Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению муниципального унитарного предприятия «Южно-Курильский Докер» о признании незаконными решения от 27.09.07г. и предписания от 24.09.07г. Управления Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области,

при участии представителей:

от заявителя – Комлев С.В. по доверенности от 29.08.07г. № 194,

от антимонопольного органа – Силина О.М. по доверенности от 11.01.08г. № 2,

от третьего лица (ЗАО МПК «Купец») – не явился

Комитет- не явился

У С Т А Н О В И Л :

Муниципальное унитарное предприятие «Южно-Курильский Докер» (далее – предприятие) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области (далее – управление) о признании незаконными решения от 27.09.07г. и предписания от 24.09.07г. по делу о нарушении антимонопольного законодательства № 322.

В обоснование заявленных требований указал, что оспариваемые акты не основаны на законе и нарушают права и законные интересы предприятия в осуществляемой деятельности. Согласно пункту 5.1 Устава заявитель создан для осуществления деятельности в целях оказания услуг населению, связанных с перевозкой пассажиров и грузов, транспортных услуг организациям, выполнения погрузочно-разгрузочных работ для юридических и физических лиц. Для выполнения данных задач предприятие наделено основными средствами на праве хозяйственного ведения, в том числе пирсом № 5, которым владеет, пользуется и распоряжается в пределах, определяемых в соответствии с Гражданским кодексом РФ. Действительно в части 2 ст.295 настоящего Кодекса и пункте 4.14 Устава предприятия содержится запрет на сдачу имущества в аренду без согласия собственника. Однако при разбирательстве дела вопрос о наличии согласия собственника не изучался и запрос в адрес учредителя не поступал, тогда как утвержденные 22.03.07г. тарифы на иные услуги в адрес комитета по управлению муниципальным имуществом МО «Южно-Курильский городской округ» были направлены. При этом необходимо отметить, что в рассматриваемом случае понятие «аренда пирса № 5», содержащееся в Порядке применения тарифов на прочие услуги предприятия, является названием тарифа и не подразумевает обязательное заключение договора аренды. Тем не менее, управление своим решением от 27.09.07г. фактически изъяло из хозяйственного оборота предприятия рассматриваемый пирс и распорядилось им в пользу иной коммерческой организации (ЗАО МПК «Купец»), которая при производстве грузовых работ силами и средствами судна пользуется бесплатно чужим имуществом. Используя основные средства заявителя, бремя содержания которых возложено на предприятие, ЗАО МПК «Купец» не несет никаких затрат и получает сверхприбыль по указанию государственного органа. Оспариваемые правовые акты привели к невозможности получать доход от использования своего имущества, что на лицо необоснованное вмешательство управления в производственную деятельность предприятия. Между тем, предприятие, как монополист на товарном рынке, уже ограничено в деятельности утвержденными приказом ФСТ России от 19.07.05г. № 312-т/5 расценками. Согласно пункту 2.5 Положения о порядке применения тарифов на погрузочно-разгрузочные работы и связанные с ними услуги в МУП «Южно-Курильский докер», являющегося приложениям № 2 к данному приказу, все работы и услуги, связанные с ПРР и не перечисленные в разделе 2, оплачиваются по договорным тарифам. Во исполнение данного пункта Положения, 22.03.07г. приказом предприятия № 30-хоз утверждены тарифы на прочие услуги, оказываемые заявителем, и порядок их применения с 1 апреля 2007 года, которые размещены на информационном стенде предприятия и доступны для ознакомления и изучения любым клиентом. Данный приказ никем не обжаловался, как и экономическую обоснованность тарифов на иные услуги предприятия. Кроме того, согласно ст.174 ГК РФ если сделка совершена с превышением полномочий, то такая сделка может признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения. Управление не является лицом, в интересах которого установлены ограничения. При этом в силу пункта 2 части 1 ст.23 Федерального закона «О защите конкуренции» антимонопольный орган может выдать предписание о расторжении договоров, если при рассмотрении о нарушении антимонопольного законодательства, стороной было заявлено соответствующее ходатайство. ЗАО МПК «Купец» такого ходатайства не заявлял, в связи с чем указание в решении об отсутствии полномочий у предприятия на заключение договора аренды незаконно, как и последующие выводы, основанные на этом доводе.

