Гражданский кодекс часть 1

о признании недействительными договоров, заключенных между ООО «Росагро» и ООО «Агроконцерн»: купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, временного управляющего ООО «Агроконцерн» ФИО4, г. Санкт-Петербург, общество с ограниченной ответственностью «Андромакс», г. Новоалександровск, общество с ограниченной ответственностью «Агро-Юг-Зерно», г. Новоалександровск, общество с ограниченной ответственностью «Адамант», г. Новоалександровск, ИП главу КФХ ФИО5, г. Ипатово

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО6 по доверенности № 19 от 02.12.2019,

в отсутствие иных лиц,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Агроконцерн», г. Новоалександровск обратилось к ФИО1, г. Ставрополь, ФИО2, г. Новоалександровск, ФИО3, г. Ставрополь с иском о признании недействительными договоров, заключенных между ООО «Росагро» и ООО «Агроконцерн»: купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены временный управляющий ООО «Агроконцерн» ФИО4, г. Санкт-Петербург, общество с ограниченной ответственностью «Андромакс», г. Новоалександровск, общество с ограниченной ответственностью «Агро-Юг-Зерно», г. Новоалександровск, общество с ограниченной ответственностью «Адамант», г. Новоалександровск, ИП глава КФХ ФИО5, г. Ипатово.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что договоры купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013 должны быть признаны судом недействительными, поскольку имеют признаки мнимой сделки. На момент заключения указанных договоров у ООО «Агроконцерн» отсутствовала экономическая необходимость в приобретении товара, а договоры были заключены от имени ООО «Росагро» генеральным директором ФИО2 и от имени ООО «Агроконцерн» директором ФИО2 без намерения передать в собственность ООО «Агроконцерн» продукцию, являющуюся предметом указанных договоров.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, истребованные документы не представили, о причинах неявки суду не сообщили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Ранее ответчик ФИО1 направил в суд отзыв на иск, в котором просил отказать в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на недоказанность истцом мнимости сделок. Ответчик считает, что оспариваемые сделки осуществлялись в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Ответчик ФИО2 направил в суд отзыв на иск, также ссылаясь на недоказанность истцом мнимости сделок, и представил в материалы дела документы, свидетельствующие, по его мнению, о реальности сделок. Так, ответчик ссылается на то, что приобретенная ООО «Агроконцерн» по договорам купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013 пшеница была реализована ООО «Андромакс», приобретенные ООО «Агроконцерн» по договору купли-продажи № 4р/2013 от 08.07.2013 химикаты были реализованы ИП ФИО5, приобретенное ООО «Агроконцерн» по договору купли-продажи № 5р/2013 от 01.04.2013 дизельное топливо было реализовано ООО «Адамант», приобретенная ООО «Агроконцерн» по договору купли-продажи № 6р/2013 от 02.04.2013 пшеница была реализована ООО «Агро-Юг-Зерно».

ФИО3 в отзыве также просит отказать в удовлетворении заявленных требований.

Третье лицо - временный управляющий ООО «Агроконцерн» ФИО4 просил удовлетворить исковые требования, поддерживая доводы истца, и представил пояснения, в которых указал, что документы, предоставленные в материалы дела ФИО2, являются разрозненной и отрывочной информацией, при этом сведения о бухгалтерском учете и отчетности в соответствии с требованиями статей 5, 11, 13, 14, 19 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», которые в своей совокупности реально могут подтвердить кредиторскую задолженность ООО «Агроконцерн» перед ответчиками по спорным договорам, представлены не были. В связи с изложенным временный управляющий считает, что документы о кредиторской задолженности ООО «Агроконцерн» перед ООО «Росагро» и ФИО2 были сфальсифицированы ответчиком с целью создания искусственной кредиторской задолженности и не должны приниматься судом во внимание.

Истец направил в суд пояснения, согласно которым считает представленные ФИО2 документы недопустимыми доказательствами по делу.

