Гражданский кодекс часть 1

к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Приморскому краю (ИНН:<***>, ОГРН: <***>)

о признании частично недействительным предписания от 30.06.2011 №362/1/291,

при участии в заседании:

от заявителя – ФИО1 по доверенности №1/25-Д от 10.01.2012 до 31.01.2012 со специальными полномочиями; ФИО2 по доверенности №1/36-Д от 19.01.2012 до 31.12.2012 со специальными полномочиями;

от управления – ФИО3 по доверенности №73-3-23-16 от 17.01.2012 до 31.12.2012 со специальными полномочиями;

установил:

Открытое акционерное общество «Дальприбор» (далее по тексту - заявитель, общество, завод, предприятие) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании частично недействительным предписания Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Приморскому краю (далее по тексту – управление, ГУ МЧС) от 30.06.2011 №362/1/291 по устранению нарушений обязательных требований пожарной безопасности в части пунктов 2-3, 5-31 (с учетом уточнений от 23.01.2012).

В судебном заседании 13 февраля 2012 года судом на основании статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 20 февраля 2012 года, а впоследствии до 24 февраля 2012 года.

По мнению заявителя, оспариваемое предписание по своей форме и содержанию не соответствует Приказу МЧС РФ от 22 .03.2010 №122, поскольку не содержит указание на конкретное место выявленного нарушения и наименование нормативно-правового акта, требования которого нарушены. Примененная ГУ МЧС аббревиатура корпусов и цехов не соответствует действительности, тем более, что проверенные управлением помещения завода расположены на тысячи квадратных метров и на различных этажах зданий и корпусов, эксплуатируемых обществом, в связи с чем невозможно определить конкретное место выявления нарушения.

Общество также считает, что ГУ МЧС в оспариваемом предписании сослалось на нормативные правовые акты в области пожарной безопасности, которые не могут быть применены к помещениям завода, а также нарушило положения статьи 20 Федерального закона от 26.12.2008 №294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее по тексту – Закон №294-ФЗ), не уведомив общество за 3 дня о проведении проверки.

Одновременно общество ходатайствовало о восстановлении нарушенного срока подачи заявления в арбитражный суд, ссылаясь на то, что первоначально с заявлением об оспаривании предписания управления оно обратилось в Советский районный суд г. Владивостока, определением которого от 20 октября 2011 года по делу №2-4767/2011 производство по делу было прекращено за неподведомственностью, после чего 25.10.2011 он обратился в арбитражный суд.

Управление требования общества не признает, считает оспариваемое предписание законным и обоснованным, указывает, что проверка была проведена в полном соответствии с требованиями Закона №294-ФЗ, указанные в оспариваемом предписании нормативные правовые акты регулируют требования в области пожарной безопасности, которые обществом были нарушены.

Представитель ГУ МЧС указал, что из текста предписания видно и место совершения правонарушения, и в чем данное нарушение выразилось, и нормативный правовой акт, который не был соблюден заявителем, в связи с чем каких-либо трудностей в установлении нарушений к конкретным помещениям и местам на заводе не представляется возможным.

При этом управление категорически возражало по ходатайству о восстановлении пропущенного срока обращения в суд, полагая, что срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ, пропущен без уважительной причины.

Рассмотрев ходатайство заявителя о восстановлении пропущенного срока на подачу заявления, арбитражный суд установил, что заявитель представил в суд доказательства наличия обстоятельств, объективно препятствующих ему своевременно подать в суд заявление об оспаривании предписания ГУ МЧС, в связи с чем считает, что пропущенный заявителем процессуальный срок подлежит восстановлению в порядке части 4 статьи 198 АПК РФ.

Выслушав пояснения заявителя, возражения управления, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

На основании распоряжения от 15.06.2011 №362 в отношении общества в период с 24.06.2011 по 30.06.2011 была проведена плановая выездная проверка соблюдения обязательных требований пожарной безопасности и требований, установленных муниципальными правовыми актами, результаты которой были оформлены актом от 15.06.2011 №362.

