Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Морозовой Л.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ге О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению акционерного общества «Мариинский ликеро-водочный завод» (ИНН 4213003050), г. Мариинск, Мариинский район, Кемеровская область-Кузбасс,

к Сибирскому таможенному управлению (ИНН <***>), г. Новосибирск,

о признании недействительным решение по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа №14-02-12/12 от 30.06.2021, о признании незаконных действий по рассмотрению жалобе №52 от 19.01.2021,

при участии в судебном заседании представителей:

заявителя (онлайн): ФИО1, доверенность от 01.01.2021, диплом, паспорт,

заинтересованного лица: ФИО2, доверенность от 25.12.2020 № 14-01-07/1557, служебное удостоверение, диплом,

установил:

акционерное общество «Мариинский ликеро-водочный завод» (далее по тексту – заявитель, общество, ООО «Мариинский ЛВЗ») обратилось в арбитражный суд с заявлением к Сибирскому таможенному управлению (далее по тексту – заинтересованное лицо, таможенный орган, СТУ) о признании недействительным решения от 30.06.2021 № 14-02-12/12 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа и о признании незаконными действия Сибирского таможенного управления по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.05.2021 № 1059 на действия Сибирской электронной таможни по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.01.2021 № 52 на бездействие Сибирского таможенного поста (ЦЭД), выраженное в не рассмотрении в установленный срок запросов АО «Мариинский ЛВЗ» от 22.12.2020 № б/н и от 23.12.2020 № б/н по ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/21122020/0128225, 10620010/211220/0128243.

В ходе рассмотрения настоящего дела ООО «Мариинский ЛВЗ» заявило об отказе от заявления в части признания незаконными действия Сибирского таможенного управления по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.05.2021 № 1059 на действия Сибирской электронной таможни по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.01.2021 № 52 на бездействие Сибирского таможенного поста (ЦЭД), выраженное в не рассмотрении в установленный срок запросов АО «Мариинский ЛВЗ» от 22.12.2020 № б/н и от 23.12.2020 № б/н по ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/21122020/0128225, 10620010/211220/0128243 и прекращении производства по делу в указанной части.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Арбитражный суд установив, что отказ от заявления не противоречит закону и иным нормативным правовым актам, не нарушает права и законные интересы других лиц, принимает отказ от заявления.

Отказ заявителя от исковых требований в части признания незаконными действия Сибирского таможенного управления по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.05.2021 № 1059 на действия Сибирской электронной таможни по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.01.2021 № 52 на бездействие Сибирского таможенного поста (ЦЭД), выраженное в не рассмотрении в установленный срок запросов АО «Мариинский ЛВЗ» от 22.12.2020 № б/н и от 23.12.2020 № б/н по ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/21122020/0128225, 10620010/211220/0128243 принят судом. В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по делу подлежит прекращению в указанной части.

В связи с отказом заявителя от требования признания незаконными действия Сибирского таможенного управления, рассмотрению подлежит требование о признании недействительным решения Сибирского таможенного управления от 30.06.2021 № 14-02-12/12 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа.

