Гражданский кодекс часть 1

к обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании договора страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 №2028017-0403546/16ИМЮ незаключенным, недействительным,

третьи лица - публичное акционерное общество «Страховая акционерная компания «Энергогарант» (ИНН <***>, ОГРН <***>; Томский филиал 634021, <...>, <...>);

ООО «Стройкомплект-2000» (ИНН <***>; 634024, <...>).

Банк ПАО «ВТБ» в лице Томского филиала

ООО «Промполимер»,

общество с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Статус» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 634062, <...>).

при участии в заседании:

от ООО «СтройИндустрия» – ФИО1 по доверенности от 09.01.2019 (паспорт); ФИО2 (онлайн) по доверенности от 01.01.2021 (паспорт);

от ООО «Страховая компания «Согласие» (онлайн) – ФИО3 по доверенности от 01.02.2021 (паспорт);

от третьих лиц:

ООО «Промполимер» - ФИО1 по доверенности от 09.01.2019,

ООО «ЧОП «Статус» - ФИО1 по доверенности от 03.06.2021 (паспорт, диплом);

от иных третьих лиц – не явились (извещены).

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» (далее – ООО «СтройИндустрия») обратилось в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» в лице Томского филиала (далее – ООО «Страховая компания «Согласие») с иском о взыскании суммы страхового возмещения по договору страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 № 2028017-0403546/16ИМЮ в размере 15 000 000 руб. (с учетом уточнения иска от 22.11.2017).

Исковые требования основаны на положениях статей 943, 929, 963, 309,310 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 8.4.2 Правил страхования имущества юридических лиц, утвержденных приказом Генерального директора ООО «СК» Согласие» от 05.07.2016 (далее - ГК РФ, Правила № 14/4) и мотивированы необоснованностью отказа Страховой организации в выплате страхового возмещения. По мнению общества, утрата и повреждение застрахованного имущества произошли на территории страхования – на открытой площадке по адресу: <...>, а потому имеется страховой случай.

Ответчик - ООО «Страховая компания «Согласие» исковые требования не признало, представив встречное исковое заявление к ООО «СтройИндустрия» о признании договора страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 №2028017-0403546/16ИМЮ незаключенным. В обоснование встречного иска сослался на статью 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что в рассматриваемом договоре не согласовано условие о сроке его действия, являющееся для договоров данного вида существенным (т. 2 л.д. 27-28).

Определением арбитражного суда от 19.01.2018 встречное исковое заявление принято к производству.

Определением от 15.01.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены публичное акционерное общество «Страховая акционерная компания «Энергогарант» (ИНН <***>, ОГРН <***>; Томский филиал 634021, <...>, <...>); ООО «Стройкомплект-2000» (ИНН <***>; 634024, <...>).

Общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» обратилось в арбитражный суд Томской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» о признании договора страхования имущества юридических лиц от 29.07.2016 № 2028017-0403546/16ИМЮ недействительным. Исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А67-1842/2018.

Определением суда от 20.03.2018 объединены дело № А67-1842/2018 с делом № А67-8834/17 находящимся в производстве Арбитражного суда Томской области для их совместного рассмотрения, за объединенным делом оставлен № А67-8834/17.

Определением от 06.02.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Банк ПАО «ВТБ» в лице Томского филиала (<...> а); ООО «Промполимер» (634024 <...> (ИНН <***>).

Определением от 25.05.2021 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью привлечено «Частное охранное предприятие «Статус» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 634062, <...>).

В судебном заседании представители истца, третьего лица ФИО1, ФИО2 исковые требования поддержали.

Представитель ответчика иск не признал, встречные требования поддержал по доводам, изложенным в отзывах на иск и письменных пояснениях. Указал, что договор страхования является незаключенным, в случае признания данного договора заключенным он является недействительным. Истцом нарушены правила пожарной безопасности, истцом не представлены доказательства нахождения имущества на сладе открытая площадка в момент пожара, поскольку истец мог переместить имущество до пожара, возможно 03.02.2017 и не предоставить в материалы документов об изъятии товара.

Третьи лица ПАО «Страховая акционерная компания «Энергогарант», ООО «Стройкомплект-2000», Банк ПАО «ВТБ» в лице Томского филиала, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку представителя не обеспечили. Дело рассмотрено в их отсутствие.

Ответчик также ходатайствовал о назначении повторной пожарно-технической экспертизы и бухгалтерской экспертизы. Протокольным определением от 30.09.2021 в удовлетворении данных ходатайств было отказано.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает установленными следующие обстоятельства.

Согласно материалам дела, 29 июля 2016 года между Истцом и Ответчиком заключен Договор страхования имущества юридических лиц № 2028017-0403546/16ИМЮ, в соответствии с его условиями которого страховщик обязался за обусловленную договором страховую плату (страховую премию), при наступлении предусмотренного в договоре страхования страхового события (страхового случая), возместить страхователю в пределах страховой суммы, указанной в договоре, убытки, вызванные утратой (гибелью), повреждением застрахованного имущества в результате этого события.

В соответствии с пунктом 2.1. договора застрахованным имуществом является имущество, указанное в перечне застрахованных ТМЦ (приложение № 3 к договору), а именно: товары в обороте - переменный (изменяющийся) остаток, а именно: товарные запасы Экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), товарные запасы сырья для изготовления Экструдированного пенополистирола «СТРЭКС».

Под переменным (изменяющимся) остатком товаров в обороте при страховании товарно-материальных ценностей (готовой продукции, товарных запасов и т.п.) в рамках настоящего договора понимаются любые товары, в соответствии с номенклатурным перечнем, указанным в Перечне, находящиеся на указанной в п. 2.2 настоящего Договора территории страхования. При этом вновь помещенные на территорию страхования товары, считаются застрахованными с момента подписания документа, подтверждающего их помещение на территорию страхования, а изъятые товары с территории страхования перестают быть застрахованными.

Пунктом 2.2 договора страхования предусмотрено, что территорией страхования является место нахождения застрахованного имущества: <...>, открытая площадка.

Как указано в пункте 2.3 договора страхования, застрахованным имуществом в рамках договора страхования являются товары в период их нахождения на территории страхования, в соответствии с перечнем застрахованных товаров в обороте (приложение № 3 к договору).

В соответствии с пунктом 3.1. Договора страхования страховым случаем является утрата (гибель) или повреждение застрахованного имущества, указанного в п. 2.1.1. настоящего Договора, вследствие следующих причин и опасностей: Пожар (п.4.2.1 Правил страхования);Удар молнии (п.4.2.2 Правил страхования);Взрыв (п.4.2.3 Правил страхования); Падение летательного аппарата, его частей или груза (п.4.2.4 Правил страхования); Стихийные бедствия (и.1.2.5 Правил страхования); Повреждение водой и» систем водоснабжения, отопления, канализации и кондиционирования (п.1.2.6 Правил страхования);Повреждение веществом из систем пожаротушения (п.4.2.7 Правил страхования);Противоправные действия третьих лиц (п.4.2.8 Правил страхования); Кража со ВЗЛОМОМ, грабеж; разбой (п.4.2.9 Правил страхования).

