Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Логиновой Е.С., при ведении протокола помощником судьи Однодворцевым С.В., секретарем судебного заседания Григорьевой Н.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. (НЗА 10150002181, ИНН <***>) к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании незаконными и отмене предписаний от 24.06.2015 №№ 01Н/05-ВИ, 01Н/06-ВИ, 01Н/07-ВИ, 01Н/08-ВИ, 01Н/09-ВИ, 01Н/10-ВИ, 01Н/11-ВИ,

при участии:

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 16.01.2014; ФИО2 по доверенности от 15.06.2016;

от заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 21.04.2016 № ОК-06-02-08/7;

от Сахалинского управления Ростехнадзора – ФИО4 по доверенности от 22.08.2016;

от Департамента по недропользованию по Дальневосточному Федеральному округу – ФИО5 по доверенности от 12.01.2016 № 1;

от Сахалинского межрайонного природоохранного прокурора Панченко А.В. по служебному удостоверению ТО № 188062,

УСТАНОВИЛ:

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. (далее – заявитель, компания) обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области (далее – управление, административный орган) о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01H/06-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4274/2015.

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01H/05-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4273/2015.

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01H/11-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4279/2015.

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01Н/07-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4275/2015.

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01H/08-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4276/2015.

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01H/09-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4277/2015.

Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области о признании незаконным и отмене предписания от 24.06.2015 № 01Н/10-ВИ. Определением суда от 24.09.2015 заявление принято к производству, возбуждено дело № А59-4278/2015.

Определением суда от 26.07.2016 дела №№ А59-4277/2015, А59-4279/2015, А59-4275/2015, А59-4276/2015, А59-4278/2015, А59-4273/2015, А59-4274/2015 объединены в одно производство, объединенному делу присвоен номер А59-4274/2016. Одновременно суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне заинтересованного лица – Департамент по недропользованию по Дальневосточному Федеральному округу, Сахалинское управление Ростехнадзора и Сахалинского межрайонного природоохранного прокурора.

