Гражданский кодекс часть 1

ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мельница приправ Нессе» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому району
г. Перми (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании частично недействительным решения от 08.12.2017 № 15/30- 19985

при участии:

от заявителя: ФИО2, по доверенности от 12.04.2018, предъявлен паспорт; ФИО3, по доверенности от 12.03.2018, предъявлен паспорт;

от заинтересованного лица: ФИО4, по доверенности от 11.04.2018, предъявлен паспорт; ФИО5, по доверенности от 20.06.2017, предъявлен паспорт; ФИО6, по доверенности от 27.12.2017 № 05- 20/28221, предъявлено удостоверение (в судебном заседании 23.04.2018); ФИО7, по доверенности от 27.12.2017, предъявлено удостоверение (в судебном заседании 24.04.2018);

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Мельница приправ Нессе» (далее - заявитель, Общество, налогоплательщик, ООО «Мельница приправ Нессе» ) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому району г. Перми (далее – Инспекция, налоговый орган, заинтересованное лицо) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 08.12.2017 № 15/30-19985 в части доначисления налога на добавленную стоимость, пени

и налоговых санкций по взаимоотношениям с ООО «Орбита», ООО «Призмакапитал», ООО «Риком», ООО «Сатиус».

В обоснование требований заявитель указывает на отсутствие оснований для доначисления ему НДС, соответствующих сумм пени и штрафа, поскольку сделки со спорными контрагентами ООО «Орбита», ООО «Призмакапитал», ООО «Риком», ООО «Сатиус» являются реальными, что налоговым органом не опровергнуто. Заявитель полагает, что требования, установленные главой 21 НК РФ, для принятия к вычету НДС им выполнены, взаимоотношения со спорными контрагентами документально подтверждены. При этом отмечает, что налоговым органом не доказано наличие в его действиях признаков недобросовестности, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, а также ссылается на проявление им должной осмотрительности.

В судебном заседании представители Общества поддержали доводы заявления и письменных пояснений, просят удовлетворить заявленные требования, ссылаясь на отсутствие оснований для доначисления Обществу налогов, пени и привлечения его к налоговой ответственности. Полагают, что право на применение вычета у налогоплательщика имелось, поскольку факт наличия товара, являющегося специфичным, Инспекцией не оспаривается, при этом несоответствие данных о ГТД в ряде счетов-фактур об отсутствии права на применение вычета не свидетельствует.

Налоговый орган с требованиями не согласен по мотивам, изложенным в письменном отзыве, решение в оспариваемой части считает законным, оснований для его отмены не усматривает, ссылаясь на создание заявителем по взаимоотношениям со спорными контрагентами формального документооборота с целью получения налоговой выгоды без осуществления реальных хозяйственных операций, поставку товара без привлечения спорных контрагентов, непроявление должной степени осмотрительности.

Представители Инспекции, участвующие в судебном заседании, поддержали доводы отзыва и письменных пояснений, просят отказать в удовлетворении заявленных требований.

Протокольным определением от 23.04.2018 судом отказано в удовлетворении заявленного представителями Общества ходатайства о вызове в связи с отсутствием соответствующих оснований.

В судебном заседании 23.04.2018 судом объявлен перерыв до 24.04.2018. После окончания перерыва судебное заседание продолжено при участии представителей Общества и Инспекции, которые поддержали доводы заявления и отзыва на него, соответственно.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив в порядке статей 71, 162 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка Общества, оформленная актом проверки от 18.08.2017 № 11-03/05374, в ходе которой сделаны выводы, в том числе о

неправомерном применении заявителем налоговых вычетов по за 1-й, 2-й кварталы 2014 года, 1-й, 2-й кварталы 2015 года по документам ООО «Орбита», ООО «Риком», ООО «Сатиус», ООО «Призмакапитал», содержащим недостоверные сведения относительно субъектов, совершивших хозяйственные операции, связанные с поставкой товаров (пищевые добавки), при наличии признаков получения необоснованной налоговой выгоды и непроявлении должной степени осмотрительности при выборе контрагентов.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки налоговым органом вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 08.12.2017 № 15/30-19985, которым налогоплательщику по выявленным в ходе проверки нарушениям доначислены, в том числе НДС в сумме 8 359 928 руб., соответствующие суммы пени и штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом смягчающих ответственность обстоятельств размер штрафов снижен в 4 раза).

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением, в том числе в указанной части, заявитель обжаловал его в вышестоящий налоговый орган - Управление Федеральной налоговой службы по Пермскому краю.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 13.02.2018 № 18-18/15 жалоба Общества на ненормативный акт Инспекции в вышеуказанной части оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение налогового органа от 08.12.2017 № 15/30-19985 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в вышеуказанной части является незаконным, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании.

Суд с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, исследованных согласно требованиям, предусмотренным статьями 9, 65, 71, 162 АПК РФ приходит к следующему.

