Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Логиновой Е.С., при ведении протокола секретарем судебного заседания Григорьевой Н.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания от 17.08.2015 № НН-01-29/2015,

при участии:

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 16.01.2014; ФИО2 по доверенности от 15.06.2016;

от заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 21.08.2015 № ОК-01-32/2065,

У С Т А Н О В И Л:

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. (далее – заявитель, компания) обратилась в арбитражный суд к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – Управление Росприроднадзора по Сахалинской области, управление, административный орган) с заявлением о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания от 17.08.2015 № НН-01-29/2015 (далее – постановление).

В обоснование заявленного требования указано, что в действиях компании отсутствуют нарушения Водного кодекса РФ, так как компанией акватория водного объекта не используется, соответственно, основание для заключения договора на водопользование отсутствует. В акте и постановлении административным органом установлено, что компания имеет лицензию ЮСХ 00646 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Вази. Далее по тексту постановления административным органом допущена произвольная подмена понятий: вместо подземного коридора, как указано в лицензии ЮСХ 00646 ПГ, в постановлении используется понятие «подводный переход трубопроводов» и, как следствие, утверждается, что компания использует акваторию водного объекта при эксплуатации подводного перехода без надлежащего оформления договора водопользования. Как установлено в постановлении, Компания «Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд.» имеет лицензию ЮСХ 00646 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Вази. Данный факт не оспаривается. Строительство подземного коридора коммуникаций через реку Вази выполнено в рамках реализации Этапа 2 Проекта «Сахалин-2» с целью транспортировки нефти и газа (эксплуатации) по магистральным нефте- и газопроводам, а также осуществления передачи оперативных производственных данных через кабель связи. Подземный коридор коммуникаций проложен не через акваторию водного объекта, а под его дном в недрах методом наклонно-направленного бурения. Подземный коридор коммуникаций не входит в контакт с водным объектом, поскольку минимальная величина заглубления от естественных отметок дна реки Вази составляет 8 метров. Ввиду того, что прокладка трубопроводов и кабеля осуществлена подземным способом с применением метода наклонно-направленного бурения, и в материалах дела имеются данные о том, что трубопроводы и кабель не пересекают акваторию водного объекта, их прокладка не связана с изменением береговой линии и дна водного объекта, трубопроводы и кабель расположены под дном реки Вал, такое использование не предполагает эксплуатацию водного объекта в контексте положений Водного кодекса Российской Федерации, а потому не требует заключения договора водопользования.

В судебном заседании представители компании заявленные требования поддержали в полном объеме. Просили суд их удовлетворить, указали, что по арбитражным делам с аналогичными обстоятельствами Арбитражный суд Сахалинской области во вступивших в законную силу судебных актах требования заявителя удовлетворил, указав, что административным органом неверно квалифицированы действия компании. Аналогичная позиция по данному вопросу содержится и в постановлении суда апелляционной инстанции по делу № А59-3970/2015, до вступления в законную силу судебных актов по которому производство по настоящему делу было приостановлено.

Управление Росприроднадзора по Сахалинской области в представленном отзыве требование заявителя не признало, считает привлечение компании к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 7.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), правомерным. Вина заявителя установлена, доказательств того, что компания приняла все возможные меры по недопущению нарушений, не представлены. Процессуальных нарушений при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено.

В судебном заседании представитель управления указал, что квалификация вмененного нарушения произведена управлением верно, поскольку нарушение совершено компанией, как недропользователем, в процессе эксплуатации нефте- и газопровода. Согласно лицензии на право пользования недрами компания, как недропользователь, обязана соблюдать требования действующего законодательства РФ. В данном случае компанией нарушен пункт 9 Соглашения об условиях пользования участком недр, согласно которому недропользователь обязуется обеспечить выполнение всех требований, установленных законодательством Российской Федерации о недрах, а также настоящим Соглашением. Вывод о нарушении пункта 9 соглашения сделан управлением исходя из того, что в ходе проведенной проверки управление пришло к выводу, что компания обязана в силу части 1 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации заключать договоры водопользования, поскольку, эксплуатируя нефте- и газопроводы, проложенные под водными объектами, компания использует акваторию водного объекта для размещения охранных зон.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в период с 26.05.2015 по 23.06.2015 административным органом проведены контрольно-надзорные мероприятия на предмет соблюдения компанией обязательных требований федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, связанных с геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр. В ходе проверки выявлено, что у компании при пользовании участком недр «Переход через реку Вази» согласно лицензии ЮСХ 00646 отсутствует договор на пользование водным объектом.

