Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Солодкевича И.М., при ведении протокола судебного заседания им же, рассмотрев в открытом судебном заседании, состоявшемся 14 октября 2010 года, дело № А46-10740/2010, возбужденное по заявлению предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица, ФИО1 к Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому административному округу г. Омска о признании предписания, изложенного в акте проверки от 15 июля 2010 года № 117057, незаконным,

при участии в судебном заседании:

представительницы заявителя – предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица, ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.08.2010, сроком действия 3 года, паспорт);

представительниц заинтересованного лица - Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому административному округу г. Омска – специалиста 2 разряда юридического отдела ФИО3 (доверенность от 14.07.2010 за № 15/15 12693, сроком действия до 31.12.2010, паспорт), государственного налогового инспектора отдела оперативного учёта ФИО4 (доверенность от 30.08.2010 за № 15/151476, сроком действия до 31.12.2010, паспорт),

у с т а н о в и л :

предприниматель, осуществляющий свою деятельность без образования юридического лица, ФИО1 (далее по тексту - заявитель) обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому административному округу г. Омска (ниже по тексту – ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска, заинтересованное лицо, налоговый, административный орган) о признании предписания, изложенного в акте проверки от 15 июля 2010 года № 117057, незаконным.

В судебном заседании представительница предпринимателя ФИО1 требование доверителя поддержала по основаниям, изложенным в заявлении (л.д. 6-8) и возражениях на отзыв (л.д. 126-128, 131-132), представительницы ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска требование не признали по мотивам, приведённым в отзыве (л.д. 31-32) и дополнениях к нему (л.д. 133).

Рассмотрев материалы дела, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, суд установил, что ФИО1 05.11.1998 зарегистрирована Администрацией Кировского административного округа г. Омска предпринимателем, осуществляющим свою деятельность без образования юридического лица (л.д. 40).

14.11.2009 товариществом с ограниченной ответственностью «Букмекерская контора «Зенит.КЗ» (далее - ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ») и обществом с ограниченной ответственностью «МВбет» (далее - ООО «МВбет») заключен агентский договор № 1 на оказание услуг по приёму и выплате платежей населения (л.д. 12-16).

01.12.2009 между заявителем и ООО «МВбет» заключен субагентский договор за № 197 (л.д. 47-51), по условиям которого предприниматель ФИО1 как субагент приняла обязательство по оказанию ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ» по поручению ООО «МВбет» от имени последнего, но за счёт первого, услуг по приёму в четырёх пунктах, расположенных в г. Омске (в том числе, находящемся по адресу: <...>), платежей от граждан с выдачей квитанций по форме, утверждённой принципалом.

Поручением заместителя начальника ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска ФИО5 от 15.07.2010 за № 41 (л.д. 70) старшему государственному налоговому инспектору ФИО6, назначенной ответственным лицом, государственному налоговому инспектору ФИО4 поручено провести проверку соблюдения требований законодательства о применении контрольно - кассовой техники «на объекте», расположенном по адресу: <...>.

15.07.2010 поименованными должностными лицами поручение выполнено, проверка соблюдения в пункте приёма платежей по названной адресу требований Федерального закона от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежным карт» (далее - ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ) проведена, по её результатам составлен акт за № 117057 (л.д. 37).

В данном акте изложен вывод о нарушении предпринимателем ФИО1, осуществляющей в этом пункте, арендованном ею (л.д. 43-45, 46), деятельность по приему платежей в виде ставок на результат спортивных соревнований, пункта 2 статьи 2 ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ и положения об осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2008 года № 359 (далее - Положение), выразившемся в осуществлении денежных расчётов с населением без применения контрольно-кассовой техники, с выдачей квитанции (л.д. 38), не содержащей реквизиты, предусмотренные указанным законодательным актом для бланка строгой отчётности, заменяющего чек, подтверждающий применение контрольно-кассовой техники. В него же заключено предписание: «в десятидневный срок с момента получения акта устранить выявленное нарушение» и разъяснение того, что его неисполнение может повлечь административную ответственность, предусмотренную частью 1 статьи 19.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ).

