Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Сахалинская механизированная колонна № 68» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Сахалинской области об оспаривании решения № 15-06/38530 от 29.09.2016 о привлечении к налоговой ответственности,

с участием представителей:

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 26.12.2016,

от инспекции – ФИО2 по доверенности от 29.12.2016 № 04-02/44128, ФИО3 по доверенности от 22.03.2017 № 04-02/09270,

У С Т А Н О В И Л :

ООО «Сахалинская мехколонна № 68» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным вынесенного по результатам камеральной налоговой проверки решения Межрайонной ИФНС России № 1 по Сахалинской области (далее – инспекция) от 29.09.2016 № 15-06/38530, которым общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 151 474 рублей 20 копеек штрафа, а также доначислено к уплате 757 371 рубль налога на добавленную стоимость (далее – НДС) и 54 552 рубля 42 копейки пени по данному налогу.

Определением суда от 09.01.2017 заявление принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу.

В обоснование заявленного требования указало, что оспариваемое решение основано на неполно исследованных обстоятельствах, противоречит нормам действующего налогового законодательства и нарушает права и законные интересы общества как налогоплательщика. Общество считает, что инспекция неправомерно не приняла налоговые вычеты по НДС за II квартал 2015 года по взаимоотношениям с ООО «Ренхо», связанных с приобретением строительных работ. Выводы налогового органа о том, что данный контрагент заявителя не имел реальной возможности ведения хозяйственной деятельности, относятся к «фирме-однодневке» и является недобросовестным налогоплательщиком, при этом обществом не проявлена должная осмотрительность при выборе подрядчика, а представленные им документы не подтверждают реальное выполнение строительно-монтажных и отделочных работ, являются необоснованными и не соответствуют фактическим обстоятельствам. В рассматриваемом случае обществом представлены все необходимые и достаточные документы для реализации своего права на применение налогового вычета. Налоговый орган, в свою очередь, не представил допустимых и достаточных доказательств того, что вычетами является необоснованная налоговая выгода, образовавшаяся в результате оформления «нереальных» хозяйственных операций. Напротив, реальность строительных работ подтверждается как первичными документами, так и показаниями сотрудников общества, допрошенных в ходе налоговой проверки, которые однозначно подтвердили выполнения отделочных (черновых) работ. Поскольку действующее законодательство не обязывает сторон договора подряда описывать в актах приемки выполненных работ все слагаемые выполненных работ, то наименование спорных работ в подписанном акте по форме КС-2 было указано так, как это определено в договоре подряда. Немаловажен и тот факт, что показания допрошенного руководителя ООО «Ренхо» ФИО4 не опровергают доводы общества, поскольку она указала лишь на формальный характер своего участия, но не говорила, что данная организация не осуществляла деятельность. Выявленный инспекцией способ распоряжения контрагентом денежными средствами, выразившийся в перечислении поступившего от общества платежа в полном объеме иной организации, не может указывать на нереальность хозяйственных операций. Налоговым органом не добыто доказательств того, что произведенный обществом платеж носил формальный характер, а контрагент заявителя полученные денежные средства расходовал на цели, не связанные с осуществлением экономической деятельности, в том числе исключительно для их последующего обналичивания. Не было инспекцией представлено и доказательств умысла налогоплательщика в получении необоснованной налоговой выгоды путем совершения мнимых финансово-хозяйственных операций, вследствие чего, общество правомерно признается добросовестным. Кроме того, факты создания и деятельности контрагента применительно к оценке спорной ситуации не имеют правового значения. ООО «Ренхо» является самостоятельным субъектом права – юридическим лицом со своей правоспособностью, своей системой управления, которые не указывали на то, что данное лицо является фиктивным. По сути, используемые налоговым органом признаки «фирм-однодневок» нельзя признать актуальными для современного делового оборота. Налоговым органом не доказано, что общество знало и должно было знать о пороках своего контрагента, объективно препятствующих совершению хозяйственных операций. Таким образом, общество правильно сформировало налоговую базу и исчислило за проверяемый период НДС.

В состоявшихся по делу судебных заседаниях представитель общества требование поддержал по основаниям, изложенным в заявлении и представленных письменных дополнениях, отметив, что налогоплательщиком для целей налогообложения учтены документально подтвержденные хозяйственные операции в соответствии с их действительным экономическим смыслом, обусловленные разумными экономическими причинами и целями делового характера. В силу действующего законодательства добросовестность участника налоговых правоотношений презюмируется. При этом правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщика дополнительные обязанности, не предусмотренные законом.