При рассмотрении дела управлением также допущен и ряд процессуальных нарушений. Так, в нарушение положений части 2 ст.40 Федерального закона «О защите конкуренции» замена членов комиссии осуществлялась на основании приказов при отсутствии мотивировочной части, которые, к тому же, не направлялись заявителю, ограничив тем самым в праве на обжалование данных решений. Следовательно, оспариваемое решение вынесено незаконным составом комиссии. Кроме того, в соответствии с частью 1 ст.47 настоящего Закона комиссия вправе отложить рассмотрение дела о нарушении антимонопольного законодательства по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с невозможностью явки его представителя по уважительной причине. Представитель Судаков не смог явиться на заседание комиссии, состоявшееся 24.09.07г., в связи со срочной командировкой, а предприятие – направить ходатайство об отложении в связи с отсутствием связи. Однако комиссии не проверила уважительность причин неявки и рассмотрело дело без представителя юридического лица, что лишило заявителя представить дополнительные документы.

Представитель общества в судебном заседании требования поддержал по обстоятельствам, изложенным в заявлении.

Управление в отзыве на заявление и ее представитель в судебном заседании требования не признали, указав, что правомерность оспариваемых решения и предписания подтверждается материалами дела о нарушении антимонопольного законодательства № 322. Довод заявителя о том, что в соответствии с пунктом 2 части 1 ст.23 Федерального закона «О защите конкуренции» управление должно было обратиться в арбитражный суд, основан на неправильном толковании закона. Установив нарушения антимонопольного законодательства, антимонопольный орган выбирает то полномочие, которое подходит под конкретную ситуацию. В данном случае управление воспользовалось правом выдать предписание о нарушении антимонопольного законодательства. Несостоятельны утверждения предприятия в части несоблюдения требований части 2 ст.40 Федерального закона «О защите конкуренции», поскольку мотивированным решением о замене членов комиссии является приказ управления, который признается внутренним документом и не подлежит направлению сторонам по делу. Кроме того, выводы заявителя о том, что управление должно было отложить рассмотрение дела № 322 в связи с неявкой представителя предприятия, не основан на фактических обстоятельствах. В заседании по рассмотрению данного дела, состоявшемся 18.09.07г., был объявлен перерыв до 24 сентября 2007 года, о чем участники, в том числе и представитель предприятия, были извещены надлежащим образом. Однако в назначенное время представитель заявителя не явился, ходатайства от предприятия не поступили, в связи с чем у антимонопольного органа отсутствовали основания для отложения рассмотрения дела, предусмотренные частью 1 ст.47 Федерального закона «О защите конкуренции».

Привлеченное определением суда от 11.12.07г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ЗАО МПК «Купец» в отзыве с требованиями предприятия не согласилось, поддержав позицию управления.

Комитет по управлению муниципальной собственностью МО «Южно-Курильский городской округ», привлеченный определением суда от 18.01.08г в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, в судебное заседание не явился. В письменном отзыве на заявление поддержал требования заявителя. Указал, что о введении принимаемых тарифов, не указанных в приказе ФСТ России №312-т5, предприятие уведомляло Комитет путем направления копий документов, в том числе о разработке тарифа на аренду причального сооружения. Плата взимается фактически не за сдачу пирса в аренду, а за использование причала для осуществления деятельности в коммерческих целях.

Заслушав представителей сторон и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 02.07.07г. в адрес управления поступило заявление ЗАО МПК «Купец», поводом для обращения которого послужили действия предприятия по отказу в постановке судна ГШ-16 к причалу и отказ в даче разрешения на самопогрузку металлолома силами и средствами экипажа на борт судна. При этом общество указало, что рассматривая предоставление причальной стенки и проезд по пирсу автотранспорта как сдачу в аренду, предприятие фактически навязывает обществу незапрашиваемую услугу.

31 июля 2007 года приказом № 113 управление возбудило в отношении предприятия дело № 322 по признакам нарушения части 1 ст.10 Федерального закона РФ от 26.07.06г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившееся в ущемлении интересов ЗАО МПК «Купец» путем отказа в выдаче разрешения на самопогрузку металлолома.

Проверкой установлено, что, намереваясь произвести погрузку лома черных металлов, принадлежащих ЗАО МПК «Купец», силами и средствами судна ГШ-16, предприятие 01.07.07г. не пропустило машины через ворота к пирсу.

По данному факту предприятие письмом от 02.07.07г. № 337 предложило обществу подать заявку и взять пирс в аренду для осуществления самопогрузки с указанием тарифа за данную услугу, введенного приказом заявителя от 29.06.07г. № 56-хоз.

