Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Карпеля В.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Максютовой Д.Р., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление

комитета по управлению муниципальным имуществом города Ставрополя, г. Ставрополь, ОГРН <***>,

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Ставрополь, ОГРН <***>,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, г. Ставрополь, общество с ограниченной ответственностью «ЮниФрут», г. Ставрополь, ОГРН <***>, ФИО3, г. Ставрополь, ФИО4, г. Ставрополь, открытое акционерное общество «Плодоовощ», г. Ставрополь, ОГРН <***>,

о взыскании неосновательного обогащения,

при участии в судебном заседании представителя КУМИ ФИО5 по доверенности от 26.06.2015 № 31, представителя ФИО4 ФИО6 по доверенности от 27.08.2013, в отсутствие представителей ФИО1, ФИО2, ФИО7, ООО «ЮниФрут», ОАО «Плодоовощ», надлежащим образом извещенных,

УСТАНОВИЛ:

комитет по управлению муниципальным имуществом города Ставрополя (далее – комитет, КУМИ) обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ФИО1, предприниматель) о взыскании задолженности за период с 24.06.2011 по 31.12.2014 в размере 5 471 415,94 рубля.

В обоснование иска комитет ссылался на наличие у ответчика неосновательного обогащения за фактическое пользование земельным участком под объектами недвижимости, принадлежащими предпринимателю на праве собственности.

В судебном заседании представитель КУМИ просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. В отзыве на исковое заявление предприниматель полагал требования комитета необоснованными и не подлежащими удовлетворению, ссылался на то, что с момента приобретения спорного имущества земельный участок не был предоставлен ему на каком-либо праве, доказательств использования ответчиком земельным участком не имеется, в настоящее время участок снят с кадастрового учета, перестал быть объектом права, не имеет границ, площади, в отношении него нет сведений о кадастровой стоимости. В дополнении к отзыву представитель ФИО1 указал, что асфальтовая площадка не обладает признаками объекта недвижимости, а является частью земельного участка. Кроме того, ответчик заявлял о пропуске комитетом срока исковой давности.

На основании заявления ФИО4 о вступлении в дело в качестве третьего лица, мотивированное тем, что ответчик, используя земельный участок, препятствует проезду ФИО4 к принадлежащему ей на праве собственности объекту недвижимости, расположенному в <...>, суд допустил ее к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

ФИО4 согласно отзыву на исковое заявление и ее представитель в судебных заседаниях просили иск удовлетворить в полном объеме, указав, что в связи с регистрацией права собственности на объекты недвижимости у предпринимателя возникло право вносить плату за пользование земельным участком.

Также суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, ООО «ЮниФрут», ФИО7 и ОАО «Плодоовощ», которые письменных пояснений на исковое заявление не направили, представители названных лиц в судебное заседание не явились.

Заслушав пояснения представителей комитета и ФИО4, изучив материалы дела, суд пришел к выводу, что требования истца не подлежат удовлетворению.

Судом установлено, что на основании постановления администрации города Ставрополя от 08.08.2011 № 2215 между комитетом и ФИО2 заключен договор аренды земельного участка от 30.01.2012 № 20 (далее – договор аренды).

Предметом договора аренды является земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 26:12:020501:361, площадью 11 333 кв.м, расположенный по адресу: <...> в квартале 373, для продолжения строительства торговых, складских и офисных помещений (пункт 1.1 договора аренды). Названный земельный участок образован в результате раздела земельного участка, расположенного по переулку Буйнакского, 41, в квартале 373, площадью 11 482 кв.м, с кадастровым номером 26:12:020501:136 на два земельных участка: с кадастровым номером 26:12:020501:360, площадью 149 кв.м и спорный участок, о чем указано в постановлении администрации города Ставрополя от 18.06.2010 № 1646.

На момент заключения договора аренды на земельном участке располагался незавершенный строительством объект (пункт 1.2 договора аренды).

Срок аренды земельного участка установлен на 3 года, с 08.08.2011 по 07.08.2014.

Договор аренды в установленном законом порядке не зарегистрирован по причине отказа в проведении государственной регистрации в связи с тем, что земельный участок с кадастровым номером 26:12:020501:361 аннулирован и исключен из Государственного кадастра недвижимости, о чем указано в сообщении об отказе от 16.02.2012.