По договору, в соответствии с пунктом 4.1. установлена страховая сумма в отношении всей совокупности Страховых случаев, подпадающих под действие настоящего Договора, в размере: 15 000 000.00 (Пятнадцать миллионов рублей 00 копеек, состоящая из страховых сумм по отдельным категориям (объектам, предметам, группам, единицам) застрахованного имущества, указанных в Перечне.

Страховая стоимость застрахованного имущества, на основании пункта 4.1.1. договора, составляет: 15 000 000,00 (Пятнадцать миллионов) рублей 00 копеек, в том числе страховая стоимость по отдельным (объектам, предметам, группам, единицам) застрахованного имущества, указана в Перечне.

Пунктом 5.1 договора установлено, что договор вступает в силу с 00 часов 00 минут дня, следующего за днем оплаты всей Суммы страховой премии (при оплате страховой премии единовременно) или всей суммы первого страхового взноса (при оплате страховой премии в рассрочку), и действует до 24 часов 00 минут «09» 2017 г. (время местное).

В материалы дела представлено заявление на страхование от 29.07.2016, являющееся официальным запросом страховщика, в силу положений ст.944 ГК РФ, и п.6.8 Договора страхования его неотъемлемой частью (т. 1 .д. 19-21).

В пункте 3 данного заявления указано, что договор заключается с 09.08.2016 по 08.08.2017.

В разделе 6 заявление «Описание места расположения имущества, принимаемого на страхование (территория страхования), в строке точный адрес (в т.ч. № помещений) указано: <...>, открытая площадка. Далее указано: Функциональное назначение -складское/производственное, 1970 года постройки; Общая площадь здания: 2393,9 кв.м.; Площадь территории страхования (заполните, если не совпадает с общей площадью здания) 1200 кв.м. На каких этажах размещены объекты страхования: «1». Описание прилегающей территории – склады.

В разделе 7 «Пожарная безопасность на территории страхования» указано: Наличие исправной пожарной сигнализации - автоматическая; укажите тип датчиков: дымовые. Место вывода сигнала о пожаре: пост охраны. Пожарная сигнализация установлена во всех помещениях: да. Имеется исправная система автоматического пожаротушения (АУПТ): да. Режим запуска: автоматический. Для обеспечения водой для пожаротушения используются: гидранты. Все имеющиеся средства пожаротушения (огнетушители, гидранты и т.д.) исправны и отвечают требованиям Пожнадзора по количеству и расположению: да. Укажите наименование имеющихся средств пожаротушения и их количество: «10». Расстояние до ближайшей пожарной части, км: «2».

В разделе 8 «Организация охраны имущества, принимаемого на страхование»: Наличие физической охраны - да, в рабочее время 1 чел, в нерабочее - 1 чел. Охрана осуществляется - ЧОП, состоящим в договорных отношенияхсо Страхователем (укажите название): ЧОП Статус. Имеется договор об ответственности за утрату, повреждения объекта страхования (с охранной организацией, работником): да. Объект физической охраны: помещения (включая территорию страхования). Имеется исправная автоматическая охранная сигнализация на территории страхования: да, пульт вневедомственной охраны ОВД. Имеется тревожная кнопка: да. Имеется исправное видеонаблюдение с выводом на круглосуточный пост охраны: да, ведется запись с камер видеонаблюдения.

В разделе 9 заявления «Описание товаров, находящихся на территории страхования (заполните при страховании ТМЦ и/или складов) Горючесть товаров указано: горючие. Место хранения товаров: «в одном здании производство + склад» и «открытая площадка/навес». На страхование принимается только часть имеющихся на территории страхования товаров: нет, страхуются все товары на вышеуказанной территории.

В разделе 10 Страхование имущества, расположенного на территории проведения производственных процессов (заполняется при страховании имущества, расположенного на указанной территории): в здании (помещении) ведутся производственные процессы: Да (поясните): изготовление продукта.

В разделе 11 «Дополнительные сведения» расстояние для ближайших зданий: 30-50 м; Страхователь является единственным эксплуататором здания: да. Расположены на расстоянии менее 50 м объекты, представляющие повышенную опасность для объекта страхования (производство): нет.

Истец оплатил страховую паремию платежными поручениями № 4685 от 10.08.2016, № 4892 от 05.09.2016, № 5182 от 04.10.2016, № 5448 от 03.11.2016. Оплата была проведена до наступления страхового случая.

03.02.2017 по адресу: <...> произошел пожар, в результате данного пожара был уничтожен товар и сырье, принадлежащее ООО «СтройИндустрия» хранившейся на открытой площадке, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.09.2017г., постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2019 вынесенными ОМВД России по Ленинскому району г.Томск: 03.02.2017г.,

Согласно материалам проверки и постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2017 следует, что проведенной по пожару проверкой установлено, что наиболее вероятной причиной возникновения пожара явился аварийный режим работы электрооборудования.

06.02.2017 г. ООО «СтройИндусгрия» в лице своего представителя обратился с письменным заявлением о наступлении страхового события.

Сопроводительными письмами от 11.07.2017 №11/07, от 10.08.2017 № 10/08, от 28.09.2017 г.№ 28/09 ответчику были предоставлены все необходимые для выплаты страхового возмещения документы, в том числе дополнительные по запросу ответчика.

20.10.2017 в адрес ответчика была направлена претензия №20/10 о выплате страхового возмещения. Указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что явилось поводом к обращению в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществелибо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно 942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования; о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

В силу 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). При заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил.

Статьей 944 установлено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его 8 наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе. (п. 14 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования»).

Иными словами, это должны быть сведения, имеющие существенное значение для оценки страховщиком принимаемого на себя риска. Существенными нужно считать такие обстоятельства, знание страховщика о которых привело бы к отказу от заключения договора на согласованных условиях или изменение условий. Согласно ч.2 ст.6 Закона РФ «Об организации страхового дела в РФ» страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по говору страхования действия. В любом случае страховщик вправе выяснить у страхователя при заключении договора те сведения, которые необходимы для оценки страхового риска. Для этого при заключении договора страхователю предлагают ответить на определенные вопросы (заполнить заявление). Все сведения, оговоренные в договоре страхования (полисе), письменном запросе страховщика или в анкете, если на нее есть ссылка в договоре (полисе, анкете), считаются существенными

Ответчиком предъявлено встречное исковое заявление о признании договора страхования незаключенным, в котором ответчик ссылается на несогласование срока действия договора. Кроме того ответчиком предъявлен дополнительный довод по встречному иску о том, что в договоре не согласована территория страхования.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых между сторонами должно быть достигнуто соглашение.

Пунктом 3 ст. 432 ГК РФ установлено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ).

В пункте 3 данного заявления указано, что договор заключается с 09.08.2016 по 08.08.2017.

Принимая во внимание указанное обстоятельство, суд не может признать обоснованным довод ответчика о том, что договор страхования является незаключённым по причине отсутствия указания в нем срока действия договора.

В разделе заявления 6 (территория страхования) заявление в строке точный адрес (в т.ч. № помещений) указано: <...>, открытая площадка. Далее указано: Функциональное назначение -складское/производственное, 1970 года постройки; Общая площадь здания: 2393,9 кв.м.; Площадь территории страхования (заполните, если не совпадает с общей площадью здания) 1200 кв.м.