Третьи лица - ООО «Андромакс», ООО «Агро-Юг-Зерно», ООО «Адамант», ИП глава КФХ ФИО5 истребованные судом пояснения не представили.

Изучив материалы дела, выслушав доводы представителя истца, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В производстве Арбитражного суда Ставропольского края находится дело №А63-103/2018 о признании ООО «Агроконцерн» несостоятельным (банкротом). Определением от 17.07.2018 (резолютивная часть определения объявлена 10.07.2018) в отношении ООО «Агроконцерн» была введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7 Определением от 17.04.2019 (резолютивная часть определения объявлена 15.04.2019) утверждено мировое соглашение, заключенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Агроконцерн» на основании решения собрания кредиторов от 19.02.2019, оформленного протоколом от 19.02.2019, производство по делу прекращено.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.07.2019 определение Арбитражного суда Ставропольского края от 17.04.2019 по делу № А63-103/2018 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края. Определением от 12.08.2019 производство по делу № А63-103/2018 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Агроконцерн» возобновлено, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим назначен ФИО4

В ходе рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) истцу стало известно о том, что бывший директор ООО «Агроконцерн», являющийся одновременно участником общества с долей участия 30,22% в уставном капитале общества, совершил от имени общества ряд сделок, не отраженных в бухгалтерской отчетности общества.

Так ООО «Агроконцерн» - покупатель заключило с ООО «Росагро» - продавцом: договор купли-продажи № 1р/2013 от 19 февраля 2013 года на покупку 416,670 тонн пшеницы 4 класса стоимостью 4 458 369 руб.; договор купли-продажи № 2р/2013 от 10 апреля 2013 года на покупку 334,930 тонн пшеницы 4 класса стоимостью 3 165 088,50 руб.; договор купли-продажи № 4р/2013 от 8 июля 2013 года на покупку химических препаратов стоимостью 362 485 руб.; договор купли-продажи № 5р/2013 от 01 апреля 2013 года на покупку дизельного топлива в количестве 24 830 л. стоимостью 620 750 руб.; договор купли-продажи № 6р/2013 от 02 апреля 2013 года на покупку 137,400 тонн пшеницы 4 класса стоимостью 824 400 руб.

Как указывает истец, при заключении всех оспариваемых договоров от имени продавца ООО «Росагро» выступал генеральный директор ООО «Росагро» ФИО2, от имени покупателя ООО «Агроконцерн» выступал директор ООО «Агроконцерн» ФИО2.

В соответствии с пунктом 9.1 Устава ООО «Агроконцерн» указанные договоры являлись для общества сделками с заинтересованностью.

В соответствии с пунктом 9.3 Устава ООО «Агроконцерн» сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников Общества.

Однако вопрос об одобрении сделок с заинтересованностью на рассмотрение внеочередных общих собраний участников ООО «Агроконцерн» ФИО2 не выносился, протоколов собраний участников ООО «Агроконцерн» об одобрении указанных сделок не имеется.

Более того, по мнению истца, документы умышленно скрывались от участников ООО «Агроконцерн», директора ООО «Агроконцерн» ФИО8, не были предоставлены временному управляющему общества и незаконно удерживаются бывшим директором ООО «Агроконцерн» ФИО9, который не исполнил судебное решение Арбитражного суда Ставропольского края и не передал документацию общества. Информация о существовании кредиторской задолженности ООО «Агроконцерн» перед ООО «Росагро» не вносилась в финансовую и бухгалтерскую документацию общества.

О существовании данных сделок, оформленных договорами купли-продажи товара, истцу стало известно после получения заочных решений Новоалександровского районного суда о взыскании с истца в пользу ФИО1 задолженности по договорам уступки прав требования к ООО «Агроконцерн».

18 ноября 2019 года представителем ООО «Агроконцерн» была получена копия заочного решения Новоалександровского районного суда Ставропольского края по иску ФИО1 к ООО «Агроконцерн» о взыскании задолженности по договору уступки права требования.

