Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Оренбург» (г. Оренбург, ОГРН <***>, ИНН <***>) к Публичному акционерному обществу «Т Плюс» (автодорога Балтия Красногорского района Московской области, ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице филиала Оренбургский (г. Оренбург),

с привлечением третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

-Акционерного общества «Газпром энергосбыт» (г. Москва),

-Общества с ограниченной ответственностью «Газпром энерго» (г. Москва),

о взыскании убытков в размере 123 064 руб. 87 коп., а также расходов по оплате государственной пошлины.

В судебном заседании приняли участие:

от истца: ФИО1;

от ответчика: ФИО2;

от третьего лица1: ФИО3, ФИО4;

от третьего лица2: явки нет.

Общество с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленное предприятие «Газпром добыча Оренбург» (далее по тексту – истец, ООО «Газпром добыча Оренбург», Общество) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к Публичному акционерному обществу «Т Плюс» в лице филиала Оренбургский (далее по тексту – ответчик, ПАО «Т Плюс») о взыскании убытков в размере 123 064 руб. 87 коп., а также расходов по оплате государственной пошлины.

Определением суда от 12.11.2018 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено общество с ограниченной ответственностью «Газпром энерго».

В ходе рассмотрения настоящего дела наименование третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора акционерное общество «Межрегионэнергосбыт» изменено на акционерное общество «Газпром энергосбыт». Изменение принято судом в порядке ст. 124 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Поступившие до начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле дополнительные документальные доказательства в обоснование своих требований и возражений судом приобщены к материалам дела.

В ходе судебного заседания 29.01.2019 опрошен в качестве специалиста ФИО5, который предупрежден об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса РФ.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении и возражениях на отзыв.

Ответчик возражал против заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве, полагает, что исковые требования, вытекающие из нарушения договорного обязательства должны быть предъявлены энергоснабжающей организации - ОАО «Межрегионэнергосбыт»; ответственность за содержание и надлежащую работу оборудована должно нести ООО «Газпром энерго», поскольку в соответствии с актами разграничения границ эксплуатационной ответственности и балансовой принадлежности сторон № 5-Э-ЭП от 06.06.2016 ВЛ 110 кВ «КТЭЦ - Гелий-2» 2-ая цепь, находятся в ответственности ООО «Газпром энерго», что подтверждено схемой разграничения эксплуатационной ответственности, а также однолинейной электрической схемой энергоснабжения Гелевого завода, являющейся приложением к договору энергоснабжения от 15.03.2007 № 575-14, заключенного между ОАО «Межрегионэнергосбыт» и ООО «Газпром добыча Оренбург». Акт разграничения балансовой эксплуатационной ответственности истец и ответчик не подписывали, так как между ними отсутствуют точки разграничения балансовой принадлежности.

Согласно Приказу Минэнерго РФ от 08.07.2002 № 204 «Об утверждении глав Правил устройства электроустановок» объекты электросетевого хозяйства ООО «Газпром энерго», технологически присоединенные к энерго-устройствам Каргалинской ТЭЦ, относятся к электроприемникам 1 категории, что указано в п. 1.6. Акта № 1 расследования причин инцидента от 14.04.2017. В целях предотвращения расстройства сложного технологического процесса и значительного материального ущерба, ООО «Газпром энерго» обязан был обеспечить подачу электроэнергии истцу от другого (помимо Каргалинской ТЭЦ) независимого взаимно резервирующего источника питания. Невыполнение данной обязанности повлекло прекращение подачи электроэнергии на объекты истца и причинение ему убытков.

Кроме того, ответчик, считает, что установленная в акте № 1 расследования причин инцидента от 14.04.2017, причина расследования инцидента является обстоятельством непреодолимой силы, как перекрытие проводов фаз «А» и «В» птицей.

По мнению ответчика истец не представил доказательств размера понесенных убытков, так как в Особом мнении к Акту № 1 главным инженером ООО «Газпром добыча Оренбург» ФИО6 указано, что все обязательства по договорам с контрагентами выполнены.