На основании договоров продажи нежилого недвижимого имущества от 01.06.2011, заключенных между ФИО2 и ФИО1, предприниматель приобрел следующие объекты, расположенные в пределах земельного участка с кадастровым номером 26:12:020501:361, по адресу: <...>: наружные сети бытовой канализации, протяженностью 381,8 п.м, наружные сети ливневой канализации, протяженностью 414,9 п.м, наружные сети водоснабжения, протяженностью 56,4 п.м, асфальтовое покрытие, площадью 7770,1 кв.м, теплотрассу, протяженностью 66,8 п.м, ограждение Лит. 1-8, в состав которого входят: № 1 – забор, № 2 – калитка, № 3 –забор, № 4 – ворота, № 5 – забор, № 6 – забор, № 7 – забор, № 8 – ворота, протяженностью 238,59 п.м.

Право собственности на перечисленные объекты перешло ФИО1 24.06.2011, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права 26-АЗ 441336, 26-АЗ 441334, 26-АЗ 441338, 26-АЗ 441333, 26-АЗ 441335, 26-АЗ 441337.

С момента государственной регистрации права собственности на перечисленное имущество ответчик не приобрел спорный земельный участок ни в собственность, ни в аренду.

Считая, что отсутствие арендной сделки не освобождает предпринимателя от обязанности возместить стоимость фактического пользования земельным участком, комитет обратился в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности.

В пункте 7 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) установлен принцип платности использования земли, согласно которому любое использование земли осуществляется за плату, за исключением случаев, установленных федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

В соответствии со статьей 65 ЗК РФ формами платы за пользование земли является земельный налог и арендная плата.

Отсутствие договора аренды не исключает обязанности ответчика возместить неосновательное обогащение (в данном случае - в виде арендной платы). Такое обязательство возникает из положений статьи 1102 ГК РФ, на основании которой лицо, пользовавшееся чужим имуществом без установленных правовых оснований, обязано возместить владельцу этого имущества сбереженное имущество (плату).

Положениями пункта 8 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» предусмотрено, что в предмет доказывания истца по таким делам должны входить следующие обстоятельства: 1) факт получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; 2) факт пользования ответчиком этим имуществом; 3) размер доходов, полученных в результате использования имущества, то есть факт наличия имущественной выгоды на стороне ответчика; 4) период пользования суммой неосновательного обогащения.

Применение норм о неосновательном обогащении возможно только в случае установления судом указанной совокупности обстоятельств.

По смыслу изложенного комитет, обращаясь с требованием о возмещении неосновательного обогащения, обязан доказать факт пользования предпринимателем земельным участком, период такого пользования, размер неосновательного обогащения.

Возникновение на стороне ответчика неосновательного обогащения в виде сбереженной платы за фактическое пользование земельным участком истец обосновывает наличием зарегистрированного права собственности на имущество, принадлежащее ответчику. По мнению комитета, являясь владельцем объектов, в силу принципа единства земельного участка и объекта, прочно с ним связанного (подпункт 5 пункта 1 статьи 1 ЗК РФ), предприниматель приобрел право использования земельного участка, на котором они размещены, следовательно, у него возникла обязанность оплачивать такое использование земельного участка.

От правильной квалификации имущества, с принадлежностью которого комитет связал факт использования предпринимателем земельного участка, зависит то, какие правоотношения возникли между сторонами и, следовательно, какие нормы законодательства должны применяться к этим отношениям при разрешении возникшего между ними спора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 552 ГК РФ, пунктом 1 статьи 35 ЗК РФ к покупателю здания, сооружения или другой недвижимости одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость переходят также и права на земельный участок, занятый этой недвижимостью и необходимый для ее использования, на тех же условиях и в том же объеме, которые были у прежнего их собственника.

При этом, согласно пункту 1 статьи 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

В силу названной нормы понятие объекта недвижимости является правовой категорией, определяемой совокупностью признаков и позволяющей считать имущество объектом гражданских прав, в отношении которого самостоятельно может быть поставлен вопрос о праве.

