Гражданский кодекс часть 1

Общество с ограниченной ответственностью «Лакор» (далее – общество, представитель, заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительными решений Санкт-Петербургской таможни (далее – таможня, таможенный орган) о классификации товаров от 28.02.2019 №№ РКТ-10210000-18/001233, РКТ-10210000-18/001234, РКТ-10210000-18/001235, РКТ-10210000-18/001236, РКТ-10210000-18/001237, РКТ-10210000-18/001238, РКТ-10210000-18/001239, РКТ-10210000-18/001240; уведомлений Санкт-Петербургской таможни от 29.03.2019 №№ 10210000/У2019/0000461, 10210000/У2019/0000444, 10210000/У2019/0000431, 10210000/У2019/0000424 о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных пошлин, налогов и пени; об обязании Санкт-Петербургской таможни устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем возврата на расчетный счет ООО «Лакор» излишне уплаченных обществом в связи с принятием Санкт-Петербургской таможней уведомлений от 29.03.2019 №№ 10210000/У2019/0000461, 10210000/У2019/0000444, 10210000/У2019/0000431, 10210000/У2019/0000424 таможенных пошлин и налогов, пени в общем размере 3479421 (три миллиона четыреста семьдесят девять тысяч четыреста двадцать один) рубль 79 коп; о распределении по итогам рассмотрения дела судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Определением от 06.06.2019 рассмотрение дела отложено ЛО вступления в законную силу решения по делу А56-122087/2018.

В судебном заседании 02.10.2019 производство по делу возобновлено, о чес вынесено соответствующее протокольное определение в порядке ст. 146 АПК РФ.

В судебном заседании представитель заявителя отказался требований в части обязания Санкт-Петербургской таможни устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем возврата на расчетный счет ООО «Лакор» излишне уплаченных обществом в связи с принятием Санкт-Петербургской таможней уведомлений от 29.03.2019 №№ 10210000/У2019/0000461, 10210000/У2019/0000444, 10210000/У2019/0000431, 10210000/У2019/0000424 таможенных пошлин и налогов, пени в общем размере 3479421 (три миллиона четыреста семьдесят девять тысяч четыреста двадцать один) рубль 79 коп. В обоснование отказа представитель заявителя отметил, что ввиду принятия судом обеспечительных мер определением от 24.04.2019, обществом не производилась уплата денежных средств по уведомлениям таможенного органа. Отказ принят судом, в связи с чем производство в данной части подлежит прекращению.

В судебном заседании представителем таможни заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы.

Согласно ст. 81 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Между тем, по настоящему делу сторонами в материалы дела представлено несколько заключений экспертов, в которых подробно описано устройство и предназначение спорных товаров. Вопросы указанные в ходатайстве таможни фигурируют в ранее поставленных на разрешения экспертам в рамках таможенного контроля. Вопреки положениям ст. 81 АПК РФ заинтересованное лицо не обосновало необходимость назначения судебной экспертизы. Таким образом указанное ходатайство с учетом мнения сторон отклонено.

Стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, обеспечили явку своих представителей в судебное заседание.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы, изложенные в заявлении и в дополнительных объяснениях, представленных в порядке ст. 81 АПК РФ, представитель таможенного органа просил в удовлетворении заявления отказать по доводам, изложенным в отзыве.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела судом установлено следующее.

15.08.2013 между заявителем и обществом с ограниченной ответственностью «Балтротор» заключен договор оказания услуг таможенного представителя № 0360/00-13-104.

В свою очередь, ООО «Балтротор» с компанией «BALTROTORSSIA»(Латвия) заключены внешнеэкономические контракты № 0017-1 от 10.01.2017, № 0017-2 от 01.03.2017. Предметом контрактов является поставка в РФ оборудования в соответствии со спецификациями.

В рамках контрактов в период с 2016 по 2018 год в адрес общества в соответствии с согласованной сторонами ассортиментной линейкой поступали товары «гидравлические ротаторы» и «части для ротаторов», операции по таможенному декларированию в отношении которых в соответствии с Договором от 15.08.2013 № 0360/00-13-104 осуществляло ООО «Лакор».

12.05.2017, 26.06.2017, 21.08.2017 и 24.09.2017 в рамках Договора от 15.08.2013 № 0360/00-13-104, ООО «Лакор», действуя в качестве таможенного представителя подало на Шушарский таможенный пост Санкт-Петербургской таможни декларации на товары №№ 10210130/120517/0010502,10210130/260617/0014336, 10210130/210817/0019273, 10210130/240917/0022084 (далее по тексту – ДТ, спорные ДТ).