Ответчик утверждает, что не производил осмотр территории страхования, при заключении договора, до момента пожара, в связи с чем, условие о территории страхования является несогласованным, либо к территории страхования не относится открытая площадка на которой был расположен товар истца.

Суд критически относится к данным доводам ответчика поскольку, из материалов дела следует, что в период исполнения договора у сторон не было разногласий относительно территории страхования. Таких разногласий не было и после пожара, когда страховщик осмотрел территорию открытой площадки и составил соответствующий акт, в котором не было указано, что данная территория не подпадает под сферу действия договора (т. 3 л.д. 68).

Кроме того, суд неоднократно предлагал ответчику представил сведения об осмотре территории страхования до момента пожара, ответчиком пояснил, что такие сведения у него отсутствуют. Вместе с тем, в запросе направленном МЧС РФ от 07.10.2019 истец разместил фотографию спорной территории открытой площадки, указав, что на данной фотографии содержится изображение объекта страхований до пожара (т. 28, л.д. 9, 10). Ответчик не смог пояснить источник происхождения данной фотографии.

Суд отмечает, что ответчик в процессе заключения, исполнения договора, переписки с государственными органами, не выказывал сомнений относительно места расположения территории страхования. Доводы том, что территория сторонами не согласована, или находится в другом месте, не совпадающем с местом размещения товара истца, проводятся ответчиком только в рамках настоящего дела с единственной целью избежать выплаты страхового возмещения. При таких обстоятельствах, учитывая противоречивое поведение ответчика, судом данные доводы не могут быть приняты как законные и обоснованные, соответственно требование ответчика о признании договора страхования незаключенным, не подлежит удовлетворению.

Кроме того, ответчиком представлено толкование условий договора, согласно которому на страхование по договору №2028017-0403546/ИМЮ принята исключительно территория, находящая в пределах здания, расположенного по адресу: <...>., либо исключительно территория за пределами этого здания.

В обоснование указанных доводов ответчик ссылается на сведений относительно здания по адресу: <...> сообщенные в заявлении на страхование от 29.07.2016.

Согласно п. 43 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно абз.2 ст. 431 ГК РФ если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как уже было установлено судом, в разделе заявления 6 (территория страхования) не указаны номера помещений на поэтажном плане здания в <...>, а указано в качестве точного адреса - открытая площадка общей площадью 1200 кв.м. В разделе 9 данного заявления указано два места нахождения товара: 1. «в одном здании производство + склад»; 2. «открытая площадка/навес».

Таким образом, при заключении договора истец указал, что территорией страхования является часть здания в <...>, и открытая площадка расположенная в близи этого здания, что нашло буквальное отражение в заявлении на страхование, никогда не вызывало сомнений у сторон в процессе исполнения договора. Указанное обстоятельство было также установлено страховщиком при осмотре территории страхования до пожара, что в частности подтверждается в запросе направленном МЧС РФ от 07.10.2019 истец разместил фотографию, спорной территории открытой площадки, указав, что на данной фотографии содержится изображение объекта страхований до пожара (т. 28, л.д. 9, 10).

Истцом страховщику также был представлен договор аренды №01/16 от 01.07.2016г., в соответствии с которым, в аренду была передано часть нежилого помещения, общей площадью 281 кв.м. Одновременно с передачей нежилого помещения в пользование передана - часть земельного участка с кадастровым номером 70:21:0100004:0106, необходимого для обслуживания Объекта (п.п. 1.6. Договора). Часть земельного участка, переданного по Договору аренды, подразумевает под собой участок земли, без строений, навесов и прочих обременении - «Открытая площадка» (т. 3, л.д. 85-90).

Кроме того, при составлении акта осмотра после пожара, стороны также указали, что местом осмотра являются части помещений внутри здания арендуемые истцом и открытая площадка (т. 3, л.д. 69).

Из материалов дела следует, что заявление на страхование заполнено с использованием компьютерной техники сотрудниками ответчика, которые являются более осведомленными о правилах страхования, и должны были, осознавая, что открытая площадка вблизи здания является отдельной территорией страхования предложить истцу заполнить соответствующее приложение к заявлению. При таких обстоятельствах отсутствии такого приложения к заявлению само по себе не может рассматриваться как основание для отказа в страховой выплате.

С учетом условий данного договора, толкование ответчика территории страхования, противоречит цели данного договора, поскольку сторонами не оспаривается, что на арендуемой территории внутри здания невозможно разместить товар, на сумму 15 000 000 руб.

Кроме того, страхователь является потребителем страховых услуг и потому всякое условие договора страхования, не урегулированное ясным и недвусмысленным образом, и допускающее неоднозначное толкование, должно толковаться в пользу страхователя как слабой стороны правоотношения. Такой подход к толкованию условий обязательства между неравными по профессионализму в соответствующей сфере контрагентами соответствует практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации (пункт 11 Постановления N 16, постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.10.2012 N 6040/12, от 10.06.2014 N 2504/14, от 24.06.2014 N 3853/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2015 N 307-ЭС14-4641, от 22.06.2015 по делу N 305-ЭС15-2155).

Исковое заявление о признании спорного договора страхования недействительным мотивировано сообщением страхователем в заявлении на страхование заведомо ложных сведений. Из содержания данного заявления следует, что оно целиком основано на ошибочном толковании ответчиком условий договора о территории страхования. Как уже было установлено судом, из буквального толкования условий договора следует, что территорией страхования является арендованное истцом помещения внутри здания по в <...> и открытая площадка, расположенная на территории вблизи данного здания.

При этом, указанные обстоятельства прямо следуют из текста заявления на страхования, следовательно, были известны ответчик в момент заключения данного договора и были установлены при осмотре территории страхования. Кроме того, сведения о наличии пожарной сигнализации, видеонаблюдения, электроснабжения, телефонной связи и др. характеристики здания были правомерно сообщены истцом при заключении договора страхования.

Для ответчика было очевидно, что открытая площадка находится вне задания, поэтому указанные в заявлении характеристики к ней не применяются. Это обстоятельство должно было быть установлено при осмотре территории страхования.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо, действует недобросовестно, в том числе, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как разъяснено в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, истец, являясь страховщиком, знал или должен был занять о характеристиках открытой площадки, осматривал данное имущество, при этом принимал исполнение от страхователя в виде уплаты страховой премии по заключенному договору страхования.

Поскольку такое поведение страховщика объективно давало страхователю основание полагаться на действительность заключенного договора страхования, суд полагает в данном случае требования о признании договора недействительным на основании пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит удовлетворению.

Действия истца, в течение длительного времени не оспаривающего достоверность предоставленных ответчиком при заключении спорного имущества сведений, и не предпринимавшего предусмотренных законом действий по проверке их достоверности, связанные с предъявлением встречного иска после наступления страхового случая и подачи ответчиком заявления о выплате страхового возмещения, не могут, в соответствии с положениями статей 1 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, быть расценены иначе, чем как злоупотребление правом, не подлежащим судебной защите.

Кроме того суд отмечает, что страховщик, действуя добросовестно и разумно, на момент заключения оспариваемого договора страхования (09.08.2016) мог и должен был знать обо всех обстоятельствах, указанных в заявлении о признании договора недействительным, в связи с чем, на момент подачи искового заявления (27.02.2018) годичный срок исковой давности, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, был истцом пропущен. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2019 не имеет отношения к осведомленности истца об обстоятельствах указанных в исковом заявлении о признании договора недействительным, поэтому не может быть принято судом.

