Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Н.Г.Зориной, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Н. И. Саламатовой, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Открытого акционерного общества «Удмуртнефть» г. Ижевск к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Удмуртской Республике г.Ижевск, при участии Удмуртской природоохранной межрайонной прокуратуры г. Ижевск об оспаривании постановления о назначении административного наказания

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 по доверенности от 28.11.2013,

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 09.04.2014,

ФИО3 по доверенности от 25.06.2014,

от третьего лица: ФИО4 помощника прокурора,

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «Удмуртнефть» (далее ОАО «Удмуртнефть», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Удмуртской Республике (далее управление, административный орган) об отмене постановления от 23.05.2014 № 03-48-2014/30Пс о назначении административного наказания по ч. 1 ст. 8.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП РФ). Заявление принято арбитражным судом к производству с присвоением делу № А71-6110/2014.

ОАО «Удмуртнефть» обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением к управлению об отмене постановления от 20.05.2014 № 03-41-2014/23Пс о назначении административного наказания по ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ. Заявление принято арбитражным судом к производству с присвоением делу № А71-6116/2014.

Определением арбитражного суда от 24.07.2014 дела объединены в одно производство для их совместного рассмотрения с присвоением делу №А71-6110/2014. Рассмотрение дела начато с самого начала.

Постановления оспариваются заявителем по основаниям, изложенным в заявлениях и письменных пояснениях (т. 3 л.д. 17-22).

Ответчик требования не признал по основаниям, изложенным в отзывах (т. 1 л.д. 24-27, т. 2 л.д. 24-26).

Прокурор возражал против заявленных требований по основаниям, изложенным в возражениях (т. 3 л.д.7-11).

Из представленных по делу доказательств следует, что в соответствии с планом работы на 1 полугодие 2014 года прокуратурой проведена проверка исполнения ОАО «Удмуртнефть» законодательства о недрах и об охране атмосферного воздуха.

В ходе проверки установлено, что ОАО «Удмуртнефть» на основании лицензии на право пользования недрами ИЖВ 00196 НЭ осуществляет добычу нефти и растворенного газа из башкирской залежи на Восточно-Красногорском месторождении в Удмуртской Республике, расположенном на территории Игринского района Удмуртской Республики. Срок действия лицензии до 31.03.2017 (т. 1 л.д. 55-56).

Восточно-Красногорское месторождение Удмуртской Республики открыто в 1974 году, введено в промышленную разработку в 1983 году.

Согласно п. 10.1.6. контракта № ДН 012/2017 от 12.02.1998 к лицензии ИЖВ 00196 НЭ пользователь недр (ОАО «Удмуртнефть») обязан принять меры по утилизации попутного газа.

В 2011 году ОАО «Удмуртнефть» разработан проектный документ «Дополнение к технологической схеме разработки Восточно-Красногорского месторождения Удмуртской Республики» (протокол ЗС ТО ЦКР Роснедр по УВС от 22.03.2011 № 15-11), который утвержден председателем ЦКР Роснедр по УВС от 26.04.2011.

Проектным документом «Дополнение к технологической схеме разработки Восточно-Красногорского месторождения Удмуртской Республики» предусмотрен уровень использования растворенного газа в 2013 году - 95%, в 2014 году - 95% (таблица 11 «Обоснование прогноза добычи растворенного газа»).

Согласно лицензии и заключению Минэнерго России на рассмотрение проектного документа «Дополнение к технологической схеме разработки Восточно-Красногорского газонефтяного месторождения Удмуртской Республики» достижение уровня эффективного использования ПНГ в объеме 95% по Восточно-Красногорскому месторождению Удмуртской Республики предусмотрено в 2010 году.

Согласно статистической отчетности по форме 1-ЛС за 2013 год показатель сжигания и (или) рассеивания попутного нефтяного газа (далее также ПНГ) на Восточно-Красногорском месторождении составил 90%.

Запасы ПНГ по Восточно-Красногорскому месторождению на 01.01.2014 числятся на балансе в объеме 99 млн. куб. м. по категории АВС1 и 1 млн. куб. м. по категории С2.