По указанным ДТ к таможенному декларированию представлены товары: части оборудования для лесных гидравлических кранов, используемых в лесной промышленности: ротаторы – поворотный механизм для обеспечения кругового вращения навесного оборудования крана, неспособного работать без декларируемой части, изготовлен из высокопрочного чугуна, способ изготовления – сборка, способ крепления – болтовой, артикулы различные; части ротатора: коллектор, подвеска верхний и нижний корпус ротатора, лопатка, ротор, статор, крышка ротатора, фланец.

Одновременно с ДТ таможенному органу предоставлены документы, предусмотренные ст. 183 Таможенного кодекса Таможенного союза, в том числе: техническая информация о товарах, коммерческие и товаросопроводительные документы, экспортные декларации.

В отношении всех вышеуказанных товаров в графе 33 (код товара) таможенным представителем заявлен классификационный код ТН ВЭД ЕАЭС 8431 20 000 0, предполагающий ставку ввозной таможенной пошлины 0%, НДС – 18%.

Все товары выпущены таможенным органом в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

В период с 01.02.2018 по 20.12.2018 Санкт-Петербургской таможней в отношении вышеуказанных товаров проведена таможенная проверка. По результатам проверки таможенным органом составлен акт от 20.12.2018 № 10210000/210/201218/А000075, выписка из которого представлена таможней таможенному представителя. Согласно данной выписке таможенным органом выявлен факт заявления в вышеуказанных ДТ недостоверных сведений о классификационном коде товаров по ТН ВЭД ЕАЭС.

На основании акта камеральной проверки таможенным органом 28.02.2019 приняты решения о классификации товаров №№ №№ РКТ-10210000-18/001233, РКТ-10210000-18/001234, РКТ-10210000-18/001235, РКТ-10210000-18/001236, РКТ-10210000-18/001237, РКТ-10210000-18/001238, РКТ-10210000-18/001239, РКТ-10210000-18/001240 (далее по тексту – РКТ), согласно которым код ТН ВЭД ЕАЭС товара «ротатор», изготовитель BALTROTORSSIA, различных артикулов изменен с 8431 20 000 0 на 8412 29 810 9 (ставка ввозной таможенной пошлины – 5 %, НДС – 18%), код ТН ВЭД ЕАЭС товара «части ротатора: коллектор, подвеска верхний и нижний корпус ротатора, лопатка, ротор, статор, крышка ротатора, фланец» различных артикулов изменен с 8431 20 000 0 на 8412 90 400 8 (ставка ввозной таможенной пошлины – 7,5 %, НДС – 18%).

Решением таможни о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары от 28.02.2019, в спорные ДТ в том числе в графы 33 (код товара) внесены изменения в соответствии с принятыми РКТ.

Как отмечено заявителем, неуплата в установленный срок суммы, указанной в уведомлениях таможенного органа влечет для ООО «Лакор» исключение из реестра таможенных представителей на основании положений п.п. 2 ч. 1 ст. 403 ТК ЕАЭС.

Полагая, что решения о классификации товаров и уведомления о неуплаченных таможенных платежах являются незаконными, противоречат действующему таможенному законодательству и нарушают права и законные интересы общества в сфере предпринимательской деятельности, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Оценив фактические обстоятельства, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, суд полагает, что заявленные требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Исходя из части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

По правилам пункта 1 статьи 52 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее - ТК ТС), действовавшего в период декларирования спорных товаров, товары при их таможенном декларировании подлежат классификации по ТН ВЭД.

Проверку правильности классификации товаров осуществляют таможенные органы. В случае выявления неверной классификации товаров таможенный орган самостоятельно осуществляет классификацию товаров и принимает решение по классификации товаров по форме, определенной законодательством государств - членов таможенного союза (пункты 2 и 3 статьи 52 ТК ТС).

Аналогичные правила установлены в п. 1 ст. 20 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012 № 54 утверждены ТН ВЭД ЕАЭС и Единый таможенный тариф ЕАЭС, которым установлены Основные правила интерпретации (далее – ОПИ) ТН ВЭД.

Выбор конкретного кода ТН ВЭД ЕАЭС всегда основан на оценке признаков декларируемого товара, подлежащих описанию, а процесс описания связан с полнотой и достоверностью сведений о товаре (определенного набора сведений, соответствующих либо не соответствующих действительности).

Правовое значение при классификации товаров имеет их разграничение (критерии разграничения) по товарным позициям ТН ВЭД ЕАЭС в соответствии с ОПИ ТН ВЭД.