В силу статьи 57 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 3, подпункту 1 пункта 1 статьи 23 и статье 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

Согласно положениями ст. 87 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налоговые органы проводят следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов и налоговых агентов: камеральные налоговые проверки и выездные налоговые проверки, целью которых является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг)

на территории Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 173 НК РФ сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных ст. 171 НК РФ (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных п. 3 ст. 172 НК РФ), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со ст. 166 НК РФ и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

В соответствии с п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п. 3, 6-8 ст. 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено указанной статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Основанием для применения налоговых вычетов в силу ст. 169 НК РФ являются счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) и оформленные в установленном порядке.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 15.02.2005 N 93-О, буквальный смысл абз. 2 п. 1 ст. 172 НК РФ позволяет сделать однозначный вывод о том, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Каждый первичный учетный документ должен содержать реквизиты, установленные ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

По правилам ст. 313 Кодекса для целей налогообложения принимаются те же первичные учетные документы, которые используются для целей бухгалтерского учета.

Пунктом 5 ст. 169 НК РФ определен перечень сведений, которые должны быть указаны в счете-фактуре, в том числе цена (тариф) за единицу товара, стоимость товара за все количество отгруженных по счету-фактуре товаров, сумма налога, предъявленная покупателю товаров исходя из примененных налоговых ставок.

В силу п. 6 ст. 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

В соответствии с п. 2 ст. 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5, 6 ст. 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Из изложенных правовых норм следует, что для налогоплательщиков налога на добавленную стоимость право на применение налогового вычета по налогу возникает при соблюдении следующих условий: товары, работы и услуги должны быть приобретены для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации и поставлены на учет; у налогоплательщика имеются счета-фактуры, соответствующие требованиям статьи 169 Налогового кодекса, и первичные документы с выделенной в них отдельной строкой суммой налога на добавленную стоимость, оформленные в соответствии со статьей 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете».

Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что

избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственных операций.

Согласно пунктам 3 и 4 Постановления N 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), а также, если налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Из постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09 следует, что, делая вывод об обоснованности заявленных вычетов по НДС, необходимо исходить не только из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но и устанавливать

реальность финансово-хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента. Иными словами, при проверке обоснованности заявленных налоговых вычетов необходимо учитывать как достоверность, полноту и непротиворечивость сведений, содержащихся в первичных документах, представленных налогоплательщиком, так и реальность совершения хозяйственных операций.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09 разъяснено, что при недоказанности факта отсутствия реальности исполнения по сделке в применении налогового вычета по НДС может быть отказано при условии, если налоговым органом будет доказано, что общество действовало без должной осмотрительности и исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки оно знало или должно было знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что в качестве контрагента по договору было указано лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности в связи со сделками, оформляемыми от ее имени.

При этом налогоплательщик в опровержение указанных утверждений вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что, по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но также деловая репутация и платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Налогоплательщик также вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из условий заключения и исполнения договора, он не мог знать о том, что соответствующая сделка заключается от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей в связи со сделками, оформляемыми от его имени.

Таким образом, применительно к НДС налоговая выгода может быть признана необоснованной либо при доказанности отсутствия реальности спорной хозяйственной операцией, либо неосмотрительности налогоплательщика в выборе проблемного контрагента, указывающего в подтверждающих документах недостоверные сведения и не осуществляющего реальной предпринимательской деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 05.03.2009 N 468-О-О указал на то, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в документах, на основании которых он претендует

на получение налоговых вычетов, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к вычету соответствующих сумм налога.

Согласно пункту 2 постановления Пленума № 53 в соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям ст. 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений ст. 71 АПК РФ.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в проверяемом периоде ООО «Мельница приправ Нессе» осуществляло деятельность по оптовой поставке пищевых ингредиентов для мясоперерабатывающей промышленности. В целях осуществления указанной деятельности согласно представленным при проведении проверки документам общество приобретало товары у следующих поставщиков: ООО «Орбита» - пищевые добавки (договор поставки от 24.03.2014 № 057); ООО «Призмакапитал»«Кат Гель» (счета-фактуры от 20.04.2015 № 15, от 01.06.2015 № 35, от 05.06.2015 № 38, от 12.06.2015 № 41); ООО «Риком» - «Кат Гель» (договор поставки от 18.03.2014 № 036); ООО «Сатиус» - «Кат Гель» (договор поставки от 27.02.2014 № 14).

Налог в общем размере 8 359 928 руб., предъявленный по счетам- фактурам указанных контрагентов, отнесен заявителем на налоговые вычеты за 1-й, 2-й кварталы 2014 года, 1-й, 2-й кварталы 2015 года.

Основанием для непринятия спорных вычетов послужили выводы инспекции о том, что представленные ООО «Мельница приправ Нессе» документы не отвечают требованиям достоверности относительно субъектов (ООО «Орбита», ООО «Риком», ООО «Сатиус», ООО «Призмакапитал»), совершивших хозяйственные операции по реализации в адрес общества товаров.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд считает указанные выводы Инспекции обоснованными, при этом исходит из следующего.

Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях

налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены соответствующие доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагентов и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Данный вывод следует также из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Законодательство о налогах и сборах не возлагает на налогоплательщика осуществление контрольных функций по уплате НДС за его контрагентами и субконтрагентами, поскольку эти действия относятся к деятельности

налогового органа (аналогичные выводы изложены в определениях Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, от 6 февраля 2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40-120736/2015).

Материалами дела подтверждено и налоговым органом не опровергнуто, что в обоснование права на налоговый вычет по НДС и расходов по налогу на прибыль заявитель представил документы, оформленные от имени спорных контрагентов.

Между тем данное обстоятельство с учетом фактических обстоятельств настоящего дела, установленных в ходе проверки, само по себе не свидетельствует о наличии у заявителя права на применение налогового вычета, поскольку фактически сделки между заявителем и спорными контрагентами не исполнялись, товары получены заявителем не от спорных контрагентов, а от иных лиц.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в Постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Постановлении Президиума от 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305-

КГ16-4155).

При проведении мероприятий налогового контроля налоговым органом установлено, представленными в материалы дела доказательствами подтверждено и заявителем документально не опровергнуто, что спорные контрагенты объективно не могли осуществить поставку товара в силу отсутствия у них условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Все спорные контрагенты обладают признаками «фирм-однодневок»; не имеют управленческого, технического персонала, основных средств, транспортных средств, производственных активов; отсутствуют расходы, необходимые для ведения финансово-хозяйственной деятельности (в том числе выплата заработной платы, платежи за аренду недвижимости, техники, оборудования, коммунальные услуги, приобретение товарно-материальных ценностей.

Учредители и руководители ООО «Орбита» ФИО8 (с 26.02.2014 по 14.02.2017), ФИО9 (с 26.02.2014 по 02.02.2017), ООО «Призмакапитал» ФИО10 (с 09.04.2015), ООО «Риком» ФИО11 (с 05.12.2013 по 10.09.2015), ФИО12 (с 05.05.2014 по 16.09.2014), ООО «Сатиус» ФИО11 (с 05.12.2013 по 04.05.2014), ФИО13 (с 05.05.2014) являются «массовыми» (страницы 42, 88, 117, 120, 155 решения от 08.12.2017 № 15-30/19985); руководитель ООО «Орбита» ФИО9, является «номинальным», руководство деятельностью организаций не осуществлял, документы от имени контрагента не подписывал, регистрировал организацию за денежное вознаграждение, неофициально работал помощником юриста - ФИО14, на которого в регистрационном деле ООО «Орбита» имеется доверенность на представление интересов в налоговом органе по вопросам, связанным с регистрацией ООО «Орбита» (протокол допроса от 06.06.2015 № 1212); руководители ООО «Призмакапитал» ФИО10 (с 09.04.2015), ООО «Риком» ФИО11 (с 05.12.2013 по 04.05.2014), ФИО12 (с 05.05.2014 по 16.09.2014), ООО «Сатиус» ФИО11 (с 05.12.2013 по 04.05.2014), ФИО13 (с 05.05.2014) на допросы в качестве свидетелей в порядке статьи 90 НК РФ не явились. Подписи руководителя ООО «Орбита» ФИО9 в представленных в ходе выездной налоговой проверки документах (договор, счета-фактуры, товарные накладные), составленных в подтверждение хозяйственных операций, имеют визуальные различия с образцами подписей этого лица в документах, имеющихся у налогового органа (страницы 29 решения от 08.12.2017 № 15-30/19985).

При этом анализ налоговых деклараций, представленных ООО «Орбита» (по НДС за 1-й, 2-й кварталы 2014 года и налогу на прибыль за 1-е полугодие 2014 года), ООО «Призмакапитал» (по НДС за 2-й, 3-й кварталы 2015 года и налогу на прибыль за 1-е полугодие, 9 месяцев 2014 года), ООО «Риком» (по НДС за 4-й квартал года, 3-й, 4-й кварталы 2014 года, 1-й, 2-й, 3- й кварталы 2015 года и налогу на прибыль за 2014 год, 9 месяцев 2015 года),

ООО «Сатиус» (по НДС за 4-й квартал года, 1-й - 4-й кварталы 2015 года и налогу на прибыль за 2014, 2015 годы) показал, что при значительных оборотах по расчетным счетам контрагентами исчислены минимальные суммы к уплате налогов в бюджет, доля налоговых вычетов приближена к 100 процентам; в налоговых декларациях по налогу на прибыль сумма расходов, уменьшающая сумму доходов от реализации, приближена к сумме соответствующих доходов; ООО «Риком» (1-й, 2-й кварталы 2014 года) и ООО «Сатиус» (2-й, 3-й кварталы 2014 года) представлялись единые упрощенные декларации, согласно которым объекты налогообложения НДС и налогом на прибыль, в указанные периоды отсутствовали.