Из информации, представленной ОАО «Удмуртнефть» (письмо от 28.04.2014 № ЕМ-24/1580), следует, что за 2013 года на Восточно-Красногорском месторождении Удмуртской Республики добыто 12550 тонн нефти, при этом объем извлеченного попутного нефтяного газа составил 4884,125 тыс. куб.м. Использовано (утилизировано) попутного нефтяного газа 488,412 тыс. куб.м., при этом уровень утилизации (полезного использования) попутного нефтяного газа за 2013 год составил 10%. На факельной установке сожжено 4395,84 тыс. куб.м. попутного нефтяного газа, что составляет 90% от общего уровня извлеченного попутного нефтяного газа.

С 01.01.2014 по 01.04.2014 года на Восточно-Красногорском месторождении Удмуртской Республики добыто 2570 тонн нефти, при этом объем извлеченного попутного нефтяного газа составил 996,745 тыс.куб.м. Использовано (утилизировано) попутного нефтяного газа 318,95 тыс.куб.м., при этом уровень утилизации (полезного использования) попутного нефтяного газа за истекший период 2014 года составил (по состоянию на 01.04.2014) составил 32%. На факельной установке сожжено 667,795 тыс. куб.м. попутного нефтяного газа, что составляет 68% от общего уровня извлеченного попутного нефтяного газа.

В связи с установлением в действиях ОАО «Удмуртнефть» нарушений ст. ст. 22, 23, 23.2 Закона «О недрах», п. 10.1.6 контракта №ДН 012/2017 от 12.02.1998 к лицензии ИЖВ 00196 НЭ, требований технического проекта «Дополнение к технологической схеме разработки Восточно-Красногорского месторождения Удмуртской Республики» Удмуртским природоохранным межрайонным прокурором в отношении ОАО «Удмуртнефть» в присутствии представителя общества по доверенности ФИО1 вынесены постановление от 08.05.2014 о возбуждении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ, и постановление от 07.05.2014 о возбуждении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ (т. 1 л.д. 41-44, т. 2 л.д. 39-42).

Законный представитель ОАО «Удмуртнефть» надлежащим образом был извещен о времени и месте вынесения постановлений о возбуждении производства по делу об административном правонарушении (т. 1 л.д. 46, т. 2 л.д.47).

ОАО «Удмуртнефть» вменено, что на Восточно-Красногорском месторождении общество допустило нерациональное использование растворенного (попутного нефтяного) газа и не обеспечило утилизацию попутного нефтяного газа в объеме 95% от объема добываемого попутного нефтяного газа.

Материалы административных дел в отношении ОАО «Удмуртнефть» направлены в управление для рассмотрения.

По результатам рассмотрения материалов административных дел управлением в присутствии представителя общества по доверенности ФИО1 вынесены постановления о назначении административного наказания:

- от 23.05.2014 № 03-48-2014/30Пс, которым заявитель привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ, в виде взыскания штрафа в размере 800000 руб.,

- от 20.05.2014 № 03-41-2014/23Пс, которым заявитель привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ, в виде взыскания штрафа в размере 305000 руб. (т. 1 л.д. 32-36, т. 2 л.д. 33-36).

Смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств административным органом не установлено.

Считая данные постановления незаконными, ОАО «Удмуртнефть» обратилось с заявлением в арбитражный суд.

