Гражданский кодекс часть 1

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением в интересах общества с ограниченной ответственностью «БИТАС» о взыскании с ФИО4, ФИО5 9 127 000 руб. убытков.

В судебном заседании от ФИО3 поступило ходатайство о вступлении в дело в качестве соистца.

В соответствии с ч. 4 ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соистцы могут вступить в дело до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции.

На основании изложенного, суд привлек ФИО3 к участию в деле в качестве соистца.

Представитель истцов в судебном заседании заявил ходатайство об отложении судебного заседания с целью ознакомления ФИО3 с материалами дела и подготовки его письменной позиции.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом сроков рассмотрения дела, того факта, что представителем истцов ФИО2 и ФИО3 является одно и тоже лицо, кроме того ФИО3 в соответствии с ч. 4 ст. 225.4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации извещен о рассмотрении настоящего дела (т. 2 л.д. 2). Суд также указывает на то, что отложение судебного заседания, в соответствии со ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является правом, а не обязанностью суда.

В судебном заседании представитель истцов поддержал исковые требования.

Представители ответчиков и ООО «БИТАС» в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований по мотивам, изложенным в отзыве на иск, заявили о пропуске истцами срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив доводы истца, арбитражный суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и содержания искового заявления, общество с ограниченной ответственностью «Битас» создано 26.09.2005г. о чем внесена соответствующая запись в Единый государственный реестр юридических лиц ОГРН: <***>.

Участниками ООО «Битас» на дату обращения с иском являются ФИО9 (доля в размере 22,5%); ФИО3 (доля в размере 15%), ФИО2 (доля в размере 15%), ФИО5 (доля в размере 15%); ФИО10 (доля в размере 7,5%); ООО «ТЕХГЕОСЕРВИС» (доля в размере 25%).

Истцы указывают на то обстоятельство, что ФИО5 директором ФИО4 была выдана доверенность сроком на 2 года № 242 от 21.10.2013 г. на осуществление основных следующих действий от имени общества, в том числе и на заключение от имени общества сделок.

При этом данная доверенность выдана до внесения записи в ЕГРЮЛ о назначении ФИО4 директором ООО «Битас».

Как указано в исковом заявлении между ООО «Битас» и ООО «Битасервис» были заключены: договор 77/02-2014 на аренду оборудования БТС-172-50 от 17.02.2014, договор поставки оборудования № 78/02-2014 от 22.02.2014 г., договор поставки оборудования № 82/06-2014 от 02.06.2014.

В соответствии с договором № 77/02-2014 на аренду оборудования БТС-172-50 от 17.02.2014 ООО «БИТАС» передало в аренду ООО «БИТАСЕРВИС» оборудование стоимостью 5 617 041 руб. при размере арендной платы 251 707 руб./мес.

Как указывается истцом по договору №82/05-2014 аренды оборудования от 14.05.2014 г. ООО «БИТАС» передало в аренду ООО «ВБС» аналогичное оборудование на сумму 6 099 866 руб. при размере арендной платы 696 200 руб./мес.

Истцы полагают, что сумма неполученного ООО «Битас» дохода по договору 77/02-2014 на аренду оборудования БТС-172-50 составляет 3 113 574 руб.

В исковом заявлении указано, что анализ договора поставки оборудования, заключенного между ООО «БИТАС» и ООО «БИТАСЕРВИС» № 78/02-2014 от 22.02.2014 в сравнении с договорами на поставку аналогичного оборудования, заключенных с
другими контрагентами ООО «АЛЬЯНС», ООО «Геотех», ООО «АИТОН» показал, что
ООО «БИТАС» поставляло продукцию ООО «БИТАСЕРВИС» по заниженным ценам.
Следовательно, у ООО «БИТАС» возник убыток, сумма которого составляет 3 462 652 руб.

Анализ договора поставки оборудования, заключенного между ООО «БИТАС»
и ООО «БИТАСЕРВИС» № 82/06-2014 от 02.06.2014 в сравнении с договорами на поставку аналогичного оборудования, заключенного с другими контрагентами ООО «АЛЬЯНС», ООО «Геотех», ООО «АИТОН» показал, что ООО «БИТАС» поставляло продукцию ООО «БИТАСЕРВИС» по заниженным ценам. Следовательно, у ООО «БИТАС» возник убыток, сумма которого составляет 2 640 774 руб.

Общая размер убытков, причиненных ООО «БИТАС» от заключения договоров с ООО «БИТАСЕРВИС» по заниженным ценам в 2014 году, по мнению истцов, составила 9 217 000 руб., что явилось основанием для обращения с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества, установленная указанной нормой права, является мерой гражданско-правовой ответственности, следовательно, ее применение должно быть основано на нормах Гражданского кодекса Российской Федерации.

Элементами гражданско-правовой ответственности являются противоправный характер поведения лица, причинившего убытки, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу, в частности, входит установление наличие у лица статуса единоличного исполнительного органа, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (убытки).