Кроме того, суд учитывает, что анализ банковских выписок по расчетным счетам контрагентов показал транзитный характер движения денежных потоков; у организаций ООО «Риком» и ООО «Сатиус» на момент совершения сделки отсутствовали расчетные счета; денежные средства, поступившие в адрес ООО «Риком», ООО «Сатиус» от ООО «Мельница приправ Нессе», после открытия расчетных счетов (17.06.2014, 22.09.2014) перечислялись на расчетный счет ООО «Монолит» (правопреемник ООО «Смилла»), не подтвердившее взаимоотношения с ООО «Риком» и ООО «Сатиус» (страницы 47, 91, 123, 159 решения от 08.12.2017 № 15-30/19985); обществом произведена неполная оплата за товар поставленный ООО «Призмакапитал», счета-фактуры в книге продаж за 2-й квартал 2014 года не отражены.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что спорные контрагенты не располагают необходимыми условиями для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, документы контрагентов содержат недостоверные сведения о хозяйственных операциях, движение денежных средств по расчетным счетам носит транзитный характер, что свидетельствует об отсутствии реальной финансово- хозяйственной деятельности контрагентов.

С учетом изложенного суд отклоняет, как необоснованные доводы заявителя о том, что часть контрагентов подтвердила факт наличия взаимоотношений с обществом. При этом суд считает возможным отметить противоречивость информации, представляемой номинальными контрагентами (например, в отношении ООО «Сатиус», представившего документы, но в дальнейшем предоставившего информацию об отсутствии взаимоотношений с налогоплательщиком)

Вышеизложенные обстоятельства, характеризующие контрагентов, как номинальных сами по себе об отсутствии у заявителя права на предоставление вычета по НДС действительно не свидетельствуют, между тем, в ходе проверки Инспекцией достоверно установлено то обстоятельство, что фактически товары поставлены силами иных лиц, которые не имели отношения к спорным контрагентам.

В подтверждение указанного вывода налоговым органом представлены в материалы дела следующие доказательства.

В ходе проверки налоговым органом установлено, что у налогоплательщика имелась информация об изготовителе приобретаемого им специфичного товара, велись переговоры о возможности прямых поставок (что фактически имело место, начиная с 1-го квартала 2015 года, когда ООО «Мельница приправ Нессе» имело возможность закупать продукцию (Кат Гель) непосредственно у производителей 2015 года).

Более того, установлены реальные поставщики аналогичной продукции (пищевые добавки) - ООО «Фрутаром», ООО «Нессе Петербург» (подробно описано на странице 48 решения от 08.12.2017 № 15-30/19985).

Кроме того, налоговым органом установлено и налогоплательщиком по существу не оспорено, что период ввоза товара на территорию Российской Федерации (с 16.05.2014 по 19.02.2015), отраженный в товарных накладных, оформленных от имени спорных контрагентов, безусловно свидетельствует о недостоверности документов и подтверждает отсутствие возможности поставки товара ООО «Риком» и ООО «Сатиус» в адрес ООО «Мельница приправ Нессе» в 1-м и 2-м кварталах 2014 года, поскольку товар, отгруженный по документам, оформленным в 1 и 2 квартале 2014 года, на территорию Российской Федерации ввезен в 3 и 4 квартале 2014 года, то есть позднее даты оформления документов (подробно описано на странице 257 решения от 08.12.2017 № 15-30/19985).

Доводы заявителя о том, что данное обстоятельство не имеет значения при рассмотрении вопроса о наличии у него права на применение вычета суд отклоняет, как необоснованные, а представленные заявителем налоговому органу в ходе разбирательства дела в суде три счета-фактуры ( № 16 от 30.04.2014, № 10 от 28.03.2014, № 9 от 27.03.2014), оформленные от имени ООО «Сатиус», в которых дата выставления счета-фактуры зачеркнута и указана иная дата (02.09.2014) с указанием «исправленному верить» и изображением подписи лица, являющегося руководителем спорного контрагента, суд оценивает критически, поскольку само по себе наличие исправленных таким образом документов не свидетельствует о наличии внесения исправлений в бухгалтерский учет. Более того, отсутствуют товарные накладные к соответствующим счетам-фактурам. Кроме того, суд отмечает, что представители заявителя не пояснили причины, по которым соответствующие исправленные счета-фактуры не были представлены инспекции ни в ходе представления возражений на акт, ни в ходе досудебного обжалования оспариваемого решения, ни при непосредственном обращении в суд.

Выводы о том, что спорный товар поставлялся иными лицами подтвержден, в том числе полученными налоговым органом в ходе проверки свидетельскими показаниями.

Менеджеры-логисты ООО «Мельница приправ Нессе» ФИО15 (с 07.2013 по 12.03.2015), ФИО16 (с 06.2015 по 04.2017) сообщили, что основными поставщиками продукции являлись ООО «Фрутарум» и ООО «Гюверц Мюлле Нессе»; ФИО15 ООО «Орбита», ООО «Риком» и

ООО «Сатиус» не знакомы; Злотарева С. Ю. пояснила, что организации ООО «Риком», ООО «Сатиус» созданы для формального документооборота, поставки спорной продукции осуществлялись напрямую от ООО «Фрутарум» и ООО «Гюверц Мюлле Нессе»; после поступления товара на склад Ярославцева Н.С. (руководитель ООО «Мельница приправ Нессе») собирала совещание, на котором обсуждалось, от каких организаций (ООО «Риком», ООО «Сатиус», ООО «Призмакапитал»), какое количество товара и номенклатура поступит по документам в адрес ООО «Мельница приправ Нессе», поставки продукции «Кат Гель» маскировались под другой товар (протоколы допросов от 10.05.2017 № 15-30/4016, от 15.05.2017 № 15- 30/3894, 08.11.2017 № 15-30/4609).

