Гражданский кодекс часть 1

к обществу с ограниченной ответственностью «Шахтастрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Еврострой» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании,

третье лицо, заявляющее самостоятельные требования - ФИО1

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 07.02.2020г.

от ответчика ООО «Шахтастрой»: представитель ФИО3 по доверенности от 08.06.2020г.

от ответчика ООО «Еврострой»: представитель ФИО4 по доверенности от 18.08.2020г.

от ФИО1: представитель ФИО5 по доверенности от 24.12.2018г.

установил: общество с ограниченной ответственностью «Горизонт» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Шахтастрой», обществу с ограниченной ответственностью «Еврострой» о признании недействительным договора о переводе долга №1 от 01.11.2019г., заключенного между ответчиками, применении последствий недействительности данной сделки в виде перемены лиц в обязательстве – первоначального должника ООО «Шахтастрой» на нового должника ООО «Еврострой» в рамках договора поставки №07/18 от 26.07.2018г., заключенного между ООО «Горизонт», как «Поставщиком», и ООО «Шахтастрой», как «Покупателем».

В обоснование заявленного иска истец указывает на то, что данный договор является мнимой, притворной сделкой, кроме того, является для ООО «Горизонт» крупной сделкой, которая была заключена без предварительного одобрения общего собрания участников этого общества в порядке предусмотренном ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также совершена без надлежащего согласия кредитора на перевод долга.

Определением от 23.11.2020г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель ФИО1.

В ходе судебного разбирательства от ИП ФИО1 поступило заявление об изменении процессуального статуса с третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на третье лицо, заявляющего самостоятельные требования.

Учитывая, что в соответствии с договором уступки права требования для целей взыскания задолженности (инкассо-цессии) от 29.05.2020г., заключенным между ООО «Горизонт», как «Цедентом», и индивидуальным предпринимателем ФИО1, как «Цессионарием», и относящимся к смешанному виду гражданско-правовых договоров (п. 3 ст. 421 ГК РФ), ООО «Горизонт» уступает ИП ФИО1 право требования для осуществления взыскания задолженности, в том числе по договору поставки №07/18 от 26.07.2018г. в отношении должника ООО «Шахтастрой» (согласно Приложению к договору), а ИП ФИО1 обязуется передать ООО «Горизонт» в течение 30 дней сумму в размере 20% от суммы, поступившей от должника (п. 2.4.), при этом 80% суммы задолженности оставляя себе, в порядке ст. 50 АПК РФ ходатайство ИП ФИО1 о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, судом удовлетворено.

ИП ФИО1 также просит признать недействительным договор перевода долга №1 от 01.11.2019г., применить последствия недействительности сделки по аналогичным с истцом ООО «Горизонт» основаниям.

От ответчиков поступили отзывы на исковое заявление и дополнительные возражения на письменные пояснения истца, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представители истца и третьего лица поддержали заявленные требования, настаивали на их удовлетворении. Представители ответчиков возражали против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменных отзывах и возражениях, просили в иске отказать.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между ООО «Шахтастрой» и ООО «СНАБТОРГ-НСК» заключен договор о переводе долга №1 от 01.11.2019г., по которому первоначальный должник переводит, а новый должник принимает долг перед ООО «Горизонт», который возник по договору поставки №07/18 от 26.07.2018г. и включает долг по оплате поставленного товара в размере 18 899 520 руб. (с НДС 18%). Согласно п. 2.1., 2.2., 2.3. договора за перевод долга первоначальный должник обязан уплатить новому должнику в безналичном порядке платежными поручениями 18 899 520 рублей частями в срок не позднее 25.12.2022г.

К договору №1 от 01.11.2019г. приложено уведомление об уступке права требования и согласие на перевод долга от кредитора (заказчика в рамках договора поставки №07/18 от 26.07.2018г.), подписанное директором ООО «Горизонт» ФИО6

Кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Горизонт» (ИНН <***>, ОГРН <***>) создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 27.07.2015г. Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 39 по Республике Башкортостан.

Первоначальный должник – общество с ограниченной ответственностью «Шахтастрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 29.03.2013г. Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №26 по Ростовской области.

Новый должник – общество с ограниченной ответственностью «СНАБТОРГ-НСК» (ИНН <***>, ОГРН <***>) создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 07.11.2018г. Межрайонной инспекцией ФНС №16 по Новосибирской области. В связи с изменениями, зарегистрированными в установленном порядке 02.12.2019г., ООО «СНАБТОРГ-НСК» впоследствии переименовано на ООО «Еврострой». Данное юридическое лицо является действующим, осуществляет согласно выписке из ЕГРЮЛ 28 различных видов деятельности, основными из которых являются производство земляных и строительно-монтажных работ, сведения о возбуждении в отношении ООО «Еврострой» процедуры банкротства и его нахождении в процессе ликвидации в материалах дела отсутствуют.