Кроме того суд отмечает, что доводы ответчика по существу противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам и ответчиком не представлено ни одного доказательства сообщения истцом заведомо ложных сведений на момент заключения договора страхования.

Ответчик в иске о признании договора страхования недействительным указывает, что в пункте 5 «Дополнительные сведения» заявления на страхование Страхователь неверно указал на отсутствие на расстоянии менее чем 50 метров производства, в то время как оно там располагалось.

При этом ответчик не учитывает, что во всех иных пунктах заявления указано, что место страхования открытая площадка располагается в непосредственной близости с производственными, действующими помещениями, о чем страхователь указывал в заявлении на страхование не однократно (п. 6, 7, 8, 9). В разделе 11 заявления на страхование страхователь отметил, что расстояние до ближайших зданий составляет 30-50 м. В разделе 9 заявления отметил, что в одном здании находятся склад + производство. В разделе 10 заявления указано, что в здании ведутся производственные процессы.

Кроме того, суд отмечает, что заявление на страхование заполнено с помощью компьютерной техники сотрудниками страховщика, по имеющимся документам, запрошенным и предоставленным страхователем для осуществления страхования. При осуществлении страхования представитель страховщика фотографировал здание (т. 28, л.д. 9, 10).

Из материалов дела следует, что третьи лица не имеют доступа на территорию страхования (открытую площадку) данный факт подтверждается материалами дела (показания свидетелей, письменными пояснениями директора ООО «АМП»). ООО «АПМ» является самостоятельным собственником части здания по адресу <...>. Вход в часть его помещения отдельный и находится с противоположной стороны от открытой площадки. Кроме того, открытая площадка отделена со всех сторон высоким забором, что препятствует проникновению третьих лиц на ее территорию. Таким образом, ООО «АМП» не имеет возможности доступа к открытой площадке.

Из материалов дела так же следует, что на территории имелось исправное видеонаблюдение, что так же подтверждается показаниями свидетелей. Имеется круглосуточная охрана, что подтверждается договором об охранной деятельности, где указана вся территория <...> и показаниями охранника, который пояснил, что камеры видеонаблюдения были расположены, в том числе за цехом на открытой площадке. Согласно договору №01-15 от 01.06.2015 об охранной деятельности, охраняемой территорией является вся огороженная территория по адресу <...> включая строение №1. Заключение договора об охране территории не с истцом, третьим лицом, само по себе не является основанием для вывода о предоставлении истцом заведомо ложных сведений.

Наличие автоматической пожарной сигнализации и системы автоматического пожаротушения также подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. В наличии огнетушители и исправные гидранты. Данная информация подтверждается показаниями свидетелей, актом о срабатывании автоматической пожарной сигнализации в совокупности со справкой об опечатке.

Довод ответчика о неисправной системе видеонаблюдении не обоснован, так как согласно заключенного договора №2001 на техническое обслуживание системы видеонаблюдения от 01.01.2016 между ООО «СтройИндустрия» и ООО «ТехСпецНаз» подтверждает наличие на момент страхования действующей системы видеонаблюдения. Соответственно никакой ложной информации о неисправной системе видеонаблюдения страхователь не предоставлял. Действительно с 25.01.2017 видеонаблюдение вышло из строя, что подтверждается актом о неисправности. Причиной неисправности стал перепад напряжения. И с 25.01.2017 оборудование передано в сервисную службу для диагностики и ремонта. О том, что видеонаблюдение сломается страхователь не мог знать в день заполнения заявления на страхование и поэтому не мог сообщить ложные сведения страховщику о неисправности видеонаблюдения.

Согласно п.5.3.7 Правил Страхования не являются страховым случае, утрата (гибель) или повреждение застрахованного имущества, если одной из причин (страховых) рисков наступления указанных события является: вследствие нарушения Страхователем (выгодоприобретателем) установленных законом или иным нормативным актом правил и норм пожарной безопасности, норм по безопасному ведению работ, за исключением случаев, когда отклонения от указанных норм согласованы с соответствующими органами государственного надзора.

Ответчик утверждает, что уничтожения застрахованного имущества произошло в результате нарушения истцом правил пожарной безопасности.

В целях проверки указанных доводов по делу были проведены три судебные экспертизы, привлечены к участию в деле два специалиста.

Определением суда от 20.12.2018 по делу была назначена судебная пожарно-техническая экспертиза, производство которой поручено Эксперту ФБУ «РФЦСЭ» при Министерстве Юстиции Российской <...>.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1. Где находился очаг пожара (место первичного возгорания), произошедшего 03 февраля 2017г. по адресу: <...>?

2. Какова причина возгорания и распространения огня при пожаре, имевшем место 03.02.2017г, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: <...>, в том числе распространения огня на товарные запасы экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» расположенные согласно схеме расположения ТМЦ ООО «Стройиндустрия» от 03.02.2017 (т. 18 л.д. 118)?

3. Имеются ли нарушения правил пожарной безопасности, послужившие причиной возникновения пожара произошедшего 03 февраля 2017г. по адресу: <...> и распространения огня на товарные запасы экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» расположенные согласно схеме расположения ТМЦ ООО «Стройиндустрия» от 03.02.2017 (т. 18 л.д. 118)?

4. Имеется ли причинно-следственная связь между уничтожением товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» в результате пожара, имевшего место 03.02.2017, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: <...>, и нарушением правил и норм пожарной безопасности, норм по безопасному ведению работ?

Согласно выводам данной судебной экспертизы:

По первому вопросу: зафиксированные термические повреждения в производственно- складском здании не позволяют установить очаговые признаки произошедшего 03 февраля 2017года пожара в нем (адрес объекта <...>). Это обусловлено продолжительным открытым горением (не менее 5 часов), в ходе которого очаговые признаки пожара были уничтожены.

Очаг пожара (конкретная точка контакта источника зажигания и горючего материала) на основании имеющихся в материалах дела сведений, описывающих состояние строительных конструкций и вещной обстановки после пожара (по термическим повреждениям на объекте), установлен быть не может.

Установить очага пожара по показаниям свидетелей (очевидцев, технического персонала), которые необходимо использовать в соответствии с указаниями методик, не представляется возможным.

По второму вопросу: поскольку очаг пожара, имевшего место 03.02.2017 в производственно-складском здании, расположенном по адресу: <...>, в ходе проведения экспертных исследований не установлен (усматривается лишь очень большая по площади зона наибольших термических повреждений и возникших вследствие этого разрушений), то определить техническую причину пожара на этом объекте можно только в следующей формулировке: причиной пожара в производственно-складском здании могло послужить загорание горючих материалов, находившихся в очаге пожара, расположенном в неустановленном экспертным путем месте, от источника зажигания, обладавшего достаточной энергией для воспламенения какого-либо фрагмента экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС», сырья для его производства (гранулы полистирола) и упаковки гранул, деревянных конструкций поддона или иных предметов из горючих материалов.

Источник зажигания (средство энергетического воздействия, инициирующее возникновение горения), вызвавший в конечном итоге пожар, в производственно-складском здании также установлен быть не может.

Развитее пожара было обусловлено наличием горючих материалов в производственных помещениях объекта, которое требовалось по условиям ведения технологического процесса и складирования готовой продукции.

