Гражданский кодекс часть 1

от третьих лиц - ФИО11, ФИО14, ФИО8, ФИО9 лично (паспорта); представитель ФИО7 – ФИО20 (паспорт, доверенность от 24.08.2009г.); остальные – не явились, извещены

Установил:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, будучи участниками Общества с ограниченной ответственностью "Искра" магазин № 223 (далее по тексту – Общество), обратились в арбитражный суд Самарской области с иском Обществу и ФИО7

- о признании недействительным договора купли-продажи нежилого помещения общей площадью 1 422,5 кв. м., расположенного по адресу г. Самара, Кировский район, ул. Ташкентская, 96, как крупной сделки, совершенной с нарушением порядка, предусмотренного ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»;

- аннулировании записи о государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним № 63-63-01/155 2008-481 от 10.07.2008;

- о применении последствий недействительности сделки в виде возвращения сторон сделки в первоначальное положение (т.1 л.д. 22-23).

С учетом заявленных исковых требований суд определением от 27.05.2009г. по ходатайству истцов привлек к участию в деле в качестве соответчика Управление Федеральной регистрационной службы по Самарской области (т. 1 л.д. 144).

Одновременно с предъявлением иска истцами было заявлено ходатайство (т. 1 л.д. 36) об истребовании у ответчиков заключенного между ними договора купли-продажи вышеуказанного объекта недвижимости, поскольку такой договор у истцов отсутствовал, а о смене собственника нежилого помещения истцам стало известно из полученной в ГУ ФРС по Самарской области выписки из Единого государственной реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 30.12.2008г. (т. 1 л.д. 46), согласно которой собственником объекта является ФИО7 Данная выписка позволила истцам предположить, что сделка по отчуждению недвижимости была совершена между Обществом и ФИО7, в связи с чем иск о признании сделки недействительной и был предъявлен к данным ответчикам.

Удовлетворив ходатайство истцов, суд предложил ответчикам представить документы в подтверждение отчуждения объекта недвижимости, принадлежавшего ранее Обществу, на что в материалы дела были представлены договор купли-продажи от 13.09.2007г., заключенный между Обществом и ФИО6 (т. 2 л.д. 10-11), и договор купли-продажи недвижимости от 19.06.2008г., заключенный между ФИО6 и ФИО7 (т. 2 л.д. 12-13).

С учетом представленных документов истцы уточнили свои исковые требования и просили признать недействительным заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью "Искра" магазин № 223 и ФИО6 договор купли-продажи от 13.09.2007 нежилого помещения общей площадью 1 422,5 кв. м., расположенного по адресу г. Самара, Кировский район, ул. Ташкентская, 96, состоящего из подвала (комнаты №№ 1-18, 21, 24-29, 32, 33, 36-42, 44-46, 48) и комнат 1 этажа №№ 1, 1а, 2-26, 28, 30-33, 45-48, 11а, 16, 18, 20, а также 37747/100000 долей в праве общей собственности на земельный участок для жилого дома со встроенным помещением магазина, отнесенного к категории земель поселений площадью 1 056,29 кв.м., расположенный по тому же адресу; а также применить последствия недействительности данной сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение. Предъявляя подобное требование, истцы ссылались на нарушение при совершении сделки требований Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», регулирующих порядок совершения сделок с заинтересованностью.

При этом истцы, исходя из уточненных исковых требований, заявили об отказе от исковых требований к ФИО7 и Управлению ФРС по Самарской области, заявленных ими первоначально, что отражено в протоколе предварительного судебного заседания от 27.07.2009г. – 04.08.2009г.

В соответствии со ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказ от исковых требований к ФИО7 и Управлению ФРС по Самарской области принят судом с прекращением производства по делу в отношении данных ответчиков в порядке норм ст. 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, суд счел необходимым привлечь указанных лиц к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, поскольку судебным актом по настоящему делу могут быть затронуты их права и законные интересы. На основании этого судом были приняты соответствующие определения от 10 и 31 августа 2009 года (т. 2 л.д. 146-147, т. 3 л.д. 43).

При этом суд счел возможным принять заявленные истцами уточнения исковых требований, отклонив возражения ответчиков об одновременном изменении истцами предмета и основания первоначально заявленных исковых требований.

