Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО "Невский Потенциал"
к ООО "Сименс Финанс",

о взыскании 3 348 232,92 руб.,

при участии
от истца: представитель ФИО1 по доверенности от 25.08.2016;
от ответчиков: представитель ФИО2 по доверенности от 01.12.2015;

установил:

ООО "Невский потенциал" обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО "Сименс финанс" о взыскании 3 348 232,92 руб. неосновательного обогащения и 39 741,16 руб. расходов по оплате госпошлинры.

Определением от 13.10.2016 исковое заявление принято к производству, возбуждено производство по делу, назначено предварительное судебное заседание и судебное разбирательство.

В судебном заседании от 30.11.2016, ввиду отсутствия возражений сторон, против рассмотрения дела по существу в настоящем судебном заседании, суд, в порядке части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, посчитал возможным завершить предварительное судебное заседание и начать рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.

В судебном заседании 30.11.2016 ответчиком было заявленро ходатайство об отложении судебного заседания для ознакомления с материалами дела и подготовки правовой позиции.

При отсутствии возражений со стороны истца ходатайство было удовлетворено.

В судебном заседании 25.01.2017 истцом в порядке статьи 49 АПК РФ были уточнены исковые требования, в соответствии с которыми истец просил взыскать с ответчика 3 325 068,31 руб. неосновательного обогащения.

Уточнения судом были приняты.

Для оценки доводов сторон и предоставления дополнительных доказательств судебное заседание было отложено, так как ответчиком также было заявлено ходатайство об отложении судебного заседания для возможного урегулирования спора.

В судебном заседании 22.02.2017 истец повторно заявил ходатайство об уточнении исковых требований в связи с частичной оплатой ответчиком суммы неосновательного обогащения, а также с учетом принятия истцом позиции в отношении принятия расходов на страхование в сумме 81 222,05 руб., оценки в размере 7 000,00 руб., 350,00 руб. за снятие с учета и 57 107,71 руб. уплаты налогов. С учетом данных обстоятельств истец просил взыскать 2 441 797,88 руб.

Уточнения судом были приняты.

Для оценки доводов сторон в судебном заседании был объявлен перерыв.

В судебном заседании 02.03.2017 стороны поддержали свои правовые позиции.

Заслушав пояснения представителей сторон в ходе судебного разбирательства, с учетом уточнений правовых позиций, суд установил следующие обстоятельства.

Истец, обращаясь с иском, ссылаясь на положения статей 665, 12 и 1102 ГК РФ, указывает, что при расторжении договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и воз0мещения причиненных лизингодателю убытков, а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Как указывает истец, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкицй, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Как следует из представленного лизингополучателем расчета задолженности, сальдо встречных обязательств составляет 2 441 797,88 руб. в пользу лизингополучателя (т.е. ко взысканию с лизингодателя).

Указанный расчет истец рассчитывает согласно Постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление Пленума № 17).

Истец в соответствии с п. 3.5. Постановления Пленума № 17 плату за предоставленное лизингополучателю финансирование определяет в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плату за финансирование (в процентах годовых) истец определяет по следующей формуле:

(П – А) – Ф

ПФ = х 365 х 100,

Ф х С/дн

ФИО3 – плата за финансирование (в процентах годовых),

П – общий размер платежей по договору лизинга,

А – сумма аванса по договору лизинга,

Ф – размер финансирования,

С/дн – срок договора лизинга в днях.

Исходя из суммы предоставленного финансирования, с учетом принятых уточнений, равной 5 270 000,00 руб., срока лизинга равного 1 104 дней, истец плату за финансирование определил в размере 1 401 045,82 руб. (5 270 000,00 х 13,93% (годовых) х 774).

Таким образом, истец считает, что общая сумма платы за финансирование составляет: за период с момента покупки до момента расторжения договора.

В части определения стоимости предмета лизинга, истец ссылается на следующие обстоятельства.

Согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС № 17, указанная в п. 3.2. и 3.3., стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ – при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

При указанных обстоятельствах истец полагает, что предмет лизинга должен был быть реализован по стоимости, указанной в отчете № 16-136/0 по оценке гусеничного экскаватора ООО «Атлант» от 30.12.2016, так как лизингодатель реализовывал предмет лизинга по заниженной цене.

Согласно представленных доказательств, предмет лизинга был реализован:

-28.09.2016 года на основании договора купли-продажи № 31710-ИЗ/1 с ООО «ИНТЭЛ» за 3 500 000,00 руб., так как на предложение истцу выкупить предмет лизинга, тот не выразил желания на выкуп.

В связи с просрочкой оплаты лизинговых платежей, согласно представленной расшифровки, сумма пени составила 142 075,11 руб., так как п. 10.1. Договора лизинга установлена ответственность лизингополучателя за просрочку оплаты лизинговых платежей в виде пени в размере 0,1% от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки.

Истец, составляя расчет, указывает сумму в размере 142 075,11, соглашаясь с указанной суммой, исходя и из расчета ответчика.

У сторон отсутствует спор по размеру финансирования – 4 743 000,00 руб., расходов на оценку – 7 000,00 руб., ставки ПФ (годовых) – 13,93%, расходов на страхование – 81 222,05 руб., 350,00 руб. – расходы на снятие с регистрации, 142 075,11 руб. неустойки и 57 107,71 руб. - налоги.

В свою очередь, ответчик, возражая против заявленных исковых требований, указывает на следующие обстоятельства.

Как считает ответчик, у истца отсутствует неосновательное обогащение, исходя из следующего расчета.

Истец оплатил 7 270 461,15 руб., аванс в размере 527 000,00 руб, соответственно лизингодатель получил 4 341 189,24 руб.

Лизингодатель, реализовав предметы лизинга, получил 3500 000,00 руб., включая НДС – 291 355,94 руб.

Однако, как полагает ответчик, истцом неправомерно исчислен срок, который составляет 862 дня – с момента заключения договора лизинга (23.05.2014) до даты получения денежных средств по договору купли-продажи (30.09.2016), в связи с чем размер финансирования составляет 1 560 340,68 руб. (1 810,14 руб.*(4 743 000,00*13,93%=660 699,90/365)*862).

Также ответчик считает, что помимо суммы предоставленного лизингополучателю финансирования и платы за это финансирование должен учитываться такой показатель как убытки лизингодателя и иные санкции, установленные законом или договором, в связи с чем полагает, что из суммы, причитающейся истцу, надлежит также исключить следующие расходы:

-услуги по перевозке по маршруту: Ленинградская область, ФИО4 бор – г. Санкт-Петербург, ул. Парашютная – 45 000,00 руб.;

-расходы за хранение в период с 13.07.2016 по 03.10.2016 – 27 639,00 руб.;

-расходы на страхование – 81 222,05 руб.;

-расходы на проведение оценки рыночной стоимости – 7 000,00 руб.;

-расходы, связанные с проведением регистрационных действий - 350,00 руб.;

-неустойка в размере 142 075,11 руб.;

-упущенная выгода – 439 864,02 руб. (плата за финансирование, подлежавшая уплате лизингополучателем до окончания срока действия договора лизинга при нормальном его течении, т.е. разница между фактически полученным и тем, на что лизингодатель мог рассчитывать при заключении договора лизинга с учетом рассчитанной ставки в размере 13,93% (1 810,14*(1105-862)=439 864,02);

-сумма налога на добавленную стоимость – 57 107,71 руб. (5 242 562,03-4 868 189,24=374 372,79/118*18%).

При указанном расчете, ответчик посчитал, что весь полученный ООО «Сименс Финанс» доход от договора финансовой аренды № 31710-ФЛ/СП-14 от 23.05.2014 и договора купли-продажи № 31710-ИЗ/1 от 28.09.2016 в общем размере 7 841 189,24 (4 341 189,24 + 3 500 000,00) при расчете сальдо встречных обязательств должен быть уменьшен на сумму подлежащую возврату (компенсации) ООО «Сименс Финанс» в размере 7 103 598,57 руб. (4 743 000+1 560 340,68+800 257,89), что равняется 737 590,67 руб., которые были перечислены платежным поручением № 1247 от 10.02.2017.