Заявитель в обоснование требования указал, что при вынесении постановления о назначении наказания № 03-48-2014/30Пс управление обязано было сравнить и/или установить действующие установленные нормативы с величиной потерь, как нормативных, так и ненормативных.Ссылка управления на нормативы использования, не может быть применена при оценке нормативных и сверхнормативных потерь ПНГ, т.к. приводит к не обоснованной подмене понятий норматива использования ПНГ и нормативных потерь. Управление не доказало факт нерационального использования недр, ведущего к сверхнормативным потерям. Материалами дела не установлено ни событие административного правонарушения, ни вина общества. Заявитель считает, что приведенные в обжалуемом постановлении доводы, формулировки и выводы, уже были рассмотрены Управлением и по ним вынесено постановление о назначении наказания от 20.05. 2014 №03-41-2014/23Пс, что является повторным привлечением к ответственности.В отношении постановления о назначении наказания от 20.05.2014 №03-41-2014/23Пс заявитель указал, что принимая оспариваемое постановление, административный орган не исследовал вопрос о возможности использования ПНГ исходя из его физико-химических показателей применительно к спорному месторождению.Начиная с 2008 года, в обществе велась работа, связанная с утилизацией ПНГ, рассматривались различные варианты его использования. Исходя из возможных условий использования ПНГ, уровень утилизации на указанном месторождении не может быть достигнут 95%.В связи с этим, обществом 23.05.2014 была подана заявка по внесению изменений в лицензионное соглашение об уровне использования ПНГ. С 01.08.2014 условие по достижению 95% уровня утилизации ПНГ в лицензии ИЖВ 00196 НЭ исключено. Заявитель полагает, что выполненные им мероприятия свидетельствует о том, что у общества отсутствовала возможность для соблюдения существующих правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность. В действиях общества вина отсутствует.Кроме того, заявитель просит учесть общественную значимость оказываемых им работ (услуг) для оценки справедливости назначенного административным органом наказания. По мнению заявителя, руководствуясь принципами справедливости и соразмерности назначения наказания, а также в соответствии с правовой позицией КС РФ, изложенной в постановлении от 25.02.2014 № 4-П, следует снизить размер подлежащего наложению на общество административного штрафа ниже низшего предела, предусмотренного ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ для юридических лиц.

Ответчик требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на заявление, указав в части постановления №03-48-2014/30Пс, что осуществляя добычу нефти и растворенного газа из башкирской залежиВосточно-Красногорского месторождения, заявитель допустил нерациональное использование растворенного (попутного нефтяного) газа, ведущее к сверхнормативным потерям при добыче полезных ископаемых при осуществлении пользования недрами. Апеллируя доводам заявителя, ответчик указал, что потери попутного нефтяного газа могут быть как при непосредственном его извлечении (технологические потери), так и при его утилизации (использовании), т.е. ПНГ, который не будет утилизирован. В обоих случаях потери будут нормативные, так как уровень утилизации утвержден технологическим документом «Дополнение к технологической схеме разработки Восточно-Красногорского газонефтяного месторождения Удмуртской Республики». Потери ПНГ определены при установлении уровня утилизации ПНГ и составляют 5% от объема утилизированного попутного нефтяного газа. В рассматриваемом случае норматив потерь ПНГ при его утилизации ОАО «Удмуртнефть» значительно превышен.Доводы ОАО «Удмуртнефть» о невозможности использовать ПНГ в полном объеме являются необоснованными.ОАО «Удмуртнефть» имело возможность обеспечить уровень использования попутного нефтяного газа на Восточно-Красногорском месторождении в объеме 95% от объема добываемого попутного нефтяного газа и рациональное использование растворенного (попутного нефтяного) газа. Составы административных правонарушений предусмотренных ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ и ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ в действиях заявителя доказаны. Несоблюдение условий лицензии представляет угрозу причинения вреда окружающей среде, угрозу загрязнения недр. С учетом того, что правонарушение совершалось длительное время, управление считает, что оснований для снижения суммы штрафа нет.

Возражая против требований заявителя, прокурор поддержал доводы ответчика, считает, что в действиях заявителях установлены составы правонарушений, предусмотренных ч. 2 ст. 7.3 и ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ. Оснований для снижения штрафа, по мнению прокурора, не имеется.

Оценив представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ выборочная (внепроектная) отработка месторождений полезных ископаемых, приводящая к необоснованным потерям запасов полезных ископаемых, разубоживание полезных ископаемых, а равно иное нерациональное использование недр, ведущее к сверхнормативным потерям при добыче полезных ископаемых или при переработке минерального сырья, влечет наложение административного штрафа юридических лиц от восьмисот тысяч до одного миллиона рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ пользование недрами с нарушением условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами, и (или) требований утвержденного в установленном порядке технического проекта влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей.

Отношения, возникающие в связи с использованием недр Российской Федерации, регулирует Закон Российской Федерации от 21.02.1992 №2395-1 «О недрах» (далее Закон о недрах).

Согласно преамбуле к Закону о недрах недра являются частью земной коры, расположенной ниже почвенного слоя, а при его отсутствии - ниже земной поверхности и дна водоемов и водотоков, простирающейся до глубин, доступных для геологического изучения и освоения.

