Гражданский кодекс часть 1

от общества: генеральный директор ФИО1, протокол общего собрания учредителей от 29.04.2011, паспорт; представитель ФИО2, доверенность от 01.08.2014, сроком действия на три года, паспорт; представитель ФИО3, удостоверение адвоката, доверенность от 23.01.2015, сроком действия до 23.01.2016;

от налогового органа: старший государственный налоговый инспектор ФИО4, служебное удостоверение, доверенность от 21.02.2015 № 484, сроком действия на один год; ведущий специалист-эксперт ФИО5, паспорт, доверенность от 05.05.2014, сроком действия на один год; начальник отдела ФИО6, служебное удостоверение, доверенность от 12.01.2015 № 476, сроком действия на один год; начальник отдела выездных проверок ФИО7, водительское удостоверение; доверенность от 12.01.2015 № 479, сроком действия на один год.

от третьих лиц: от ООО «Картель Плюс» ФИО3 по доверенности от 23.01.2015, сроком действия до 23.01.2016; удостоверение адвоката; от ООО «Картель Премиум» ФИО3 по доверенности от 23.01.2015, сроком действия до 23.01.2016; удостоверение адвоката.

установил: общество с ограниченной ответственностью «Картель» (далее- заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «Картель») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения инспекции Федеральной налоговой службы по г.Находке Приморского края (далее- налоговый орган, инспекция, ИФНС по г.Находке) №07/61 от 15.09.2014 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения в части привлечения к уплате налогов, пеней, штрафов в сумме 6 951 034 руб. 26 коп. (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Настаивая на заявленных требованиях, представитель общества указал на то, что выводы инспекции о создании всех трех обществ для минимизации налогов с целью применения УСНО не подтверждены надлежащими доказательствами. Действия трех налогоплательщиков по заключению договоров, поставке, отгрузке, реализации находятся в правовом поле, не противоречат гражданскому и налоговому законодательству, совершены реальными лицами, компании созданы разными учредителями в разное время, их создание не связано ни с какими иными обстоятельствами, кроме законного права на осуществление предпринимательской деятельности.

По мнению заявителя, налоговым органом не опровергнуты факты наличия и реального использования обособленных и не связанных друг с другом материальных и технических ресурсов в хозяйственной деятельности обществ, самостоятельного и независимого ведения каждым обществом документов первичного бухгалтерского и налогового учета, по которым не выявлено существенных противоречий и расхождений. Привлечение к ответственности ООО «Картель» противоречит требованиям ст. 107 НК РФ, оно привлечено к ответственности произвольно не на основании и не в порядке, предусмотренном НК РФ.

Сведения инспекции, касающиеся размера затрат по приобретенному топливу не соответствуют предоставленным документам, размер признанных затрат не соответствует фактическим данным, то есть документы налогоплательщика надлежащим образом не изучались и не проверялись, сведения составлены сумбурно, хаотично, без логического и последовательного изложения, содержат грубые арифметические ошибки, существенно искажающие цифровые данные, что не позволяет сделать вывод о достоверности произведенных налоговым органом расчетов доходов и расходов обществ, а также размеров налогов, подлежащих уплате по ООО «Картель».

Представитель общества пояснил, что оспариваемое решение вынесено с нарушениями налогового законодательства, не соблюдена процедура рассмотрения акта проверки, материалов к нему и возражений налогоплательщика, в решении имеются противоречия, что является основанием для признания его недействительным.

Налоговый орган возразил по заявленным требованиям, считает оспариваемое решение законным и обоснованным на основании совокупности установленных проверкой обстоятельств, а также того факта, что ФИО1 одновременно являлся учредителем и руководителем трех обществ, где осуществлял одновременно ведение финансово-хозяйственной деятельности, в связи с чем была установлена взаимозависимость между ООО «Картель», ООО «Картель Плюс», ООО «Картель Премиум». Именно наличие взаимозависимости и согласованности действий, позволили заявителю сохранить право на применение УСНО, поскольку в отсутствие регистрации новых обществ, его доходы превысили бы установленный налоговым законодательством предел дохода по годам (с учетом коэффициента-дефлятора) и, в этом случае, он утратил бы право на применение УСНО. За счет моделирования искусственной ситуации видимость деятельности ООО «Картель Плюс», ООО «Картель Премиум» прикрывала фактическую деятельность ООО «Картель», то есть действия были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды в виде минимизации своих налоговых обязательств.

