Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ТрансАвто+» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Читинской таможне (ОГРН <***> ИНН <***>) о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-1565/2021 от 01 октября 2021 года, прекращении производства по делу об административном правонарушении,

без вызова сторон,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ТрансАвто+» (далее – ООО «ТрансАвто+», Общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Читинской таможне (далее – таможня, административный орган) о признании незаконным и отмене постановления о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-1565/2021 от 01 октября 2021 года, прекращении производства по делу об административном правонарушении.

Определением суда от 17 ноября 2021 года (т. 1, л.д. 1-2) заявление Общества принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Общество в своем заявлении указывает на отсутствие вины перевозчика в совершении вменяемого правонарушения, поскольку ввиду достигнутого между КНР и Российской Федерации соглашения по осуществлению грузовых автомобильных перевозок в целях предотвращения распространения коронавирусной инфекции водитель при погрузке товара в транспортное средство лично не присутствовал, в связи с чем не мог проверить количество перевозимого груза. Кроме того, заявитель отмечает, что расхождение количества грузовых мест составило в сторону увеличения 70 грузовых мест и является незначительным исходя из общего количества перевозимого товара.

Таможня оспорила доводы заявителя по основаниям, изложенным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, в соответствии с главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), надлежащим образом извещены о рассмотрении заявления в порядке упрощенного производства, возражений относительно рассмотрения дела в упрощенном производстве не представили.

Дело рассмотрено в порядке статьи 228 АПК Российской Федерации без вызова сторон.

08 декабря 2021 года в суд нарочным от таможни поступил отзыв на заявление с приложением копий материалов дела об административном правонарушении.

Названные документы приобщены к материалам дела.

Заявление и иные документы размещены на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети Интернет в режиме ограниченного доступа.

В соответствии со статьей 229 АПК Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления арбитражным судом принято решение путем подписания резолютивной части решения от 25 января 2022 года (т. 2, л.д. 130).

В установленный законом срок (28 января 2022 года) таможня обратилась в суд с заявлением о составлении мотивированного решения.

Суд, изучив материалы дела, установил следующие обстоятельства по делу.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 11 ноября 2021 года № ЮЭ9965-21-303997757 (т. 1, л.д. 7-20) ООО «ТрансАвто+» зарегистрировано в качестве юридического лица 2 октября 2006 года, ему присвоен основной государственный регистрационный номер <***>.

10 августа 2021 года перевозчиком (Обществом) в лице водителя состава транспортных средств с регистрационными знаками К684ЕН75RUS, АМ13175RUS в отдел таможенного оформления и таможенного контроля подано уведомление о прибытии на таможенную территорию Евразийского экономического союза товаров путем представления следующих товаросопроводительных документов:

- международная товарно-транспортная накладная CMR № 096 от 07 июня 2021 года (т. 2, л.д. 24);

- инвойс № YL21CT045 от 04 июня 2021 года (т. 2, л.д. 25);

- упаковочный лист № YL21CT045 от 04 июня 2021 года (т. 2, л.д. 26).

Согласно названным документам на таможенную территорию Евразийского экономического союза ввезены товары «LED лампы», общее количество – 7 750 грузовых мест, вес брутто – 16 177,95 кг.

В ходе таможенного досмотра товаров установлено превышение грузовых мест товара «LED лампы» над сведениями, заявленными в товаросопроводительных документах на 70 грузовых мест (фактически установленное количество грузовых мест 7820).

Результаты досмотра отражены в акте № 10719110/130721/1000685 (т. 1, л.д. 82-167; т. 2, л.д. 1-10).

Выявленные обстоятельства послужили поводом для возбуждения в отношении Общества дела об административном правонарушении, о чем 10 августа 2021 года должностным лицом таможни составлен соответствующий протокол № 10719000-1565/2021 (т. 1, л.д. 64-71).

Постановлением Читинской таможни от 01 октября 2021 года о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-1565/2021 ООО «ТрансАвто+» привлечено к административной ответственности по части 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации в виде штрафа в размере 51 000 рублей (т. 1, л.д. 22-32; т. 2, л.д. 118-125).

Не согласившись с названным постановлением, Общество оспорило его в судебном порядке.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае заявление Общества подлежит удовлетворению по следующим причинам.

В соответствии со статьей 210 АПК Российской Федерации по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение (часть 4).

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела (часть 6).

Арбитражный суд при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7).

Частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации предусмотрена административная ответственность за сообщение в таможенный орган недостоверных сведений о количестве грузовых мест, об их маркировке, о наименовании, весе брутто и (или) об объеме товаров при прибытии на таможенную территорию Таможенного союза, убытии с таможенной территории Таможенного союза либо помещении товаров под таможенную процедуру таможенного транзита или на склад временного хранения путем представления недействительных документов либо использование для этих целей поддельного средства идентификации или подлинного средства идентификации, относящегося к другим товарам и (или) транспортным средствам.

