Гражданский кодекс часть 1

истец: общество с ограниченной ответственностью "КонсалтингСтройИнвест" (адрес: 194100, Санкт-Петербург, ул. Кантемировская, д. 3, к.1, лит.Б, ОГРН: <***>);

ответчик: общество с ограниченной ответственностью "СПЭЛ-ИНЖИНИРИНГ" (адрес: 195248, Санкт-Петербург, пер. Уманский, д. 71, лит.А, ком. 207, ОГРН: <***>);

о расторжении договора

при участии

- от истца: представитель ФИО1 (по доверенности)

- от ответчика: представитель ФИО2 (по доверенности)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "КонсалтингСтройИнвест" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "СПЭЛ-Инжиниринг" (далее – ответчик) о расторжении договора цессии от 29.01.2020, соглашения о расторжении договора подряда от 04.07.2017 № 04/07-17, акта зачета взаимных требований на сумму 19 000 000 руб.

Истец заявленные требования поддержал в полном объеме.

Ответчик по существу спора возражал по мотивам, изложенным в отзыве, ссылаясь на отсутствие установленных законом оснований для расторжения договора.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее:

Истец обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской Области с заявлением о взыскании с Ответчика - ООО «СПЭЛ-ИНЖИНИРИНГ» неосновательного обогащения в виде неосвоенного аванса в размере 22 202 854 руб. 89 коп., по договору №04/07-17 на выполнение строительных работ на объекте: производственно-складской комплекс по адресу: г.Санкт-Петербург, пос.Шушары,отд.Бадаевское,участок525, кадастровый номер 78:42:15115А:332, пеней в размере2 700 000 руб. (дело А56-132769/2019) .

Стороны в рамках урегулирования спора подготовили Соглашение о расторжении договора подряда №04/07-17 от 04.07.2017г., а также договор цессии от 29 января 2020г. и Акт о зачете взаимных требований на сумму 19 000 000 руб.

Данный комплект документов был составлен сторонами, основываясь на намерении ответчика погасить имеющуюся задолженность вне судебного разбирательства в следующем порядке:

- 2 000 000 руб. перечисляются на расчетный счет истца в рамках погашения задолженности по Договору №04/07-17 от 04.07.17г.;

- в рамках договора цессии ответчик-цедент передает цессионарию-истцу право требования к ООО «СВБилдинг» по возврату неосвоенных авансов в сумме 19 000 000 руб., неустойки, убытков, процентов за пользование чужими денежными средствами.

В силу отсутствия взаимного доверия, стороны арендовали два индивидуальных банковских сейфа в ПАО «Сбербанк России»: Ячейка №0-107 по договору №9055-1741-000164176 от 31.01.2020г- ячейка истца; Ячейка №0-108 по договору №9055-1741-000164180 от 31.01.2020г.- ячейка ответчика.

В ячейку истца был заложен следующий комплект документов, подписанный истцом:

1.Соглашение о расторжении договора подряда №04/07-17 от 04.07.2017г.

2. договор цессии от 29 января 2020г. с Актом приема-передачи документов .

3. Акта сдачи-приемки работ №1 от 28.01.2020г.

4. Акт зачета взаимных требований.

В ячейку ответчика был заложен следующий комплект документов, подписанный ответчиком в одностороннем порядке:

1.Соглашение о расторжении договора подряда №04/07-17 от 04.07.2017г.

2. договор цессии от 29 января 2020г. с Актом приема-передачи документов

3. Акт зачета взаимных требований

4. Договор №11/2017 от 11.10.2017г. «со всеми приложениями и дополнениями»

5. Платежные поручения №322 от 11.10.2017,№ 337 от 18.10.17 , №398 от 13.11.17, №422 от 27.11.17г., №504 от13.12.17, №533 от 25.12.17г., №539 от27.12.17г., №550 от 27.12.2018г.

6. Вся переписка ответчика с ООО «СВБилдинг» по договору №11/2017 от 11.10.2017г.

7. Акт сдачи-приемки работ №1 от 28.01.2020г.

В соответствии с положением п.п.3.3.2.3. Договоров аренды индивидуального банковского сейфа №9055-1741-000164176 от 31.01.2020г и №9055-1741-000164180 от 31.01.2020г., условием допуска стороны к сейфу контрагента является предъявление платежного поручения с отметкой о списании 2 000 000 руб. за ООО «СПЭЛ-Инжиниринг» по договору №04/07-17 от 04.07.17., получатель – ООО «КонсалтингСтройИнвест».