В обоснование заявленных требований компания в своих заявлениях и его представители в судебном заседании указали, что вынесенные управлением предписания незаконны и подлежат отмене по следующим основаниям. Компания имеет лицензии: ЮСХ 00646 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Вази; ЮСХ 00644 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Вал; ЮСХ 00699 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Найба; ЮСХ 00645 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Набиль; ЮСХ 00647 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Фирсовка; ЮСХ 00700 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Тымь; ЮСХ 00660 ПГ с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через реку Тымь. Строительство подземных коридоров коммуникаций через реки Вази, Вал, Найба, Набиль, Фирсовка, Тымь выполнены в рамках реализации Этапа 2 Проекта «Сахалин-2» с целью транспортировки нефти и газа (эксплуатации) по магистральным нефте- и газопроводам, а также осуществления передачи оперативных производственных данных через кабель связи. Подземные коридоры коммуникаций проложены не через акваторию водных объектов, а под их дном методом наклонно-направленного бурения. Ввиду того, что прокладка трубопроводов и кабеля осуществлена подземным способом с применением метода наклонно-направленного бурения, и в материалах дела имеются данные о том, что трубопроводы и кабель не пересекают акватории водных объектов, их прокладка не связана с изменением береговой линии и дна водных объектов, трубопроводы и кабель расположены под дном вышеназванных рек, такое использование не предполагает эксплуатацию водных объектов в контексте положений Водного кодекса Российской Федерации, а потому не требует заключения договора водопользования. По мнению компании, административным органом не доказан тот факт, что подземные коридоры коммуникаций пересекают акваторию водных объектов. Доказательств того, что компания, как недропользователь, не обеспечивает соблюдение требований технических проектов, планов или схем развития горных работ, недопущение сверхнормативных потерь административным органом не представлено, следовательно, не подтвержден вывод управления о том, что компания осуществляет эксплуатацию магистральных нефтепроводов в отсутствие договора водопользования на использование водного объекта, нарушает требования, установленные пунктом 2 части 2 статьи 22 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 239501 «О недрах». В соответствии с требованиями приказа Минприроды России от 29.06.2012 № 196 «Об утверждении административного регламента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по исполнению государственной функции по осуществлению государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр» предписание должно содержать конкретное мероприятие, которое должно быть выполнено пользователем недр, срок исполнения, основание выдачи предписания (ссылки на пункты, части статей законов и иных нормативных правовых актов, предусматривающих предписываемую обязанность, а также на пункты лицензионного соглашения). Тот факт, что Компанией выполняются требования Соглашения об условиях пользования участком недр на основании лицензии на пользование недрами № ЮСХ 00700 ПГ от 22.06.2005, подтверждено Сахалинским управлением Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) в рамках рассмотрения дела А59-3790/2015. Предписания выданы по результатам геологического надзора в рамках законодательства о недрах. Основанием выдачи оспариваемых предписаний стал пункт 7, пункт 10 части 2 статьи 22 Закона Российской Федерации «О недрах» от 21.02.1992 № 2395-1. В данных положениях Закона РФ «О недрах» не установлено требований использования водного объекта на основании договора водопользования. В указанных положениях Федерального закона «О недрах» отсутствует указание на конкретное мероприятие, которое должно быть выполнено пользователем недр с тем, чтобы были исполнены требования пунктов и/или частей статей законов и иных нормативных правовых актов, предусматривающих предписываемую обязанность, как это указано в Приказе МПР РФ № 196. Следовательно, оспариваемые предписания не содержат информации об объекте нарушения, а предписываемая обязанность не подтверждается основаниями выдачи предписания (не приведены ссылки на пункты, части статей законов и иных нормативных правовых актов, в которых указывается предписываемая обязанность). Оспариваемыми предписаниями на компанию возложена обязанность обеспечить использование акватории водного объекта при эксплуатации подводных переходов на основании договора водопользования в соответствии с требованиями Водного кодекса Российской Федерации. Однако, ссылки на положения Водного кодекса РФ, которые нарушены компанией, в оспариваемых предписаниях отсутствуют. Кроме того, согласно позиции Министерства природных ресурсов и экологии РФ, изложенной в письме от 16.05.2016 № 03-14-47/10243, при прохождении газопроводных сооружений под дном водных объектов общего пользования оформление соответствующих правоустанавливающих документов на водопользование не потребуется, так как фактически использование водного объекта не осуществляется. Общество также полагает, что Правила охраны магистральных трубопроводов, утвержденные Минтопэнерго России 29.04.1992 и постановлением Госгортехнадзора РФ от 22.04.1992 № 9, в данном случае не применимы, поскольку они не зарегистрированы, в установленном порядке не опубликованы, следовательно, не носят нормативного (общеобязательного) характера. В своих пояснениях общество также указало на существенные процессуальные нарушения, допущенные административным органом. В рамках проведенной проверки деятельности компании при эксплуатации подземных коридоров коммуникаций у управления не должно быть оснований для выдачи предписаний в отношении исполнения требований водного законодательства, поскольку проверка деятельности компании в рамках государственного экологического надзора, согласно положений статьи 65 ФЗ от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», не была предусмотрена целями проверки, указанными в приказе Департамента Росприроднадзора по ДФО от 20.05.2015 № 239. Однако, предписания указывают предписываемую обязанность по устранению нарушений компании в рамках государственного надзора в области использования и охраны водных объектов, являющегося частью государственного экологического надзора. Если в ходе внеплановой проверки в рамках геологического надзора административный орган установил наличие в действиях компании на основе Закона № 294-ФЗ причинение вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружающей среде и т.д., а также обнаружение нарушений обязательных требований, то есть установил основание для проведения внеплановой выездной проверки в рамках иного надзора (например, в рамках экологического надзора), то в момент совершения таких нарушений в связи с необходимостью принятия неотложных мер административный орган был вправе приступить к проведению внеплановой выездной проверки незамедлительно. Однако, в таком случае, в контексте Закона № 294-ФЗ, административный орган должен был издать приказ о проведении внеплановой проверки. Также административный орган должен был уведомить компанию не менее, чем за двадцать четыре часа до начала ее проведения любым доступным способом. Компания была лишена возможности представить объяснения законности своих действий. Практически компания была отстранена от участия в выполняемых административным органом контрольных мероприятиях по проверке деятельности компании в отношении соблюдения водного законодательства. более того, компанией указано, что административным органом в ходе проверки не было запрошено ни одного документа относительно того, какой нефте- (газо-)провод эксплуатируется компанией. Выводы относительно вида прокладки сделаны управлением не исходя из того, как трубопровод фактически проложен, то есть не исходя из анализа технической документации на него, а исходя из предположений, основанных на толковании управлением норм действующего законодательства РФ. Компанией также указано, что с целью прокладки трубопроводов в недрах под дном водных объектов компанией были получены лицензии на пользование недрами с целевым назначением: строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникаций через водные объекты. В связи с получением таких лицензий на право пользования недрами компания, как недропользователь в соответствии с Законом «О недрах» установила охранные зоны. То есть охранные зоны установлены компанией не в связи с тем, что компанией эксплуатируется трубопровод, проходящий через водный объект, а в связи с тем, что она является пользователем недр на основании указанных лицензий. Именно установление компанией охранных зон в соответствии с Законом «О недрах» на основании указанных лицензий препятствует любым лицам без согласования с компанией проводить на предоставленном компании участке недр любые мероприятия. Таким образом охранные зоны установлены компанией как пользователем лицензий на право пользования недрами с целевым назначением строительство и эксплуатация подземного коридора коммуникацией через водные объекты, а не как пользователем трубопровода, проходящего под дном водного объекта. При этом указанные охранные зоны не выходят на акваторию водного объекта, а потому пользование акваторией не осуществляется. Данные обстоятельства подтверждаются и представителями Ростехнадзора и Дальнедр, а также следуют из того, что эксплуатируемые компанией переходы являются не подводным, а подземным, что в том числе подтверждается лицензиями на право пользование недрами. Также представители компании указали, что компания была проверена на предмет соблюдения законодательства о недрах, как недропользователь, и каких-либо нарушений компанией, как недропользователем, не допущено, что также установлено в судебных актах по делам №№ А59-3967/2015, А59-3968/2015, А59-3969/2015, А59-3970/2015, А59-3971/2015, А59-3972/2015, А59-3973/2015. На основании и с учетом изложенного компания и ее представители в судебном заседании просили суд удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Управление в представленных отзывах, дополнениях и его представитель в судебном заседании с требованиями компании не согласились, указав, что оспариваемые предписания являются законными и обоснованными. Так, по мнению управления, компания использует водные объекты путем эксплуатации подводных сооружений. В соответствии с частями 1, 2 статьи 11 ВК РФ право пользования водными объектами возникает на основании договора водопользования или решения о предоставлении водного объекта в пользование за исключением случаев, предусмотренных часть 3 статьи 11 этого же Кодекса. Приведенный в указанной норме перечень не содержит указания на случай, при котором заключение договора водопользования или принятия решения о предоставлении водного объекта в пользование при осуществлении эксплуатации подводных переходов трубопроводов или использование акватории водного объекта не требуются. По мнению административного органа, компания в целях обеспечения сохранности трубопроводов должна установить охранные зоны на подводных переходах через пересекаемые водные объекты и заключить в силу прямого указания подпункта 2 части 1 статьи 11 ВК РФ договоры водопользования. При этом о необходимости наличия договоров водопользования для эксплуатации подводных переходов трубопроводов свидетельствует и письмо Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 17.11.2011 № 06-14-44/16955. Факт того, что компания использует подводный переход подтверждается материалами дела, в том числе и проектами горных отводов. Более того, исходя из представленных компанией документов, управление полагает, что магистральные трубопроводы проложены в остаточных породах под русловой частью водоемов. Управление при вынесении предписаний руководствовалось императивной нормой, а именно статьей 22 Закона о недрах, другими законодательными и ведомственными актами в области охраны окружающей среды, в том числе положениями статей 1, 11 Водного Кодекса, Федеральным законом от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды».