Инспекция в отзыве, поддержанном участвующими в судебных заседаниях представителями, с требованием общества не согласилась, указав, что правомерность доначисления оспариваемых сумм недоимки, пени, а также привлечение заявителя к ответственности подтверждается материалами камеральной налоговой проверки.

Заслушав в судебном заседании участников процесса и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество зарегистрировано в качестве юридического лица 20 августа 2003 года Межрайонной ИФНС России № 1 по Сахалинской области за основным государственным регистрационным номером 1036500616437, при постановке на налоговый учет присвоен ИНН <***>.

Как видно из материалов дела, 22 апреля 2016 года общество представило в инспекцию уточненную налоговую декларацию по НДС за IV квартал 2015 года, согласно которой сумма налога к уплате в бюджет составила 45 613 030 рублей, определенная как разница между общей суммой налога, исчисленной с реализации товаров (работ, услуг), в размере 107 767 025 рублей и суммой налоговых вычетов в размере 62 153 995 рублей.

В ходе проведения камеральной налоговой проверки указанной налоговой декларации инспекция установила, что общество неправомерно включило в состав налоговых вычетов за данный налоговый период 757 371 рубль по взаимоотношениям с ООО «Ренхо» на объекте «Апартаменты со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения: административными, предприятиями торговли, медицины, общественного питания. С подземной автостоянкой. II очередь строительства, дома № 9 и № 11». Тем самым, получив необоснованную налоговую выгоду, общество допустило неуплату НДС в указанном размере.

По результатам налоговой проверки инспекция составила акт № 15-06/42680 от 05.08.2016, рассмотрев который с возражениями налогоплательщика, вынесла решение № 15-06/38530 от 29.09.2016 о привлечении общества к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 151 474 рублей 20 копеек, а также доначисления к уплате 757 371 рубля НДС за II квартал 2015 года и приходящиеся пени в сумме 54 552 рублей 42 копеек.

Решением УФНС России по Сахалинской области от 22.11.2016 № 209 по апелляционной жалобе налогоплательщика данное решение инспекции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба общества – без удовлетворения.

Считая ошибочными выводы инспекции по результатам камеральной налоговой проверки, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Проверив в судебном заседании доводы лиц, участвующих в деле, представленные в обоснование заявленного требования и возражений доказательства, а также оспариваемое решение на соответствие закону и иным нормативным правовым актам, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявления общества.

Согласно материалам дела и участниками процесса не ставиться под сомнение, что общество находится на общем режиме налогообложения, в связи с чем, является плательщиком НДС, порядок исчисления и уплаты которого регулируется главой 24 НК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 173 НК РФ сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 названного Кодекса.

Подпунктом 1 пункта 2 данной статьи установлено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, при условии, что данные товары (работы, услуги) приобретаются для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, или для перепродажи.

В силу пункта 1 статьи 172 НК РФ вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

При этом указанные товары (работы, услуги) должны быть приняты на учет на основании первичных документов, а счета-фактуры – соответствовать требованиям, предусмотренным пунктами 5 и 6 статьи 169 НК РФ.

Таким образом, основными факторами, определяющими право налогоплательщика на вычет сумм НДС по приобретенным товарам (работам, услугам), являются их фактическое наличие, принятие на учет, а также направленность данных товаров (работ, услуг) для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ.

Из указанных норм в корреспонденции со статьей 169 НК РФ также следует, что счет-фактура, как и иные первичные документы, должны содержать достоверную и полную информацию, позволяющую установить все фактические условия и обстоятельства приобретения товаров (работ, услуг), хозяйственные взаимоотношения с поставщиком, а, следовательно, достоверно свидетельствовать об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает налоговые последствия.

В частности, такие документы должны быть подписаны уполномоченными на то лицами и достоверно подтверждать реальность финансово-хозяйственных отношений с конкретным поставщиком.

