Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» (ул. Ветлужская, д. 66, оф. 4, <...>, ОГРН <***>) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>) от 17.03.2021 об отказе в удовлетворении возражения против выдачи патента Российской Федерации № 142109 на полезную модель.

К участию в деле в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1 (г. Пермь).

В судебном заседании приняли участие представители:

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности – ФИО2 (по доверенности от 02.04.2021 № 01/32-665/41);

от ФИО1 – ФИО3 (по доверенности от 05.08.2019 № 59 АА 3102636).

Общество с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, о времени и месте проведения судебного заседания извещено надлежащим образом.

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» (далее – общество «ПермЭнергоМаш», заявитель) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 17.03.2021 об отказе в удовлетворении возражения против выдачи патента Российской Федерации № 142109 на полезную модель.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1.

Как следует из материалов дела, патент Российской Федерации № 142109 на полезную модель «Дорожный блокиратор» выдан по заявке № 2014108399 с приоритетом от 04.03.2014 (коды Международной патентной классификации F41H 11/08 (2006.01), E01F 13/12 (2006.01)). Исключительное право на данную полезную модель принадлежит ФИО1

Указанный патент действует со следующей формулой:

«1. Дорожный блокиратор, содержащий опорное основание, блокирующее устройство, электрический привод со штоком, служащим для приведения блокирующего устройства в рабочее положение, отличающийся тем, что приведение блокирующего устройства в рабочее положение осуществляют посредством жестко установленного на блокирующем устройстве дополнительного приспособления, выполненного с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство.

2. Дорожный блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что дополнительное приспособление содержит отрезок швеллера или два параллельно расположенных отрезка уголков, полки которых с внешней стороны имеют симметрично расположенные направляющие выемки для перемещения по ним установленного на конце штока стержня.

3. Дорожный блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что электрические провода для подводки электропитания к электрическому приводу выполнены в установленном на опорном основании защитном устройстве.».

Против выдачи данного патента было подано возражение, мотивированное несоответствием полезной модели по спорному патенту условию патентоспособности «новизна».

К возражению были приложены копии следующих материалов:

- патент Российской Федерации № 119754 на полезную модель, опубликован 27.08.2012 (далее – источник информации 1);

- патент Российской Федерации № 119869 на полезную модель, опубликован 27.08.2012 (далее – источник информации 2);

- выписка из Единого государственного реестра юридических лиц от 23.07.2020 (далее – источник информации 3);

- фото изделия (далее – источник информации 4).

- фото изделия (далее – источник информации 5);

- дополнительно в тексте поданного возражения был упомянут патент Российской Федерации № 107340 на полезную модель, опубликованный 10.08.2011 (далее – источник информации 6);

Решением Роспатента от 17.03.2021 было отказано в удовлетворении возражения общества «ПермЭнергоМаш», патент Российской Федерации № 142109 на полезную модель был оставлен в силе.

Не согласившись с указанным ненормативным правовым актом, общество «ПермЭнергоМаш» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании его недействительным.

При этом, выражая несогласие с оспариваемым решением, заявитель указывает на то, что при принятии соответствующего ненормативного правового акта Роспатент не в полном объеме рассмотрел возражение общества «ПермЭнергоМаш», не учел пояснения заявителя и не в полном объеме исследовал представленные в материалы административного дела документы, что противоречит правилам рассмотрения возражений, нарушает права и законные интересы заявителя и является основанием для признания принятого ненормативного правового акта недействительным.

В Суд по интеллектуальным правам поступил отзыв, в котором Роспатент выразил несогласие с правовой позицией заявителя, поддержал выводы, изложенные в оспариваемом решении, и просил оставить требования общества «ПермЭнергоМаш» без удовлетворения.

До судебного заседания, состоявшегося 06.10.2021, в Суд по интеллектуальным правам поступило ходатайство заявителя об отложении судебного разбирательства по настоящему делу ввиду невозможности участия представителя общества «ПермЭнергоМаш» в судебном заседании 06.10.2021 в связи с семейными обстоятельствами.

В судебном заседании представителя Роспатента и ФИО1 не возражали против проведения судебного заседания в отсутствие представителя заявителя.

В соответствии с частью 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Рассматривая указанное ходатайство общества «ПермЭнергоМаш», Суд по интеллектуальным правам учитывает, что в материалы дела не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие уважительность причин отсутствия представителя заявителя в судебном заседании 06.10.2021 по настоящему делу. Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание то, что в ходе производства по настоящему делу интересы общества «ПермЭнергоМаш» в судебных заседаниях представляли ФИО4 и ФИО5, в отношении которых у суда отсутствуют сведения, подтверждающие объективную невозможность участия названных представителей в настоящем судебном заседании.