Платежным поручение №207 от 03.02.2020г. АО "МК "Дизель-Энерго" перевело указанную сумму на расчетный счет истца. Стороны получили доступ к сейфам противоположной стороны.

По мнению истца, представленные ответчиком через банковскую ячейку, в качестве обоснования уступаемого права требования по договору цессии от 29 января 2020года, вышеуказанные документы не являются достаточным основанием для подтверждения уступаемого права.

Так, по мнению истца, договор №11/2017 от 11.10.2017г. представлен в копии. Приложения 21-22 к указанному договору не представлены. График производства работ представлен без подписи подрядчика ООО «СВБилдинг». Товарная накладная №100 от 15.05.2018г., представленная также в копии, не содержит сведений о том на основании какого контракта и по какому объекту осуществлялась отгрузка, не является подтверждением частичного выполнения по указанному договору. Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 по 28.01 2020г не может быть принят в качестве полноценного акта сверки, так как не только не имеет подписи ООО «СВБилдинг», но даже не заполнен надлежащим образом. Также, истец считает, что вопреки требованию действующего законодательства, ответчиком не представлена исполнительная документация к приложенному Акту сдачи-приемки работ №1 от 28.01.2020г., в отсутствие которой, работы не могут быть приняты истцом. В представленных материалах отсутствует претензионная переписка, упомянутая в Акте приема-передачи документов. Письмо исх.40 от 27.04.2018г. не может быть принято как надлежащая претензионная переписка, так как уже в июле 2018года письмом исх №49 от 25.07.2018г. ответчик отправляет должнику ООО «СВБилдинг» сметы, в количестве 22 штук, в рабочем порядке. Таким образом, по мнению истца, обосновывающие наличие задолженности первичные документы, подтверждающие материально-правовые требования первоначального кредитора к должнику, ответчиком не представлены.

В соответствии с положениями ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора согласно ст. 384 ГК РФ переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Статьей 388.1 ГК РФ предусмотрена возможность уступки будущего требования и указано, что требование по обязательству, которое возникнет в будущем (будущее требование), в том числе требование по обязательству из договора, который будет заключен в будущем, должно быть определено в соглашении об уступке способом, позволяющим идентифицировать это требование на момент его возникновения или перехода к цессионарию.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 6 постановления Пленума от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", будущее требование переходит к цессионарию непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом, если соглашением сторон не предусмотрено, что будущее требование переходит позднее. При этом также указано, что не является будущим уже принадлежащее цеденту требование, срок исполнения которого не наступил к моменту заключения договора, на основании которого производится уступка, например требование заимодавца о возврате суммы переданного займа до наступления срока его возврата.

Такое требование переходит к цессионарию по правилу, установленному пунктом 2 статьи 389.1 ГК РФ - в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

По мнению суда, обязательства сторон по договору цессии исполнены в полном объеме.

Договор цессии заключен сторонами по инициативе истца в рамках исполнения договоренностей по урегулированию задолженности, возникшей у ответчика на основании договора подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. (дело А56-132769/2019).

Как указано истцом в исковом заявлении, условием заключения договора цессии и подписания акта зачета являлось частичное погашение ответчиком задолженности по вышеназванному договору подряда в размере 2 000 000 руб.

Указанную сумму ответчик перечислил истцу платежным поручением № 207 от 03.02.2020 г., что, как указано в исковом заявлении, являлось также условием доступа к сейфу контрагента, через который стороны обменивались подписанными экземплярами договора цессии и акта зачета.

Таким образом, ответчик подтвердил свои намерения урегулировать спор, погасить имеющуюся задолженность на условиях, предложенных истцом.

Ответчик исполнил свои обязательства по передаче документов, они приняты истцом без замечаний в оригиналах по акту приема-передачи.

Как следует из п. 2.1.2 договора цессии, обязательства цедента по передаче документов считаются выполненными после подписания сторонами акта приема-передачи. Так, все необходимые документы в полном объеме и в оригиналах были переданы ответчиком истцу по акту приема-передачи от 29.01.2020 г.

