Гражданский кодекс часть 1

общество с ограниченной ответственностью «Монпансье» (ИНН <***>, далее – истец, ООО «Монпансье») обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Акционерному коммерческому банку «Пересвет» (публичное акционерное общество) (далее – ответчик, Банк), в котором просит признать досрочное прекращение договора залога доли уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Монпансье» (ИНН <***>) (далее – Общество), заключенного между ООО «Монпансье» и Банком.

В судебном заседании представителями истца иск поддержан со ссылкой на то, что Банком не предоставляется отчет о пользовании предметом залога; полученные доходы от пользования предметом залога Банк направляет не на погашение основного обязательства в интересах залогодателя, а использует с личной выгодой; заключение договора залога уставного капитала Общества направлено не на создание дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств, а на неправомерное завладение активом Общества (принадлежащим ему зданием торгового центра); Банком неправомерно отстранен от должности предыдущий руководитель Общества. В целях подтверждения заявленных доводов истец просит назначить судебную экспертизу, поставив перед экспертами вопросы: какова действительная стоимость 100% доли уставного капитала Общества по состоянию на 01.07.2018 и на 01.02.2019; какие изменения в структуре баланса повлияли на изменение стоимости уставного капитала Общества; какие факторы повлияли на изменение финансового состояния Общества. В целях проведения экспертизы истец просит истребовать у Общества устав, свидетельство ОГРН, свидетельство ИНН, выписку из ЕГРЮЛ, бухгалтерский баланс Общества на 2018 год, реестр дебиторской и кредиторской задолженности, сведения об основных средствах, отраженных в бухгалтерском балансе, материальных и нематериальных активах (правоустанавливающие документы, свидетельства о регистрации и т.д.), сведения о движении денежных средств по расчетному счету за 2018 год и текущий период 2019 года, копии заключенных в 2018 и текущем периоде 2019 года договоров.

Представители Банка и Общества возражают против удовлетворения иска и заявленных истцом ходатайств.

Как следует из материалов дела, между Банком и Обществом заключен кредитный договор от 29.11.2017 № 18-17/КЛ, в обеспечение обязательств Общества по которому ООО «Монпансье» (ИНН <***>), являющееся участником Общества с долей в уставном капитале в размере 99%, заключило с Банком договор залога доли в уставном капитале Общества от 30.11.2017 (далее – Договор залога).

Согласно пункту 2.4 Договора залога залогодержатель имеет право:

- осуществлять все права участника Общества, удостоверенные передаваемой в залог долей в размере 99% уставного капитала Общества;

- в случае неисполнения должником своих обязательств, действующих в рамках кредитного договора, удовлетворить свои требования из стоимости заложенного имущества по окончании срока возврата кредита в пределах реальной задолженности должника по сумме кредита, процентам за пользование кредитом, судебным и иным издержкам и убыткам, связанным с обращением взыскания и реализацией предмета залога.

Аналогичный договор залога заключен Банком со вторым участником Общества ФИО7, которая, в свою очередь, является генеральным директором и единственным участником ООО «Монпансье» (ИНН <***>).

08.06.2018 на внеочередном общем собрании участников Общества принято решение освободить от занимаемой должности генерального директора Общества ФИО7; назначить на должность генерального директора Общества ФИО8.

Суд находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 358.15 ГК РФ если иное не предусмотрено договором залога доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, до момента прекращения залога права участника общества осуществляются залогодержателем.

В рассматриваемом случае условиями договоров залога в пункте 2.4 прямо предусмотрено право Банка осуществлять все права участников Общества.

В этой связи действия Банка по смене руководителя осуществлены в соответствии с его полномочиями.

То обстоятельство, нарушались Обществом или не нарушались условия кредитного договора, не влияет на возможность осуществления Банком прав участника Общества. Соответствующее решение о смене генерального директора Общества могло быть принято Банком и в отсутствие каких-либо нарушений со стороны Общества условий кредитного договора во избежание негативных для него последствий в виде снижения рентабельности Общества и т.д.

Довод истца о том, что действия Банка по смене руководителя свидетельствуют о злоупотреблении правами, суд также считает ошибочным. Фактически, передавая в залог свою долю в уставном капитале Общества, залогодатель передал Банку все свои корпоративные права на время действия договора залога, в связи с чем отсутствуют основания для утверждения о том, что Банк осуществил корпоративный захват Общества.

Также суд не может принять доводы истца о том, что Банком предпринимаются действия по отчуждению актива Общества в виде здания принадлежащего ему торгового центра, поскольку данные доводы документально не подтверждены. Доказательства того, что сообщение на сайте ЦИАН о продаже комплекса опубликовано по заказу Банка либо руководства Общества, в материалы дела не представлены.

Довод истца о том, что Банк злоупотребляет своими правами, не соглашаясь с предложением истца вывести из-под залога переданные ему в залог векселя, является необоснованным. Риски Банка по невозврату Обществом кредита обеспечены не только залогом доли в уставном капитале Общества, но и залогом выданных Обществу его учредителями векселей. Принятие мер к обеспечению выдаваемых им кредитов является прямой обязанностью Банка.

Доводы истца о том, что полученные Обществом доходы не направляются на погашение кредита, являются голословными. По утверждению Банка, у Общества отсутствует просроченная задолженность перед Банком. Из представленного Обществом бухгалтерского баланса на 31.12.2018 следует, что кредиторская задолженность перед Банком погашается в сроки. Так, в разделе 1410 заемные средства по состоянию на 31.12.2017 составляют 500 000 000 руб., по состоянию на 31.12.2018 – 488 000 000 руб. В свою очередь, согласно условиям кредитного договора, которые содержатся также в условиях спорного договора залога, указано, что за 2018 год кредит должен быть погашен на сумму 12 000 000 руб.