В ходе проверки управление установило нарушение обществом требований пожарной безопасности, установленных Федеральным законом от 21.12.1994 №69-ФЗ «О пожарной безопасности» (далее по тексту – Закон №69-ФЗ), пунктов 34, 61, 129 ППБ 01-03, пункта 1.81 СНиП 2-08-02-89, таблицы 1 пункта 9, таблицы 3 пункта 5, таблицы 3 пункта 11, таблицы 3 пункта 9.2, пунктов 12, 16 НБП 110-03, пунктов 3.9, 3.17 НБП 104-03 пункта 3.2 НБП 88-2001, пункта 5.14 таблицы, пункта 6.18 СНиП 21.01-97, пункта 91 ППБ 110-03.

По факту выявленных нарушений ГУ МЧС 30.06.2011 было вынесено предписание №362/1/291, которым обществу было предписано устранить выявленные нарушения.

Не согласившись с вынесенным предписанием в части пунктов 2-3, 5-31, посчитав его незаконным и нарушающим права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности, последний обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд считает, что требования заявителя подлежат частичному удовлетворению в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 151 Федерального закона от 22.07.2008 №123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (далее по тексту – Закон №123-ФЗ) со дня вступления в силу настоящего Федерального закона до дня вступления в силу соответствующих технических регламентов требования к объектам защиты (продукции), процессам производства, эксплуатации, хранения, транспортирования, реализации и утилизации (вывода из эксплуатации), установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными документами федеральных органов исполнительной власти, подлежат обязательному исполнению в части, не противоречащей требованиям настоящего Федерального закона.

В соответствии со статей 38 Закона №69-ФЗ ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества; руководители федеральных органов исполнительной власти; руководители органов местного самоуправления; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций; лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности; должностные лица в пределах их компетенции.

Приказом МЧС России от 18.06.2003 №313 утверждены Правила пожарной безопасности в Российской Федерации (ППБ 01-03) (далее по тексту – Правила).

Пункт 3 Правил устанавливает, что наряду с настоящими Правилами следует также руководствоваться иными нормативными документами по пожарной безопасности и нормативными документами, содержащими требования пожарной безопасности, утвержденными в установленном порядке.

Пунктом 61 ППБ 01-03 установлено, что объемные самосветящиеся знаки пожарной безопасности с автономным питанием и от электросети, используемые на путях эвакуации (в том числе световые указатели "Эвакуационный (запасный) выход", "Дверь эвакуационного выхода"), должны постоянно находиться в исправном и включенном состоянии. В зрительных, демонстрационных, выставочных и других залах они могут включаться только на время проведения мероприятий с пребыванием людей. Эвакуационное освещение должно включаться автоматически при прекращении электропитания рабочего освещения.

По смыслу пункта 1 статьи Закона №123-ФЗ каждое здание, сооружение или строение должно иметь объемно-планировочное решение и конструктивное исполнение эвакуационных путей, обеспечивающие безопасную эвакуацию людей при пожаре. При невозможности безопасной эвакуации людей должна быть обеспечена их защита посредством применения систем коллективной защиты.

Как установлено судом, управление в ходе проверки посчитало, что пути эвакуации не оборудованы аварийным эвакуационным освещением, включающимся автоматически при прекращении электропитания рабочего освещения, на основании чего в пункте 2 оспариваемого предписания указало данное обстоятельство как нарушение пункта 61 ППБ 01-03.

Вместе с тем, ни в акте проверки, ни в оспариваемом предписании отсутствует указание на то, какие пути эвакуации, в каких зданиях и помещениях ГУ МЧС имеет в виду при условии, что в силу пункта 1 статьи 53 Закона №123-ФЗ каждое здание, сооружение или строение должно иметь схему эвакуационных путей.