Согласно пункту 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации к объектам капитального строительства относятся здания, строения, сооружения, объекты, строительство которых не завершено, за исключением временных построек, киосков, навесов и других подобных построек.

По смыслу указанных положений объект недвижимого имущества, тесно связанный с землей, должен соответствовать следующим критериям: обладать полезными свойствами, которые могут быть использованы независимо от земельного участка и от других находящихся на общем земельном участке зданий, сооружений, иных объектов недвижимого имущества в предпринимательской или иной экономической деятельности собственника такого имущественного комплекса; перемещение объекта без несоразмерного ущерба его назначению невозможно.

Имущество, обладающее таким признаком, как физическая связь с землей, может быть признано недвижимостью лишь в том в случае, если оно создано как объект недвижимости в установленном законом и иными правовыми актами порядке, с получением необходимых разрешений и соблюдением градостроительных норм и правил на земельном участке, предоставленном именно под строительство объекта недвижимости. Более того, помимо неразрывной связи с землей объект недвижимости должен иметь самостоятельное функциональное назначение.

Признание объекта недвижимым в качестве объекта гражданских прав невозможно на том лишь основании, что он прочно связан с землей и на него оформлен технический паспорт.

Проведение в отношении сооружений технического и кадастрового учета является следствием, а не причиной распространения на конкретный объект правового режима недвижимого имущества, и осуществление в отношении него технического учета не может служить основанием автоматического признания его объектом недвижимости.

С учетом изложенного, исходя из правового анализа статьи 130 ГК РФ, для признания наружных сетей бытовой канализации, наружных сетей ливневой канализации, наружных сетей водоснабжения, теплотрассы, заборов, калитки, ворот и асфальтового покрытия недвижимым имуществом как объекта гражданских прав необходимо подтверждение того, что данные объекты были созданы именно, как недвижимость в установленном законом и иными правовыми актами порядке, с получением необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил.

В материалах дела отсутствуют доказательства создания объектов, принадлежащих в настоящее время ФИО1, изначально как недвижимого имущества, с получением всей необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил и их введения в эксплуатацию как объектов недвижимости.

В апелляционном определении от 17.07.2015 по делу № 33-5434/15 судебной коллегией по гражданским делам Ставропольского краевого суда установлено, что комитетом градостроительства администрации города Ставрополя разрешение на строительство и ввод в эксплуатацию, как асфальтового покрытия общей площадью 7770,1 кв.м, так и наружных сетей бытовой канализации, наружных сетей ливневой канализации, наружных сетей водоснабжения и теплотрассы не выдавалось.

Из пояснений представителей участвующих в деле лиц и имеющихся документов следует, что расположенные на спорном участке коммуникации и покрытие подъездных путей асфальтом, созданные в 1986 году, обеспечивали нормальную эксплуатацию комплекса - Фруктохранилища, расположенного, по пер. Буйнакского 3 г. Ставрополя и самостоятельными полезными свойствами не обладали.

Критерием отнесения к объектам недвижимости тех объектов, которые представляют собой покрытие земельного участка, является возможность их самостоятельного хозяйственного использования. При этом возможность самостоятельного использования части земельного участка, содержащего искусственное покрытие, должна обеспечиваться именно за счет создания такого покрытия.

Покрытие (замощение) из бетона, асфальта, щебня и других твердых материалов, используемое для подъезда (проезда, стоянки транспорта), обеспечивает чистую, ровную и твердую поверхность, но не обладает самостоятельными полезными свойствами, а лишь улучшает (дополняет) полезные свойства земельного участка, на котором оно находится, представляет собой неотъемлемую составную часть этого участка.

Асфальтовое покрытие обычно используется совместно со зданиями, строениями или сооружениями, дополняет их полезные свойства при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности собственника зданий и сооружений. При этом твердое покрытие (площадка) имеет вспомогательное, а не основное значение по отношению к остальному недвижимому имуществу, входящему в такой имущественный комплекс.

В отличие от зданий, строений и сооружений твердое покрытие не имеет конструктивных элементов, которые могут быть разрушены при перемещении объекта. Материалы, из которых изготовлено покрытие (асфальт, щебень), при их переносе не теряют качества, необходимые для их дальнейшего использования.