Третье лицо АО «Газпром энергосбыт» в представленном письменном отзыве считает заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме. АО «Газпром энергосбыт» является энергосбытовой организацией, осуществляющей электроснабжение Газоперерабатывающего и Гелиевого заводов ООО «Газпром добыча Оренбург». 27.03.2017 на газоперерабатывающем и гелиевом заводах истца произошло нарушение внешнего электроснабжения, вызвавшее перерыв в подаче электрической энергии и аварийные остановы технологического оборудования. Указанные обстоятельства ответчиком не отрицаются и зафиксированы в акте № 4 расследования причин аварии от 27.03.2017, оформленного ПАО «Т Плюс». Исходя из актов разграничения балансовой принадлежности (между Каргалинской ТЭЦ, ООО «Газпром энерго» и «Газпром добыча Оренбург»), отключение линии автоматически повлекло за собой обесточивание газоперерабатывающего и гелиевого заводов истца. Ответчик является лицом, владеющим источником повышенной опасности (Каргалинская ТЭЦ), при эксплуатации которого были допущены нарушения, повлекшие убытки потребителя, а следовательно, отвечает за причиненный вред как источника повышенной опасности, то есть за случайное причинение вреда.

При рассмотрении материалов дела судом установлены следующие обстоятельства.

15.03.2007 между ОАО «Межрегионэнергосбыт» (энергосбытовая организация) и ООО «Газпром добыча Оренбург» (абонент) заключен договор энергоснабжения № 575-14, в соответствии с которым энергосбытовая организация поставляет абоненту через присоединенную сеть собственника или законного владельца электросетевого оборудования, взывающего услуги по передаче электроэнергии, на энергопринимающие устройства абонента электроэнергию и мощность, а абонент обязуется принимать и оплачивать электроэнергию и мощность на условиях, установленных договором.

Сторонами согласованы точки поставки электроэнергии, отраженные в электрических схемах энергоснабжения объектов истца, а также актах разграничения балансовой эксплуатационной ответственности сторон.

Электроснабжение газоперерабатывающего и гелиевого заводов истца, осуществляется от Каргалинской ТЭЦ ЗРУ-110 кВ, ГРУ-6 кВ, находящейся в собственности ПАО «Т Плюс» (филиал «Оренбургский»).

Схема подключения энергопринимающих устройств истца утверждена актом разграничения балансовой принадлежности от 03.10.2013 между Каргалинской ТЭЦ и ООО «Газпром энерго» и актом разграничения балансовой принадлежности от 09.11.2015 между ООО «Газпром энерго» ООО «Газпром добыча Оренбург», а также однолинейными схемами электроснабжения технологического оборудования ООО «Газпром добыча Оренбург» от 15.03.2017.

27.03.2017 в 06 час. 12 мин. московского времени на Газоперерабатывающем и Гелиевом заводах истца произошло нарушение внешнего электроснабжения, вызвавшее перерыв в подаче электрической энергии аварийные остановы технологического оборудования.

В акте № 4 расследования причин аварии, оформленным Комиссией по расследованию аварии, назначенной Приказом ответчика от 29.03.2017 № 173, указаны обстоятельства инцидента, который произошел при неправильном действии защитных устройств и систем автоматики из-за нарушения электрической изоляции и выхода из строя трансформатора тока типа ТШЛ-20-1 Каргалинской ТЭЦ филиала «Оренбургский» ПАО «Т Плюс» в связи с их длительной эксплуатацией, старением и невыполнением в необходимые сроки технического обслуживания и ремонта оборудования.

Пунктом 2.2. акта расследования установлено, что в результате аварии на Каргалинской ТЭЦ были обесточены фидера Южно-Уральского филиала ООО «Газпром энерго»: 12 Б (ф304), 12Г (ф101), 20Д (ф211) ГРУ-бкВ.

При этом с учетом имеющейся схемы электроснабжения, подтверждаемой разграничения балансовой принадлежности от 03.10.2013 между Карагалинской ТЭЦ и ООО «Газпром энерго», и актом разграничения балансовой принадллежности от 09.11.2015 между ООО «Газпром энерго» и ООО «Газпром добыча Оренбург» обесточивание линии (фидера) ООО «Газпром энерго» повлекли за собой автоматическое обесточивание Газоперерабатывающего и Гелиевого заводов ООО «Газпром добыча Оренбург».

В результате нарушения электроснабжения Гелиевого завода ООО «Газпром добыча Оренбург» был причинен материальный ущерб в виде потери товарной продукции и дополнительной платы за выбросы загрязняющих веществ в атмосферный воздух.

Согласно расчету истца размер ущерба составил 123 064 руб. 87 коп.