26.07.2010 в отношении заявителя за неисполнение этого предписания старшим государственным налоговым инспектором ФИО6 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 19.5 КоАП РФ (л.д. 36), а 29.07.2010 административный орган обратился к мировому судье участка № 81 Советского административного округа г. Омска с заявлением о привлечении предпринимателя ФИО1 к административной ответственности.

Предприниматель ФИО1, не согласившись с предписанием ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска, обратилась в Арбитражный суд Омской области с требованием о признании его незаконным. В его обоснование заявитель указал на то, что требования ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ на него как на субагента не распространяются, поскольку им как субагентом не оказываются услуги населению на возмездной основе (л.д. 6-8). То же, по существу, изложено предпринимателем ФИО1 в возражениях на отзыв (л.д. 126-128). В возражениях на отзыв (л.д. 131-132) заявитель дополнил основание для предъявленного требования ссылкой на то, что полномочие у налогового органа, равно как и у должностных лиц, вынесших обжалованное предписание, на выдачу таковых не имеется.

ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска в предложенном в материалы дела отзыве (л.д. 31-32) отмечено, что деятельность предпринимателя ФИО1, не связанная с приёмом денежных средств от населения в качестве платы за коммунальные услуги, не регулируется Федеральным законом от 3 июня 2009 года № 103-ФЗ «О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами» (далее – ФЗ от 3 июня 2009 года № 103-ФЗ). Довод заявителя о том, что выполнение им действий на основании субагентского договора от 01.12.2009 за № 197 препятствует возложению на него обязанности по применению контрольно-кассовой техники, административным органом отклонён со ссылкой на то, что гражданско-правовые обязательства, закреплённые договором, не могут изменять обязанности, установленные публичным законодательством. К последнему относятся ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ и Положение, исходя из которых, по мнению налогового органа, предприниматель ФИО1, осуществляя предпринимательскую деятельность, связанную с денежными расчётами с населением, заявитель обременён обязанностью по применению контрольно-кассовой техники, в частности, посредством выдачи бланков строгой отчётности в установленной Положением форме. Этой форме квитанций, выдаваемые предпринимателем ФИО1, не отвечают. В этой связи предписание, право на выдачу которого налоговым органом предоставлено пунктом 5 статьи 7 Закона Российской Федерации от 21 марта 1991 года № 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» (далее – Закон РФ от 21 марта 1991 года № 943-1), законно. Обязательных требований к форме предписания законодательством не предусмотрено.

Представив по предложению суда: приказы о принятии на постоянную работу ФИО6 (л.д. 113) и ФИО4 (л.д. 120), переводе ФИО6 на должность старшего государственного налогового инспектора (л.д. 114-115), должностные регламенты старшего государственного налогового инспектора и государственного налогового инспектора отдела оперативного контроля, утверждённые 10.04.2010 начальником ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска ФИО7 (л.д. 116-118 и л.д. 121-123), основываясь на том, что в последних в обязанности указанных должностных лиц вменено «проведение проверок соблюдения законодательства о применении контрольно-кассовой техники», а в числе прав указано на право «составлять протоколы о нарушениях законодательства о применении контрольно-кассовой техники и прочие документы, отражающие результаты проведённой оперативной проверки» и «требовать от налогоплательщиков устранения выявленных нарушений», заинтересованное лицо заключило о наличии у ФИО6 как должностного лица, вынесшего обжалованное предписание, необходимых полномочий на это (л.д. 133).

