Гражданский кодекс часть 1

Индивидуальный предпринимательФИО1 (далее – истец, Предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Строительная компания Бриз" (далее – ответчик, Общество) о признании договора аренды №LTL2019/09-B064 от 05.09.2019 расторгнутым, взыскании расходов на оплату юридических услуг в размере 60 000 руб.

В настоящем судебном заседании истец поддержал исковые требования в полном объеме, представитель ответчика просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в отзыве.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей истца, суд установил следующее.

05.09.2019 между Предпринимателем (арендатор) и Обществом (арендодатель) заключён договор № LTL2019/09-B064 (далее -договор) аренды помещения (часть), расположенного в ТРК «Галерея» по адресу: <...>, лит. А, пом. 1-Н, № части помещения: 1145, площадь в соответствии с данными ПИБ: 8,9 кв.м; арендуемая площадь: 10,85 кв.м, кадастровый учетный номер части 78:31:0001521:2103/179.

Арендуемое помещение расположено на втором этаже ТРК «Галерея».

В соответствии с п. 19 Приложения №2 договор заключен на срок до 30.09.2024.

Как следует из договора (Приложение №2), помещение предназначалось для коммерческого использования под магазин торгового наименования «Унция» (п. 1, 3).

Также из приложения №4 следует, что в арендуемом помещении осуществляется продажа чая, кофе и сладостей с правом размещения в магазине стационарного оборудования для проведения дегустаций чайной продукции.

Истец в обоснование своих требований указал на то, что на настоящий момент обстоятельства, из которых стороны исходили при заключении договора, существенно изменились, следствием стало распространения коронавирусной инфекции. Возобновление деятельности арендатора в помещении не влечет для него возобновления прежних условий, исходя из которых он исходил при заключении договора.

Существенное изменение обстоятельств, из которых арендатор исходил при заключении договора, для него выражается в следующем.

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 13.03.2020 № 121 «О мерах по противодействию распространению в Санкт-Петербурге новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» на территории субъекта был введен режим повышенной готовности.

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 26.03.2020 № 161 «О внесении изменений в постановление правительства Санкт-Петербурга от 13.03.2020 № 121» запрещена работа объектов розничной торговли, за исключением аптечных учреждений, объектов розничной продажи моторного топлива, заправочных электростанций для зарядки электрических транспортных средств, а также объектов розничной торговли в части реализации исключительно непродовольственных товаров первой необходимости и (или) продовольственных товаров (п. 2.3.2).

Такие ограничения в отношении объектов розничной торговли сохранялись до 27 июля 2020 года.

Кроме этого, Указами Президента РФ от 25.03.2020 № 206, от 02.04.2020 № 239, от 28.04.2020 №294 нерабочими днями были объявлены в совокупности дни с 30 марта по 11 мая 2020 года.

26.03.2020 арендатор получил от арендодателя уведомление исх. №212 от 26.03.20 о том, что «в срок до 09.00 28.03.20 все арендаторы, пользователи, а также их представители, работники поставщики, должны были покинуть территорию ТРЦ «Галерея». Также из уведомления следует, что в ТРЦ будет производиться опломбирование помещений на период консервации.

Истец указывает на то, что в период с 26.03.2020 до 12.09.2020 ТРК «Галерея» осуществлял деятельность в ограниченном режиме, в частности до 27.07.20 в ТРК были закрыты все магазины за исключением продуктового супермаркета «Перекресток», аптек, а также салонов связи, расположенных на первом этаже торгового комплекса, доступ на иные этажи, в т.ч. доступ на второй этаж, где расположен магазин истца, был закрыт, попадание посетителей туда не представлялось возможным.

Таким образом, по мнению истца, фактически ТРК «Галерея» именно как торгово-развлекательный комплекс в указанный период деятельность не осуществлял.

Ввиду введения указанных ограничений, в целях соблюдения вышеперечисленных законодательных требований, а также по причине фактического закрытия ТРК арендатор был вынужден прекратить деятельность в арендуемом помещении и его использование с 27.03.2020.

26.07.2020 после отмены ограничений, арендатор возобновил деятельность в помещении, однако последствия пандемии существенным образом сказались и продолжают сказываться на торговой прибыли арендатора от коммерческой деятельности в ТРК «Галерея».

