Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ликвидируемого должника – Общества с ограниченной ответственностью "ПЕРХАНИДИ", 410000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>,

о признании несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

представитель ООО "ПЕРХАНИДИ" – ФИО1, доверенность № 1с от 29.10.2012 года,

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью "ПЕРХАНИДИ", 410000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, находящегося в процессе ликвидации, о признании несостоятельным (банкротом), по рассмотрению обоснованности заявления назначено судебное заседание.

В судебном заседании представитель ООО "ПЕРХАНИДИ" поддержала заявление о признании должника банкротом.

Исследовав материалы дела, выслушав представителя Должника, суд пришел к выводу о необходимости отказать в удовлетворении заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должника по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела Общество с ограниченной ответственностью "ПЕРХАНИДИ" зарегистрировано в качестве юридического лица 19.08.2002 года.

17 сентября 2012 года единственным участником Общества с ограниченной ответственностью "ПЕРХАНИДИ" принято решение № 1 о добровольной ликвидации ООО "ПЕРХАНИДИ", назначении ликвидатором ФИО2 и поручении ликвидатору выполнить все необходимые действия, связанные с ликвидацией Общества с ограниченной ответственностью "ПЕРХАНИДИ".

02 октября 2012 года ликвидатор общества обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ООО "ПЕРХАНИДИ" несостоятельным (банкротом) на основании статьи 224 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» поскольку, ФИО2, приступив к выполнению обязанностей ликвидатора, установил невозможность удовлетворения всех требований кредиторов в полном объеме и недостаточность имущества для их удовлетворения. Как указано ФИО2 в заявлении о признании несостоятельным (банкротом), по данным бухгалтерского учета, ООО "ПЕРХАНИДИ" имеет более трех месяцев просроченную кредиторскую задолженность в общей сумме 1 125 839 рублей 68 копеек, общая остаточная стоимость имущества Должника составляет 240 000 рублей, общая сумма дебиторской задолженности составляет 50 000 рублей.

И только 26 октября 2012 года в единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о принятии должником решения о ликвидации.

Обязанность по опубликованию сообщения о ликвидации в официальном издании – журнале «Вестнике государственной регистрации» ликвидатором не исполнена.

Суд считает, что при разрешении настоящего дела необходимо принять во внимание положения параграфа 1 главы XI Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» в общей системе норм о банкротстве.

В соответствии со статьей 63 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидационная комиссия помещает в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, публикацию о его ликвидации и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Этот срок не может быть менее двух месяцев с момента публикации о ликвидации.

Приказом ФНС РФ от 16.06.2006 N САЭ-3-09/355@ "Об обеспечении публикации и издания сведений о государственной регистрации юридических лиц в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной регистрации" установлено, что сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц и предназначенные для публикации, размещаются в сети Интернет на сайте ФНС России. Указанные сведения, а также иные сведения, подлежащие опубликованию в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной регистрации, публикуются в журнале "Вестник государственной регистрации".

Также статьей 63 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что ликвидационная комиссия принимает меры к выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности, а также письменно уведомляет кредиторов о ликвидации юридического лица.

После окончания срока для предъявления требований кредиторами ликвидационная комиссия составляет промежуточный ликвидационный баланс, который содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне предъявленных кредиторами требований, а также о результатах их рассмотрения.

Промежуточный ликвидационный баланс утверждается учредителями (участниками) юридического лица или органом, принявшими решение о ликвидации юридического лица.

Если имеющиеся у ликвидируемого юридического лица денежные средства недостаточны для удовлетворения требований кредиторов, ликвидационная комиссия осуществляет продажу имущества юридического лица с публичных торгов в порядке, установленном для исполнения судебных решений.

Решением о добровольной ликвидации ООО "ПЕРХАНИДИ" ликвидатору поручено выполнить все необходимые действия, связанные с ликвидацией общества.

Вышеуказанные требования Гражданского кодекса Российской Федерации и Решения о добровольной ликвидации ликвидатором - ФИО2 выполнены не были, публикация в «Вестнике государственной регистрации» не производилась, доказательств письменного уведомления кредиторов о ликвидации юридического лица, принятия ликвидатором мер к получению дебиторской задолженности, промежуточный ликвидационный баланс, в материалы дела не представлены.

Согласно статье 224 Закона о банкротстве в случае, если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». При обнаружении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Арбитражный суд принимает решение о признании ликвидируемого должника банкротом и об открытии конкурсного производства и утверждает конкурсного управляющего. Наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление при банкротстве ликвидируемого должника не применяются (пункт 1 статьи 225 Закона о банкротстве).

Это означает, что необходимость ликвидации в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, судом не проверяется, вопросы преднамеренности или фиктивности банкротства не разрешаются, поскольку лицом, участвующим в деле на данном этапе является лишь сам должник, представленный ликвидатором.

