Гражданский кодекс часть 1

общества с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирский нефтехимический комбинат» (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации: 06.06.2007, адрес: 626150, Тюменская область, город Тобольск, территория Восточный промышленный район, квартал 9, дом 1/1)

к Тюменской таможне (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 625048, <...>)

о признании недействительными решений о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларациях на товары, направленные письмами Тюменской таможни № 15-29/07931 от 17.07.2020, № 15-29/07882 от 16.07.2020, № 15-29/07784 от 15.07.2020, № 15-29/07452 от 08.07.2020, № 15-29/07446 от 08.07.2020, № 15-29/07449 от 08.07.2020, № 15-29/06970 от 30.06.2020,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Климовой Е.И.,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя – ФИО1 по доверенности № 88 от 16.12.2019, ФИО2, по доверенности № 12 от 13.02.2020,

от ответчика – ФИО3 по доверенности № 6 от 12.01.2021, ФИО4 по доверенности № 38 от 24.02.2021, ФИО5, по доверенности № 51 от 16.03.2021,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирский нефтехимический комбинат» (далее – заявитель, ООО «Западно-Сибирский нефтехимический комбинат», общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Тюменской таможне (далее – ответчик, Тюменская таможня) о признании недействительными решений о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларациях на товары, направленные письмами Тюменской таможни №15-29/07931 от 17.07.2020, № 15-29/07882 от 16.07.2020, № 15-29/07784 от 15.07.2020, №15-29/07452 от 08.07.2020, № 15-29/07446 от 08.07.2020, № 15-29/07449 от 08.07.2020, №15-29/06970 от 30.06.2020.

Представители заявителя в судебном заседании требования поддержали по основаниям, изложенным в заявлении.

Представители ответчика против заявленных требований возражают по доводам, изложенным в отзыве на заявление и в дополнениях к нему.

В качестве оснований незаконности решений Тюменской таможни заявителем указано, что лицензионные платежи, довключенные Тюменской таможней в структуру таможенной стоимости задекларированных обществом товаров, не относятся к товарам, задекларированным ООО «ЗапСибНефтеХим» в спорных декларациях на товары, не являются условием их продажи и, следовательно, в силу положений пункта 10 статьи 38, подпункта 7 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (приложение № 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза) (далее – ТК ЕАЭС), рекомендаций Коллегии ЕЭК от 15.11.2016 №20, не должны добавляться к цене ввезенных товаров при определении таможенной стоимости.

Тюменская таможня, возражая против заявленных требований, заявило о пропуске заявителем трехмесячного срока подачи настоящего заявления, предусмотренного частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Общество, возражая против позиции ответчика, считает, что срок подачи заявления не пропущен с учетом разъяснений, данных в пункте 31 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49, в связи с тем, что заявитель обжаловал решения ответчика в вышестоящий таможенный орган – Уральское таможенное управление, которое решением от 26.11.2020 №28-16/56 отказало обществу в удовлетворении жалобы.

При таких обстоятельствах, заявитель считает, что срок на обжалование в судебном порядке решения таможенного органа исчисляется с даты принятия решения вышестоящим таможенным органом, т.е. с 26.11.2020. Заявление общества поступило в Арбитражный суд Тюменской области 25.01.2021, т.е. в пределах установленного 3-х месячного срока на обжалование.

В соответствии со статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 198 АПК РФ ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, не соответствующий закону или иному правовому акту и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности могут быть признаны судом недействительными.

В соответствии с требованиями части 4 статьи 198 АПК РФ, заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49) право на обжалование решений, действий (бездействия) таможенных органов предоставлено в равной мере лицам, как избравшим административный способ обжалования в вышестоящий таможенный орган, так и обратившимся непосредственно в суд (часть 1 статьи 286 Закона о таможенном регулировании). Поскольку лицо, избравшее административный способ обжалования, не может быть ограничено в праве на судебную защиту, период административного обжалования решений, действий (бездействия) таможенного органа, в том числе если жалоба не была рассмотрена по существу, не включается в срок обращения в суд.