По третьему вопросу: было установлено, что причиной пожара в производственно-складском здании могло послужить загорание горючих материалов, находившихся в очаге пожара, расположенном в неустановленном экспертным путем месте, от источника зажигания, обладавшего достаточной энергией для воспламенения какого-либо фрагмента экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС», сырья для его производства (гранулы полистирола) и упаковки гранул, деревянных конструкций поддона или иных предметов из горючих материалов. Однако природа источника зажигания установлена не была.

Поэтому установить имеются ли нарушения правил пожарной безопасности, послужившие причиной возникновения пожара произошедшего 03 февраля 2017 г. по адресу: <...>, не представляется возможным

Нарушений правил, связанных с распространением огня на товарные запасы экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола не усматривается.

По четвертому вопросу, эксперт не усмотрел причинно-следственную связь между уничтожением товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЕКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЕКС» в результате пожара, имевшего место 03.02.2017, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: <...>, и нарушением правил и норм пожарной безопасности (т. 23 л.д. 10-88).

Согласно Определению суда от 04.12.2019 г. Эксперту было предложено судом: «представить подробные пояснения относительно его утверждения о том, что исследование вопроса о нарушении правил пожарной безопасности в части обеспечения проезда пожарного автомобиля к спорному зданию не влияет на выводы по четверному вопросу, поставленному перед экспертом об отсутствии нарушения правил пожарной безопасности приведших к распространению огня на спорные ТМЦ».

Эксперт в своем письменном ответе от 11 декабря 2019 года с использованием фотоматериалов и ссылками на нормы СП 4.13130.2013 (системы противопожарной защиты) указал, что: «нарушений правил пожарной безопасности, связанных с наличием/отсутствием подъездов к производственно-складскому зданию для пожарной техники и приведших к распространению огня на спорные ТМЦ, не имеется» (т. 28 л.д. 122, 125).

Ответчиком было представлено ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы, содержащее доводы схожие, с теми которые поступили ко времени судебного заседания 29.09.2021.

На основании Определения Арбитражного суда от 29.01.2020 года принимая во внимание, что вопрос о расстоянии между зданием в <...> и товарными запасами и влиянии данных расстояний на распространение огня при проведении экспертизы комплексно не исследовался судом по делу была назначена судебно-пожарно-техническая экспертиза, производство которой было поручено ФГБУ СЭУ ФСП ИПЛ по Омской области.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1. Имеются ли нарушения правил пожарной безопасности (правил противопожарного режима) в том числе специальных хранения на открытых площадках экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» связанные с распространением огня на товарные запасы экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» расположенные согласно схеме расположения ТМЦ ООО «Стройиндустрия» от 03.02.2017 (т. 18 л.д. 118) при пожаре произошедшем 03 февраля 2017г. по адресу: <...>?

2. Возможно ли, при отсутствии замеров между зданием и хранящимся товаром, между паллетами ТМЦ определить факт нарушения норм и правил пожарной безопасности в части соблюдения противопожарных расстояний?

3. Имеется ли причинно-следственная связь между уничтожением товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» в результате пожара, имевшего место 03.02.2017, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: <...>, и нарушением правил и норм пожарной безопасности и иных правил при ответе на первый вопрос?

При этом ответчиком ошибочно утверждается, что суд признал экспертизу ФБУ «РФЦСЭ» при Министерстве Юстиции недопустимым доказательством. В части выводов относительно пожара внутри здания выводы эксперта приняты судом. Кроме того, суд отмечает, что в ходе разбирательства по данному делу было установлено, что пожар, произошедший 03.02.2017 по адресу: <...> уже был предметом оценки в рамках другого дела, а именно А67-8537/2017 по исковому заявлению ООО «ПромПолимер» к АО «СОГАЗ» о взыскании страхового возмещения, встречному иску АО «СОГАЗ» к ООО «ПромПолимер» о признании договора страхования недействительным. Решением суда от 08.10.2018, оставленным в силе Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2019, Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.06.2019 исковые требования ООО «ПромПолимер» удовлетворены, в удовлетворении встречных исковых требований отказано. Таким образом, данный пожар уже был признан страховым случаем в рамках исполнения договора страхования.

Необходимость назначения дополнительной судебной экспертизы была как указана в определение суда обусловлена тем, что вопрос о расстоянии между зданием в <...> и товарными запасами и влиянии данных расстояний на распространение огня при проведении экспертизы комплексно не исследовался.

Протокольным определением от 02.06.2020 , после получения заключения эксперта производство по делу было возобновлено. В ходе дальнейших судебных заседаний по ходатайству сторон Эксперт ФИО4 был допрошен, кроме того им представлены письменные пояснения по вопросам сторон и суда.

В тексте заключения на стр.7 эксперт делает вывод «в нормативно-правовых актах и нормативных документах к открытым площадкам как таковым не установлены отдельные обязательные требования пожарной безопасности». В тексте заключения эксперт делает выводы, согласующиеся с ранее сделанными выводами экспертов Российского федерального центра судебных экспертиз при Министерстве Юстиции Российской Федерации, а именно: установить нарушение требований пункта 350 ППР в РФ не представляется возможным (стр. 15 заключения), установить нарушение пункта 41 ППР в РФ не представляется возможным (стр. 16 заключения).

В выводах экспертизы ответа на поставленный судом вопрос нет. В исследовательской части на стр.11 содержится следующий однозначный вывод: «Из представленных материалов установить точно расположение секции (штабелей) готовой продукции и запасов сырья относительно друг друга и относительно производственно-складского здания не представляется возможным».

Вместе с тем эксперт ФИО4 при проведении исследования пришел к схожим в первоначальной экспертизой выводам относительно товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (именуемого в договоре страхования склад - «Открытая площадка»), как самостоятельного объекта охраны, отличного от здания в <...>, указав, что в нормативно-правовых актах и нормативных документах к открытым площадкам как таковым не установлены отдельные обязательные требования пожарной безопасности». В тексте заключения эксперт делает выводы, согласующиеся с ранее сделанными выводами экспертов Российского федерального центра судебных экспертиз при Министерстве Юстиции Российской Федерации, а именно: установить нарушение требований пункта 350 ППР в РФ не представляется возможным (стр. 15 заключения), установить нарушение пункта 41 ППР в РФ не представляется возможным (стр. 16 заключения).

Однако эксперт пришел к выводу о том, что нарушены правила пожарной безопасности в части противопожарных расстояний между зданием в <...> и каким либо иных зданием в г. Томске, не указав в заключении конкретное здание или задания в отношении которого допущено данное нарушение. Также эксперт пришел к выводу о нарушении привил противопожарного режима в части обеспечения проезда, не установив наличие причинно-следственной связи между уничтожением имуществом и указанным нарушением.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, определением от 29.10.2020 по делу была назначена судебная пожарно-техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФГБУ СЭУ ФСП № 93 ИПЛ МЧС России» ФИО5 (109428 г. Москва, Рязанский проспект д. 6 а. стр. 30)

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

От ФГБУ «СЭУ ФСП № 93 ИПЛ МЧС России» поступило заключение эксперта № 56-2020 от 02.03.2021.