Проанализировав в совокупности и взаимной связи доказательства, представленные участниками процесса, доводы, приведённые ими, суд удовлетворяет требование предпринимателя ФИО1, основываясь на следующем.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 7 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 налоговым органам предоставляется право осуществлять контроль за соблюдением требований к контрольно-кассовой технике , порядка и условий ее регистрации и применения, которые определяются законодательством Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт, проверять документы, связанные с применением контрольно-кассовой техники , получать необходимые объяснения, справки и сведения по вопросам, возникающим при проведении проверок, проводить проверки выдачи кассовых чеков, налагать штрафы на организации, а также на индивидуальных предпринимателей за нарушение требований законодательства Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт .

Согласно пункту 5 статьи 7 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 налоговым органом предоставлено право требовать от руководителей и других должностных лиц проверяемых организаций, а также от граждан устранения выявленных нарушений законодательства о налогах и сборах, нарушений, связанных с исчислением и уплатой других обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации, нарушений законодательства Российской Федерации, регулирующего предпринимательскую деятельность, а также контролировать выполнение указанных требований .

Статьёй 8 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 определено, что права налоговых органов, предусмотренные пунктами 1 - 7, 15 статьи 7 этого Закона, предоставляются должностным лицам этих налоговых органов, а права, предусмотренные пунктами 8 - 13, - только руководителям налоговых органов и их заместителям.

Из приведённых законоположений можно прийти к достоверному выводу о том, что налоговые органы обладают полномочиями по осуществлению контроля за соблюдением организациями и индивидуальными предпринимателями законодательства о применении контрольно-кассовой техники. Эти полномочия включают в себя и правомочие по проведение проверки на предмет соответствия деятельности обязанного лица законодательству о применении контрольно-кассовой техники, и правомочие по оформлению её результатов, и правомочие по составлению протоколов об административном правонарушении, и правомочие по привлечению к административной ответственности. Предоставление этих правомочий не оставляет, вопреки иному выводу заявителя, сомнений в том, что налоговый орган вправе выдавать предписание лицу, допустившему нарушение законодательства о применении контрольно-кассовой техники, направленное на его устранение. Отсутствие в приведённых нормах точного указания на это право со ссылкой на то, что оно реализуется посредством выдачи предписания, не означает иного, поскольку, суд находит достаточным закрепление в правах налогового органа такого как требовать устранения выявленных нарушений законодательства Российской Федерации, регулирующего предпринимательскую деятельность.

Вместе с этим, суд соглашается с заявителем в том, что ни старший государственный налоговый инспектор ФИО6, ни государственный налоговый инспектор ФИО4 не наделены полномочием на выдачу предписания. При этом суд исходит из следующего.

Право осуществлять контроль за соблюдением требований к контрольно-кассовой технике, порядка и условий ее регистрации и применения, которые определяются законодательством Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт, проверять документы, связанные с применением контрольно-кассовой техники, как видно из изложенного выше, заключено в пункте 1 статьи 7 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1, а право требовать от руководителей и других должностных лиц проверяемых организаций, граждан устранения выявленных нарушений законодательства Российской Федерации, регулирующего предпринимательскую деятельность, а также контролировать выполнение указанных требований, закреплено в пункте 5 статьи 7 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1.

При буквальном толковании статьи 8 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 следует констатировать, что эти права предоставляются должностным лицам налоговых органов, и только права, предусмотренные пунктами 8 - 13, - только руководителям налоговых органов и их заместителям .

Но, во-первых, статья 8 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 не предлагает перечня должностных лиц налогового органа, которыми на законном основании эти права могут быть и должны быть реализованы. Однако к должностным лицам могут быть отнесены все сотрудники налогового органа, состоящие в нём на государственной службе, что не исключает из этого перечня, например, секретаря руководителя налогового органа или какого-либо подразделения налогового органа, каковой, очевидно, не вправе принимать подобные решения. Таким образом, суд должен констатировать то, что перечень должностных лиц, правомерно использующих рассматриваемое полномочие, ни законом, ни подзаконным актом, применительно к нарушениям законодательства о применении контрольно-кассовой техники, не определён. Но это обстоятельство, находясь в сфере регулирования публичного права, по убеждению суда, не даёт право руководителю территориального налогового органа по собственному усмотрению посредством утверждения должностных регламентов избирать из числа должностных лиц – сотрудников возглавляемой им инспекции, полномочных совершать действия, не отнесённые, во-первых, прямо нормативным правовым актом к их компетенции, во-вторых, относящиеся, по мнению суда, в силу излагаемого, только к его как руководителя (заместителей) компетенции.