Прокурор в представленных возражениях и его представитель в судебном заседании с требованиями компании не согласились, указав, что в случае установления фактов прокладки трубопроводов в местах подводных переходов независимо от того, пролегают ли трубопроводы в границах водного пространства водного объекта либо нет, необходимо наличие договора водопользования. Согласно пункту 4.1 Правил охраны магистральных трубопроводов для исключения возможности повреждения трубопроводов (при любом виде их прокладки) устанавливаются охранные зоны вдоль подводных переходов в виде участка водного пространства от водной поверхности до дна, заключенного между параллельными плоскостями, отстоящими от осей крайних ниток переходов на 100 метров с каждой стороны. В пункте 4.3 данных Правил указано, что в охранных зонах трубопроводов запрещается производить всякого рода действия, которые могут нарушить нормальную эксплуатацию трубопроводов либо привести к их повреждению, в частности бросать якоря, проходить с отданными якорями, цепями, лотами, волокушами и тралами, производить дноуглубительные и землечерпальные работы. То обстоятельство, что сами трубопроводы непосредственно пролегают вне акватории водного пространства, не свидетельствует о том, что водные объекты не используются собственниками трубопроводов. Более того, участок подземного трубопровода, расположенный ниже уровня дна пересекаемого водного объекта, в том числе в недрах, является подводным. Таким образом, по мнению прокурора, с учетом установления охранной зоны, которая расположена в акватории водного объекта и в границах которой запрещена определенная деятельность, собственниками подводных переходов используется водный объект. Просил отказать в удовлетворении требований заявителя.

Сахалинское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в представленном отзыве, а также его представитель в судебном заседании указали, что магистральные трубопроводы проложены в подземных коридорах коммуникаций. Безопасность эксплуатации участка магистрального трубопровода обеспечена проектными решениями, прошедшими Государственную регистрацию. Пояснил, что позиция заинтересованного лица представляется неправомерной, поскольку охранный зоны переходов, эксплуатируемых обществом на акваторию водного объекта не выходят.