ООО «Страховая компания «Согласие» заявило ходатайство о вызове и допросе судебных экспертов. В судебном заседании представитель ответчика по первоначальному иску поддержал ходатайство о вызове и допросе в судебном заседании эксперта ФГБУ СЭУ ФПС № 93 ФИО5. В ходе дальнейших судебных заседаний по ходатайству сторон Эксперт ФИО5 был допрошен, кроме того им представлены письменные пояснения по вопросам ответчика (т. 33 л.д. 31-34).

Согласно заключению судебной экспертизы в данном случае нарушения правил пожарной безопасности (правил противопожарного режима), в том числе специальных, хранения на открытых площадках экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС», связанные с распространением огня на товарные запасы экструдированного пеиополисторола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления пенополистирола «СТИРЭКС», расположенных согласно схеме расположения ТМЦ ООО «СтройИндустрия» от 03.02.2017 (т. 18 л.д. 118), при пожаре произошедшем 03 февраля 2017г. по адресу: <...>, не установлены. На основании проведенного осмотра (09.02.2021г.) спорного объекта и прилегающей территории по адресу: <...>, на основании представленных материалов, а также при отсутствии замеров между зданием и хранящимся товаром, между паллетами ТМЦ, определить факт нарушения норм и правил пожарной безопасности, в части соблюдения противопожарных расстояний, не возможно. Наличие причинно-следственной связи, между уничтожением товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт) и товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» в результате пожара, имевшего место 03.02.2017, в производственно-складском здании, расположенном по адресу: <...>, и нарушением правил и норм пожарной безопасности, не усматривается (т. 31 л.д. 43-61).

При этом эксперт осмотрел территорию, где произошел пожар и не обнаружил здания в отношении, которого эксперт ФИО4 установил нарушение правил пожарной безопасности.

Таким образом, на момент судебного заседания в материалах дела имеются три судебные экспертизы, выводы которых в части утверждения о том, что нормативно-правовых актах и нормативных документах к открытым площадкам в отношении спорного материла, как таковым не установлены отдельные обязательные требования пожарной безопасности. Указанный вывод также подтверждается представленным ответчиком ответом МЧС России от 29.10.2019 (т. 28 л.д. 12).

Ответчик выразил несогласие указанными выводами судебных экспертиз и МЧС России заявил ходатайство о назначении повторной (четверной) судебной пожарно-технической экспертизы. В качестве обоснования данного ходатайства ответчик представил рецензии ООО БСЭ «Русаджастер», согласно которой максимальное от здания до забора составляет с одной стороны составляет 12,5 метров, с другой от 22, до 28,5 метров, размещение застрахованного имущества для соблюдения противопожарного режима возможно на расстояние 8,5 метров (приложение № 1 к ходатайству от 19.04.2021 поданному через мой арбитр). Кроме того представлена рецензия ФИО6 (приложение № 1 к ходатайству от 19.04.2021 поданному через мой арбитр), из которой следует, что предложенное Русаджастер расстояние не является препятствием для распространения огня, безопасное расстояние до материала истца должно составлять от 15 до 24 метров. Кроме того, ответчиком представлен ответ ФГБУ ВНИПО МЧС России, согласно которому, направленное обращение предполагает оценку конкретных решений и осуществляется на основании отдельных договоров.

При этом, в самом общем виде довод ответчика сводится следующему: избежать уничтожения застрахованного имущества можно было только одним способом – не размещая данное имущество на открытой площадке, поскольку только в этом случае возможно соблюдений всех требований пожарной безопасности, на которые ссылается ответчик. Следовательно, нарушение правил пожарной безопасности, по мнению ответчика, состоит уже в самом факте размещения имущества на территории страхования.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения настоящего дела установлено, что при заключении договора страхования ответчику была предоставления полная и достоверная информация о территории страхования, составляющей фактически единых объект, со зданием, в котором осуществляется производство продукции. Следовательно, ответчик знал, что застрахованное имущество будет располагаться на данной территории, имел возможность оценить степень риска расположения имущества на данной территории. Требования истца о признании договора страхования недействительным по данному основанию признано судом необоснованным.

С учетом изложенного, оценив заявленное ответчиком ходатайство, с учетом имеющихся в материалах дела документов и установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что ответчиком не доказано наличие оснований для назначения повторной экспертизы или дополнительной экспертизы. Приведенные ответчиком обстоятельства и возражения в качестве оснований для назначения повторной экспертизы заявлялись и ранее, носят дублирующий характер.

В соответствии со статьей 87 АПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов. Одно лишь несогласие лица с выводами экспертного заключения не является основанием для назначения как повторной, так и дополнительной экспертизы.

Имеющиеся в материалах дела экспертные заключения № 5989/18-3 от 23.05.2019, 13-8-2020 от 13.04.2020, № 56-2020 от 02.03.2021 с учетом дополнительных пояснений, данных экспертами в ходе судебного разбирательства, а так же приобщенные в качестве письменных пояснений, позволяют получить ответы на вопросы поставленные судом. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При этом само по себе несогласие ответчика с выводами экспертов не может свидетельствовать о неполноте и противоречивости проведенных экспертных исследований, их несоответствии закону, равно как и не может являться самостоятельным основанием для назначения повторной экспертизы.

Представленным ответчиком рецензиям, оценка уже давалась ранее. Рецензия не может являться доказательством, опровергающим выводы экспертизы, поскольку процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений. Рецензия является субъективным мнением специалиста, составление одним экспертом критической рецензии на заключение другого эксперта одинаковой с ним специализации без наличия на то каких-либо процессуальных оснований и не может расцениваться как доказательство, опровергающее выводы другого эксперта.

Новых доводов в обоснование заявленного ходатайства о назначении пожарно-технической экспертизы ответчиком не заявлено. Ответчик не привел убедительных доводов, которые ставили бы под сомнение выводы экспертов, не представил доказательств, объективно опровергающих выводы экспертов (статья 65 АПК РФ). Возражения, приведенные в основание заявленного ходатайства о назначении повторной экспертизы, носят эмоциональный характер, содержат ошибочные суждения и не подкреплены надлежащими доказательствами.

Принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства факт нарушения Истцом правил пожарной безопасности, находящийся в прямой причинно-следственной связи с возникновением и развитием пожара не был установлен и не нашел документального подтверждения, что лишает Ответчика права ссылаться на п. 5.3.7 Правил страхования в качестве основания для отказа в выплате страхового возмещения.

Определением от 03.04.2019 (резолютивная часть объявлена 27.03.2019) по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «АЙСИС» ФИО7, <...>. Производство по делу приостановлено до получения заключения эксперта. На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1. Подтверждается ли учетными документами, представленными в материалы дела наличие по адресу <...> в ведении ООО «СтройИндустрия» склада, именуемого «Открытая площадка» и ведение ООО «СтройИндстрия» складского учета по указанному складу?

2.Имеются ли в материалах дела документы, подтверждающие размещение на указанном складе на дату 03.02.2017 принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополи-стирола «СТИРЭКС»? Если да, то в каком объеме и на какую сумму?

3.Подтверждают ли представленные в материалы дела документы, в том числе документы по инвентаризации, складскому учету, оприходованию и списанию товаров (с учетом предъявляемым требованиям к их оформлению) какую-либо недостачу в части при-надлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструди-рованного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сы-рья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» в результате пожа-ра 03.02.2017г. (в том числе по складу, именуемому «Открытая площадка»)? Если да, то на какую сумму?