Как следует из указанного акта, претензии по факту оформления и передачи вышеуказанной документации к ответчику у истца отсутствуют.В акте приема-передачи допущена техническая ошибка в части даты договора цессии: указано 24.05.2019 г. вместо 29.01.2020 г. Вместе с тем, по составу передаваемых документов согласно акту, можно однозначно определить его принадлежность к договору цессии, т.к. аналогичный перечень документов содержится в п. 2.1.2 договора цессии.В случае наличия замечаний к передаваемой документации истец не был лишен права отразить их в акте приема-передачи документов или составить мотивированный отказ от их принятия. В то же время, претензия относительно исполнения ответчиком своих обязательств по договору цессии была направлена истцом лишь 25.03.2020 г., то есть через 2 месяца после получения документов по акту.

Истцом получены все документы, являющиеся достаточным основанием для подтверждения уступаемого права.

Договор №11/2017 от 11.10.2017 г. со всеми приложениями представлены истцу по акту;

Товарная накладная №100 от 15.05.2018 г. не является документом, подлежащим передаче согласно условиям п. 2.1.2 договора цессии. Данную накладную на передачу металлических труб субподрядчику ООО «СВБилдинг» по указанному объекту для изготовления конструкций ответчик передал истцу справочно для подтверждения факта закупки ответчиком металла, указанного в данной накладной, и передачи его ООО «СВБилдинг» для изготовления конструкций. Вышеназванный металл учтен в Справке о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 к договору подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. между истцом и ответчиком, которая подписана истцом 28.01.2020 г. Товарная накладная № 100 от 15.05.2020г. – это внутренний документ ответчика, представленный истцу справочно и не имеющий отношения к передаче права требования в рамках договора уступки.

Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 г. по 28.01.2020 г. был направлен в адрес должника, но оставлен последним без ответа. Истец поставлен в известность об этом факте. Акт сверки расчетов, подписанный односторонне ответчиком, принят истцом по акту приема-передачи документов без замечаний. Кроме того, отсутствие подписанного должником акта сверки взаимных расчетов не препятствует истцу в реализации его права требования к должнику, т.к. право требования, перешедшее к истцу по договору цессии, возникло из договора подряда №11/2017 от 11.10.2017 г.

Акт сдачи-приемки выполненных работ №1 от 28.01.2020 г. по форме КС-2 подписан между истцом и ответчиком в рамках исполнения ими своих обязательств по Договору подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. Указанный акт не имеет отношения к Договору цессии, не поименован в перечне обязательных для передачи документов согласно п. 2.1.2 договора цессии и не подтверждает права требования к должнику ООО «СВБилдинг». Последнее, вытекает из предмета договора цессии (п. 1.1., 1.2.), т.к. передаваемые по нему требования к должнику возникли в связи с неотработанным авансом по договору подряда №11/2017 от 11.10.2017 г. между должником и ответчиком. Приемка истцом у ответчика работ согласно Акту №1 от 28.01.2020 г. без замечаний истцом не оспаривается, без передачи исполнительной документации работы не могли быть приняты истцом. Кроме того, каких-либо требований по передаче исполнительной документации в рамках указанного акта истцом не предъявлялось.

Письмо (Претензия) исх.40 от 27.04.18 г. в адрес должника содержит в себе все необходимые признаки документа, составленного в целях соблюдения обязательного досудебного урегулирования споров и является претензией, т.к. составлено в письменном виде, однозначно указывает на наличие материально-правового спора, сумму и основание возникновение задолженности, сроки её погашения и на ответственность в случае не исполнения требования в добровольном порядке. Наличие дальнейшей переписки между сторонами не может являться признаком несоблюдения обязательного претензионного порядка или отказа от ранее заявленных требований.

Обязательства Сторон исполнены в полном объеме, что означает прекращение действия договора цессии (пункт 5.1).

Аналогичная позиция применима к требованиям истца о расторжении соглашения о расторжении договора подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. и акта зачета взаимных требований между истцом и ответчиком, т.к. расторжение указанных документов в судебном и ином порядке законодательно не предусмотрено. Кроме того, расторжение договора по соглашению прекращает обязательства сторон на будущее время, а оформление зачета взаимных требований является самостоятельным способом прекращения обязательств в силу ст. 410 ГК РФ.

Доводы истца о том, что ответчик нарушил п. 2.1.3 договора цессии и п. 3 ст. 385 ГК РФ, поскольку не сообщил истцу о введении в отношении должника процедуры банкротства, судом не принимается. Такая обязанность ответчика в договоре уступки не установлена. У ответчика не было оснований полагать, что истец не обладает информацией, предоставленной в публичном доступе, поэтому у истца не имеется оснований считать, что ответчик умышленно скрыл от него эти сведения.