В судебном заседании представитель истца указал, что несмотря на то, что чай и кофе, продажу которых осуществляет истец, юридически относятся к продовольственным товарам, необходимо понимать, что данные товары не являются товарами повседневного спроса и не представляет собой предмет первой необходимости, не относится к категории жизнеобеспечивающих товаров, спрос на которые в период действия ограничений не упал, и деятельность по реализации, которых не была приостановлена государством. Реализуемый арендатором товар в основном используется как сувенирная и подарочная продукция, потребительский спрос на которую в условиях настоящей экономической ситуации закономерно существенно снизился.

Эпидемиологическая обстановка в стране и городе пока не нормализовалась и является нестабильной, сохраняются рекомендации по самоизоляции и иные ограничения для населения, посещаемость торгового комплекса в силу того, что он является местом большого скопления людей, значительно сократилась, равно как и покупательская способность потребителей ввиду существенного падения доходов населения.

Все изложенное, по мнению арендатора, является следствием распространения коронавирусной инфекции, а также мер и запретов, принятых органами государственной власти в целях борьбы с ней. Таким образом, изменение обстоятельств, исходя из которых стороны исходили при заключении договора, нельзя отнести на обычный предпринимательский риск, поскольку арендатор объективно не мог этого предвидеть и предотвратить.

Истец указывает на то, что даже сама выручка от продаж магазина за месяц равна или меньше арендной платы, кроме этого, истец несет расходы на заработную плату сотрудников, работающих в данном магазине (4 продавца и 1 управляющий, такой штат обусловлен графиком работы магазина: с 10:00 до 23:00 без выходных), затраты на приобретение товара, торгового оборудования, рекламу и иные издержки.

Таким образом, по мнению Предпринимателя, сохранение арендных правоотношений ведет к существенным убыткам у истца.

По мнению предпринимателя, если бы истец при заключении договора мог предвидеть наступление указанных событий (пандемия) и как следствие такое существенное снижение продаж, то не заключил бы договор на таких невыгодных для себя условиях. Исполнение договора аренды на прежних условиях нарушает соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и влечет для арендатора такой ущерб, что он в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора.

Из искового заявления также следует, что в своем предложении о расторжении договора аренды от 17.09.20 истец указывал, что в случае отказа ответчика от расторжения договора по соглашению сторон с 01.10.20 истец будет вынужден прекратить коммерческую деятельность в арендуемом помещении и освободить его.

30.09.2020 истец посредством электронной почты и путем личного вручения уведомил ответчика об освобождении помещения с 01.10.20 и вызвал на приемку передачи помещения, впоследствии ввиду неявки арендодателя на приемку, закрыл помещение, прекратив ведение коммерческой деятельности.

Предприниматель пояснил, что ввиду того, что с 01.10.20 истец фактически не осуществляет деятельность в арендуемом помещении и не имеет к нему доступа, о чем уведомил ответчика, истец считает возможным заявить требование о расторжении договора с 01.10.2020, поскольку длительность судебного разбирательства ставит стороны в неопределенное правовое положение, тогда как истец действовал добросовестно и предварительно уведомил об освобождении помещения, был готов к переговорам и встречным предложениями, однако его требования были проигнорированы.

17.09.20 истец передал ответчику предложение о расторжении договора аренды, в котором просил сообщить о готовности либо отказе расторгнуть договор по соглашению сторон или изменить условия договора аренды на долгосрочный период. Истец просил дать ответ в течение 5 дней с момента получения указанного Предложения. Однако в установленный в предложении срок ответчик не представил ответа, в связи с чем истец был вынужден обратиться в суд.

Согласно пункту 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно статье 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий:

1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;

2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;

3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;

4) из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

При расторжении договора вследствие существенно изменившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением этого договора.

Изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допускается по решению суда в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.

Как установлено статьей 452 ГК РФ, требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

На основании статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" содержит следующие разъяснения. В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если указанные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (статья 431 ГК РФ).

Таким образом, в случае если договором аренды не установлено дополнительных оснований для расторжения договора аренды, то перечень оснований для расторжения договора является исчерпывающим.