По мнению налогового органа, в оспариваемом решении в полной мере указана квалификация вменяемого налогового правонарушения, которая позволяет определить какое конкретно правонарушение вменяется в вину. Вина заявителя заключается в том, что ООО «Картель» в своей деятельности использовало схему, направленную на минимизацию налоговых обязательств в виде неуплаты налогов по общей системе налогообложения, путем дробления бизнеса посредством последовательного создания взаимозависимых организаций - ООО «Картель Плюс» и ООО «Картель Премиум», при отсутствии хозяйственной потребности в создании дополнительных организаций (в проверяемых налоговых периодах результатом финансово-хозяйственной деятельности всех обществ является убыток), в связи с чем, ООО «Картель» признано утратившим право на применении УСНО с 3 квартала 2011 года и переведено с указанного периода на общую систему налогообложения.

Представитель третьих лиц также указал, что они поддерживают позицию заявителя, считают оспариваемое решение незаконным и необоснованным, полагают недопустимым объединение доходов у ООО «Картель», поскольку осуществляли каждый свою деятельность самостоятельно на разных АЗС.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы заявителя и налогового органа, суд установил следующее.

ИФНС по г. Находке на основании решения № 07/47 от 25.02.2014 года в период с 25.02.2014 по 25.04.2014 была проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Картель» за 2011-2012 годы, по окончании которой инспекцией был составлен акт выездной налоговой проверки № 07/16 от 25.06.2014.

По результатам проверки налоговым органом было принято решение №07/61 от 15.09.2014, в котором инспекция пришла к выводу о применении ООО «Картель» в своей деятельности схемы, направленной на минимизацию налоговых обязательств в виде неуплаты налогов по общей системе налогообложения, путем дробления бизнеса посредством последовательного создания взаимозависимых организаций ООО «Картель Премиум» и ООО «Картель Плюс» при отсутствии хозяйственной потребности в создании данных организаций. ООО «Картель» было признано утратившим право на применение УСНО с 3 квартала 2011 года и переведено с данного периода на общую систему налогообложения, а также заявитель был привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде уплаты налогов, пени и штрафов в общей сумме 7 540 893 руб. 21 коп.

С указанным решением общество не согласилось и обратилось в УФНС России по Приморскому краю с апелляционной жалобой, которое, рассмотрев жалобу, приняло решение № 13-10/388 от 28.11.2014 о частичном ее удовлетворении: решение инспекции отменено в части доначисления к уплате налога в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 1 полугодие 2011 года в размере 207 344 руб., налога на прибыль организаций в размере 167 429 руб., а также сумм пени и штрафов на указанные суммы, в остальной части решение оставлено в без изменения.

Посчитав, что решением инспекции №07/61 от 15.09.2014, с учетом внесенных в него вышестоящим налоговым органом изменений, нарушаются права и законные интересы общества, ООО «Картель» обратилось с настоящими требованиями в арбитражный суд.

Исследовав материалы дела, оценив представленные в материалы дела доказательства, выслушав доводы сторон, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Законодательство о налогах и сборах предоставляет налогоплательщикам право по своему выбору применять упрощенную систему налогообложения при условии соответствия критериям, установленным пунктом 4 статьи 346.13 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс РФ, НК РФ, Кодекс), либо производить уплату налогов в соответствии с иными режимами налогообложения, в том числе общей системой налогообложения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.11 НК РФ упрощенная система налогообложения организациями и индивидуальными предпринимателями применяется наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах. Переход к упрощенной системе налогообложения или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно в порядке, предусмотренном главой 26.2 Кодекса.

Согласно пункту 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверяемый период) если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 НК РФ, превысили 20 млн. рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 настоящего Кодекса, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Как следует из материалов дела, ООО «Картель», состоящее на учете с 28.10.2004, ООО «Картель Плюс», состоящее на учете с 15.12.2009, ООО «Картель Премиум», состоящее на учете с 24.02.2009, находятся на упрощенной системе налогообложения, объект налогообложения - доходы, уменьшенные на величину расходов. Как установлено налоговой проверкой, за проверяемый период 2011-2012 годы финансовые показатели каждой из организаций не превышали предельного уровня, установленного для упрощенной системы налогообложения.