В соответствии с правилом 1 ОПИ ТН ВЭД для юридических целей классификация товаров в ТН ВЭД осуществляется исходя из текстов товарных позиций и соответствующих примечаний к разделам или группам и, если такими текстами не предусмотрено иное, в соответствии с правилами 2(а), 2(б), 3(а), 3(б), 3(в), 4, 5, 6 ОПИ ТН ВЭД.

Классификация товаров в субпозициях товарной позиции должна осуществляться в соответствии с наименованиями субпозиций и примечаниями, имеющими отношение к субпозициям, а также положениями ОПИ ТН ВЭД при условии, что лишь субпозиции на одном уровне являются сравнимыми. Для целей данного правила (№ 6 ОПИ ТН ВЭД) также могут применяться соответствующие примечания к разделам и группам, если в контексте не оговорено иное.

В спорных случаях арбитражный суд проверяет правильность применения таможенным органом при принятии решения о классификации товара ОПИ ТН ВЭД, имея ввиду при этом, что решение о классификации товара с учетом внешнеэкономической деятельности декларантов является прерогативой таможенных органов.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» разъяснено, что обоснованность классификационного решения проверяется судом исходя из оценки представленных таможенным органом и декларантом доказательств, подтверждающих сведения о признаках (свойствах, характеристиках) декларируемого товара, имеющих значение для его правильной классификации согласно ТН ВЭД, при этом суду надлежит руководствоваться ОПИ ТН ВЭД, а также принятыми в соответствии с ними на основании пунктов 6, 7 статьи 52 ТК ТС решениями (разъяснениями) Комиссии и (или) федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области таможенного дела, по классификации отдельных видов товаров, если такие решения и разъяснения относятся к спорному товару.

При проверке доводов участников спора о правильности классификации товаров судами могут учитываться Пояснения к ТН ВЭД, рекомендованные в качестве вспомогательных рабочих материалов, призванных обеспечить единообразную интерпретацию и применение ТН ВЭД, а также рекомендации и разъяснения по классификации товаров, данные Всемирной таможенной организацией в соответствии со статьей 7 Международной конвенции о Гармонизированной системе описания и кодирования товаров от 14.06.1983, в отношении которых Российская Федерация не заявила об отказе в их применении.

Основанием для вывода о незаконности оспариваемого классификационного решения является неправильная классификация товара таможенным органом.

Как следует из материалов дела между заявителем и таможенным органом возник спор об отнесении товара к товарной позиции 8431 или к товарной позиции 8412 ТН ВЭД ЕАЭС.

Классифицируя спорные товары в товарной позиции 8412 ТН ВЭД ЕАЭС таможенный орган исходил из того, что товары следует рассматривать как гидродвигатель (гидромотор) так как принцип действия указанных товаров соответствует принципу действия последнего, что в свою очередь следует из заключений таможенных экспертов. Так как ротаторы по принципу действия относятся к гидродвигателям (гидромоторам) составные части ротаторов (коллекторы, подвески, верхний корпус), по мнению таможни, также следует классифицировать как части двигателей и силовых установок.

Заявитель настаивает, что в ТН ВЭД ЕАЭС подобный принцип классификации изделий группы 84 (по принципу действия) отсутствует, а для классификации спорных товаров определяющее значение будет иметь их назначение, которое подтверждает правомерность первоначально заявленного обществом в ДТ кода.

Судом установлено, что заявленный Обществом в отношении спорного товара классификационный код входит в группу 84 «Реакторы ядерные, котлы, оборудование и механические устройства; их части» раздела XVI «Машины, оборудование и механизмы; электротехническое оборудование; их части; звукозаписывающая и звуковоспроизводящая аппаратура, аппаратура для записи и воспроизведения телевизионного изображения и звука, их части и принадлежности».

При условии соблюдения общих положений к разделу XVI в данную группу (84) включаются все оборудование и механические устройства и их части, не включенные более конкретно в группу 85 и не относящиеся к указанным в общем содержании данной группы общих положений изделиях, в которых также отражено, что к группе 84 относятся машины, оборудование и механические устройства, а к группе 85 - электротовары.