Недра в границах территории Российской Федерации, включая подземное пространство и содержащиеся в недрах полезные ископаемые, энергетические и иные ресурсы, являются государственной собственностью. Вопросы владения, пользования и распоряжения недрами находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (ст. 2 Закона о недрах).

В соответствии со ст. 9 Закона о недрах права и обязанности пользователя недр возникают с даты государственной регистрации лицензии на пользование участком недр.

Лицензия является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий (ст. 11 Закона о недрах). Условия пользования недрами, предусмотренные в лицензии, сохраняют свою силу в течение оговоренных в лицензии сроков либо в течение всего срока ее действия. Изменения этих условий допускаются только при согласии пользователя недр и органов, предоставивших лицензию (п. 10 ст. 12 Закона о недрах).

Права и обязанности пользователя недр установлены в ст. 22 Закона о недрах.

Согласно п.п. 2, 10 ч. 2 ст. 22 Закона о недрах пользователь недр обязан обеспечить соблюдение требований технических проектов, планов или схем развития горных работ, недопущение сверхнормативных потерь, разубоживания и выборочной отработки полезных ископаемых; выполнение условий, установленных лицензией или соглашением о разделе продукции, своевременное и правильное внесение платежей за пользование недрами.

В силу требований ст. 23.2 Закона о недрах разработка месторождений полезных ископаемых и пользование недрами в целях, не связанных с добычей полезных ископаемых, осуществляются в соответствии с утвержденными техническими проектами.

В соответствии с пп. 2 и 5 ст. 23 Закона о недрах к основным требованиям по рациональному использованию и охране недр относится обеспечение полноты геологического изучения, рационального комплексного использования и охраны недр, обеспечение наиболее полного извлечения из недр запасов основных и совместно с ними залегающих полезных ископаемых и попутных компонентов.

Согласно ст. 35 Закона о недрах основной задачей государственного регулирования отношений недропользования является обеспечение воспроизводства минерально-сырьевой базы, ее рационального использования и охраны недр в интересах нынешнего и будущих поколений народов Российской Федерации.

В силу ст. 46 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» при размещении, проектировании, строительстве, реконструкции, вводе в эксплуатацию и эксплуатации объектов нефтегазодобывающих производств, объектов переработки, транспортировки, хранения и реализации нефти, газа и продуктов их переработки должны предусматриваться эффективные меры по очистке и обезвреживанию отходов производства и сбора нефтяного (попутного) газа и минерализованной воды, рекультивации нарушенных и загрязненных земель, снижению негативного воздействия на окружающую среду, а также по возмещению вреда окружающей среде, причиненного в процессе строительства и эксплуатации указанных объектов.

Пунктом 7.5 ГОСТ Р 53713-2009 «Месторождения нефтяные и газонефтяные. Правила разработки», утвержденного приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 15.12.2009 №1166-ст установлено, что система использования газа, включающая пункты сепарации газа, газопроводы, компрессорные станции, объекты утилизации и вспомогательные объекты, должна обеспечивать уровень его использования не менее 95 %. Система должна обеспечивать измерение и учет количества газа, получаемого из недр, поставляемого другим предприятиям, используемого на собственные нужды и для закачки в пласт, а также объема потерь газа. Объем технологических потерь газа рассчитывается предприятием и согласовывается с уполномоченными органами исполнительной власти в установленном порядке.

Исходя из указанных норм недропользователь обязан осуществлять деятельность по добыче полезных ископаемых в соответствии с предоставленной ему лицензией и требованиями технических проектов, не допуская при этом сверхнормативных потерь либо иного нерационального использования полезных ископаемых.

ОАО «Удмуртнефть», имея лицензию с 1997 года, добровольно приняв на себя обязанность по соблюдению ее условий, знало с 2010 года о необходимости в соответствии с проектными документами, лицензией ИЖВ 00196 НЭ доведения показателя использования ПНГ до 95 % (т. 1 л.д. 53-77). Поскольку процент использования попутного нефтяного газа по месторождению должен составлять 95%, следовательно, потери газа при условии рационального использования добытого полезного ископаемого не должны превышать 5 процентов.