Поскольку возможность применения вычетов носит заявительный характер, то несмотря на то, что в налоговых правоотношениях по смыслу определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 № 329-О и пункта 7 статьи 3 НК РФ, действует презумпция добросовестности налогоплательщика, именно на налогоплательщика возложена обязанность доказать правомерность и обоснованность их применения, в том числе путем представления соответствующих документов. Положения статей 7 - 9, 65, 200 АПК РФ не освобождают заявителя, оспорившего решение налогового органа, представлять доказательства заявленных оснований недействительности решения государственного органа, опровергающие доводы налогового органа относительно правомерности доначисления налога.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В пункте 5 данного Постановления также закреплено, что о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Из материалов дела следует, что при исполнении обязанности по НДС за отчетный период (II квартал 2015 года) обществом в налоговой декларации в состав налоговых вычетов включены 757 371 рубль по операциям с ООО «Ренхо», выразившимся в приобретении у последнего строительно-монтажных и отделочных работ на объекте «Апартаменты со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения: административными, предприятиями торговли, медицины, общественного питания. С подземной автостоянкой. II очередь строительства, дома № 9 и № 11», расположенном по адресу: <...> в рамках договор субподряда № 314 от 26.05.2015.

В подтверждение права на указанный налоговый вычет по взаимоотношениям с ООО «Ренхо» налогоплательщиком представлены копии названного договора субподряда, счета-фактуры № 44 от 30.06.2016 на сумму 3 011 11 рублей 77 копеек, справки от 30.06.2015 о стоимости работ, акта от 30.06.2015 о приемке выполненных работ за июнь 2015 года, счета-фактуры № 45 от 30.06.2016 на сумму 1 953 867 рублей 19 копеек, справки от 30.06.2015 о стоимости работ, акта от 30.06.2015 о приемке выполненных работ за июнь 2015 года.

Оплата по данным счетам-фактурам произведена в безналичном порядке, что подтверждается платежными поручениями от 15.07.2015 №№ 4176, 4179 и истребованными налоговым органом в кредитных организациях распечатками движения денежных средств по счетам общества и контрагента.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ названные документы в совокупности с доводами участников процесса по существу спора, суд соглашается с выводами инспекции о документальном неподтверждении обществом реальных хозяйственных отношений с ООО «Ренхо», поскольку налогоплательщиком не доказаны результаты таких отношений, а представленные первичные документы по объему и своему содержанию (описанию) не подтверждают выполнение строительных работ. Кроме того, результаты проведенных инспекцией мероприятий налогового контроля указывают на наличие формального документооборота в целях необоснованного занижения суммы НДС, исчисленного с реализации товаров (работ, услуг) за проверяемый налоговый период.

В соответствии со статьей 53 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Судом установлено, что ООО «Ренхо» (ИНН <***>) зарегистрировано и поставлено на налоговый учет 4 июля 2013 года по адресу: <...>. Основным видом деятельности является оптовая торговля пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями. Учредителем и руководителем с момента создания организации значится ФИО4. По данным налогового органа среднесписочная численность работников по состоянию на 01.01.2015 составляла 1 человек, на 01.01.2016 – 0 человек, сведения о доходах физических лиц за 2015 год по форме 2-НДФЛ в налоговый орган не представлялись и налог на доходы физических лиц не уплачивался. Сведения об арендованном или находящемся в собственности имуществе, в том числе земельных участках, и транспортных средствах отсутствуют.

Все представленные обществом документы в подтверждение взаимоотношений с ООО «Ренхо» подписаны от лица руководителя и главного бухгалтера ФИО4

В целях установления фактических взаимоотношений между данной организацией и обществом в адрес контрагента по телекоммуникационным каналам связи инспекцией направлено требование о предоставлении документов (информации) от 11.06.2016 № 15-08/2531, которое оставлено без исполнения.

Из имеющегося в распоряжении налогового органа протокола допроса свидетеля ФИО4 от 25.01.2016, составленного в рамках иных контрольных мероприятий, инспекцией выявлено, что ФИО4 является номинальным руководителем ООО «Ренхо». Данное юридическое лицо она создала по просьбе знакомого ФИО5, доходов от деятельности ООО «Ренхо» не получала, документы (договоры, акты, накладные и счета-фактуры) не подписывала, организация ООО «Сахалинская мехколонна № 68» ей не знакома.

Согласно поступившим по требованию от 03.02.2016 № 16-08/368 из КБ «Долинск» материалам банковского дела в отношении ООО «Ренхо», правом подписи банковских документов и проведения банковских операций владеет ФИО5

Принятые инспекцией меры контроля для допроса ФИО5 остались без результата, в назначенное время по уведомлению от 18.07.2016 № 15-05/20573 свидетель для дачи пояснений в налоговый орган не явился.

