спорное имущество суд констатирует, что избранный истцом способ защиты не является надлежащим, так как не может восстановить нарушенное право.

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» иск о признании права собственности может быть заявлен только тем лицом, во владении которого находится недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано за другим субъектом.

Спорное имущество зарегистрировано за 2-м ответчиком, а истец обращается с реституционным требованием к 1-му ответчику, который спорным имуществом не владеет.

Предъявление требования о признании права лицом, не владеющим недвижимым имуществом, без предъявления требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения лица, осуществляющего такое владение, является ненадлежащим способом защиты и не подлежит удовлетворению.

Оценивая доводы истца о ничтожности сделки по внесению в уставный капитал хозяйственного общества спорного имущества, арбитражный суд исходит из того, что действия субъектов имущественного оборота, направленные на возникновение, изменение или прекращение гражданских правоотношений порождают тот правовой результат, к которому стремились субъекты, при наличии следующих условий: законность содержания сделки; способность субъектов её совершающих к участию в сделке; соответствие воли и волеизъявления; соблюдение формы сделки.

В соответствии со статьей 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Как следует из содержания статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В силу положений пункта 3 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации коммерческие организации являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами).

Соответственно с момента внесения имущества в уставный (складочный) капитал и государственной регистрации соответствующих юридических лиц учредители (участники) названных юридических лиц утрачивают право собственности на это имущество.

Таким образом, государство перестало быть собственником спорного имущества после внесения его в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие», передачи его по акту данному обществу и регистрации этого общества в качестве юридического лица.

Российская Федерация, определив юридическую судьбу спорного имущества в ходе процедуры несостоятельности (банкротства) особым образом

– путём замещения активов, фактически признала, что у такого способа распоряжения имуществом иной статус и последствия реализации.

Истец указывает на то, что сделка по внесению спорных объектов в уставный капитал ОАО «Новосибирск Авиа» была совершена без его согласия, полагая, что письмом № СТ-10199/07 от 02.11.2004 Территориальное управление согласовало передачу спорного имущества не в собственность ОАО «Новосибирск Авиа», а в хозяйственное ведение.

Кроме того, Территориальное управление отмечает, что согласие, выраженное в письме № СТ-10199/07 от 02.11.2004, не является надлежащим, нарушающим положения пункта 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 03.12.2004 № 739 «О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия».

Однако указанные доводы истца не свидетельствуют об отсутствии согласия на отчуждение спорного имущества с его стороны.

Суд полагает неубедительным довод истца касательно того, что в письме № СТ-10199/07 от 02.11.2004 выражено согласие Территориального управления на передачу предмета спора не в собственность, а в хозяйственное ведение ОАО «Новосибирск Авиа».

Согласно статье 294 Гражданского кодекса Российской Федерации на праве хозяйственного ведения может находиться имущество только у государственного или муниципального унитарного предприятия. Другие юридические лица на этом праве владеть имуществом не может.

Кроме того, в соответствии со статьёй 115 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках замещения активов должника все его имущество вносится в уставный капитал, что предполагает передачу этого имущества в собственности создаваемого при замещении активов акционерного общества.

Таким образом, спорное имущество могло быть передано ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» только на праве собственности, о чем

Территориальное управление в силу общеправовой презумпции знания закона (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.01.2010 № 88-0-0) не могло не знать об этом при согласовании отчуждение этих объектов.

В качестве неосновательного суд оценивает и довод истца относительного недействительности сделки в связи с отсутствием согласования отчуждения спорного имущества с Минтрансом Российской Федерации.

Истец ссылается на пункт 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 03.12.2004 № 739, в соответствии с которым территориальной орган осуществляет согласование сделок с недвижимым имуществом, закрепленным за предприятием на праве хозяйственного ведения, с учетом предложений федерального органа исполнительной власти, в ведении которого находится предприятие.

Как следует из указанных положений, закон не устанавливает обязательного согласования сделок по отчуждению государственного имущества унитарного предприятия с органом, в ведении которого находится

предприятие, а лишь указывает на необходимость учета предложений этого органа.

Соответственно, только на этом основании оспариваемая сделка не может быть признана недействительной.