В ходе проверки выявлен, обществом не оспаривается и материалами дела подтвержден факт, что уровень утилизации попутного нефтяного газа в пределах Восточно-Красногорского месторождения в 2013 году составил 10 %, в 1 квартале 2014 года - 32 %, на факельной установке сожжено в 2013 году 90% от общего уровня извлеченного попутного нефтяного газа, в 1 квартале 2014 года – 68 %.

Таким образом, обществом допущена сверхнормативная потеря добытого попутного газа, что свидетельствует о нерациональном использовании обществом недр при их разработке, а также допущено пользование недрами с нарушением условий.

Факт несоблюдения ОАО «Удмуртнефть» требований п. 2 и п. 10 ч. 2 ст. 22, п. 2 и п. 5 ст. 23, ст. 23.2 Закона о недрах, п. 10.1.6. контракта № ДН 012/2017 от 12.02.1998 к лицензии ИЖВ 00196 НЭ, требований технического проекта «Дополнение к технологической схеме разработки Восточно-Красногорского месторождения Удмуртской Республики» подтвержден материалами административного дела и не оспаривается заявителем.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о доказанности в действиях общества события административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 7.3 и ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ.

Материалы дела не содержат доказательств принятия заявителем всех необходимых мер для соблюдения требований действующего законодательства, а также доказательств объективной невозможности их исполнения. Вина заявителя в совершении вменяемых административных правонарушений установлена ответчиком, описана в оспариваемых постановлениях и подтверждена соответствующими доказательствами.

Изменения условий лицензии ИЖВ 00196 НЭ, внесенные 01.08.2014, не свидетельствуют об отсутствии вины общества. Согласно п. 3.8. объем утилизации попутного нефтяного газа определяется в соответствии с утвержденными в установленном порядке проектными документами на разработку месторождения. В проектную документацию изменения в части изменения показателя (95%) обществом не внесены.

Таким образом, в действиях заявителя доказано наличие составов административных правонарушений, ответственность за которые предусмотрена ч. 2 ст. 7.3 и ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ.

Существенных нарушений порядка привлечения к административной ответственности судом не установлено. Процессуальных нарушений закона, не позволивших объективно, полно и всесторонне рассмотреть материалы дела об административном правонарушении и принять правильное решение, административным органом не допущено. Обществу предоставлена возможность воспользоваться правами лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Вместе с тем, административным органом при вынесении оспариваемых постановлений не учтено следующее.

Согласно ч. 2 ст. 4.4 КоАП РФ при совершении лицом одного действия (бездействия), содержащего составы административных правонарушений, ответственность за которые предусмотрена двумя и более статьями (частями статей) Кодекса и рассмотрение дел о которых подведомственно одному и тому же судье, органу, должностному лицу, административное наказание назначается в пределах санкции, предусматривающей назначение лицу, совершившему указанное действие (бездействие), более строгого административного наказания.

Согласно п. 2 ч. 3 ст. 4.4 КоАП РФ в случае, предусмотренном частью 2 настоящей статьи, административное наказание назначается в пределах санкции, при применении которой может быть назначен наибольший административный штраф в денежном выражении, если указанными санкциями предусматривается назначение административного наказания в виде административного штрафа.

По фактам нарушений управлением вынесены два постановления о назначении административного наказания от 23.05.2014 № 03-48-2014/30Пс и от 20.05.2014 № 03-41-2014/23Пс, которыми заявитель привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ в виде взыскания штрафа в размере 800000 руб. и по ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ в виде взыскания штрафа в размере 305000 руб.

Суд считает, что обществом совершено одно действие (бездействие), содержащее составы административных правонарушений, ответственность за которые предусмотрена двумя частями статей КоАП РФ.

Поэтому при назначении обществу административного наказания подлежат применению правила, предусмотренные ч. 2, п. 2 ч. 3 ст. 4.4 КоАП РФ. В связи с чем наказание обществу должно было быть назначено в пределах санкции, предусматривающей назначение более строгого наказания, то есть по ч.1 ст.8.10 КоАП РФ.

На основании изложенного, постановление от 20.05.2014 № 03-41-2014/23Пс признается судом незаконным и подлежит отмене в части назначения наказания в виде взыскания штрафа в размере 305000 руб.