Доводы налогоплательщика о невозможности принятия вышеуказанных протоколов допросов в качестве надлежащих доказательств, суд отклоняет, как необоснованные .при этом отмечает ,что представленные в материалы дела доказательства оцениваются судом в совокупности и взаимосвязи, а не каждое доказательство в отдельности.

Более того, в ходе выездной налоговой проверки также установлены факты списания «Кат Геля 95» без реализации, замены номенклатур поставляемой продукции, поставки «Кат Геля 95» под видом других наименований товара («Палитра-Стар 50», «Глюкоплекс Фос 2», «Хам-Стар 5») ( подробно описано на страницах 259-265 оспариваемого решения).

При этом суд отмечает, что заявитель фактически признает наличие у него учета продукции, которая фактически отсутствовала (соответствующий объем продукции является «виртуальным», как пояснили в судебном заседании представители заявителя), но ссылается на то, что данные обстоятельства не повлияли на его налоговые обязательства.

Указанные доводы Общества суд также считает необоснованными, при этом учитывает следующее.

В отношении поступившего и реализованного товара «Кат Гель 95» ООО «Мельница Приправ Нессе» налоговым органом проведен анализ документов, представленных налогоплательщиком и его контрагентами, составлен товарный баланс, что отражено на стр.255-264 решения. В связи с чем, налоговый орган пришел к выводу, что спорные контрагенты не поставляли товар «Кат Гель 95» ООО «Мельница Приправ Нессе».

Заключение специалиста, представленное налогоплательщиком в опровержение указанных выводов, суд оценивает критическеи, при этом учитывает, что к заключению не приложены документы, на основании которых составлено соответствующее заключение. Более того, представители заявителя пояснили, что документы, представленные для составления заключения не аналогичны по содержанию исследуемым при проведении проверки документам, поскольку сотрудниками заявителя производилось «восстановление» бухгалтерского учета.

Кроме того, суд учитывает, что налогоплательщик в обоснование экономической обоснованности приобретения товара. (Кат-Гель 95) в 1-2

кварталах 2014 года у ООО «Сатиус» и ООО «Риком» указал на необходимость срочной реализации по выигранному тендеру, при этом тендер общество выиграло только в августе2014 года .

В соответствии с представленными документами, ООО «Сатиус» и ООО «Риком» поставляли «Кат-Гель 95» в 1-2 кварталах 2014 года, при этом по состоянию на 30.04.2014 года налогоплательщиком принята к учёту продукция «Кат-Гель 95» от ООО «Сатиус» и ООО «Риком» в количестве 41 134,57 кг, кроме того от ООО «Терра» 492,180 кг, что противоречит разумным экономическим целям хозяйствующего субъекта, так как тендер на поставку данного продукта проходил только в июле 2014 года и необходимость приобретения данного товара в 1-2 кварталах 2014 года у ООО «Мельница Приправ Нессе» отсутствовала.

Иного из материалов дела не следует, налогоплательщиком не доказано. Более того, налогоплательщик фактически данные обстоятельства признает, указывая, что поставка товара имела место после августа 2014 года.

Согласно бухгалтерской карточке 41 «Товары» за 2013 год (приложение № 1/41 к решению) и оборотно-сальдовой ведомости по номенклатуре «Кат Гель 95» за 2013 год (приложение № 2.1.1.9 к акту проверки) реализация «Кат-Гель 95» в 2013 году отсутствовала. По состоянию на 01.01.2014 количество нереализованной продукции «Кат-Гель 95» составило 526 кг.

Согласно бухгалтерской карточке 41 «Товары» за 2014 год по номенклатуре «Кат Гель 95» и бухгалтерской карточке 90 «Продажи» за 2014 год, первая реализация товара «Кат Гель 95» состоялась 19.06.2014 в адрес ООО «Сибирская Продовольственная Компания» в количестве 200 кг. Основная же реализация началась в августе, после победы в тендере на поставку «Кат Гель 95». Основным покупателем «Кат Гель 95» в 2014 и 2015 годах являлось ООО «Сибирская Продовольственная Компания».

Таким образом, «Кат-Гель 95», реализованный ООО «Мельница Приправ Нессе» в адрес покупателей, завезен на территорию РФ в период с 16.05.2014 по 19.02.2015 годы.

На основании вышеизложенного суд считает обоснованными указания Инспекции на то, что ООО «Риком» и ООО «Сатиус» не могли поставить «Кат-Гель 95» в 1 и 2 кварталах 2014 года, так как товар был завезен на территорию РФ позднее, следовательно, реестры по товарному балансу (реализации) ООО «Риком» и ООО «Сатиус» недостоверны и не могут быть приняты во внимание.