Как первоначальные, так и измененные требования истцов свидетельствуют о наличии в Обществе корпоративного конфликта, возникшего между участниками и Обществом в связи с имевшим место отчуждением объекта недвижимости, принадлежавшего Обществу. При этом и первоначальные, и измененные требования были предъявлены истцами в целях защиты своих нарушенных прав на участие в управлении делами общества путем одобрения совершаемых обществом сделок.

Суд не может сделать вывод о том, что, уточняя исковые требования, истцы изменили предмет иска, поскольку просительная часть первоначальных требований не содержала указания на какой-либо конкретный договор. Так, не была указана ни дата заключения договора, ни его стороны. Такие данные появились лишь после уточнения исковых требований, в связи с чем безосновательны утверждения ответчиков об одновременном изменении истцами как предмета, так и основания иска.

Предмет иска остался прежним – признание недействительной сделки по отчуждению объекта недвижимости, принадлежавшего ранее Обществу.

В данном случае изменилось лишь правовое основание иска: нормы ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» были изменены истцами на нормы ст. 45 того же закона.

Учитывая изложенное, исходя из необходимости процессуальной экономии времени и недопущения формального подхода при разрешении дел, суд принял заявленные истцами уточнения исковых требований.

В ходе рассмотрения дела судом к участию в деле в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были привлечены участники Общества - ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14.

До судебного заседания, назначенного на 18.01.2010г., в материалы дела поступило ходатайство представителя третьего лица ФИО14 – ФИО21 об отложении рассмотрения дела в связи с невозможностью ее участия в судебном процессе по причине выезда в командировку за пределы Самарской области.

Истцы и третьи лица – участники общества против ходатайства ФИО21 не возражали, тогда как ответчики и представитель ФИО7. напротив, заявили о том, что отложение рассмотрения дела приведет к затягиванию судебного процесса.

Принимая во внимание истечение процессуальных сроков рассмотрения дела, а также присутствие самой ФИО14 в заседании 18.01.2010г., суд отклонил заявленное ходатайство об отложении рассмотрения дела.

В заседание 18.01.2010г. не явились представители Управления ФРС по Самарской области, ФИО10, ФИО12 и ФИО13, однако суд, располагая доказательствами их надлежащего извещения о времени и месте проведения судебного разбирательства, счел возможным в порядке норм ч.3 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, письменном отзыве на иск, дополнениях к нему, заслушав объяснения представителей сторон, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Предъявляя в суд настоящий иск в редакции уточненных требований (т.2 л.д. 4-5, 57-58), истцы заявляют о том, что при совершении сделки, в которой имелась заинтересованность одного из участников Общества, исполняющего обязанности единоличного исполнительного органа, - ФИО6, были нарушены нормы ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», предусматривающие одобрение такой сделки незаинтересованными участниками общества.

Истцы, являясь участниками Общества, утверждали, что оспариваемая сделка ими не одобрялась, общее собрание участников по такому вопросу Обществом не проводилось, о совершении сделки им стало известно лишь в декабре 2008 года при получении выписки из Единого государственного реестра объектов недвижимости и сделок с ним, что и явилось основанием для обращения в суд за защитой своих нарушенных прав.

Как следует из представленных в материалы дела документов, на момент совершения оспариваемой сделки участниками Общества являлись 20 человек: ФИО6 с долей 94,823%, ФИО2 с долей 2,693%, ФИО22 с долей 0,136%, ФИО23 с долей 0,139%, ФИО12 с долей 0,139%, ФИО5 с долей 0,139%, ФИО14 с долей 0,139%, ФИО8 с долей 0,139%, ФИО24 с долей 0,139%, ФИО25 с долей 0,139%, ФИО3 с долей 0,139%, ФИО4 с долей 0,136%, ФИО26 с долей 0,136%, ФИО9 с долей 0,136%, ФИО27 с долей 0,136%, ФИО10 с долей 0,139%, ФИО11 с долей 0,139%, ФИО28 с долей 0,139%, ФИО29 с долей 0,139%, ФИО13 с долей 0,136%.