Департамент по недропользованию по Дальневосточному Федеральному округу и его представитель в судебном заседании указали, что Сахалиннедра предоставляли компании право пользования недрами с целью строительства подземных сооружения, не связанных с добычей полезных ископаемых. В настоящее время все семь лицензий на пользование недрами являются действующими, компания осуществляет пользование недрами, представленными горными породами неогенового и четвертичного возраста на законном основании.

В судебном заседании представители компании поддержали требования, изложенные в заявлении и дополнениях к заявлению. Указали, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что трубопроводы, используемые компанией, относятся к числу подводных и что компания использует акватории рек Вал, Фирсовка, Набиль, Найба, Вази и Тымь. Предписания не соответствуют требованиям ряда законов и нормативных правовых актов, нарушают права и законные интересы компании в сфере экономической деятельности, незаконно возлагают на компанию обязанности по заключению договоров на водопользование для эксплуатации объектов, не используемых компанией. Кроме того, данные предписания создают препятствия для осуществления хозяйственной деятельности компании, так как реализация предписываемой деятельности приведет к проведению дополнительных работ (мониторинг водных объектов, подготовка отчетов по результатам его проведения и др.), целесообразность выполнения которых в отношении объектов пользования недрами законодательством о недропользовании и водным законодательством Российской Федерации не предусмотрена. Компания при выполнении предписываемой деятельности должна будет нести дополнительные необоснованные материальные затраты, снижая при этом прибыль и Российской Федерации от результатов своей хозяйственной деятельности. Компания при эксплуатации подземных коридоров коммуникаций в соответствии с условиями лицензий на пользование недрами не использует акваторий указанных рек. Использование акваторий рассматриваемых водных объектов не было предусмотрено при проектировании и строительстве подземных коридоров коммуникаций для магистральных нефте- и газопроводов и кабеля связи, и акватории не используются при их эксплуатации. Компания не ограничивает пользование указанными акваториями третьими лицами. При получении разрешения на право выполнения работ по строительству подземных переходов компетентные органы выдали компании не лицензии на право пользования водными объектами, а лицензии на право пользования недрами, так как данные объекты являются не подводными, а подземными. Просили удовлетворить заявленные требования и признать оспариваемые предписания незаконными.

Представитель управления в судебном заседании с требованиями заявителя не согласился по основаниям, изложенным в отзывах. Указал, что представить доказательства в подтверждение довода о том, что нефте- газопроводы расположены в донных отложениях водных объектов не возможно ввиду их отсутствия.

Представитель прокуратуры в судебном заседании просил отказать в удовлетворении требований заявителя. Указал, что, размещая подводные линейные объекты, в том числе трубопроводы, их собственники и иные законные владельцы используют акваторию водного объекта для размещения охранной зоны таких объектов, то есть в конечном итоге для удовлетворения собственных нужд по эксплуатации газопровода. Наличие охранной зоны вдоль подводного перехода трубопровода накладывает ограничения на использование в установленном порядке акватории водного объекта непосредственно над такой зоной. Учитывая нормы части 3 статьи 11 ВК РФ, которая устанавливает закрытый перечень случаев, когда заключение договора водопользования или принятие решения о предоставлении водного объекта в пользование не требуется, указанные лица обязаны заключить договор водопользования в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 11 ВК РФ.

Представители Сахалинского управления Ростехнадзора и Департамента по недропользованию по Дальневосточному Федеральному округу в судебном заседании указали, что переходы через реки Вази, Вал, Тымь, Набиль, Найба и Фирсовка, используемые компанией, являются подземными и их охранные зоны акваторию указанных водных объектов не затрагивают.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 14 час. 30 мин. 27.10.2016.

Заслушав в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в период с 27.05.2015 по 24.06.2015 административным органом проведены контрольно-надзорные мероприятия на предмет соблюдения компанией обязательных требований федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, связанных с геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр.

Проверка проведена на основании приказа Департамента Росприроднадзора по Дальневосточному Федеральному округу от 20.05.2015 № 239, в соответствии с поручением Федеральной службы в сфере природопользования от 14.05.2015 № АА-02-01-31/7931 и во исполнение поручения Правительства Российской Федерации от 05.05.2015 № АД-П9-3003 о проведении внеплановых проверок государственного геологического надзора проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2», реализуемых на основе соглашений о разделе продукции.

В ходе проверки выявлено, что у компании при пользовании участками недр: «Переход через реку Вази» согласно лицензии ЮСХ 00646 ПГ; «Переход через реку Вал» согласно лицензии ЮСХ 00644 ПГ; «Переход №1 через реку Тымь» согласно лицензии ЮСХ 00700; «Переход № 2 через реку Тымь» согласно лицензии ЮСХ 00660; «Переход через реку Набиль» согласно лицензии ЮСХ 00645; «Переход через реку Найба» согласно лицензии ЮСХ 00699 и «Переход через реку Фирсовка» согласно лицензии ЮСХ 00647 ПГ отсутствует договоры на пользование водными объектами.