Анализ выписки по операциям на счете ООО «Ренхо» показал, что за период с 01.01.2015 по 31.12.2015 отсутствуют расходы за коммунальные услуги (электроэнергия, теплоэнергия, водоснабжение), за аренду офиса, складских помещений и транспортных средств, за предоставление персонала, расходы на выплату заработной платы (получение наличных денежных средств в кассу организации для выплаты заработной платы, перечисление на банковские карты получателей дохода), то есть платежи, подтверждающие фактическую и реальную коммерческую деятельность юридического лица.

Таким образом, ООО «Ренхо», являющееся по утверждениям заявителя его контрагентом, не подтвердило факт финансово-хозяйственных отношений с обществом в рамках представленного договора субподряда № 314 от 26.05.2015. Как правильно отметила инспекция, установленные в отношении ООО «Ренхо» сведения, в том числе, отсутствие основных средств, работников, транспорта и иных производственных активов, а также отсутствие соответствующих расходов по расчетному счету, не позволяют данной организации выполнять строительные работы.

Доказательств обратного, в том числе привлечение исполнителем третьих лиц, материалы дела не содержат.

Кроме того, представленные заявителем документы по взаимоотношениям с ООО «Ренхо» не подтверждают реальность выполнения в период с 01.06.2015 по 30.06.2015 строительно-монтажных и отделочных работ на объекте «Апартаменты со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения: административными, предприятиями торговли, медицины, общественного питания. С подземной автостоянкой. II очередь строительства, дома № 9 и № 11».

Так, согласно условиям договора субподряда № 314 от 26.05.2015 предметом сделки являются названные работы в приведенной формулировке. При этом в силу принятых обязательств заказчик (общество) до начала работ обеспечивает субподрядчика комплектом согласованной проектно-сметной и разрешительной документацией, а также по акту передает необходимые механизмы, материалы и прочие предметы, необходимые для исполнения обязательств. В свою очередь субподрядчик (ООО «Ренхо») обязуется обеспечить выполнение работ в полном соответствии с согласованной и выданной в производство работ проектной документацией и требованиями СНиП. Стоимость работ по договору является фиксированной и определяется сторонами на основании протокола о согласовании стоимости работ за календарный месяц, являющего неотъемлемым приложением к договору. Срок выполнения работ по договору устанавливается в соответствии с календарным планом производства и финансирования работ. Подрядчик (заказчик) обязан письменно уведомить субподрядчика о сроках выполнения работ на соответствующем участке. Приемка выполненных субподрядчиком работ осуществляется после выполнения всех обязательств, предусмотренных договором, и в соответствии с действующим порядком приемки работ на момент подписания акта.

Следовательно, рассматриваемый договор не содержит ни стоимость, ни сроки, ни конкретное описание предполагаемых строительно-монтажных и отделочных работ на объекте «Апартаменты со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения: административными, предприятиями торговли, медицины, общественного питания. С подземной автостоянкой. II очередь строительства, дома № 9 и № 11».

Отсутствует информация об объеме и видах работ также в представленных первичных документах (актах от 30.06.2016 по форме КС-2 о приемке выполненных работ за июнь 2015 года, справках от 30.06.2015 по форме КС-3 о стоимости работ и затрат), в которых указано лишь «строительно-монтажные и отделочные работы», что исключает возможность оценить реальность и характер действий ООО «Ренхо» как субподрядчика, а также проверить их относимость к условиям договора.

Аналогично не раскрыты строительные работы и в счетах-фактурах ООО «Ренхо» от 30.06.2016 №№ 44, 45, помимо указания: СРМ на объекте «Апартаменты со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения: админ, торг, медицины, обществ питания. С подземной автостоянкой. 2 очередь строительства, дом № 9 и № 11, г. Южно-Сахалинск, 13-ый м-н, по акту КС-2, КС-3 от 30.06.2015.

При названных обстоятельствах, ограничившись ссылками на такие документы, общество фактически отстранилось от доказывания реальности хозяйственной операции.

В дополнение суд отмечает, что согласно договору субподряда № 314 заявитель при исполнении его условий обязан был располагать также протоколом согласования стоимости работ за июнь 2015 года (пункт 2.1 договора) и актами о передачи материалов/предметов, необходимых субподрядчику для исполнения своих обязательств (пункт 4.2 договора). Однако такие документы заявителем не представлены как в период налоговой проверки, так и в ходе судебного разбирательства.