При условии соблюдения положений примечания 1 к данному разделу, примечания 1 к группе 84 и примечания 1 к группе 85, части машин (кроме частей изделий товарной позиции 8484, 8544, 8545, 8546 или 8547) должны классифицироваться согласно следующим правилам: (а) части, которые являются товарами, включенными в какую-либо из товарных позиций группы 84 или 85 (кроме товарных позиций 8409, 8431, 8448, 8466, 8473, 8487, 8503, 8522, 8529, 8538 и 8548), во всех случаях должны классифицироваться в предусмотренных для них товарных позициях; (б) другие части, предназначенные для использования исключительно или главным образом с одним типом машин или с рядом машин той же товарной позиции (включая машины товарной позиции 8479 или 8543), должны классифицироваться вместе с этими машинами или в товарной позиции 8409, 8431, 8448, 8466. 8473, 8503, 8522, 8529 или 8538 соответственно. Однако части, которые равно пригодны для использования главным образом с товарами товарных позиций 8517 и 8525 - 8528, классифицируются в товарной позиции 8517.

К товарам позиции 8431 ТН ВЭД относятся части, предназначенные исключительно или в основном для оборудования товарных позиций 8425 – 8430.

Как следует из пояснений к товарной позиции 8431 ТН ВЭД, при условии соблюдения общих положений, относящихся к классификации частей, в данную товарную позицию включаются части, предназначенные для использования исключительно или в основном с машинами товарных позиций 8425 - 8430.

Код 8431 20 000 0 ТН ВЭД предусмотрен для частей, предназначенных исключительно или в основном для оборудования товарных позиций 8425 - 8430: - машин или механизмов товарной позиции 8427.

К товарам позиции 8427 ТН ВЭД относятся автопогрузчики с вилочным захватом, прочие погрузчики, оснащенные подъемным или погрузочно-разгрузочным оборудованием, т.е. различная погрузочная техника, в том числе погрузчики лесоматериалов фронтальные (челюстные, грейферные) и манипуляторного типа (субпозиция 8427 20 ТН ВЭД).

Избранные Таможней коды классификации спорного товара 8412 29 810 9 и 8412 90 400 8 ТН ВЭД предусмотрены для двигателей и силовых установок прочих: части: прочие.

Принимая в во внимание содержание названных товарных позиций, пояснения и примечания к ТН ВЭД, суд приходит к выводу о том, что существенным значением для правильной классификации спорных товаров имеет их функциональное назначение, а не принцип работы составляющих их отдельных элементов.

Вывод об ошибочности классификации товаров группы 84 ТН ВЭД ЕАЭС на основании анализа принципа их действия, а не функционального предназначения также содержится в судебных актах по делу № А56-122087/2018, между тем же декларантом и таможенным органом в отношении идентичного товара, а также в материалах судебной практики по делам данной категории (определения ВАС РФ № ВАС-3952/12 от 19.04.2012, № ВАС 13178/11 от 19.10.2011, постановление ФАС ДВО № Ф03-2578/12 от 16.07.2012, № Ф03-2020/11 от 08.06.2011, № Ф03-5836/11 от 29.11.2011, ФАС СЗО № А56-40798/11 от 26.04.2012, постановление ШААС от 30.05.2013 № 06АП-1591/2013, Решение АС СПБ и ЛО от 17.09.2019 № А56-46892/2019).

Кроме того такой же вывод следует из анализа Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 18.07.2017 N 88 «О классификации гидравлического трубного ключа, универсального машинного ключа и вращателя бурильной трубы в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза», в п. 3 которого приведен пример классификации схожего для целей классификации по ТН ВЭД товара «вращатель бурильной трубы», представляющего собой часть бурового оборудования (т.е. часть товаров товарных позиций 8425-8430), используемый для медленного вращения бурильной трубы и быстрого соединения бурильных труб, имеющий возможность свинчивания и развинчивания труб, работающий с помощью гидравлического или пневматического мотора. Согласно Решению, данный товар в соответствии с ОПИ 1 классифицируется в товарной позиции 8431 ТН ВЭД ЕАЭС без учета принципа действия входящего в его состав гидравлического или пневматического мотора.

В терминологии, используемой таможенным органом приведенные в Решении Коллегии Евразийской экономической товар «вращатель бурильной трубы» также как и спорный товар «ротатор» является «специализированным гидравлическим двигателем, конструктивно предназначенным для выполнения конкретных задач». При этом как следует из Решения Коллегии Евразийской экономической именно данная «специализация» обеспечивает необходимость классификации подобных товаров в предназначенной для них специализированной товарной позиции – 8431 ТН ВЭД ЕАЭС.

Приведенное в Решение Коллегии Евразийской экономической разъяснение учитывается судом с учетом содержания ч. 1 ст. 22 ТК ЕАЭС.