В подтверждение выводов, изложенных в акте проверки, ГУ МЧС не представило никаких документов, из которых можно было бы установить схемы размещения эвакуационных путей, и доказательства отсутствия на этих путях аварийного эвакуационного освещения. В свою очередь, из документов, представленных заявителем, видно, что территория завода включает в себя несколько корпусов, часть из которых используется непосредственно заявителем, а часть предоставлена в аренду третьим лицам.

Соответственно, неполнота и неясность сведений, указанных в пункте 2 оспариваемого предписания, расценивается судом как недоказанность обстоятельств, на основании которых управление вынесло указанное предписание.

В соответствии с пунктом 129 ППБ 01-03 обслуживающий персонал зданий для проживания людей (гостиницы, кемпинги, мотели, общежития, школы-интернаты, дома для престарелых и инвалидов, детские дома и другие здания, за исключением жилых домов) должен быть обеспечен индивидуальными средствами фильтрующего действия для защиты органов дыхания, которые должны храниться непосредственно на рабочем месте обслуживающего персонала.

Из пункта 3 оспариваемого предписания видно, что управление установило, что обслуживающий персонал предприятия не обеспечен на местах индивидуальными средствами фильтрующего действия для защиты органов дыхания, и предложило устранить данное нарушение в срок до 05.02.2012.

Принимая во внимание, что положение пункта 129 ППБ 01-03 относится к зданиям для проживания людей, а на территории завода согласно представленным техническим паспортам отсутствуют здания для проживания людей, поскольку общество осуществляет промышленное производство, суд приходит к выводу о незаконности пункта 3 оспариваемого предписания.

Согласно пункту 5 оспариваемого предписания управление установило, что в нарушение пункта 1.81 СНиП 2-08-02-89* обществом в подвальном помещении здания АБК размещена сауна.

Как установлено судом, Строительные нормы и правила СНиП 2.08.02-89* «Общественные здания и сооружения», утвержденные постановлением Госстроя СССР от 16.05.1989 №78, не действуют с 01.01.2010 в силу приказа Министерства регионального развития РФ от 01.09.2009 №390, которым указанный СНиП изложен в новой редакции с присвоением номера 31-06-2009. В новом СНиП 31-06-2009 пункт 1.81 отсутствует.

Кроме того, как верно заметило общество, согласно вводной части СНиП 2.08.02-89* он распространяется на здания и помещения общественного назначения, которые приведены в приложении 1*.

В силу указанного приложения в печень основных групп зданий и помещений общественного назначения включены здания и помещения учебно-воспитательного назначения; здания и помещения здравоохранения и социального обслуживания населения; здания и помещения сервисного обслуживания населения; сооружения, здания и помещения культурно-досуговой деятельности населения и религиозных обрядов; здания и помещения временного пребывания.

Анализ указанных зданий и помещений в сравнении с деятельностью, осуществляемой обществом в проверенных ГУ МЧС зданиях и помещениях, показал, что общество не осуществляет виды деятельности, осуществление которой в зданиях и помещениях позволяет применить к нему положения СНиП 2.08.02-89*.

Следовательно, управление необоснованно включило в пункт 5 оспариваемого предписания нарушение в виде размещения сауны в подвальном помещении, сославшись на СНиП, номер которого указан неправильно, который не действует с 01.01.2010 и который не может быть применен к зданиям и помещениям, в которых общество осуществляет производственную деятельность.

Согласно пункту 4 Норм пожарной безопасности «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией» (НБП 110-03), утвержденных Приказом МЧС РФ от 18.06.2003 №315, в зданиях и сооружениях следует защищать соответствующими автоматическими установками все помещения независимо от площади, кроме помещений:

- с мокрыми процессами (душевые, санузлы, охлаждаемые камеры, помещения мойки и т.п.);

- венткамер (приточных, а также вытяжных, не обслуживающих производственные помещения категории А или Б), насосных водоснабжения, бойлерных и др. помещений для инженерного оборудования здания, в которых отсутствуют горючие материалы;

- категории В4 и Д по пожарной опасности;

- лестничных клеток.