Истцом предприняты попытки для урегулирования спора в досудебном порядке. В адрес ответчика была направлена претензия, исх. № 001.14-12.933 от 15.12.2017 с требованием о возмещении убытков, которая оставлена без рассмотрения.

Истец полагает, что ответчик является виновным в ненадлежащем исполнении им обязанности по содержанию и эксплуатации Каргалинской ТЭЦ, являющейся источником повышенной опасности, что привело к провалу напряжения, явившемуся причиной аварии и прекращению снабжения заводов истца электроэнергией. В свою очередь прекращение подачи энергии послужило причиной приостановки оборудования истца, что привело к возникновению убытков на стороне истца в виде расходов, непосредственно связанных с устранением последствий аварий и запуска производственного цикла, так и иных расходов, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании убытков.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства с позиции относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие причинения вреда другому лицу.

Статьей 12 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что защита гражданских прав может осуществляться путем возмещения убытков.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещения убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При рассмотрении требования о взыскании внедоговорного вреда подлежат доказыванию факт причинения вреда, размер вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправными действиями (бездействиями) причинителя вреда и наступившим вредом, а также его вина, за исключением случаев, когда ответственность наступает без вины.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ). Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

Для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между действия причинителя и наступившими у истца неблагоприятными последствиями.

Состав гражданского правонарушения, необходимый для возмещения вреда образуют: вред (ущерб), противоправное поведение причинителя вреда, причинная связь между противоправным поведением и наступившим ущербом. Истец (потерпевший) должен доказать противоправность поведения причинителя вреда , наличие ущерба и причинную связь (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Как разъяснил, Пленум Верховного Суда РФ в п. 5 постановления от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований (часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Из материалов дела следует, что 27 марта 2017 года в 06 час. 12 мин московского времени на Каргалинской ТЭЦ (электростанция) произошла авария, вызвавшая обесточивание фидеров Южно-Уральского филиала ООО «Газпром энерго», обеспечивающих переток энергии от Карагалинской ТЭЦ на технологическое оборудование истца (фидера 12Б (ф304), 12Г (ф 101), НА (ф150), ШД (ф211)ГРУ-6кВ).

Факт произошедшей аварии ответчик не оспаривает.

Приказом по Каргалинской ТЭЦ (филиал «Оренбургский» ПАО «Т Плюс») № 73 от 29.03.2017 назначена комиссия по расследованию и установки причин аварии. По результатам расследования Комиссия составила акт № 4 от 06.04.2017.

Согласно п.п. 1.5, 2.4, 2.6, 5.19 акта № 4 от 06.04.2017, причинами аварии на Каргалинской ТЭЦ явилось витковое замыкание обмотки изоляции трансформатора тока типа ТШЛ-20-1 (трансформатор шинный с литой изоляцией) в результате его длительной эксплуатации.

В числе организационных причин аварии на Каргалинской ТЭЦ актом № 4 установлено:

- несоблюдение сроков, невыполнение в требуемых объемах технического обслуживания (ремонта) оборудования и устройств (п. 1.5 акта № 4);

- не предусмотрели замену встроенных в токопровод фазы «А» и «С» турбогенератора ст. № 2 трансформаторов тока (п. 2.4 акта № 4).

Таким образом, актом № 4 от 06.04.2017 установлено, что инцидент произошел вследствие возникшего 27 марта 2017 повреждения трансформатора тока дифференциальной защиты шин на Каргалинской ТЭЦ по причине естественного износа при отсутствии своевременного технического обслуживания и ремонта.

Обстоятельства и причины отключения объектов электросетевого хозяйства, обеспечивающих веток энергии от Каргалинской ТЭЦ на объекты истца подтверждаются также актом № 1 от 14.04.2017, расследования причин инцидента на объектах электросетевой организации (ООО «Газпром энерго»).

Согласно п. 2.5 акта № 1 от 14.04.2017 обесточивание фидеров 12Б (ф304), 12Г (ф101), 14А (ф150), 20Д (ф211) ГРУ-6кВ, обеспечивающих переток электрической энергии от Каргалинской ТЭЦ до компрессорных установок истца, причинами возникновения инцидента явились:

- ложное срабатывания дифференциальной защиты 2-ой секции ГРУ-6 кВ Каргалинской ТЭЦ филиала «Оренбургский» ПАО «Т Плюс»;

- перекрытие проводов фаз «А» и «В» птицей или другим посторонним предметом в пролете между опорой №1ВЛ 110 кВ «КТЭЦ- Гелий-2» 2-ая цепь и ЗРУ- 110 кВ Каргалинской ТЭЦ;

- физический износ изоляции обмотки встроенного в токопровод фазы «А» турбогенератора ТГ ст. № 2 трансформатора тока типа ТШЛ-20-1 с возникновением виткового замыкания;

- нарушение диэлектрической прочности изоляции между проводами фаз «А» и «В» в пролете от ЗРУ-110кВ «КТЭЦ- Гелий-2» 2-ая цепь.