В связи с последующим допуском автомобилей на пирс № 5 предприятия и осуществлением погрузки лома черного металла силами и средствами экипажа на борт судна заявитель выставил ЗАО МПК «Купец» счет от 27.07.07г. № 419 на оплату 111 224 рублей 50 копеек, в том числе 104 312 рублей за аренду пирса 50 пог.м. 2 суток.

В тоже время, как установило управление, находящееся во владении и пользовании предприятия пирс № 5 принадлежит заявителю на праве хозяйственного ведения и является муниципальных имуществом, в связи с чем предприятие не праве сдавать его в аренду.

Обязывая ЗАО МПК «Купец» производить оплату за аренду пирса № 5 и отказывая в постановке судна к пирсу в случае неоплаты, предприятие препятствует хозяйственной деятельности общества по самопогрузке металлолома на борт судна ГШ-16 силами экипажа, чем ущемляет интересы данного хозяйствующего субъекта.

По результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства комиссией управления принято решение от 24.09.07г. о признании предприятия нарушившим часть 1 ст.10 Федерального закона «О защите конкуренции» путем ущемления интересов хозяйствующего субъекта, выразившееся в оказании препятствий ЗАО МПК «Купец» в самопогрузке металлолома силами и средствами экипажа ГШ-16 на борт судна (пункт 1), выдать предприятию предписание о прекращении нарушения антимонопольного законодательства (пункт 2); в целях устранения нарушений антимонопольного законодательства предприятию необходимо прекратить препятствовать деятельности ЗАО МПК «Купец» и обязывать данного хозяйствующего субъекта оплачивать счета за аренду пирса № 5 (пункт 3); передать материалы дела уполномоченному Сахалинского УФАС России

Во исполнение данного решения комиссия выдала заявителю предписание от 24.09.07г. № 08-95/07 о прекращении препятствовать деятельности ЗАО МПК «Купец», выразившееся в недопуске к пирсу и отказе в даче разрешения на самопогрузку металлолома.

Не согласившись с указанными решением и предписанием по делу о нарушении антимонопольного законодательства, предприятие обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Проверив в судебном заседании доводы лиц, участвующих в деле, представленные в обоснование заявленных требований и возражений доказательства, суд считает требования предприятия обоснованными, исходя из следующего.

Постановлением Федеральной энергетической комиссии Российской Федерации от 27.04.04г. № 28-т/6 предприятие признано субъектом естественных монополий, осуществляющим деятельность в сфере услуг портов, в отношении которого осуществляется государственное регулирование и контроль.

Кроме того, как следует из материалов дела, приказом Сахалинского УФАС России от 30.03.06г. № 28-П предприятие включено в Реестр хозяйствующих субъектов, имеющих на рынке определенного товара долю более 35 процентов.

В соответствии с частью 1 ст.10 Федерального закона «О защите конкуренции» запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц.

Исходя из данной нормы следует, что под нарушением законодательства понимается непосредственно злоупотребление доминирующим положением.

Самостоятельным итогом злоупотребления хозяйствующим субъектом доминирующим положением, или же дополнительным последствием к обозначенным в норме трем результатам (недопущению, ограничению и устранению конкуренции), законодатель определил - ущемление интересов других лиц, которое также должно рассматриваться как нарушение конкуренции, что подтверждается предметом и сферой применения настоящего Федерального закона.

При этом в силу ст.4 данного Закона под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынок.

С учетом изложенного следует, что для вменения занимающему доминирующее положение хозяйствующему субъекту нарушения части 1 ст.10 Федерального закона «О защите конкуренции» антимонопольный орган обязан доказать наличие в деятельности данного субъекта таких действий (бездействия), которые создают реальную угрозу наступления неблагоприятных для конкуренции последствий.

Однако управлением данные обстоятельства остались без внимания, ограничившись в ходе рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства лишь исследованием отношений между двумя хозяйствующими субъектами, выразившиеся в оказании препятствий ЗАО МПК «Купец» в самопогрузке металлолома силами и средствами судна и возможности применения тарифа за аренду пирса, находящегося в хозяйственном ведении предприятия, без оценки действий заявителя как влекущие вред отношениям в сфере конкуренции.