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая мнение представителей участвующих в деле лиц, явившихся в судебное заседание, Суд по интеллектуальным правам не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства по настоящему делу на более поздний срок, в связи с чем отказывает в удовлетворении соответствующего ходатайства.

С учетом положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие представителя заявителя.

В судебном заседании Суда по интеллектуальным правам представители Роспатента и ФИО1 выступили с правовыми позициями, поддержали доводы, изложенные в отзыве административного органа, ответили на вопросы суда и участвующих в деле лиц, настаивали на законности оспариваемого ненормативного правового акта, просили отказать в удовлетворении заявленных требований.

Изучив материалы дела, выслушав мнение представителей участвующих в деле лиц и оценив все доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Глава 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве самостоятельного способа защиты прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности обжалование решений и действий (бездействия) государственных органов в суд.

Частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (часть 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установленный законом срок обществом «ПермЭнергоМаш» соблюден, что не оспаривается лицами, участвующими в деле.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из изложенного следует, что основанием для удовлетворения заявления о признании ненормативного правового акта недействительным является обязательное одновременное наличие в совокупности двух условий: 1) несоответствие ненормативного правового акта закону или иному правовому акту; 2) нарушение им прав и охраняемых законом интересов заявителя.

При этом в случае, если судом будет установлено отсутствие
какого-либо из двух указанных условий, то оспариваемый ненормативный правовой акт не может быть признан недействительным.

Полномочия Роспатента установлены частью 4 ГК РФ и Положением о Федеральной службе по интеллектуальной собственности, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 21.03.2012 № 218, исходя из которых рассмотрение возражения против выдачи патента на полезную модель и принятие решения по результатам его рассмотрения входят в компетенцию Роспатента.

Оспариваемое решение принято Роспатентом в пределах своей компетенции, что лицами, участвующими в деле, также не оспаривается.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.04.2019 № 10), по возражениям против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату подачи заявки в Роспатент или в федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям. Основания для признания недействительным патента на изобретение, выданного по международной заявке на изобретение или по преобразованной евразийской заявке, признания недействительным предоставления правовой охраны промышленному образцу или товарному знаку по международной регистрации определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату поступления соответствующей международной или преобразованной евразийской заявки в Роспатент, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения соответствующих возражений, действующий на момент обращения за признанием недействительными патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 27 постановления от 23.04.2019 № 10, суд полагает, что при принятии оспариваемого решения Роспатент обоснованно исходил из того, что с учетом даты подачи заявки № 2014108399 на выдачу патента Российской Федерации № 142109 на полезную модель «Дорожный блокиратор» (04.03.2014) правовая база для оценки охраноспособности заявленного устройства включает в себя ГК РФ в редакции, действовавшей на дату подачи заявки, и Административный регламент исполнения Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам государственной функции по организации приема заявок на полезную модель и их рассмотрения, экспертизы и выдачи в установленном порядке патентов Российской Федерации на полезную модель, утвержденный приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 29.10.2008 № 326 (далее – Регламент).

Как усматривается из материалов дела, при подаче возражения против выдачи спорного патента общество «ПермЭнергоМаш» привело доводы следующего содержания:

- каждому из решений, известных из источников информации 1 и 2, присущи все существенные признаки независимого пункта 1 формулы полезной модели по спорному патенту;

- признак зависимого пункта 2 формулы полезной модели по спорному патенту, характеризующий наличие выемок, не является существенным;

- наличие в формуле полезной модели по спорному патенту существенных признаков, совпадающих с известными из источников информации 1 и 2 конструктивными особенностями (признаками), противоречит положениям, предусмотренным пунктом 3 статьи 147 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции).

При рассмотрении поданного возражения Роспатент установил, что фото изделия (источники информации 4 и 5) не содержат каких-либо выходных данных, позволяющих сделать вывод о том, что эти фотографии являлись общедоступными до даты приоритета полезной модели по спорному патенту. С учетом указанного обстоятельства административный орган пришел к выводу о невозможности включения названных материалов в уровень техники для оценки охраноспособности полезной модели по спорному патенту.

Роспатент установил, что из источника информации 1 известен дорожный блокиратор, который содержит опорное основание, блокирующий элемент (устройство), электрический привод со штоком, служащим для приведения блокирующего устройства в рабочее положение.