Общество являлось собственником нежилого помещения - магазина общей площадью 1422,5 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

13.09.2007г. между участником общества ФИО6 и Обществом состоялась сделка по отчуждению данного объекта недвижимости, на условиях которой Общество, будучи продавцом, продало, а ФИО6, являясь покупателем, купила в собственность данное помещение и 37747/100000 долей в праве общей собственности на земельный участок для жилого дома со встроенным помещением магазина, отнесенного к категории земель поселений площадью 1 056,29 кв.м., расположенный по тому же адресу, по цене 1 211 376 рублей.

Переход права собственности был зарегистрирован в Управлении ФРС по Самарской области.

Указанная сделка обладает признаками сделки, в совершении которой имеется заинтересованность.

Согласно ч.1 ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки) сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, не могут совершаться обществом без согласия общего собрания участников общества.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, братья, сестры и (или) их аффилированные лица являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом

Как было указано выше, ФИО6, являясь покупателем по сделке, обладала статусом участника Общества, выступившего продавцом, с долей 94,823%, а также являлась единоличным исполнительным органом продавца, что свидетельствует о наличии признаков заинтересованности в сделке.

Частью 3 вышеуказанной нормы права предусмотрено, что решение о совершении обществом сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в ее совершении.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением требований, предусмотренных статьей 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Ответчики, возражая против предъявленного иска, утверждали, что Общество проводило общее собрание участников с целью получения одобрения такой сделки, истцы принимали участие на таком собрании и проголосовали единогласно с другими участниками общества за одобрение данной сделки. Подтверждением этому, по мнению ответчиков, служит копия протокола собрания учредителей ООО «Искра» магазин № 223 от 10.09.2007г. (т. 4 л.д. 46-47), которая была представлена в материалы дела Управлением ФРС по Самарской области. Регистрационный орган представил данный документ из материалов, переданных Обществом на регистрацию сделки и переход права собственности на помещения магазина к ФИО6

Суд предлагал обществу представить оригинал данного протокола и иные доказательства соблюдения законодательно установленного порядка одобрения оспариваемой сделки, а именно: уведомления всех участников Общества, включая истцов, о проведении общего собрания участников по вопросу повестки дня, связанному с одобрением спорной сделки, лист регистрации прибывших на собрание участников, а также протокол такого собрания. Однако данные документы представлены не были, что ответчики объяснили их несохранностью.

В ходе рассмотрения дела истцы отрицали принадлежность им подписей на копии протокола № 3 собрания учредителей от 10.09.2007г., в связи с чем судом по ходатайству истцов и третьего лица ФИО14 была назначена почерковедческая экспертиза на предмет определения принадлежности подписей двух участников ФИО2 и ФИО3 им лично на данном протоколе.

Проведение экспертизы было поручено экспертам ГУ «Самарская лаборатория судебной экспертизы», которые в ходе проведения экспертизы не смогли решить вопросы о том, кем ФИО2 и ФИО3 или другими лицами выполнены подписи от их имени в протоколе № 3 общего собрания учредителей, копия которого была представлена на исследование (т. 4 л.д. 38-45). При этом эксперты объяснили невозможность разрешения поставленных перед ними вопросов тем, что ни выявленные совпадения, ни различия в подписях истцов не могут служить основанием для положительного или отрицательного вывода, поскольку совпадающие признаки почерка, хотя и устойчивы и выявлены в достаточном количестве, однако при имеющихся различиях не образуют совокупности, достаточной для положительного категорического или вероятного вывода об исполнителе подписи.

В судебном заседании 18.01.2010г. истцами и третьим лицом ФИО14 было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебно-почерковедческой экспертизы в связи с возникшими у заявителей ходатайств сомнениями в обоснованности экспертного заключения.

Явившиеся в заседание третьи лица – участники общества поддержали данное ходатайство, а ответчики и представитель ФИО7 возражали.

В силу норм ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для назначения повторной экспертизы является наличие сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов.