Во-вторых, буквальное толкование исследуемых правовых норм, результатом которого является вывод о том, что все полномочия, закреплённые законодателем в пункте 1 и 5 статьи Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1, могут принадлежать согласно статье 8 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 не только руководителю (заместителю) налогового органа противоречит системному толкованию. Как видно из выделенного судом, пунктом 1 статьи 7 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 предусмотрено и такое право налогового органа, реализуемое при буквальном восприятии статьи 8 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 его должностными лицами, как налагать штрафы на организации и индивидуальных предпринимателей за нарушение требований законодательства Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт, то есть, привлекать к административной ответственности.

Однако в соответствии со статьёй 23.5 КоАП РФ от имени налогового органа рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.5 КоАП РФ (неприменение контрольно-кассовой техники), вправе: 1) руководитель федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области налогов и сборов, его заместители; 2) руководители территориальных органов федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области налогов и сборов, в субъектах Российской Федерации, их заместители; 3) руководители территориальных органов федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области налогов и сборов, в городах, районах. Этот перечень исчерпывающий и не может быть дополнен резолюцией руководителя ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска, утверждающей должностной регламент подчинённого, со ссылкой на пункт 1 статьи 7, статьи 8 Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1, каковые противоречат в этой связи статье 23.5 КоАП РФ, имеющему при их конкуренции большую юридическую силу. Это сравнение позволяет критически оценить ссылки заинтересованного лица на указанные нормы Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 как на подтверждающие полномочие старшего государственного налогового инспектора ФИО6 и (или) учитывая, что обстоятельство, связанное с конкретным лицом, выдавшим оспоренное заявителем предписание, известно лишь исходя из пояснений представителей административного органа, но не собственно предписания, государственного налогового инспектора ФИО4

Продолжая приведённые рассуждения далее, для правильного, по представлениям суда, применения Закона РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 и законного и обоснованного разрешения настоящего спора, суд не считает излишним отметить следующее.

Предписание, изложенное в акте проверки от 15 июля 2010 года № 117057 старшим государственным налоговым инспектором ФИО6 и (или) государственным налоговым инспектором ФИО4, представляет собой презумпцию того, что предпринимателем ФИО1 совершён административный проступок, наказуемый по части 2 статьи 14.5 КоАП РФ. Этим предписанием, поименованные должностные лица, предлагая устранить нарушение законодательства о применении контрольно-кассовой техники, по существу, констатируют в действиях заявителя административного правонарушения, что не позволяет применять различные подходы для вывода, относящегося к лицам, уполномоченным на рассмотрение дела об административном правонарушении (вынесение постановления о наложении взыскания), предусмотренном частью 2 статьи 14.5 КоАП РФ, и лицам, правомочным выдавать предписание с требованием об устранении (недопущении) его в будущем. Предписание об устранении нарушений, по существу, есть мера принуждения (ответственности) и в этом смысле круг должностных лиц, правомочных воспользоваться ею, не может отличаться от круга должностных лиц, уполномоченных налагать административные взыскания и рассматривать дела об административных правонарушениях и выносить постановления о привлечении за их совершение к административной ответственности.

Доказательством правомерности этих суждений суд находит и в подходе к определению лиц, полномочных выдавать предписания, применяемом в нормативных правовых актах, регулирующих иные сферы, контроль в которых также возложен на налоговые органы.

