Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «о. Русский» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 09.04.2004)

к Находкинской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации в качестве юридического лица 26.05.1951)

третье лицо: закрытое акционерное общество «Давос»

об оспаривании решения от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки таможенной стоимости по ДТ №10714060/030218/0000319

при участии в заседании: от заявителя – представитель ФИО1, доверенность от 08.11.2017 № 17 сроком действия 1 год; от ответчика – главный государственный таможенный инспектор правового отдела ФИО2, доверенность от 13.07.2017 № 05-30/86 сроком действия 1 год, главный государственный таможенный инспектор отдела таможенного оформления и таможенного контроля ФИО3, доверенность от 27.03.2018 № 05-30/60 сроком действия 1 год, главный государственный таможенный инспектор правового отдела ФИО4, доверенность от 14.02.2018 № 05-30/43 сроком действия 1 год, главный государственный таможенный инспектор отдела контроля таможенной стоимости ФИО5, доверенность от 13.07.2017 № 05-30/107 сроком действия 1 год; от ЗАО «Давос» - представитель ФИО6, доверенность от 31.10.2017 № 7 сроком действия 1 год;

установил: общество с ограниченной ответственностью «о. Русский» (далее – заявитель, ООО «о. Русский», Общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Находкинской таможни (далее – ответчик, таможня, таможенный орган) от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки таможенной стоимости товаров, заявленных в декларации на товары (далее – ДТ) № 10714060/ 030218/0000319.

Представитель ООО «о. Русский» в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении и дополнительных письменных пояснениях. Указал, что поскольку помещение товаров под таможенную процедуру свободной таможенной зоны (далее – СТЗ) согласно ДТ №10702070/100118/0001441 не относится к исключениям, предусмотренным пунктом 3 статьи 38, абз. 2 пункта 1 статьи 209, абз. 2 пункта 1 статьи 217 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС), а таможенная стоимость товаров была определена согласно принятой декларации таможенной стоимости к ДТ №10702070/100118/0001441, таможенной стоимостью товаров при помещении части партии товара под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ №10714060/030218/0000319 является таможенная стоимость, определенная при помещении товара под таможенную процедуру СТЗ по ДТ №10702070/100118/0001441.

Заявитель полагает, что решение о проведении дополнительной проверки таможенной стоимости вынесено ответчиком в нарушение требований пунктов 2, 3, 7 статьи 38 ТК ЕАЭС. При этом ответчик в оспариваемом решении указал на то, что оно вынесено на основании статьи 69 ТК ТС, не действующей на момент вынесения оспариваемого решения.

Представитель Общества обратил внимание суда на то, что в силу пункта 1 статьи 325 ТК ЕАЭС, если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации. Поскольку товар по ДТ №10714060/030218/0000319 помещается под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления после помещения товара под предшествующую процедуру СТЗ по ДТ № 10702070/100118/0001441, в графе 40 указан регистрационный номер ДТ, присвоенный при помещении товара по предшествующей подаче ДТ, при которой документы, подтверждающие сведения, заявленные в ДТ уже были предоставлены, а таможенная стоимость на данный товар уже была принята и повторному определению не подлежит.

Представитель ООО «о. Русский» полагает, что правомерность его правовой позиции подтверждена заключением заведующего кафедрой «Финансовое право и таможенная деятельность» ФГБО УВО «ВлГУ» ФИО7.

В части нарушения прав Общества представитель заявителя указал, что таможенный орган в решении о проведении дополнительной проверки таможенной стоимости потребовал для выпуска товаров предоставить обеспечение уплаты таможенных платежей.

Представители таможни в судебном заседании заявление отклонили по основаниям, изложенным в отзыве и дополнительных письменных пояснениях. Указали, что при подаче «новой» ДТ на часть ранее помещённого под таможенную процедуру СТЗ товара в соответствии с автоматически выявленным профилем риска было установлено отклонение ИТС по ФТС России на 29.83 %, по РТУ на 27.84%. При этом валюта контракта (графа 22) изменилась с долларов США на российские рубли, что не соответствует валюте контракта, отсутствовала информация о цене товара, инвойс на декларируемую часть товара Обществом представлен не был. При декларировании товаров по «новой» ДТ № 10714060/030218/0000319 под процедуру для внутреннего потребления Обществом представлена только бухгалтерская справка о таможенной стоимости от 02.02.2018 № 9-Б.