Согласно пункту 9 таблицы 1 приложения к НБП 110-03 здания общественного и административно-бытового назначения необходимо защищать автоматическими установками пожарной сигнализации (АУПС), а в силу пункта 5 таблицы 3 помещения складского назначения категорий В2 – В3 по пожарной опасности должны быть защищены автоматическими установками пожаротушения (АУПТ) и АУПС.

Из оспариваемого предписания видно, что в АБК (пункт 6), производственном корпусе №1 (пункт 10), в ЦИСе (пункт 15), в МОПе (пункт 16), в АБП (пункт 19), в цехе сборочного производства (пункт 25), в заготовительном цехе (пункт 26), ОМТО складе №1 (пункт 30) не все помещения (кроме помещений с мокрым процессом, вент. камер, категории Д и лестничных клеток) защищены АУПС.

Согласно документам, представленным обществом АБК – административно-бытовой корпус (АБК) представляет собой отдельное стоящее здание, в котором заявителем используется 5 этажей. Какие конкретно помещения в указанном корпусе следует отнести к помещениям складского назначения категорий В2 – В3 по пожарной опасности, и какие из данных складских помещений не защищены АУПС, управление пояснить суду не смогло, но подтвердило, что не все помещения.

Также судом установлено, что на территории производственного корпуса №1 имеются помещения центрального инструментального склада (ЦИС), но данный склад не является каким-либо отдельным корпусом.

В этой связи представитель ГУ МЧС не смог пояснить суду, какие помещения складского назначения в производственном корпусе №1 и в ЦИСе им были проверены, если ЦИС расположен в производственном корпусе №1, и в каких конкретно помещениях им было установлено отсутствие АУПС.

Кроме того, из материалов дела следует, что помещения механообрабатывающего производства (МОП) расположены в производственном корпусе №1, производственном корпусе №4 и в отдельно стоящем здании бывшего цеха №64 на втором этаже.

Делая вывод в пункте 15 оспариваемого предписания, управление не перечислило помещения складского назначения, которые были им установлены на территории указанной производственной единицы, и в которых отсутствовала АУПС.

Что касается примененной ГУ МЧС в оспариваемом предписании аббревиатуры АБП, то общество её расшифровать не смогло, но полагает, что управление подразумевало 8-этажное здание административно-бытового назначения. В свою очередь, представитель управления каких-либо пояснений по данному эпизоду не дал.

В этой связи также следует согласиться с заявителем, что указание в пункте 19 оспариваемого предписания на то, что не все помещения АБП оборудованы АУПС, делает невозможным его проверку и исполнение, поскольку непонятно, о каких помещениях идет речь.

Также из материалов дела усматривается, что на территории производственного корпуса №4 (4-хэтажное производственное здание) размещен заготовительный цех и сборочное производство. Входящие в данные производственные единицы помещения имеют нумерацию и расположены на разных этажах.

Вместе с тем, в пунктах 25 и 26 оспариваемого предписания управление ограничилось ссылками на нарушение обществом НБП 110-03, не указав, конкретные номера помещений цеха сборочного производства и заготовительного цеха, которые не оборудованы АУПС.

Что касается вывода управления о том, что помещения ОМТО склада №1 также не защищены АУПС, то судом установлено, что на территории завода склада №1 в ОМТО нет. Доказательств обратного ГУ МЧС не представлено.

По изложенному, суд приходит к выводу, что неполнота, неясность и противоречие сведений, указанных в пунктах 6, 10, 15, 19, 25, 26, 30 оспариваемого предписания, информации, содержащейся в документах технического учета завода, свидетельствует о недоказанности обстоятельств, на основании которых в оспариваемое предписание внесены спорные пункты.