Таким образом, доводы заявителя об исчислении трехмесячного срока на обжалование в судебном порядке решений ответчика с даты принятия решения вышестоящим таможенным органом, основаны на неверном толковании вышеизложенных разъяснений высшей судебной инстанции, в связи с чем, подлежат отклонению.

В указанных разъяснениях не сказано, что административное обжалование решений таможенных органов прерывает течение срока подачи соответствующего заявления в арбитражный суд. Также в нем не говорится, что трехмесячный срок подачи заявления в арбитражный суд следует исчислять с даты принятия решения вышестоящим таможенным органом.

Согласно вышеуказанным разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации период административного обжалования решений таможенного органа не включается, то есть исключается, из срока обращения в суд.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела установлено и заявителем не оспаривается, что обжалуемые решения ответчика были получены обществом в период 06.07.2020-22.07.2020.

Заявитель обратился в суд с настоящим заявлением 21.01.2020, что составило фактически 6 месяцев, с момента получения 22.07.2020 обществом оспариваемых решений.

В порядке административного обжалования заявитель 06.10.2020 обратился с жалобой за исх. № 3643/1/ЗСНХ в Уральское таможенное управление (л.д.106 том 1), которое решением от 26.11.2020 №28-16/56 отказало обществу в удовлетворении жалобы (л.д. 122 том 1).

При этом, 03.11.2020 в части решений Тюменской таможни от 30.06.2020 во внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации, Уральское таможенное управление отказало заявителю в рассмотрении жалобы по существу в связи с несоблюдением заявителем срока обжалования (л.д. 130-131 том 1).

Таким образом, срок административного способа обжалования составил 1 месяц 20 дней (период 06.10.2020-26.11.2020) (для рассмотренных доводов жалобы) и 28 дней (период 06.10.2020-03.11.2020) (для доводов жалобы, в отношении которых заявителю отказано в рассмотрении).

Не включая период административного обжалования решений таможенного органа срок подачи рассматриваемого заявления в арбитражный суд составил 4 месяца 10 дней (6 месяцев исключая 1 месяц 20 дней).

Таким образом, суд считает, что заявление подано с пропуском срока, предусмотренного частью 4 статьи 198 АПК РФ, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Ходатайство о восстановлении срока подачи заявления в арбитражный суд с указанием уважительных причин его пропуска заявителем в суд не подано, в связи с чем основания для рассмотрения вопроса о восстановлении срока отсутствуют.

Исследовав материалы дела, оценив, в соответствии со статьями 9, 71 АПК РФ, с учетом принципа состязательности, представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, пояснения сторон, арбитражный суд считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 39 ТК ЕАЭС (приложение № 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза).

Для определения таможенной стоимости за основу принимается действительная цена, по которой данный или подобный товар продаётся или предлагается для продажи в такое время и в таком месте, которое определяется законодательством страны импорта при нормальном течении торговли в условиях полной конкуренции, что согласуется с требованиями законодательства о таможенной стоимости как облагаемой базы для таможенных платежей.

Согласно пункту 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее – ЕАЭС) и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления – лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 №20 утверждены Положения о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (далее – Положение).

В соответствии с пунктом 4 Положения в качестве лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, к которым в соответствии с международными договорами, международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС, и законодательством государств-членов ЕАЭС относятся произведения науки, литературы и искусства, фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной собственности.

Секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе сведения о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых вследствие отсутствия к ним свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны (пункт 39 раздела XII «Секреты производства (ноу-хау)» приложения № 26 «Протокол об охране и защите прав на объекты интеллектуальной собственности» к Договору о Евразийском экономическом союзе).

Согласно пункту 5 Положения обязанность по уплате лицензионных платежей является частью договорных отношений между лицензиатом и правообладателем (лицензиаром), которые могут быть оформлены лицензионным договором (соглашением), сублицензионным договором (соглашением), договором коммерческой концессии (франчайзинга), договором коммерческой субконцессии (субфранчайзинга) либо иным видом договора.