Доводы ответчика относительно невозможности ведения коммерческой деятельности в период распространения коронавирусной инфекции не освобождают арендатора от исполнения договорных обязательств и относятся к риску ведения предпринимательской деятельности.

Ответчик в обоснование принятого решения об одностороннем отказе от договора ссылается на обстоятельства непреодолимой силы.

Вместе с тем, нормы действующего законодательства не предусматривают безусловного права на расторжение договора в связи с распространением короновирусной инфекции.

В соответствии с частью 4 статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций" арендатор, являющийся субъектом малого или среднего предпринимательства и осуществляющий деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, перечень которых утвержден Правительством Российской Федерации, вправе потребовать уменьшения арендной платы на срок до одного года по договору аренды, заключенному до принятия органом государственной власти субъекта Российской Федерации в соответствии со статьей 11 Федерального закона от 21.12.1994 N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера" (в редакции настоящего Федерального закона) решения о введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации, в отношении зданий, сооружений, нежилых помещений или их частей, используемых в целях осуществления этим арендатором указанной деятельности.

В случае недостижения соглашения между арендатором и арендодателем об уменьшении арендной платы или ином изменении условий договора в течение 14 рабочих дней с момента обращения арендатора к арендодателю с требованием об уменьшении арендной платы по договору аренды арендатор вправе не позднее 1 октября 2020 года отказаться от указанного договора аренды, заключенного на определенный срок, в порядке, предусмотренном статьей 450.1 ГК РФ.

При этом убытки в виде упущенной выгоды, убытки при прекращении договора, предусмотренные статьей 393.1 ГК РФ, связанные исключительно с досрочным расторжением договора аренды, иные денежные суммы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 310 ГК РФ договором аренды право арендатора на односторонний отказ от договора было обусловлено необходимостью выплаты определенной денежной суммы арендодателю, с арендатора не взимаются, а обеспечительный платеж, если он был предусмотрен договором аренды и уплачен арендодателю, возврату арендатору не подлежит. Иные убытки (денежные суммы) подлежат возмещению (уплате) в соответствии с гражданским законодательством.

Как разъяснено в "Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, следует учитывать, что дополнительные права на отказ от договора либо изменение его условий могут быть предусмотрены как общими положениями об обязательствах, например, положениями статьи 328 ГК РФ, так и законодательством об отдельных типах и видах договоров, например, положениями статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций".

Последствия расторжения или изменения договора в таких случаях определяются на основании пункта 3 статьи 451, а также пункта 4 статьи 453 ГК РФ, если иное не установлено законом или иным правовым актом.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, то есть одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Верховный Суд Российской Федерации в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, разъяснил, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация. Существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и других обстоятельств).

Согласно п.1 ст.451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа, т.е. норма является диспозитивной.

При этом, стороны "Договора аренды в п.22.1 исключили возможность расторжения или изменения договора в порядке, предусмотренном ст. 451 ГК РФ: "Стороны выражают согласие с тем и подтверждают, что ни одна из них не может изменить или расторгнуть Договор в случае существенного изменения обстоятельств в порядке, предусмотренном ст. 451 ГК РФ". Таким образом, положения ст.451 ГК РФ не применяются к правоотношениям Сторон, у Истца отсутствуют основания требовать расторжения или изменения Договора аренды в порядке, предусмотренном ст. 451 ГК РФ.

Правительство Санкт-Петербурга Постановлением №121 от 13.03.2020 "О мерах по противодействию распространению в Санкт-Петербурге новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" в соответствующей редакции (далее - Постановление; ввело режим повышенной готовности и запретило работу объектов розничной торговли, за исключением объектов розничной торговли в части реализации продовольственных товаров. Товары, которые могут продаваться в арендуемом Истцом помещении согласно п.З Приложения 4 к Договору аренды: чай, кофе и сладости – являются продовольственными товарами, как это определено ст. 2 Федерального закона oт 28.12.2009 N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговом деятельности в Российской Федерации" продовольственные товары - продукты и натуральном или переработанном виде, находящиеся в обороте и употребляемые человеком в пищу (в том числе продукты детского питания, продукты диетического питания), бутилированная питьевая вода, алкогольная продукция, пиво и напитки, изготавливаемые на его основе, безалкогольные напитки, жевательная резинка, пищевые добавки и биологически активные добавки. Таким образом, запрет в отношении деятельности Истца Постановлением установлен не был.