Как сообщил суду истец, с декабря 2018 года по ноябрь 2019 года в ООО «Горизонт» имел место корпоративный конфликт, что подтверждается судебными актами по делу № А07-4453/2019 в Арбитражном суде Республики Башкортостан, в соответствии с которыми бывший учредитель общества ФИО7 внес недостоверные сведения в ЕГРЮЛ о руководителе постоянно действующего исполнительного органа юридического лица ФИО6 Судом первой инстанции по указанному арбитражному делу вынесено решение 17.09.2019г. о признании протокола от 12.12.2018г. о назначении ФИО6 директором недействительным. Решение вступило в законную силу с принятием постановления апелляционной инстанцией 28.11.2019г.

По мнению истца, при таких обстоятельствах согласие кредитора на перевод долга по оспариваемому договору №1 от 01.11.2019г., подписанное ФИО6 в качестве директора ООО «Горизонт», является недействительным.

Также истец считает, что договор №1 от 01.11.2019г. является крупной сделкой для ООО «Горизонт», которая была заключена без предварительного одобрения общего собрания участников этого общества в порядке предусмотренном ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Кроме того, ООО «Горизонт» указывает на мнимость и притворность сделки по переводу долга, о чем, по мнению истца, свидетельствует совокупность обстоятельств: фиктивный документооборот между ответчиками, недобросовестные действия сторон оспариваемого договора, в которых усматриваются признаки злоупотребления правом с целью причинить вред истцу, отсутствие экономической целесообразности самого договора №1 от 01.11.2019г. и направление денежных средств во исполнение договора о переводе долга на финансирование договора субподряда, заключенного между ответчиками позднее.

Изложенные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд о признании недействительным договора о переводе долга №1 от 01.11.2019г., заключенного между ООО «Шахтастрой» и ООО «СНАБТОРГ-НСК» (ООО «Еврострой»).

Аналогичной позиции придерживается и третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ИП ФИО1

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

На основании части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу указанной нормы сделка, являющаяся ничтожной, недействительна независимо от признания ее таковой судом, в связи с чем, предъявление самостоятельного иска о признании условия договора недействительным не требуется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно части 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании части 1 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником.

В обязательствах, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской деятельности, перевод долга может быть произведен по соглашению между кредитором и новым должником, согласно которому новый должник принимает на себя обязательство первоначального должника.

Согласно части 2 указанной статьи перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным.

Если кредитор дает предварительное согласие на перевод долга, этот перевод считается состоявшимся в момент получения кредитором уведомления о переводе долга.

К договору о переводе долга №1 от 01.11.2019г., заключенному между ООО «Шахтастрой» и ООО «СНАБТОРГ-НСК», приложено уведомление об уступке права требования и согласие на перевод долга от кредитора ООО «Горизонт», подписанное директором ФИО6

Из представленной ответчиками информационной выписки из ЕГРЮЛ, сформированной на дату заключения договора 01.11.2019г. в сервисе «Контур.Фокус», директором предприятия на указанную дату являлся ФИО6. Государственный регистрационный номер и дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей данные сведения: 61802802273277 от 19.12.2018г.

Сведения, предоставленные информационной системой «Контур.Фокус» в отношении ООО «Горизонт» на 01.11.2019г. не противоречат официальной выписке из ЕГРЮЛ на настоящее время, полученной ООО «Шахтастрой» в ответ на запрос из налогового органа и также приобщенной по ходатайству ответчика к материалам дела.

В свою очередь, истец предоставленные ответчиками сведения не опроверг, возражений относительно достоверности информационной выписки из ЕГРЮЛ, сформированной сервисом «Контур.Фокус», в ходе судебного разбирательства не заявлял.

Учитывая изложенное, суд находит возможным принять данную выписку и оценивать ее наряду с другими доказательствами.

Как видно, подтвердив на момент заключения договора полномочия ФИО6 посредством получения соответствующих сведений о директоре ООО «Горизонт» из общедоступной базы данных налоговой службы, проверив правоспособность данного юридического лица, отсутствие процедуры банкротства и ликвидации в отношении него, ответчики проявили надлежащую степень заботливости и осмотрительности при получении согласия кредитора на перевод долга.

Вопреки доводам искового заявления, действующее законодательство не устанавливает обязанность сторон договора о переводе долга, искать и изучать все судебные споры организации-кредитора, дающего свое согласие на сделку. Кроме того, истец не представил доказательств того, что ответчики знали о каких-либо корпоративных конфликтах, происходящих между учредителями ООО «Горизонт», и соответственно действовали недобросовестно при совершении сделки.