Указанные обстоятельства, включая причину отключения питающих объекты истца фидеров, ответчиком не оспариваются и подтверждены составленным им актом № 4 от 06.04.2017 (п.п. 1.3, 1.5, к 2.2).

По результатам расследования причин инцидента изложенным в п. 2.5 акта № 1 от 14.04.2017, представители ПАО «Т Плюс» изложили Особое мнение, указав, что останов технологического оборудования истца и убытки возникли вследствие обстоятельств непреодолимой силы, а именно в связи попаданием птицы или другим посторонним предметом в пролете между опорой № 1 в изоляционный промежуток между проводами фаз «А» и «В» ВЛ 110 кВ «КТЭЦ - Гелий-2» 2-ая цепь и ЗРУ 110кВ Каргалинской ТЭЦ, замыкание на которой привело к неполадкам геноборудования Каргалинской ТЭЦ.

Аналогичный довод ответчик изложил и в письменных пояснениях на иск.

В целях проверки указанного довода ответчика, судом по его ходатайству был вызван и опрошен специалист ФИО5, который после изучения Нормальной схемы электрических соединений Каргалинской ТЭЦ, акта № 1 от 14.04.2017 и актом № 4 от 06.04.2017 пояснил, что после перекрытия проводов птицей или другим посторонним предметом в пролете между опорой №1ВЛ 110 кВ «КТЭЦ- Гелий-2» 2-ая цепь и ЗРУ- 110 кВ Каргалинской ТЭЦ линия была переведена в рабочее положение без каких-либо последствий, оборудование переведено в рабочее состояние. Впоследствии, спустя примерно 5 минут вышел из строя трансформатор тока, в связи с чем, исходя из хронологии рассматриваемых событий, специалист в качестве причины аварийной ситуации указал именно выход из строя трансформатора (ввиду ветхого состояния оборудования).

Как установлено актом № 4 от 06.04.2017, отказ в работе оборудования Каргалинской ТЭЦ произошел вследствие виткового замыкания обмотки трансформатора дифференциальной защиты шин по причине естественного износа и старения (п.п. 5.18, 5.19 акта) изоляции оборудования в условиях его длительной эксплуатации при несоблюдении сроков и невыполнении в требуемых объемах технического обслуживания и ремонта оборудования (пункт 1.5 акта).

При этом суд учитывает, что согласно п. 5.17 акта № 4 расследования причин аварии на Каргалинской ТЭЦ отказ в работе устройства релейной защиты «Дифференциальная защита шин (ошиновки)» ГРУ-6 кВ Каргалинской ТЭЦ произошел в условиях нормальной работы оборудования (п. 5.17 акта), то есть авария на геноборудовании электростанции произошла в условиях отсутствия воздействия на оборудование Каргалинской ТЭЦ посторонних факторов, в том числе от отключения ВЛ 110 кВ «КТЭЦ-Гелий-2» 2-ая цепь с успешным АПВ.

Согласно вышеуказанному акту № 4, отказ в работе оборудования Каргалинской ТЭЦ произошел вследствие виткового замыкания обмотки (п. 5.18 акта) трансформатора дифференциальной защиты шин по причине естественного износа и старения (п. 5.19 акта) изоляции оборудования в условиях его длительной эксплуатации при несоблюдении сроков и невыполнении в требуемых объемах технического обслуживания и ремонта оборудования (п. 1.5 акта). Фактический срок службы данного трансформатора тока на момент аварии составил 44 года (п.п. 5.21, 5.22), при средней продолжительности срока службы трансформатора тока в соответствии с пунктом 6.11.2 ГОСТ 7746-2011 «Трансформаторы тока. Общие технические условия» - 25 лет.