В соответствии с пунктом 7 Положения в целях проверки выполнения условий, предусмотренных подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

Таким образом, международными актами определены правила формирования таможенной стоимости товара, основанные на его действительной цене, в том числе с учетом лицензионных платежей, доначисляемых по результатам анализа условий внешнеэкономической сделки.

Согласно пункту 7 Положения, в случае когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров. При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС.

Согласно пункту 9 Положения при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами (абзац 3 пункта 9 Положения).

Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие:

– наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей;

– наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров;

– наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей;

– наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения;

– наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Как установлено судом, ООО «ЗапСибНефтеХим» с целью таможенного декларирования товаров во исполнение контракта от 31.10.2014 № ZSN.0404 на проектирование, материально-техническое снабжение и услуги на площадке («EPSS»), заключенного между обществом и «TECHNIP FRANCE» (Франция), в таможенные органы были поданы, в том числе 178 деклараций на товары (далее – ДТ) которые являются предметом рассматриваемого спора.

Декларирование по ДТ осуществлял таможенный представитель ЗАО «Ростэк-Таможенный брокер» (далее – таможенный представитель) по договору таможенного представителя с декларантом от 25.12.2015 № ЗСН.942.

Таможенная стоимость товаров по ДТ определена и заявлена декларантом (таможенным представителем) в соответствии со статьями 39, 40 ТК ЕАЭС по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами с учетом условий поставки DAP Тобольск.

В структуру таможенной стоимости товаров согласно сведениям декларации таможенной стоимости (далее – ДТС), заявленным декларантом (таможенным представителем), включены:

– цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за товары, согласно сведениям графы 11 ДТС;

– расходы на страхование, связанное с транспортировкой товаров согласно сведениям графы 19 ДТС,

т.е. при определении таможенной стоимости товаров осуществлены дополнительные начисления к уплаченной или подлежащей уплате цене товара, установленные статьей 40 ТК ЕАЭС.

По указанным ДТ таможенным постом приняты решения о выпуске товаров в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

В период 25.02.2020-22.05.2020 Тюменской таможней проведена камеральная таможенная проверка в отношении ООО «ЗапСибНефтеХим» по вопросу достоверности сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации.

По результатам анализа условий рассматриваемой внешнеэкономической сделки ответчик пришел к выводу, что условия контракта и лицензионных соглашений однозначно свидетельствуют о том, что товары без лицензируемых технологий не представляют для заказчика потребительской ценности, т.е. не могут быть использованы им в производстве. Соответственно, лицензионные платежи относятся к товару и формируют часть его цены.

Поскольку лицензионные платежи за право использования технологических процессов (ноу-хау) связаны с ввозимыми товарами, содержащими технологии (специально спроектированы и обеспечена поставка необходимых товаров), которые обеспечивают производство с использованием технологических процессов (ноу-хау), и уплата лицензионных платежей является условием продажи товаров, данные лицензионные платежи должны быть в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС добавлены к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары.

В том случае если лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности относятся ко всем или нескольким из поставляемых наименований товаров и в соглашении о предоставлении прав на использование объектов интеллектуальной собственности не приводится распределение платежей за такое использование между отдельными наименованиями товаров (паушальный платеж), то распределение суммарной величины платежей за использование объектов интеллектуальной собственности между наименованиями товаров производится пропорционально стоимости каждого наименования товаров, указанной в графе 12 ДТС, за исключением случаев, когда по желанию декларанта суммарная величина таких платежей включается в таможенную стоимость товаров с наиболее высоким уровнем налогообложения (заявление сведений декларантом не установлено).

По желанию декларанта суммарная величина платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может быть отнесена к первой партии товаров, в отношении которых предусмотрены такие платежи (по первой поставке декларантом не включены в таможенную стоимость лицензионные платежи) (пункт 22 Порядка декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденного решением Комиссии Таможенного Союза от 20.09.2010 № 376 (период действия 02.05.2018-30.06.2019), решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров»).