Как усматривается из дела № А07-4453/2019, рассмотренного в Арбитражном суде Республики Башкортостан, на которое ссылается истец, решение о признании недействительным протокола от 12.12.2018г. о назначении ФИО6 директором вступило в законную силу 28.11.2019г. с принятием постановления судом апелляционной инстанции.

Согласие на перевод долга подписано ФИО6 01.01.2019г., то есть в то время, когда протокол общего собрания участников ООО «Горизонт» от 12.12.2018г. еще не был признан недействительным, и рассматривалась апелляционная жалоба на решение суда первой инстанции.

Представленная ответчиками выписка из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 01.01.2019г., которая не была опровергнута истцом, подтверждает факт наличия у ФИО6 полномочий директора на момент заключения спорного договора и получения согласия кредитора.

В этой связи суд полагает обоснованным исходить из правовой позиции, высказанной в постановлении ВАС РФ от 24 июля 2007 года №3259/07, согласно которой, если сделка совершена обществом до вступления в законную силу решения суда о признании недействительным решения об избрании единоличного исполнительного органа, то отсутствуют основания для признания ее совершенной неуполномоченным лицом. При таких фактических обстоятельствах суд отказывает в признании сделки недействительной и применении последствий недействительности.

Аналогичный подход поддерживается Федеральным арбитражным судом Западно-Сибирского округа (постановление от 15 октября 2010г. по делу №А27-3438/2010), Федеральным арбитражным судом Волго-Вятского округа (постановление от 23 ноября 2010г. по делу №А79-12757/2009), Десятым арбитражным апелляционным судом (постановление от 15.12.2014г. по делу №А41-40943/13).

Очевидно, что подобное правило применимо и в отношении согласия кредитора на перевод долга.

Довод стороны истца о том, что еще до фактического перечисления денежных средств в качестве оплаты за перевод долга от первоначального должника ООО «Шахтастрой» новому должнику ООО «Еврострой» в марте-июне 2020 года, а именно 25.02.2020г. ООО «Шахтастрой», получив досудебную претензию, было косвенно уведомлено об отсутствии согласия кредитора ООО «Горизонт», подлежит отклонению ввиду следующего.

По смыслу 2 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе одобрить перевод долга заранее, в момент сделки или после ее заключения. Именно с момента получения согласия кредитора перевод долга считается состоявшимся. Применительно к оспариваемому договору, такое согласие было получено 01.11.2019г.

Иная по своей сути позиция нового руководства организации-кредитора на момент перечисления денежных средств в качестве оплаты перевода долга либо до его наступления не имеет в настоящем случае правового значения, учитывая, что такое согласие уже было получено сторонами – первоначальным и новым должником – на момент заключения договора.

Суд отмечает, что корпоративный конфликт в ООО «Горизонт» имел затяжной характер и продолжался до января 2021 года (что подтверждается делом №А07-466/20 в Арбитражный суд Республики Башкортостан). Вместе с тем, смена руководства в организации-кредиторе не может являться самостоятельным и достаточным основанием для признания недействительными сделок, совершенных прежним руководством. Не могут зависеть от данного обстоятельства и контрагенты общества при отсутствии установленных законом оснований.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о недействительности сделки по переводу долга вследствие отсутствия согласия кредитора и о недобросовестном поведении сторон при получении такого согласия подлежат отклонению.

Также является несостоятельным довод истца о том, что оспариваемый договор о переводе долга является крупной сделкой для кредитора ООО «Горизонт», которая заключена без предварительного одобрения общего собрания участников общества в порядке, предусмотренном ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25) указано, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствие согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников определяются настоящим Кодексом и Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон N 14-ФЗ).

Положениями статей 45, 46 Закона N 14-ФЗ установлен порядок совершения сделок, имеющих признаки крупной сделки, и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность.

Как разъясняется в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – Постановление N 27), при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и Федеральным законом от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) с учетом особенностей, установленных указанными законами.

Высшим органом общества является общее собрание участников общества (пункт 1 статьи 32 N 14-ФЗ).

В силу пункта 1 статьи 33 Закона N 14-ФЗ компетенция общего собрания участников общества определяется уставом общества в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Закона N 14-ФЗ крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах"), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

На основании пункта 3 статьи 46 Закона N 14-ФЗ решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества.

Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества (пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с пояснениями истца оспариваемая сделка совершена 01.11.2019г., а согласно бухгалтерскому балансу ООО «Горизонт» от 30.09.2019г. стоимость чистых активов общества составляла 1 800 000 рублей, поэтому такая сделка превышала 25% величины активов общества, и для ее совершения было необходимо получить одобрение общего собрания участников общества – трех физических лиц, – что сделано не было, в связи с чем договор №1 от 01.11.2019г. должен быть признан недействительным. Кроме того, по мнению истца, оспариваемая сделка предусматривала безвозмездное выбытие активов в виде дебиторской задолженности, что нанесло убыток обществу.