Из указанного решения было установлено, что права требования ООО «Русагро» к ООО «Агроконцерн», вытекающие из договоров купли-продажи № 1р/2013 от 19 февраля 2013 года, № 2р/2013 от 10 апреля 2013 года, № 4р/2013 от 8 июля 2013 года, № 5р/2013 от 01 апреля 2013 года, № 6р/2013 от 02 апреля 2013 года, на основании договоров уступки права требования № 2 от 04.03.2013 и № 3 от 10.09.2013 были переданы ФИО2 Затем ФИО2 по договорам от 14.05.2019 уступил эти права требования ФИО1, который и обратился в Новоалександровский районный суд с иском о взыскании с ООО «Агроконцерн» задолженности.

В настоящее время заочные решения Новоалександровского районного суда Ставропольского края отменены.

Истец указывает, что на момент заключения договоров у общества отсутствовала экономическая необходимость и целесообразность в покупке такого количества пшеницы, химических препаратов, дизельного топлива, так как общество не занималось куплей-продажей пшеницы в качестве предпринимательской деятельности; не имело в собственности или на ином законном праве складских или производственных помещений, а также земельных участков, на которых могло быть размещено такое количество товара единовременно; не владело на праве собственности грузовым автотранспортом, на котором можно было бы вывезти такое количество груза. Передача товара подтверждается только товарными накладными, товарно-транспортные накладные отсутствуют; общество не располагало штатом работников, которые могли бы произвести приемку, погрузку и выгрузку такого количества товара, также ООО «Агроконцерн» не располагает документами, которые бы позволили проследить дальнейшую юридическую и фактическую судьбу приобретенных товаров, доходы от продажи не были задекларированы в органах федеральной налоговой службы, общество не платило налоги от проданного товара.

Также не существует никаких доказательств того, что продавец по договору обладал реальной возможностью осуществить отгрузку якобы проданного товара, что у ООО «Росагро» данный товар имелся в собственности, что ООО «Росагро» обладало производственными и иными мощностями, позволяющими осуществлять такую экономическую деятельность.

27.01.2015 деятельность ООО «Русагро» была прекращена путем реорганизации в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «АЛНАИР», г. Москва, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за ГРН 2157746471397. Правоспособность ООО «АЛНАИР» (ОГРН <***>) прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1. Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (запись в ЕГРЮЛ за ГРН 8167750079181 от 28.12.2016).

На основании данных обстоятельств истец делает вывод о том, что фактически товар не передавался ООО «Агроконцерн», а договоры были заключены ФИО2 без намерения передать товар в собственность общества, что свидетельствует о мнимости договоров.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Часть 1 статьи 170 ГК РФ устанавливает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Суд исследовал состав участвующих в деле лиц и установил, что поскольку оспариваемые договоры были заключены между ООО «Росагро» и ООО «Агроконцерн», ответчиком по настоящему иску должно выступать ООО «Росагро».

Однако, как следует из информации Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Росагро» (ИНН <***>) 27 января 2015 года прекратило свою деятельность в связи с реорганизацией в форме присоединения к ООО «Алнаир» ОГРН <***> ИНН <***>.

ООО «Алнаир» (ИНН <***>) по данным ЕГРЮЛ прекратило деятельность 28 декабря 2016 года, причина прекращения деятельности: в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ.

Однако до прекращения своей деятельности ООО «Росагро» заключило с ФИО2 два договора уступки права требования: договор уступки права требования № 2 от 04 марта 2013 года, договор уступки права требования № 3 от 10 сентября 2013 года.

В соответствии с договорами уступки требования права требования ООО «Росагро» к ООО «Агроконцерн» по договорам купли-продажи № 1р/2013 от 19 февраля 2013 года; купли-продажи № 2р/2013 от 10 апреля 2013 года; купли-продажи № 4р/2013 от 8 июля 2013 года; купли-продажи № 5р/2013 от 01 апреля 2013 года; купли-продажи № 6/р/2013 от 02 апреля 2913 года перешли к ФИО2 в полном объеме и на тех условиях, которые существуют к моменту перехода права требования (пункты 1.1 и 1.3 договоров уступки права требования, заключенных между ООО «Росагро» и ФИО2).