Решение по независимому пункту 1 формулы полезной модели по спорному патенту отличается от устройства, известного из источника информации 1, признаками, характеризующими приведение блокирующего устройства в рабочее положение посредством жестко установленного на блокирующем устройстве дополнительного приспособления, выполненного с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство.

Административный орган отметил, что техническим результатом, обеспечиваемым полезной моделью по спорному патенту, является повышение надежности и безопасности, увеличение срока эксплуатации дорожного блокиратора, снижение затрат на его эксплуатацию, улучшение технических характеристик.

При этом в описании полезной модели по спорному патенту содержатся сведения о том, что благодаря разъединению при ударе блокирующего устройства и штока наиболее дорогостоящая часть блокиратора, а именно электрический привод не разрушается, происходит сокращение затрат и времени на ремонт блокиратора.

Роспатент указал, что согласно общеизвестным сведениям надежностью называется свойство изделия выполнять заданные функции, сохраняя свои эксплуатационные показатели в определенных пределах, при заданных режимах работы и условиях использования, технического обслуживания, ремонта и транспортирования (Новый политехнический словарь / ФИО6. М.: «Большая Российская энциклопедия». 2003. С. 317, 318).

С учетом изложенного административный орган сделал вывод о том, что между отличительными признаками полезной модели по спорному патенту и обеспечиваемым ею техническим результатом имеется причинно-следственная связь, а значит соответствующие признаки являются существенными.

Таким образом, Роспатент заключил, что решению, известному из источника информации 1, не присущи все существенные признаки независимого пункта 1 формулы полезной модели по спорному патенту.

Административный орган установил, что из источника информации 2 известен дорожный блокиратор, который содержит опорное основание, шарнирно соединенное с блокирующим элементом (устройством), электрический привод со штоком, служащим для приведения блокирующего устройства в рабочее положение. Шток линейного электропривода соединен с блокирующим элементом с помощью шарнирного соединения, содержащего люфт (дополнительное приспособление), позволяющий скомпенсировать температурное расширение таким образом, чтобы оно не препятствовало подвижности шарнирного соединения.

Вместе с тем Роспатент отметил: специалисту в данной области техники известно, что шарнир представляет собой подвижное соединение деталей, образующее кинематическую вращательную пару, а люфт представляет собой зазор между сопряженными, прилегающими друг к другу поверхностями деталей машин (Большой толковый словарь русского языка / ФИО7. С-Пб.: «Норинт». 2000. С. 511, Новый политехнический словарь / ФИО6. М.: «Большая Российская энциклопедия». 2003. С. 615).

Административный орган указал, что в источнике информации 2 отсутствуют сведения о том, что шарнирный механизм, содержащий люфт, для соединения штока линейного электропривода с блокирующим элементом выполнен разъемным.

С учетом изложенного Роспатент сделал вывод о том, что решение по независимому пункту 1 формулы полезной модели по спорному патенту отличается от устройства, известного из источника информации 1, признаками, характеризующими выполнение дополнительного приспособления с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство.

При этом административный орган обратил внимание на то, что согласно ранее сделанному им заключению названный отличительный признак является существенным.

Таким образом, Роспатент констатировал, что техническому решению, известному из источника информации 2, не присущи все существенные признаки независимого пункта 1 формулы полезной модели по спорному патенту.

Административный орган обратил внимание на то, что текст возражения общества «ПермЭнергоМаш» не содержит доводов, направленных на обоснование причин, по которым существование источника информации 6 исключает вывод о соответствии полезной модели по спорному патенту условию патентоспособности «новизна».

Вместе с тем, проанализировав признаки технического решения, известного из источника информации 6, Роспатент установил, что в соответствующем патенте содержатся сведения о дорожном блокираторе, который содержит опорное основание, блокирующий элемент (устройство), электромеханический привод с выдвижным штоком, служащим для приведения блокирующего устройства в рабочее положение. При этом шарнир дополнительно содержит резьбовую втулку для вворачивания или выворачивания шарнира в выдвижной шток для регулировки угла наклона блокирующего элемента.

Как указал административный орган, в источнике информации 6 отсутствуют сведения о том, что конструктивный узел, состоящий из шарнира с резьбовой втулкой и выдвижного штока выполнен разъемным, позволяющим отсоединиться штоку от блокирующего элемента при ударе об него транспортного средства.

С учетом изложенного Роспатент сделал вывод о том, что решение по независимому пункту 1 формулы полезной модели по спорному патенту отличается от устройства, известного из источника информации 6, признаками, характеризующими выполнение дополнительного приспособления с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство.