22.05.2020 по результатам проверки Тюменской таможней составлен акт камеральной таможенной проверки № 10503000/210/220520/А000277 (далее – акт), согласно которому в ходе проведенной камеральной таможенной проверки ООО «ЗапСибНефтеХим» по вопросу контроля достоверности сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, установлено заявление декларантом недостоверных сведений о структуре таможенной стоимости товаров, а именно: в структуру таможенной стоимости товаров, задекларированных в том числе по спорным ДТ, не добавлены лицензионные платежи.

По результатам камеральной таможенной проверки Тюменской таможней приняты оспариваемые решения.

Оспаривая принятые ответчиком решения, заявитель утверждает, что товары, задекларированные в спорных декларациях на товары, не являются оборудованием установок, соответственно, лицензионные платежи не относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам.

Между тем, согласно условиям контракта от 31.10.2014 № ZSN.0404 (пункт В преамбулы) данный контракт заключен с целью выполнения работ по проектированию и материально-техническому снабжению для установки на основе запатентованных лицензий. Соответственно, все, что поставляется в рамках контракта, относится к выполнению согласованного объема работ, является необходимым для реализации проекта и обеспечения его непрерывной эксплуатации.

При этом, в графах 31 деклараций на товары обществом самостоятельно заявляются сведения о том, что спорные товары предназначены для использования установки с указанием в графе 44 деклараций на товары сведений о контракте от 31.10.2-014 № ZSN0404, в рамках которого осуществляется поставка товара.

Кроме того, обществом не указывается, что в обжалуемых декларациях заявлены сведения о большем объеме товара, поставленного в рамках контракта от 31.10.2014 №ZSN.0404. Следовательно, исходя из позиции заявителя, лицензионные платежи подлежат включению в таможенную стоимость ввозимого в рамках данного контракта.

Получение решения о классификации товара, перемещаемого через таможенную границу Евразийского экономического союза в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершенном виде, является механизмом предварительной оценки ввозимого оборудования на предмет его соответствия заявленному коду ТН ВЭД ЕАЭС. применяется в целях упрощения перемещения оборудования через таможенную границу для участника внешнеэкономической деятельности, предоставления льгот по уплате таможенных пошлин, налогов (подпункт 7 статьи 150 Налогового кодекса Российской Федерации, Постановление Правительства Российской Федерации от 30.04.2009 № 372 «Об утверждении перечня технологического оборудования (в том числе комплектующих и запасных частей к нему), аналоги которого не производятся в Российской Федерации, ввоз которого на территорию Российской Федерации не подлежит обложению налогом на добавленную стоимость») и не определяет порядок включения/не включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров.

С учетом изложенного, в указанной части доводы заявителя, как несостоятельные, подлежат судом отклонению.

Таможенным органом установлено, что поскольку лицензионные платежи за право использования технологических процессов (ноу-хау) связаны с ввозимыми товарами, содержащими технологии (специально спроекттированы и обеспечены поставкой необходимых товаров), которые обеспечивают производство с использованием технологических процессов (ноу-хау), и уплата лицензионных платежей является условием продажи товаров, данные лицензионные платежи должны быть в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС добавлены к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары.

Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных соглашений условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров принимается с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров.

Таким образом, в данном случае юридически значимым является факт наличия в документах, опосредующих сделку, положений, касающихся уплаты лицензионных соглашений, что и было установлено ответчиком (пункты 5.1 лицензионных соглашений от 25.05.230312 №№ ZSN.0091, ZSN.0093).

При этом, суд принимает во внимание, что сведения о том, что лицензионными соглашениями предусмотрена уплата лицензиару вознаграждения (лицензионных платеж) заявителем не оспаривается.

Как установлено судом, товары, ввозимые в рамках внешнеэкономического контракта № ZSN.0404 от 31.10.2014 используются при применении лицензионной технологии (в том числе проектируются на основе технологического пакета лицензиара), лицензионные платежи относятся к ним, поскольку товары являются оборудованием, специально подобранным и спроектированным для реализации данной технологии на основе технологического пакета лицензиара, и в лицензионно договоре установлены ограничения и требования, в силу которых использование «ноу-хау» возможно с применением исключительно оцениваемых товаров.

