Гражданский кодекс часть 1

при составлении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи судебного процесса секретарем судебного заседания А.В. Мальцевым, рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО1, Новосибирская область

к 1. ФИО2, Новосибирская область; 2. ФИО3, г.Новосибирск; 3. ФИО4, Новосибирская область; 4. ФИО5, Новосибирская область; 5. ФИО6, г.Новосибирск;

при участии третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора закрытого акционерного общества "Сельскохозяйственное предприятие "Ярковское"

о переводе прав и обязанностей покупателя

В судебном заседании участвуют представители:

от истца: ФИО7 14.03.2011; ФИО8 20.07.2010

от ответчиков: 1. не явился; 2. ФИО9 28.07.2010; 3-6. не явились;

от третьего лица: ФИО10 по доверенности от 14.02.2009

Установил: ФИО1 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке ст.49 АПК РФ к ответчикам: ФИО2; ФИО3; ФИО4; ФИО5; ФИО6.

ФИО1 (далее – истец) просит суд перевести права и обязанности покупателя на 36 697 обыкновенных, именных, бездокументарных акций закрытого акционерного общества сельскохозяйственное предприятие «Ярковское» на ФИО1 на условиях договоров купли-продажи заключенных между ответчиками:

1 акции договору дарения от 06 мая 2008 г. между ФИО6 и ФИО3 по цене 1 руб.;

32926 акций по договору купли-продажи от 16 мая 2008 г. между ФИО2 и ФИО3 по цене 500 000 руб.

2 244 акций по договору купли-продажи от 1 6 мая 2008 г. между ФИО6 и ФИО3 по цене 2 244 руб.;

824 акции по договору купли-продажи от 16 мая 2008 г. между ФИО5 и ФИО3 по цене 824 руб.;

702 акции по договору купли-продажи от 16 мая 2008 г. между ФИО4 и ФИО3 по цене 702 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что в соответствии с судебной практикой, если заключенные договоры дарения и купли-продажи акций являются притворными и прикрывают единый договор купли-продажи акций, акционер ЗАО вправе требовать перевода на себя прав и обязанностей покупателя по единому договору купли-продажи, который действительно имелся в виду

Из имеющихся в материалах делах копиях передаточных распоряжений видно, что 06.05.2008 г. между акционером ЗАО (ФИО6) и лицом, не имевшим акций этого общества (ФИО3), был заключен и исполнен договор дарения одной акций ЗАО. В последующем (через 10 дней с даты регистрации одаряемого в реестре акционеров ЗАО) все члены семьи К-вых (муж, жена и 2 сына) заключили договоры купли- продажи.

При совершении первого договора у других акционеров ЗАО отсутствовало преимущественное право приобретения акций в связи с безвозмездным отчуждением акций. При продаже акций по остальным договорам право также не действовало, так как на момент его заключения покупатель являлся акционером ЗАО.

Исполненные ответчиками договоры дарения и купли-продажи акций ЗАО являются притворными, поскольку, они были совершены с целью прикрыть договор купли-продажи акций данного общества и лишить других акционеров ЗАО возможности воспользоваться своим преимущественным правом приобретения отчуждаемых акций. О притворности оспариваемых договоров и направленности воли ответчиков на возмездное отчуждение всех акций свидетельствуют небольшой промежуток времени между заключением обоих договоров, незначительное количество подаренных акций по сравнению с количеством проданных акций, отсутствие между ответчиками родственных или иных отношений, которыми мог бы быть обусловлен безвозмездный характер первого договора.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. В связи с этим истец имеет право требовать перевода на него прав и обязанностей покупателя в отношении 36 697 акций по тому единому договору купли-продажи акций ЗАО, который ответчики действительно имели в виду.

Ответчик (ФИО3) иск не признал по основаниям, изложенным в отзывах, ссылаясь на необоснованность заявленных исковых требований, а также на пропуск срока исковой давности.

Иные лица, участвующие в деле отзывы не представили.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности (ст. 64, ст. 71 АПК РФ), суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

ФИО1 является акционером закрытого акционерного общества "Сельскохозяйственное предприятие "Ярковское», что подтверждается выпиской из реестра владельцев именных ценных бумаг на 25.02.2011 (л.д.32).

Из содержания искового заявления и фактического содержания заявленных исковых требований следует, что истец обратился в суд на основании права на судебную защиту, принадлежащего ему как акционеру закрытого акционерного общества, установленного пунктом 3 статьи 7 ФЗ «Об акционерных обществах».