Следовательно, управлением не доказано наличие в действиях предприятия признаков нарушения части 1 ст.10 Федерального закона «О защите конкуренции».

Из материалов дела также следует, что приказом Федеральной службы по тарифам от 19.07.05г. № 312-т/5 для предприятия утверждены тарифы на погрузочно-разгрузочные работы и связанные с ними услуги и Положение о порядке их применения.

Согласно пункту 2.5 данного Положения все работы и услуги, связанные с погрузочно-разгрузочными работами и не перечисленные в разделе 2, оплачиваются по договорным тарифам.

Приказом предприятия от 22.03.07г. № 30-хоз утверждены тарифы на прочие услуги заявителя, в том числе за аренду пирса № 5, который согласно Порядку применения данных тарифов подлежит учету при стоянке судна у причала с целью производства грузовых работ силами и средствами судна, при наличии соглашения с портпунктом по объему и времени использования причала.

Как следует из пояснений заявителя, что не оспаривается участниками процесса, указанные документы об утверждении тарифов на прочие услуги предприятия и порядок их применения размещены на информационном стенде заявителя и доступны для ознакомления и изучения любым клиентом, что свидетельствует об установлении предприятием равных условий для допуска всех хозяйствующих субъектов к оказываемым им услугам.

Экономическая обоснованность введения предприятием тарифа за «аренду пирса № 5» при наличии иных тарифов за прочие услуги, в том числе за «стоянку судов у пирса» и «проезд по пирсу», антимонопольным органом не проверялась, имея при этом возможность привлечения к участию в деле экспертов и специалистов, обладающих познаниями в данной области, что свидетельствует о несостоятельности утверждений управления в части навязывания ЗАО МПК «Купец» ненужной услуги – аренда пирса, площадь которого фактически используется грузоотправителем при производстве грузовых работ силами и средствами судна.

Кроме того, вывод управления в оспариваемом решении о том, что предприятие не вправе сдавать пирс № 5 в аренду, сделан из установленных гражданским законодательством пределов использования имущества, находящегося на праве хозяйственного ведения, без выяснения фактических обстоятельств о наличии согласия Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации МО «Южно-Курильский городской округ» на заключением предприятием данных сделок.

Как следует из письменного отзыва Комитета, предприятие поставило его в известность о введении тарифа с наименованием «Аренда пирса №5». Комитет поддержал предприятие, поскольку посчитал, что в данном случае указанный тариф не является платой за аренду пирса, а взимается за использование причала для осуществления своей деятельности.

Согласно части 5 ст.200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт (решение).

Однако управлением не представлены какие-либо доказательства несоблюдения заявителем установленных антимонопольным законодательством запретов (ограничений) при осуществлении хозяйствующим субъектом доминирующим положением предпринимательской деятельности.

При этом суд полагает необходимым отметить, что Федеральным законом «О защите конкуренции», предусматривающим процедуру по делу о нарушении антимонопольного законодательства, не предусмотрено право антимонопольному органу изменять и (или) дополнять решения, вынесенные по итогам проверки, в том числе новыми основаниями в обоснование их правомерности.

При таких обстоятельствах, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для вменения предприятию нарушения части 1 ст.10 Федеральным законом «О защите конкуренции».

Исследовав установленный настоящим Федеральным законом порядок производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства, суд не находит нарушений.

В силу части 2 ст.201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений незаконными.

Принимая во внимание изложенное, оспариваемые предприятием решение по делу № 322 о нарушении антимонопольного законодательства и выданное на его основании предписание № 08-95/07 от 24.09.07г. подлежат признанию недействительными, как несоответствующие положениям Федерального закона «О защите конкуренции».

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая, что заявленные предприятием требования удовлетворены в полном объеме, суд относит уплаченные заявителем при подаче настоящего заявления 2 000 рублей государственной пошлины на управление.

Доказательства наличия иных расходов, связанных с рассмотрением настоящего дела, заявителем не представлены.

На основании изложено, руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176 и 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Признать недействительными решение от 24.09.07г. и предписание № 08-95/07 от 24.09.07г. по делу № 322 о нарушении антимонопольного законодательства, вынесенные управлением Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области, как несоответствующие Федеральному закону РФ от 26.07.06г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Взыскать с управления Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области в пользу муниципального унитарного предприятия «Южно-Курильский докер» судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 2 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Арбитражного суда Сахалинской области в месячный срок со дня его принятия.

Судья Т.И. Голова