Учитывая выше изложенное, а также исследовав представленные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

23.05.2014 между ООО «Сименс Финанс» (лизингодатель) и ООО «Невский потенциал» (лизингополучатель) был заключен договор финансовой аренды № 31710-ФЛ/СП-14, согласно условиям которого лизингодатель на условиях отдельно заключенного договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем лица, указанного в п. 7 Приложения № 1 к договору (далее – продавец), указанные лизингополучателем транспортные средства (далее – предмет лизинга), который он предоставит лизингополучателю в финансовую аренду для предпринимательских целей в порядке и на условиях, установленных договором.

В договоре согласован график лизинговых платежей и сроки их внесения.

Во исполнение условий указанного договора предмет лизинга: экскаватор VOLVOEC 210 BLCPRIME передан и получен без претензий со стороны ООО «Невский потенциал» относительно количества, качества, технических и иных характеристик его эксплуатации.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

Согласно статье 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

В силу статьи 625 ГК РФ к договорам лизинга применяются общие положения Кодекса об арендной плате.

В соответствии со ст. 614 ГК РФ и ст. 15 ФЗ от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» арендатор (лизингополучатель) обязан своевременно и в полном объеме вносить плату за предоставленное в пользование имущество.

Предмет лизинга был возвращен лизингодателю по акту № 1 изъятия предмета лизинга от 12.07.2016 в связи с расторжением договора.

14.03.2014 года Пленум ВАС РФ принял Постановление № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупа лизинга», согласно п. 3.1. которого установлено, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ).

В то же время, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате, не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК;), а также иных предусмотренных законом и договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные с момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно установленным правилам.

В ходе судебного разбирательства, истец и ответчик, заявляя требования и возражения, изначально исходили из доказательств, представленных суду, а именно со стороны истца - отчета, со стороны ответчика – договора купли-продажи.

Исходя из выше изложенного, а также, оценив доводы сторон в совокупности с представленными доказательствами, суд пришел к следующим выводам.

Согласно положений Постановления ВАС № 17 прослеживается направленность определенных лизинговых правоотношений на предоставление финансирования лизингополучателю, при этом гарантией исполнения обязательства лизингополучателя по возврату денежных средств выступает удержание права собственности на предмет лизинга лизингодателем. Интерес лизингодателя как инвестора в данном случае сводится к возврату вложенных в приобретение предмета лизинга средств либо за счет лизинговых платежей, вносимых лизингополучателем, либо за счет стоимости самого предмета лизинга, выступающего в качестве обеспечения.

Основным моментом в лизинговых правоотношениях является переход права собственности на предмет лизинга при внесении всех лизинговых платежей и выкупной цены.

Также в данном Постановлении судом использована формула для расчета платы за финансирование, которая, по сути, представляет разницу между общей суммой лизинговых платежей по договору лизинга (за минусом аванса) и стоимостью предмета лизинга по договору купли-продажи (за минусом аванса).

Данная формула применима в тех случаях, когда процентная ставка не раскрыта в договоре (п. 3.5).

Таким образом, устанавливаемая судом расчетным путем плата за финансирование представляет собой усредненный подход, при котором размер процентов в каждом лизинговом платеже будет одинаковым. В данном подходе расчет платы за финансирование не учитывает уменьшение суммы основного долга и представляет собой разницу между общей суммой платежей по договору лизинга (за минусом аванса) и стоимостью предмета лизинга по договору купли-продажи (за минусом аванса).

Для сравнения, при подсчете платы за кредит процент рассчитывается от суммы оставшегося основного долга. Также в данном подходе не учитываются возможные вариации по соотношению процентной части и основной в составе лизингового платежа (например, в первой половине срока лизинга процентная часть может составлять большую часть лизингового платежа, нежели основной долг), в связи с чем, при досрочном расторжении договора лизинга может возникнуть разрыв между реальным положением взаиморасчетов сторон и предложенным судом методом расчета (например, при расторжении договора в начале срока лизинга фактически размер наступивших процентов может оказаться больше, чем по предложенной формуле). Соответственно для целей соблюдения баланса интересов сторон рекомендуется выделять процентную ставку в договоре лизинга или же указывать в графике платежей по договору процентную часть и основной долг в каждом лизинговом платеже.