Налоговый орган ссылается на наличие взаимозависимости между тремя обществами и на установленные в ходе проверки факты, которые могут свидетельствовать о влиянии взаимозависимости на условия и результаты хозяйственной деятельности обществ как то: один вид осуществляемой обществами деятельности, один руководитель – ФИО1, наделенный полномочиями без доверенности действовать от имени всех обществ, общий юридический адрес и контактные телефоны, документация трех обществ находится в одном здании, бухгалтерская отчетность ведется на одном компьютере, документы в налоговый орган от имени всех направляет сам ФИО1, все офисные помещения арендуются у ФИО2, договоры с поставщиками, счета-фактуры и товарные накладные однотипные и идентичные, подписываются директором, одинаковые сотрудники и графики их работы, а также принцип выдачи заработной платы, все АЗС работают под одним логотипом «Картель».

Данные обстоятельства, по мнению налогового органа, подтверждают факт осуществления совместной деятельности и распределения доходов и расходов всех трех обществ таким образом, чтобы у каждого из них доход не превысил предела, установленного для плательщика единого налога по упрощенной системе налогообложения.

Заявитель не отрицает факта взаимозависимости обществ, однако, указывает на самостоятельность и независимость ведения каждым обществом экономической деятельности.

Принимая во внимание требование п. 2 ст. 71 АПК РФ о необходимости оценки арбитражным судом относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, арбитражный суд полагает требования подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ N 3-П от 24.02.2004, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Налоговый кодекс РФ также не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать произведенные налогоплательщиками расходы с позиции их экономической целесообразности, рациональности и эффективности.

Конституционный Суд РФ в Постановлении N 9-П от 27.05.2003 обозначил границы ответственности за деяния, влекущие сокращение налоговых платежей, сформулировав правовую позицию, согласно которой недопустимо установление ответственности за такие действия налогоплательщика, которые, хотя и имеют следствием неуплату налога либо уменьшение его суммы, но заключаются в использовании предоставленных налогоплательщику законом прав, связанных с освобождением на законном основании от уплаты налога или с выбором наиболее выгодных для него форм предпринимательской деятельности и соответственно оптимального вида платежа. Такие действия налогоплательщика признаются направленными на реализацию принадлежащих ему конституционных прав - при отсутствии доказательств их незаконности либо нереальности.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума ВАС РФ N 53 от 12.10.2006 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, под которой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны, если налоговым органом не доказано обратное.

Ссылаясь на недобросовестность налогоплательщика, при рассмотрении налогового спора налоговый орган обязан представить в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Между тем, по мнению суда, в материалах дела отсутствуют доказательства, на основании которых можно было бы сделать вывод о преднамеренности действий взаимозависимых лиц с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде минимизации своих налоговых обязательств, ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, для осуществления розничной торговли моторным топливом ООО «Картель» арендует автозаправочную станцию (АЗС) у ИП ФИО2 по адресу: <...>. ООО «Картель Плюс» арендует АЗС у ООО «Картель» по адресу: <...>. ООО «Картель Премиум» ведет деятельность на принадлежащей ей АЗС по адресу: <...>.

Таким образом, все организации осуществляют свою деятельность на разных объектах- автозаправочных станциях со своей инфраструктурой, расположенных по разным адресам.

В соответствии с техническим паспортом заявителя нормативный предельно допустимый объем заливки в емкости АЗС, деятельность на которой осуществляет ООО «Картель», АИ-92 -6,2 тн., дизтоплива -6,8 тн. Средневзвешенный объем суточной реализации в 2011 г. -2,3 тн., в 2012г. -2,1 тн. Принимая доводы заявителя, суд соглашается с тем, что общество не могло залить АИ-92 35,8 тн. и дизтоплива -21,1 тн., которое необходимо для получения дохода, указанного в решении. На этом основании не было никакой надобности в перераспределении ГСМ между обществами, т.к. предел реализации и без этого ограничен техническими возможностями АЗС, оптовыми ценами на топливо и колебаниями спроса. То есть совершенно очевидно, что ООО «Картель» фактически не могло реализовать такое количество топлива, реализация которого привела бы к утрате УСНО, поскольку не обладало техническими возможностями по реализации значительно большего количества ГСМ, чем оно реализовало в действительности.