Суд приходит к выводу, что изложенная позиция истца основана на неверной трактовке сущности договора о переводе долга, а также неправильном понимании крупной сделки для общества и предусмотренного законодателем порядка ее оспаривания.

На основании ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 154 ГК РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними. Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником. При этом перевод должником своего долга на другое лицо допускается только с согласия кредитора.

В соответствии со ст. 392.1 ГК РФ кредитор может осуществлять в отношении нового должника все права по обязательству, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Из анализа указанных положений законодательства следует, что договор перевода долга не является трехсторонней сделкой, поскольку правоотношение по отношению к кредитору не меняется (размер, форма, состав и т.д.), а меняется лишь лицо, обязанное по исполнению (должник). Следовательно, наличие обязательного согласия на перевод долга не означает принятие кредитором на себя новых обязательств, а потому перевод долга является двусторонней сделкой, совершаемой лишь при условии согласия кредитора.

То есть в данном случае нового обязательства между кредитором ООО «Горизонт» и новым должником ООО «СНАБТОРГ-НСК» (ООО «Еврострой») не возникло. Несмотря на совершенную между должниками сделку, обязательство из основного договора сохраняется (договор поставки №07/18 от 26.07.2018г.).

Следовательно, ООО «Горизонт» не является стороной сделки по переводу долга, а совершенная им односторонняя сделка по выражению согласия на перемену должника не является основанием для возникновения долга и в силу своего одностороннего характера не может быть возмездной. Такой перевод долга не является сделкой должника, нарушающей права и законные интересы истца, как кредитора. Также стоит отметить, что в отношении договоров о переводе долга безвозмездное выбытие активов в виде дебиторской задолженности у кредитора не возникает, поскольку происходит только замена стороны в обязательстве, а сам долг остается.

Таким образом, согласие на перевод долга не отвечает признакам сделки, предусмотренным статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку само по себе не влечет за собой правовых последствий в виде установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые (в данном случае – смена должника по договору поставки) возникают не в силу самого по себе согласия, а в силу договора перевода долга.

Аналогичная правовая позиция высказана в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.12.2019г. по делу № А40-111878/2017 и поддержана Верховным судом Российской Федерации.

На основании части 5 статьи 46 Закона №14-ФЗ суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки;

- при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

В то же время истец не представил доказательств того, что ООО «Шахтастрой» и ООО «Еврострой» знали или заведомо должны были знать о финансовом состоянии ООО «Горизонт» на момент совершения оспариваемой сделки.

Кроме того, исходя из положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, само по себе отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрении крупной сделки не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной по иску участника, соответствующий иск может быть удовлетворен только в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права и охраняемые законом интересы истца и целью его обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

Соответственно, истец должен указать, каким образом оспариваемой сделкой нарушаются его права и законные интересы и как они будут восстановлены при признании договора недействительным.

Бремя доказывания данных обстоятельств в соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит на истце.

Однако истец не представил доказательств того, что договор о переводе долга нарушает права и законные интересы ООО «Горизонт», то есть, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь причинение убытков обществу.

Таким образом, договор о переводе долга №1 от 01.11.2019г., заключенный между ответчиками ООО «Шахтастрой» и ООО «Еврострой», не является крупной сделкой для кредитора и не нарушает права и законные интересы истца ООО «Горизонт».

По другому утверждению истца, договор о переводе долга от 01.11.2019г. является мнимой и притворной сделкой.

С таким утверждением суд согласиться также не может.

В силу части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

На основании части второй данной статьи притворная сделка – это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями Высшего Арбитражного Суда РФ по вопросу квалификации сделок как мнимых необходимо установление отсутствия действий сторон договора, направленных на достижение основного правового результата заключенной сделки (определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 11.01.2010г. № ВАС-17599/09, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 08.02.2005г. № 10505/04).

То есть для признания сделки мнимой необходимо одновременно два условия: 1) стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения; 2) при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

С учетом изложенного суду следует принимать во внимание, исследовать и обосновывать наличие или отсутствие обстоятельств, связанных с реальностью сделки и хозяйственных операций, совершенных в ее исполнение. То есть ключевой аспект проверки сделки по мотиву мнимости – это реальность операций, совершенных во исполнение такой сделки, которую должен проверить суд.