ФИО2, в свою очередь, уступил право требования к ООО «Агроконцерн» гражданину РФ ФИО1 на основании двух договоров уступки права требования: договор уступки права требования от 14 мая 2019 года, которым уступается право требования к ООО «Агроконцерн», возникшее на основании договора купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013; договор уступки права требования от 14 мая 2019 года, которым уступаются права требования к ООО «Агроконцерн», возникшие на основании договора купли-продажи № 2р/2013 от 10 апреля 2013 года; договора купли-продажи № 4р/2013 от 8 июля 2013 года; договора купли-продажи № 5р/2013 от 01 апреля 2013 года; договора купли-продажи № 6/р/2013 от 02 апреля 2013 года.

К новому кредитору ФИО1 перешли в полном объеме права, принадлежащие предыдущим кредиторам, в том числе права, обеспечивающие обязательства и иные права, предусмотренные и связанные со всеми ранее заключенными договорами.

17.12.2019 гр. ФИО1 по соглашениям № 1 и № 2 уступил гр. ФИО3 права требования к ООО «Агроконцерн», вытекающие из договоров купли-продажи с ООО «Русагро» № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013.

Переход прав кредитора к другому лицу по смыслу главы 24 ГК РФ является переменой лиц в обязательстве.

При таких обстоятельствах, с учетом утраты правоспособности ООО «Росагро» и привлечения к участию в деле в качестве ответчиков всех последующих кредиторов по договорам уступки права требований препятствия к рассмотрению спора по существу отсутствуют.

Судом также исследован вопрос о наличии компетенции в рассмотрении спора, принимая во внимание тот факт, что ответчики по делу ФИО2 и ФИО3, не являются предпринимателями.

В соответствии с п. 6 статьи 27 АПК РФ независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возникли спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане, арбитражные суды рассматривают дела по спорам, указанным в статье 225.1 настоящего Кодекса.

В силу статьи 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, а также некоммерческой организацией, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей.

В настоящем споре заключенные обществом договоры оспариваются не только по общим основаниям, установленным ГК РФ, но и по основаниям, предусмотренным корпоративным законодательством, в том числе по мотиву совершения сделок с заинтересованностью, что относит рассмотрение этого спора к компетенции арбитражного суда.

Кроме того, на момент возбуждения производства по делу ответчиком по спору был привлечен ФИО1, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя за ОГРН <***>.

Согласно правилам статьи 39 АПК РФ дело, принятое арбитражным судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть рассмотрено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно стало подсудным другому суду.

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано: иски должника о признании недействительными сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, предъявленные должником и принятые судом к производству до введения в отношении должника процедуры внешнего управления или конкурсного производства, подлежат рассмотрению в общем порядке вне рамок дела о банкротстве и после введения в отношении должника такой процедуры.

Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Суд считает обоснованными доводы истца о мнимости оспариваемых сделок.

Основным критерием мнимости сделки в правоприменительной практике признается то обстоятельство, что в результате ее совершения не возникает прав и обязанностей, характерных для сделок соответствующего вида.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25) разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В настоящем деле наличие договоров купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013 и фактическое исполнение его со стороны продавца подтверждается только копиями договоров и копиями товарных накладных, оригиналы документов суду не предоставлены.

Как установлено судом, в марте 2018 года участники ООО «Агроконцерн» провели внеочередное общее собрание с целью прекращения полномочий директора общества ФИО9, виновного в неуплате налогов и доведении общества до состояния банкротства.