Суд приходит к выводу, что в акте № 4 от 06.04.2017 расследования причин аварии, составленный комиссией ответчика и акте № 1 расследования инцидента от 14.04.2017, оформленный ООО «Газпром энерго» указана общая причина неисправностей на оборудовании Каргалинской ТЭЦ: физический износ изоляции обмотки трансформатора тока типа ТШЛ-20-1 с возникновением виткового замыкания.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что единственным событием, находящимся в причинно-следственной связи с рассматриваемой аварийной ситуацией, приведшей к возникновению убытков истца, является физический износ изоляции обмотки трансформатора тока типа ТШЛ-20-1 с возникновением виткового замыкания.

Перекрытие проводов птицей или другим посторонним предметом в пролете между опорой №1ВЛ 110 кВ «КТЭЦ- Гелий-2» 2-ая цепь и ЗРУ- 110 кВ Каргалинской ТЭЦ не находится в причинно-следственной связи с указанными последствиями, ввиду чего соответствующие доводы ответчика подлежат отклонению.

Принадлежность указанного оборудования (трансформатора тока типа ТШЛ-20-1) ответчику не оспаривается последним.

Довод ответчика о том, что в целях предотвращения расстройства сложного технологического процесса и значительного материального ущерба, ООО «Газпром энерго» обязан был обеспечить подачу электроэнергии истцу от другого (помимо Каргалинской ТЭЦ) независимого взаимно резервирующего источника питания, суд признает несостоятельным, так как он противоречит акту разграничения балансовой принадлежности от 19.06.2015 № 6-6-Б-ДО, из которого усматривается наличие второго источника питания - ПС «Каргалинская» 220/110/10 кВ.

Указанный в письменных пояснениях на иск довод ответчика о том, что несвоевременное техническое обслуживание и ремонт не являются безусловным фактом того, что оборудование Каргалинской ТЭЦ не могло работать в установленном для него режиме не может быть принят судом по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 38 закона «Об электроэнергетике» субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставки электрической энергии потребителям электрической энергии (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество. Ответчик как владелец электростанции, производящей электрическую энергию (Каргалинская ТЭЦ) является субъектом электроэнергетики и в силу п. 1. ст. 38 закона «Об электроэнергетике» обязан в пределах своей ответственности отвечать перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения электрической энергии.

Согласно п. 2 ст. 38 ФЗ «Об электроэнергетике» основой системы надежного обеспечения потребителей электрической энергией являются надежная схема энергоснабжения и выполнение всех требований правил технической эксплуатации электростанций и сетей. Правилами технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, денными Приказом Минэнерго РФ от 19.06.2003 № 229, предусмотрено, что субъекты энергетики, в том числе владельцы тепловых электростанций, обязаны проводить своевременные плановые ремонт и модернизацию оборудования, зданий, сооружений и коммуникаций энергоустановок (п. 1.6.1 Правил).

Как следует из п. 1.5. акта № 4 расследования аварии, оформленного самим ответчиком, организационной причиной аварии на Каргалинской ТЭЦ явилось несоблюдение сроков, невыполнение в требуемом объеме технического обслуживания и ремонта оборудования и устройств. Следовательно, ответчик нарушил вышеприведённые требования Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации и требования Закона «Об электроэнергетике» в части обеспечения надежности поставок электрической энергии.

Учитывая фактические обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства суд приходит к выводу, что неисправность оборудования Каргалинской ТЭЦ, повлекшая перебой в электроснабжении технологического оборудования истца является обычным последствием допущенного ответчиком нарушения обязательства по поддержанию своего оборудования ном и технически подготовленном состоянии.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» суд полагает, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками по настоящему делу необходимо учитывать, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести временное обслуживание и ремонт оборудования электростанции ответчика. Наличие причинной связи между бездействием ответчика по надлежащему обслуживанию своего оборудования и заявленными убытками предполагается.

Согласно расчету истца, размер причиненного ущерба составляет 123 064 руб. 87 коп.

Расчет судом проверен, признан арифметически правильным. Возражений по расчету ответчиком не представлено.

Согласно п. 7 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 наличие оснований и размер ответственности субъектов электроэнергетики перед потребителями за действия (бездействие), повлекшие за собой неблагоприятные последствия, определяются в соответствии с гражданским законодательством РФ и законодательством РФ об электроэнергетике. В результате аварии на Каргалинской ТЭЦ обесточилось технологическое оборудование ООО «Газпром добыча Оренбург» (компрессоры, насосы), что повлекло ущерб в размере 123 064 руб. 87 коп., включающий стоимость сожженного на факел природного газа и платы за негативное воздействие на окружающую среду.