Учитывая изложенное, в основу судебного акта по настоящему делу не могут быть положены доводы инспекции о том, что создание всех трех обществ обусловлено только минимизацией налогов с целью применения УСНО.

Указанные инспекции доводы в подтверждения создания «схемы дробления бизнеса» не могут быть положены в основу судебного акт по настоящему делу ввиду следующего.

Заявителем в материалы дела представлены штатные расписания и сведения о составе работников по каждому обществу по состоянию на 31.12.2011 и на 31.12.2012. Из анализа указанных документов следует, что постоянно осуществляют деятельность на трех предприятиях только директор ФИО1 и заместитель ФИО8

Слесарь ФИО9 работает по совместительству в трех обществах, о чем представлены трудовые договоры. Оператор АЗС ФИО10, являющаяся работником ООО «Картель Плюс» принята в ООО «Картель» по трудовому договору от 01.02.2011 временно на период отпусков (приказы о принятии и увольнении от 04.02.2011 и от 01.07.2011 соответственно). Бухгалтер ФИО11 (работник ООО «Картель Плюс») также работала в ООО «Картель» временно в период с 27.10.2010 до 13.05.2011, что подтверждается приказами о принятии на работу и увольнении. В остальном штатный состав работников трех предприятий был разным.

Указанные действия о временном трудоустройстве не противоречат действующему законодательству, в том числе трудовому, а также, по мнению суда, не свидетельствуют о сговоре обществ и не подтверждают намерения к получению необоснованной налоговой выгоды.

Согласно карточкам регистрации контрольно-кассовой машины №7985, №10294, №12482, 13948 в каждой организации был зарегистрирован свой кассовый аппарат. Как следует из актов проверки полноты учета выручки, полученной с применением ККТ и порядка работы с денежной наличностью №10, №11, №12, замечаний в отношении кассовой дисциплины ни к одному из обществ у налогового органа не было. Как пояснил директор, также не было замечаний и по результатам проверок проводимых до и после спорного периода.

Из договоров на инкассацию денежной наличности №527, №528, №353, №526 от 17.11.2010, заключенных обществами с ОАО «Сбербанк России» следует, что наличность каждой компании инкассировалась отдельно, прибыль не объединялась. В отношении обслуживания в одном банке директор ФИО1 пояснил, что в г.Находке только один банк- ОАО «Сбербанк России» имеет инкассацию, что явилось причиной обслуживания и сдачи выручки тремя предприятиями в один банк.

Таким образом, каждое общество имело свой собственный доход на самостоятельных изолированных производственных площадках, который учитывался отдельно, что опровергает доводы инспекции о влиянии директора ФИО1 на финансовую деятельность обществ в отношении распределения прибыли. Имущество не использовалось как единая производственная база.

Каких-либо фактов, достоверно свидетельствующих о не ведении обществами деятельности в качестве самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности инспекцией не установлено. При таких обстоятельствах достаточных оснований вменять общий доход, прошедший через три разных общества не имеется. По мнению суда, показатели финансово-хозяйственной деятельности общества различаются, что свидетельствует о фактической самостоятельности каждого из них. Представленные документальные доказательства подтверждают, что каждое общество самостоятельно исполняло обязательства по заключенным договорам с контрагентами, самостоятельно вели учет своих доходов и расходов, исчисляли налоги и представляли в налоговый орган по месту учета налоговую отчетность. Имущество не использовалось как единая производственная база. Денежные средства, полученные каждым из трех обществ, являлись их доходом.

В нарушение статьи 65 АПК РФ инспекцией не представлено безусловных доказательств использования обществами схемы «дробления бизнеса». В соответствии с частью 1 статьи 65 и частью 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возлагается на орган, который принял это решение.

Исходя из положений части 7 статьи 3 Налогового кодекса РФ [1] , а также в силу правовой позиции, изложенной в пунктах 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 53 от 12.10.2006 года «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности – достоверны.