Решением присутствующих на внеочередном общем собрании участников общества ФИО10 и ФИО11 (в лице представителей по доверенности) на должность директора ООО «Агроконцерн» назначен ФИО8.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 17.07.2018 по делу № А63-103/2018 (резолютивная часть определения объявлена 10.07.2018) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7

С целью получения достоверной информации о наличии имущества общества, дебиторской и кредиторской задолженности общества, проведения проверки достоверности бухгалтерской и налоговой отчетности общества участники и директор ООО «Агроконцерн» ФИО8 неоднократно требовали от предыдущего директора общества ФИО9 передать законному руководителю общества имущество и документы предприятия.

В связи с тем, что ФИО9 уклонялся от передачи документов и имущества ООО «Агроконцерн» директору предприятия, ООО «Агроконцерн» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением об обязании ФИО9 передать директору общества документы предприятия.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 5 июля 2018 года по делу № А63-5244/2018 исковые требования удовлетворены в полном объеме. Суд обязал ФИО9 г. Новоалександровск в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента вступления решения в законную силу предоставить директору общества с ограниченной ответственностью «Агроконцерн» ФИО8 всю документацию общества, хранение которой является обязательным в соответствии со статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ (ред. от 23.04.2018) «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пунктом 12 Устава общества, включая документы общества, кассовые документы, договоры с контрагентами, приказы и распоряжения, печать общества, электронноцифровые подписи и ключи.

Решение суда вступило в силу 5 октября 2018 года, однако ФИО9 до настоящего времени судебное решение не исполнил.

По этой причине общество до настоящего времени не располагает полноценной информацией о сделках, совершенных от имени ООО «Агроконцерн» в период руководства ФИО2 и ФИО9.

Кроме того, как пояснил действующий временный управляющий ООО «Агроконцерн» ФИО4, в ходе рассмотрения арбитражным судом дела о признании ООО «Агроконцерн» банкротом, в 2018 году временным управляющим ООО «Агроконцерн» ФИО7 были подготовлены заключения, из которых следует, что директор общества ФИО9 (является близким родственником – племянником и аффилированным лицом ФИО2) не предоставил временному управляющему общества никаких документов ООО «Агроконцерн» и не исполнил решение Арбитражного суда Ставропольского края по делу №А63-5244/2018 о передаче новому директору общества ФИО8 всей документации общества.

Учитывая изложенное, ни у ООО «Агроконцерн», ни у временного управляющего ФИО4 до настоящего времени не имеется оригиналов как оспариваемых договоров, так и всех документов, представленных ответчиком ФИО2 в подтверждение последующей перепродажи полученного товара, а именно договора купли-продажи № 46 от 19.02.2013; счет-фактуры 000003 от 19.02.2013; товарной накладной № 1 от 19.02.2013; акта сверки взаимных расчетов за период 2013 г. между ООО «Агроконцерн» и ООО «Андромакс»; договора поставки № 7-СХП от 08.04.2013; товарной накладной № 41 от 10.04.2013; акта сверки взаимных расчетов по состоянию на 17.12.2013 между ООО «Агроконцерн» и ООО «Агро-Юг-Зерно»; договора купли-продажи № 50 от 06.05.2013; счет-фактуры 00000047 от 06.05.2013; товарной накладной № 42 от 06.05.2013; договора купли-продажи № 35 А/2013 от 08.07.2013; счет-фактуры № 00000062 от 08.07.2013; товарной накладной № 45 от 08.07.2013.

Все указанные операции (как приобретение обществом товара у ООО «Росагро», так и последующая реализации этого товара ООО «Андромакс», ООО «Агро-Юг-Зерно», ООО «Адамант», ИП глава КФХ ФИО5) в бухгалтерской отчетности общества не отражены.

Факт существования кредиторской задолженности ООО «Агроконцерн» перед ООО «Росагро» документально не подтверждается.

Правовая позиция Верховного Суда РФ состоит в том, что если ответчик, с которого взыскивают задолженность, находится в состоянии банкротства, суд при рассмотрении дела обязан применять повышенные стандарты доказывания.