В обосновании заявленных требований заявитель указывает на следующие обстоятельства. ООО «ТП Сибирский регион» от имени декларанта АО «Мариинский ЛВЗ» в Сибирский таможенный пост (центр электронного декларирования) 21.12.2020 поданы предварительные декларации на товары №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, в которых заявлены товары (бутылка стеклянная), ввозимые в Российскую Федерацию из Франции. При таможенном контроле указанных ДТ Сибирским таможенным постом (ЦЭД) совершены действия по направлению запроса документов от 21.12.2020 б/н по ДТ № 10620010/211220/0128282, запроса о представлении документов от 21.12.2020 № I, уведомлений от 21.12.2020 № 1 и от 22.12.2020 № 1 по ДТ № 10620010/211220/0128225, уведомления от 22.12.2020 № 1 и запроса ответа на вопросы от 23.12.2020 № БН по ДТ № 10620010/211220/0128243, в которых АО «Мариинский ЛВЗ» предписывалось предоставить таможенному органу ответы на вопросы, касающиеся проводимой Кемеровской таможней в отношении АО «Мариинский ЛВЗ» камеральной таможенной проверки и направления в рамках нее требования Кемеровской таможни о предоставлении документов и (или) сведений при камеральной таможенной проверке. Уведомления не содержат ни правовых оснований их направления (ссылок на нормы права), ни ссылок на документы, идентифицирующие камеральную таможенную проверку, ни ссылок на номер требования Кемеровской таможни о предоставлении документов и (или) сведений при камеральной таможенной проверке и т.п., при этом пункт 10 статьи 310 ТК ЕАЭС предусмотрен именно в целях исключения произвола таможенных органов при осуществлении таможенного контроля. Таким образом, правовые основания для направления Уведомлений ЦЭД в рамках таможенного контроля товаров, заявленных в ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, у Сибирского таможенного поста (ЦЭД) отсутствовали, что свидетельствует о незаконности решения СТУ и необъективности СТУ при рассмотрении жалоб на решения, действия (бездействие) подчиненных таможенных органов. При проверке законности решения Сибирского таможенного управления от 30.06.2021 № 14-02-12/12 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа установлению подлежит не только достаточность, но и законность оснований направления Уведомлении ЦЭД. Таможенный риск, сработавший при проведении таможенного контроля товаров, заявленных в ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, разработан таможенными органами с нарушением статей 310, 311, 325, 338, 340, 378 ТК ЕАЭС, т.к. он предусматривал меру по минимизации риска (запрос документов и сведений) в отношении ДТ и заявленных в них товаров, не являющихся объектами таможенного контроля по ДТ №№ 10620010/211220/0128282,10620010/211220/0128225,10620010/211220/0128243. В нарушение статьи 118 ТК ЕАЭС выпуск товаров, заявленных в ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, поставлен в зависимость от получения таможенным органом информации, не относящейся к данным ДТ и заявленным в них товарам (объектам таможенного контроля), и не имеющей никакого отношения к соблюдению условий помещения данных товаров под заявленную таможенную процедуру. Очевидно, что при осуществлении таможенного контроля товаров, заявленных в ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, направление уведомлений ЦЭД о предоставлении документов и (или) сведений, касающихся иных товаров, не способствовало ни обеспечению эффективности таможенного контроля, ни созданию условий для ускорения и упрощения перемещения через таможенную границу Союза товаров, по которым не выявлена необходимость применения мер по минимизации рисков, т.к. в отношении товаров, заявленных в ДТ №№ 10620010/211220/0128282 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, рисков не выявлено, т.е. предусмотренные пунктом 3 статьи 378 ТК ЕАЭС цели использования системы управления рисками таможенными органами не достигнуты. Подробно доводы заявителя указаны в заявлении, письменных объяснениях.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании и представленном отзыве на заявление возражал против удовлетворения требований заявителя, указав на то, что доводы АО «Мариинский ЛВЗ» о незаконности решения СТУ от 30.06.2021 № 14-02-12/12 не могут явиться основанием для признания решения таможенного органа незаконным ввиду следующего. При проведении таможенного контроля таможенные органы исходят из принципа выборочности объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля. При выборе объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, используется система управления рисками в соответствии с законодательством государств-членов ЕАЭС о таможенном регулировании. В статье 376 ТК ЕАЭС содержит определение понятия «управление рисками». В рамках проведения камеральной таможенной проверки 18.11.2020 Кемеровской таможней в адрес декларанта направлено требование от 17.11.2020 № 07-16/13810, которое получено последним 23.11.2020. В указанном требовании Кемеровской таможней запрошены сведения в отношении товаров: «этикетка самоклеющаяся для бутылок с водкой «Белуга», ввезенных на территорию ЕАЭС по внешнеторговому контракту от 16.03.2017 № 1380-17. Письмом от 30.11.2020 АО «Мариинский ЛВЗ» проинформировало Кемеровскую таможню о невозможности представить ответ на поставленный в требовании вопрос. Запросы и уведомления направлены Сибирским таможенным постом (Центр электронного декларирования) Сибирской электронной таможни в связи с не предоставлением АО «Мариинский ЛВЗ» ответа на требование Кемеровской таможни от 17.11.2020 № 07-16/13810, направленного в ходе проведения камеральной таможенной проверки. Указанные меры по минимизации риска применены исключительно в рамках системы управления рисками на основании профиля риска, разработанного таможенным органом. Подробно доводы заинтересованного лица изложены в отзыве.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21.12.2020 таможенным представителем ООО «ТП Сибирский регион» от имени декларанта АО «Мариинский ликеро-водочный завод» на Сибирский таможенный пост (Центр электронного декларирования) Сибирской электронной таможни с целью помещения под таможенную процедуру выпуск для внутреннего потребления товара - «бутылки стеклянные из бесцветного прозрачного стекла Whiteflint...» поданы декларации на товар (далее - ДТ) №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243.