Результаты проверки зафиксированы в акте проверки от 24.06.2015 № 15/17.

Согласно указанному акту проверки общество нарушило пункт 5 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00644 ПГ, пункт 4 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00700 ПГ; пункт 5 приложения 3 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00646 ПГ; пункт 5 приложения 3 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00645 ПГ; пункт 4 приложения 3 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00699 ПГ; пункт 5 приложения 3 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00647 ПГ; пункт 5 приложения 3 лицензионного соглашения к лицензии ЮСХ 00660 ПГ; пункт 7, пункт 10 части 2 статьи 22 Закона Российской Федерации «О недрах» от 21.02.1992 № 2395-1; пункт 2 части 1 статьи 11 Водного Кодекса Российской Федерации.

Данные обстоятельства явились основанием для выдачи обществу предписаний от 24.06.2015 №№ 01Н/05-ВИ, 01Н/06-ВИ, 01Н/07-ВИ, 01Н/08-ВИ, 01Н/09-ВИ, 01Н/10-ВИ, 01Н/11-ВИ, согласно которым обществу предписано в срок до 25.04.2016 обеспечить использование акватории водных объектов при эксплуатации подводных переходов через реки Вази, Вал, Тымь, Набиль, Найба и Фирсовка на основании договоров водопользования.

Не согласившись с указанными предписаниями административного органа, компания обратилась в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Как установлено частью 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Анализ частей 2 и 3 статьи 201 АПК РФ позволяет сделать вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности: оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту; оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из материалов дела, в частности из акта проверки следует, что в отношении компании была проведена внеплановая проверка государственного геологического надзора проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2», реализуемых на основе соглашений о разделе продукции.

Согласно пункту 16 статьи 3 Закона РФ от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон о недрах) к полномочиям федеральных органов государственной власти органов государственной власти в сфере регулирования отношений недропользования относятся: становление порядка осуществления государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр, организация и осуществление федерального государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр.

Приказом Минприроды России от 29.06.2012 № 196 утвержден Административный регламент Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по исполнению государственной функции по осуществлению государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр (далее – административный регламент).

На основании пункта 2 административного регламента исполнение государственной функции по проведению в установленном порядке государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр осуществляется Федеральной службой по надзору в сфере природопользования и ее территориальными органами.

В соответствии с задачами государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр Росприроднадзор и территориальные органы Росприроднадзора обеспечивают предупреждение, выявление и пресечение нарушений всеми юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями, осуществляющими пользование недрами, требований международных договоров Российской Федерации, законодательства Российской Федерации о недрах (за исключением участков недр местного значения) и утвержденных в установленном законодательством Российской Федерации порядке стандартов (норм, правил) в области геологического изучения, рационального использования и охраны недр, а также обеспечивают предотвращение самовольного пользования недрами и самовольной застройки месторождений полезных ископаемых (включая участки недр местного значения) (пункт 4 административного регламента).

В силу пункта 3 указанного регламента исполнение государственной функции по осуществлению государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр осуществляется, помимо прочего, в соответствии с Федеральным законом от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» и Законом Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах».

Согласно статье 37 Закона о недрах задачами государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр являются предупреждение, выявление и пресечение нарушений пользователями недр требований международных договоров Российской Федерации, законодательства Российской Федерации о недрах, норм и правил в области использования и охраны недр. Государственный надзор за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр осуществляется уполномоченными федеральными органами исполнительной власти (федеральный государственный надзор) и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации (региональный государственный надзор) согласно их компетенции в порядке, установленном соответственно Правительством Российской Федерации и высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации. К отношениям, связанным с осуществлением государственного надзора за геологическим изучением, рациональным использованием и охраной недр, организацией и проведением проверок юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, применяются положения Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее – Федеральный закон № 294-ФЗ).

Частью 1 статьи 10 Федерального закона № 294-ФЗ установлено, что предметом внеплановой проверки является соблюдение юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем в процессе осуществления деятельности обязательных требований и требований, установленных муниципальными правовыми актами, выполнение предписаний органов государственного контроля (надзора), органов муниципального контроля, проведение мероприятий по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, музейным предметам и музейным коллекциям, включенным в состав Музейного фонда Российской Федерации, особо ценным, в том числе уникальным, документам Архивного фонда Российской Федерации, документам, имеющим особое историческое, научное, культурное значение, входящим в состав национального библиотечного фонда, по обеспечению безопасности государства, по предупреждению возникновения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, по ликвидации последствий причинения такого вреда.