Уплата лицензионных платежей является условием продажи товаров для их вывоза на таможенную территорию Союза, поскольку поставщик продает такие товары исключительно для целей внедрения лицензиатом лицензируемой технологии на установке в зависимости с условиями лицензионных соглашений и уплаты лицензионных платежей лицензиару.

Данный вывод также подтверждается тем, что ввозимые товары не могут быть использованы импортером без применения ноу-хау.

Так, в соответствии с пунктом 15.17 лицензионных соглашений, в случае принятия «отрицательного решения об инвестициях» согласно п. 1.47. 1.45 «отрицательное решение об инвестициях» это решение лицензиата о приостановлении строительства установки, о чем незамедлительно направляется уведомление лицензиару (п. 5.17.1. п. 5.16.1)).

Лицензиат должен вернуть лицензиару или уничтожить техническую документацию, полученную от лицензиара по форме, согласованной сторонами – акту.

Согласно п.5.17.3. п.5.16.3 после получения уведомления лицензиар должен вернуть лицензиату денежные средства, полученные в соответствии с п. 5.2. за вычетом платы за расторжение.

Таким образом, расторжение лицензионных соглашений на использование технологического процесса производства полиэтилена влечет приостановление строительства установки, которое осуществляет по контракту (договору подряда) на проектирование и материально-техническое снабжение «ЕР» от 31.10.2014 №ZSN.0404.

Кроме того, установлено наличие в лицензионных договорах условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения (пункт 5.9 лицензионного соглашения от 25 мая 2012 г. №№ ZSN.0091, согласно которому предусмотрен платеж за дополнительно разрешенную производительность; пункт 5.8 лицензионного соглашения от 25.05.2012 № ZSN.0093, согласно которому предусмотрен платеж за дополнительно разрешенную производительность).

В разделе «В» статьи 3 лицензионных соглашений содержатся положения о предоставлении обществу компанией INEOS Commercial Services (UK) Limited технических услуг, в том числе:

– проверка документов на предмет их соответствия технологическому процессу компании INEOS Commercial Services (UKtied (п. 3.3 лицензионных соглашений);

– направление технологов компании INEOS Commercial Services (UK) Limited для оказания помощи ООО «ЗапСибНефтехим» в интерпретации технологического пакета компании INEOS Commercial Services (UK) Limited в связи с проектированием, материально-техническим обеспечением и строительством установки (пункт 3.4.1 лицензионных соглашений);

– оказание содействия ООО «ЗапСибНефтехим» при проведении факторов риска и эксплуатационной пригодности (п. 3.4.2 лицензионных соглашений);

– проверка соответствия FEED Установки технологическому пакету компании INEOS Commercial Services (UK) Limited (п. 3.4.3 лицензионных соглашений);

– проверка соответствия рабочего проекта Установки технологическому пакету компании INEOS Commercial Services (UK) Limited (п. 3.4.4 лицензионных соглашений);

– оказание помощи ООО «ЗапСибНефтехим» при проведении проверки соответствия монтажных работ на установке технологическому пакету компании INEOS Commercial Services (UK) Limited и при определении статуса завершения механомонтажных работ на Установке (п. 3.4.5 лицензионных соглашений);

– оказание содействия ООО «ЗапСибНефтехим» при проведении проверки соответствия монтажа Установки технологическому пакету компании INEOS Commercial Services (UK) Limited (п. 3.4.6 лицензионных соглашений);

– оказание содействия ООО «ЗапСибНефтехим» на установке в связи с предпусковыми работами и пуском установки и проведением эксплуатационных испытаний (п. 3.4.7 лицензионных соглашений).