В связи с выявлением на этапе регистрации вышеуказанных ДТ профиля риска и с целью применения меры по его минимизации в рамках осуществления таможенного контроля Сибирским электронным таможенным постом (Центр электронного декларирования) Сибирской электронной таможни посредством электронного обмена информацией в АИС «АИСТ - М» в адрес декларанта направлены: -

- по ДТ № 10620010/211220/0128243 - уведомление от 22.12.2020 № 1, запрос ответа на вопросы от 23.12.2020 б/н;

- по ДТ № 10620010/211220/0128225 - уведомление от 21.12.2020 № 1, уведомление от 22.12.2020 № 1;

- по ДТ 10620010/211220/0128282 - запрос документов от 21.12.2020 б/н. 22.12.2020 и 24.12.2020 в таможенный орган поступили ответы на указанные запросы и уведомления.

23.12.2020 по ДТ № 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225
и 24.12.2020 по ДТ № 10620010/211220/0128243 Сибирским таможенным постом
(Центр электронного декларирования) Сибирской электронной таможни приняты
решения о выпуске товаров в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

Не согласившись с действиями Сибирского электронного таможенного поста (Цент электронного декларирования) Сибирской электронной таможни по направлению вышеуказанных запросов и уведомлений АО «Мариинский ликеро-водочный завод» обратилось в Сибирскую электронную таможню с жалобой.

26.02.2021 Сибирской электронной таможней принято решение по жалобе
заявителя № 06-23/6, которым действия Сибирского таможенного поста (Центр
электронного декларирования) Сибирской электронной таможни по направлению
запроса документов от 21.12.2020 б/н по ДТ №10620010/211220/0128282,
уведомления от 21.12.2020 № 1, уведомления от 22.12.2020 № 1 по ДТ
№ 10620010/211220/0128225, уведомления от 22.12.2020 № 1 и запроса ответа
на вопросы от 23.12.2020 б/н по ДТ № 106200100/211220/0128243, признаны
правомерными.

16.06.2021 в Сибирское таможенное управление из Сибирской электронной таможни поступила жалоба АО «Мариинский ликеро-водочный завод» от 19.05.2021 № 1059 на решение Сибирской электронной таможни от 26.02.2021 № 06-23/6 по жалобе заявителя.

Решением СТУ по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 30.06.2021 № 14-02-12/12 решение Сибирской электронной таможни от 26.02.2021 № 06-23/6 - признано правомерным, в удовлетворении жалобы общества - отказано.

Не согласившись с принятым таможенным органом решением, считая его незаконным, не соответствующими таможенному законодательству ЕАЭС, общество обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с настоящим заявлением.

Заслушав доводы сторон, проанализировав действующее законодательство, исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд находит требования заявителями не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, при этом исходит из следующего.

Как следует из положений статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании оспариваемого ненормативного акта недействительным, решения, действий (бездействия) незаконными являются одновременно как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, решений, действий (бездействия) органов и должностных лиц, входят проверка соответствия оспариваемого акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Из содержания приведенных правовых норм вытекает, что удовлетворение требований о признании незаконными актов, действий (бездействия) государственных органов и должностных лиц возможно лишь при наличии совокупности двух условий, а именно нарушения прав и интересов заявителя и несоответствия оспариваемых актов, действий (бездействия) органов и должностных лиц нормам закона или иного правового акта.

Согласно пункту 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение.

В силу пункта 1 статьи 20 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) декларант и иные лица осуществляют классификацию товаров в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности при таможенном декларировании и в иных случаях, когда в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования таможенному органу заявляется код товара в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности. Проверка правильности классификации товаров осуществляется таможенными органами.

Суд, оценивая доводы заявителя о том, что правовых оснований для направления уведомлений ЦЭД в рамках таможенного контроля товаров, заявленных в ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, у Сибирского таможенного поста (ЦЭД) отсутствовали, что свидетельствует о незаконности решения СТУ, исходит следующего.

В соответствии со статьей 9 ТК ЕАЭС все лица на равных основаниях имеют право на перемещение товаров через таможенную границу Союза в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом или в соответствии с настоящим Кодексом. Товары, перемещаемые через таможенную границу Союза, подлежат таможенному контролю в соответствии с настоящим Кодексом.

Подпунктом 41 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС предусмотрено, что под таможенным контролем понимается совокупность совершаемых таможенными органами действий, направленных на проверку и (или) обеспечение соблюдения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов о таможенном регулировании;

Согласно пункту 1 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенный контроль проводится таможенными органами в соответствии с настоящим Кодексом.

Таможенный контроль проводится в отношении объектов таможенного контроля с применением к ним определенных настоящим Кодексом форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля (пункт 2 статьи 310 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 4 статьи 310 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенные органы исходят из принципа выборочности объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля.