Основанием для проведения внеплановой проверки в силу пункта 3 части 2 статьи 10 Федерального закона № 294-ФЗ является приказ (распоряжение) руководителя органа государственного контроля (надзора), изданный в соответствии с поручениями Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и на основании требования прокурора о проведении внеплановой проверки в рамках надзора за исполнением законов по поступившим в органы прокуратуры материалам и обращениям.

Из материалов дела следует, что проверка проведена на основании приказа Департамента Росприроднадзора по Дальневосточному Федеральному округу от 20.05.2015 № 239, в соответствии с поручением Федеральной службы в сфере природопользования от 14.05.2015 № АА-02-01-31/7931 и поручения Правительства Российской Федерации от 05.05.2015 № АД-П9-3003 о проведении внеплановых проверок государственного геологического надзора проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2», реализуемых на основе соглашений о разделе продукции.

Согласно пункту 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с частью 3 статьи 8 АПК РФ арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Исходя из закрепленного в статье 9 АПК РФ принципа состязательности и положений части 2 статьи 66 названного Кодекса арбитражный суд вправе, но не обязан предлагать участвующим в деле лицам представлять дополнительные доказательства в обоснование своей позиции.

В силу части 3 статьи 41 АПК РФ неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.

Из материалов дела следует, что суд в своих определениях, а также в судебном заседании неоднократно указывал управлению на необходимость представления копий материалов проверки в полном объеме в суд.

Копии материалов проверки управлением были представлены, вместе с тем, в указанных материалах отсутствуют поручение Федеральной службы в сфере природопользования от 14.05.2015 № АА-02-01-31/7931 и поручение Правительства Российской Федерации от 05.05.2015 № АД-П9-3003 о проведении внеплановых проверок государственного геологического надзора проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2», реализуемых на основе соглашений о разделе продукции, на основании которых проведена проверка в отношении компании.

Таким образом с учетом приведенных норм и фактических обстоятельств, а также исходя из презумпции добросовестности участников арбитражного процесса, суд приходит к выводу, что управлением материалы административного дела в отношении компании представлены в том объеме, в каком они имеются у управления.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что административный орган, являясь участником арбитражного процесса и неся в связи с этим риск совершения или несовершения им процессуальных действий, в том числе по представлению доказательств в материалы дела, не представил отвечающих требованиям статьи 65 АПК РФ доказательств наличия предусмотренного пунктом 3 части 2 статьи 10 Федерального Закона № 294-ФЗ основания для проведения внеплановой проверки, в результате которой компании выданы оспариваемые предписания.

Статьей 14 Федерального закона № 294-ФЗ установлено, что проверка проводится на основании распоряжения или приказа руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля. Типовая форма распоряжения или приказа руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля устанавливается федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации. Проверка может проводиться только должностным лицом или должностными лицами, которые указаны в распоряжении или приказе руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля. В распоряжении или приказе руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля указываются, помимо прочего, цели, задачи, предмет проверки и срок ее проведения.

При проведении проверки должностные лица органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля не вправе: проверять выполнение обязательных требований и требований, установленных муниципальными правовыми актами, если такие требования не относятся к полномочиям органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля, от имени которых действуют эти должностные лица; требовать представления документов, информации, образцов продукции, проб обследования объектов окружающей среды и объектов производственной среды, если они не являются объектами проверки или не относятся к предмету проверки, а также изымать оригиналы таких документов (пункты 1, 3 статьи 15 Федерального закона № 294-ФЗ).

В соответствии с пунктами 5, 6 статьи 18 Федерального закона № 294-ФЗ должностные лица органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля при проведении проверки обязаны: не препятствовать руководителю, иному должностному лицу или уполномоченному представителю юридического лица, индивидуальному предпринимателю, его уполномоченному представителю присутствовать при проведении проверки и давать разъяснения по вопросам, относящимся к предмету проверки; предоставлять руководителю, иному должностному лицу или уполномоченному представителю юридического лица, индивидуальному предпринимателю, его уполномоченному представителю, присутствующим при проведении проверки, информацию и документы, относящиеся к предмету проверки.

Частями 1 и 2 статьи 21 Федерального закона № 294-ФЗ установлено, что руководитель, иное должностное лицо или уполномоченный представитель юридического лица, индивидуальный предприниматель, его уполномоченный представитель при проведении проверки имеют право непосредственно присутствовать при проведении проверки, давать объяснения по вопросам, относящимся к предмету проверки; получать от органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля, их должностных лиц информацию, которая относится к предмету проверки и предоставление которой предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 16 части 2 статьи 10 Федерального закона № 294-ФЗ о проведении внеплановой выездной проверки, за исключением внеплановой выездной проверки, основания проведения которой указаны в пункте 2 части 2 настоящей статьи, юридическое лицо, индивидуальный предприниматель уведомляются органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля не менее чем за двадцать четыре часа до начала ее проведения любым доступным способом.