При анализе товарных накладных по реализации «Кат-Гель 95» установлено, что в каждой товарной накладной, выставленной в адрес покупателей, указаны номера ГТД, в соответствии с которыми был ввезен товар «Кат-Гель 95», «Кат-Гель 95 II» на территорию РФ. При этом данные анализа также подтверждают, что фактически продукция на территорию РФ завезена в более поздний период.

Кроме того, суд учитывает ,что в ходе выездной налоговой проверки по

запросу налогового органа ООО «Мельница Приправ Нессе» не представлены ГТД, на основании которых был ввезен на территорию РФ Кат-Гель 95. Налогоплательщик указал, что «Поставка товара до 2015 г., как правило, была организована следующим образом: на территорию РФ товар завозился «брокером» (декларантом), затем товар передавался оптовому поставщику, например, ООО «Орбита» или иной организации, которая и осуществляла поставки на внутреннем рынке, в т.ч., организуя транспортировку товара заказчику (дистрибьютору). ООО «Орбита» на такой сделке, в сущности, получает оптовый и/или посреднический доход, поскольку стоимость самого товара в валютном эквиваленте перечисляется зарубежному производителю. При этом, как копии, так и оригиналы таможенной декларации заказчику (в данном случае - ООО «Мельница приправ Нессе») не передаются, т.к. посредник в этом случае рискует выпасть из бизнес цепочки.»

При этом, из показаний свидетеля ФИО18 (бухгалтера ООО «Мельница Приправ Нессе»), установлено, что «номера ГТД в счетах- фактурах указывают логисты, это обязательно, так как из номера ГТД можно отследить срок годности товара. При поступлении товаров от поставщиков в адрес ООО «Мельница приправ Нессе». Логисты на основании сопроводительных документов (счет-фактура, товарная накладная, товарно- транспортная накладная, сертификаты соответствия, копия ГТД) вносят в базу 1С номера ГТД (номер ГТД привязан к партии товара)».

Таким образом, свидетель, имеющий непосредственное отношение к оформлению сопроводительных документов, подтвердила, что при поставках товаров имелись копии ГТД, следовательно, налогоплательщику был известен импортер продукции, с которым можно было работать без участия номинальных посредников.

В ходе анализа представленных налогоплательщиком документов (реализация «Кат-Гель» в 2015 году), установлено, что в 2015 году общество реализовывало в адрес ООО«Сибирская Продовольственная Компания» продукцию «Кат-Гель 95 II 481907440» по товарным накладным, в большинстве которых указан номер ГТД, декларантом по которой являлось общество.

Кроме того, анализ документов показал, что поставка и реализация различных типов товара отражаются в бухгалтерском учете не в соответствии с реальными операциями, отраженными в первичных учетных докуентах.

Также в ходе анализа бухгалтерской карточки 41 «Товары» по номенклатуре «Кат-Гель 95 11839» за 2015 год установлено списание товара без отражения реализации (отсутствует операция по реализации в бухгалтерской карточке 90 .«Продажи» за 2015 год, отсутствуют соответствующие счета-фактуры и товарные накладные на отгрузку в адрес покупателей).

В ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля

проведен допрос бывшего главного бухгалтера ООО «Мельница Приправ Нессе» Павловой Л.Н., которая на вопрос «Свидетелю представлена бухгалтерская карточка 41 за 2015 год «Кат Гель 95». В карточке 41 имеются позиции с бухгалтерской проводкой Д 90.02.1 К 41.01. от 28.02.2015 года в количестве 6 600 кг на сумму 2 408 776,27 руб., но в бухгалтерской карточке 90.01. выручка по списанию данного товара не отражена, как Вы можете это пояснить?», указала, что в представленной карточке 41 не указанно, что это реализация, по представленной бухгалтерской проводке не смогла пояснить суть данной операции.

Исходя из вышеизложенного, в 2015 году обществом списана без реализации продукция «Кат-Гель 95 11839» в количестве 31 233,18 кг.

Вышеизложенные обстоятельства в своей совокупности позволили инспекции сделать вывод о том, что документы, представленные налогоплательщиком в подтверждение налоговых вычетов по сделкам с ООО «Орбита», ООО «Риком», ООО «Сатиус», ООО «Призмакапитал» не соответствуют требованиям законодательства Российской Федерации о налогах и сборах, содержат недостоверные, противоречивые сведения о субъектах, совершивших хозяйственные операции. Участие заявленных контрагентов в спорных хозяйственных операциях носило искусственный характер и сводилось лишь к оформлению комплекта документов с исключительной целью получения ООО «Мельница приправ Нессе» необоснованной налоговой выгоды.

При этом в налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать ситуации формального наличия права на получение налоговых выгод (в том- числе через применение вычетов по НДС).

Из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-0 и от 04.11.2004 № 324-0 следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Представление формально соответствующих требованиям законодательства пакетов документов, на которое ссылается заявитель, не влечет автоматического предоставления права на применение вычетов.