Как следует из представленного в материалы дела договора лизинга, стороны не согласовали процентную ставку в договоре, однако, при представлении данного расчета, стороны сошлись на одном – 13,93%, в связи с чем судом и применяются данная цифра, так как она не противоречит общим положениям Постановления № 17, а именно: расчет взят по предложенной в Постановлении № 17 формуле.

Одновременно судом принимаются положения о том, что в Постановлении Пленума ВАС РФ о выкупном лизинге упущенная выгода (в виде процентов, приходящихся на период с момента возврата предмета лизинга или выплаты страхового возмещения по риску утраты/гибели предмета лизинга до момента истечения срока лизинга) не нашли своего места в числе подлежащих возмещению убытков.

Так, согласно п. п. 3.2 и 3.3 плата за финансирование определяется до момента возврата этого финансирования. В п. 3.6 указано, что убытки определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством, а также дан примерный перечень затрат, составляющих реальный ущерб, и ничего не сказано про упущенную выгоду. Исходя из указанных положений, проценты за указанный период в качестве подлежащих возмещению не рассматриваются. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что потенциальное дисконтирование на сумму будущих процентов лишает лизингодателей того дохода, на который они рассчитывали при заключении сделки. Однако, данные обстоятельства и отличают заемные отношения и лизинговые, в связи с чем они не являются сопоставимыми, а представляют собой два разных способа финансирования.

В п. 4 Постановления № 17 указано, что стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга. Кроме того, лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон.

В данном случае следует учитывать, что предметы лизинга возвращаются в разном техническом состоянии, порой не снятые с регистрационного учета, что влечет увеличение сроков предпродажной подготовки и в данном случае принимается то обстоятельство, что лизингодатель - это инвестор (финансовый посредник), а не продавец бывшей в употреблении техники.

И в данном случае судом оценивается разумность срока, в течение которого у лизингодателя была возможность предпринять все необходимые усилия для реализации предмета лизинга по наиболее высокой рыночной цене, так как минимальный срок необходим для того, чтобы оградить лизингодателей от исков лизингополучателей о взыскании сальдо (неосновательного обогащения).

В качестве экономически разумных мер для продажи можно назвать прямую продажу по рыночной цене либо продажу через аукцион, где победителем становится лицо, предложившее максимальную цену за имущество.

Если по истечении установленного срока, включая возможное его продление, лизингодатель не сможет реализовать актив, то для целей расчета сальдо принимается оценка рыночной стоимости у независимого эксперта с учетом всех обстоятельств, в том числе состояния техники, а также факта отсутствия спроса на нее в течение установленного срока продажи.

В данном случае суд полагает, что такой вариант оценки является максимально учитывающим интересы сторон. В силу данного обстоятельства риск невозможности продажи или иного отчуждения возвращенного имущества не может быть целиком возложен на какую-либо одну сторону (например, лизингополучателя как инициатора сделки), так как лизингодатели также имеют интерес в заключении сделки, потому что, как правило, их вид деятельности является их источником дохода.

Невозможность отчуждения возвращенного предмета лизинга может быть продиктована неблагоприятной ситуацией на рынке, которая может исправиться со временем, специфичностью имущества и тому подобными факторами. Если неблагоприятную ситуацию на рынке нельзя с определенной точностью предвидеть заранее, то неликвидность оборудования и сложности с его вторичной продажей вполне предсказуемы. Таким образом, риск невозможности продажи или иного распоряжения возвращенным предметом лизинга представляется возможным возложить на обе стороны договора лизинга.

По договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование (ст. 665 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)").

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (п. 1 ст. 432 ГК РФ). Без них договор будет считаться незаключенным.