Представители таможни полагают, что из анализа положений пункта 13 статьи 38, пунктов 1, 4 статьи 325 ТК ЕАЭС следует наличие у таможенного органа права проверять заявленные сведения и запрашивать документы, в том числе при осуществлении контроля таможенной стоимости товаров.

В рассматриваемом случае наличие расхождений между сведениями, заявленными в первоначальной ДТ, и сведениями, заявленными в «новой» ДТ, с учётом приведённых норм права, по мнению ответчика, позволяют таможне осуществить проверку заявленной таможенной стоимости.

Представители ответчика также пояснили, что положения статьи 38 ТК ЕАЭС, на которую ссылается ООО «о Русский», устанавливают порядок определения таможенной стоимости товаров при изменении таможенной процедуры, но не затрагивают вопросы проведения контроля таможенной стоимости. При этом следует разграничивать понятия «определение таможенной стоимости» и «контроль таможенной стоимости», а также не смешивать нормы права, регламентирующие осуществление данных действий.

Указали, что положения ТК ЕАЭС не содержат норм, ограничивающих право таможенного органа проводить проверку таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной стоимости товаров, задекларированных в соответствии с процедурой выпуска для внутреннего потребления после того, как ранее эти товары были помещены под таможенную процедуру свободной таможенной зоны.

В части ссылки заявителя на заключение заведующего кафедрой «Финансовое право и таможенная деятельность» ФГБО УВО «ВлГУ» ФИО7, представители таможни пояснили, что расценивают его как личное мнение указанного физического лица.

Считают, что в рассматриваемом случае отсутствует нарушение прав ООО «о. Русский» в сфере внешнеэкономической деятельности, т.к. из пункта 1 статьи 63 ТК ЕАЭС следует, что исполнение обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов обеспечивается не только путём внесения денежных средств, но и путем представления банковской гарантии, поручительства, залога имущества.

Представитель ЗАО «Давос» подержал позицию заявителя по основаниям, аналогичным тем, что привел представитель ООО «ВТО».

Из материалов дела судом установлено, что во исполнение внешнеторгового контракта от 10.11.2017 № DER 115170927АТ, заключенного между ООО «о. Русский» и компанией «SHANGAI ASIANEN EXPORT AND IMPORT CO., LTD», в январе 2018 года на таможенную территорию Российской Федерации ООО «о. Русский» ввезен товар - ПВХ листы, армированные сеткой из полиэстеровой нитки всего 380 листов
в 380 рулонах, который 11.01.2018 помещен под таможенную процедуру СТЗ путем подачи ДТ № 10702070/100118/0001441. Таможенная стоимость товара заявлена декларантом в размере 2 049 025,77 рублей.

03.02.2018 в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления части указанного товара (16 ПВХ листов, армированных сеткой из полиэстеровой нити (фронтлит), плотностью 440 г/см2, предназначенных для изготовления наружной рекламы, плотностью плетения сетки 18 х 12, размером 3,2 х 50 м) подана ДТ № 10714060/030218/0000319. Таможенная стоимость заявлена в размере 78 045, 69 рублей, в графе 40 декларации указаны сведения о предшествующем документе - ДТ № 10702070/100118/000144.

В результате анализа документов и сведений, представленных
с ДТ № 10714060/030218/0000319, в соответствии с автоматически выявленным профилем риска таможенный орган направил декларанту запрос дополнительных документов и сведений, формализовав его в виде решения от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки, а также расчет размера обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов, который составил 10 189,25 рублей.

Обеспечение в установленный срок не было внесено Обществом, в связи с чем 13.02.2018 таможенным органом принято решение об отказе в выпуске товаров.

ООО «о. Русский», не согласившись с решением таможни от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки по ДТ
№ 10714060/030218/0000319, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает права и законные интересы Общества в сфере внешнеэкономической деятельности, последнее обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что требования заявителя не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

В силу части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 3 статьи 201
АПК РФ, пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

С 01.01.2018 в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с ТК ЕАЭС
и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС, а также в соответствии
с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан
в г. Астана 29.05.2014) (далее – Договор).

В силу статьи 444 ТК ЕАЭС настоящий Кодекс применяется к отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и возникшим со дня его вступления в силу.

