Гражданский кодекс часть 1

установил: общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой» в лице участника общества ФИО1 обратилось в суд с требованием к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения доли в размере 45 % в уставном капитале общества, заключенного между ФИО2 и ФИО3, о передаче части доли в размере 45 % в уставном капитале общества, отчуждённой ФИО2 ФИО3 по договору дарения.

В соответствии с частью 4 статьи 53, частью 1 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участник юридического лица при рассмотрении арбитражным судом корпоративного спора пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, поскольку является законным представителем корпорации, а также обладает правом требовать принудительного исполнения решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица, как материального истца и фактического взыскателя (часть 2 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

В судебном заседании 03.08.2020 судом объявлен перерыв в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения требований, поскольку устав общества не содержит требование о необходимости получения согласия других участников общества или общества на совершение сделки по отчуждению принадлежащих другим участникам общества долей или их частей по безвозмездной сделке; отчуждение доли производилось на основании договора дарения, удостоверенного нотариусом, права истца не нарушены, между участниками общества имеется корпоративный спор.

ФИО2 возражал против удовлетворения требований, поскольку дополнительных требований, кроме нотариального удостоверения сделки по отчуждению части доли уставом общества не предусмотрено, положения устава должны толковаться буквально, действия нотариуса при удостоверении спорного договора дарения в установленном законом порядке не оспорены и несоответствующими требованиям закона не признаны.

Представитель ФИО3 возражал против требований, пояснив суду, что она является добросовестным приобретателем доли в уставном капитале общества, о корпоративном конфликте между ФИО1 и ФИО2 не было известно, желаний продолжать корпоративное участие не имеет, готова возвратить ФИО2 долю обратно.

Спор рассмотрен в отсутствии третьего лица- МИФНС № 26 по Ростовской области. Извещенного о процессе надлежащим образом.

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, установил следующие фактические обстоятельства.

09.04.2013 ФИО1 (51% уставного капитала) и ФИО2 (49% уставного капитала) было создано общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой».

Как следует из искового заявления, 05.03.2020 ФИО1 из открытых источников стало известно об отчуждении ФИО2 части доли в размере 45% в уставном капитале общества ФИО3. Вследствие чего, 05.03.2020 ФИО1 было направлено письмо исх. № б/н от 05.03.2020 в адрес учредителя и генерального директора общества ФИО2, с требованием о предоставлении документации общества для проведения аудиторской проверки для подтверждения правильности годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества, а также проверки состояния текущих дел общества. Документы общества ФИО2 так и не были предоставлены.

Также ФИО1 в адрес ФИО2 было направлено письмо № б/н от 16.03.2020 с просьбой разъяснить обстоятельства заключения сделки по отчуждению ФИО2 части доли в размере 45% (ГРН 2206100155358 от 28.02.2020) в уставном капитале общества ФИО3, с учетом закрепленного действующим законодательством РФ права преимущественной покупки доли в обществах с ограниченной ответственностью у участников.

В ответном письме № б/н от 25.03.2020 ФИО2 пояснил, что принадлежащая ему часть доли в размере 45% уставного капитала общества была отчуждена им ФИО3 по безвозмездной сделке (договору дарения), удостоверенной в нотариальном порядке. Соответствующие изменения внесены налоговым органом в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц.

Как указано в иске, в соответствии с п. 1.11 устава общества, принятие новых участников в состав общества осуществляется по решению общего собрания участников общества.

Генеральным директором общества не направлялось уведомление в адрес ФИО1 о проведении общего собрания участников общества по вопросу принятия ФИО3 в состав участников общества, соответственно решение по данному вопросу общим собранием участников общества не принималось.

По мнению истца, поскольку ФИО2 является как участником, так и генеральным директором общества, никаких препятствий для инициации, созыва и проведения общего собрания участников общества для решения вопроса о принятии ФИО3 в состав участников общества посредством осуществления сделки по отчуждению принадлежащей ФИО2 части принадлежащей ему доли в уставном капитале общества у него не было.

Пункт 8.3 устава общества обязывает генерального директора общества руководствоваться требованиями устава общества.

Соответственно, ФИО2, по мнению истца, должен был знать об ограничении на принятие новых участников в состав общества, установленном п. 1.11 действующего устава общества. Истец считает, имеет место заведомо недобросовестное осуществление ФИО2 своих гражданских прав, что недопустимо в соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с настоящим требованием в арбитражный суд.