К существенным условиям относятся:

- данные, позволяющие определить передаваемое по договору имущество (п. 3 ст. 15 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)", п. 3 ст. 607 ГК РФ);

- размер, способ осуществления и периодичность лизинговых платежей (п. п. 4 и 5 ст. 15, п. 2 ст. 28 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)").

Договор может предусматривать, что в состав лизингового платежа включается и выкупная стоимость (п. 1 ст. 28 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)");

- срок договора лизинга (п. 1 ст. 4, ст. 15 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)"), который должен определить лизингополучатель.

Лизингополучатель за свой счет осуществляет техническое обслуживание предмета лизинга и обеспечивает его сохранность, а также производит капитальный и текущий ремонт предмета лизинга, если иное не предусмотрено договором (п. 3 ст. 17 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)").

В договоре может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по окончании срока договора или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон (ст. 19 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)").

Из заключенного договора внутреннего лизинга следует, что сумма договора (приложение № 1) включает в себя лизинговые платежи за весь срок владения и пользования предметом лизинга лизингополучателем (далее – срок финансовой аренды) в размере 7 270 461,15 руб., в т.ч. НДС 18% - 1 109 053,34 руб. и выкупную цену предмета лизинга, которая при условии уплаты всех лизинговых платежей на момент окончания срока финансовой аренды составляет 1 500,00 руб.

Лизинговые платежи лизингополучатель обязан уплачивать в соответствии с графиком платежей (приложение № 1).

Моментом исполнения лизингополучателем финансовых обязательств по договору является день зачисления денежных средств на расчетный счет лизингодателя.

Как следует из материалов дела, у сторон отсутствуют разногласия, как по вопросу правомерности начисления лизинговых платежей, периода их оплаты, оплаты авансового платежа и остатка задолженности по лизинговым платежам. Также отсутствует частично спор и по затратам, указанным выше, в связи с чем данные цифры судом принимаются из представленных сторонами расчетов.

Предмет лизинга может быть застрахован от рисков утраты (гибели), недостачи или повреждения с момента поставки имущества продавцом и до окончания срока действия договора. Стороны, выступающие в качестве страхователя и выгодоприобретателя, а также период страхования предмета лизинга определяются договором (п. 1 ст. 21 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ). Таким образом, по соглашению сторон обязанность по страхованию предмета лизинга может быть возложена на лизингодателя.

У сторон отсутствуют претензии по вопросу страхования предмета лизинга.

Договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по окончании срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон. При этом выкупная цена предмета лизинга может включаться в общую сумму лизинговых платежей (п. 1 ст. 19, п. 1 ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ). Следовательно, стороны договора лизинга не обязаны выделять выкупную цену предмета лизинга из общей стоимости договора.

В силу п. 4 ст. 421 ГК РФ стороны вправе включить в договор любое условие, не противоречащее закону или иным правовым актам.

При возврате лизингополучателем предмета лизинга в связи с расторжением договора лизинга налоговых последствий по НДС у лизингодателя не возникает, поскольку за ним сохранялось право собственности на предмет лизинга (п. 1 ст. 11 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ).

В данном случае, при возврате лизингополучателем предмета лизинга в связи с расторжением договора лизинга налоговых последствий по НДС у лизингодателя не возникает, поскольку за ним сохранялось право собственности на предмет лизинга (п. 1 ст. 11 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ).

Срок финансовой аренды установлен до 22.05.2017 в соответствии с п. 8 Приложения № 1.

У сторон отсутствуют разногласия по дате расторжения договора – 05.07.2016 на основании уведомления об одностороннем отказе от исполнения обязательств.

Как было сказано выше и вытекает из положений постановления ВАС РФ № 17, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Исходя из представленных доказательств, суд полагает, что размер финансирования составляет 4 824 2220054 руб., из которых:

-5 270 000,00 руб. + 81 222,05 руб. (страхование) составляет стоимость предмета лизинга;

-527 000,00 руб. размер авансовых платежей, уплаченных лизингополучателем за предмет лизинга.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

- срок договора лизинга в днях , исходя из чего ПФ = (7 270 461,15 – 527 000,00) – 4 743 000,00)/(4 743 000,00 х 1105) х 365 х 100 = 13,93%.