В свою очередь в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. То есть для признания судом сделки притворной истцу, помимо отсутствия намерений у сторон выполнять совершенную сделку, необходимо доказать отсутствие результатов ее исполнения и направленность воли сторон на совершение иной прикрываемой сделки. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Как усматривается из материалов дела, между ООО «Шахтастрой» и ООО «СНАБТОРГ-НСК» был заключен договор перевода долга №1 от 01.11.2019г., по которому первоначальный должник переводит, а новый должник принимает долг перед ООО «Горизонт», который возник по договору поставки №07/18 от 26.07.2018г. и включает долг по оплате поставленного товара в размере 18 899 520 руб. (с НДС 18%). Согласно п. 2.1., 2.2., 2.3. договора за перевод долга первоначальный должник обязан уплатить новому должнику в безналичном порядке платежными поручениями 18 899 520 рублей частями в срок не позднее 25.12.2022г.

Как сообщили ответчики, заключение договора на вышеуказанных условиях было обусловлено для них следующими обстоятельствами.

09.07.2019г. ООО «Шахтастрой» в качестве подрядчика заключило государственный контракт №0173100008319000034/К/11/П с Минэнерго России на выполнение работ по реализации проектной и рабочей документации по объекту «Приведение в безопасное состояние поверхности промплощадки» ОАО УК «Кузбассуголь» (ОАО «Шахта «Пионерка»), что подтверждается информацией, размещенной на официальном сайте ЕИС (реестровый номер 17705847529 19 000065).

Поскольку объект находится в Кемеровской области (г. Белово), а сам государственный контракт предусматривает обширный перечень работ с продолжительным сроком их выполнения подрядчик ООО «Шахтастрой», находящийся в Ростовской области, нуждался в субподрядчике, который бы смог обеспечить выполнение части предусмотренных государственным контрактом работ на месте.

ООО «СНАБТОРГ-НСК» (ООО «Еврострой»), находящее в г. Новосибирске было готово взять на себя обязательства субподрядчика с условием заключения договора субподряда и фактического выполнения соответствующих работ не ранее апреля-мая 2020 года, что не противоречило срокам выполнения работ по государственному контракту.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. При этом условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В качестве оплаты по данному типу гражданско-правовых договоров стороны вправе выбрать различные способы расчетов: прощение долга по другому договору, принятие на себя нового обязательства в пользу нового должника и другие, не противоречащие действующему законодательству.

В оспариваемом договоре №1 от 01.11.2019г. сторонами была предусмотрена денежная форма, а именно оплата первоначальным должником в пользу нового должника в счет перевода долга денежной суммы в размере 18 899 520 руб. (размер самого долга). В деловом обороте и правоприменительной практике встречаются подобные способы расчетов по договорам о переводе долга между юридическими лицами (Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2016 г. по делу N А33-11522/2014, Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 5 августа 2014г. по делу N А43-4321/2013).

По утверждению ответчиков, выбор денежного способа расчетов был обусловлен тем, что прежде чем заключать договор субподряда и выполнять определенный перечень работ в рамках государственного контракта ООО «СНАБТОРГ-НСК» (ООО «Еврострой») должен был получить допуск СРО в строительстве, арендовать специальное оборудование, технику, заключить трудовые договоры и выполнить иные организационные мероприятия, что требовало соответствующих денежных затрат.

Как видно, оспариваемый договор №1 от 01.11.2019г. является возмездным.

В этой связи суд отмечает, что даже несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого долга само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения о передаче долга, заключенного между коммерческими организациями.

По общему же правилу в силу возмездности договора в случаях отсутствия в нем условия о цене переведенного долга, следует исходить из того, что первоначальный должник обязан возместить новому должнику стоимость переведенного им долга, что в данном случае буквально соответствует тексту оспариваемого договора, заключенного между ООО «Шахтастрой» и ООО «СНАБТОРГ-НСК».

В свою очередь доводы истца о то, что оспариваемый договор не был реально исполнен, не находят подтверждения в материалах дела.

Так, согласно представленным ответчиками платежным поручениям №171 от 12.03.2020 на сумму 350 000 рублей; №173 от 13.03.2020 на сумму 350 000 рублей; № 414 от 22.04.2020 на сумму 1 500 000 рублей; №419 от 23.04.2020 на сумму 1 500 000 рублей; № 466 от 28.04.2020 на сумму 2 000 000 рублей; №490 от 07.05,2020 на сумму 1 500 000 рублей; №543 от 13.05.2020 на сумму 1 500 000 рублей; №575 от 19.05.2020 на сумму 2 000 000 рублей; №583 от 20.05.2020 на сумму 2 000 000 рублей; №608 от 26.05.2020 на сумму 1 500 000 рублей; №652 от 02.06.2020 на сумму 4 699 520 рублей, на расчетный счет нового должника ООО «Еврострой», открытый в Сибирском банке ПАО Сбербанк г. Новосибирск, первоначальным должником ООО «Шахтастрой» была переведена полная сумма по договора о переводе долга №1 от 01.11.2019г., а именно 18 899 520 руб.