Согласно пункту 1 статьи 104 ТК ЕАЭС товары подлежат таможенному декларированию при помещении под таможенную процедуру либо в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 258, пунктом 4 статьи 272 и пунктом 2 статьи 281 ТК ЕАЭС. Товары не подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру свободной таможенной зоны в соответствии с пунктом 4 статьи 204 ТК ЕАЭС, а также в случаях, предусмотренных пунктами 3, 14 - 17 статьи 286 и пунктом 7 статьи 301 ТК ЕАЭС.

Таможенное декларирование осуществляется декларантом либо таможенным представителем, если иное не установлено ТК ЕАЭС (пункт 2 статьи 104 ТК ЕАЭС).

Исходя из пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС, в декларации на товары, помимо прочего, подлежат указанию сведения о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров).

Согласно пунктам 2, 3 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС (далее - ввозимые товары), определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию ЕАЭС товары пересекли таможенную границу ЕАЭС и в отношении таких товаров впервые заявляется иная таможенная процедура, чем указанные в пункте 3 статьи 38 ТК ЕАЭС. Таможенная стоимость ввозимых товаров определяется в соответствии с настоящей главой также в случае, если таможенное декларирование товаров при их помещении под иную таможенную процедуру, чем указанные в пункте 3 статьи 38 ТК ЕАЭС, осуществляется с особенностями, установленными законодательством государств-членов ЕАЭС в соответстви с пунктом 8 статьи 104 ТК ЕАЭС, или с особенностями, определенными статьями 114 и 116 ТК ЕАЭС.

Вне зависимости от положений пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров не определяется при их помещении под таможенную процедуру таможенного транзита, таможенную процедуру таможенного склада, таможенную процедуру уничтожения, таможенную процедуру отказа в пользу государства или специальную таможенную процедуру.

В пункте 7 статьи 38 ТК ЕАЭС установлено, что в случае если товары, помещённые под одну из таможенных процедур, помещаются под иную таможенную процедуру, таможенной стоимостью таких товаров является таможенная стоимость товаров, определённая при их первом помещении под иную таможенную процедуру.

В силу пункта 14 статьи 38 ТК ЕАЭС, пункта 2 Порядка декларирования таможенной стоимости, утверждённого Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376, таможенная стоимость товаров определяется декларантом.

Согласно пункту 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к её определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтверждённой информации.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 310 ТК ЕАЭС таможенный контроль проводится таможенными органами в соответствии с ТК ЕАЭС. При проведении таможенного контроля таможенные органы исходят из принципа выборочности объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля. При выборе объектов таможенного контроля, форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, используется система управления рисками в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

Пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС установлено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу ЕАЭС.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 статьи 325 ТК ЕАЭС, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 84 ТК ЕАЭС декларант обязан, помимо прочего, представить таможенному органу в случаях, предусмотренных ТК ЕАЭС, документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации.

Согласно подпункту 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе её величину и метод определения таможенной стоимости товаров.

Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации (пункт 3 статьи 108 ТК ЕАЭС).

Из совокупного толкования вышеуказанных положений следует право таможенного органа проверять заявленные сведения и запрашивать документы, в том числе при осуществлении контроля таможенной стоимости товаров.

Положения статьи 38 ТК ЕАЭС, на которые ООО «о. Русский» ссылается в заявлении, устанавливают порядок определения таможенной стоимости товаров при изменении таможенной процедуры, но не затрагивают вопросы проведения контроля таможенной стоимости. Следует разграничивать понятия «определение таможенной стоимости» и «контроль таможенной стоимости», а также не смешивать нормы права, регламентирующие осуществление данных действий.

Таким образом, довод заявителя о том, что таможенная стоимость определена на основе метода по цене сделки с ввозимыми товарами и подтверждена документами, ранее представленными в таможенный орган по ДТ № 10702070/100118/000144, в связи с чем таможенный орган не имел оснований для запроса дополнительных документов и сведений, судом отклоняется.

Как следует из материалов дела, в результате контроля таможенной стоимости товаров, заявленной в ДТ № 10714060/030218/0000319, по итогам сравнительного анализа таможенным органом выявлены расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа.

Согласно данным ИСС «Малахит» уровень заявленной таможенной стоимости спорного товара на 29,83 % ниже среднего показателя по ФТС России и на 27,84 % ниже аналогичного показателя по ДВТУ. В результате использования автоматизированной системы контроля таможенной стоимости выявлены отклонения по аналогичным товарам уровня заявленной таможенной стоимости 1,27 долл. США за кг. от среднего индекса таможенной стоимости по ФТС России (1,88 долл. США/кг.) и ДВТУ (1,92 долл. США/кг).