Объектом указанного административного правонарушения являются общественные отношения, связанные с перемещением товаров и (или) транспортных средств через таможенную границу таможенного союза (ЕАЭС).

Объективная сторона состава данного правонарушения характеризуется противоправным деянием, выразившимся, в том числе, в сообщении таможенному органу недостоверных сведений о количестве грузовых мест товаров при прибытии товаров на таможенную территорию Таможенного союза (ЕАЭС).

Согласно примечанию 2 к статье 16.1 КоАП Российской Федерации для целей применения главы 16 данного Кодекса под недействительными документами понимаются поддельные документы, документы, полученные незаконным путем, документы, содержащие недостоверные сведения, документы, относящиеся к другим товарам и (или) транспортным средствам, и иные документы, не имеющие юридической силы.

В соответствии с подпунктом 26 пункта 1 статьи 2 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – Таможенный кодекс ЕАЭС) перевозчиком является лицо, осуществляющее перевозку (транспортировку) товаров и (или) пассажиров через таможенную границу Союза и (или) перевозку (транспортировку) товаров, находящихся под таможенным контролем, по таможенной территории Союза.

В силу пункта 1 статьи 88 Таможенного кодекса ЕАЭС перевозчик обязан уведомить таможенный орган о прибытии товаров на таможенную территорию Союза путем представления документов и сведений, предусмотренных статьей 89 настоящего Кодекса, в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, либо путем представления документа, содержащего сведения о номере регистрации предварительной информации, представленной в виде электронного документа, в отношении товаров, перевозимых автомобильным транспортом, – в течение 1 часа с момента доставки товаров в место прибытия, а в случае доставки товаров в место прибытия вне времени работы таможенного органа – в течение 1 часа с момента наступления времени начала работы таможенного органа.

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 89 Таможенного кодекса ЕАЭС установлено, что при уведомлении таможенного органа о прибытии товаров на таможенную территорию Союза перевозчик представляет следующие документы и сведения: документы на транспортное средство международной перевозки; транспортные (перевозочные) документы; документы, сопровождающие международные почтовые отправления при их перевозке, определенные актами Всемирного почтового союза; имеющиеся у перевозчика коммерческие документы на перевозимые товары; сведения о количестве грузовых мест, их маркировке и видах упаковок товаров; товарах (наименования и коды товаров в соответствии с Гармонизированной системой описания и кодирования товаров или Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности на уровне не менее первых 6 знаков) и др.

Из материалов дела следует, что 10 августа 2021 года перевозчиком (Обществом) в лице водителя состава транспортных средств с регистрационными знаками К684ЕН75RUS, АМ13175RUS в отдел таможенного оформления и таможенного контроля подано уведомление о прибытии на таможенную территорию Евразийского экономического союза товаров путем представления следующих товаросопроводительных документов:

- международная товарно-транспортная накладная CMR № 096 от 07 июня 2021 года (т. 2, л.д. 24);

- инвойс № YL21CT045 от 04 июня 2021 года (т. 2, л.д. 25);

- упаковочный лист № YL21CT045 от 04 июня 2021 года (т. 2, л.д. 26).

В ходе таможенного досмотра товаров установлено превышение грузовых мест товара «LED лампы» над сведениями, заявленными в товаросопроводительных документах по товару на 70 грузовых мест (фактически установленное количество грузовых мест 7 820). Таможней производился полный пересчет грузовых мест.

Результаты досмотра отражены в акте № 10719110/130721/1000685 (т. 1, л.д. 82-167; т. 2, л.д. 1-10).

Следовательно, при сообщении сведений о товарах в таможенный орган при прибытии на таможенную территорию ЕЭС Обществом были указаны недостоверные сведения о количестве грузовых мест товара «LED лампы», что последним по существу и не оспаривается.

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В силу статьи 1.5 КоАП Российской Федерации лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело.

В соответствии с частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В пункте 16.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что понятие вины юридических лиц раскрывается в части 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации. При этом в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП Российской Федерации формы вины не выделяет. Следовательно, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Обстоятельства, указанные в части 1 или части 2 статьи 2.2 КоАП Российской Федерации, применительно к юридическим лицам установлению не подлежат.

Кроме того, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 14 апреля 2020 года № 17-П, определяя пределы, в которых несет административную ответственность юридическое лицо, законодатель хотя и не считает вину юридического лица тождественной вине лица физического или совокупной виновности нескольких физических лиц, тем не менее признает наличие связи между привлечением к административной ответственности юридического лица и виновными действиями (бездействием) физического лица, тем более что конечной целью наказания юридического лица со всей очевидностью является воздействие на волю и сознание связанных с ним физических лиц, с тем чтобы добиться частной превенции административных правонарушений.