В связи с выявлением указанных выше обстоятельств управлением 06.07.2015 в отношении компании составлен протокол об административном правонарушении № ВИ-01-29/2015, по результатам рассмотрения которого, а также иных материалов административного производства, вынесено постановление от 17.08.2015 № НН-01-29/2015, которым компания привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 2 статьи 7.3 КоАП РФ, и ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 300 000 рублей (далее – постановление от 17.08.2015).

Не согласившись с данным постановлением, компания обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В соответствии со статьей 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме.

Частью 2 статьи 7.3 КоАП РФ предусмотрена ответственность за пользование недрами с нарушением условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами, и (или) требований утвержденного в установленном порядке технического проекта.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении в числе других выяснению подлежит наличие события административного правонарушения.

Согласно частям 1 и 2 статьи 24.5 КоАП РФ отсутствие события и состава административного правонарушения являются обстоятельствами, исключающими производство по делу об административном правонарушении.

Согласно положениям статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Частью 1 статьи 1.6 КоАП РФ установлено, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

В соответствии с положениями статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Объективную сторону состава правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 7.3 КоАП РФ, составляет пользование недрами с нарушением условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами, и (или) требований утвержденного в установленном порядке технического проекта.

Отношения, возникающие, в том числе в связи с использованием недр Российской Федерации, регулирует Закон Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон о недрах).

Согласно преамбуле Закона о недрах недра являются частью земной коры, расположенной ниже почвенного слоя, а при его отсутствии – ниже земной поверхности и дна водоемов и водотоков, простирающейся до глубин, доступных для геологического изучения и освоения.

Статьей 6 данного закона определено пользование недрами в виде:

1) регионального геологического изучения, включающего региональные геолого-геофизические работы, геологическую съемку, инженерно-геологические изыскания, научно-исследовательские, палеонтологические и другие работы, направленные на общее геологическое изучение недр, геологические работы по прогнозированию землетрясений и исследованию вулканической деятельности, созданию и ведению мониторинга состояния недр, контроль за режимом подземных вод, а также иные работы, проводимые без существенного нарушения целостности недр;

2) геологического изучения, включающего поиски и оценку месторождений полезных ископаемых, а также геологического изучения и оценки пригодности участков недр для строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых;

3) разведки и добычи полезных ископаемых, в том числе использования отходов горнодобывающего и связанных с ним перерабатывающих производств, а также в случае разведки и добычи углеводородного сырья для размещения в пластах горных пород попутных вод и вод, использованных пользователями недр для собственных производственных и технологических нужд;

4) строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых;

5) образования особо охраняемых геологических объектов, имеющих научное, культурное, эстетическое, санитарно-оздоровительное и иное значение (научные и учебные полигоны, геологические заповедники, заказники, памятники природы, пещеры и другие подземные полости);

6) сбора минералогических, палеонтологических и других геологических коллекционных материалов.

В соответствии со статьей 11 Закона о недрах предоставление недр в пользование, в том числе предоставление их в пользование органами государственной власти субъектов Российской Федерации, оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, включающей установленной формы бланк с Государственным гербом Российской Федерации, а также текстовые, графические и иные приложения, являющиеся неотъемлемой составной частью лицензии и определяющие основные условия пользования недрами. Лицензия является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий.

Согласно пункту 10 части 2 статьи 22 Закона о недрах пользователь недр обязан обеспечить выполнение условий, установленных лицензией или соглашением о разделе продукции, своевременное и правильное внесение платежей за пользование недрами.

Из приведенных норма права следует вывод, что для квалификации правонарушения в соответствии с частью 2 статьи 7.3 КоАП РФ необходимо наличие одновременно двух условий – это непосредственно пользование недрами (осуществление какого-либо или каких-либо видов пользования, предусмотренных статьей 6 Закона о недрах) и совершение при этом каких-либо действий или бездействия, повлекших нарушение условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами, и (или) требований утвержденного в установленном порядке технического проекта.