Совокупность вышеназванных норм позволяет сделать вывод о том, что выход за пределы предмета проверки является недопустимым, поскольку лишает юридическое лицо права на защиту, а также права на предоставление документов, связанных с проводимой в отношении него проверкой.

Из материалов дела следует, что предметом проверки являлось соблюдение компанией обязательных требований законодательства Российской Федерации по геологическому изучению, рациональному использованию и охране недр.

Вместе с тем, из акта проверки следует, что фактически компании вменены нарушения водного законодательства РФ. Согласно оспариваемым предписаниям компании предписано в срок до 25.04.2016 обеспечить использование акватории водных объектов при эксплуатации подводных переходов через реки Вази, Вал, Тымь, Набиль, Найба и Фирсовка на основании договоров водопользования. При этом обязанность по заключению договоров водопользования установлена Водным кодексом Российской Федерации. Данный факт свидетельствует о том, что административный орган вышел за предмет проверки в нарушение требований пункта 3 статьи 15, подпункта 5 пункта 2 статьи 20 Федерального Закона № 294-ФЗ.

Таким образом компания была лишена возможности представить объяснения законности своих действий. Фактически компания была отстранена от участия в выполняемых административным органом мероприятиях по проверке деятельности компании в отношении соблюдения водного законодательства РФ.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что требования предписания о необходимости заключения договоров водопользования выходят за пределы предмета проведенной проверки.

Кроме того суд отмечает, что административным органом не представлены доказательства пересечения трубопроводами компании и связанными с ними коммуникациями акватории водного объекта, их прохождения через водное пространство, размещения в акваториях водных объектов охранных зон трубопровода.

В судебном заседании представитель управления указывал, что управление не оспаривает того факта, что переходы через водные объекты расположены не в акватории водных объектов, а под акваторией. Требование управления к компании заключить договоры водопользования обусловлены позицией управления о том, что компания использует акваторию водных объектов посредством размещения в них охранных зон эксплуатируемых компанией трубопроводов, которые должны быть установлены в соответствии с пунктом 4.1 Правил охраны магистральных трубопроводов, утвержденных Минтопэнерго РФ от 29.04.1992, постановлением Госгортехнадзора РФ от 22.04.1992 № 2.

Согласно пункту 4.1 указанных Правил охраны магистральных трубопроводов для исключения возможности повреждения трубопроводов (при любом виде их прокладки) устанавливаются охранные зоны: вдоль трасс трубопроводов, транспортирующих нефть, природный газ, нефтепродукты, нефтяной и искусственный углеводородные газы, - в виде участка земли, ограниченного условными линиями, проходящими в 25 метрах от оси трубопровода с каждой стороны; вдоль трасс трубопроводов, транспортирующих сжиженные углеводородные газы, нестабильные бензин и конденсат, - в виде участка земли, ограниченного условными линиями, проходящими в 100 метрах от оси трубопровода с каждой стороны; вдоль подводных переходов - в виде участка водного пространства от водной поверхности до дна, заключенного между параллельными плоскостями, отстоящими от осей крайних ниток переходов на 100 метров с каждой стороны.

Из буквального толкования приведенного положения следует, что если трубопровод является подземным, то устанавливаемая для него охранная зона ограничена участком земли, а если подводным – то охранная зона устанавливается в водном пространстве. То есть охранная зона подземного трубопровода ограничена лишь участком земли и не может выходить на участок водного пространства.

Вместе с тем, административным органом не представлены относимые, допустимые и непротиворечивые доказательства того, что переходы трубопроводов, используемых компанией, являются подводными, а не подземными.

Так, в материалы дела управлением представлены лицензии на право пользования недрами и документы, на основании которых данные лицензии выданы (горноотводный акт, проект горного отвода). Из анализа указанных документов следует, что в документах, на основании которых выданы лицензии, указано, что переход через реки является подводным. Вместе с тем, лицензии выданы с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземного сооружения.

При этом управление, располагая явными противоречиями в представленных документах, не запросило у компании дополнительных документов, то есть фактически оставило данное обстоятельство без внимания.

В этой связи судом не принимается довод управления о том, что вся техническая документация Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. согласована на подводный переход, поскольку данный довод опровергается в свою очередь выданными на основании указанной технической документации лицензиями ЮСХ 00646 ПГ; ЮСХ 00644 ПГ; ЮСХ 00700; ЮСХ 00660; ЮСХ 00645; ЮСХ 00699 и ЮСХ 00647 ПГ, где указано в качестве целевого назначения и видов работ – строительство и эксплуатация подземных сооружений (коридора).