Заявление возражений, ставящих под сомнение наличие оснований реальности и разумности спорных договоров, согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13 июля 2018г. № 308-ЭС-2197 по делу № А32-43610/2015, обязывает суд, рассматривающий дело, по существу проверить возражения о фиктивности договоров, положенных в основание заявленного требования, в том числе при необходимости путем исследования всей производственной цепочки и закупочных взаимоотношений с третьими лицами, а также экономической целесообразности заключения этих сделок.

Стороны оспариваемых договоров, на основании которого возникло первоначальное требование, являются аффилированными (а по сути договоры заключены одним и тем же лицом – ФИО2), к рассмотрению спора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

Доказательства и доводы ответчика по делу должны исключать любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность предоставления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах аффилированных лиц должника голосов и имущества, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Наличие товарных накладных, подписанных ФИО2 по оспариваемым договорам и от имени продавца, и от имени покупателя, не может служить надлежащим доказательством исполнения договора, и наоборот, лишь свидетельствует о мнимости оспариваемых сделок.

Документы, предоставленные в материалы дела ФИО2, являются разрозненной и отрывочной информацией, при этом сведения о бухгалтерском учете и отчетности в соответствии с требованиями статей 5, 11, 13, 14, 19 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете», которые в своей совокупности реально могут подтвердить кредиторскую задолженность ООО «Агроконцерн» перед ответчиками по спорным договорам, представлены ФИО2 не были.

Об этом также свидетельствует пояснительное письмо исх. № 22 от имени ООО «Агроконцерн» за подписью директора общества ФИО9 В указанном письме, которое было направлено в адрес участника общества ФИО11 в ответ на ее требование о предоставление документов, ФИО9 пишет, что сведений о заключенных договора и контрактах ООО «Агроконцерн» не имеется.

Опровергая доводы истца о том, что ООО «Агроконцерн» не имело помещений, в которых было бы возможно осуществить хранение якобы закупленного зерна пшеницы, удобрений и дизельного топлива, ответчик ФИО2 предоставил договор аренды помещения от 24 февраля 2013 года, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО12 и ООО «Агроконцерн» в лице директора ФИО2, а также копию свидетельства о государственной регистрации права собственности ФИО12 на склад № 15 по ул. Панфилова, 74 в г. Новоалександровске.

Суд критически относится к представленным ответчиком доказательствам.

Следует учитывать, что договор заключен сроком на 11 месяцев и не проходил государственную регистрацию, так что факт заключения и исполнения договора не может быть подтвержден путем предоставления документов о регистрации договора аренды в органах Росреестра.

Кроме того, ФИО12 является аффилированным лицом по отношению к ФИО2

Данный факт подтверждается приговором Новоалександровского районного суда Ставропольского края (оставлен без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции), которым ФИО2 осужден по ст. 159 УК РФ за хищение имущества, принадлежащего участнику ООО «Агроконцерн» ФИО11.

На страницах 26-28 приговора суд оценивает показания ФИО12, которые она давала в пользу ФИО2.

На странице 28 приговора суд указывает, что ФИО2 является отцом малолетнего ребенка ФИО12, что ФИО12 считает себя женой ФИО2. Также суд на странице 28 приговора уличает ФИО12 в том, что она дает ложные показания с целью добиться оправдания ФИО2 по уголовному делу.

Материалами дела также подтверждено, что ООО «Росагро» было создано ФИО2 в 2009 г., с даты регистрации организации и до 12.04.2010 генеральным директором ООО «Росагро» являлась ФИО12.

При этом в период времени, когда директором ООО «Агроконцерн» был ФИО2, ФИО12 исполняла обязанности бухгалтера общества, находясь в служебной и иной зависимости.

Относительно бухгалтерских документов, подписанных от имени общества ФИО13, суд установил, что согласно письму налоговой инспекции от 29.08.2018 ФИО13 являлась работником ООО «Агроконцерн» только в 2016 году, что ставит под сомнение законность ее подписей от имени ООО «Агроконцерн» в более ранние периоды времени.