Как следует из протокола об административном правонарушении от 06.07.2015 № ВИ-01-29/2015 по результатам проверочных мероприятий в период с 26.05.2015 по 23.06.2015 установлено, что компания не соблюдает условия лицензионного соглашения ЮСХ 00646 – приложение № 3, являющегося неотъемлемой частью лицензии ЮСХ 00644, в пункте 5 которого указано, что недропользователь обязан выполнять условия по охране недр, окружающей природной среды, безопасному ведению работ - строго выполнять установленные законодательством РФ, стандартами (нормами, правилами) требования по охране недр и окружающей среды, безопасному ведению работ. Также компании вменено нарушение пункта 9 Соглашения об условиях пользования участком недр, согласно которому недропользователь обязуется обеспечить выполнение всех требований, установленных законодательством Российской Федерации о недрах, а также настоящим Соглашением.

Из приведенных положений лицензии и приложений к ней следует, что на недропользователя – компанию возложена обязанность соблюдать требования по охране недр и окружающей среды с целью обеспечения соблюдения требований законодательства РФ о недрах.

Между тем, как следует из преамбулы Закона о недрах, недра являются частью земной коры, расположенной ниже почвенного слоя, а при его отсутствии – ниже земной поверхности и дна водоемов и водотоков, простирающейся до глубин, доступных для геологического изучения и освоения. В связи с чем, пользование акваторией либо самим водным объектом не относится к пользованию недрами.

Более того, в соответствии с частью 3 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации порядок использования подземных водных объектов для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения устанавливается законодательством о недрах.

Из изложенного следует, что нормативные правовые акты, регулирующие общественные отношения по охране и пользованию водных объектов (водное законодательство РФ), не включены в число актов, содержащих требования законодательства РФ о недрах.

Таким образом на компанию, как на любой субъект права, возложена обязанность соблюдать требования действующего законодательства, но как на лицо, обладающее статусом недропользователя, на него возложена обязанность соблюдать законодательство о недрах РФ. Соответственно, как недропользователь, то есть как лицо, обладающее особым статусом, компания может нести ответственность лишь за нарушение законодательства о недрах, что следует, в том числе из выданной компании лицензии на пользование недрами – на строительство и эксплуатацию подземного коридора, и приложений к ней.

Таким образом, учитывая, что компания обладает правовым статусом природопользователя в целом и недропользователя в частности, при выявлении нарушений в осуществляемой компанией деятельности, связанной с эксплуатацией нефте- и газопроводов по лицензии на строительство и эксплуатацию подземного коридора коммуникаций, необходимо устанавливать, требования законодательства в какой сфере нарушены.

Из оспариваемого постановления следует, что компании вменено нарушение, выразившееся в эксплуатации нефте- и газопроводов, проходящих под водным объектом, в отсутствии договора водопользования.

При этом правовое положение компании как недропользователя управлением установлено не в связи с тем, что оно осуществляет добычу природных ресурсов (нефти и газа), а в связи с наличием у нее лицензии на строительство и эксплуатацию подземного коридора коммуникаций.

Общественные отношения, связанные с заключением договора водопользования, основания заключения таких договоров, их содержание, регламентированы в водном законодательстве РФ, а именно в Водном кодексе Российской Федерации. При этом из оспариваемого постановления следует, что вывод о нарушении компанией лицензионных требований управлением сделан со ссылками на статью 11 Водного кодекса РФ.

Таким образом управлением к числу лицензионных требований к компании, как недропользователю, имеющему лицензию на строительство и эксплуатацию подземных сооружений, отнесено требование о соблюдении им всего законодательства РФ в сфере охраны окружающей среды. Между тем, подобное расширительное толкование лицензионных требований, установленных для недропользователя, не следует ни из Закона о недрах, ни из выданной компании лицензии на пользование недрами и приложениями к ней.