Между тем, обязательным условием применения порядка ликвидации, установленного Законом о банкротстве, является констатация судом в решении о признании должника банкротом недостаточности стоимости имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, для удовлетворения требований кредиторов.

Поскольку судебное разбирательство по делу такого рода фактически не осуществляется, так как отсутствуют лица, имеющие право и намерение возражать против признания должника банкротом в упрощенном порядке и без выявления признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, эта констатация может иметь место только на основании результатов деятельности ликвидатора (ликвидационной комиссии), который с соблюдением публичной процедуры установил как размер требований кредиторов, предъявленный к ликвидируемому лицу, так и стоимость его имущества.

При этом очень важным является именно соблюдение публичной процедуры, которая является определенной гарантией против преднамеренного или фиктивного банкротства должника.

Толкование пунктов 1 и 2 статьи 224 статьи 224 Закона о банкротстве в совокупности с положениями статей 63, 64 Гражданского кодекса Российской Федерации продиктовано также следующими положениями Закона о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 224 Закона о банкротстве установлено, что при обнаружении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, после принятия решения о ликвидации юридического лица и до создания ликвидационной комиссии (назначения ликвидатора) заявление о признании должника банкротом должно быть подано в арбитражный суд собственником имущества должника - унитарного предприятия, учредителем (участником) должника или руководителем должника.

В этом случае рассмотрение дела о банкротстве осуществляется без учета особенностей, предусмотренных параграфом 1 главы XI Закона о банкротстве (пункт 3 статьи 225 Закона о банкротстве), то есть ликвидация осуществляется по общим правилам, а не по упрощенной процедуре, что означает возможность введения в отношении должника, в том числе процедуры наблюдения с целью анализа финансового состояния юридического лица, поскольку заявление о признании должника банкротом подано до создания ликвидационной комиссии (назначения ликвидатора), на которую возложена обязанность по осуществлению ряда мероприятий, направленных на получение объективных данных о финансовом состоянии должника.

То есть принятия решения о ликвидации юридического лица недостаточно для его ликвидации в упрощенной процедуре банкротства. Для такой ликвидации необходимо предварительное проведение ликвидационных процедур.

В отличие от общей процедуры банкротства срок предъявления требований кредиторов в деле о банкротстве ликвидируемого должника является сокращенным и составляет всего один месяц (пункт 2 статьи 225 Закона о банкротстве).

Таким образом, законодатель исходит из того, что кредиторы уже объявили себя таковыми в ходе ликвидационных процедур и необходимости предоставления им большего срока не имеется.

Согласно пункту 3 статьи 9 Закона о банкротстве в случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков.

То есть неплатежеспособность должна наступить именно в процедуре ликвидации. Это с учетом положений статей 63, 64 Гражданского кодекса Российской Федерации означает, что в процедуре ликвидации должна быть установлена недостаточность денежных средств для расчетов с кредиторами, заявившими свои требования в установленный законом срок.

Между тем, ликвидатором ООО "ПЕРХАНИДИ" требования статьи 63 ГК РФ не соблюдены, ни одно из действий, подлежащих исполнению ликвидатором по условиям названной нормы права, начиная с момента его назначения, не осуществлено.

При таких обстоятельствах невозможно также констатировать доказанность того, что стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов.

По смыслу пункта 1 статьи 224 Закона о банкротстве для установления признаков банкротства ликвидируемого должника необходимо установить недостаточность имущества должника для удовлетворения требований кредиторов, следовательно, необходимо соотнести стоимость имущества должника с суммой кредиторских требований к нему.

Вместе с тем, толкуя во взаимосвязи пункт 2 статьи 224 и пункт 3 статьи 225 Закона о банкротстве, суд приходит к выводу о том, что такое соотнесение осуществляется не судом, а ликвидатором в ходе процедуры ликвидации.

Предполагается, что ликвидатор по результатам проведения процедуры ликвидации составил промежуточный ликвидационный баланс, из которого и стало ясно, что стоимости имущества недостаточно для удовлетворения требований всех кредиторов. Тем самым, отпала необходимость во введении наблюдения как процедуры, применяемой для выявления финансового состояния должника и возможности восстановления его платежеспособности.

Однако промежуточный ликвидационный баланс ФИО2 не составлялся, данное обстоятельство подтверждено представителем ликвидатора в судебном заседании. Представленный в материалы дела бухгалтерский баланс на 30.10.2012 года не может быть принят судом, поскольку, как пояснила представитель Должника, данный баланс «составлен приблизительно для суда».