Принимая доводы заявителя, суд соглашается с тем, что наличие вывесок «Картель» на АЗС других обществ не свидетельствует о наличии единого производственного процесса реализации нефтепродуктов только ООО «Картель». Указанный факт не препятствует осуществлению самостоятельной хозяйственной деятельности каждым обществом. Наличие одинаковых поставщиков нефтепродуктов свидетельствует о долговременных хозяйственных связях, основанных на доверии и добросовестном исполнении сторонами договорных обязательств и также не является достоверным и достаточным доказательством недобросовестности действий заявителя с целью минимизации налоговых обязательств.

Однотипность и идентичность документов трех обществ связаны лишь с совпадением характера и специфики деятельности ООО «Картель», ООО «Картель Плюс», ООО «Картель Премиум», что также не является нарушением.

Факт регистрации всех организаций по одному юридическому адресу, нахождение документации в одном здании, получение от одного лица бухгалтерского обслуживания и ведение его на одном компьютере, по мнению суда, также не являются безусловными доказательствами того, что доходы, полученные ООО «Картель», ООО «Картель Плюс», ООО «Картель Премиум», является доходами ООО «Картель». Доводы налогового органа об отсутствии в действиях налогоплательщика деловой цели судом не принимаются как не подтвержденные доказательствами. Кроме того целесообразность, рациональность, эффективность финансово- хозяйственной деятельности вправе оценивать лишь налогоплательщик единолично, поскольку он осуществляет деятельность самостоятельно и на свой риск.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что общества осуществляли свою деятельность без взаимодействия, обеспечивая условия для экономически эффективного достижения ее результатов, и это не является доказательствами совместной деятельности обществ, результаты которой учитываются при определении дохода в целях налогообложения как доход единого юридического лица.

Принимая доводы заявителя, суд соглашается с тем, что несостоятельными являются ссылки налогового органа в решении по апелляционной жалобе и в отзыве о том, что вина ООО «Картель» заключается в нарушении п.п. 3, 4 ст.342.12, п.3 ст.346.14 НК РФ, поскольку ст. 342.12 НК РФ не содержит, а п.3 ст. 346.14 относится к налогоплательщикам, являющимся участниками договора простого товарищества, в то время как между обществами совместная деятельность отсутствует.

Довод инспекции в подтверждение вины об изначальной согласованности в действиях учредителей обществ по применению схемы ухода от уплаты налогов суд считает недоказанным с учетом неопровергнутых налоговым органом доводов заявителя относительно целей создания трех юридических лиц с учетом специфики их хозяйственной деятельности на разных производственных площадках и положений статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе проверки при анализе сопоставления журнала учета нефтепродуктов и представленных первичных документов инспекцией установлено, что моторное топливо, приобретенное по счетам-фактурам, не отражено в журналах учета нефтепродуктов, в результате чего приобретенное обществами топливо у ООО «РН «Востокнефтепродукт» и ООО «Примартойл» не было слито в резервуары АЗС, не приходовалось в журнале учета нефтепродуктов и его невозможно рассматривать как товар, приобретенный для перепродажи». В отсутствие в представленных документах сведений о реализации части топлива, оно не было отнесено на затраты.

Однако, суд не может согласиться с указанным выводом налогового органа ввиду следующего.

В пункте 1 статьи 252 НК РФ определено, что расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществляемые налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Таким образом, при решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей налогообложения необходимо исходить из того, подтверждаются ли расходы представленными налогоплательщиком документами. Условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически осуществлены.

В соответствии с Правилами технической эксплуатации автозаправочных станций (РД 153-39.2-080-01), утвержденных Приказом Минэнерго РФ от 01.08.2001 N 229, с изменениями, внесенными Приказом Минэнерго РФ от 17.06.2003 N на АЗС должны вестись как журнал учета нефтепродуктов, так и сменный отчет.

Так, например, согласно 13.7. Правил в ходе и по завершении слива нефтепродуктов в резервуары АЗС необходимо: внести в журнал поступления нефтепродуктов, в сменный отчет и товарно-транспортную накладную данные о фактически принятом количестве нефтепродукта. Количество принятого в резервуары АЗС нефтепродукта фиксируется в журнале учета поступивших нефтепродуктов и в сменном отчете (п.13.13).