Согласно п. 8.11 технологического регламента дожимной компрессорной станции при прекращении подачи электроэнергии происходит остановка компрессоров, аппаратов воздушного охлаждения, газа вентиляционных систем освещения. Для запуска отключённых газоперекачивающих агрегатов избыточное давление газа сбрасывается на факел (п. 2 таблицы № 14 Регламента, стр. 139). Истцом в силу указанных предписаний произведено сбрасывание газа, разгруженного из логического оборудования, на факел в объеме 53 тыс. куб.м. на сумму 122 565 руб. 68 коп. Вынужденное сжигание газа повлекло уплату сбора за загрязнение окружающей среды во исполнение требования Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» в размере 499 руб. 19 коп.

Произведенный расчет соответствует материалам дела.

Вышеизложенное опровергает довод ответчика о том, что истец не представил доказательств размера понесенных убытков, так как в Особом мнении к акту № 1 главным инженером ООО «Газпром добыча Оренбург» ФИО6 указано, что все обязательства по договорам с контрагентами выполнены. Исполнение надлежащим образом договорных обязательств и факт причинение ущерба не находятся в причинной связи и не опровергают отсутствие причиненного истцу ущерба аварией от 27.03.2017.

Доказательств относительно возможности уменьшения истцом возникших убытков, но непринятию этого разумных мер (ст. 404 Гражданского кодекса РФ), ответчиком не представлено.

Факт технологической и электрической связи между отключившимися устройствами по производству электрической энергии Каргалинской ТЭЦ и энергопринимающими устройствами ООО «Газпром добыча Оренбург» ответчиком не отрицается и подтверждается имеющимися в материалах дела Актами разграничения балансовой принадлежности электрических сетей.

Проанализировав представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что инцидент случился по причине аварии на Каргалинской ТЭС, являющейся источником повышенной опасности.

Согласно п. 1. ст. 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе использование электрической высокого напряжения), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной и, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, ость возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления либо на ином законном основании.

Конституционно-правовой смысл вышеупомянутой правовой нормы разъяснен в Постановлении Конституционного суда РФ от 10.03.2017 № 6-П, согласно которому, деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих, в том числе связанная с использованием источника повышенной опасности, обязывает осуществляющих ее лиц, как указал Конституционный Суд РФ в определении от 4 октября 2012 года № 1833-0, к особой осторожности и осмотрительности, поскольку многократно увеличивает риск причинения вреда третьим лицам, что вливает введение правил, возлагающих на владельцев источников повышенной опасности - по сравнению с лицами, деятельность которых с повышенной опасностью не связана, - повышенное бремя ответственности за наступление неблагоприятных последствий этой деятельности, в основе которой риск случайного причинения вреда». Ответчик является непосредственным причинителем ущерба (ст. 1064 Гражданского кодекса РФ), а также владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 Гражданского кодекса РФ).

Ответчик не представил доказательств о наличии обстоятельств непреодолимой силы, а также в подтверждение факта принятия им всех необходимых мер по предотвращению аварии или невозможности таких мер вследствие обстоятельств, которые он не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

В п.п. 1.5 и 3.1 акта № 4 от 06.04.2017, который был составлен ответчиком, указано на факты невыполнения технического обслуживания и ремонтов оборудования Каргалинской ТЭЦ в требуемых объемах, приведших к отказу оборудования и определены противоаварийные и превентивные мероприятия по замене вышедшего из строя встроенного геноборудования и составлению графика замен длительно эксплуатирующийся трансформаторов тока на оборудовании Каргалинской ТЭЦ.

Учитывая обстоятельства, установленные в актах расследования, в том числе длительности эксплуатации поврежденного оборудования - 44 года, другие доказательства представленные сторонами, суд приходит к выводу, что ущерб причинен истцу по вине ответчика в результате не соблюдения им основных требования Правил эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, утв. Приказом Минэнерго России от 19.06.2003 № 229.

С учетом изложенного, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Поскольку исковые требования судом удовлетворены в полном объеме, расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 4 691 руб. 95 коп. относятся на ответчика и подлежат взысканию в его пользу в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 171 и 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Оренбург» удовлетворить.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Т Плюс» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Оренбург» убытки в размере 123 064 руб. 87 коп., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4 691 руб. 95 коп.

Исполнительный лист выдать взыскателю в порядке статей 319, 320 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Челябинск) в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Судья В.В. Юдин