Но, даже если бы такое согласование требовалось, его отсутствие не влияло бы на действительность сделки по отчуждению спорного имущества, поскольку статьями 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 2 статьи 18 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» и пункта 3 статьи 94 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в качестве обязательного условия отчуждения недвижимого имущества унитарного предприятия требуется только согласие собственника этого имущества, которое было получено от истца с соблюдением соответствующей процедуры.

Наличие согласия лица, в ведении которого находится унитарное предприятие, закон не предусматривает.

Таким образом, довод истца о том, что сделка по внесению в уставный капитал хозяйственного общества спорного имущества совершена без согласия их собственника, не основан на материалах дела и действующем законодательстве.

Истец ссылается на то, что сделка по внесению спорного в уставный капитал хозяйственного общества лишила ФГУП «Новосибирск Авиа» возможности осуществлять свою деятельность, цели, предмет, виды которой определены его уставом, в связи с чем она является ничтожной на основании части 3 статьи 18 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

Однако такой вывод основан на неправильном толковании действующего законодательства Российской Федерации.

В рассматриваемой правовой ситуации сделка по внесению объектов недвижимости в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие»

была совершена в рамках замещения активов в процедуре банкротства ФГУП «Новосибирск Авиа», что следует из материалов дела.

В соответствии с нормой статьи 115 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей на момент замещения активов ФГУП «Новосибирск Авиа», в случае создания одного открытого акционерного общества в его уставный капитал вносится все имущество, в том числе имущественные права, входящие в состав предприятия и предназначенные для осуществления предпринимательской деятельности.

Таким образом, законодатель в специальном законе «О несостоятельности (банкротстве)» закрепил, что в рамках замещения активов во вновь создаваемое акционерное общество вносится все имущество унитарного предприятия.

Указанный федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» имеет специальный по отношению к общегражданскому законодательству, в том числе и Федеральному закону «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», характер, поскольку регулирует деятельность юридического лица, находящего в процедуре несостоятельности (банкротства).

В силу указанного положения статьи 115 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» имеют приоритетное применение перед нормой, закрепленной частью 3 статьи 18 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

Таким образом, учитывая то обстоятельство, что внесение спорного имущества в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» осуществлялось в рамках процедуры по восстановлению платежеспособности ФГУП «Новосибирск Авиа», предусмотренной законодательством о несостоятельности (банкротстве), что исключает недействительность сделки по мотиву нарушения положений части 3 статьи 18 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

Истец полагает, что замещение активов является одним из способов приватизации, а именно, преобразованием унитарного предприятия в открытое акционерное общество, в связи с чем при замещении активов должны быть

соблюдены положения законодательства о приватизации государственного и муниципального имущества.

По мнению истца, рассматриваемая сделка нарушает ряд положений законодательства о приватизации (пункт 4 Распоряжения Государственного комитета РФ по управлению государственным имуществом от 16.09.1992 № 444-р, Особые условия акционирования и приватизации аэропортов, утвержденным 30.09.1992 заместителем министра транспорта России и заместителем председателя Госкомимущества России, пункт 2.1.20 Указа Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2284), и поэтому также является ничтожной.

Федеральный закон «О приватизации государственного и муниципального имущества» содержит исчерпывающий перечень способов приватизации, среди которых замещение активов не значится, что подчеркивает особый характер оспариваемой в данном деле сделки, совершаемой в рамках процедуры банкротства.

Ошибочны и доводы истца относительно того, что замещение активов является таким способом приватизации как преобразование унитарного предприятия в открытое акционерное общество.

В соответствии с положениями статьи 13 Федерального закона «О приватизации государственного и муниципального имущества» преобразование унитарного предприятия в открытое акционерное общество представляет собой способ приватизации государственного и муниципального имущества.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 11 Постановления Пленума № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» акционерное общество, созданное в результате преобразования государственного (муниципального) предприятия в порядке, предусмотренном законодательством о приватизации, с момента его государственной регистрации в Едином государственном реестре

юридических лиц становится как правопреемник собственником имущества, включенного в план приватизации или передаточный акт.