Ознакомившись с экспертным заключением № 3737/4-3 от 02.12.2009г., суд не усмотрел оснований для назначения повторной экспертизы, поскольку выводы экспертов подробно мотивированы, не противоречивы и последовательны. Эксперты изложили конкретные обстоятельства и мотивы, которые не позволили им сделать категоричного или вероятного вывода относительно поставленных судом вопросов. Объективная невозможность ответить на поставленные перед экспертом вопросы, как и несогласие стороны в споре с выводами экспертов сами по себе не являются основанием для назначения повторной экспертизы. Сомнения стороны в выводах эксперта должны быть обоснованными, чего нельзя сказать в отношении сомнений истцов и третьего лица, заявивших ходатайство о назначении повторной экспертизы. На основании изложенного ходатайство о назначении повторной экспертизы судом было отклонено.

Таким образом, экспертное заключение также не позволило сделать вывода об участии истцов в общем собрании участников 10.09.2007г.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц участники Общества ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 подтвердили утверждения истцов относительно того, что собрание по вопросу одобрения оспариваемой сделки Обществом не проводилось. По заявлению третьих лиц они решений об одобрении сделки не принимали, свое присутствие на собрании 10.09.2007г. отрицали. Письменные пояснения данных лиц по существу спора были приобщены судом к материалам дела (т. 2 л.д. 134-138, т. 3 л.д. 9-10).

По ходатайству ответчика судом в качестве свидетелей по делу были допрошены лица, обладавшие статусом участников Общества на момент совершения сделки, и утратившие такой статус на момент рассмотрения спора в суде, - ФИО24, ФИО23, ФИО30 (до брака – ФИО22), ФИО27 (т. 3 л.д. 32-39), ФИО25 (т. 4 л.д. 1-2), ФИО31 (т. 4 л.д. 78-79).

Указанные свидетели, кроме последнего, утверждали, что собрание 10.09.2007г. проводилось, на нем присутствовали все участники Общества и приняли единогласное решение об одобрении совершения оспариваемой сделки.

Принимая во внимание, что свидетели и привлеченные к участию в деле третьи лица (ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14), являвшиеся на момент совершения оспариваемой сделки участниками Общества, дают противоречивые и исключающие друг друга показания и объяснения относительно одного и того же события (проведения собрания 10.09.2007г. и принятия решения об одобрении оспариваемой сделки), суд критически относится к таким доказательствам как свидетельские показания и объяснения третьих лиц.

Учитывая установленную ст. 50 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» обязанность общества хранить протоколы общих собраний участников, первый ответчик в подтверждение своих утверждений о надлежащем одобрении участниками общества оспариваемой сделки, должен был в порядке норм ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать данный факт, представив в материалы дела подлинный протокол № 3 общего собрания учредителей общества от 10.09.2007г. либо иные бесспорные доказательства в подтверждение своих утверждений, чего, однако с его стороны сделано не было.

Суд учитывает, что в любом случае истцы совместно с привлеченными к участию в деле третьими лицами (участниками общества), отрицающими свое одобрение оспариваемой сделки, составляли большинство незаинтересованных в совершении сделки участников общества.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что материалами дела не подтверждается факт совершения оспариваемой сделки с соблюдением требований ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в части обязательного одобрения сделки с заинтересованностью большинством незаинтересованных участников общества на общем собрании.

Такие нарушения закона позволяют признать сделку недействительной.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 20.06.2007г. № 40 «О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о сделках с заинтересованностью» указал на то, что при рассмотрении дел об оспаривании сделок с заинтересованностью судам необходимо исходить из того, что условием для признания сделки с заинтересованностью недействительной является наличие неблагоприятных последствий, возникающих у акционерного общества или акционеров в результате ее совершения. Доказательства отсутствия неблагоприятных последствий представляются ответчиком.

При этом исследуется, какие цели преследовали стороны при совершении сделки, отвечающей признакам сделки с заинтересованностью, было ли у них намерение таким образом ущемить интересы акционеров, повлекла ли эта сделка убытки для акционерного общества, не являлось ли ее совершение способом предотвращения еще больших убытков для акционерного общества.

Кроме того, при рассмотрении указанных дел учитывается, что на истца возлагается бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает его права и законные интересы. При установлении арбитражным судом убыточности сделки для акционерного общества следует исходить из того, что права и законные интересы истца нарушены, если не будет доказано иное.