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Возникшие между сторонами правоотношения являются отношениями по переводу на общество доли в уставном капитале общества ввиду допущения нарушения при распоряжении таковой, в связи с чем в данном случае подлежат применению общие положения Гражданского кодекса РФ, а также нормы федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее закон об ООО, закон N 14-ФЗ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 21 закона об ООО участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных настоящим федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

Согласно пунктам 10 статьи 21 закона об ООО в случае, если настоящим Федеральным законом и (или) уставом общества предусмотрена необходимость получить согласие участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьему лицу, такое согласие считается полученным при условии, что всеми участниками общества в течение тридцати дней или иного определенного уставом срока со дня получения соответствующего обращения или оферты обществом в общество представлены составленные в письменной форме заявления о согласии на отчуждение доли или части доли на основании сделки или на переход доли или части доли к третьему лицу по иному основанию либо в течение указанного срока не представлены составленные в письменной форме заявления об отказе от дачи согласия на отчуждение или переход доли или части доли.

В случае, если уставом общества предусмотрена необходимость получить согласие общества на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества участникам общества или третьим лицам, такое согласие считается полученным участником общества, отчуждающим долю или часть доли, при условии, что в течение тридцати дней со дня обращения к обществу или в течение иного определенного уставом общества срока им получено согласие общества, выраженное в письменной форме, либо от общества не получен отказ в даче согласия на отчуждение доли или части доли, выраженный в письменной форме.

В соответствии с пунктом 18 статьи 21 закона об ООО в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли, участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении. При этом в случае передачи доли или части доли обществу расходы, понесенные приобретателем доли или части доли в связи с ее приобретением, возмещаются лицом, которое произвело отчуждение доли или части доли с нарушением указанного порядка.

Решение суда о передаче доли или части доли обществу является основанием для государственной регистрации соответствующего изменения. Такие доля или часть доли в уставном капитале общества должны быть реализованы обществом в порядке и в сроки, которые установлены статьей 24 настоящего Федерального закона.

Необходимость согласия участников общества (самого общества) на отчуждение либо переход права на долю в уставном капитале от участника общества к третьему лицу должна быть закреплена законом либо уставом общества.

В силу пункта 6.3 устава участники общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли ли части доли в уставном капитале общества или ее часть одному или нескольким физическим или юридическим лицам.

Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" направлено на разъяснение возникающих в судебной практике вопросов и в целях обеспечения единообразных подходов к разрешению споров, вытекающих из договоров, устанавливает обязательные разъяснения применительно к проблемным вопросам реализации принципа свободы договора, включая смешанный и непоименованный, оценку подлежащих применению к правам и обязанностям сторон договора императивных и диспозитивных норм законодательства, реализацию принципов добросовестности и справедливости при заключении и толковании договоров.

Приведенный пункт 11 Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 содержит четкое раскрытие условий применения содержащегося в нем разъяснения, а именно разрешение споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), и последствий такого применения в виде установления принципа приоритета субъектного толкования - в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Таким образом, именно неполная ясность условий договора, влекущая затруднительность бесспорного установления действительной общей воли сторон договора, прямо затрагивающая определенность в правах и обязанностях сторон договора по отношению к друг другу, является основанием для избрания принципа субъектного приоритета при толковании именно условий самого договора. При этом, закрепленный Постановлением Пленума ВАС РФ отмеченный принцип приоритета субъектного толкования основывается на допущении наличия в определенных договорах условно более слабой и сильной сторон, заведомо способных (либо неспособных) оказать существенное влияние на формирование его условий в свою пользу.

Вместе с тем, в рассматриваемом споре оснований для вывода о неполной ясности условий спорного договора, каковым выступает договор дарения от 13.02.2020, по условиям которого даритель ( ФИО2) безвозмездно передает в собственность одаряемого ( ФИО3) принадлежащую ему долю в уставном капитале общества в размере 45%, не имеется.

Более того, с учетом правовой конструкции безвозмездного договора дарения, допустимого к заключению исключительно по взаимной согласованной договоренности его сторон (при невозможности понудить ни к совершению дарения, ни к принятию дара), основания для вывода о возможном участии в нем более сильной и слабой сторон (даритель, одаряемый) фактически отсутствуют

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 03.07.2014 N 1564-О, действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организаций, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании. В связи с этим Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" и позволяет участникам обществ с ограниченной ответственностью предусмотреть в уставе дополнительные гарантии своих имущественных прав, в частности в виде запрета на отчуждение доли или ее части в пользу лиц, не являющихся участниками общества, либо указать на необходимость получения согласия на подобное отчуждение.

Отсутствие в пункте 6.3 устава общества, принципиально допускающего продажу либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам, прямого указания, о необходимости согласия участников общества или общества на совершение такой сделки, само по себе не означает непосредственного закрепления отсутствия необходимости такого согласия,

Напротив, использованная в пункте 4.3 Устава отсылочная конструкция относительно отношения участников с обществом, а также относительно других вопросов, вытекающих из прав участников на долю в имуществе общества, "регулируются действующим законодательство и настоящим Уставом", прямо предполагает необходимость системного учета всей совокупности положений устава, содержащихся в иных его пунктах, для установления наличия либо отсутствия соответствующей обязанности по получению согласия на отчуждательные действия с долей участия в уставном капитале общества.