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Федеральный закон N 14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании (пункт 2 статьи 44 Федерального закона N 14-ФЗ).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума от 30.07.2013 № 62) в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При этом, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно пункту 2 постановления от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо представлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Из содержания Информационного письма ВАС РФ № 57 от 23.10.2000 г. «О некоторых вопросах практики применения ст. 183 ГК РФ» следует, что даже в случае превышения ФИО4, избранным общим собранием участников ООО «БИТАС» единоличным исполнительным органом, свои полномочия при совершении сделки по выдаче доверенности, к данным правоотношениям по выдаче избранным исполнительным органом ООО «БИТАС» доверенности третьему лицу не может применяться ст. 183 ГК РФ.

При этом истцами не оспаривалось избрание общим собранием участников ООО «БИТАС» на должность директора ФИО4

Как разъяснил ВАС РФ в п. 5 Информационного письма ВАС РФ № 57 от 23.10.2000, под прямым последующим одобрением сделки следует подразумевать: письменное или устное одобрение (как в нашем случае), признание представляемым претензии контрагента, конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (оплата товаров, работ, услуг, реализация других прав и обязанностей по сделке (как в нашем случае) и т.п. Действия работников представляемого по исполнению обязательства также могут свидетельствовать об одобрении.

Факты одобрения либо непосредственного подписания спорных сделок ФИО4 как единоличным исполнительным органом ООО «БИТАС», в том числе, путем подписания спецификаций, принятия исполнения по спорным сделкам от контрагента, передача контрагенту предметов договоров со склада ООО «БИТАС» его уполномоченными работниками, что установлено вступившими в силу судебными актами по делу № А55-29188/2015 и А55-22617/2016.

ФИО5 совершал юридически значимые действия от имени и в интересах представляемого - ООО «БИТАС», поскольку именно ООО «БИТАС» приобрело права и стало обязанным по спорным сделкам. Само общество в лице своего директора прямо одобрило спорные сделки, способствовало их исполнению, приняло исполнение по сделкам от своего контрагента, систематически согласовывало дополнения к сделкам и акты приемки-передачи имущества.

Следовательно, выводы истца о том, что спорные сделки совершены от имени ФИО5, а не ООО «БИТАС» ошибочны.

В силу п. 1 ст. 65 АПК РФ истец обязан доказать обстоятельства, на которые ссылается как на обоснование своих требований. В данном случае, истец должен доказать, что у руководства ООО «БИТАС» в тот же период времени имелась оферта на заключение аналогичных оспариваемым договорам с третьими лицами именно по той цене, которая приводится истцом в обоснование цены иска, однако, ответчики в письменной форме отказались от заключения договоров с этим лицом, предпочтя ему ООО «БИТАСЕРВИС». Поскольку доказательств наличия предложений о заключению аналогичных договоров по более высокой цене, из расчета которой сформирована цена иска и направления их в адрес ООО «БИТАС» материалы дела не содержат, в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ действует презумпция добросовестности и разумности в действиях ответчиков.

Истцом не доказано, что в период заключения ООО «БИТАС» оспариваемых сделок у общества имелись другие, помимо ООО «БИТАСЕРВИС» потенциальные контрагенты, которые обращались в этот же период к ООО «БИТАС» за заключением идентичных договоров и получили отказ. Иными словами, истцом не доказано, что у ООО «БИТАС» в тот же период имелись альтернативные покупатели/арендаторы.

Расчет требований истца основан на упущенной выгоде ООО «БИТАС» при заключении спорных сделок.

Между тем истцом в обоснование своих несостоятельных доводов приведены для сравнения цен договоры с заведомо не сравнимыми условиями и не учтены отпускные цены в тот же период для других контрагентов.

По договору поставки оборудования № 78/02-2014 от 22.02.2014 в исковом заявлении искового заявления условия данного договора (спецификации № 1, 2-10) сопоставляются истцом с договорами, заключенными с ООО «Альянс», ООО «Геотех», ООО «АИТОН».

Между тем истцом не учитывались и не сравнивались как между собой, так и с оспариваемыми сделками - объёмы поставки и цены этих договоров.

Так цена сделки с ООО «Альянс» составила 16 591 685 руб., что подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по счету 62.01 за 2014 год в отношении данного контрагента.

Цена сделки с ООО «Антон» составила 1 951 625 руб., что подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по счету 62.01 за 2014 год в отношении данного контрагента.

Цена сделки с ООО «ГЕО-ТЕХНОЛОГИЯ» составила 114 460 руб. что подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по счету 62.01 за 2014 год в отношении данного контрагента.

Приказом директора ООО «БИТАС» №18 от 20.05.2013 г. на предприятии утверждено Положение о маркетинговой политике, учитывающее в качестве основания для увеличения цены поставляемого оборудования суммарный объем приобретаемого контрагентом оборудования, в соответствии с которым, чем меньше объем приобретаемого оборудования, тем выше цена за единицу поставляемого оборудования.