При регистрации ДТ № 10714060/030218/0000319 сервисом выявления рисков выявлены автоматические профили риска, которые предусматривают меру по их минимизации - запрос дополнительных документов и сведений в целях проверки информации, содержащейся в таможенных документах.

Кроме того, в ДТ № 10714060/030218/0000319 декларантом заявлены иные сведения, нежели были указаны при помещении спорных товаров под таможенную процедуру свободной таможенной зоны по ДТ
№ 10702070/100118/0001441, – валюта контракта (графа 22) изменилась с долларов США на российские рубли, отсутствовала информация о цене товара.

При декларировании товаров в ДТ № 10714060/030218/0000319 Обществом представлена только бухгалтерская справка о таможенной стоимости от 02.02.2018 № 9-Б, инвойс на декларируемую часть товара
ООО «о. Русский» представлен не был.

При наличии указанных оснований таможенный орган правомерно на основании пунктов 1, 2 статьи 313, пунктов 1, 4 статьи 325 ТК ЕАЭС воспользовался правом запроса у декларанта пояснений в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу ЕАЭС, а также документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость.

ТК ЕАЭС не содержит норм, ограничивающих право таможенного органа проводить проверку таможенных, иных документов
и (или) сведений в отношении таможенной стоимости товаров, задекларированных в соответствии с процедурой выпуска для внутреннего потребления после того, как ранее эти товары были помещены под таможенную процедуру свободной таможенной зоны.

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС прямо предусмотрено, что положения главы 5 ТК ЕАЭС не могут рассматриваться как ограничивающие или ставящие под сомнение права таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Таким образом, проведение таможенным органом проверки таможенных, иных документов и (или) сведений по ДТ № 10714060/030218/0000319 не противоречит праву ЕАЭС, в том числе статье 38 ТК ЕАЭС.

В части ссылки заявителя на заключение заведующего кафедрой «Финансовое право и таможенная деятельность» ФГБО УВО «ВлГУ» ФИО7 суд расценивает его как личное мнение указанного физического лица, поскольку данное заключение нельзя отнести ни заключению эксперта, ни к нормативно-правовому акту. При этом компетенцией по толкованию правоприменительной практики ФИО7 не наделена.

Довод заявителя о том, что в решении от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки указана ссылка на статью 69 Таможенного кодекса Таможенного союза, не имеет правового значения для разрешения указанного спора ввиду следующего.

Согласно пояснениям таможенного органа бланк решения о проведении дополнительной проверки, формируемого в автоматизированной информационной системе (далее – АИС) «АИСТ-М», уже предусматривает ссылку на статью 69 Таможенного кодекса Таможенного союза.

При этом программным средством не реализована техническая возможность редактирования должностным лицом таможенного органа текста в данном поле. АИС «АИСТ-М» на момент принятия обжалуемого решения не была обновлена в соответствии с требованиями
ТК ЕАЭС.

Учитывая данные пояснения, а также представленные документы суд приходит к выводу о том, что ссылка в решении от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки на недействующую статью 69 Таможенного кодекса Таможенного союза обусловлена некорректной работой АИС «АИСТ-М», что не повлекло для Общества негативных правовых последствий.

Более того, в уведомлении от 04.02.2018 о продлении срока выпуска товаров по ДТ № 10714060/030218/0000319 таможенный орган сообщил декларанту о том, что при проверке данной ДТ в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенным органом принято решение о необходимости запроса дополнительных документов и сведений, подтверждающих таможенную стоимость товара. Таким образом, заявитель был уведомлен о правовых основаниях совершаемых в его отношении действий.

Кроме того, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае отсутствует нарушение прав ООО «о. Русский» в сфере внешнеэкономической деятельности. Хотя оспариваемое решение о проведении дополнительной проверки и содержит указание, что для целей осуществления выпуска товара необходимо предоставить обеспечение уплаты таможенных платежей в размере 10 189,25 рублей, однако из пункта 1 статьи 63 ТК ЕАЭС следует, что исполнение обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов обеспечивается не только путем внесения денежных средств, но и путем предоставления банковской гарантии, поручительством, залогом имущества.

Вместе с тем, судом оценен довод заявителя относительно выставления таможенным органом расчета размера обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов по ДТ № 10714060/030218/0000319.