В соответствии с Нормами пожарной безопасности «Проектирование систем оповещения людей о пожаре в зданиях и сооружениях» (НБП 104-03), утвержденными Приказом МЧС РФ от 20.06.2003 №323, система оповещения и управления эвакуацией (СОУЭ) - комплекс организационных мероприятий и технических средств, предназначенный для своевременного сообщения людям информации о возникновении пожара и (или) необходимости и путях эвакуации.

Пунктом 3.9 НБП 104-03 предусмотрено, что провода и кабели соединительных линий СОУЭ следует прокладывать в строительных конструкциях, коробах, каналах из негорючих материалов или иных материалов, при использовании которых должно выполняться требование: время до отказа работы соединительных линий СОУЭ превышает время эвакуации людей из здания.

Из пункта 7 оспариваемого предписания видно, что управление сослалось на то, что провода и кабели соединительных линий СОУЭ в АБК проложены открытым способом.

При этом в подтверждение выводов, изложенных в акте проверки, ГУ МЧС не представило никаких документов, из которых можно было бы установить нарушение, включенное в пункт 7 предписания, при условии, что здание АБК является многоэтажным, в каких конкретно местах провода и кабели соединительных линий СОУЭ проложены открытым способом, управление суду пояснить не смогло.

По правилам пункта 3.17 НБП 104-03 настенные звуковые оповещатели, как правило, должны крепиться на высоте не менее 2,3 м от уровня пола, но расстояние от потолка до оповещателя должно быть не менее 150 мм.

Как установлено судом, в ходе проверки управление посчитало, расстояние от потолка до речевых и звуковых оповещателей СОУЭ менее 150 мм в АБК (пункт 8), в СДП (пункт 24) и в ЦЗЛ (пункт 27).

В свою очередь, в подтверждение изложенных доводов представитель ГУ МЧС не смог пояснить суду, о каких оповещателях, размещенных в каких помещениях или возле каких помещений, идет речь, также как не смог представить суду результаты замеров расстояния от потолка до оповещателей в АБК, СДП и ЦЗЛ.

При этом согласно пояснениям общества на территории завода СДП и ЦЗЛ отсутствует, такая аббревиатура заявителем в качестве сокращения какого-то производства не используется, что имело в виду управление им непонятно. Размещением оповещателей занималась специализированная организация, в связи с чем общество настаивает на соблюдении им минимального расстояния при размещении оповещателей.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что управлением не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих обстоятельства, указанные в пунктах 8, 24 и 27 оспариваемого предписания.

В соответствии с пунктом 5.14 Строительных норм и правил СНиП 21-01-97* «Пожарная безопасность зданий и сооружений», принятых постановлением Минстроя РФ от 13.02.1997 №18-7, противопожарные преграды в зависимости от огнестойкости их ограждающей части подразделяются на типы согласно таблице 1, заполнения проемов в противопожарных преградах (противопожарные двери, ворота, люки, клапаны, окна, занавесы) - таблице 2*, тамбур-шлюзы, предусматриваемые в проемах противопожарных преград, таблице 3.

Как видно из таблицы 2*, двери валюта и люки, заполняющие проемы в противопожарных преградах имеют три различных типа в зависимости от предела огнестойкости EI60, EI30*, EI15.

Согласно пунктам 9, 11, 17, 18, 22 двери помещений архивов, хранения горючих материалов, вентиляционных камер в АБК, гальваническом цеху, МОПе, АБП, ИП выполнены не противопожарными.

При этом судом установлено, что понятие архива и понятие склада отличаются, так как архив - это учреждение или структурное подразделение организации, осуществляющее храпение, комплектование, учет и использование архивных документов, а склад – это нежилое помещение, предназначенное для хранения сырья, продукции, товаров и прочих грузов, обеспечивающее соблюдение требуемых условий хранения и оснащенное оборудованием для хранения и удобными для разгрузки-погрузки конструкциями и сооружениями.

Таким образом, требования о пожарной безопасности к указанным объектам должны применяться различные.