Так, например, приказом Министерства финансов Российской Федерации от 8 ноября 2007 года № 100н утверждена инструкция о порядке проведения Федеральной налоговой службой проверки технического состояния игрового оборудования и соблюдения организаторами азартных игр требований, предъявляемых к игорным заведениям. Исходя из этого нормативного правового акта (пункт 11) также как и при проведении проверки на предмет соблюдения законодательства о применении контрольно-кассовой техники налоговым органом может быть создана группа. При этом, её руководитель (в настоящем споре старший государственный налоговый инспектор ФИО6) вправе решать организационно-технические вопросы проведения проверки, а также собственно участвовать в проверке (пункты 2, 3, 11, 13, 14). Но, в случае выявления в результате проведения проверки нарушений требований, установленных частью 1 и 2 статьи 16 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», предписание об устранении выявленных нарушений выносится руководителем налогового органа по месту постановки на учет организатора азартных игр.

Очевидно, что применение этого правила исключительно к законодательству, регулирующему деятельность по организации и проведению азартных игр, не имеет объективного основания. Это правило подлежит распространению при уяснении исследуемого вопроса к деятельности должностных лиц налогового органа в любой области, где у него имеются властные (публичные) полномочия. Это соответствует общим принципам применения публичного права. Иное влечёт допущение произвольного усмотрения административного органа и расширение им без законных на то оснований должностных лиц, уполномоченных использовать меры принуждения, что, безусловно, неверно.

Давая оценку должностным регламентам, представленным ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска, суд также отмечает, что даже в случае признания того, что полномочиями на выдачу предписаний об устранении нарушений конкретных должностных лиц налогового органа наделяет его руководитель, содержание имеющихся должностных регламентов не позволяет считать, что данное полномочие ими предоставлено старшему государственному налоговому инспектору ФИО6 и государственному налоговому инспектору ФИО4 как в отдельности, так и их объединением.

И в должностном регламенте старшего государственного налогового инспектора ФИО6 и в должностном регламенте государственного налогового инспектора ФИО4 имеются тождественные пункты, которыми мотивирует свою позицию административный орган: «3.1. Проведение проверок соблюдения законодательства о применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчётов… 4.1. Составлять протоколы о нарушениях законодательства о применении ККТ и прочие документы, отражающие результаты проведённой оперативной проверки. 4.3. Требовать от налогоплательщиков: устранения выявленных нарушений…». Должностные регламенты старшего государственного налогового инспектора и государственного налогового инспектора аналогичны.

Вместе с этим, во-первых, пункт 3.1 должностных регламентов расположен в разделе «должностные обязанности», но не «права», к каковым относится рассматриваемое правомочие. Во-вторых, оснований для отождествления проведения проверки с вынесением предписания или привлечением к административной ответственности не имеется в силу очевидного смыслового различия в этих действиях, приведение которых суд находит в настоящем судебном акте излишним.

Пункты 4.1 и 4.3 заключены в раздел «права», однако, суд полагает недопустимым включение в понятие «прочие документы, отражающие результаты проведённой оперативной проверки» в силу его неоднозначности, какой не должно быть место в публичных правоотношениях, предписания. Эта двусмысленность не может быть преодолена лишь заявлениями заинтересованного лица о том, что под этим документами понимается и предписание. Более того, такое утверждение в связи с изложенным выше, суд считает не соответствующим Закону РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 и противоречащим пункту 4.3, поскольку последний в таком случае лишён всякого смысла, принимая во внимание то, что полномочие на выдачу предписания уже дано, по мнению ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска, в пункте 4.1. Суд не может придать пункту 4.1 иного значения, чем, такое как под «прочими документами, отражающими результаты проведённой оперативной проверки» не понимается предписание, а имеются в виду, например, протокол осмотра, обследования, собственно акт, составляемый по итогам проверки законодательства о применении контрольно-кассовой техники.