Из представленной ответчиками таблицы сравнительных цен на поставку оборудования ООО «БИТАС» в 2014 году» следует, что цены по оспариваемому договору соответствуют ценам на сравнимые позиции по договорам с другими контрагентами: ООО «ТЕХГЕОСЕРВИС» (договор № 02/06-2014 от 04.06.2014); ООО «ГЕОЛАЙН-С» (договор № 80/05-2014 от 02.06.2014); ЗАО «Удмуртнефть-Бурение» (договор № 242-14 от 07.04.2014).

По договору поставки оборудования № 82/06-2014 от 02.06.2014 из страницы 2 представленной ответчиками таблицы сравнительных цен на поставку оборудования ООО «БИТАС» в 2014 году» следует, что цены по оспариваемому договору соответствуют ценам на сравнимые позиции по договорам с другими контрагентами: ООО «ТЕХГЕОСЕРВИС» (договор № 02/06-2014 от 04.06.2014 г.); ООО «ГЕОЛАЙН-С» (договор № 80/05-2014 от 02.06.2014 г.); ЗАО «Удмуртнефть-Бурение» (договор № 242-14 от 07.04.2014 г.).

В расчёте цены иска ФИО2 отдельно относит к убыткам по данной сделке отпускную цену разделителя БТС-172. Между тем, сравнивая его цену по спорной сделке с ценами для ООО «Альянс», ООО «Антон» и ООО «Геотех», истец не учтено, что согласно спецификации №34 по спорной сделке поставлялся не новый разделитель БТС-172, а бывший ранее в употреблении разделитель зонда 172-50 ПСВГ 181410.000-05 №767 (акт о приеме-передаче объекта основных средств от 01.04.2014).

Согласно спецификации №24 по спорной сделке поставлялось не новое оборудование, а бывший ранее в употреблении удлинитель немагнитный ПСВГ 064001.004-02 №507 (акт о приеме-передаче объекта основных средств от 01.04.2014).

Кроме того в ходе внеочередного общего собрания участников ООО «БИТАС» 08.02.2016 истец по настоящему делу одобрил заключение сделки с ООО «ТЕХГЕОСЕРВИС» (договор № 02/06-2014 от 04.06.2014 г.) согласовав все её условия, включая цену поставляемого оборудования. Указанное обстоятельство подтверждается голосованием ФИО2 в лице его представителя, результаты которого отражены в протоколе внеочередного общего собрания участников ООО «БИТАС» от 08.02.2016 г.

По договору аренды №77/02-2014 от 17.02.2014. Из таблицы расчета арендной платы (приложение 13 к отзыву) отчётливо видно, что истец, формируя требования, использовал при расчёте мнимых убытков не только ставку аренды по договору № 82/05-2014 от 14.05.2014 г., заключенному с ООО «ВБС» (приложение 14 к отзыву) и договору № 90/11-2014 от 01.11.2014 г.. заключенному с ООО «ВолгаБурСервис» (приложение 15 к отзыву), но и величину выкупной стоимости оборудования.

Между тем спорная сделка не только не причинила убытков истцу, но и была заведомо выгоднее сделок с ООО «ВБС» и ООО «ВолгаБурСервис», поскольку сумма арендной платы в сравниваемых договорах составляла:

ООО «ВБС» - 142519 руб. 86 коп. в месяц при общем сроке аренды 13 месяцев;

ООО «ВолгаБурСервис» - 257407 руб. 60 коп. в месяц при общем сроке аренды 13 месяцев;

ООО «БИТАСЕРВИС» - 268488 руб. 23 коп. рублей в месяц при общем сроке аренды 7,5 месяцев.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что истцами не доказан факт причинения ответчиками убытков ООО «БИТАС» в результате заключения договора № 77/02-2014 на аренду оборудования БТС-172-50 от 17.02.2014, договора поставки оборудования № 78/02-2014 от 22.02.2014 г., договора поставки оборудования №82/06-2014 от 02.06.2014, что является основанием для отказа в иске.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума от 30.07.2013 № 62 арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица. В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что общий срок исковой давности составляет три года.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из содержания постановления АС Поволжского округа по делу № А55-29188/2015 (последний абз. стр. 6, абз. 5 стр. 8 постановления), истец получил спорные договоры от 17 февраля 2014 № 77/02-2014 и от 22 февраля 2014 года оборудования № 78/02-2014, 07 апреля 2014 года. Это же обстоятельство зафиксировано Арбитражного суда Поволжского округа в абз. 5 стр. 8 постановления по делу № А55-29188/2015. При этом в деле № А55-29188/2015 ФИО3 также участвовал в качестве соистца.

Таким образом, с момента возникновения у истца осведомленности о совершении ООО «БИТАС» спорных сделок от 17.02.14 г. и от 22.02.14 г. прошло 3 года 10 месяцев. Это означает, что срок исковой давности по требованиям истца по этим сделкам истек.

При этом, в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по оплате государственной пошлины относятся на истцов.

Руководствуясь ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

ФИО1