Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд УР в составе судьи М.В.Мельниковой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи И.Н.Мельниковым, рассмотрел в судебном заседании дело по иску Министерства сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики к Крестьянскому (фермерскому) хозяйству ФИО1 при участии третьего лица-Министерства финансов УР о взыскании 5 000 000 руб. 00 коп. гранта предоставленного на развитие семейной животноводческой фермы,

при участии представителей:

от истца: ФИО2– представитель по доверенности №03222-02/4 от 22.07.2019,

от ответчика: ФИО3 – представитель по доверенности от 22.05.2019, ФИО1 (паспорт),

от третьего лица: ФИО4 - представитель по доверенности № 23 от 26.09.2018,

установил: Министерство сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики (далее – истец, министерство) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к Крестьянскому (фермерскому) хозяйству ФИО1 (далее – ответчик, КФХ, КФХ «ФИО1») о взыскании 5 000 000 руб. 00 коп. гранта предоставленного на развитие семейной животноводческой фермы.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.05.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Министерство финансов УР.

Как следует из материалов дела, по итогам конкурса между Министерством, и КФХ «ФИО1» в целях реализации подпрограммы «Достижений целевых показателей региональной программы развитие агропромышленного комплекса» государственной программы "Развитие сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия», утвержденной постановлением Правительства Удмуртской Республики от 30.12.2015 №597, в соответствии с Правилами предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на развитие семейных животноводческих ферм, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 28.02.2012 №165 "Об утверждении Правил предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на развитие семейных животноводческих ферм", за счет средств регионального бюджета в соответствии с положением о предоставлении грантов на развитие семейных животноводческих, заключено соглашение №49 от 27.05.2016 "О предоставлении гранта на развитие семейной животноводческой фермы" (далее - соглашение №49 от 27.05.2016).

В соответствии с условиями соглашения №49 от 27.05.2016 КФХ «ФИО1» предоставлен грант на развитие семейной животноводческой фермы в размере 5 000 000 руб. 00 коп., в том числе за счет средств федерального бюджета 3 564 000 руб. 00 коп., за счет средств бюджета Удмуртской Республики 1 436 000 руб. 00 коп.

Из содержания заключенного между сторонами соглашения №49 от 27.05.2016 следует, что КФХ «ФИО1» использует Грант исключительно по целевому назначению в соответствии с планом расходов. Согласно плану расходов грант предоставлен для Строительства семейной животноводческой фермы и покупки молодняка крупного рогатого скота, голов.

При проведении проверок использования средств гранта Министерство финансов пришло к выводу о том, что установленные соглашением обязательства КФХ «ФИО1» не исполнены в полном объеме, а именно: представлены недостоверные сведения о количестве поголовья крупного рогатого скота, а также бизнес-планом и планом расходов предусмотрено строительство фермы по откорму крупного рогатого скота, фактически используется под молочно-товарную ферму.

Министерство сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики направило КФХ «ФИО1» требование о возврате средств гранта, предоставленных за счет средств бюджета Удмуртской Республики. Указанное требование оставлено главой КФХ без удовлетворения.

Министерство сельского хозяйства и продовольствия Удмуртской Республики ссылаясь на то, что требования о возврате гранта на развитие семейной животноводческой фермы на базе крестьянского (фермерского) хозяйства в размере 5 000 000 руб. 00 коп. в добровольном порядке ответчиком не исполнены, обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

КФХ «ФИО1» возражает против удовлетворения исковых требований, указав на отсутствие оснований для возврата предоставленной субсидии.

Всесторонне исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьей 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации субсидии юридическим лицам (за исключением субсидий государственным (муниципальным) учреждениям), индивидуальным предпринимателям, а также физическим лицам – производителям товаров, работ, услуг предоставляются на безвозмездной и безвозвратной основе в целях возмещения недополученных доходов и (или) финансового обеспечения (возмещения) затрат в связи с производством (реализацией) товаров (за исключением подакцизных товаров, кроме автомобилей легковых и мотоциклов, винодельческих продуктов, произведенных из выращенного на территории Российской Федерации винограда), выполнением работ, оказанием услуг.