Пункт 4.3 должностных регламентов также не может быть признан определённым с той степенью, какая обоснованно позволяет прийти к выводу о правомерности возражений административного органа. В этом пункте «устранение выявленных нарушений», с одной стороны, и «документы, служащие основанием для вынесения постановления об административном правонарушении», с другой, объединены общим правом «требовать от налогоплательщика». Указание на налогоплательщика (учитывая то, что к термину «налогоплательщик» в анализируемых должностных регламентах, надо полагать, не относится всё население) предполагает то, что нарушения, на устранение которых направлено это полномочие, находятся в сфере применения законодательства о налогах и сборах. Но нарушение, выявленное налоговым органом в деятельности предпринимателя ФИО1, во-первых, не относится к нарушениям этого законодательства. Во-вторых, это право при несоблюдении налогового законодательства реализуется посредством вынесения требований – актов, прямо предусмотрённых им, например, требование внести изменения в документы бухгалтерского и налогового учёта. Требование же налогового органа, принятое им при реализации своих полномочий в области налоговых правоотношений, не аналогично предписанию, выдаваемому им как административным органом, участвующим в иных правоотношениях. Подтверждением последнего является и то, что требование об «устранение выявленных нарушений» и требование «документов, служащих основанием для вынесения постановления об административном правонарушении» разделены между собой.

При таких обстоятельствах и предложенные для оценки должностные регламенты не свидетельствуют о наличии у поименованных должностных лиц ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска полномочий на выдачу предписаний об устранении нарушений законодательства о применении контрольно-кассовой техники, что влечёт удовлетворение требования предпринимателя ФИО1 о признании предписания, изложенного в акте проверки от 15 июля 2010 года № 117057, незаконным как не соответствующее Закону РФ от 21 марта 1991 года № 943-1 и ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ. Это решение суда влечёт отнесение на ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска судебных расходов в виде 200руб. государственной пошлины, уплаченной при подаче заявления по платёжному поручению от 30.08.2010 № 24 (л.д. 27).

Вместе с этим, суд не находит обоснованным довод заявителя, состоящий в том, что предписание может быть изложено только в форме отдельного акта. Такое требование ни одним нормативным правым актом не закреплено. При участии в проверке руководителя налогового органа, его заместителей этими должностными лицами может быть выдано предписание об устранении нарушений законодательства в любой форме, за исключением устной.

Давая оценку по существу выявленного в деятельности предпринимателя ФИО1 нарушения пункта 2 статьи 2 ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ, суд считает необходимым указать на обоснованность позиции налогового органа.

Согласно пункту 2 статьи 2 ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ организации и индивидуальные предприниматели в соответствии с порядком, определяемым Правительством Российской Федерации, могут осуществлять наличные денежные расчеты и (или) расчеты с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники в случае оказания услуг населению при условии выдачи ими соответствующих бланков строгой отчетности. Таким образом, наличные расчёты могут производиться индивидуальным предпринимателем при оказании им услуг населению только при условии их подтверждении бланком строгой отчётности.

Возражение предпринимателя ФИО1 относительно отсутствия обязанности по применению контрольно-кассовой техники, а в случае её неприменения выдаче бланков строгой отчётности, основанное на том, что заявителем услуги оказываются не населению, а агенту (ООО «МВбет») и принципалу (ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ») и относительно населения не носят возмездного характера, представляются суду ошибочным, несоответствующим смыслу ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ, противоречащим фактическим обстоятельствам спора.

Заключение между предпринимателем ФИО1 и ООО «МВбет» субагентского договора не означает, что услуги оказываются заявителем только агенту и ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ». Фактическое получение денежных средств от населения производится предпринимателем ФИО1 Это действие одинаково значимо и для ООО «МВбет» как агента, и для ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ» как принципала, и для гражданина, вносящего их в качестве платы за участие в игре, квалифицируемой впоследствии ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ» (как организатором) в качестве ставки на тот или иной результат спортивного события. В этой связи заявитель оказывает услугу по принятию денежных средств и населению. При этом не имеет правового значения то, что правоотношения по поводу принятия денежных средств как ставки и выплате в надлежащих случаях выигрыша возникают у гражданина с ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ» и обязанным в этой части лицом является последнее. Применение контрольно-кассовой техники и выдача бланков строгой отчётности призваны удостоверить факт получения от населения денежных средств, лицо, их получившее, основание для их получения, то есть, оформить те действия, какие производятся именно предпринимателем ФИО1, для создания условий для подтверждения при наличии в этом необходимости этих юридически значимых обстоятельств.