В судебном заседании от 22.02.2016 представитель заявителя пояснил, что в материалах дела содержаться копии всех имеющихся в спорной сделке документов.

Наряду с изложенным судом установлено, что полученные в ходе камеральной налоговой проверки пояснения сотрудников общества не восполняют выявленные недостатки в представленных коммерческих документах.

Так, согласно протоколу опроса от 27.06.2016 генеральный директор общества ФИО6 пояснил, что в рамках договора № 314 выполнялись штукатурные работы, работы по обустройству стяжек, вязка арматуры, могли производить земляные работы. Более подробной информацией располагает главный инженер ФИО7 и прораб ФИО8 Сверка объемов выполненных ООО «Ренхо» работ обществом не производилась, поскольку такие работы носили черновой характер и не влияли на несущие конструкции.

На схожий вопрос главный инженер ФИО7 (протокол опроса от 06.07.2016) пояснил, что по договору № 314 выполнялись отделочные работы, а именно: нанесение штукатурки, покраска, точнее сказать не может, поскольку официальные документы с конкретным перечнем и объемом выполненных строительных работ не составлялись. Выполненные работы сверялись с черновыми набросками объемов необходимых работ, после сверки черновики выбрасывались. Данная сверка производилась визуально прорабом ФИО8 Никакие документы по результатам оценки качества не составлялись. ФИО7 также указал, что акт по форме КС-2 и справка по форме КС-3 составлены без расшифровки проведенных работ, так как такие работы проводились не по смете, а по фактической необходимости, оценка в потребности которых и их количестве определялась визуально прорабом на стройке.

Из протокола опроса прораба ФИО8 от 14.07.2016 следует, что ООО «Ренхо» в рамках договора № 314 выполнялись отделочные работы, в частности: штукатурные работы, покрасочные работы, точнее сказать не может, так как на объекте работало более 10 подрядчиков, в том числе около 6 организаций по отделочным работам. Какой конкретно объем работ был выполнен непосредственно ООО «Ренхо», сказать не может, поскольку такой объем был указан в черновых актах, которые после завершения работ были уничтожены в связи с ненадобностью. По окончании работ подписанный черновой акт передавался представителю ООО «Ренхо», имя которого не помнит.

Судом также установлено, что согласно пояснениям указанных сотрудников общества они не знакомы с руководителем ООО «Ренхо», все согласования проходили через некого представителя Александра, полномочия которого не проверялись и контактные данные не известны. В сопроводительном письме от 07.07.2016 № 1019, адресованном налоговому органу, общество в числе прочего сообщило, что доверенность на представителя ООО «Ренхо» Александра не получали.

Оценив объяснения сотрудников общества, в том числе начальника юридического отдела Куц К.В. (протокол опроса от 13.07.2016), суд соглашается с доводами инспекции о том, что налогоплательщик не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента на предмет его добросовестности и надежности как организации, способной выполнить строительные работы, а имеющийся документооборот имеет формальный характер. В частности, главный инженер ФИО7 пояснил, что оценка риска невыполнения работ, условия сделки, деловая репутация не оценивались. Он передал руководителю ФИО6 информацию о том, что существует такая организация как ООО «Ренхо», представитель которой (Александр) предлагает выполнить отделочные работы на объектах общества, после чего ФИО6 было принято решение о заключении договора. Аналогичные пояснения дал начальник юридического отдела Куц К.В. со ссылкой на незначительность сделки и отсутствие предварительной оплаты в адрес ООО «Ренхо».

Более того, по результатам анализа выписки по операциям на расчетном счете ООО «Ренхо» инспекция выявила и материалами дела подтверждается, что поступившие от общества по платежным поручению от 15.07.2015 №№ 4176, 4179 денежные средства в размере 4 964 986 рублей 96 копеек с назначением платежа «оплата по сч 45 от 30.06.15 за вып.работы» и «оплата по сч 44 от 30.06.15 за вып.работы» через день в сумме 4 915 828 рублей 67 копеек были переведены по платежным поручениям от 17.07.2015 №№ 126, 127 на расчетный счет ООО «СОФИ» за выполненные строительно-монтажные работы. В последующем в течение дня (17.07.2015) данные денежные средства были списаны следующим образом:

- 4 000 000 рублей списаны путем перевода на пластиковую карту руководителя ООО «СОФИ» – Цай Хун;

- остальная сумма в составе 2 000 000 рублей были выданы через Отделение № 8567 Сбербанка России с назначением платежа «хоз расходы».