При этом, поскольку совершение административного правонарушения юридическим лицом – это всегда действие (бездействие) действующих от его имени физических лиц, нельзя отрицать возможность учесть, привлекая юридическое лицо к административной ответственности, обстоятельства, характеризующие форму вины соответствующих физических лиц. Административное правонарушение как факт реальной действительности – это всегда единство субъективных и объективных элементов, что находит отражение как в его легальной дефиниции, так и в юридических конструкциях составов административных правонарушений, предусмотренных Особенной частью КоАП Российской Федерации, а равно проявляется в том, что по объективным элементам можно судить и о субъективных. В частности, по фактическим обстоятельствам, установленным на основе исследования и оценки доказательств и отражающим характер и степень опасности нарушения, его последствия, можно определить и характеристики вины нарушителя, в том числе юридического лица.

Умышленный характер правонарушения, связанного с противоправным несоблюдением юридическим лицом правил и норм, может быть установлен исходя из характера и обстоятельств действий (бездействия), нарушивших соответствующие требования, характера самих требований (насколько они значимы для целей обеспечения безопасности), характера последствий (возникла ли реальная угроза безопасности транспортной инфраструктуры), действий юридического лица по их предотвращению, устранению непосредственно в момент их возникновения.

Согласно пункту 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», оценивая вину перевозчика в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, выразившегося в сообщении таможенному органу недостоверных сведений о количестве товара, надлежит выяснять, в какой мере положения действующих международных договоров в области перевозок (Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДП) 1956 г., Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС) 1951 г., Международной конвенции об унификации некоторых правил о коносаменте 1924 г., Конвенции Организации Объединенных Наций о морской перевозке грузов 1978 г. и других) предоставляли перевозчику возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых установлена ответственность частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, а также, какие меры были приняты перевозчиком для их соблюдения.

При определении вины перевозчика, сообщившего таможенному органу недостоверные сведения о грузах, количество которых определяется весовыми параметрами, необходимо выяснять, значительна ли разница между количеством фактически перемещаемого товара и количеством, указанным в товаросопроводительных документах, а также насколько такое несоответствие могло быть очевидным для перевозчика, осуществляющего свою деятельность на профессиональной основе, исходя из осадки транспортных средств, его технических возможностей и других подобных показателей. Вопрос о том, значительно ли несоответствие между количеством фактически перемещаемого товара и количеством, указанным в товаросопроводительных документах, определяется в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств данного правонарушения.

Отношения, связанные с международной перевозкой грузов автомобильным транспортом, регулируются, в том числе Конвенцией о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ), заключенной в г. Женеве 19.05.1956 года, (далее – КДПГ).

Так, согласно статье 8 КДПГ при принятии груза перевозчик обязан проверить: a) точность записей, сделанных в накладной относительно числа грузовых мест, а также их маркировки и номеров; b) внешнее состояние груза и его упаковки (пункт 1).

Если перевозчик не имеет достаточной возможности проверить правильность записей, упомянутых в пункте 1 a) настоящей статьи, он должен вписать в накладную обоснованные оговорки. Он должен также обосновать все сделанные им оговорки, касающиеся внешнего состояния груза и его упаковки. Эти оговорки не имеют обязательной силы для отправителя, если последний намеренно не указал в накладной, что он их принимает (пункт 2).

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 КДПГ при отсутствии в накладной обоснованных перевозчиком оговорок имеется презумпция, что груз и его упаковка были внешне в исправном состоянии в момент принятия груза перевозчиком и что число грузовых мест, а также их маркировка и номера соответствовали указаниям накладной.

Статьей 11 КДПГ также установлено, что отправитель обязан до доставки груза присоединить к накладной или предоставить в распоряжение перевозчика необходимые документы и сообщить все требуемые сведения для выполнения таможенных и иных формальностей. Проверка правильности и полноты этих документов не лежит на перевозчике.

Таким образом, наличие обоснованных оговорок в товаротранспортных документах, содержащих недостоверные требования, может свидетельствовать, в совокупности с другими доказательствами, об отсутствии у перевозчика реальной возможности проверить груз и соблюсти требования таможенного законодательства, а, следовательно, и об отсутствии вины в его действиях. В таком случае ответственность за приемку и соответствие товара несет отправитель.

Как следует из материалов дела, а также не оспаривается лицами, участвующими в деле, при предъявлении груза к таможенному оформлению Обществом предъявлены в таможенный орган все имеющиеся у него необходимые для таможенного оформления товаросопроводительные документы, содержавшие сведения, указанные отправителем.