Кроме того, каждое лицензионное соглашение содержит положения о том, что по запросу лицензиара общество обязано предоставлять представителям правообладателя и указанным им лицам доступ к той части установки, в которой применяется технологический процесс, а также право проверять ее технико-эксплуатационные данные о ходе ее сооружения и эксплуатации (пункт 6.1 лицензионного соглашения № ZSN.097, раздел 3 лицензионного соглашения № ZSN.095, часть В статьи 3 лицензионного соглашения № ZSN.091, часть В статьи 3 лицензионного соглашения № ZSN.093),

Таким образом, компания INEOS Commercial Services (UK) Limited участвует и контролирует процесс проектирования и строительства установки.

Кроме того, чтобы решить вопрос о включении или не включении лицензионных платежей в таможенную стоимость, применяется общий подход (п.17 - 20 раздела IV «Лицензионные платежи за право использования секретов производства (ноу-хау)» Положения о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, утвержденного Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20), согласно которому при проектировании ввозимых товаров на основе сведений лизенциаров, когда секрет производства (ноу-хау) инкорпорирован (содержится) в них, лицензионные платежи обязательно включаются в таможенную стоимость, так как секрет производства (ноу-хау) является частью товаров.

Пунктом 1 статьи 1 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 года установлено, что таможенной стоимостью импортируемых товаров является цена сделки, т.е. цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за товары, проданные на экспорт в страну импорта, скорректированная в соответствии с положениями статьи 8.

Согласно подпункту (с) пункта 1 статьи 8 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 года при определении таможенной стоимости согласно положениям статьи 1 к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за импортируемые товары, добавляются: роялти и лицензионные платежи, относящиеся к оцениваемым товарам, которые должен выплатить покупатель прямо или косвенно в качестве условия продажи оцениваемых товаров, в той мере, в какой такие роялти и платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 года добавления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, производятся согласно настоящей статье лишь на основе объективных и поддающихся количественному определению данных.

В Пояснительных примечаниях к пункту 3 статьи 8 в Приложении 1 к Соглашению по применению статьи VII ГАТТ 1994 года разъяснено, что в случае отсутствия объективных и поддающихся количественному определению данных в отношении добавлений, требуемых согласно положениям статьи 8, цена сделки не может быть определена согласно положениям статьи 1.

Например, роялти уплачено на основе цены при продаже в импортирующей стране литра определенного продукта, который был ввезен в килограммах и превращен в раствор после ввоза. Если роялти частично основано на импортируемых товарах, а частично – на других факторах, которые не имеют ничего общего с импортируемыми товарами (например, когда импортируемые товары смешиваются с отечественными ингредиентами и больше не могут быть раздельно идентифицированы или когда роялти не может быть выделено из специальных финансовых договоренностей между покупателем и продавцом), было бы неуместно пытаться производить добавление за роялти. Однако если сумма этого роялти основывается лишь на импортируемых товарах и легко поддается количественной оценке, то к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, может быть произведено добавление.

В рассматриваемых обстоятельствах, лицензионные платежи относятся только к ввозимым обществом товарам и поддаются количественной оценке, следовательно, исходя из вышеуказанных норм к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, должны быть добавлены лицензионные платежи, что и было произведено Тюменской таможней при определении таможенной стоимости.

Товары по рассматриваемым декларациям на товары ввезены во исполнение контракта от 31.10.2014 № ZSN.0404 с целью строительства и эксплуатации одной лицензионной установки, состоящей из 2 частей.

Также в контракте от 31.10.2014 № ZSN.0404 содержится условие о том, что выполнение работ по проектированию и материально-техническому снабжению установки производится на основе запатентованных лицензий, полученным по двум лицензионным соглашениям от 25/05/2012 между ООО «ЗапСибНефтехим» и компанией INEOS Commercial Services (UK) Limited (пункт В Преамбулы Контракта).

Пунктом 5.1 лицензионного соглашения Ка ZSN.0091 от 25.05.2012 установлено: «В качестве встречного удовлетворения за права и лицензии, предоставленные лицензиаром по использованию технологического процесса (ноу-хау), предусмотренные пунктами 2.1, 2.11. 2.12 и 10. лицензиат выплачивает лицензиару вознаграждение в размере 16 700 000 долларов CUM».