При этом административный орган обратил внимание на то, что, как было установлено ранее, названные отличительные признаки являются существенными для достижения технического результата, обеспечиваемого полезной моделью по спорному патенту.

Таким образом, Роспатент констатировал, что решению, известному из источника информации 6, не присущи все существенные признаки независимого пункта 1 формулы полезной модели по спорному патенту.

Административный орган указал, что в возражении общества «ПермЭнергоМаш» отсутствуют сведения, подтверждающие довод о том, что такой конструктивный элемент, как дополнительное приспособление с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство, является характерным для дорожных блокираторов.

Роспатент также отметил, что довод возражения о противоречии требованиям Закона о защите конкуренции факта включения в формулу полезной модели по спорному патенту признаков, совпадающих с признаками решений, известных из источников информации 1 и 2, не имеет правового значения для оценки патентоспособности соответствующего технического решения.

При таких обстоятельствах административный орган пришел к выводу об отсутствии в возражении общества «ПермЭнергоМаш» доводов, позволяющих сделать вывод о несоответствии полезной модели по спорному патенту условию патентоспособности «новизна».

Выражая несогласие с мотивами, положенными Роспатентом в основание оспариваемого решения, заявитель указывает на то, что отличительный признак полезной модели по спорному патенту нашел отражение только на одном из четырех приведенных в патенте чертежей. При этом общество «ПермЭнергоМаш» отмечает, что в нарушение требований пункта 9.7.4.4 Регламента в спорном патенте отсутствует
какое-либо описание приведенных в нем фигур.

Заявитель обращает внимание на то, что из содержания спорного патента не представляется возможным установить вид материала, из которого изготовлено описанное в нем техническое решение. Между тем, по утверждению общества «ПермЭнергоМаш», использование предметов в форме прямоугольного параллелепипеда с установкой на дорожное полотно для блокирования проездов общеизвестно и новым не является.

Заявитель отмечает, что в патенте должно быть приведено описание наиболее близкого аналога заявленного решения с указанием улучшаемых с его помощью характеристик.

Кроме того, общество «ПермЭнергоМаш» указывает на то, что имеющиеся в спорном патенте чертежи не позволяют идентифицировать внешний вид «дополнительного приспособления». При этом заявитель обращает внимание на то, что нашедший отражение на приведенных в спорном патенте чертежах технический элемент в виде цепочки с подобием палочки не раскрыт в описании полезной модели.

По мнению общества «ПермЭнергоМаш», изложенное исключает возможность воспроизведения и осуществления спорного технического решения специалистом в данной области техники.

Оценивая законность решения Роспатента от 17.03.2021 с учетом правовой позиции заявителя в изложенной части, судебная коллегия отмечает, что, как усматривается из материалов дела, доводы возражения общества «ПермЭнергоМаш» были направлены на обоснование позиции о несоответствии полезной модели по спорному патенту условию патентоспособности «новизна».

При принятии оспариваемого ненормативного правового акта административный орган последовательно проанализировал каждый из изложенных заявителем мотивов, дав детальную оценку взаимному соотношению существенных признаков, описанных в спорном патенте и нашедших отражение в противопоставленных источниках информации.

Между тем, выражая несогласие с принятым Роспатентом решением в рамках настоящего дела, общество «ПермЭнергоМаш» фактически указывает, в том числе на несоответствие полезной модели по спорному патенту требованию подпункта 2 пункта 2 статьи 1376 ГК РФ, предусматривающего необходимость приведения в заявке на выдачу патента на полезную модель описания, раскрывающего сущность такого технического решения с полнотой, достаточной для осуществления полезной модели специалистом в данной области техники.

При таких обстоятельствах Суд по интеллектуальным правам приходит к заключению о том, что часть изложенных заявителем доводов являются новыми по отношению к содержанию ранее поданного им возражения, при этом соответствующие мотивы не могли стать предметом рассмотрения административного органа.

Судебная коллегия отмечает, что при рассмотрении возражения экспертиза в полном объеме не проводится, а проверяется обоснованность приведенных в возражении мотивов в подтверждение наличия оснований для признания патента на полезную модель недействительным. При рассмотрении возражения Роспатент связан приведенными в нем мотивами в подтверждение наличия оснований для признания патента на полезную модель недействительным, а именно указанными в возражении нарушениями условий охраноспособности полезной модели, а также приведенными в нем источниками информации, кроме общедоступных словарно-справочных изданий.