Из изложенного следует, что управлением при вынесении оспариваемого постановления действия компании квалифицированы как действия недропользователя, имеющего лицензию на строительство и эксплуатацию подземных сооружений и нарушившего лицензионные требования, тогда как вменено нарушение не законодательства РФ о недрах, а положения Водного кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, учитывая, что водное законодательство РФ не отнесено к законодательству о недрах РФ, действия компании, которые управлением отнесены к числу противоправных, по незаключению договора водопользования в связи с эксплуатацией нефте- и газопровода надлежало квалифицировать не по части 2 статьи 7.3 КоАП РФ, а по статье 7.6 КоАП РФ. Указанное, в свою очередь, свидетельствует о допущенной управлением неверной квалификации действий компании.

При этом судом не принимается довод управления о надлежащей квалификации вмененного нарушения со ссылкой на постановление Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 11 «О некоторых вопросах применения особенной части КоАП Российской Федерации», согласно которому действия лиц, осуществляющих добычу подземных вод (использование водозаборных скважин) без соответствующей лицензии либо с нарушением требований, предусмотренных лицензией, образуют состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частями 1, 2 статьи 7.3 КоАП РФ, а не статьей 7.6 КоАП РФ, в силу следующего.

В пункте 2 данного постановления даны следующие разъяснения: «Для решения вопроса о квалификации административного правонарушения, заключающегося в осуществлении добычи подземных вод (использовании водозаборных скважин) без соответствующей лицензии, судам следует учитывать, что добыча подземных вод (использование водозаборных скважин) является одним из видов пользования недрами (часть 3 статьи 9 Водного кодекса Российской Федерации, преамбула к Закону Российской Федерации «О недрах». Статьей 11 Закона о недрах определено, что предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, которая в данном случае является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий. Действия лиц, осуществляющих добычу подземных вод (использование водозаборных скважин) без соответствующей лицензии либо с нарушением требований, предусмотренных лицензией, образуют состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 или частью 2 статьи 7.3 КоАП РФ, а не статьей 7.6 КоАП РФ».

Между тем, предметом оспаривания по настоящему делу является деятельность компании по строительству и эксплуатации подземного трубопровода без заключения договора водопользования, а не деятельность по добыче подземных вод.

Поэтому содержащееся в пункте постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 11 толкование оснований для привлечения недропользователя к административной ответственности по статье 7.3 или статье 7.6 КоАП РФ в случаях осуществления добычи подземных вод (использование водозаборных скважин) без соответствующей лицензии либо с нарушением требований, предусмотренных лицензией, неприменимо в данном случае как не относящееся к предмету спора и не влияющее на правовую природу выявленных правонарушений.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о неверной квалификации административным органом вмененного компании административного правонарушения.

Аналогичный вывод содержится в судебных актах по делу № А59-3970/2015, принятых по делу с аналогичным обстоятельствами, за исключением водного объекта, под которым проложен нефте- и газопровод.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании постановления административного органа о привлечении к административной ответственности суд установит, что оспариваемое постановление содержит неправильную квалификацию правонарушения либо принято неправомочным органом, суд в соответствии с частью 2 статьи 211 АПК РФ принимает решение о признании незаконным оспариваемого постановления и о его отмене. При этом материалы дела об административном правонарушении направляются административному органу, постановление которого было признано незаконным и отменено.

Из отзыва административного органа следует, что деяние, совершенное компанией, нарушает требование лицензионного соглашения и образует два самостоятельных состава административных правонарушений по части 2 статьи 7.3 и статье 7.6 КоАП РФ. С учетом разъяснений вышеназванного Пленума и положением части 2 статьи 4.4 КоАП РФ при совершении лицом одного действия (бездействия), содержащего составы административных правонарушений, ответственность за которые предусмотрена двумя и более статьями (частями статей) настоящего Кодекса и рассмотрение дел о которых подведомственно одному и тому же судье, органу, должностному лицу, административное наказание назначается в пределах санкции, предусматривающей назначение лицу, совершившему указанное действие (бездействие), более строгого административного наказания. В связи с чем, управление привлекло компанию к административной ответственности по части 2 статьи 7.3 КоАП РФ.