Судом установлено, что исходя из текста Номенклатуры для классификации товара в товарной позиции 8431 ТН ВЭД значение имеет узкая специализация частей, их предназначение (то есть невозможность их использования где бы то ни было еще кроме как в составе машин товарной позиции 8425 – 8430), отсутствие прямого указания на классификацию данных частей где бы то ни было еще в ТН ВЭД, соблюдение общих положений, относящихся к классификации частей. Суд отмечает, что аналогичные классифицирующие признаки товаров товарной позиции 8431 ТН ВЭД содержатся в судебных актах по делу № А56-122087/2018.

Представленные в материалы дела доказательства в совокупности свидетельствуют о том, что спорный товар полностью соответствует выше обозначенным классифицирующим признакам.

Так, в материалы дела таможней и заявителем в качестве доказательств представлены заключения таможенных экспертов №№ 12404004/006090 от 27.04.2018, 12404004/0015601 от 23.07.2018, 12404004/0015606 от 05.07.2018, 12402004/009767 от 31.05.2018, 12402004/007108 от 10.05.2018, 12402080/020028 от 10.08.2018, 12402010/020030 от 10.08.2018, заключение АНО Центр по проведению судебных экспертиз и исследований «Экспертная коллегия «Наука и Право» от 06.09.2018 № 017310/77001/332018/И-10202, акт экспертного исследования ФБУ Северо-Западный региональный центр судебных экспертиз № 2334/11 от 30.08.2018.

Из заключений экспертов и технической документации следует, что ротатор - это смонтированное в едином корпусе изделие, состоящее из трех основных элементов: - адаптера (верхнего корпуса) - части сцепки, соединяющей ротатор и базовую машину; - коллектора (коллекторной системы) - для передачи гидравлической жидкости под давлением от стационарного источника питания к дополнительным механизмам, находящимся на подъемно-транспортном оборудовании (грейферах, захватах, ковшах) для их открытия/закрытия; - гидравлического двигателя - для передачи поворотного движения исполнительному органу, представляет собой гидромеханический узел (элемент) подъемно-транспортного оборудования, предназначенный для подъема, поворота и перемещения груза.

Ротатор служит для управления исполнительными устройствами, установленными на подъемно-транспортном оборудовании, такими как грейферы, захваты, ковши и прочие; обеспечивает возможность управлять поворотом траверсы или захвата вокруг оси подвеса дистанционно (указанный вывод следует в частности из п. 7 заключения таможенного эксперта № 12404004/006090 от 27.04.2018, п. 11 заключения таможенного эксперта №12404004/0015601 от 23.07.2018).

Ротаторы производятся с форм-фактором и присоединительными размерами, позволяющими применять их строго в качестве элемента погрузо-разгрузочного оборудования и нигде более (указанный вывод следует из пояснений производителя товара).

Ротаторы устанавливается на транспортные погрузо-разгрузочные машины, предназначенные для использования в гидравлических кранах преимущественно в лесной промышленности (лесозаготовке), крепится на стреле крана и служит соединительным звеном между краном и исполнительными устройствами (грейфером, захватом, ковшом) (указанный вывод содержатся в частности в п. 7 заключения таможенного эксперта № 12404004/006090 от 27.04.2018, п. 2 заключения таможенного эксперта 12404004/0015606 от 05.07.2018, п. 2 заключения таможенного эксперта №12402004/009767 от 31.05.2018, п. 2 заключения таможенного эксперта №12402004/007108 от 10.05.2018, п. 2 заключения таможенного эксперта №12402080/020028 от 10.08.2018, п. 2 заключения таможенного эксперта №12402010/020030 от 10.08.2018, п. 2 заключения таможенного эксперта №12404004/0015601 от 23.07.2018; об этом же свидетельствует положения ГОСТ 31595-2012 «Погрузчики леса. Оборудование рабочее манипуляторного типа. Общие технические условия», в которых приведена общая схема манипулятора, устанавливаемого на поворотной колонне погрузчика леса, одной из составных частей которой является ротатор, а не гидродвигатель; об этом же указано в руководстве по эксплуатации изделия «ротатор» и в гарантийных обязательствах производителя ).

Из указанного следует, что спорный товар представляет собой часть навесного комплектующего оборудования для лесных гидравлических кранов и используется исключительно для целей управления исполнительным органом (грейфером, захватом, ковшом).

На основании изложенного, суд находит обоснованным доводы заявителя об использовании ротаторов исключительно или в основном в машинах или механизмах товарных позиций 8425-8430 ТН ВЭД ЕАЭС (а именно, товарной позиции 8427) в качестве гидромеханического узла (элемента) подъемно-транспортного оборудования, предназначенного для управления захватом и подъемом, поворотом и перемещением груза.