4.Какова стоимость принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС, находившихся на открытой площадке по адресу: <...> и утраченных в результате пожара 03 февраля 2017 года?

После поступления в суд заключений экспертов назначено судебное заседание для решения вопроса о возобновлении производства по делу. Протокольным определением суда от 03.07.2019 производство по делу возобновлено.

По ходатайству истца был рассмотрен вопрос о назначении повторной судебной бухгалтерской экспертизы. Ходатайство мотивировано тем, что вывод эксперта ООО «АЙСИС» ФИО7 о неподтвержденности размера ущерба в размере 25 038 410 руб. противоречит исследовательской части заключения, при анализе которой можно сделать вывод о прибытии на склад «открытая площадка», находящийся по адресу <...> на сумму более, чем страховая.

Ответчик возражал против удовлетворения данного ходатайства, указав, что определением от 03.04.2019 была назначена экспертиза об установлении размера ущерба, а не бухгалтерская экспертиза. Выявленные в результате исследования нарушения, а также отсутствие достаточного комплекта подтверждающих документов не позволили определить расчетным путем стоимость запасов, находившихся на открытой площадке по адресу: <...> и признать заявленную ООО «СтройИндустрия» сумму недостачи товарного запаса в размере 25 038 410,42 руб. подтвержденной. Истцом не приведено достаточных аргументов в пользу порочности заключения эксперта, не приобщены к материалам дела рецензии, обосновывающие недостатки такой экспертизы, не заявлено ходатайство о приобщении имеющихся, но не переданных ране эксперту документов.

Истец и ответчик представили сведения об экспертных организациях, которым может быть поручена данная экспертиза.

Принимая во внимание, что в исследовательской части эксперт ООО «АЙСИС» ФИО7 указала на помещение товара на склад открытая площадка, но пришла к выводу о невозможности установления количества и стоимости данного товара, суд усматривает основания для назначения судебной экспертизы с целью установления на основании имеющихся в деле документов количества и стоимости такого товара.

С учетом того, что истец внес на депозит суда денежную сумму подлежащую оплате эксперту суд, руководствуясь ч. 1 ст. 82 АПК РФ, п. 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014г. №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», считает ходатайство истца о проведении судебной экспертизы подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В ходе рассмотрения дела возникли вопросы, разъяснение которых требует специальных знаний связанные с установлением стоимости утраченного имущества. Учитывая, что для разрешения данных вопросов требуются специальные познания суд усматривает основания для назначение удовлетворения ходатайства истца.

Учитывая предоставленную экспертными учреждениями информацию о сроках, стоимости экспертизы, квалификации экспертов и экспертных организаций, опыте проведения подобных экспертизы суд посчитал возможным поручить проведение экспертизы эксперту ООО «ТОККО- Аудит» ФИО8.

Определением от 22.06.2021 по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено Эксперту ООО «ТОККО- Аудит» ФИО8 (634050, <...> Ушайки, д.10., этаж 3. Тел/факс 8(3822) 51-07-11, tokkoaudit@yandex.ru)

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1.Каковы стоимость и объем товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола находившихся на открытой площадке по адресу: <...> на 03 февраля 2017 года?

2. Какова стоимость принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС, утраченных в результате пожара 03 февраля 2017 года, находившихся на открытой площадке по адресу: <...>?

Экспертное заключение поступило в суд 16.08.2021 года. На поставленные судом вопросы были получены следующие ответы:

Стоимость товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола находившихся на открытой площадке по адресу: <...> на 03 февраля 2017 года составила 23 923 327,12 рублей, объемом 103 994,641 единиц.

Стоимость принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС, утраченных в результате пожара 03 февраля 2017 года, находившихся на открытой площадке по адресу: <...> составила 23 923 327,12 рубля.

Дополнительно судебный эксперт была допрошена в судебном заседании по ходатайству ответчика, где ответила на вопросы сторон спора, а так же представила письменные пояснения.

По ходатайству ответчика был рассмотрен вопрос о назначении повторной судебной бухгалтерской экспертизы. Ходатайство мотивировано тем, что эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности до начала проведения экспертизы, расчет остатка ТМЦ на складе «Открытая площадка» по состоянию на 30.12.2016, произведенный экспертом «ТОККО-Аудит» является необоснованным, не верным, документально не подтвержденным, а заключение эксперта содержит неустранимые противоречия.

Протокольным определением от 30.09.2021 в удовлетворении данного ходатайства отказано, по следующим основаниям.

Порядок назначения экспертизы соблюден, отводов эксперту не заявлялось, существенного нарушения порядка проведения судебной экспертизы, влекущего признания заключения экспертизы недопустимым доказательством, не установлено. Назначая экспертизу суд, определением от 22.06.2021 предупредил эксперта ФИО8 об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения согласно ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Экспертное заключение «ТОККО-Аудит» соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо противоречий не содержит. Экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»; оснований не доверять указанному заключению не имеется, поскольку оно изготовлено на основании определения суда о назначении судебной экспертизы экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности; само заключение эксперта по настоящему делу является полным, мотивированным, нормативно обоснованным, не содержит неточности и неясности в ответах на поставленные вопросы; выводы эксперта являются однозначными, основаны на последовательных суждениях не носят вероятностного характера.

При этом суд отмечает, что ответчик фактически выражает несогласие с выводами судебной экспертизы, и утверждает, что эти выводы недостоверны, поскольку истец мог изъять имущество со спорного слада и не представить эксперту документов о таком изъятии. Вместе с тем, все случаи выбытия имущества со склада на которые ссылается ответчик, нашли отражение в экспертном заключении. Кроме того эксперт пояснил, что иные случаи выбытия имущества не подтверждаются данными бухгалтерского учета.

Основания не доверять эксперту или сомневаться в его беспристрастности у суда отсутствуют. Кроме того, суд отмечает, что по настоящему делу уже несколько раз были назначены и проведены судебные экспертизы, а именно 3 пожарно-технических и 2 бухгалтерских экспертизы, что приводит к затягиванию судебного разбирательства. При этом суд учитывает, что вопросы, которые ответчик предлагает поставить перед экспертом, подлежат оценке судом в совокупности и взаимосвязи со всеми представленными доказательствами.

В своих возражениях Ответчик ссылался на то обстоятельство, что Истцом были нарушены правила пожарной безопасности, нарушения которых находятся в прямой причинно-следственной связи с возникновением и развитием пожара и на этом основании, ссылаясь на пункт 5.3.7 Правил страхования, не признавал произошедшее событие страховым случаем.

Пункт 5.3.7 Правил устанавливает, что не является страховым случаем утрата (гибель) или повреждение имущества, произошедшие вследствие нарушения страхователем установленных законом или иным нормативным актом правил и норм пожарной безопасности».

Для установления факта нарушения правил пожарной безопасности по делу проведено три судебные экспертизы. В ходе судебного разбирательства факт нарушения Истцом правил пожарной безопасности, находящийся в прямой причинно-следственной связи с возникновением и развитием пожара не был установлен и не нашел документального подтверждения, что лишает Ответчика права ссылаться на п. 5.3.7 Правил страхования в качестве основания для отказа в выплате страхового возмещения.