Из указанной нормы закона следует, что при продаже акций с нарушением преимущественного права приобретения любой акционер общества, вправе в течение трех месяцев с момента, когда акционер узнал или должен был узнать о таком нарушении, потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Указанные истцом договоры по отчуждению акций в пользу ФИО3 заключены: 06.05.2008 ( договор дарения); 16.05.2008 ( купли-продажи). С иском в суд истец обратился 05.03.2011.

В судебном заседании представители истца пояснили, что при обращении с иском в суд предполагалось нарушение преимущественного права истца на покупку акций, поскольку не было возможности узнать основания, по которым перешло право собственности на акции к ФИО3 При получении в судебном заседании документов от регистратора истец узнал основания перехода права собственности на акции к ФИО3, и с этого времени узнал (в судебном заседании) о нарушении его преимущественного права на приобретение акций.

Принимая во внимание обстоятельства дела, суд пришел к выводу о пропуске срока исковой давности истцом, при обращении с иском в суд.

Согласно п. 1 ст. 89 ФЗ «Об акционерных обществах» общество обязано хранить, а в силу ст. 91 этого ФЗ предоставлять акционеру по его требованию документы общества, в том числе, в частности, списки лиц, имеющих право на участие в общих собраниях акционеров. Акционерное общество обязано проводить годовые общие собрания акционеров. Годовое общее собрание акционеров Общества проводилось в 2009 г. Истец мог получить список лиц, имеющих право на участие в этом собрании, и установить, что ФИО3 является акционером Общества. Определив нарушение его преимущественного права покупателя, истец мог бы в 3-месячный срок обратиться в суд с соответствующим иском. Мог обратиться, следовательно, не позднее 2009 г., а также соответственно не позднее 2010 г. (проведение годового общего собрания акционеров Общества), обратился же в 2011 г., т.е. с бесспорным пропуском срока исковой давности.

В соответствии с упомянутыми выше статьями ФЗ «Об акционерных обществах» истец ФИО1 имел право ознакомиться, потребовать от Общества допустить его к ознакомлению, в частности, с протоколами общих собраний акционеров Общества, получить их копии. При этом из Протокола № 1 общего собрания акционеров Общества от 30.06.2008 г. он мог узнать о статусе акционера Общества ФИО3, так как в Протоколе указано, что ФИО3 был избран директором Общества с соблюдением Положения о директоре Общества, которым установлено, что директором Общества может быть избран его акционер.

Вышеизложенное подтверждает, что истец ФИО1 о том, что ФИО3 стал акционером Общества, узнать мог. В дальнейшем получить информацию об основаниях, по которым ФИО3 стал акционером общества (договора дарения и договоров купли-продажи) из передаточных распоряжений у регистратора общества.

Истец не представил документы, подтверждающие невозможность получения сведений от общества и регистратора, в установленном законом порядке.

На вопрос о том, должен ли он был узнать, т.е. должен ли он был реализовать свое право получить доступ к информации и документам Общества, в том числе к протоколам общих собраний акционеров, копии документов, следует исходить из следующего.

Законодательство не обязывает акционера, только наделяет его правом. Однако обязывает акционера совершать определенные действия его статус, наличие заинтересованности в делах акционерного общества. Специфика акционерного общества закрытого типа, отраженная, в частности, в ст. 7 ФЗ «Об акционерных обществах», заключается в направленности на сохранение состава акционеров общества, на недопущение в него «посторонних» лиц.

Отсюда предполагается, что каждый акционер заинтересован, а следовательно, обязан осуществлять контроль за изменениями состава акционеров, для чего получает списки акционеров (ст. 8 ФЗ «О рынке ценных бумаг»), перед проведением общего собрания акционеров знакомится со списками лиц, имеющими право участия в общем собрании акционеров, получает копии протоколов общих собраний акционеров и т.п. отрицательные последствия неисполнения указанной обязанности могут быть отнесены только на акционера. Одним из таких отрицательных последствий для акционера ФИО1 является пропуск 3-месячного срока исковой давности по требованию о переводе прав и обязанностей по договорам купли-продажи акций, заключенных между ответчиками в 2008 г., без уважительных причин.