Довод представителя Должника об отсутствии обязанности по составлению промежуточного ликвидационного баланса в связи с тем, что общество перешло на упрощенную систему налогообложения не может быть принят судом во внимание, поскольку, обязанность ликвидатора по составлению промежуточного ликвидационного баланса не зависит от применяемой обществом системы налогообложения.

Суд, принимая во внимание описанные выше обстоятельства, считает, что, обращаясь с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), ликвидатор преследовал цель не соответствующую принципу добросовестности в поведении участников гражданского оборота.

Данный вывод вытекает из несоблюдения ликвидатором требований статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, что, в свою очередь, приведет к нарушению прав кредиторов должника.

Причину этого суд усматривает в неуведомлении ликвидационной комиссией кредиторов должника в порядке статьи 63 ГК РФ о начавшейся ликвидации юридического лица и отсутствии соответствующей информации в «Вестнике государственной регистрации».

Соответственно, сокращенный по сравнению с иными процедурами срок предъявления требований о включении в реестр кредиторов в данном деле в связи с несоблюдением требований процедуры добровольной ликвидации приведет к невозможности кредиторам реализовать свои права на участие в деле о банкротстве.

Самим ликвидатором в заявлении о банкротстве указано о наличии задолженности у общества перед двумя кредиторами – ООО УК «Волжская ЖЭК» и ООО «РАО» в сумме 249 119, 26 руб., а также перед бюджетом и внебюджетными фондами в сумме 876 720,42 руб. При этом, ликвидатор ссылается на данные бухгалтерского учета, каких-либо мер по выявлению иных кредиторов должника ликвидатором не предпринималось.

Между тем смысл процедур банкротства состоит именно в защите интересов кредиторов с целью наиболее полного удовлетворения их требований.

Статья 225 Закона о банкротстве устанавливает сокращенный срок для предъявления требований кредиторами ликвидируемого должника именно в связи с тем, что до момента ликвидации по правилам Закона о банкротстве ликвидационной комиссией уже проведены мероприятия, предусмотренные статьей 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, включая формирование перечня предъявленных кредиторами должника требований.

Упрощенная процедура банкротства ликвидируемого должника не предполагает введение такой процедуры как наблюдение, в которой утверждается временный управляющий с возложением обязанности по проведению анализа наличия признаков преднамеренного или фиктивного банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В пункте 2.2 Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009) отражено, что к иным формам злоупотребления правом может быть отнесено в частности заведомо или очевидно недобросовестное поведение субъекта права, действия в обход закона (императивных норм) и т.п.

Кроме того, названная Концепция ориентирует юридическое сообщество и участников гражданского оборота на то, что никто не может извлекать выгоды из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В настоящее время из этого же исходит сложившаяся судебная практика (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10), согласно которой никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Суд же не должен способствовать извлечению таких преимуществ и стимулировать недобросовестное поведение участников гражданских правоотношений.

Об этом же говорит пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Ликвидатор, по существу, заведомо не собирался осуществлять процедуру ликвидации, поскольку обратился в суд (02.10.2012) до регистрации сведений (26.10.2012) в ЕГРЮЛ о принятии решения о ликвидации юридического лица.

Кроме того, как уже отмечалось ранее, признаки недостаточности имущества должны быть установлены в процессе ликвидации юридического лица, то есть при проведении ликвидатором мероприятий, определенных в Гражданском кодексе Российской Федерации на основании суммы предъявленных к должнику в процедуре ликвидации требований.

Таким образом, должником не доказаны обстоятельства, достаточные для введения упрощенной процедуры ликвидируемого должника в отношении ООО "ПЕРХАНИДИ".

В соответствии со статьей 55 Закона о банкротстве решение арбитражного суда об отказе в признании должника банкротом принимается в случае отсутствия признаков банкротства, предусмотренных статьей 3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также в иных предусмотренных Федеральным законом случаях.

К таким случаям следует отнести и не соответствие должника признакам, предусмотренным статьей 224 Закона о банкротстве при проверке оснований для введения процедуры банкротства ликвидируемого должника.

Отказывая в удовлетворении заявления ликвидатора о признании должника банкротом, суд исходит из недоказанности представленными заявителем документами обстоятельств, на основании которых должник может быть признан арбитражным судом банкротом по упрощенной процедуре как ликвидируемый должник. Данные обстоятельства не препятствуют обращению должника в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом по общей процедуре.

Руководствуясь статьей 65 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 3, 6, 52, 55 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 167-170, 176-177, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления ликвидируемого должника - Общества с ограниченной ответственностью "ПЕРХАНИДИ", 410000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, о признании несостоятельным (банкротом) – отказать.

Решение арбитражного суда подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в порядке, предусмотренном статьями 181, 257, 259, 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в течение месяца со дня изготовления полного текста судебного акта.

Решение арбитражного суда направить всем лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями статей 34, 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья С.В. Поляков