Доводы таможни об использовании спорных товаров в качестве частей иных машин и механизмов (кроме, классифицируемых в товарных позициях 8425-8430 ТН ВЭД ЕАЭС ) документально не подтверждены, противоречат выводам таможенных экспертов.

Суд соглашается с доводом заявителя о том, что анализ текстов товарных позиций позволяет утверждать об отсутствии прямого указания на классификацию данных частей (ротаторы, части ротаторов) где бы то ни было еще в Номенклатуре. Более того в процессе судебного разбирательства таможенный орган указанное обстоятельство не опроверг.

Также суд находит обоснованным утверждение общества о том, что при классификации ротаторов в товарной позиции 8431 ТН ВЭД ЕАЭС обеспечивается соблюдение общих положений, относящихся к классификации частей. Так согласно пункту «б» примечания 2 к разделу XVI ТН ВЭД части, предназначенные для использования исключительно или главным образом с одним типом машин или с рядом машин той же товарной позиции (включая машины товарной позиции 8479 или 8543), должны классифицироваться вместе с этими машинами или в товарной позиции 8409, 8431, 8448, 8466, 8473, 8503, 8522, 8529 или 8538 соответственно. В соответствии с пояснением II к разделу XVI ТН ВЭД ЕАЭС, относящемуся к ЧАСТЯМ, части, пригодные для использования исключительно или главным образом в конкретных машинах или аппаратах (включая машины и аппараты товарной позиции 8479 или 8543) или в группах машин или аппаратов той же товарной позиции, включаются в ту же товарную позицию, что и машины или аппараты, кроме исключений, указанных в пункте (1) выше. Однако для следующих частей выделены самостоятельные товарные позиции: (Б) Части оборудования товарных позиций 8425 – 8430 (товарная позиция 8431).

Следовательно, заявителем доказано соответствие спорных товаров всем выше обозначенным классифицирующим критериям для частей товарной позиции 8431 ТН ВЭД ЕАЭС, что подтверждает правомерность отнесения товара «ротатор» к подсубпозиции 8431 20 000 0 ТН ВЭД ЕАЭС.

Также следует отметить, что классификационный код 8431 20 000 0 ТН ВЭД ЕАЭС, заявленный Обществом, соответствует классификационному коду, содержащемуся в экспортных таможенных декларациях при вывозе из страны происхождения товаров №№ 17LV00020720687663,17LV00021020934021, 17LV00020721238551, 17LV00020721427656. При этом на необходимость учитывать международную практику по классификации аналогичных товаров, использующих Гармонизированную систему описания и кодирования товаров, указал Верховный Суд РФ в Определении от 27.12.2017 N 305-КГ17-13486.

Суд находит ошибочным утверждения таможни о том, что что принцип действия товара «ротатор» соответствует принципу действия товара «гидромотор».

Так, согласно заключению эксперта ЭКС ЦЭКТУ от 31.05.2018 № 12402004/0009767 силовой гидравлический двигатель представляет собой гидравлическую машину, предназначенную для преобразования гидравлической энергии в механическую. Разновидностью силового гидравлического двигателя являются гидромоторы. Гидромоторы сообщают выходному звену вращательное движение на неограниченный угол поворота.

Аналогичные определения устройства «гидромотор» содержатся во всех представленных суду заключениях таможни.

О наличии у гидродвигателей (гидромоторов) иных функций, кроме как функции по сообщению выходному звену вращательное движение, в экспертных заключения таможни информации не содержится.

Как отмечено заявителем и не опровергнуто таможенным органом, не содержатся упоминания о наличии у гидродвигателя (гидромотора) иной функций, кроме как обозначенной выше и в соответствующих ГОСТах, технической и научной литературе.

Между тем как следует из того же заключения эксперта ЭКС (п. 2 стр. 9 заключения от 31.05.2018 № 12402004/0009767) принцип действия исследованных ротаторов основан на использовании энергии давления жидкости, получаемой от двигателя для вращения ротора, что соответствует приведенному экспертом определению гидродвигателя, а также на принципе транзита энергии жидкости навесному оборудованию, что выходит за рамки функционального предназначения гидродвигателя (гидромотора).

В свою очередь возможность транзита энергии жидкости навесному оборудованию обеспечивается за счет особой конструкции ротаторов, а именно за счет наличия в них специально сконструированного гидромеханического устройства – коллектора, в состав которого входит распределительное устройство, состоящее из корпуса и колонки, блока клапанов и обратного клапана (стр. 9 абзац 5 заключения таможенного эксперта №12402080/020028 от 10.08.2018).