Поступление денежных средств в указанном размере на счет нового должника подтверждается также выпиской из банковского счета ООО «Еврострой» за период с 01.03.2020г. по 30.06.2020г., предоставленной Сибирским банком ПАО Сбербанк г.Новосибирск на запрос суда.

Как утверждает истец, отражение в платежных поручениях НДС в размере 20% вместо изначально предусмотренных договорами поставки и перевода долга 18% свидетельствуют о том, что данные платежные поручения не имеют отношения к договору перевода долга. Кроме того, по мнению истца, из книги продаж ООО «Еврострой» следует, что денежные средства, оплаченные ООО «Шахтастрой» платежным поручением №608 от 26.05.2020г., являются оплатой по счету-фактуре №2 от 17.06.2020г. в рамках договора субподряда №133 от 28.04.2020г., заключенного между ответчиками.

Согласно п. 1 ст. 146 Налогового Кодекса Российской Федерации объектом обложения НДС признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

В статье 155 Налогового Кодекса Российской Федерации упоминается операция по уступке требования, тем не менее детального урегулирования процесса налогообложения при ее совершении в Кодексе не содержится. Что же касается перевода долга, то данная операция в налоговом законодательстве не отражена вообще.

В этой связи по общему правилу операция по переводу долга (в отличие от уступки права требования) НДС не облагается (ст. ст. 146, 154 НК РФ), за исключением случаев, когда первоначальный должник получает вознаграждение за перевод долга. То есть от суммы, превышающей стоимость долговых обязательств первоначального должника новый должник должен заплатить НДС.

Вместе с тем, согласно условиям договора о переводе долга №1 от 01.11.2019г. денежная сумма полученная новым должником ООО «Еврострой» за перевод долга не превышает, а полностью соответствует стоимости долговых обязательств первоначального должника ООО «Шахтастрой».

Из книги продаж ООО «Еврострой», предоставленной уполномоченным государственным органом на запрос суда, видно, что соответствующие записи относительно уплаты НДС по оспариваемому договору о переводе долга бухгалтерией данного общества обосновано не вносились. Отсутствуют подобные записи и в книге покупок первоначального должника ООО «Шахтастрой».

Как пояснил ответчик ООО «Еврострой», указание НДС в платежных поручениях, а также в переписке между сторонами (письмо №798 от 03.06.2020г., представление ООО «Шахтастрой» в материалы дела), было вызвано тем, что стороны оспариваемого договора хотели конкретизировать между собой выполнение условий п. 1.2. и п. 2.1. договора, где фигурирует НДС, и уточнить, что оплата за перевод долга включает в себя сумму НДС по договору поставки №07/18 от 26.07.2018г. Ошибочное указание на НДС в первичных документах при переводе денежных средств является технической ошибкой бухгалтерии, которая возникла ввиду отсутствия законодательного регулирования операций по переводу долга и соответствующего опыта сотрудников.

Также согласно пояснениям ООО «Еврострой», имела место техническая ошибка и в отношении платежного поручения №608 от 26.05.2020г. на оплату счет-фактуры №2 от 17.06.2020г., что связано с тем, что по умолчанию программа «1С бухгалтерия» все безналичные поступления проводила по одному счету, которые затем должны были переводиться вручную сотрудником бухгалтерии на другие счета. А поскольку на момент сдачи декларации по НДС данная оплата по вине бухгалтерии не была переведена со счета на счет, она ошибочно попала в книгу продаж. В связи с выявлением недочета, ответчиком ООО «Еврострой» была сдана уточняющая декларация по НДС за 2 квартал 2020 года, что подтверждается приобщенными к материалам дела документами: извещением о вводе сведений налоговой декларации ООО «Еврострой» в электронной форме; квитанцией о приеме извещения; уточненной книгой продаж ООО «Еврострой». По мнению ответчика, оплата по счете-фактуре №2 от 17.06.2020г. в любом случае не могла быть фактически оплачена платежным поручением от 26.05.2020г., поскольку в таком случае в книге продаж была бы выставлена счет-фактура на авансовый платеж, а ее в книге продаже ООО «Еврострой» нет.

Отмечая изложенные обстоятельства и оценивая их наряду с другими представленными в материалы дела доказательствами (платежными поручениями, выпиской с банковского счета ООО «Еврострой», книгами покупок-продаж ответчиков), суд приходит к выводу, что сама по себе имевшая место неопределенность в отношении оформления НДС при взаиморасчетах между ответчиками по договору о переводе долга №1 от 01.11.2019г., а также необоснованное включение платежного поручения №608 от 26.05.2020г. в книгу продаж ООО «Еврострой», не может являться достаточным основанием для признания сделки недействительной (мнимой, притворной).