Общество как налогоплательщик не вправе претендовать на получение налоговой выгоды по операциям с контрагентами, если последние их не осуществляли, что корреспондирует с правовой позицией Президиума

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 02.10.2007 № 3355/07, от 11.11.2008 № 9299/08.

В рамках настоящего дела налоговым органом представлены достаточные доказательства того, что спорные контрагенты не участвовали в реализации товаров в адрес заявителя, товары поставлены иными лицами.

То обстоятельство, что налоговый орган не установил цепочку контрагентов, фактически поставивших продукцию налогоплательщику (с учетом того, что декларант продукции – ООО «лекс Трейд» в ходе встречной проверки документы не представило), выводы проверки не опровергает.

Доводы заявителя о недоказанности Инспекцией отсутствия фактов реальности сделок, судом отклоняется в силу следующего.

Документальное обоснование права на вычет сумм налога на добавленную стоимость, уплаченных контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), лежит на налогоплательщике. При этом исключена возможность использования в целях определения суммы налоговых вычетов расчетного метода (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 8686/07, от 09.11.2010 № 6961/10, от 09.03.2011 № 14473/10, определение ВАС РФ от 26.04.2012 № ВАС-2341/12).

В пункте 10 Постановления № 53 указано, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении № 53 (Постановление Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09).

При этом необходимо иметь в виду, что по условиям делового оборота хозяйствующий субъект при выборе контрагента оценивает не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта. Налогоплательщик вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что, исходя из условий заключения и исполнения договора, оно не могло знать о заключении сделки от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей по сделкам, оформляемым от ее имени (Постановление Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09).

Доводы заявителя о проявлении им должной осмотрительности при выборе в качестве контрагентов путем проверки регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц, получения учредительных и регистрационных документов, суд отклоняет, как необоснованные, поскольку то обстоятельство, что контрагенты были зарегистрированы в установленном порядке и являлись действующими организациями, не может служить основанием для признания налоговой выгоды обоснованной с учетом совокупности установленных Инспекцией в ходе проверки обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий на получение необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, суд учитывает указания налогового органа на то, что спорные контрагенты были введены в цепочку осуществления деятельности намеренно, в связи с чем доводы о проявлении должной степени осмотрительности значения в рассматриваемом случае не имеют.

Также суд учитывает, что вопреки доводам сделки со спорными контрагентами являлись значимыми для заявителя, доля вычетов в отношении них в проверяемом периоде являлась значительной (достигала 66%).

Как разъяснено в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09, доказательством должной осмотрительности служит не только представление стандартного перечня документов, но и обоснование мотивов выбора контрагента и пояснение обстоятельств заключения и исполнения договора с контрагентом, при чем последние обстоятельства должны в равной степени устанавливаться в целях установления факта реальности хозяйственной операции.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 25.05.2010 № 15658/09, налогоплательщик вправе приводить доводы в обосновании выбора контрагента, имея ввиду, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и представление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала), соответствующего опыта.

Налогоплательщиком не представлено доказательств того, какие сведения на дату совершения спорных сделок он имел о деловой репутации спорных контрагентов, специфике осуществляемой ими деятельности, их платежеспособности, наличии у контрагентов необходимых ресурсов (имущества, транспортных средств, оборудования, персонала) и соответствующего опыта, свидетельствовавших о том, что заявитель проявил осмотрительность при выборе в качестве контрагентов организаций, учитывая специфичность поставляемого товара, отсутствие у контрагентов

расчетных счетов и, соответственно расчетов, с частью контрагентов, а также учитывая, что с 2015 года заявитель самостоятельно ввозил продукцию от зарубежного производителя.

Представленные заявителем документы, касающиеся наличия у него рекомендаций суд оценивает критически с учетом совокупности всех доказательств, имеющихся в материалах дела, в том числе с учетом доказательств, представленных налогоплательщиком, касающихся специфичности поставляемого товара.

Согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск, следовательно, при вступлении в гражданские отношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность, так как последствия выбора недобросовестного контрагента ложатся на этих субъектов.

Принимая во внимание, что заявитель был свободен в выборе контрагентов и должен был проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволит ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагентов, в том числе в сфере налоговых правоотношений, с учетом значимости сделок, негативные последствия выбора неблагонадежных контрагентов, документы, оформляющие сделку с которыми не отвечают критериям достоверности, не могут быть переложены на бюджет при реализации права на налоговые вычеты.

Общество, являясь профессиональным субъектом в осуществляемой сфере деятельности, и располагая актуальной информацией о специфике выполняемых работ, являющихся значимыми для осуществления основного вида экономической деятельности , обеспечении надлежащего исполнения обязательств по заключенном договорам, представило в обосновании вычетов и расходов документы со спорными контрагентами, проявление осмотрительности в выборе которых и исполнение сделок с которыми не подтверждены, а цель введения этих субъектов в хозяйственные отношения (имитация исполнения сделок, выведение денежных средств из легального оборота) не соответствует требованиям действующего законодательства.