Кроме того, в составе ротатора также предусмотрена специальная система креплений – подвеска, которая является соединительным звеном между ротатором и стрелой грузоподъемного манипулятора, имеет в своем составе дополнительные узлы для уменьшения или исключения эффекта раскачивания перегружаемых грузов – гасители колебаний (стр. 9 абзац 6 заключения таможенного эксперта №12402080/020028 от 10.08.2018), и наряду с верхним и нижним корпусами ротатора воспринимает на себя основную нагрузку при захвате и перемещении груза, т.е. обеспечивает такую характеристику ротатора как грузоподъемность, не характерную для гидродвигателя (гидромотора).

При этом коллектор и подвеска, являющиеся непосредственной частью ротатора и выполняющие в изделии самостоятельные функции, без которых ротатор не способен выполнять свое предназначение, к принципу действия гидромотора отношения не имеют, гидромотором или его частью не являются, что прямо отмечено экспертами таможни в заключениях № 12404004/0015606 от 05.07.2018 (на стр. 14 абзац 10), № 12404004/0015601 от 23.07.2018 (стр. 13 абзац 8), № 12404004/0006090 от 27.04.2018 (стр. 14 абзац 6).

Доказательств того, что коллекторная часть ротатора и узел крепления ротатора на стреле также используются в конструкции гидродвигателя в материалах дела не имеется.

О том, что особая конструкция ротаторов, включающая в себя коллекторную систему и систему подвесок не присуща конструкции гидродвигателя (гидромотора) и отличает последний от устройства «ротатор» свидетельствуют выводы АНО Центр по проведения судебных экспертиз и исследований «Экспертная коллегия «Наука и Право» (заключение от 06.09.2018 № 017310/77001/332018/И-10202), и выводы эксперта Северо-Западного регионального центра судебных экспертиз (акт экспертного исследования ФБУ № 2334/11 от 30.08.2018).

Кроме того ротаторы ориентированы на различные нагрузки и предназначены для машин различных габаритов благодаря широкому типоразмерному ряду, различные модели ротаторов имеют различные пределы грузоподъемности. Согласно Руководству по эксплуатации в отношении ротаторов ротаторы производятся с пределами грузоподъемности от 1 до 16 тонн. Согласно пункту 5.3.10 Гарантийных условий производитель вправе отказать в гарантии если товар использовался на оборудовании с большей грузоподъемностью. В заключениях таможенных экспертов между собой ротаторы различных артикулов также подразделены исходя из характеристики грузоподъемности. Таким образом данная характеристика для ротатора при его выборе и использования является основной. Между тем для гидромотора (гидродвигателя) характеристика грузоподъемности не предусмотрена. Иного таможня не доказала.

Следовательно, принцип действия и технические характеристики товара «ротатор» не соответствует принципу действия и характеристикам гидродвигателя (гидромотора).

Помимо этого, как отмечено ранее принцип работы спорного товара не является классифицирующим признаком для целей ТН ВЭД ЕАЭС.

Суд также находит ошибочным довод таможни о том, что основным предназначением ротатора является вращение. Как отмечено ранее, особая конструкция ротатора помимо поворотной функции обеспечивают в ротаторе еще и равноценную транзитную и соединительную функции, без которых спорный товар не сможет открыть или закрыть челюсти исполнительного органа грузоподъемного манипулятора (например – грейфера), не сможет захватить, переместить и положить в заданном месте перемещаемый груз. Следовательно, функциональным предназначением ротатора является не вращение, как ошибочно полагает таможенный орган, а управление исполнительным органом грузоподъемного механизма (преимущественно манипулятора лесозаготовительного крана) .

Суд также отмечает, что определённая таможней подсубпозиция ТН ВЭД 8412 29 890 9 «Двигатели и силовые установки прочие: силовые установки и двигатели гидравлические: прочие: прочие: прочие: прочие», не отражает основных функциональных характеристик декларируемого товара и не учитывает его целевое технологическое назначение как части подъемно-транспортного оборудования.

Относительно Решений таможенного органа №№ РКТ-10210000-18/001234, РКТ-10210000-18/001236, РКТ-10210000-18/001238, РКТ-10210000-18/001240 о классификации частей ротаторов в подсубпозицию 8412 90 400 8 ТН ВЭД ЕАЭС суд отмечает, что определяющее значение для классификации данных изделий как частей силовых гидравлических двигателей так же будет выступать их функциональное предназначение. Между тем в материалах дела доказательств того, что указанные изделия являются частями силовых гидравлических двигателей, а не частями погрузчиков леса манипуляторного типа (т.е. частями ротатора) - не имеется.