Указание на отсутствие возмездного характера в отношении предприниматель ФИО1 – гражданин, передающий денежные средства (производящий расчёт), вследствие того, что заявитель не получает от последнего какого-либо вознаграждения, не изменяет вывода о том, что предприниматель ФИО1 обременена обязанностью, предусмотренной пунктом 2 статьи 2 ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ. Анализируемая норма законодательства о применении контрольно-кассовой техники не даёт оснований для заключения о том, что в отношениях, связанных с проведением денежных расчётов, должен присутствовать признак платности оказываемой услуги. Более того, эта норма права не позволяет утверждать, что этот признак должен присутствовать именно в отношении лицо, передающее денежные средства, - лицо, их принимающее. То обстоятельство, что предприниматель ФИО1, оказывая услуги по приёму от населения денежных средств, передаче их иному лицу осуществляет не благотворительную, а предпринимательскую деятельность, основной целью которой и является получение дохода, не только не опровергается материалами дела, но подтверждается ими и не оспаривается заявителем.

Таким образом, для вывода о том, распространяет ли своё действие ФЗ от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ на деятельность предпринимателя ФИО8, необходимо установление лишь того, что ею оказываются услуги населению и эти услуги связаны с получением ею от населения наличных денежных средств. Такие обстоятельства налоговым органом установлены. Заинтересованным лицом обоснованно не принят во внимание субагентский договор, заключённый заявителем и ООО «МВбет». Правила поведения, предусмотренные публичным законодательством, к какому относится законодательство о применении контрольно-кассовой техники, не могут быть изменены соглашением участников гражданско-правовых отношений именуемым договором. Обязательства, принятые на себя сторонами сделки, не изменяют их публичных обязанностей.

ИФНС России по Советскому административному округу г. Омска выявлено несоответствие квитанций, выдаваемых предпринимателем ФИО1 от имени ТОО «Букмекерская контора «Зенит.КЗ» населению, форме, установленной для выдаваемых в таких отношениях бланков строгой отчётности, следовательно, основания для выдачи предписания об устранении нарушения, выразившего в этом, налоговый орган имел, что, однако, не может изменить решение, подлежащее принятию судом по настоящему спору, по изложенному выше основанию.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, именем Российской Федерации,

р е ш и л :

требование предпринимателя, осуществляющего свою деятельность без образования юридического лица, ФИО1 к Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому административному округу г. Омска о признании предписания, изложенного в акте проверки от 15 июля 2010 года № 117057, незаконным удовлетворить полностью.

Признать предписание, изложенное в акте проверки от 15 июля 2010 года № 117057, незаконным как не соответствующее Федеральному закону от 22 мая 2003 года № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт».

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому административному округу г. Омска, имеющей местонахождение: 644089, Россия, <...>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., <...>, зарегистрированной предпринимателем, осуществляющим свою деятельность без образования юридического лица, 05.11.1998 Администрацией Кировского административного округа г. Омска за основным государственным номером 304550705100482, проживающей по адресу: 644103, Россия, <...>, 200руб. государственной пошлины.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восьмой арбитражный апелляционный суд (644024, <...> Октября, д. 42) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625010, <...>) в течение двух месяцев со дня вступления решения по делу в законную силу.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражные суды апелляционной и кассационной инстанций через Арбитражный суд Омской области.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайтах Восьмого арбитражного апелляционного суда: http://8aas.arbitr.ru и Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа: http://faszso.arbitr.ru.

Судья И.М. Солодкевич