Преобразование унитарного предприятия в акционерное общество как способ приватизации является одной из форм реорганизации юридического лица.

Таким образом, при преобразовании унитарного предприятия в открытое акционерное общество унитарное предприятие прекращает свое существование с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц записи о преобразовании (реорганизации) его в открытое акционерное общество.

В свою очередь, в результате замещения активов должника - унитарного предприятия в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) унитарное предприятие свое существование не прекращает.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности

(банкротстве)» в случае необходимости в процедурах внешнего управления или конкурсного производства, введенных в отношении унитарного предприятия-должника, может быть проведено замещение активов, заключающееся в создании на базе имущества должника одного или нескольких акционерных обществ с включением выпущенных акций этих обществ в состав имущества должника и их последующей продажей.

Следовательно, в отличие от преобразования унитарного предприятия в открытое акционерное общество как способа приватизации, заключающегося в изменении организационно-правовой формы унитарного предприятия, замещение активов предполагает лишь передачу имущества унитарного предприятия в учреждаемое им акционерное общество с целью получения более ликвидного имущества - акций этого общества для последующей продажи и расчета с кредиторами.

При этом замещение активов не предполагает прекращение существования самого унитарного предприятия, которое продолжает существовать наряду с

созданным им акционерным обществом и может быть ликвидировано только при признании его несостоятельным (банкротом).

Как следует из материалов дела, регистрационная запись о создании ОАО «Новосибирское Авиапредприятие» была внесена в единый государственный реестр юридических лиц 09 августа 2005 года. В то время как запись о ликвидации ФГУП «Новосибирск Авиа» была внесена только 25 февраля 2010 года на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

Таким образом, на протяжении почти пяти лет существовало как ОАО «Новосибирское Авиапредприятие», так и ФГУП «Новосибирск Авиа», что свидетельствует о том, что замещение активов ФГУП «Новосибирск Авиа» не является его преобразованием в общество «Новосибирск Авиа» в качестве способа приватизации государственного имущества.

Истец и третьи лица на стороне истца апеллируют к тому, что внесение спорная сделка нарушает права и законные интересы войсковой части 3733, поскольку лишает ее возможности исполнять возложенные на нее обязанности.

При этом истец указывает, что совершение оспариваемой сделки находится в компетенции Правительства Российской Федерации, в подтверждение чего ссылается на Распоряжение Правительства Российской Федерации от 10.08.2007 № 1034-р, которым аэродром гражданской авиации Новосибирск (Северный) включен в перечень аэродромов совместного базирования Российской Федерации с правом базирования на нем авиации МВД Российской Федерации.

Но оспариваемая сделка была совершена в 2005 году, в связи с чем она никак не могла нарушить Распоряжение Правительства Российской Федерации от 10.08.2007 № 1034-р.

То обстоятельство, что аэродром гражданской авиации Новосибирск (Северный) включен в перечень аэродромов совместного базирования Российской Федерации с правом базирования на нем авиации МВД РФ, не

свидетельствует о недействительности оспариваемой сделки, поскольку не устанавливает каких-либо запретов или ограничений.

В силу изложенного суд констатирует соответствие оспариваемой сделки критериям юридической актуальности и необоснованность требований истца в этой части.

Ответчиками в ходе судебного разбирательства заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с положениями статей 196 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для предъявления рассматриваемого требования составляет три года и он начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в

судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» при предъявлении иска собственником имущества унитарного предприятия срок исковой давности следует исчислять со дня, когда о нарушенном праве стало известно или должно было стать известно унитарному предприятию.

В силу нормы статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из материалов дела следует, что спорное имущество выбыло из владения ФГУП «Новосибирск Авиа» в результате действий внешнего управляющего ФИО8 (на основании принятого им решения № 7 от 14.07.2005 и составленных им актов приема-передачи от 01.11.2005 и 28.12.2005) по внесению объектов недвижимости в уставный капитал ОАО «Новосибирское Авиапредприятие».

В соответствии с положениями статьи 94 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с даты введения внешнего управления

прекращаются полномочия руководителя должника, и управление делами должника возлагается на внешнего управляющего.