Оспаривая размер причиненных убытков, ответчик заявил довод о том, что материалы дела не содержат достоверных доказательств, позволяющих установить точный размер причиненных убытков. Суд не может согласиться с данным доводом в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 11.1.10.6 Правил страхования к документам, подтверждающими размер ущерба относятся (список закрытый): акты инвентаризации имущества (инвентаризационные описи и ведомости), составленные на дату ближайшую к дате страхового события, и составленные по факту утраты (гибели) имущества, документы по учету движения товарных запасов, готовой продукции - ведомости, расходные и приходные материалы, оборотно-сальдовые ведомости, акты, товарные накладные, транспортные накладные.

Размер причиненного пожаром убытка подтверждается следующими доказательствами, представленными в материалы дела и соответствующими перечню, предусмотренному Правилами страхования: оборотно-сальдовой ведомостью по сч.41 за период с 31.12.2016 по 03.02.2017, сформированной по месту учета товарного запаса - склад «Открытая площадка» по адресу: Россия, <...>; материалами инвентаризации ТМЦ, проведенных до и по факту рассматриваемого события на открытой площадке по адресу: Россия, <...>; приходными ордерами, отражающих оприходование ТМЦ на склад «Открытая площадка» по адресу: Россия, <...>; складской книгой за период с 31.12.2016 по 03.02.2017 по Открытой площадке с адресом: Россия, <...> д 44, стр.1 (т. 5, л.д. 70-149, т. 6).

По результатам проведенной инвентаризации по факту пожара на складе открытая площадка выявлена недостача товарных запасов на сумму 25 038 410, 42 рублей. Подтверждено нахождения застрахованного товара на складе как до пожара, так и зафиксирована его недостача после пожара.

Сведений о том, что до или после пожара застрахованное имущество было вывезено с места хранения без документального оформления, в деле не имеется.

Проведенные по делу бухгалтерские экспертизы так же подтвердили выявленную недостачу товарных запасов на сумму превышающую размер страховой выплаты, установленной договором страхования - 15 000 000 руб.

Согласно заключению эксперта стоимость принадлежащих ООО «СтройИндустрия» на праве собственности товарных запасов экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС» (готовый продукт), а также товарных запасов сырья для изготовления экструдированного пенополистирола «СТИРЭКС, утраченных в результате пожара 03 февраля 2017 года, находившихся на открытой площадке по адресу: <...> составила 23 923 327,12 рубля.(т. 24 л.д. 59-86).

Доказательств, опровергающих данное обстоятельство Ответчиком в дело не представлено. При этом суд отмечает, что утверждение ответчика о тайном изъятии имущества со слада, об отдельных недостатках оформления документов как основаниях для отказа в страховой выплате, противоречит презумпции добросовестности истца участников гражданского оборота (ст. 10 ГК РФ), который не мог знать о пожаре и специально к нему, в том числе и путем безупречного оформления документов не готовился, и при отсутствии иных доказательств не может быть принято судом в качестве обоснованного.

Утверждение ответчика о неполном уничтожении застрахованного имущества противоречит акту осмотра от 08.02.2017 г., который составлен непосредственно после пожара с участием представителей ответчика, истца и экспертного учреждения ООО «Русаджастер» (т. л.д. 68-78) и отражает наиболее точную и полную информацию о существующей обстановке после пожара, произошедшего 03.02.2017 г.

В текстовой части данного акта указано, что «состояние помещения склада и сырья и готовой продукции, не позволяет произвести точный пересчет и однозначно идентифицировать все обнаруженные поврежденные остатки имущества. В ходе осмотра на обнаруженных остатках сырья сажа, копоть, упаковка обгорела. В частности на фотографиях №1-2, 17-18 «Общий вид навеса и «Г» образной открытой площадки стр. 4 акта осмотра, где отчетливо видно, что на территории страхования нет какого-либо сохраненного, не поврежденного пожаром застрахованного имущества (ТМЦ). Кроме того, на фотографиях №21-22; 25-28 акта осмотра зафиксированы остатки сырья и готовой продукции и его повреждения в результате пожара. В самом акте ничего не сказано, что какие либо остатки продукции не были уничтожены пожаром.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами истца о том, что представленные ответчиком в материалы дела фотографии с паллетами в желтой упаковке находятся за пределами территории страхования, т.е. не на территории страхования, не на территории размещения застрахованных ТМЦ. Они расположены с другой стороны здания, часть которого не имеет отношения к границам открытой площадки. Товарно-материальные ценности зафиксированные на фото №3 акта осмотра от 08.02.2017 г. не являются товаром принадлежащим ООО «Стройиндустрия», они произведены ООО «Промполимер» с браком, соответственно продаже для дальнейшей его реализации не подлежали. Находились данные бракованные ТМЦ не на территории расположения готовой продукции «открытая площадка». В бухгалтерском учете данные паллеты также отсутствуют, так как они и не поступали на территорию открытую площадку, где расположены готовые к реализации и отпуску товары.

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования о возмещении причиненных убытков только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (абзац 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» - далее Постановление № 25).

У страховщика имелось право в течении действия договора страхования проверять состояние застрахованного имущества. Однако данным правом Ответчик не воспользовался.

То обстоятельство, что проверка застрахованного имущества не является обязанностью страховой компании, не исключает права проведения соответствующей проверки, тем более что ее проведение соответствует интересам страховой организации.

Иные доводы и возражения, изложенные ответчиком в многочисленных отзывах на иск и дополнительных пояснений, отклонены судом как необоснованные.

В соответствии со ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Таким образом, поскольку ответчик доказательств, подтверждающих выплату страхового возмещения не представил, суд считает требования ООО «СтройИндустрия» обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При подаче первоначального иска ООО «СтройИндустрия» уплатило государственную пошлину в сумме 2 000 руб. (платежное поручение от 30.10.2017 г. № 69).

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика по правилам ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, в том числе с учетом понесенных расходов по оплате стоимости экспертизы, подлежит взысканию с ООО «Страховая компания «Согласие»: в пользу ООО «СтройИндустрия» 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 183 508 руб. расходов на оплату судебной экспертизы.

С учетом изменения размера первоначальных исковых требований подлежит взысканию с ООО «Страховая компания «Согласие» в доход федерального бюджета 96 000 руб. государственной пошлины.

При изготовлении резолютивной части решения была допущена арифметическая ошибка, а именно: неверно указана расходов на оплату судебной экспертизы, подлежащая взысканию с ответчика, а соответственно и итоговая сумма, подлежащая взысканию: «123 508 руб. расходов на оплату судебной экспертизы, всего 15 125 508 руб. », следовало же указать: «183 508 руб. расходов на оплату судебной экспертизы, всего 15 185 508 руб. » .

В соответствии со ст. 179 АПК РФ опечатки исправлены при изготовлении полного текста решения.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-175 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении встречных исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» отказать полностью.

Первоначальный иск удовлетворить. Взыскать общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» в пользу общества с ограниченной ответственностью «СтройИндустрия» 15 000 000 руб. страхового возмещения, 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 183 508 руб. расходов на оплату судебной экспертизы, всего 15 185 508 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» в доход федерального бюджета 96 000 руб. государственной пошлины.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Судья Д.А. Гребенников