Порядок возврата субсидий в соответствующий бюджет в случае нарушения условий, установленных при их предоставлении, определяется нормативными правовыми актами, муниципальными правовыми актами, регулирующими предоставление субсидий (пункт 3 статьи 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 162 Бюджетного кодекса Российской Федерации получатель бюджетных средств обеспечивает результативность, целевой характер использование предусмотренных ему бюджетных ассигнований, формирует и предоставляет бюджетную отчетность получателя бюджетных средств соответствующему главному распорядителю бюджетных средств.

В силу статьи 34 Бюджетного кодекса Российской Федерации принцип эффективности использования бюджетных средств означает, что при составлении и исполнении бюджетов участники бюджетного процесса в рамках установленных им бюджетных полномочий должны исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) и (или) достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).

Принцип адресности и целевого характера бюджетных средств означает, что бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств доводятся до конкретных получателей бюджетных средств с указанием цели их использования (статья 38 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 306.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации бюджетным нарушением признается совершенное в нарушение бюджетного законодательства Российской Федерации, иных нормативных правовых актов, регулирующих бюджетные правоотношения, и договоров (соглашений), на основании которых предоставляются средства из бюджета бюджетной системы Российской Федерации, действие (бездействие) финансового органа, главного распорядителя бюджетных средств, распорядителя бюджетных средств, получателя бюджетных средств, за совершение которого главой 30 настоящего Кодекса предусмотрено применение бюджетных мер принуждения.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, и сторонами не оспаривается, что предоставленная КФХ субсидия израсходована по целевому назначению – на строительство семейной животноводческой фермы и покупки молодняка крупного рогатого скота, голов, созданы рабочие места, в доказательство чего ответчиком представлены соответствующие документы (л.д. 109-200 том 1).

Согласно письменным пояснениям истца требования, предусмотренные статьей 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации, Положением о предоставлении грантов, Соглашением о предоставлении гранта Ответчиком добросовестно выполняются, средства гранта освоены в срок и по целевому назначению. Цели, задачи и целевые показатели государственной программы Удмуртской Республики «Развитие сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия» и ее подпрограмм Ответчиком выполнены.

При этом суд считает необходимым обратить внимание на то, что в соответствии с пунктами 1, 3, 4, 5 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачами судопроизводства в арбитражных судах наряду с защитой нарушенных или оспариваемых прав являются справедливое публичное разбирательство, укрепление законности и формирование уважительного отношения к закону и суду.

С учетом необходимости соблюдения стандартов эффективности правосудия суды должны выявлять также, злоупотребляют ли стороны своими правами, и выявлять возможные негативные последствия судебного решения (статья 17 Конституции Российской Федерации, статьи 13, 17, 18 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года).

Конституционный суд Российской Федерации неоднократно, в том числе в постановлениях от 18 мая 2012 года №12-П, от 14 февраля 2013 года №4-П, от 19 января 2016 года №2-П указывал на то, юридическая ответственность, по смыслу статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями; наличие состава правонарушения является, таким образом, необходимым основанием для всех видов юридической ответственности; при этом признаки состава правонарушения, прежде всего в публично-правовой сфере, как и содержание конкретных составов правонарушений должны согласовываться с конституционными принципами демократического и правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами юридической ответственности; в свою очередь, наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения – общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, то есть закреплено непосредственно в законе.

Конституционные требования справедливости и соразмерности предопределяют, по общему правилу, необходимость дифференциации юридической ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при выборе той или иной меры государственного принуждения.

В данном случае суд, исходя из анализа всех обстоятельств дела, оценки соразмерности заявленных во взысканию сумм и возможных финансовых последствий для каждой из сторон, с учетом того, что при получении ответчиком субсидии им были достигнуты цели, изложенные в Государственной программе Удмуртской Республики «Развитие сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия» на 2013 - 2020 годы, пришел к выводу об отсутствии оснований для возврата предоставленных КФХ денежных средств.

При этом удовлетворение исковых требований, и возложение на ответчика обязанности возвратить денежные средства, при том, что бюджетные средства потрачены КФХ по целевому назначению, по мнению суда, влекут возложение ответственности в виде изъятия собственных средств ответчика, не соразмерной совершенному правонарушению, при отсутствии ущерба бюджету субъекта, что противоречит принципам справедливости, разумности и добросовестности.

С учетом принятого по делу решения, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы относятся на истца; при этом, учитывая, что он освобожден от уплаты государственной пошлины на основании пункта 1.1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации, пошлина взысканию не подлежит.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья М.В.Мельникова