Законодательство, в отношении прав и обязанностей акционерами знакомиться с информацией и документами акционерного общества, акционера участвовать в общем собрании акционеров общества прямо не обязывает, только наделяет его правом - правом участия в управлении обществом. Однако, если акционер уклоняется от участия в общем собрании или от голосования на нем с целью получить право оспорить решения собрания (п. 7 ст. 49 ФЗ «Об акционерных обществах»), такие действия могут расцениваться как злоупотребление правом и право не будет защищено судом.

Кроме того, пропуск истцом срока исковой давности подтверждается доводами ответчика ФИО3 о том, что истец был в числе лиц, подписавших открытое письмо, адресованное Полномочному представителю Президента РФ по Новосибирской области, Губернатору Новосибирской области, Председателю Новосибирского областного Совета депутатов, Председателю Арбитражного суда Новосибирской области, что подтверждается копией этого письма, полученного ответчиком из материалов уголовного дела.

Открытое письмо позволяет сделать вывод о том, что подписавшимся под ним было известно, что ФИО3 приобрел у ФИО2 36 697 акций.

Открытое письмо датируется маем 2010 г., из чего следует, что независимо от других доводов начало течения срока исковой давности правомерно определять с мая 2010 г. Окончание 3-месячсного срока в таком случае приходится на август 2010 г.

Истцом в судебном заседании утверждалось, что, поскольку спорные сделки ничтожны, срок исковой давности по требованию о признании их недействительными составляет 3 года. Довод несостоятельный. Требование о признании договора дарения и договоров купли-продажи не заявлялось.

Несостоятельным является утверждение, что договор дарения акции и купли-продажи акций являются притворными сделками, поскольку это не подтверждено доказательствами.

Отношения, связанные с дарением, регулируются гл. 32 «Дарение» ГК РФ. В заявлении не приведено нарушений, предусмотренных ст. 575 «Запрещение дарения» ГК РФ и ст. 376 «Ограничение дарения» ГК РФ, вследствие которых договор дарения мне акции Общества ФИО6 мог бы быть признан недействительной сделкой по признаку ничтожности. В указанных статьях не предусмотрено таких ограничений, как круг одаряемых, родственными или иными отношениями с дарителем.

Из гражданского законодательства и правоприменительной практики следует, что сделка дарения может оказаться притворной, если она прикрывает другую сделку -купли-продажи. В таком случае к сделке дарения применяются положения, которыми регулируются сделки купли-продажи. Истец не представил никаких доказательств факта возмездности сделки дарения.

Притворность договора дарения обосновывается истцом тем, что он прикрывает договоры купли-продажи акций. Довод несостоятельный, так как не соответствует нормам гражданского законодательства, при этом оба договора рассматриваются как единая сделка. Такое соединение противоречит нормам гражданского права. Обе сделки являются самостоятельными. Наличие правовой силы у каждой из них следует рассматривать в отдельности, независимо друг от друга.

Притворные сделки согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ ничтожны. Ничтожность сделки характеризуется разрывом воли и волеизъявления. ФИО6 имела волю на дарение 1 акции Общества, но не волю на продажу всех принадлежащих ей акций

Общества. Волеизъявление при этом выразилось в договоре дарения, но не в договоре купли-продажи. Никаких пороков в договоре дарения 1 акции Общества не обнаружено, разрыв между волей и волеизъявлением отсутствует, оплата акции не была произведена, следовательно, договор дарения не может считаться ничтожной сделкой.

При рассмотрении дела, суд придерживается указаний, данных Пленумом ВАС РФ в Постановлении «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» от 18.11.2003 г. № 19, в подп. 8 п. 14 которого судам разъясняется: «В случае представления заинтересованным лицом, имеющим преимущественное право на приобретение акций, доказательств, свидетельствующих о том, что договор безвозмездного отчуждения акций (дарения), заключенный участником общества с третьим лицом, является притворной сделкой, и фактически акции были отчуждены на возмездной основе, такой договор в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожным, а к сделке, с учетом ее существа, применяются правила, регулирующие соответствующий договор. Лицо, чье преимущественное право на приобретение акций нарушено, может в этом случае потребовать перевода на него прав и обязанностей покупателя акций по сделке совершенной с третьим лицом».

Соответственно, истцу необходимо было доказать, что акция общества была не подарена, а продана, тогда договор дарения считался бы притворной, ничтожной сделкой.

Расходы по госпошлине суд относит на истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г.Томск.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения, в порядке кассационного производства в Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа, город Тюмень, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СУДЬЯ А.А. Уколов