Согласно пункту 6 статьи 325 ТК ЕАЭС при запросе документов и (или) сведений в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС в целях подтверждения сведений, влияющих на размер таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, таможенный орган информирует декларанта о возможности произвести выпуск товаров в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС.

При этом таможенный орган направляет декларанту расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, за исключением случаев, определенных в соответствии со статьей 121 ТК ЕАЭС, когда предоставление обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин не требуется. Форма расчета размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, структура и формат такого расчета в виде электронного документа и порядок их заполнения определяются Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 04.09.2017 № 112 «О расчете размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин».

Согласно пункту 1 статьи 121 ТК ЕАЭС выпуск товаров до завершения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, которая не может быть завершена в сроки выпуска товаров, производится таможенным органом при условии, что уплачены таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины в размере, исчисленном в декларации на товары, и предоставлено обеспечение исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в размере, определенном в соответствии с пунктами 4 и 5 статьи 65 и пунктами 5 и 6 статьи 75 ТК ЕАЭС, за исключением случаев, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 и пунктом 3 статьи 121 ТК ЕАЭС, и случаев, устанавливаемых законодательством государств- членов ЕАЭС о таможенном регулировании в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 121 ТК ЕАЭС.

Пунктом 5 статьи 65 ТК ЕАЭС установлено, что в случае проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров для определения размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов при выпуске товаров с особенностями, предусмотренными статьей 121 ТК ЕАЭС, может быть, в частности, использована информация о стоимости товаров того же класса или вида, имеющаяся в распоряжении таможенного органа; таможенная стоимость товаров без учета заявленных вычетов и скидок, если у таможенного органа имеются сомнения в их обоснованности; таможенная стоимость товаров с учетом возможной величины дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, если у таможенного органа имеются сомнения в обоснованности заявленных дополнительных начислений.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС под товарами того же класса или вида понимаются товары, которые относятся к одной группе или ряду товаров, включая идентичные и однородные товары, и изготовление которых относится к соответствующему виду экономической деятельности.

В качестве источника ценовой информации для расчета размера обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов по ДТ № 10714060/030218/0000319 таможенным органом была выбрана ДТ № 10702070/120118/0003074, в которой задекларирован товар того же класса и вида, что и спорный - фронтлит, с аналогичным составом – полиэстеровая основа (переплетенные между собой полиэфирные нити) с пропиткой ПВХ, аналогичной областью применения – реклама, той же страны происхождения – Китай, с тем же классификационным кодом ТН ВЭД ЕАЭС – 3921 90 600 0.

Как пояснил ответчик, в расчете размера обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов, указана сумма меньшая, чем должна была быть фактически выставлена декларанту. Согласно пояснениям таможенного органа данный факт является следствием технической ошибки.

Сам по себе расчет суммы обеспечения уплаты таможенных платежей является предложением декларанту уплатить обеспечение с целью скорейшего выпуска товаров и получения их в распоряжение декларанта. Следовательно, указанный расчет не возлагает на декларанта безусловной обязанности по внесению суммы обеспечения.

Более того, величина обеспечения не является окончательным размером денежных обязательств декларанта, которая может быть определена только при вынесении окончательного решения о принятии таможенной стоимости по соответствующему методу.

Таким образом, выставление обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов по ДТ № 10714060/030218/0000319, в том числе в меньшем размере, не привело к нарушению прав декларанта, что не является основанием для признания незаконным решения таможни от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки таможенной стоимости товара, задекларированного в ДТ № 10714060/030218/0000319.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела установлено отсутствие оснований для признания оспариваемого решения незаконным, суд считает, что требования заявителя о признании незаконным решения Находкинской таможни от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки по ДТ № 10714060/030218/0000319 не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Поскольку ООО «о. Русский» отказано в удовлетворении требований, то расходы по уплате государственной пошлины относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Отказать обществу с ограниченной ответственностью «о. Русский» в удовлетворении заявления о признании незаконным решения Находкинской таможни от 04.02.2018 о проведении дополнительной проверки таможенной стоимости товаров, заявленных в декларации на товары № 10714060/030218/0000319.

Проверено на соответствие Таможенному кодексу Евразийского экономического союза, Решению Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядках декларирования, контроля и корректировки таможенной стоимости товаров».

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Д.А. Самофал