При этом перевозчиком в графе 18 международной товарно-транспортной накладной CMR № 096 от 07 июня 2021 года «Оговорки и замечания перевозчика» указано, что в связи с COVID-19 на погрузке груза перевозчик не присутствовал, количество мест, вес согласно документам.

Из заявления Общества об оспаривании постановления также следует, что товар загружался в отсутствие представителя Общества (водителя) и принят к перевозке без фактической проверки количества грузовых мест с учетом действующей схемы организации движения грузовых транспортных средств на пункте пропуска Забайкальск-Маньчжурия в связи с введенными ограничительными мероприятиями.

В частности, таможенным органом не оспаривается, что ввиду достигнутого между КНР и Российской Федерации соглашения по осуществлению грузовых автомобильных перевозок в целях предотвращения распространения коронавирусной инфекции с декабря 2020 года исключена возможность контактов российских и китайских граждан, погрузо-разгрузочные операции с российским транспортом выполняются китайской стороной (https://75.ru/news/203741).

При таких обстоятельствах суд полагает, что действия перевозчика в части проставления в международной товарно-транспортной накладной CMR № 096 от 07 июня 2021 года оговорок относительно проверки количества грузовых мест свидетельствуют о принятии последним всех разумных мер для соблюдения положений таможенного законодательства, поскольку в силу положений пункта 2 статьи 9 КДПГ ответственность за соответствие сведений, содержащихся в товаротранспортных документах, в таком случае несет отправитель.

Доводы таможни о непринятии Обществом всех надлежащих мер для соблюдения требований действующего законодательства, в том числе по заключению договора транспортно-экспедиторских услуг с лицом, находящимся на территории КНР, в целях осуществления контроля за погрузкой товара, уточнения его характеристик (количества грузовых мест, веса), суд находит несостоятельными и сделанными без учета положений КДПГ. Кроме того, административным органом не представлено достоверных доказательств, что в силу гражданско-правовых отношений между отправителем, перевозчиком и получателем товара допускалось заключение отдельного договора транспортной экспедиции со сторонней организацией именно Обществом.

К тому же суд принимает во внимание доводы заявителя о том, что разница в количестве грузовых мест товара «LED лампы» на 70 грузовых мест (0,9%) при фактическом общем количестве товара 7 820 грузовых мест является незначительной. При этом вес брутто товара по результатам таможенного досмотра заявлен Обществом в большем количестве (16 177,95 кг.), чем установлено таможней (15 866,97 кг.).

Доводы таможни о том, что положения КДПГ не распространяются на административные правоотношения при исполнении перевозчиком таможенного законодательства, противоречат указанию Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенному в пункте 29 постановления от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях». Верховный Суд Российской Федерации прямо указал административным органам (в том числе, и судам) выяснять, в какой мере положения действующих международных договоров в области перевозок, к которым относится и КДПГ, предоставляли перевозчику возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых установлена ответственность частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, а также какие меры были приняты перевозчиком для их соблюдения.

В рассматриваемом случае таможня не отрицает, что положения КДПГ допускают для перевозчика сделать оговорку при невозможности проверки правильности и полноты товаросопроводительных документов в части количества грузовых мест товара.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что разъяснение о том, что вина перевозчика в совершении правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, должна определяться не только с учетом оговорок о принятии груза в контейнере без проверки содержимого, но и реальной возможности перевозчика осмотреть и пересчитать товар, находящийся в контейнере (транспортном средстве), изложено в Обзоре правоприменительной практики привлечения перевозчиков к ответственности по части 3 статьи 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, направленном письмом ФТС России от 28 апреля 2017 года № 18-12/16242.

Согласно части 4 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

В этой связи таможенный орган не доказал наличия вины Общества в совершении правонарушения, а следовательно, наличия в его действиях состава вменяемого административного правонарушения.

В силу пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в случае отсутствия состава административного правонарушения.

Частью 2 статьи 211 АПК Российской Федерации установлено, что в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что оспариваемое решение или порядок его принятия не соответствует закону, либо отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности или применения конкретной меры ответственности, либо оспариваемое решение принято органом или должностным лицом с превышением их полномочий, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части либо об изменении решения.

При изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании, а также учитывая, что в действиях ООО «ТрансАвто+» отсутствует состав вменяемого правонарушения, постановление Читинской таможни о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-1565/2021 от 01 октября 2021 года подлежит признанию незаконным и отмене полностью.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 171 и 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Постановление Читинской таможни (ОГРН <***>, ИНН <***>) о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-1565/2021 от 01 октября 2021 года признать незаконным и отменить полностью.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвертый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда – со дня принятия решения в полном объеме.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Забайкальского края.

Судья Е.С. Сюхунбин