Дарение как безвозмездное распоряжение объектом права (каковой в настоящем случае выступает доля участия в уставном капитале общества) с точки зрения своей правовой природы выступает одним из видов отчуждения, влекущим принятие в состав общества нового участника.

А пунктом 1.11 устава закреплено, что принятие новых участников в состав общества осуществляется по решению Общего собрания участников общества.

В силу изложенного, системное толкование раздела 6 устава, а также п. 1.11, 4.3. Устава приводит суд к выводу о наличии в уставе общества требования об обязательности получении согласия участников общества на совершение дарения доли в уставном капитале общества третьему лицу.

Приведенный подход полностью соответствует направленности корпоративных отношений к субъектной стабильности и предопределенности, при которой участники корпораций, к которым относится также общество с ограниченной ответственностью, существенно заинтересованы в личности иных участников корпорации, подконтрольности их возможной смены, возможности сохранения баланса отношений в рамках обладания определенным соотношением долей участия в корпорации.

Таким образом, в силу презумпции диспозитивности, положенной в основу регулирования общества с ограниченной ответственностью, все правила, касающиеся ограничения отчуждения доли в уставном капитале третьим лицам, включая право преимущественной покупки доли, могут быть изменены или полностью отменены уставом общества (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 306-ЭС19-24912 по делу N А65-3053/2019).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о фактическом допущении нарушения участниками договора дарения доли в уставном капитале общества от 13.02.2020, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемого принадлежащую ему долю в уставном капитале общества в размере 45%, порядка отчуждения доли в уставном капитале общества, закрепленного уставом общества, в виде неполучения требуемого согласия участников общества.

Обстоятельство удостоверения отмеченной сделки в нотариальном порядке не влияет на оценку указанной сделки судом, осуществленной на основании представленных материалов настоящего дела, в рамках действия пункта 1 статьи 19 Конституции РФ, статьи 71 АПК РФ.

В соответствии с абз. 3,4 пункта 18 статьи 21 закона об ООО, в случае отчуждения доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении. При этом в случае передачи доли или части доли обществу расходы, понесенные приобретателем доли или части доли в связи с ее приобретением, возмещаются лицом, которое произвело отчуждение доли или части доли с нарушением указанного порядка. Решение суда о передаче доли или части доли обществу является основанием государственной регистрации соответствующего изменения.

Изложенное свидетельствует об обоснованности заявленных требований истца о переводе на общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой» доли в уставном капитале общества в размере 45%, приобретенной ФИО3 у ФИО2 по договору дарения от 13.02.2020.

Судом возвращено встречное исковое заявление ФИО2 об обязании ФИО1 заключить с ФИО2 договор купли-продажи принадлежащей ФИО1 доли в размере 51% в уставном капитале общества по цене 5 100 руб. ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик до принятия арбитражным судом первой инстанции судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, вправе предъявить истцу встречный иск для рассмотрения его совместно с первоначальным иском. Встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела (часть 3 статьи 132 АПК РФ).

Исходя из положений частей 2 и 3 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Злоупотребление процессуальными правами либо неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет для этих лиц предусмотренные Кодексом неблагоприятные последствия.

Предъявление встречного искового заявления в день вынесения резолютивной части решения не отвечает требованиям добросовестности стороны при использовании процессуальных прав (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принятие 10.08.2020 арбитражным судом судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в силу части 4 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для возвращения встречного искового заявления.

Вместе с тем возвращение встречного иска не нарушает права ФИО2 на судебную защиту, так как не препятствует повторному обращению с указанным заявлением и рассмотрению его по существу.

Ходатайство ответчиков об отложении судебного разбирательства в связи с возможностью возвращения доли ФИО2 судом отклонено.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 указанной статьи).

Изложенные заявителями обстоятельства не являются безусловным основанием для отложения судебного разбирательства, в связи с чем, ходатайство об отложении отклонено судом

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Возвратить встречный иск ФИО2.

Возвратить ФИО2 государственную пошлину в размере 6 000 руб., уплаченную по чек-ордеру от 07.08.2020, операция 488.

Признать недействительной сделкой договор дарения от 13.02.2020 доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в размере 45%, заключенный между ФИО2, ФИО3.

Передать обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) долю в размере 45 % в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

Настоящее решение является основанием для государственной регистрации соответствующих изменений в ЕГРЮЛ в отношении общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «ТехСтрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) на основании абзаца 4 пункта 18 статьи 21 Федерального закона " Об обществах с ограниченной ответственностью".

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Взыскать со ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Губенко М. И.