Из оспариваемого постановления следует, что управлением при рассмотрении дела об административном правонарушении, ответственность за которое установлена в части 2 статьи 7.3 КоАП РФ, установлено, что вмененное компании нарушение образует два самостоятельных состава административных правонарушений – части 2 статьи 7.3 и статья 7.6 КоАП РФ. В этой связи управлением применены положения части 2 статьи 4.4 КоАП РФ и назначено наказание по части 2 статьи 7.3 КоАП РФ – по норме, в санкции которой установлено более строгое наказание.

Вместе с тем, условиями применения части 2 статьи 4.4 КоАП является выявление деяния, образующего одновременно составы нескольких административных правонарушений не в связи с конкуренцией норм Особенной части КоАП РФ (общей и специальной нормы), а в связи с тем, что одним действием допущено нарушение нескольких норм материального права, образующих самостоятельные события нескольких административных правонарушений, то есть за нарушение которых установлены меры административной ответственности в нескольких нормах КоАП РФ. То есть применение указанной нормы возможно тогда, когда в связи с совершением одного действия возбуждены производства по нескольким делам об административных правонарушений.

Вместе с тем, судом установлено и представителями управления и компании подтверждено, что в отношении компании в связи выявленным противоправным действием возбуждено производство по одному делу об административном правонарушении по части 2 статьи 7.3 КоАП РФ. При этом в представленном суду протоколе об административном правонарушении по части 2 статьи 7.3 КоАП РФ отсутствуют какие-либо ссылки на то, что компанией допущено нарушение, ответственность за которое установлена в статье 7.6 КоАП РФ. Более того, отдельное производство по делу об административном правонарушении по статье 7.6 КоАП РФ в связи с выявленным нарушением в отношении компании не возбуждалось.

Из пояснений представителей компании, данных в судебном заседании, следует, что компании о том, что ей было допущено нарушение, ответственность за которое установлено в статье 7.6 КоАП РФ, стало известно лишь при получении оспариваемого постановления.

Из приведенных обстоятельств в совокупности следует, что компания не извещалась о том, что в отношении нее решается вопрос о применении санкций по статье 7.6 КоАП РФ, а потому была лишена возможности реализовать предоставленное ей КоАП РФ право на защиту.

Соответственно, рассмотрение дела об административном правонарушении при таких обстоятельствах и назначение наказания компании с применением части 2 статьи 4.4 КоАП РФ осуществлены управлением с грубым нарушением норм процессуального права КоАП РФ.

Более того, судом учитывается и то обстоятельство, что в данном случае положения части 2 статьи 4.4 КоАП РФ неприменимы, поскольку компании вменено в качестве нарушения одно деяние, которое может быть квалифицировано по несколькими статьями КоАП РФ ввиду наличия в нем общих и специальных норм с единым видовым объектом посягательства (статьи 7.3 и 7.6 КоАП РФ), а не одно деяние, содержащее составы нескольких правонарушений.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» арушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных КоАП РФ, является основанием для признания незаконным и отмены оспариваемого постановления административного органа (часть 2 статьи 211 АПК РФ) при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Существенный характер нарушений определяется исходя из последствий, которые данными нарушениями вызваны, и возможности устранения этих последствий при рассмотрении дела.

В соответствии с частью 2 статьи 211 АПК РФ в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что оспариваемое решение или порядок его принятия не соответствует закону, либо отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности или применения конкретной меры ответственности, либо оспариваемое решение принято органом или должностным лицом с превышением их полномочий, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части либо об изменении решения.

При изложенных обстоятельствах, а также, учитывая установленные процессуальные нарушения – выявление одного нарушения, составление одного протокола по одной статье КоАП РФ и в последующем вменение двух самостоятельных административных правонарушений и в связи с этим применение части 2 статьи 4.4 КоАП РФ при назначении наказания, суд приходит к выводу о незаконности оспариваемого постановления, как вынесенного с грубыми нарушениями процессуальных норм КоАП РФ, и допущенной неверной квалификацией противоправных, по мнению управления, действий компании.

С учетом изложенного, остальные доводы лиц, участвующих в деле, правового значения не имеют и не влияют на исход по данному делу.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Постановление Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзор) по Сахалинской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) от 17.08.2015 № НН-01-29/2015 о привлечении Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 7.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, признать незаконным и отменить.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение десяти дней со дня его принятия.

Судья Е.С. Логинова