Согласно сведениям федеральной базы информационного ресурса ООО «СОФИ» (ИНН <***>) зарегистрировано 16 августа 2012 года по адресу: <...>, основной вид экономической деятельности – физкультурно-оздоровительная деятельность, учредителем и руководителем организации значится Цай Хун (иностранный гражданин). По учетным данным налогового органа за ООО «СОФИ» не зарегистрированы объекты недвижимости и транспортные средства, численность сотрудников согласно сведениям о среднесписочной численности работников по состоянию на 01.01.2015 составляла 3 человека.

Инспекция также выявила, что за 2015 год данной организацией представлены сведения по форме 2-НДФЛ в отношении 13 человек, согласно которым доход физическим лицам выплачивался за месяцы с июля по декабрь 2015 года, тогда как спорные строительные работы по имеющимся в деле документам выполнялись в июне 2015 года.

В дополнение инспекция отметила, что за период с 01.01.2015 по 31.12.2015 на расчетному счете ООО «СОФИ» отсутствуют операции, связанные с расходами за коммунальные услуги, за аренду офиса, складских помещений и транспортных средств. Движение денежных средств фактически носит транзитный характер, то есть после зачисления на расчетный счет денежные средства в течение непродолжительного промежутка времени перечисляются на пластиковую карту руководителя либо снимаются со ссылкой на хозяйственные расходы.

С учетом изложенного инспекция обосновано пришла к выводу, что ООО «СОФИ» не могло быть субподрядчиком в отношениях между обществом и «Ренхо».

Доказательств обратного материалы дела не содержат и обществом не представлено.

Таким образом, суд считает, что представленные обществом документы в обоснование налогового вычета подписаны не уполномоченным лицом от имени ООО «Ренхо» и не подтверждают реальные хозяйственные отношения с данной организацией в рамках договора субподряда № 314 от 26.05.2015 по выполнению строительно-монтажных и отделочных работ на объекте «Апартаменты со встроено-пристроенными помещениями общественного назначения: административными, предприятиями торговли, медицины, общественного питания. С подземной автостоянкой. II очередь строительства, дома № 9 и № 11».

Основываясь лишь на наличии гражданско-правового договора и бухгалтерских документов (счетов-фактур, актов по форме КС-2, справок по форме КС-3), оформление которых не подтверждено контрагентом, общество в опровержение доводов инспекции не представило доказательства действительных хозяйственных отношений именно с таким юридическим лицом через уполномоченного представителя.

Доказательств одобрения ООО «Ренхо» в порядке статьи 183 Гражданского кодекса РФ спорной сделки материалы дела не содержат, учитывая при этом, что данная организация по сведения ЕГРЮЛ является действующим юридическим лицом.

Действуя на свой риск при заключении и исполнении договорных обязательств, заявитель должен учитывать наступление неблагоприятных последствий в случае неисполнения его контрагентом налогового законодательства, в частности, специальных требований к заполнению подлежащей учету документации и наличию в ней полных, достоверных сведений, позволяющих надлежаще оценить соответствующую хозяйственную операцию.

Анализ имеющихся в деле документов позволяет суду сделать вывод, что рассматриваемый контрагент (ООО «Ренхо») не вступал в какие-либо гражданско-правовые отношения, влекущие законные налоговые последствия, не осуществлял реальную предпринимательскую деятельность, следовательно, документы, оформленные от его имени, содержат недостоверные сведения и не могут являться оправдательными документами для подтверждения заявленных вычетов по НДС.

Проявляя должную осмотрительность при заключении сделок, субъектами предпринимательской деятельности в силу делового оборота должны оцениваться не только условия сделки и коммерческая привлекательность, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагентов необходимых ресурсов (производственных мощностей, квалифицированного персонала, транспортных средств, складских помещений) и соответствующего опыта при реализации товаров (работ, услуг).

Однако данные обстоятельства оставлены без внимания со стороны заявителя. Доказательств того, что обществом были осуществлены действия по проверке реальности существования выбранной организации как субъекта предпринимательской деятельности, деловая репутация, платежеспособность, а также наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта при выполнении конкретных работ (оказания услуг), не представлено.

Напротив, имеющиеся в материалах настоящего дела документы подтверждают выводы инспекции о формальном характере спорных финансово-хозяйственных правоотношений, а совокупность проведенных в отношении контрагента общества мероприятий налогового контроля указывает на наличие признаков «фирмы-однодневки».