Как следует из учредительных документов Общества, основными видами его деятельности являются оптовая и розничная торговля. Отчужденное в процессе оспариваемой сделки единственное принадлежащее на праве собственности Обществу нежилое помещение являлось по своему функциональному назначению помещением магазина, в котором и велась торговая деятельность Общества. Учитывая специфику деятельности Общества, продажа торговых помещений затруднила осуществление основных направлений его деятельности и могла привести к прекращению осуществления отдельных ее направлений.

Более того, отчуждение единственного объекта недвижимости, уменьшило активы Общества, что влечет соответствующие имущественные потери для юридического лица.

Истцы, обосновывая нарушение своих прав и законных интересов оспариваемой сделкой, ссылаются на тот факт, что имущество Общества было продано по заниженной цене, свидетельством чего, по мнению истцов, служит последующая сделка, совершенная между ФИО6 и ФИО7 по отчуждению того же объекта недвижимости, спустя незначительный срок (т. 2 л.д. 12-13).

Так, 13.09.2007г. ФИО6 приобрела у Общества помещение магазина и долю в праве собственности на земельный участок за 1 211 376 рублей, а 19.06.2008г. продала его ФИО7 за 45 000 000 рублей. Данное обстоятельство, по мнению истцов, является очевидным подтверждением занижения цены недвижимости при совершении оспариваемой сделки, тогда как реальная рыночная цена помещения была получена ФИО6 при совершении последующей сделки 19.06.2008г. Менее чем за год рыночная цена объекта недвижимости не могла возрасти более чем в 37 раз. Суд находит данные доводы истцов заслуживающими внимания.

Ответчики в ходе рассмотрения дела утверждали, что совершение оспариваемой сделки было вынужденной мерой. Общество в процессе своей деятельности получило кредиты в банках, однако на момент их погашения финансовое состояние Общества не позволяло надлежащим образом исполнить свои обязательства перед банками. По утверждению второго ответчика, участники общества отказались внести свои личные средства для погашения задолженности перед банками, в связи с чем ФИО6 внесла свои денежные средства в кассу Общества для погашения имеющейся кредиторской задолженности в сумме 1 211 376 рублей. В обмен на это ей, с согласия остальных участников, было передано помещение магазина.

Однако данные пояснения ответчика не могут служить обоснованием того, что совершенная сделка не имела неблагоприятных последствий для Общества. Прежде всего ответчиками не был доказан факт наличия непогашенной кредиторской задолженности Общества перед банками, а также финансовое состояние Общества, не позволяющее погасить такую задолженность.

Кроме того, исходя из статуса Общества как коммерческой организации, преследующей извлечение прибыли от своей деятельности как свою основную цель, цена отчуждаемого имущества при совершении оспариваемой сделки не должна была формироваться как эквивалент внесенной одним из участников суммы денежных средств для погашения кредиторской задолженности Общества перед банками по кредитным договорам.

Для получения прибыли от такой сделки цена недвижимости должна была быть рыночной. Однако материалами дела это не доказано.

С учетом изложенного суд признает, что ответчики не доказали в порядке норм ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что оспариваемая сделка не имеет для общества неблагоприятных последствий, тогда как истцы, напротив, подтвердили, что такая сделка нарушила их интересы как участников общества, которые вправе рассчитывать на получение прибыли от деятельности общества, а также на выплату их действительной стоимости доли при выходе из общества, рассчитанной с учетом стоимости активов Общества. Однако Общество, совершив такую сделку, значительно уменьшило свои активы.

Возражая против иска, ответчики, кроме прочего, заявляли о пропуске истцами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Срок исковой давности по требованию о признании недействительной оспоримой сделки (каковой является сделка с заинтересованностью) и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (часть 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении его права.

Истцы утверждают, что об отчуждении Обществом помещений магазина узнали лишь в декабре 2008 года, в подтверждение чего представляют соответствующую выписку из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 30.12.2008г., а в суд с иском обратились 30.01.2009г., то есть в пределах срока исковой давности.

Ответчики с такой позицией истцов не согласны и полагают, что истцы, являясь участниками Общества, должны были интересоваться деятельностью Общества, принимать активное участие, знакомиться с соответствующими документами, что позволило бы им своевременно узнать о состоявшейся сделке. Таким образом, истцы, в случае проявления должного интереса и инициативы в отношении деятельности общества, должны были узнать о нарушении их прав ранее декабря 2008 года.