Оснований для применения в данном деле положений статьи 2.9 КоАП РФ судом не установлено. В соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ суд вправе при малозначительности совершенного административного правонарушения освободить лицо от административной ответственности. Следовательно, применение положений статьи 2.9 КоАП РФ является не обязанностью, а правом суда.

Пунктом 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 №10 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного следует исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

В силу пункта 18.1 указанного постановления при квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным КоАП РФ. Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность. Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 настоящего Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Наличие исключительных обстоятельств, которые свидетельствуют о малозначительности совершенного административного правонарушения, судом не установлено.

Доводы заявителя об отсутствии вины и о чрезмерности административного наказания судом отклоняются.

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 4-П согласно части 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации административный штраф, равно как любое другое административное наказание, является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. Соответственно, устанавливаемые данным Кодексом размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов. В противном случае применение административной ответственности не будет отвечать предназначению государственного принуждения, которое, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 3), 18 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств для защиты прав и свобод человека и гражданина, иных конституционно признаваемых ценностей гражданского общества и правового государства.

Меры административной ответственности и правила их применения, устанавливаемые законодательством об административных правонарушениях, должны не только соответствовать характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к административной ответственности, тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; применение одинаковых мер ответственности за различные по степени опасности административные правонарушения без надлежащего учета характеризующих виновное в совершении административно-противоправного деяния лицо обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование, противоречит конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации идеям справедливости и гуманизма и несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения

Само по себе законодательное регулирование, направленное на усиление административной ответственности, не выходит за рамки полномочий федерального законодателя, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вправе вводить более строгие - соразмерные реалиям того или иного этапа исторического развития - административные наказания за административные правонарушения, объектами которых выступают общественные отношения, нуждающиеся в повышенной защите государства (постановления от 17 января 2013 года № 1-П и от 14 февраля 2013 года № 4-П).

Согласно части 3 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации при назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

В соответствии с частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых данным Кодексом или законами субъектов Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в названном постановлении указал, что впредь до внесения в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях надлежащих изменений размер административного штрафа, назначаемого юридическим лицам за совершение административных правонарушений, минимальный размер административного штрафа за которые установлен в сумме ста тысяч рублей и более, может быть снижен на основе требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, если наложение административного штрафа в установленных соответствующей административной санкцией пределах не отвечает целям административной ответственности и с очевидностью влечет избыточное ограничение прав юридического лица.

Суд считает, что представленными по делу доказательствами не подтверждается, что наложение административного штрафа в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч. 1 ст. 8.10 КоАП РФ, не отвечает целям административной ответственности и с очевидностью влечет избыточное ограничение прав юридического лица.

Судом учтено, что заявителем не представлено ни одного доказательства принятия в проверяемом периоде всех зависящих от него мер для обеспечения выполнения условий лицензирования либо для того, чтобы отказаться от права пользования недрами или обратиться с заявлением о приостановлении права пользования или пересмотра условий лицензии, для рационального использования недр. Отсутствуют в деле и доказательства, свидетельствующие об отсутствии у заявителя возможности для соблюдения нарушенных правил и норм. Вина юридического лица в совершении административного правонарушения в рассматриваемом деле выражена в игнорировании требований законодательства, в неиспользовании всех доступных средств для соблюдения установленных правил, пренебрежительном отношении общества к выполнению предписанных законом норм. Допущенным нарушением существенно затронуты интересы недропользования как одной из основ благосостояния страны. Выявленные нарушения посягают на государственный порядок правоотношений, складывающийся в связи с реализацией права государственной собственности на недра при недропользовании, направленный на охрану окружающей среды и обеспечение экологической безопасности населения и территорий.

В качестве одной из стратегических задач нефтяного комплекса согласно Энергетической стратегии России на период до 2030г., утвержденной распоряжением Правительства РФ от 13 ноября 2009 г. №1715-р, определена максимально полная утилизация и сбережение ресурсов попутного нефтяного газа. Настоящая Стратегия предусматривает, что уже к окончанию первого этапа ее реализации будет эффективно использоваться 95 процентов извлекаемого попутного нефтяного газа, в том числе путем переработки на газоперерабатывающих заводах с разделением газа на этан, пропан и бутан, а при технологической необходимости - и на изомеры бутана.