Пунктом 5.1 лицензионного соглашения № ZSN.0093 от 25.05.2012 также установлено: «В качестве встречного удовлетворения за права и лицензии, предоставленные лицензиаром по использованию технологического процесса (ноу-хау), предусмотренные пунктами 2.1, 2.11, 2.12 и 10, лицензиат выплачивает лицензиару вознаграждение в размере 26800000 долларов США».

В данном случае, по двум лицензионным соглашениям, на основании которых производится строительство и эксплуатация установки, размер лицензионных платежей, уплачиваемых за право использования технологического процесса (ноу-хау) при проектировании, эксплуатации установки в рамках контракта от 31.10.2014 № ZSN.0404, составляет 43 500 000 долларов США.

В том случае, если лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности относятся ко всем или нескольким из поставляемых наименований товаров и в соглашении о предоставлении прав на использование объектов интеллектуальной собственности не приводится распределение платежей за такое использование между отдельными наименованиями товаров (паушальный платеж), то распределение суммарной величины платежей за использование объектов интеллектуальной собственности между наименованиями товаров производится пропорционально стоимости каждого наименования товаров, указанной в графе 12 ДТС за исключением случаев, когда по желанию декларанта суммарная величина таких платежей включается в таможенную стоимость товаров с наиболее высоким уровнем налогообложения (заявление сведений декларантом не установлено).

По желанию декларанта суммарная величина платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может быть отнесена к первой партии товаров, в отношении которых предусмотрены такие платежи (по первой поставке декларантом не включены в таможенную стоимость лицензионных соглашений (пункт 22 Порядка декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденного решением Комиссии Таможенного Союза от 20.09.2010 № 376, решение Коллегии Евразийской экономической комиссии от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров»).

Расчет таможенных платежей, с учетом довключенных в таможенную стоимость лицензионных платежей, приведен в оспариваемых решениях.

Представление расчета распределения лицензионных платежей в ином виде нормами права ЕАЭС законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании не предусмотрено.

Таким образом, таможенный орган лишь констатирует факт оплаты доначисленных таможенных платежей и пени, опосредованных включением в таможенную стоимость товаров (в том числе ввезенных в рамках контракта от 31.10. 2014 № ZSN.0404. лицензионных соглашений от 25.05.2012 №№ ZSN.0091. ZSN.0093 по спорным ДТ) лицензионных платежей.

Кроме того, суд принимает во внимание то обстоятельство, что оценка вышеизложенным обстоятельствам дана Арбитражным судом Свердловской области в рамках рассмотрения дела № А60-9183/2020, возбужденного по заявлению ООО «ЗапСибНефтеХим» к Уральскому таможенному управлению о признании незаконными решений от 21.11.2019 № 28-16/62, № 28-16/63, № 28-16/64.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены – Тюменская таможня и ЗАО «Ростэк-Таможенный брокер».

По результатам рассмотрения дела, в удовлетворении заявленных ООО «ЗапСибНефтеХим» требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020 производство по делу А60-9183/2020 прекращено в связи с отказом ООО «ЗапСибНефтеХим» от заявленных требований.

Согласно пункту 14 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 Таможенного кодекса вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

С учетом того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа.

Предоставляемые таможенным органом новые доказательства принимаются судом, если обоснованы объективные причины, препятствовавшие их своевременному получению до вынесения решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенные разъяснения высшей судебной инстанции, документы, представляемые заявителем в суд, которые на стадиях таможенного контроля, ведомственного обжалования и судопроизводства в рамках иного судебного дела заявителем представлены не были, судом не принимаются.

Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, оснований для удовлетворения заявленных ООО «ЗапСибНефтеХим» требований у суда не имеется. Иные выводы заявителя основаны на неверном толковании применимых в рассматриваемом случае норм международного права и трактовкой положений контракта и лицензионных соглашений, в связи с чем, судом отклоняются как несостоятельные.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Минеев О.А.