Указанные правила устанавливают требования эксплуатации АЗС, в том числе для внутреннего контроля и надзора.

Принимая доводы заявителя, суд соглашается с тем, что первичным документом бухгалтерского учета, требующимся для налогового контроля, журнал учета нефтепродуктов не является.

В обоснование своих доводов о необходимости ведения на АЗС журнала учета нефтепродуктов инспекция неоднократно ссылалась на п.6.14 Инструкции "О порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР", утвержденной Госкомнефтепродуктом СССР 15.08.1985 г. N 06/21-8-446 (далее- Инструкция от 15.08.1985), однако, указанный пункт не действует ввиду его исключения.

Напротив, сменные отчеты АЗС являются первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. По вышеуказанной Инструкции от 15.08.1985 сменные отчеты по АЗС должны составляться ежедневно по форме N 25-НП. В этих отчетах отражается остаток бензина за смену и остаток бензина на конец смены, а также выручка, поступившая за смену.

Сменный отчет составляется в двух экземплярах (под копирку) и подписывается операторами, сдающими и принимающими смену.

Первый экземпляр отчета (отрывной) с приложенными к нему отоваренными и погашенными талонами, товарно-транспортными накладными, актами приемки нефтепродуктов, документами, подтверждающими сдачу наличных денег, и др. оператором, сдающим смену, представляется в бухгалтерию нефтебазы под расписку, а второй экземпляр - остается в книге сменных отчетов на АЗС и является контрольным для операторов смен (п.6.25 Инструкции).

В представленных в материалы дела сменных отчетах обществ отражено наличие остатков топлива на начало дня, приход (слив топлива), который подтверждается расходной накладной Поставщика на поставку топлива, в которой отражено наименование вида топлива, его количество, подпись оператора который произвел прием топлива и заверена печатью компании. В сменном отчетеоператор отражает расход (продажу) в количественном и суммовом выражении, подтверждает ее фискальным кассовым чеком, и отражает остатки топлива на конец дня.

Представитель заявителя пояснил, что сменный отчет являлся основным документом для ведения журнала кассира-операциониста, в связи с чем в нем имеются сведении я о движении наличных денег, такие как «Выручка за смену», «Сдано в Госбанк», из этой информации формируются сведения о доходах компании. Поскольку сменный отчет формировался для бухгалтерии, за его ведением осуществлялся строгий надзор, в то время как журнал учета нефтепродуктов ввиду его информативного характера составлялся ненадлежащим образом.

Учитывая изложенное, по мнению суда, сменные отчеты необоснованно оставлены инспекцией без внимания, поскольку содержали все сведения для подтверждения необходимых фактов.

Вместе с тем, исследованный журнал учета нефтепродуктов не содержит целого ряда характеристик товара, а также реквизитов перевозчика и его отметок о поставке ГСМ на АЗС обществ, необходимых для ведения регистров бухгалтерского учета, не содержит сведений о цене и стоимости товара, реквизитов перевозчика и его отметок о сливе ГСМ, не содержит сальдо остатков ГСМ на дату очередного залива топлива.

Не смотря на то, что журналы учета нефтепродуктов велись ненадлежащим образом, этообстоятельство не исключает в соответствии со ст. 252, 172 НК РФ доказывание фактических объемов поставок другими надлежащими документами, предусмотренными законодательством: расходными накладными, предъявляемыми перевозчиком при доставке топлива на АЗС, сменными отчетами операторов АЗС, подтверждающих приход (слив) топлива в резервуары АЗС, журналами кассира-операциониста о размере выручки, бухгалтерским регистром (оборотно-сальдовая ведомость по сч. 41 «Товары»).

Так, по спорным счетам-фактурам обществом предоставлена расшифровка движения топлива с приложением подтверждающих первичных документов. По реализованному в розницу топливу инспекции были предоставлены сменные отчеты операторов АЗС, поскольку на основании указанных отчетов обществом в бухгалтерском и налоговом учете учитывались суммы выручки (дохода) и движения топлива на АЗС.