Также необходимо отметить, что ООО «Росагро», от имени которого ФИО2 оформил документы о кредиторской задолженности ООО «Агроконцерн», являлось не только подконтрольной ответчику ФИО2 организацией, но и «фирмой-однодневкой», которая согласно сведений в последний раз сдавало бухгалтерскую и налоговую отчетность в государственные органы в 2011 году.

В 2014 году ООО «Росагро» было присоединено к ООО «Алнаир» - организации, зарегистрированной по адресу массовой регистрации, с «массовым» учредителем и «массовым» директором. Так, последний номинальный генеральный директор и номинальный участник ООО «Росагро» ФИО14 являлся руководителем 263 юридических лиц и участником 203 юридических лиц.

А предшествующий ему номинальный генеральный директор и номинальный участник ФИО15 являлась руководителем 185 юридических лиц и участником 140 юридических лиц.

ООО «Алнаир», к которому было присоединено ООО «Росагро» и еще 7 фирм-однодневок, 29 декабря 2016 года было исключено из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст.21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Оригиналы документов, которые ФИО2 был обязан после своего увольнения передать ФИО9, а тот был обязан предоставить временному управляющему и директору общества ФИО8, не могут храниться лично у ФИО2, в установленном законом порядке не были предоставлены в законном порядке руководству общества, не предоставлялись временному управляющему.

Представленные ответчиком ФИО2 документы, которые по его мнению, подтверждают реальность операций по купле-продаже товара, также не могут быть признаны судом надлежащими и достоверными доказательствами.

Привлеченные к участию в деле покупатели - ООО «Андромакс», ООО «Агро-Юг-Зерно», ООО «Адамант», ИП глава КФХ ФИО5 реальность операций не подтвердили, никакого отражения в бухгалтерской отчетности эти операции не нашли, доказательства перечисления покупателями денежных средств за полученные товары или доказательства наличия задолженности перед ООО «Агроконцерн» отсутствуют.

Суд также учитывает отсутствие товаросопроводительных документов, предусмотренных действовавшим в 2013 году законодательством при закупках пшеницы.

В 2013 году действовал Национальный стандарт РФ ГОСТ Р 52554-2006 «Пшеница. Технические условия» (утв. приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 9 июня 2006 г. № 114-ст), пунктом 5.1 которого было установлено, что приемка закупленного зерна пшеницы производится по ГОСТ 13586.3.

Государственный стандарт Союза ССР ГОСТ 13586.3-83 «Зерно. Правила приемки и методы отбора проб» (утв. и введен в действие постановлением Государственного комитета СССР по стандартам от 18 мая 1983 г. № 2253, действовал до 01 июля 2016 года) устанавливал общеобязательные для все организаций правила приемки зерна, в том числе правила оформления документов на качество зерна в соответствии с пунктами 1.1 и 1.2 ГОСТ:

1.1. Зерно принимают партиями. Под партией понимают любое количество зерна, однородное по качеству, предназначенное к одновременной приемке, отгрузке или одновременному хранению, оформленное одним документом о качестве.

1.2. В документе о качестве на каждую партию заготовляемого и поставляемого зерна указывают:

дату оформления документа;

наименование отправителя и станцию (пристань) отправления;

номер автомобиля, вагона или наименование судна;

номер накладной;

массу партии или количество мест;

станцию (пристань) назначения;

наименование получателя;

наименование культуры;

происхождение;

сорт, тип, подтип зерна;

класс зерна;

результаты анализов по показателям качества, предусмотренным стандартом технических условий на соответствующую культуру;

подпись лица, ответственного за выдачу документа о качестве зерна.