Информация о возбуждении в отношении юридического лица дела о банкротстве, признании его несостоятельным (банкротом) и введении конкурсного производства является открытой и общедоступной. Так, Решением Арбитражного суда СПБ и ЛО от 16.10.2019 (резолютивная часть объявлена 14.10.2019) ООО «СВБилдинг» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Текст указанного решения размещен в свободном доступе на официальном портале kad.arbitr.ru, соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 26.10.2019 №197, кроме того, данные сведения доступны в Едином Федеральном Реестре Сведений о Банкротстве (bankrot.fedresurs.ru), например, в сообщении конкурсного управляющего № 4277249 от 16.10.2019.

При принятии разумных мер, действуя добросовестно и в собственных экономических интересах, с соблюдением принципа должной осмотрительности, истец мог получить сведения о платежеспособности должника и лишь после оценки полученной информации принять решение о заключении договора цессии. Однако истец необходимых мер для выяснения финансового состояния должника не предпринял.

Вопреки мнению истца, возбуждение дела о банкротстве и введение процедуры конкурсного производства влекут за собой особый порядок учета и удовлетворения требований кредиторов. Обязательства должника перед кредиторами при этом не прекращаются. Вместе с тем, увеличение риска невыплаты задолженности должником в связи с возбуждением в отношении него процедуры банкротства является предпринимательским риском, который несет истец как коммерческая организация, осуществляющая направленную на получение прибыли деятельность.

Не включение требований к должнику в реестр требований кредиторов не может расцениваться как активное действие ответчика в понимании п. 2 ст. 390 ГК РФ, которое может служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

На основании изложенного, факт нахождения должника в процедуре банкротства не влечет для истца существенного изменения обстоятельств, так как это обстоятельство существовало на момент заключения договора.

Согласно п. 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. При этом в соответствии с п. 4 статьи 453 ГК РФ в случае расторжения договора стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора (если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон). Из этого следует, что в отсутствие особых договоренностей сторон, надлежащим образом исполненный договор нельзя расторгнуть, поскольку не могут быть прекращены несуществующие обязательства (то есть обязательства, которые уже прекратились в связи с исполнением - пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Согласно п. 5.1. Договора цессии, он действует до полного выполнения Сторонами своих обязательств.

Согласно ч. 2 ст. 450 ГК РФ основанием для расторжения судом договора в связи с существенным нарушением одной из сторон своих обязательств по договору является причинение лицу, требующему такого расторжения, ущерба, в связи с которым оно в значительной степени лишается того, на что было вправе рассчитывать при заключении договора. В этом случае нарушение договора признается существенным.

Ссылающаяся на существенное нарушение договора сторона должна представить суду доказательства такого нарушения: неполучение доходов, возможное несение дополнительных расходов или наступление других последствий, существенно отражающихся на интересах стороны. Сам же факт наличия такого нарушения, в силу ст. 450 ГК РФ не может служить основанием для расторжения договора (позиция подтверждается в Определении Верховного Суда РФ от 03.04.2001 N 18-В01-12, Определении Верховного Суда РФ от 07.06.2011 N 5-В11-27)

Между тем, истец не представил каких-либо доказательств причинения значительного ущерба, как того требует ст. 65 АПК РФ.

Доводы истца о не предоставлении ответчиком документов, подтверждающих право требования к должнику, подтверждаются приложенным Актом приема-передачи документов.

Из искового заявления не следует указания на то, какими именно действиями ответчика истцу причинен ущерб, в связи с которым он лишается того, на что вправе был рассчитывать при заключении договора.

Так как предметом договора цессии является передача требования к должнику о возврате неотработанного аванса, для реализации истцом своего права и взыскания с должника соответствующей задолженности достаточно документов, подтверждающих факт наличия договорных отношений с должником (договор подряда №11/2017 от 11.10.2017 г., переданный истцу по акту приема-передачи) и факт внесения авансовых платежей (платежные поручения в комплекте 8 шт., переданные истцу по акту приема-передачи), а также документов, подтверждающих уведомление должника об уступке и соблюдение досудебного порядка урегулирования спора с должником, также переданных по акту приема-передачи от 29.01.2020 г.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Евдошенко А.П.