Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:
судьи Шпачева Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Клышниковой Ю.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: страховое акционерное общество "ВСК" (121552, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>);

ответчик: индивидуальный предприниматель ФИО1 (190098, Санкт-Петербург, улица Галерная, дом 20, литер А, кв./офис 7, ОГРНИП <***>, ИНН <***>);

о признании недействительным договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств

при участии:

от истца – ФИО2, доверенность от 01.09.2021

от ответчика – не явился, извещен

установил:

Страховое акционерное общество «ВСК» (далее – САО «ВСК») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель) о признании недействительным договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ХХХ № 0161457027 от 01.03.2021.

В обоснование иска САО «ВСК» сослалось на то, что при заключении оспариваемого договора были представлены недостоверные сведения, а именно, не указано, что автомобиль используется как такси.

В судебном заседании представитель САО «ВСК» поддержал иск.

Предприниматель, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, какие-либо ходатайства не заявил. Отзыв на иск ответчиком не представлен.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителя истца, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения иска.

01.03.2021 между САО «ВСК» (страховщиком) и предпринимателем (страхователем) заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО) № ХХХ № 0161457027 (далее – договор ОСАГО).

При оформлении полиса и в соответствии со статьей 15 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) ответчик в числе прочих обязательных сведений сообщил о том, что транспортное средство SkodaOctavia, идентификационный номер (VIN) XW8AN2NE7LH010217, государственный регистрационный знак <***>, используется в личных целях.

Как указывает истец, в дальнейшем было установлено, что транспортное средство используется в качестве такси. Это подтверждено тем, что согласно общедоступным данным сайта Комитета Ленинградской области по транспорту, транспортное средство включено в реестр выданных разрешений на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси на территории Ленинградской области.

В судебном заседании представитель истца ранее поданное ходатайство о запросе соответствующих сведений из Комитета Ленинградской области по транспорту не поддержал.

В соответствии с пунктом 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Согласно пункту 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Суд считает, что неверные сведения о характере использования автомобиля (для личных нужд или такси) не является основанием для признания договора ОСАГО недействительным в силу пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в обоих случаях страховщик не вправе отказать в заключении договора страхования. От этих сведений зависит лишь размер страховой премии.

Кроме того, в пункте 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В данном случае другие последствия такого нарушения как сообщение недостоверных сведений при заключении договора ОСАГО предусмотрены в подпункте «к» пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25.05.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а именно: в этом случае к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере выплаченного страхового возмещения.

Также суд считает, что по смыслу статьи 9 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» последствием сообщения страховщику заведомо ложных сведений, влияющих на размер страховой премии, является не признание договора страхования недействительным, а применение коэффициентов, установленных страховыми тарифами. Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.10.2017 № 34-КГ17-8.

Таким образом, страховщик при сообщении ему ложных сведений относительно использования автомобиля, как в данном случае, вправе защитить свои права либо путем довзыскания страховой премии либо путем предъявления регрессного требования.

Также суд отмечает, что истцом не представлены доказательства того, что транспортное средство фактически использовалось ответчиком в качестве такси. Наличие разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа или наличие в выписке из ЕГРИП указание на соответствующий вид деятельности ответчика (перевозка такси), сами по себе не могут являться доказательствами того, что транспортное средство использовалось в качестве такси.

Руководствуясь ст.ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца.

Судья Шпачев Е.В.