В число безусловных приоритетов государственной политики вошли создание высокотехнологичных предприятий, добывающих и перерабатывающих природное сырье, создание условий для утилизации попутного газа, доведение уровня его полезного использования до 95%.

Согласно объяснениям представителя заявителя и сведениям, представленным обществом (т. 1 л.д. 87, 118), в 2013 году уровень сжигания ПНГ составил 90%, в 1 квартале 2014 года – 68%. При сжигании попутного нефтяного газа окружающая среда и население подвергаются воздействию экологически вредных продуктов сгорания попутного нефтяного газа, при сжигании которого происходит выброс в атмосферу загрязняющих веществ. Основной вклад в загрязнение атмосферы вносят оксиды углерода, в частности диоксид углерода (углекислый газ), который способствует усилению парникового эффекта.

Из информации, представленной Ижевским филиалом ФГУП «Всероссийский научно-исследовательский геологический нефтяной институт» (т. 1 л.д. 120) следует, что существуют разные методы использования растворенного (попутного нефтяного) газа, в том числе обратная закачка растворенного газа в нефтенасыщенный пласт (водогазовая смесь или попеременно газ-вода) для увеличения конечной нефтеотдачи; использование растворенного газа в качестве топлива для выработки электроэнергии газогенераторами различной мощности; использование растворенного газа в качестве топлива для газовых котлов; использование растворенного газа в качестве топлива для путевых подогревателей нефти; переработка растворенного газа в углеродные наноматериалы и электроэнергию с преимущественным выбросом в атмосферу водяного пара; переработка растворенного газа на газоперерабатывающем заводе или его сжижение для последующей продажи нефтехимической продукции, сухого газа или сжиженного газа.

Вместе с тем, ни один из указанных способов утилизации попутного нефтяного газа ОАО «Удмуртнефть» не реализован.

В соответствии с письмом заявителя от 28.04.2014 №ЕМ-26/1581 (т. 1 л.д. 122-123) проработан вариант использования ПНГ путем использования в печах подогрева. По расчетам процент утилизации составит 28,8%. Однако обществом не приняты необходимые меры для использования указанного метода для утилизации ПНГ. Решением Научно-технического совета ОАО «Удмуртнефть» (протокол от 28.11.2011 №ЕМ-3/2854) обществом было признано нецелесообразным утверждение и реализация целевой газовой программы ОАО «Удмуртнефть».

Согласно сведениям об утилизации ПНГ (т. 1 л.д. 53) на Восточно-Красногорском месторождении внедрение технических мероприятий по утилизации ПНГ в объеме 95% не предусмотрено, в 2014 году запланирована подача заявки на внесение изменений в лицензионное соглашение.

Учитывая изложенное, суд считает, что вина заявителя административным органом доказана, назначенное наказание в виде штрафа в размере 800000 руб. адекватно всем обстоятельствам, имеющим существенное значение для индивидуализации ответственности и наказания за совершенное административное правонарушение, справедливо и соразмерно допущенному нарушению. Избыточного ограничения имущественных прав и интересов заявителя при назначении наказания административным органом не допущено. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Ссылки заявителя на документы, относящиеся к 2009-2011гг. судом не принимаются, поскольку не относятся к проверяемому периоду, а также не свидетельствуют о принятии всех мер для соблюдения требований законодательства.

Заявление об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении государственной пошлиной согласно ст. 208 АПК РФ и ст. 30.2 КоАП РФ не облагается.

Руководствуясь ст. ст. 167-170, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

РЕШИЛ:

1. Постановление Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Удмуртской Республике о назначении административного наказания от 20.05.2014 №03-41-2014/23Пс, вынесенное в отношении Открытого акционерного общества «Удмуртнефть» г. Ижевск, признать незаконным и отменить в части назначения наказания.

2. В удовлетворении заявления о признании незаконным и отмене постановления Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Удмуртской Республике о назначении административного наказания от 23.05.2014 № 03-48-2014/30Пс, вынесенного в отношении Открытого акционерного общества «Удмуртнефть» г. Ижевск, отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья Н.Г. Зорина