В частности, истцом не доказано, что платежное поручение от 26.05.2020г. было направлено на оплату счета-фактуры №2 от 17.06.2020г. в рамках договора субподряда №133 от 28.04.2020г. Автоматически из представленных суду документов данный вывод не следует. Кроме того, помимо указанного платежного поручения в книгах покупок-продаж ответчиков обосновано отсутствуют записи по уплате НДС в отношении оспариваемого договора о переводе долга.

Судом также отмечается, что неисполнение либо ненадлежащее исполнение какой-либо из сторон условий договора следует расценивать не как обстоятельство, свидетельствующее о ничтожности сделки, а как нарушение обязательства, влекущее ответственность согласно нормам Гражданского Кодекса Российской Федерации. Данная правовая позиция применительно к оспариванию соглашения об отступном по основанию мнимости отражена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 27.06.2000 № 7508/99.

В свою очередь, как сообщает ответчик ООО «Еврострой», поступившие на его счет денежные средства в качестве оплаты за перевод долга были реализованы на хозяйственную деятельность данной организации, что позволило обществу выполнить надлежащим образом обязательства не только по договору субподряда №133 от 28.04.2020г., заключенному с ООО «Шахтастрой», но и по другим договорам с другими контрагентами согласно основным направлениям своей деятельности (выполнение подрядных работ).

Данный ответчика довод подтверждается следующими доказательствами.

Как усматривается из выписки с банковского счета ООО «Еврострой» за период с 01.03.2020г. по 30.06.2020г. общество действительно несло расходы на оплату компенсационного фонда и членских взносов в СРО, на аренду техники, оборудования, материалов, ГСМ, на оплату транспортных услуг и выплату заработной платы работникам организации. Всего оборотов по дебету за указанный период на сумму 22 899 103,56 руб., что свидетельствует о фактической деятельности общества и целевом расходовании денежных средств, полученных от ООО «Шахтастрой» на текущую деятельность.

В материалы дела были также представлены договоры ООО «Еврострой» с другими юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, с которыми это общество помимо ООО «Шахтастрой» в рамках договоров о переводе долга и субподряда вступало в гражданско-правовые отношения в течение 2020 года, и документы, свидетельствующие о реальном выполнении данных договоров (счет-фактуры, акты, платежные поручения); расчет по страховым взносам за 2020 год; выборочные сведения о застрахованных лицах за май, август, декабрь 2020 года и январь 2021 года, подтверждающие наличие у ООО «Еврострой» трудовых ресурсов для осуществления хозяйственной деятельности; договоры аренды спецтехники, которые наряду с выпиской из банковского счета подтверждают наличие материальных ресурсов для выполнения договоров с контрагентами.

Учитывая изложенные обстоятельства, принимая во внимание реальность финансовых операций по перечислению денежных средств в счет перевода долга от первоначального должника новому должнику и фактические использование полученных средств на хозяйственную деятельность последнего, суд не может согласиться с ответчиком о фиктивном документообороте между ответчиками, как сторонами оспариваемого договора №1 от 01.11.2019г.

Кроме того, как пояснили ответчики, экономическая обоснованность заключения договора о переводе долга для них заключалась в следующем: новому должнику ООО «Еврострой» были необходимы денежные средства для обеспечения своей хозяйственной деятельности, подготовки к заключению и последующему выполнению гражданско-правовых договоров на производство подрядных работ, в том числе договора субподряда №133 от 28.04.2020г. в рамках государственного контракта, именно поэтому ООО «Еврострой» согласилось отвечать перед кредитором ООО «Горизонт» по договору поставки №07/18 от 26.07.2018г., а первоначальный должник ООО «Шахтастрой» планировал выполнить государственный контракт в установленный срок, нуждался в субподрядчике по месту выполнения государственного контракта и поэтому уплатил соответствующие денежные средства ООО «Еврострой» в обмен на перевод долга.

Реализуя право в силу принципа свободы экономической деятельности, каждый участник гражданских правоотношений осуществляет его самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Основным признаком коммерческой организации является систематическое получение прибыли и выгоды, что продиктовано разумной экономической деятельностью такого юридического лица. Соглашения по переводу долга, суть которых сводится к перемене лиц в обязательстве, не являются исключением из данного правила.

Отсутствие экономической целесообразности могло бы иметь место, если бы встречное обеспечение явно не соответствовало задолженности или если бы новый должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства.

В то же время ООО «Еврострой» является действующим юридическим лицом, имеет материальные и трудовые ресурсы для реализации своей деятельности, заключает договоры с другими участникам гражданских правоотношений и выполняет их. В частности, кроме прочих договоров, в материалы дела приобщен договор субподряда №133 от 28.04.2020г., заключенный между ООО «Еврострой», как Подрядчиком, с ООО «Шахтастрой», как Заказчиком, на сумму 143 969 778,16 рублей, а также договор подряда №6 от 01.12.2020г., заключенный между ООО «Еврострой», как Подрядчиком, и ООО «Ковчег», как Заказчиком, на сумму 5 632 567,13 руб.