Документы о качестве зерна, якобы закупленного ООО «Агроконцерн» у ООО «Росагро» отсутствуют, и до настоящего времени не были предоставлены ответчиками, в том числе и при рассмотрении исков о взыскании с ООО «Агроконцерн» задолженности по оспариваемым договорам в Новоалександровском районном суде, что указывает на их отсутствие.

Учитывая изложенные обстоятельства, оценив по правилам статьи 71Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства в их совокупности, суд делает вывод о том, что оспариваемые договоры являются мнимыми сделками, то есть совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, что влечет их ничтожность на основании п. 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно статье 166 ГК РФ ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом. В силу положений статья 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью (далее – Закон об ООО) в редакции, действующей на момент совершения оспариваемых сделок, определял, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества. Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

В соответствии с п. 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Требовать признания такой сделки недействительной вправе соответственно представляемый или юридическое лицо, а в случаях, предусмотренных законом, иное лицо (иной орган) по иску, предъявленному в интересах представляемого или юридического лица. Условием признания сделки недействительной при этом является доказанность того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В п. 93 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. В отсутствие свидетельств сговора либо иных совместных действий представителя и другой стороны сделки, сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). Если же установлен факт сговора либо иных совместных действий представителя и другой стороны сделки, сделка может быть признана недействительной в случае, если такой сговор (совместная деятельность) противоречит интересам представляемого. Последнее может выражаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Материалами дела подтверждено, что оспариваемые договоры несмотря на их ничтожность используются контролировавшими должника лицами для искусственного увеличения кредиторской задолженности ООО «Агроконцерн», что следует расценить как действия в ущерб интересам юридического лица. Указанное обстоятельство также является основанием для признания договоров купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013 недействительными сделками.

Материалами дела подтверждено, что в соответствии с пунктом 9.1 Устава ООО «Агроконцерн» договоры купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013 являются сделками с заинтересованностью, поскольку заключены и от имени покупателя и от имени продавца одним лицом – ФИО2

Однако вопрос об одобрении сделок с заинтересованность на рассмотрение внеочередных общих собраний участников ООО «Агроконцерн» ФИО2 не выносился, протоколов собраний участников ООО «Агроконцерн» об одобрении указанных сделок не имеется.

Указанные сделки повлекли для ООО «Агроконцерн» угрозу причинения значительного ущерба в связи с взысканием с общества суммы искусственно созданной задолженности.

В силу положений п. 6 статьи 45 Закона об ООО (в действующей на момент рассмотрения спора редакции) сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий:

отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки;

лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

Суд установил, что оспариваемыми сделками причинен ущерб обществу, другая сторона сделки – ООО «Росагро» в лице директора ФИО2 знала о том, что сделки являлись для общества сделками, в совершении которых имеется заинтересованность, и об отсутствии согласия на ее совершение, сведения о наличии сделок умышленно скрывались от участников ООО «Агроконцерн» и общества.

Принимая во внимание изложенное, договоры купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013 должны быть признаны недействительными и на основании статьи 45 Закона об ООО.

Статья 1 ГК РФ устанавливает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Статья 10 ГК РФ определяет, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения указанных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Суд считает, что требования о признании договоров недействительными заявлены ООО «Агроконцерн» в пределах срока исковой давности, поскольку о наличии оспариваемых сделок общество узнало только 18.11.2019 после получения заочных решений Новоалександровского районного суда о взыскании с истца в пользу ФИО1 задолженности по договорам уступки прав требования к ООО «Агроконцерн».

Расходы по государственной пошлине в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика ФИО2

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

Р Е Ш И Л:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Агроконцерн», г. Новоалександровск удовлетворить.

Признать недействительными договоры купли-продажи № 1р/2013 от 19.02.2013, № 2р/2013 от 10.04.2013, № 4р/2013 от 08.07.2013, № 5р/2013 от 01.04.2013, № 6р/2013 от 02.04.2013, заключенные между ООО «Росагро» и ООО «Агроконцерн».

Взыскать с ФИО2, г. Новоалександровск в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины по иску.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е. В. Жарина