При выборе объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, используется система управления рисками в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

В пункте 7 статьи 310 ТК ЕАЭС установлено, что таможенный контроль проводится в период нахождения товаров под таможенным контролем, определяемый в соответствии со статьей 14 настоящего Кодекса. При предварительном таможенном декларировании и периодическом таможенном декларировании таможенный контроль в отношении объектов таможенного контроля, указанных в абзаце пятом статьи 311 настоящего Кодекса, проводится с момента регистрации таможенной декларации.

Согласно пунктов 5, 6, 7 статьи 214 Федерального закона от 03.08.2018 N 289-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" формы таможенного контроля и меры, обеспечивающие проведение таможенного контроля, могут применяться таможенными органами для обеспечения соблюдения запрета на оборот в Российской Федерации отдельных категорий товаров, введенного в соответствии со статьей 212 настоящего Федерального закона, а также для осуществления иных функций, возложенных на таможенные органы в соответствии со статьей 254 настоящего Федерального закона.

При проведении таможенного контроля таможенные органы исходят из принципа выборочности объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля.

Пунктом 1 статьи 378 ТК ЕАЭС установлено, что таможенные органы используют систему управления рисками для выбора объектов таможенного контроля и мер по минимизации рисков.

В статье 376 ТК ЕАЭС содержится определение понятия «управление рисками» - систематизированная деятельность таможенных органов по минимизации вероятности.

Кроме того, статья 376 ТК ЕАЭС дает определение следующим понятиям:

-«меры по минимизации рисков» - предусмотренные ТК ЕАЭС формы таможенного контроля, меры, обеспечивающие проведение таможенного контроля, а также иные меры, установленные ТК ЕАЭС и законодательством государств-членов о таможенном регулировании, применяемые на основании оценки рисков;

-«таможенный риск (риск)» - вероятность несоблюдения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов о таможенном регулировании;

-«уровень риска» - величина, характеризующая соотношение частоты наступления события, связанного с несоблюдением международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов о таможенном регулировании, и возможных последствий (ущерба) от наступления указанного события.

Согласно пункту 1 статьи 377 ТК ЕАЭС процесс управления рисками таможенными органами включает в себя: сбор и обработку информации об объектах таможенного контроля, о совершенных таможенных операциях и результатах таможенного контроля, проведенного как до, так и после выпуска товаров; оценку риска; описание индикатора риска; определение мер по минимизации рисков и порядка применения таких мер; разработку и утверждение профилей рисков; выбор объектов таможенного контроля; применение мер по минимизации рисков; анализ и контроль результатов применения мер по минимизации рисков.

В целях дифференцированного применения мер по минимизации рисков таможенные органы могут осуществлять категорирование лиц, совершающих таможенные операции, путем отнесения их к категориям низкого, среднего или высокого уровня риска. Реализация таможенными органами процесса управления рисками осуществляется в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании (пункту 2, 4 статьи 377 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 3 статьи 378 ТК ЕАЭС, основными целями использования таможенными органами системы управления рисками являются: обеспечение эффективности таможенного контроля; сосредоточение внимания на областях риска с высоким уровнем и обеспечение эффективного использования ресурсов таможенных органов; создание условий для ускорения и упрощения перемещения через таможенную границу ЕАЭС товаров, по которым не выявлена необходимость применения мер по минимизации рисков.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 338 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля в зависимости от объектов таможенного контроля таможенные органы вправе в соответствии с ТК ЕАЭС в качестве меры, обеспечивающей проведение таможенного контроля могут, в том числе запрашивать, требовать и получать документы и (или) сведения, необходимые для проведения таможенного контроля.

В период с 17.11.2020 по 16.04.2021 Кемеровской таможней в соответствии со статьей 332 ТК ЕАЭС проводилась камеральная таможенная проверка в отношении АО «Мариинский ЛВЗ» по вопросу достоверности сведений в части классификации по единой Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности товаров, сведения о которых заявлены в ДТ №№ 10608070/210119/0000346, 10608070/140518/0002616, 10608070/140618/0003 393, 10608070/200718/0004283, 10608070/230718/0004320, 10608070/260718/0004406, 10608070/300718/0004463, 10608070/090818/0004722, 10608070/130818/0004785, 10608070/230818/0005069, 10608070/280818/0005179, 10608070/030918/0005311, 10608070/110918/0005478, 10608070/180918/0005641, 10608070/240918/0005766, 10608070/081018/0006048, 10608070/151018/0006199, 10608070/221018/0006319, 10608070/301018/0006487, . 10608070/311018/0006517, 10608070/261118/000703 3, 10608 0 70/031218/0007183, 10608070/280119/0000528,10608070/250219/0001166.