При этом, как было указано ранее, выход за пределы предмета проверки управлением фактически лишило компанию права на представление доказательств, дополнительных документов, в том числе позволяющих однозначно установить использует ли компания акваторию водного объекта или нет, является ли она водопользователем или нет, в смысле, придаваемом законодательством, регулирующим спорные правоотношения.

Также судом учитывается и то, что на то, что эксплуатируемые обществом переходы относятся к числу подземных и установленные в связи с их эксплуатацией охранные зоны не затрагивают акваторию водного объекта, было указано в судебном заседании представителями Департамента по недропользованию по Дальневосточному Федеральному округ и Сахалинского управления Ростехнадзора, как органов, наделенных государственно-властными полномочиями в сфере недропользования.

Помимо прочего судом учитывается и то обстоятельство, что материалы проверки, в результате которой выданы оспариваемые предписания, уже были предметом судебной оценки. Так, Арбитражным судом Сахалинской области в решении по делу № А59-3970/2015, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, по заявлению компании к управлению о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания от 17.08.2015 № НН-01-37/2015, которое вынесено по результатам рассмотрения протокола № ВИ-01-37/2015, составленного на основании акта проверки 24.06.2015 № 15/17, на основании которого выданы оспариваемые в рамках настоящего дела предписания, установлено, что проложенный трубопровод находится вне пределов естественных границ водных объектов, из чего следует, что компания не использует акваторию водного пространства, не является водопользователем, в смысле, придаваемом законодательством, регулирующим спорные правоотношения, а административным органом не доказан факт эксплуатации компанией водного объекта.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В этой связи, поскольку факт отнесения эксплуатируемых компанией переходов через реки Вази, Вал, Тымь, Набиль, Найба и Фирсовка к числу подводных не доказан, как и не доказан и не установлен факт использования акваторий указанных водных объектов в связи с использованием данных переходов, суд приходит к выводу, что на компанию не может быть возложена обязанность по заключению договоров на пользование указанными водными объектами.

При таких обстоятельствах, а также учитывая допущенные управлением при проведении проверки нарушения, суд находит оспариваемые предписания управления несоответствующими нормам Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах», Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

В соответствии со статьей 201 АПК РФ суд может признать решение органа публичной власти незаконным при наличии двух обстоятельств: в случае, если им будет установлено его несоответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также в случае установления нарушения данным решением прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Оспариваемые заявителем предписания надзорного органа нарушают права компании в осуществлении предпринимательской деятельности, поскольку незаконно возлагают на компанию обязанность по заключению договоров водопользования, что влечет за собой дополнительные необоснованные расходы компании.

Частью 5 статьи 201 АПК РФ установлено, что в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений среди прочего должно содержаться указание на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок.

В пункте 6 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что основанием для принятия судом решения о признании ненормативного правового акта органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов заявителя.

Таким образом в нормах главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признание оспариваемого решения органа публичной власти не поставлено в зависимость от наличия или отсутствия возможности восстановить нарушенное право.

Учитывая изложенное сам факт признания оспариваемых предписаний незаконными восстановит нарушенное право заявителя.

При обращении в суд с настоящими заявлениями компанией за подачу семи заявлений уплачена государственная пошлина в размере 21 000 рублей по 3000 рублей за каждое заявление по платежным поручениям от 21.09.2015 №№ 48815, 48818, 48814, 48821, 48819, 48816 и 48820.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Принимая во внимание результаты рассмотрения дела, суд в силу указанных норм относит судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 21 000 рублей на управление.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Требования Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. (НЗА 10150002181, ИНН <***>) к Управлению Росприроднадзора по Сахалинской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании незаконными и отмене предписаний от 24.06.2015 №№ 01Н/05-ВИ, 01Н/06-ВИ, 01Н/07-ВИ, 01Н/08-ВИ, 01Н/09-ВИ, 01Н/10-ВИ, 01Н/11-ВИ удовлетворить.

Признать предписания Управления Росприроднадзора по Сахалинской области об устранении выявленных нарушений обязательных требований, о проведении мероприятий по обеспечению предотвращения вреда растениям, животным, окружающей среде, безопасности государства, имуществу физических и юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, предотвращения возникновения чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера от 24.06.2015 №№ 01Н/05-ВИ, 01Н/06-ВИ, 01Н/07-ВИ, 01Н/08-ВИ, 01Н/09-ВИ, 01Н/10-ВИ, 01Н/11-ВИ незаконными, как не соответствующие нормам Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах», Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

Взыскать с Управления Росприроднадзора по Сахалинской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Сахалин Энерджи Инвестмент Компани Лтд. (НЗА 10150002181, ИНН <***>) судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 21 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение месяца со дня его принятия.

Судья Е.С. Логинова