Предмет лизинга был возвращен лизингодателю 12.07.2016.

Реализация предмета лизинга осуществлена 28.09.2016.

При таких обстоятельствах плата за финансирование составляет: 1 509 474,92 руб. (7 270 461,15 – 527 000,00 – 4 824 222,05) : 1096 х 862), так как в данном случае суд не может не согласиться с позицией ответчика об исчислении платы за финансирование по дату реализации транспортного средства.

Данный вывод судм принят, исходя из следующего.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя.

Предмет лизинга реализован лизингодателем по цене 3 500 000,00 руб., что подтверждается соответственно договором купли-продажи № 31710-ИЗ/1 от 28.09.2016.

Как полагает суд, исходя из выше изложенного, при реализации предмета лизинга лизингодатель действовал добросовестно и разумно, т.к. предмет лизинга реализован через 2 месяца после даты изъятия, что соответствует специфичности реализуемого товара, а также пункту 3.3. Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 года № 17. Поскольку финансирование лизингополучателя осуществляется лизингодателем в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата возврата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме, а дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Отчет № 16-136/0 ООО «Атлант» от 30.12.2016 не может быть взят за основу установления рыночной стоимости предмета лизинга, так как последний уже реализован и не может быть переоценен. Более того, отчет, представленный ответчиком, № 3568/16 от 01.08.2016 ООО «Центр оценки и экспертизы» подтверждает реальность полученной суммы ответчиком.

Как указано в постановлении ВАС РФ № 17, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Истец, определяя свои убытки, указывает, что возмещению подлежат:

--расходы на страхование – 81 222,05 руб.;

-расходы по оценке – 7 000,00 руб.;

-расходя за снятие ТС с учета – 350,00 руб.;

- налоги - 57 107,71 руб.

В данном случае стороны не спорят по данной сумме и она принимается в заявленном размере.

В статье 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав названо возмещение убытков, под которыми в соответствии с пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а такженеполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вместе с тем, одним из основных принципов гражданского законодательства является обеспечение восстановления нарушенных прав (п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому предусмотренные меры, принимаемые при нарушении гражданских прав, имеют целью восстановление имущественной среды потерпевшего лица.

Кроме того, для взыскания убытков, как понесенных, так и неполученных доходов (упущенной выгоды), истец в соответствии с действующим законодательством должен представить доказательства, подтверждающие:

-нарушение ответчиком принятых по договору обязательств;

-размер убытков (реальной и упущенной выгоды), возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств;

-причинную связь между убытками и неисполнением и ненадлежащим исполнением обязательств.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 393 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы. (п. 2 ст. 15 ГК РФ)

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими вредными последствиями.

Оценив в совокупности материалы дела в отношении взыскания упущенной выгоды в размере 439 864,02 руб., суд не установил обоснованность заявленной суммы, а также причинную связь между убытками истца и исполнением обязательств со стороны ответчика, так как постановлением ВАС РФ № 17 установлено, что при рассмотрении проблемы определения разумности понесенных расходов и достаточности предпринятых лизингодателем тех или иных мер, суд руководствуется общими принципами разумности, соразмерности, справедливости и с учетом обстоятельств дела.

В обоснование заявления указанной суммы ответчик указывает, что она вытекает из досрочного расторжения договора лизинга и составляет количество дней от даты реализации предметов лизинга до даты окончания срока действия договора лизинга – 243 дня.

Суд не может согласиться с данными доводами ответчика, так как методика, примененная в постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014, исключает учет упущенной выгоды как разницы между полученной платы за финансирование и той платой, которую бы истец получил, если бы договор лизинга не был бы досрочно расторгнут. У ответчика не возникло этих убытков. Если бы договор продолжал действовать, то истец получил бы эти суммы не ранее 22.05.2017.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

В рассматриваемом случае истцом не представлено доказательств недобросовестности или неразумности при реализации предметов лизинга со стороны ответчика.