Как указано выше, из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-0 и от 04.11.2004 № 324-0 следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением услуг, но и реальностью исполнения договора именно данным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Представленные Инспекцией доказательства и установленные факты опровергают доводы налогоплательщика о реальности осуществления

хозяйственных операций со спорными контрагентами, введенными в финансово-хозяйственный оборот с целью имитации исполнения сделок для необоснованного увеличения налоговых вычетов по НДС.

Формирование и представление пакета документов по сделкам с указанными контрагентами вопреки доводам заявителя сами по себе не подтверждают оказание услуг заявленными субъектами, при наличии доказательств, опровергающих исполнение контрагентом налогоплательщика договорных обязательств, доказанности факта исполнения обязательств иными лицами.

Таким образом, совокупность представленных Инспекцией доказательств подтверждает законность и обоснованность отказа заявителю оспариваемым решением в применении налоговых вычетов, доначисления спорной суммы НДС, пени и налоговых санкций.

Иные доводы налогоплательщика (в том числе касающиеся необходимости определения налоговых обязательств расчетным путем, необходимости учитывать факт подтверждения хозяйственных отношений рядом контрагентом и указание некоторыми из них в отчетности реализации в адрес общества, а также касающиеся легального ввоза товара на территорию РФ и иные) оценены судом и во внимание не приняты, так как они направлены на опровержение каждого из доказательств, представленных налоговым органом, однако при рассмотрении судом дела подлежит оценке именно совокупность представленных сторонами доказательств.

Инспекцией установлена вина заявителя в совершении налогового правонарушения, в связи с чем заявитель правомерно привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа.

При этом в соответствии с п.п. 4 пункта 7 статьи 101.4 НК РФ в ходе рассмотрения акта и других материалов руководитель (заместитель руководителя) налогового органа выявляет, в частности, обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения.

Согласно пункту 4 статьи 112 НК РФ обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, устанавливаются судом или налоговым органом, рассматривающим дело, и учитываются при применении налоговых санкций.

В пункте 1 статьи 112 НК РФ поименован перечень обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 112 НК РФ установлено, что суд или налоговый орган, рассматривающий дело о налоговом правонарушении, может по своему усмотрению признать в качестве смягчающего ответственность обстоятельства любое иное обстоятельство.

При рассмотрении вопроса о наличии обстоятельств как смягчающих, так и отягчающих ответственность налогоплательщика, необходимо руководствоваться принципом соразмерности, выражающим требования справедливости и предполагающим дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного

ущерба, степени вины правонарушителя и иных существующих обстоятельств, обуславливающих индивидуализацию при применении взыскания (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 № 11-П).

При этом, согласно пункту 3 статьи 114 НК РФ при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей НК РФ.

Таким образом, в качестве смягчающих ответственность могут быть признаны те или иные обстоятельства, объективно свидетельствующие о наличии оснований для применения санкций в меньшем размере. Право оценки представленных налогоплательщиком доказательств и признания конкретного обстоятельства смягчающим ответственность принадлежит как инспекции, так и вышестоящему налоговому органу.

Из материалов дела следует, что принимая оспариваемое решение, Инспекция определила наличие смягчающих ответственность обстоятельств и снизила сумму штрафов в 4 раза.

По мнению суда, в рассматриваемом случае указанное снижение штрафа с учетом смягчающих обстоятельств является достаточной мерой соблюдения прав налогоплательщика. Дальнейшее снижение штрафа может привести к нарушению требований справедливости наказания, вследствие чего юридическая ответственность утрачивает присущие ей функции пресечения и предупреждения правонарушений.

Существенных процессуальных нарушений при вынесении оспариваемого решения налоговым органом не допущено, процессуальные права налогоплательщика налоговым органом соблюдены, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены оспариваемого решения в связи с несоблюдением Инспекцией существенных условий процедуры рассмотрения материалов проверки либо иных нарушений (пункт 14 статьи 101 НК РФ) не имеется.

Все иные доводы заявителя оценены судом и подлежат отклонению, как не имеющие самостоятельного правового значения для рассмотрения настоящего спора.

С учетом изложенных обстоятельств, у суда отсутствуют основания для признания решения Инспекции недействительным в оспариваемой части по правилам, предусмотренным ч.2 ст. 201 АПК РФ.

В удовлетворении заявленных требований следует отказать в полном объеме.

Так как в удовлетворении требований Общества отказано, расходы по оплате госпошлины в сумме 3000 рублей согласно ч.1 ст. 110 АПК РФ относятся на заявителя.

Кроме того, в соответствии со ст. 97 АПК РФ подлежат отмене обеспечительные меры ,принятые определением суда от 21.03.2018.

Руководствуясь статьями 97, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных обществом с ограниченной ответственностью «Мельница приправ Нессе» требований о признании недействительным вынесенного Инспекцией Федеральной налоговой службы по Свердловскому району г. Перми решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 08.12.2017 № 15/30-19985 в части доначисления налога на добавленную стоимость, соответствующих сумм пени и налоговых санкций по взаимоотношениям с ООО «Орбита», ООО «Призмакапитал», ООО «Риком», ООО «Сатиус» отказать.

Отменить принятые определением от 21.03.2018 года обеспечительные меры.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Т.С. Герасименко