Ответчики полагают, что течение срока исковой давности для истцов началось с момента совершения оспариваемой сделки, поскольку истцы участвовали на собрании 10.09.2007г. и одобряли совершение данной сделки.

Суд отклоняет такие доводы ответчиков, поскольку участие истцов на собрании 10.09.2007г., а соответственно, и одобрение ими сделки от 13.09.2007г., осталось не доказанным.

Не могут быть признаны состоятельными и доводы ответчиков о пассивной позиции истцов в отношении деятельности общества как основание для признания срока исковой давности пропущенным. Активное участие в управлении делами общества, получение информации о деятельности общества и ознакомление с его бухгалтерскими документами в силу норм ст. 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» являются правами участника общества, но не его обязанностями. Более того, участники общества реализуют свое право на участие в деятельности общества через голосование на общих собраниях участников, тогда как обязанность созывать и проводить такие собрания возложена на общество в лице его исполнительных органов. Ответчики не подтвердили тот факт, что ими должным образом созывались и проводились с участием истцов общие собрания участников общества, на которых истцам могло бы стать известным о совершении оспариваемой сделки.

На основании изложенного суд не находит оснований для признания пропущенным срока исковой давности по предъявленному требованию.

При указанных обстоятельствах требования истцов о признании недействительной сделки по отчуждению помещений магазина, состоявшейся 13.09.2007г. между Обществом и ФИО6, следует удовлетворить.

Помимо указанного требования истцами также было заявлено о применении последствий недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение.

Судом предлагалось истцам указать конкретные действия, которые необходимо произвести для возврата сторон сделки в первоначальное положение. Однако истцы затруднились указать такие действия и оставили разрешение данного вопроса на усмотрение суда.

Как было указано выше, после совершения оспариваемой сделки состоялась еще одна сделка, в рамках которой ФИО6 продала помещение магазина и долю в праве собственности на земельный участок ФИО7 Согласно представленной в дело выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 30.12.2008г. ФИО7 является в настоящее время собственником спорного объекта недвижимости, что исключает возможность применения последствий недействительности оспариваемой сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение путем обязания ФИО6 передать Обществу помещение магазина и долю в праве собственности на земельный участок.

Судебная защита права собственности в этом случае возможна лишь путем предъявления к последнему приобретателю виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

Также не может быть применена в данном случае и односторонняя реституция в качестве последствия недействительности сделки (в части обязания Общества возвратить ФИО6 переданные ею денежные средства в счет оплаты стоимости приобретенного объекта недвижимости), как противоречащая положениям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку односторонняя реституция может применяться только в силу прямого указания закона.

На основании изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в части применения последствий недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение, в связи с чем заявленный иск подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине по иску в сумме 2 000 рублей относятся на ответчиков по 1 000 рублей на каждого.

Руководствуясь ст.ст. 110, 150, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Принять отказ ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 от иска к ФИО7 и УФРС по Самарской области.

Производство по делу в отношении исковых требований к данным ответчикам прекратить.

Исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к Обществу с ограниченной ответственностью "Искра" магазин № 223, г. Самара и ФИО6, г. Самара удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества – нежилого помещения (магазина) площадью 1422,50 кв.м., подвал: комнаты №№1-18, 21, 24-29, 32, 33, 36-42, 44-46, 48; 1 этаж: комнаты №№1, 1а, 2-26, 28, 30-33, 45-48, 11а, 16, 18, 20, расположенного по адресу: Самарская область, г. Самара, Кировский район, 12 мкр., ул. Ташкентская, д. 96, и 27747/100000 долей в общей долевой собственности на земельный участок для жилого дома со встроенным помещением магазина, отнесенный к категории земель поселений, площадью 1056,29 кв.м., кадастровый номер 63:01:0216004:0009, - заключенный 13.09.2007г. между Обществом с ограниченной ответственностью "Искра" магазин № 223 и ФИО6.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Искра" магазин № 223, г. Самара в доход федерального бюджета госпошлину по иску в сумме 1 000 рублей.

Взыскать с ФИО6, г. Самара в доход федерального бюджета госпошлину по иску в сумме 1 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

ФИО1