Вместе с тем, включая в указанные пункты нарушения СНиП 21-01-97* ГУ МЧС не указало, двери с каким пределом огнестойкости должны быть установлены в проверенных помещениях, тем более, что помещения архивов, складов горючих материалов и вентиляционных камер на территории предприятия оборудованы дверями, обитыми металлическим и асбестовым полотном.

Кроме того, ссылки на отсутствие противопожарных дверей в вентиляционных камерах в ИП, аббревиатура которого обществу непонятна, и управлением не расшифрована, признаются судом необоснованными, поскольку не позволяют установить конкретное место выявления правонарушения.

Соответственно, предписание управления в части пунктов 9, 11, 17, 18, 22 также является неясным и содержит требование, выполнение которого без указания конкретного предела огнестойкости является невозможным.

В силу пункта 91 ППБ 01-03 пожарные краны внутреннего противопожарного водопровода должны быть укомплектованы рукавами и стволами. Пожарный рукав должен быть присоединен к крану и стволу. Необходимо не реже одного раза в год производить перекатку рукавов на новую скатку.

Из оспариваемого предписания видно, что пожарные краны внутреннего противопожарного водопровода на территории РМП №63 (пункт 14) и на территории ЦЗЛ (пункт 29) не укомплектованы рукавом, стволом и шкафом.

Согласно пояснениям общества помещения ремонтно-механического производства (РМП) расположены в производственном корпусе №1, производственном корпусе №4 и административно-бытовой пристройке к 4-му корпусу. Что касается ЦЗЛ, то такая структурная единица на территории завода отсутствует, примененная управлением аббревиатура заявителю непонятна. При этом в производственном корпусе №4 имеется лаборатория на 4 этаже. Общее количество противопожарных кранов, расположенных на территории предприятия, превышает 70.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела управление не смогло пояснить суду, какие противопожарные краны, в каких зданиях, на каких этажах, в ходе проверки не были укомплектованы рукавами и стволами, суд приходит к выводу о незаконности пунктов 14 и 29 оспариваемого предписания.

Кроме того, судом отмечено, что в указанных пунктах управление сослалось на нарушение обществом пункта 91 ППБ 110-03, тогда как указанный ППБ 110-03 отсутствует, а порядок комплектации противопожарных кранов регламентирован пунктом 91 ППБ 01-03.

В соответствии с пунктом 6.18* СНиП 21-01-97* двери эвакуационных выходов из поэтажных коридоров, холлов, фойе, вестибюлей и лестничных клеток не должны иметь запоров, препятствующих их свободному открыванию изнутри без ключа.

Лестничные клетки, как правило, должны иметь двери с приспособлениями для самозакрывания и с уплотнением в притворах.

Как установлено судом, в пункты 20, 23 и 28 ГУ МЧС включило нарушение о том, что двери эвакуационных выходов, ведущие из поэтажных коридоров в лестничные клетки не оборудованы приспособлением для самозакрывания и уплотнения в притворах.

Учитывая, что согласно пояснениям общества на территории завода СДП и ЦЗЛ отсутствует, такая аббревиатура заявителем в качестве сокращения какого-то производства не используется, суд приходит к выводу о том, что требование управления, изложенное в пунктах 23 и 28 о необходимости оборудовать двери эвакуационных выходов, ведущие из поэтажных коридоров в лестничные клетки, приспособлением для самозакрывания и уплотнения в притворах не подтверждено документально.

В свою очередь, принимая во внимание, что производственный корпус №4 имеет 8 этажей, выход из помещения любого этажа на лестничную клетку признается эвакуационным выходом, и отсутствие у дверей эвакуационных выходов в указанном корпусе приспособлений для самозакрывания и уплотнения в притворах обществом по существу не оспорено, суд находит пункт 20 оспариваемого предписания законным и обоснованным.

Что касается указания в пункте 21 оспариваемого предписания на установку в кабинетах АБП менее 2 пожарных извещателей, что не соответствует пункту 12.16 НБП 110-03, то судом установлено, что указанные НБП 110-03 пункта 12.16 не содержат.