В ходе рассмотрения дела Банком составлен отчет о пользовании залогом от 18.02.2019 № 914/23-19, в котором данная информация подтверждена, а также указано на то, что решение о распределении прибыли Общества или выплате дивидендов Банком не принимались; решения об определении приоритетных направлений деятельности Общества, определении принципов использования имущества Общества не принимались. Также в данном отчете указано на то, что Банком принято единственное решение об одобрении крупной сделки, а именно: об одобрении договора ипотеки и передаче в залог принадлежащего Обществу здания торгового центра. Договоренность о заключении данного договора сторонами была достигнута еще при заключении кредитного договора, в связи с чем действия Банка по передаче принадлежащего Обществу торгового центра в залог не могут быть признаны злоупотреблением правом. Кроме того, в данном отчете Банк сообщает истцу о том, что бухгалтерская отчетность за отчетный период Банком не утверждалась.

В соответствии с пунктом 5 статьи 346 ГК РФ залогодержатель вправе пользоваться переданным ему предметом залога только в случаях, предусмотренных договором, регулярно представляя залогодателю отчет о пользовании. По договору на залогодержателя может быть возложена обязанность извлекать из предмета залога плоды и доходы в целях погашения основного обязательства или в интересах залогодателя.

При этом, законом не определено, с какой периодичностью необходимо представлять такой отчет.

В силу статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) экономический субъект составляет годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность, если иное не установлено другими федеральными законами, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета. Промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется экономическим субъектом в случаях, когда законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета, договорами, учредительными документами экономического субъекта, решениями собственника экономического субъекта установлена обязанность ее представления.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаныпредставлять в налоговый орган по месту жительства индивидуального предпринимателя, нотариуса, занимающегося частной практикой, адвоката, учредившего адвокатский кабинет, по запросу налогового органа книгу учета доходов и расходов и хозяйственных операций; представлять в налоговый орган по месту нахождения организации годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность не позднее трех месяцев после окончания отчетного года, за исключением случаев, когда организация в соответствии с Федеральным законом от 6 декабря 2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" не обязана вести бухгалтерский учет или является религиозной организацией, у которой за отчетные (налоговые) периоды календарного года не возникало обязанности по уплате налогов и сборов.

Доказательства того, что Общество обязано было представлять в налоговые органы, а соответственно и составлять, промежуточную отчетность, в материалы дела не представлено.

Таким образом, с момента смены руководителя срок подачи бухгалтерской отчетности у Общества не наступил.

С учетом характера предмета залога и вышеуказанных положений ГК РФ, налогового законодательства и законодательства о бухгалтерском учете суд не усматривает оснований для вывода о нарушении Банком как залогодержателем его обязанности по представлению отчета о пользовании предметом залога. Очевидно, что для рассматриваемого предмета залога регулярность представления отчета о пользовании предметом залога может быть определена как ежегодная, поскольку законодательством предусмотрена ежегодная бухгалтерская отчетность. Кроме того, Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено не реже, чем один раз в год проводить общие собрания участников общества по утверждению результатов деятельности общества за год (статья 34). Истцом не указано на нормы закона, позволяющие сделать вывод о том, что на стороне Банка как залогодержателя существует обязанность по предоставлению отчета о пользовании предметом залога с более частой регулярностью.

Из материалов дела следует, что истец начал запрашивать информацию о деятельности Общества непосредственно после смены Банком генерального директора Общества (конец июля 2018 года, август 2018 года). Фактически, данные действия истца не связаны с объективными причинами для обращения в Банк с соответствующими запросами, а вызваны несогласием истца с тем, что Банк осуществляет права участника Общества и при их осуществлении сменил руководителя Общества.

С учетом того, что срок сдачи бухгалтерской отчетности за 2018 год не наступил, суд считает необоснованным довод истца о том, что Банком нарушается его обязанность по предоставлению истцу как залогодателю отчетности о пользовании предметом залога.

В силу положений пункта 3 статьи 343 ГК РФ залогодатель вправе потребовать досрочного прекращения залога при грубом нарушении залогодержателем указанных в пункте 1 данной статьи обязанностей, создающем угрозу утраты или повреждения заложенного имущества.

В свою очередь, в пункте 1 статьи 343 ГК РФ содержатся следующие обязанности залогодержателя:

1) страховать от рисков утраты и повреждения за счет залогодателя заложенное имущество на сумму не ниже размера обеспеченного залогом требования;

2) пользоваться и распоряжаться заложенным имуществом в соответствии с правилами статьи 346 настоящего Кодекса;

3) не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества;

4) принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц;

5) немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

Истцом не доказан факт неисполнения данных обязанностей Банком.

В материалах дела отсутствуют доказательства и объективные сведения, позволяющие сделать вывод о том, что Банком предпринимаются действия по выводу активов Общества. Фактически действия истца по направлению многочисленных запросов в Банк и обращению в арбитражный суд с настоящим иском связаны не с объективными основаниями предполагать о том, что предмет залога может быть утрачен или поврежден, а с нежеланием самого истца исполнять заключенный им договор залога доли в уставном капитале Общества.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения иска, а также для назначения судебной экспертизы по поставленным истцом вопросам и истребованию необходимых для этой экспертизы доказательств.

Расходы истца по оплате госпошлины остаются за ним.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

отказать в удовлетворении ходатайств общества с ограниченной ответственностью «Монпансье» (ИНН <***>) об истребовании доказательств и назначении судебной экспертизы.

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья С.С.Салтыкова