Более того, из материалов дела следует, что части ротатора (например, коллектор, подвеска, верхний и нижний корпус ротатора) не выполняют и не могут выполнять в силовом гидравлическом двигателе никаких функций присущих двигателю, так как необходимы для обеспечения иных, отличных от вращения, свойств. О том, что указанные элементы не являются гидромотором или его частью прямо отмечено экспертами таможни в заключениях № 12404004/0015606 от 05.07.2018 (на стр. 14 абзац 10), № 12404004/0015601 от 23.07.2018 (стр. 13 абзац 8), № 12404004/0006090 от 27.04.2018 (стр. 14 абзац 6). Данное обстоятельство указывает на наличие существенных различий в техническом строении и функциональном предназначении ротаторов и гидродвигателей и свидетельствует о существенных противоречиях в предоставленных таможней документах и правовой позиции. Поэтому суд соглашается с доводами заявителя о необоснованности классификации данных частей в товарной позиции 8412 ТН ВЭД ЕАЭС.

Иные доводы таможенного органа учтены судом при рассмотрении дела, однако с учетом выше обозначенных обстоятельств они не свидетельствуют о законности и правомерности оспариваемых решений по классификации товаров. Таможня в нарушение ч. 5 статьи 200 АПК РФ правомерность оспариваемых ненормативно правовых актов не обоснована, вынесла неправомерные решения в области таможенного дела, чем нарушила права общества в сфере предпринимательской деятельности.

В связи с изложенными обстоятельствами требования общества о признании неправомерными решений таможенного органа о классификации товаров суд находит подлежащими удовлетворению.

Уведомлениями таможни от 29.03.2019 №№ 10210000/У2019/0000461, 10210000/У2019/0000444, 10210000/У2019/0000431, 10210000/У2019/0000424, заявитель проинформирован таможней о начислении декларанту дополнительных таможенных платежей и пени в общем размере 3479421 (три миллиона четыреста семьдесят девять тысяч четыреста двадцать один) рубль 79 коп, обязанность по уплате которых в соответствии с ч. 4 ст. 405 ТК ЕАЭС солидарно возложена и на ООО «Лакор», до настоящего момента указанная обязанность с таможенного представителя не снята. Как отмечено заявителем, неуплата в установленный срок суммы, указанной в уведомлениях таможенного органа может повлечь для ООО «Лакор» исключение из реестра таможенных представителей на основании положений п.п. 2 ч. 1 ст. 403 ТК ЕАЭС. Указанный факт таможенным органом не опровергнут.

Поскольку оспариваемые в настоящем деле уведомления таможни от 29.03.2019 №№ 10210000/У2019/0000461, 10210000/У2019/0000444, 10210000/У2019/0000431, 10210000/У2019/0000424 основаны на недействительных решениях о классификации товаров, то соответственно данные уведомления об уплате таможенных платежей также являются недействительными, нарушают права и законные интересы общества в предпринимательской сфере, возлагая на таможенного представителя незаконную обязанность по уплате таможенных платежей.

Арбитражный суд исследовал и оценил совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств, с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ и с учетом изложенного, и, исходя из принципа единообразия в толковании и применении арбитражными судами норм права, признает доводы заявителя обоснованными, а выводы, изложенные таможенным органом, необоснованными.

При указанных выше обстоятельствах, и с учетом положений ст. 201 АПК РФ, оспариваемые решения таможенного органа подлежат признанию недействительными.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются в порядке статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 146, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Возобновить производство.

Признать недействительными решения Санкт-Петербургской таможни по классификации товаров от 28.02.2019 №№ № РКТ-10210000-18/001233, № РКТ-10210000-18/001234, № РКТ-10210000-18/001235, № РКТ-10210000-18/001236, № РКТ-10210000-18/001237, № РКТ-10210000-18/001238, № РКТ-10210000-18/001239, № РКТ-10210000-18/001240.

Признать недействительными уведомления Санкт-Петербургской таможни от 29.03.2019 №№ 10210000/У2019/0000461, № 10210000/У2019/0000444, № 10210000/У2019/0000431, № 10210000/У2019/0000424 о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных пошлин, налогов и пени.

Взыскать с Санкт-Петербургской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лакор» уплаченную государственную пошлину в размере 36000 рублей.

В остальной части производство по делу прекратить.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Захаров В.В.