Кроме того, учитывая, что здание АБП представляет собой производственный корпус №4, состоящий из 8-ми этажей, то отсутствие в предписании конкретных номеров кабинетов, в которых инспектором было установлено отсутствие 2 пожарных извещателей, свидетельствует об отсутствии доказательств выявленного нарушения.

В соответствии с пунктом 11 таблицы 3 НБП 110-03 помещения приготовления суспензии из алюминиевой пудры, резиновых клеев; на основе ЛВЖ и ГЖ: лаков, красок, клеев, мастик, пропиточных составов; помещения окрасочных, полимеризации синтетического каучука, компрессорных с газотурбинными двигателями, огневых подогревателей нефти подлежат оборудованию АУПТ.

Как установлено судом, на территории завода в производственном корпусе №1 имеется помещение колеровочной, которое не защищено АУПТ, что не соответствует пункту 11 таблицы 3 НБП 110-03.

Учитывая изложенное, а также то обстоятельство, что данное нарушение обществом по существу не оспаривается, суд находит пункт 12 оспариваемого предписания законным и обоснованным.

Также из материалов дела усматривается, что в пункт 31 оспариваемого предписания ГУ МЧС включило требование о защите помещений хранения ЛВЖ и ГЖ на территории склада №5 в ОМТО автоматической установкой пожаротушения.

Принимая во внимание, что требование пункта 11 таблицы 3 НБП 110-03 распространяются на помещения, в которых осуществляется приготовление легковоспламеняющихся и горючих жидкостей, а не на помещения, в которых осуществляется хранение ЛВЖ и ГЖ, суд делает вывод о необоснованности указанного требования управления.

В соответствии с пунктом 3.2 Норм пожарной безопасности НБП 88-2011 «Установки пожаротушения и сигнализации. Нормы и правила проектирования», утвержденные ГУГПС МВД РФ от 04.06.2001 №31, автоматические установки пожаротушения должны выполнять одновременно и функции автоматической пожарной сигнализации.

Согласно пункту 13 оспариваемого предписания АУПТ, установленная в окрасочном цеху, не выполняет одновременно функцию автоматической пожарной сигнализации.

Из пояснений общества следует, что как таковой окрасочный цех на территории завода отсутствует, но в помещениях производственного корпуса №1 размещено помещение производства покрытий, состоящее из участка порошкового покрытия, окрасочного участка и помещения колеворочной.

Учитывая, что в помещении колеровочной АУПТ не установлена, то, соответственно, ссылки управления на то, что АУПТ не выполняет одновременно функцию автоматической пожарной сигнализации к данному помещению отношения не имеет.

В тоже время, нельзя признать, что данное требование предъявлено ГУ МЧС к помещениям участка порошкового покрытия и окрасочного участка одновременно, поскольку данный вывод из пункта 13 предписания не следует, и каких-либо документов, подтверждающих испытание АУПТ, установленных в данных помещениях и не выполняющих одновременно функцию автоматической пожарной сигнализации, в материалы дела суду не представлены.

По изложенному, суд считает, что доказательств законности пункта 13 оспариваемого предписания управлением в материалы дела суду не представлено.

При таких обстоятельствах суд делает вывод о том, что предписание в части пунктов 2-3, 5-11, 13-19, 21-31 вынесено ГУ МЧС необоснованно, при отсутствии доказательств, достоверно подтверждающих место совершения конкретного нарушения и факты, изложенные в акте проверки.

Довод управления о том, что наименования корпусов и цехов были приведены им на основании информации, предоставленной обществом, судом отклоняется как противоречащий материалам дела.

Ссылки представителя ГУ МЧС на то, что лицу, ответственному за пожарную безопасность на территории завода должно быть доподлинно известно, где размещены противопожарные краны, где неправильно проложены соединительные кабели, в каких местах отсутствует АУПС и аварийное эвакуационное освещение, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку в силу статей 65, 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для вынесения оспариваемого ненормативного правового акта, возлагается на орган, вынесший оспариваемый акт.