По вопросу о причинах отсутствия полного либо частичного исполнения ООО «Еврострой» принятых на себя обязательств по погашению долга перед ООО «Горизонт», ответчик пояснил, что соответствующие требования от кредитора до настоящего времени к ООО «Еврострой» не поступали, юридические лица между собой по данному вопросу не контактировали, порядок погашения задолженности и возможный график ее погашения (при условии достижения договоренности между сторонами) не обсуждали. Вместо этого, в марте 2020 года еще до получения денежных средств в счет перевода долга, кредитор инициировал арбитражное дело по взысканию задолженности с первоначального должника ООО «Шахтастрой», а впоследствии – настоящий спор о признании сделки недействительной, в связи с чем возникла правовая неопределенность по поводу того, кто должен выплачивать долг в рамках договора поставки №07/18 от 26.07.2018г., заключенного между ООО «Горизонт», как Поставщиком, и ООО «Шахтастрой, как Покупателем. Кроме того, ООО «Еврострой» стало известно о продолжающемся в самом ООО «Горизонт» корпоративном конфликте, который, по мнению ответчика, также может иметь значение для настоящего спора и в отношении порядка выплаты задолженности. Таким образом, от выплаты долга ООО «Еврострой» не отказывается, но считает нецелесообразным погашать его до окончания указанных арбитражных споров, и в частности настоящего дела.

Учитывая реальность финансовых операций по переводу денежных средств в счет оплаты перевода долга от ООО «Шахтастрой» в пользу ООО «Еврострой», принятие последним оплаты от первоначального должника и реализацию новым должником этих денежных средств на свою хозяйственную деятельность, оценив представленные сторонами спора доводы и доказательства, суд не усматривает порочного волеизъявления обеих сторон договора о переводе долга №1 от 01.11.2019г., поскольку наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания ее притворной, а факт исполнения сделки не позволяет признать ее мнимой (Определение Верховного Суда РФ от 06.10.2015 № 310-ЭС15-12549 по делу № А48-7426/2013).

Истец, на котором лежит бремя доказывания данных обстоятельств в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил доказательств того, что при заключении договора о переводе долга ответчики не имели намерений его исполнять либо их действительная воля сторон не соответствует их действительному волеизъявлению. Материалами дела не подтверждается аффилированность ответчиков, их сговор с целью причинить вред истцу, равно как и нарушение прав самого истца при совершении сделки по переводу долга, с которыми связаны последствия восстановления его нарушенных прав в случае признания сделки недействительной (Определение Верховного Суда РФ от 16.04.2015 № 305-ЭС15-2320 по делу № А40-155344/2013).

Кроме того, судом отклоняются, как необоснованные, доводы истца о взаимосвязанности оспариваемой сделки по переводу долга и договора субподряда №133 от 28.04.2020г., заключенного между ООО «Шахтастрой» и ООО «Еврострой», поскольку отсутствуют основания для признания их единой сделкой: оба договора совершенны не одновременно (1 ноября 2019г. и 28 апреля 2020г.), каждая из сделок имеет различный предмет, порождает самостоятельные права и обязанности, и расторжение одного договора автоматически не влечет расторжение другого.

В свою очередь отсутствие экономической обоснованности заключения договора о переводе долга какой-либо из сторон, само по себе, также не может свидетельствовать о мнимости либо притворности такого договора (соответствующая правовая позиция приведена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 27.02.2017 года по делу № А40-198138/2015).

Таким образом, основания для признания договора мнимой и притворной сделкой и применения последствий ее недействительности отсутствуют.

Необходимо отметить, что применение положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях признания сделки недействительной возможно только в крайних случаях, в ситуации очевидного и заведомого злоупотребления правом, когда сделка, хотя и не нарушает каких-то конкретных императивных предписаний закона, тем не менее, закрепляет результат очевидного недобросовестного поведения. То есть ввиду наличия специальных мер реагирования на допущенные при заключении и исполнении сделки злоупотребления признание сделки недействительной на основании статьи 10 (чаще всего в совокупности со статьей 168) Гражданского Кодекса Российской Федерации возможно в исключительных случаях, когда для ее оспаривания законом не предусмотрены иные основания. В рамках же настоящего спора в качестве таких оснований истцом заявлено о мнимости и притворности сделки, о крупной сделке, совершенной без соблюдения порядка одобрения, и об отсутствии надлежащего согласия кредитора на перевод долга.

С учетом указанных обстоятельств, в удовлетворении заявленных требований о признании недействительным договора о переводе долга от 01.11.2019г., заключенного между ответчиками, следует отказать.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 169-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья З.П. Бутенко