В данном случае суд полагает, что произведенная реализация имущества учитывает интересы сторон, так как невозможность отчуждения возвращенного предмета лизинга может быть продиктована неблагоприятной ситуацией на рынке, которая может исправиться со временем, специфичностью имущества и тому подобными факторами. Если неблагоприятную ситуацию на рынке нельзя с определенной точностью предвидеть заранее, то неликвидность оборудования и сложности с его вторичной продажей вполне предсказуемы. Таким образом, риск невозможности продажи или иного распоряжения возвращенным предметом лизинга представляется возможным возложить на обе стороны договора лизинга.

При указанных обстоятельствах, при рассмотрении проблемы определения разумности понесенных расходов и достаточности предпринятых лизингодателем тех или иных мер, суд руководствовался общими принципами разумности, соразмерности, справедливости и с учетом обстоятельств дела, в связи с чем за основу и принимается сумма продажи предмета лизинга. Тем более истец не воспользовался своим правом выкупа предмета лизинга по предлагаемой цене ответчика.

Также судом не приняты доводы ответчика по исключению суммы НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга, так как суд считает необоснованным включение ответчиком данную сумму в состав убытков, поскольку, исходя из механизма начисления и уплаты этого налога, он является суммой, дополнительно предъявляемой покупателю товаров (работ, услуг) и оплачиваемой последним.

В соответствии с положениями Налогового кодекса Российской Федерации, регламентирующими порядок исчисления и уплаты этого налога, сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет по итогам налогового периода, определяется как разница между суммами налога уплаченного в составе стоимости приобретенных товаров (работ, услуг) и суммами налога, полученного от покупателей.

Налог на добавленную стоимость уплачивается в бюджет не из собственных средств налогоплательщика, как это имеет место при уплате налога на прибыль, а за счет сумм, полученных от покупателя. Таким образом, сумма налога на добавленную стоимость, включенная в цену товара и уплаченная покупателем, не может рассматриваться как убыток, тем более, что НДС по своей правовой природе является косвенным налогом, который учитывается в составе цены сделки. Более того, суммы уплаченных налогов в принципе не могут рассматриваться как убытки, поскольку являются законодательно предусмотренной обязанностью каждого налогоплательщика.

Судом не приняты возражения истца в части отказа в возмещении расходов, связанных с перевозкой и хранением транспортного средства до момента реализации, так как данные расходы подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами: договор № 1107 от 11.07.2016 с ООО «Авто-Хаус» и платежным поручением на сумму 45 000,00 руб.; договор № 56 от 30.04.2013 с ООО «Авто Хаус», акты выполненных работ, платежными пору4чениями на сумму 27 639,00 руб. (6 327+10 323+9 990+999).

Учитывая выше изложенное, суд полагает, что по заявленным требованиям, за основу принимаются следующие цифры.

Причитается Лизингодателю		Предоставлено Лизингополучателем
Размер предоставленного финансировария	4 824 222,05	Полученные платежи, за исключением авансового	4 341 189,24
Размер платы за финансирование	1 509 474,92	Стоимость возвращенного предмета лизинга	3 500 000,00
Пени	142 075,11
Убытки	218 318,76
Итого:	6 552 015,73		7 841 189,24
Сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя – 1 289 173,51 руб.

Однако, учитывая, что ответчиком в добровольном порядке было перечислено 737 590,67 руб., то к возмещению надлежит сумма в 551 582,84 руб.

В силу ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, материалами дела подтверждается возникновение обязанности ответчиком по возврату неосновательного обогащения в размере 551 582,84 руб.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина взыскивается со стороны от суммы удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170,176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с ООО «Сименс Финанс» (местонахождение: 690090, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «Невский потенциал» (местонахождение: 194292, <...>, литер А, пом. 407, ИНН <***>, ОГРН <***>) 551 582,84 руб. неосновательного обогащения и 7 953,44 руб. расходов по оплате госпошлины.

В остальной части иска отказать.

Возвратить ООО «Невский потенциал» (местонахождение: 194292, <...>, литер А, пом. 407, ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета 4 532,18 руб. излишне уплаченной госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Кожемякина Е.В.