В спорной ситуации управление не смогло представить суду доказательства, с достоверностью подтверждающие обстоятельства, изложенные в пунктах 2-3, 5-11, 13-19, 21-31 оспариваемого предписания.

Кроме того, анализ представленных в материалы дела копий материалов административных дел №507, №508 и №514, составленных в отношении должностных лиц общества показал, что по результатам проверки управление составило протоколы только по факту курения в неустановленном месте, по факту размещения посторонних предметов на путях эвакуации, по факту неукомплектования крана внутреннего противопожарного водопровода рукавом и стволом, по факту отсутствия противопожарных дверей, что не соответствует перечню нарушений, указанных в оспариваемом предписании. К тому же, по фактам отсутствия противопожарных дверей и рукава и ствола крана внутреннего противопожарного водопровода лицо, привлеченное к административной ответственности, категорически возражало.

Доводы заявителя о том, что предписание управления является незаконным и необоснованным в части всех пунктов, заявленных обществом, поскольку ГУ МЧС был нарушен порядок уведомления общества о начале проведения проверки, судом отклоняются.

Действительно, по правилам пункта 1 статьи 20 Закона №294-ФЗ результаты проверки, проведенной органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля с грубым нарушением установленных настоящим Федеральным законом требований к организации и проведению проверок, не могут являться доказательствами нарушения юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований и требований, установленных муниципальными правовыми актами, и подлежат отмене вышестоящим органом государственного контроля (надзора) или судом на основании заявления юридического лица, индивидуального предпринимателя.

При этом подпункт 1 пункта 2 указанной статьи к грубым нарушениям относится нарушение требований, предусмотренных частью 12 статьи 9 настоящего закона в части срока уведомления о проведении проверки.

Так, согласно пункту 12 статьи 9 Закона №294-ФЗ о проведении плановой проверки юридическое лицо, индивидуальный предприниматель уведомляются органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля не позднее чем в течение трех рабочих дней до начала ее проведения посредством направления копии распоряжения или приказа руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля о начале проведения плановой проверки заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении или иным доступным способом.

Согласно пояснениям управления распоряжение о проведении проверки от 15.06.2011 первоначально было направлено в адрес общества 16.06.2011 посредством факсимильной связи, а повторно вручено нарочно 22.06.2011, что нашло отражение и в журнале проверок.

Поскольку проверка была начата 24.06.2011 и закончилась 30.06.2011, суд приходит к выводу, что данное обстоятельство не привело к нарушению Закона №294-ФЗ.

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Принимая во внимание изложенное, суд считает, что оспариваемое предписание частично вынесено в нарушение требований закона, без достаточных к тому оснований, что нарушает права и законные интересы заявителя, в связи с чем заявленные требования подлежат частичному удовлетворению.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2000 руб. подлежат отнесению на управление, а в оставшейся сумме – возврату из бюджета в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ как излишне уплаченные.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать недействительным предписание Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Приморскому краю от 30.06.2011 №362/1/291 по устранению нарушений требований пожарной безопасности в части пунктов 2-3, 5-11, 13-19, 21-31 как не соответствующее Федеральному закону от 22.07.2008 №123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», Федеральному закону от 21.12.1994 №69-ФЗ «О пожарной безопасности».

В остальной части требований отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Приморскому краю, расположенного по адресу: <...>, в пользу открытого акционерного общества «Дальприбор» судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2000 (двести) рублей.

Возвратить открытому акционерному обществу «Дальприбор» из бюджета государственную пошлину в сумме 2000 (две тысячи) рублей, излишне уплаченную по платежному поручению №4029 от 16.11.2001 через ОАО АКБ «Приморье» г. Владивосток.

Исполнительный лист и справку на возврат госпошлины выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Анисимова Н.Н.