Доводы Истца об отнесении реализуемых товаров к иной категории несостоятельны ввиду прямого указания на категорию продовольственных товаров. Помимо того, Истец признал в исковом заявлении, что реализуемые им товары являются продовольственными и на их реализацию ограничения не распространялись.

Установление Указами Президента РФ от 25.03.2020 N 206 "Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней", от 02.04.2020 N 239 "О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)", от 28.04.2020 N 294 "О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)" нерабочих дней с 30.03.2020 по 11.05.2020 не распространялось на организации (работодателей и их работников) обеспечивающих население продуктами питания и товарами первой необходимости, т.е. на деятельность Истца.

В уведомлении исх. №212 от 26.03.2020, направленном в адрес всех арендаторов ТРЦ "Галерея", в т.ч. Истца, арендодатель (Ответчик) не налагал запретов на осуществление деятельности Истца. Исходя из трактовки вышеуказанного уведомления, просьба покинуть территорию ТРЦ "Галерея" не распространялась на арендаторов, деятельность которых не была запрещена Постановлением.

Обстоятельства, на которые ссылается Истец, а именно: "указанные магазины функционировали не всегда", "доступ на второй этаж, где расположен магазин истца, был закрыт, попадание посетителей туда не представлялось возможным", а также "фактически ТРК "Галерея" деятельность не осуществлял" и был "фактически закрыт" не нашли своего подтверждения при рассмотрении настоящего дела.

Судом установлено, что арендаторы, на чью деятельность не распространялись запреты и которые приняли решение продолжить ведение коммерческой деятельности, продолжали ее вести. Истец в нарушение п.1. ст. 65 АПК РФ не доказал обратное, то есть обстоятельства, на которые он ссылается.

Утверждение Истца о наличии обстоятельств непреодолимой силы не подкреплены доказательствами, в то время как для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать: а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы; б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств; в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы; г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

Признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.) (ответ на вопрос 7 "Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020).

Довод истца о том, что "посещаемость торгового комплекса значительно сократилась" и "показатель, исходя из которого арендатор строит планы продаж - посещаемость и проходимость, существенно снизился", не соответствуют действительности, Истцом не предоставлены соответствующие доказательства.

Истец, как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность на свой риск, при принятии решения о заключении договора и определении его условий должен учитывать возможные риски изменения экономических и иных условий. Изменение посещаемости торгового центра, а также несоответствие прогнозов продаж арендатора (Истца) факту являются прогнозируемым риском, обстоятельствами, которые происходят повсеместно, и не связаны с деятельностью арендодателя (Ответчика).

Истцом не предоставлено подтверждение того, что "возобновление деятельности арендатора в помещении не влечет для него возобновления прежних условий, исходя их которых он исходил при заключении договора", и что указанные обстоятельства не могут быть им преодолены.

Помимо прочего, арендодатель (Ответчик) ранее уже обращал внимание Истца о неприменении ст. 451 ГК РФ к правоотношениям сторон Договора аренды, подчеркивал необходимость исполнения заключенного Договора аренды, и просил Истца рассмотреть предложения, озвученные Ответчиком в ходе переговоров с Истцом, что подтверждается письмом исх. №541 от 01.10.2020.

Более того, как установлено судом, на период апрель - июнь 2020 стороны заключили дополнительные соглашения к договору, согласно которым базовая арендная плата и плата за маркетинг в указанный период не начислялась.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства невозможности исполнения договора, иных обстоятельств, позволяющих суду прийти к выводу о наличии непреодолимой силы, заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

Кроме того, истец просил признать договор аренды расторгнутым с 01.10.2020, однако как указано выше, в соответствии с пунктом 3 статьи 453 ГК РФ в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Следовательно, спорный договор аренды не может быть расторгнут с 01.10.2020, поскольку это противоречит абзацу 11 статьи 12 ГК РФ, из смысла которого следует, что прекращение правоотношений возможно лишь на будущее время, а потому требование о признании договора с определенной даты также является неправомерным.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, правовых оснований для взыскания с ответчика судебных расходов, расходов на оплату услуг представителя не имеется.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Карелия

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Балакир М.В.