Как правильно отметила инспекция, сведения из ЕГРЮЛ доказывают только наличие юридического лица в системе государственной регистрации. Данная информация не характеризует организацию как реально действующее юридическое лицо.

Поскольку общество не подтвердило реальность хозяйственных отношений, то ссылка заявителя на наличие факта перечисления обществом денежных средств на расчетный счет ООО «Ренхо» не имеет правового значения.

Таким образом, оценив в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства во взаимосвязи и совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, суд приходит к выводу, что сделка между обществом и ООО «Ренхо» не имеет деловой цели на получение прибыли, а фактически направлены на создание схемы для незаконного применения вычета по НДС.

Исключение из состава налоговых вычетов за проверяемый период 191 403 рублей фактически повлекло установление реальной налоговой обязанности общества.

Доказательств обратного заявителем не представлено.

Как указывалось выше, представление налогоплательщиком всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53).

В пункте 11 данного Постановления также разъяснено, что признание судом налоговой выгоды необоснованной, полученной вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Учитывая изложенное, суд поддерживает вывод инспекции о том, что обществом не подтверждено право на налоговый вычет по НДС в сумме 757 371 рубля за II квартал 2015 года.

Поскольку положениями пункта 1 статьи 169 и пункта 1 статьи 172 НК РФ установлены специальные правила приобретения налогоплательщиком права на налоговый вычет, то расчетный метод определения такого вычета на основании подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ не применим (пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации»).

При таких обстоятельствах инспекция правомерно по результатам камеральной налоговой проверки доначислила к уплате заявителю 757 371 рубль НДС и соответствующие данной сумме пени на основании статьи 75 НК РФ в размере 54 552 рублей 42 копеек.

Проверив в судебном заседании расчеты оспариваемых сумм налога и пеней, суд находит их правильными, что не оспаривается обществом.

Кроме того, в силу установленных и документально подтвержденных нарушений налогового законодательства по НДС инспекция также правомерно привлекла общество к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 151 474 рублей 20 копеек.

Из положений пункта 1 статьи 21 и пункта 1 статьи 23 НК РФ в их взаимосвязи следует, что налогоплательщик должен не только знать о существовании обязанностей, вытекающих из налогового законодательства, но и обеспечить их выполнение, то есть использовать все необходимые меры для недопущения события противоправного деяния при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него в целях надлежащего исполнения своих обязанностей и требований закона.

Суд не установил объективных причин, препятствующих обществу соблюсти правила, за нарушение которых НК РФ предусмотрена налоговая ответственность.

Отсутствуют в материалах дела и доказательства принятия заявителем каких-либо мер, направленных на надлежащее исполнение своих обязанностей как налогоплательщика.

Таким образом, противоправные действия общества носят виновный характер.

Поскольку в силу установленных фактических обстоятельств такие противоправные действия налогоплательщика были направлены именно на получение необоснованной налоговой выгоды, то оснований для снижения налоговой санкции в порядке статей 112, 114 НК РФ суд усматривает.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения инспекцией материалов налоговой проверки, повлиявших на правильность принятия решения о привлечении к налоговой ответственности, судом не установлено.

В действительности выводы инспекции по результатам проведенного налогового контроля основаны на всестороннем, полном и объективном выяснении фактических обстоятельств, в том числе с учетом возражений налогоплательщика по спорному эпизоду, оценка которых осуществлена в совокупности с имеющимися доказательствами.

Тот факт, что отраженная в оспариваемом решении оценка доводов налогоплательщика не удовлетворила заявителя, не может свидетельствовать о нарушении инспекций процессуальных требований.

Имеющиеся в материалах дела доказательства суд находит допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными для признания общества нарушившим налоговое законодательство.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт государственного органа не соответствует закону и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, суд принимает решение о признании данного акта недействительным.

При таких обстоятельствах суд отказывает обществу в удовлетворении заявленного требования в полном объеме.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы возлагаются на стороны пропорционально удовлетворенной части иска.

Принимая во внимание результаты рассмотрения настоящего дела, суд в силу данной нормы относит судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 3 000 рублей на общество.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176 и 201 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «Сахалинская механизированная колонна № 68» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Сахалинской области о признании недействительным решения № 15-06/38530 от 29.09.2016 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного по результатам камеральной налоговой проверки, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение месяца со дня его принятия.

Судья С.А. Киселев