По мнению суда, инспекцией необоснованно оставлены без анализа и учета предоставленные налогоплательщиком документы поступления ГСМ, исчерпывающим образом содержащие информацию о движении товара с надлежащими отметками поставщиков, перевозчиков и получателей: грузовые накладные перевозчика, сменные отчеты АЗС, товарные накладные, книги кассира-операциониста, кассовые отчеты. Указанные документы полностью соответствуют Закону РФ «О бухгалтерском учете», содержат все необходимые реквизиты для идентификации товара, его характеристики, количественные и качественные показатели, цену и стоимость, подписи и печати соответствующих участников поступления ГСМ, а также его движение в результате поступления и реализации, что позволяет их использовать в качестве надлежащих первичных документов для внесения в регистры бухгалтерского и налогового учета, что и было сделано налогоплательщиком.

Принимая доводы инспекции, суд соглашается с тем, что в соответствии с п.3.27 Инструкции от 15.08.1985 для контроля за поступлением и оприходованием нефтепродуктов на нефтебазах ведется журнал учета поступивших нефтепродуктов по форме N 13-НП. Страницы журнала нумеруются и скрепляются печатью. Количество листов в журнале заверяется подписью руководства нефтебазы. Записи в журнале ведутся на основании транспортных и отгрузочных документов, актов приемки нефтепродуктов.

Вместе с тем, ненадлежащее исполнение требований инструкции о порядке учета нефтепродуктов (ненадлежащее ведение журнала учета нефтепродуктов), при наличии другого первичного учетного документа (сменный отчет), составленного в соответствии с предъявляемыми к нему требованиями, не может являться основанием для исключения из состава материальных затрат стоимости топлива, не отраженного в журнале.

При наличии пороков отдельных документов налогоплательщика при наличии иных документов, содержащих все необходимые сведения и реквизиты, позволяющие достоверно определить размеры доходов и расходов, эти документы используются участниками налогового процесса в качестве надлежащих документов для определения реальной величины налоговых обязательств налогоплательщика.

Подводя итог изложенному, суд отмечает, что сам по себе факт применения обществами упрощенной системы налогообложения не свидетельствует о занижении налоговой базы ООО «Картель» и не свидетельствует о том, что выручка обществ, применяющих упрощенную систему налогообложения, полученная от реализации топлива, является выручкой заявителя. Помимо этого сам по себе факт взаимозависимости ООО «Картель» с организациями, применяющими упрощенную систему налогообложения, не может свидетельствовать о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды (п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006г. № 53).

Принимая доводы заявителя, суд соглашается с тем, что объединение доходов трех обществ именно у ООО «Картель» не является обоснованным, поскольку, не смотря на одного директора, состав учредителей обществ разный и АЗС также принадлежат разным лицам, которые категорически не согласны с «обнулением» их доходов, полученных по результатам разумной деловой цели, о чем указали третьи лица в своих письменных пояснениях.

Налоговый орган в данном случае не доказал влияние взаимозависимости указанных организаций на условия или экономические результаты деятельности этих организаций, в связи с чем у суда отсутствуют основания для признания оспариваемого решения обоснованным, заявленные требования подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на налоговый орган.

Согласно п.29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" действующее законодательство не предусматривает обязанности по уплате государственной пошлины при подаче ходатайства о приостановлении исполнения решения государственного органа, органа местного самоуправления, иного органа, должностного лица (часть 3 статьи 199 АПК РФ).

Учитывая изложенное, суд возвращает заявителю из бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 2 000 руб. по мерам.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Признать недействительным решение инспекции Федеральной налоговой службы по г.Находке Приморского №07/61 от 15.09.2014 о привлечении ООО «Картель» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части привлечения к уплате налогов, пеней, штрафов в сумме 6 951 034 руб. 26 коп., как не соответствующее Налоговому Кодексу РФ.

Решение в указанной части подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с инспекции Федеральной налоговой службы России по г.Находке Приморского края в пользу общества с ограниченной ответственностью «Картель» 2 000 (две тысячи) руб. государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Картель» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2 000 (две тысячи) рублей.

Выдать исполнительный лист и справку на возврат госпошлины после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Бойко Ю.К.