Заборы и иные ограждения также не относятся к объектам недвижимости и, как правило, выполняют функцию по разграничению земельных участков и располагаются на границе смежных земельных участков, то есть не могут использоваться самостоятельно, они связаны с обеспечением использования земельного участка. Назначение такого объекта - обозначение границ и ограничение доступа на земельный участок, устройство для защиты или предупреждения проникновения (пункт 2 статья 262 ГК РФ).

При этом временные ограждения, которые не связаны прочно с землей, согласно этому подходу относятся к движимому имуществу, а стационарные ограждения, имеющие заглубленный фундамент, не могут рассматриваться в качестве самостоятельного объекта гражданских прав, поскольку являются составной частью земельного участка, на котором они расположены (Постановление Президиума ВАС РФ от 17.01.2012 № 4777/08).

Из материалов дела следует, что спорные асфальтированное замощение и ограждение представляют собой территорию, расположенную в границах земельного участка по адресу: <...>, и созданы в целях размещения капитальных и некапитальных объектов.

Помимо изложенного, не является бесспорным доказательством отнесения имущества к недвижимости и факт государственной регистрации права собственности на эти объекты.

В соответствии с выпиской из ЕГРП от 15.09.2015 № 26/001/018/2015-096 на момент рассмотрения спора в арбитражном суде по адресу: <...>, расположены следующие объекты: наружные сети бытовой канализации, протяженностью 381,8 п.м, наружные сети ливневой канализации, протяженностью 414,9 п.м, наружные сети водоснабжения, протяженностью 56,4 п.м, теплотрасса, протяженностью 66,8 п.м, асфальтовое покрытие, площадью 7770,1 кв.м, ограждение (№ 1 – забор, № 2 – калитка, № 3 –забор, № 4 – ворота, № 5 – забор, № 6 – забор, № 7 – забор, № 8 – ворота), протяженностью 238,59 п.м, принадлежащие ФИО1; складское нежилое помещение, площадью 1296,8 кв.м, принадлежащее ФИО3; складские нежилые помещения, площадью 63,1 кв.м и площадью 2380,4 кв.м, складские производственные помещения, площадью 316,1 кв.м и площадью 480,2 кв.м, правообладателем которых указано ООО «Юнифрут».

Представленные истцом акт обследования земельного участка от 08.05.2015 и приложенные к нему фототаблицы подтверждают наличие на спорном участке подъездных путей к торгово-складским помещениям, а также размещение капитальных и нестационарных объектов по реализации плодовоощной продукции, однако, не свидетельствуют об использовании спорного земельного участка именно ответчиком. В акте указано лишь о принадлежности асфальтового покрытия ФИО1

Факт государственной регистрации права собственности на объект однозначно не свидетельствует ни о законности его возведения, ни об относимости к недвижимому имуществу.

Наличие государственной регистрации прав на самовольно возведенные объекты или объекты, не являющиеся недвижимыми, не препятствует суду квалифицировать их соответствующим образом (пункты 23, 52 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Сам по себе факт государственной регистрации права на объекты, не являющиеся недвижимыми вещами, ущемляет интересы собственника земельного участка, и потому суд вправе дать этим объектам иную квалификацию и не применять к отношениям сторон правила о недвижимых вещах. Соответствующая правовая позиция сформулирована Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 24.01.2012 № 12576/11, от 04.09.2012 № 3809/12, от 28.05.2013 № 17085/12.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу, что указанные истцом обстоятельства не позволяют сделать вывода о доказанности факта использования ответчиком имущества истца без установленных законом оснований в определенный период времени. Имеющиеся в деле документы не могут свидетельствовать о нарушении ответчиком прав и законных интересов истца как собственника земельного участка.

С учетом изложенного, правовых оснований для удовлетворения иска о взыскании неосновательного обогащения у суда не имеется.

В связи с тем, что решение вынесено в пользу ответчика, расходы по государственной пошлине относятся на истца. При этом судом учтено, что истец от уплаты государственной пошлины освобожден.

Руководствуясь статьями 167, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в иске отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья В.Л. Карпель