В рамках проведения камеральной таможенной проверки 18.11.2020 Кемеровской таможней в адрес декларанта направлено требование от 17.11.2020 № 07-16/13810, которое получено последним 23.11.2020.

В указанном требовании Кемеровской таможней запрошены сведения в отношении товаров «этикетка самоклеющаяся для бутылок с водкой «Белуга», ввезенных на территорию ЕАЭС по внешнеторговому контракту от 16.03.2017 № 1380-17.

Письмом от 30.11.2020 АО «Мариинский ЛВЗ» проинформировало Кемеровскую таможню о невозможности представить ответ на поставленный в требовании вопрос.

Запросы и уведомления направлены Сибирским таможенным постом (Центр электронного декларирования) Сибирской электронной таможни в связи с непредоставлением АО «Мариинский ЛВЗ» ответа на требование Кемеровской таможни от 17.11.2020 № 07-16/13810, направленного в ходе проведения камеральной таможенной проверки.

Согласно пункту 5 статьи 377 ТК ЕАЭС информация, содержащаяся в профилях и индикаторах рисков, является конфиденциальной и не подлежит разглашению, за исключением случаев, устанавливаемых законодательством государств-членов ЕАЭС.

Как следует из фактических обстоятельств дела, при осуществлении таможенного контроля в отношении товаров, продекларированных по ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/211220/0128225, 10620010/211220/0128243, был выявлен профиль риска.

Фактически выявленный таможенным органом профиль риска предусматривал обязательное применение меры по минимизации риска - запрос дополнительных документов и сведений.

В рассматриваемом случае, основаниями для проведения таможенного контроля и применения меры, обеспечивающей проведение таможенного контроля в форме запроса документов и сведений, явились выявленные таможенным органом в результате реализации возложенных на него задач риски несоблюдения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов о таможенном регулировании.

Данное обстоятельство послужило основанием для проведения в отношении декларируемых товаров таможенного контроля с применением меры, обеспечивающей проведение таможенного контроля, в форме запроса документов и (или) сведений, необходимых для проведения таможенного контроля.

Таможенный орган справедливо указал, что запрос о предоставлении документов и (или) сведений как таковой не нарушает прав декларанта в сфере предпринимательской деятельности

Запросы документов и сведений являются правом таможенного органа и осуществлены с целью проверки соблюдения декларантами международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств членов ЕАЭС.

Предусмотренное право не может рассматриваться как ограничивающее или ставящее под сомнение полномочия таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных при таможенном декларировании.

Иные доводы заявителя судом рассмотрены и оценены, на исход рассматриваемого дела не влияют.

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к убеждению, что оспариваемое решение Сибирского таможенного управления от 30.06.2021 № 14-02-12/12 по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа не противоречат нормам действующего таможенного законодательства и не нарушают права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по заявлению относятся на заявителя.

Абзацем вторым подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении мирового соглашения (соглашения о примирении), отказе истца (административного истца) от иска (административного иска), признании ответчиком (административным ответчиком) иска (административного иска), в том числе по результатам проведения примирительных процедур, до принятия решения судом первой инстанции возврату истцу (административному истцу) подлежит 70 процентов суммы уплаченной им государственной пошлины, на стадии рассмотрения дела судом апелляционной инстанции - 50 процентов, на стадии рассмотрения дела судом кассационной инстанции, пересмотра судебных актов в порядке надзора - 30 процентов.

На основании абзаца второго подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации 70% государственной пошлины в части требования о признании незаконными действия Сибирского таможенного управления, что составляет 2100 рублей, подлежит возврату ее плательщику из дохода федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 49, 150, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

принять отказ акционерного общества «Мариинский ликеро-водочный завод» от требований в части признания незаконными действия Сибирского таможенного управления по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.05.2021 № 1059 на действия Сибирской электронной таможни по рассмотрению жалобы АО «Мариинский ЛВЗ» от 19.01.2021 № 52 на бездействие Сибирского таможенного поста (ЦЭД), выраженное в не рассмотрении в установленный срок запросов АО «Мариинский ЛВЗ» от 22.12.2020 № б/н и от 23.12.2020 № б/н по ДТ №№ 10620010/211220/0128282, 10620010/21122020/0128225, 10620010/211220/0128243. Производство по делу № А45-27875/2021 в указанной части прекратить.

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Возвратить акционерному обществу «Мариинский ликеро-водочный завод» из федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 2 100 рублей.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в течение месяца после его принятия.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья Л.Н. Морозова