Поскольку спорное имущество выбыло из владения Российской Федерации в результате действий внешнего управляющего ФГУП «Новосибирск Авиа», т.е. лица, осуществляющего управление предприятием, то нет оснований для вывода, что ФГУП «Новосибирск авиа» не знало о нарушении своего права уже в 2005 году.

Следовательно, срок исковой давности истек еще в 2008 году.

Кроме того, даже если бы срок исковой давности подлежал исчислению не с момента, когда о нарушении права узнало или должно было узнать унитарное предприятие, а с момента, когда о таком нарушении узнала или должна была узнать Российская Федерация - собственник спорного имущества, то и в этом случае срок исковой давности пропущен.

Территориальное управление является органом государственной власти, на который возложены обязанности по контролю за использованием и сохранностью находящегося в государственной собственности имущества и который для надлежащего осуществления этих обязанностей имеет возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственной регистрации прав на спорное имущество.

Согласно части 3 статьи 94 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» собственник имущества должника - унитарного предприятия вправе принимать решения о замещении активов должника.

Территориальное управление в порядке, обусловленном указанной нормой специального закона согласилось на передачу спорного имущества в уставный капитал хозяйственного общества в порядке замещения активов - письмо № СТ-10199/07 от 02.11.2004. Данный факт подтверждает, что Российская Федерация в лице Территориального управления не могла не знать о передаче спорного имущества еще в 2004 году и тогда же одобрила начало исполнения сделки.

Территориальное управление полагает, что письмом № СТ-10199/07 от 02.11.2004 оно не давало согласие на включение в уставный капитал спорного имущества, поскольку в представленных ему заверенных копиях решения № 7 от 14.07.2005 и актов приема-передачи от Ш.11.2005 и 28.12.2005 спорные объекты не поименованы.

При этом Территориальное управление не представило доказательств указанного обстоятельства, не доказало, что внешний управляющий действовал недобросовестно и представил Территориальному управлению копии решения № 7 от 14.07.2005 и актов приема-передачи от 01.11.2005 и 28.12.2005, отличные от оригиналов этих документов.

В то же время в уточнённых исковых требованиях от 29.08.2011 Территориальное управление уже не отрицает согласование передачи спорного имущества ОАО «Новосибирское Авиапредприятие», апеллируя к тому, что спорное имущество передано на праве хозяйственного ведения.

В соответствии со статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданского оборота презюмируется.

Следовательно, ссылаясь на недобросовестность внешнего управляющего, Территориальное управление должно доказать это обстоятельство. Кроме того, статьёй 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прямо установлена обязанность лица доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается.

Из письма № СТ-10199/07 от 02.11.2004 следует, что Территориальному управлению было известно, что на базе имущества ФГУП «Новосибирск Авиа» в рамках замещения активов будет создано одно хозяйственное общество.

Поскольку в силу общеправовой презумпции знания закона Территориальное управление не могло не знать, что в соответствии со статьёй 115 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при замещении активов в уставный капитал создаваемого на базе имущества унитарного предприятия хозяйственного общества включается все имущество унитарного предприятия, то согласие на замещение активов, отраженное в письме № СТ-

10199/07 от 02.11.2004, относится ко всему имуществу ФГУП «Новосибирск Авиа», в том числе, и к спорным объектам недвижимости.

Территориальное управление не представило доказательств, что оно узнало о выбытии спорного имущества позднее фактической передачи объекта по актам приема-передачи имущества ФГУП «Новосибирск Авиа» в уставный капитал общества «Новосибирск Авиа» от 01.11.2005 и 28.12.2005, то оснований считать, что истец узнал о пропуске срока исковой давности с другой даты, у суда нет.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что срок исковой давности для предъявления иска как о применении последствий недействительности ничтожной сделки (реституционного требования), так и для иска самого факта констатации её ничтожности истёк, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца, что влечёт отказ в иске.

Вопрос о государственной пошлине судом не рассматривался в связи с тем, что на основании нормы пункта 4 части 1 статьи 333.35 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобождён от её уплаты.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 97, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

В суд кассационной инстанции решение подлежит обжалованию при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы.

Судья С.Ф. Шевченко