Дополнительное обоснование непатентоспособности полезной модели по спорному патенту, включая доводы о несоответствии такого технического решения иным предусмотренным законом условиям и требованиям, которые не были предметом рассмотрения в Роспатенте, могут являться основанием для подачи нового возражения.

Как разъяснено в пункте 137 постановления от 23.04.2019 № 10, при рассмотрении дел об оспаривании решений Роспатента, принятых по результатам рассмотрения возражений, заявлений, податель возражения, заявления вправе представлять доказательства, которые не были предметом исследования административного органа при вынесении оспариваемого решения, для опровержения выводов этого органа, не дополняя при этом изначально поданное возражение, заявление новыми доводами (основаниями). Документы, дополняющие изначально поданное возражение, заявление, могут быть положены в основу самостоятельного возражения, заявления.

Суд по интеллектуальным правам полагает необходимым отметить, что, ссылаясь на новые по отношению к изложенным в ранее поданном возражении обстоятельства, свидетельствующие, по мнению заявителя, о непатентоспособности полезной модели по спорному патенту, общество «ПермЭнергоМаш» фактически приводит новые мотивы, которые направлены не на опровержение выводов Роспатента, сделанных по результатам исследования конкретных источников, приложенных к поданному в административный орган возражению, а на усиление первоначальной правовой позиции, при том что новые мотивы и соответствующие им доказательства не являлись предметом исследования и оценки Роспатента.

С учетом изложенного судебная коллегия не усматривает оснований для учета доводов общества «ПермЭнергоМаш» о неполноте раскрытия сущности полезной модели по спорному патенту в соответствующем описании при проверке законности оспариваемого ненормативного правового акта.

Выражая несогласие с решением Роспатента от 17.03.2021, заявитель также указывает на то, что нераскрытие сведений о дополнительном приспособлении полезной модели по спорному патенту в содержании приведенных в нем чертежей исключает возможность квалификации соответствующего признака в качестве отличительного.

Между тем Суд по интеллектуальным правам полагает невозможным согласиться с указанным доводом общества «ПермЭнергоМаш», поскольку согласно содержанию описания полезной модели по спорному патенту «дополнительному приспособлению» присвоен порядковый номер 7, а соответствующий конструктивный элемент графически изображен на каждом приведенном в патенте чертеже.

Судебная коллегия также отмечает, что согласно пункту 2 статьи 1354 ГК РФ охрана интеллектуальных прав на полезную модель предоставляется на основании патента в объеме, определяемом содержащейся в патенте формулой полезной модели. Для толкования формулы полезной модели могут использоваться описание и чертежи. При этом по смыслу приведенной нормы чертежи не являются обязательной частью заявки на выдачу патента на полезную модель.

С учетом изложенного Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что приведенный довод общества «ПермЭнергоМаш» не соответствует фактическим обстоятельствам дела и содержанию действующих норм материального права, в связи с чем не опровергает правомерность вывода административного органа о том, что отличительным признаком полезной модели по спорному патенту является дополнительное приспособление, выполненное с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство.

В обоснование несогласия с оспариваемым ненормативным правовым актом общество «ПермЭнергоМаш» также указывает на то, что, вопреки сведениям, нашедшим отражение в независимом пункте 2 формулы полезной модели по спорному патенту, приведение блокирующего устройства в рабочее положение осуществляется не посредством жестко установленного на блокирующем устройстве дополнительного приспособления, а с помощью штока электрического привода.

При этом заявитель обращает внимание на то, что согласно описанию полезной модели по спорному патенту последствием наезда транспортного средства на блокиратор является разрушение блокирующего устройства при сохранении работоспособности электрического привода. С учетом данного обстоятельства общество «ПермЭнергоМаш» полагает, что технический результат, обеспечиваемый полезной моделью по спорному патенту, не может считаться достигаемым за счет действия дополнительного приспособления.

Наряду с этим заявитель указывает на то, что стоимость деталей блокиратора многократно превышает стоимость нового электрического привода, что само по себе ставит под сомнение целесообразность использования предложенного в спорном патенте технического решения.

Перечисленные доводы общества «ПермЭнергоМаш», по существу, направлены на оспаривание вывода Роспатента о существенности выявленного им отличительного признака полезной модели по спорному патенту для достижения обеспечиваемого этим решением технического результата.

Между тем судебная коллегия полагает невозможным согласиться с правовой позицией заявителя в изложенной части. При этом Суд по интеллектуальным правам исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1351 ГК РФ в качестве полезной модели охраняется техническое решение, относящееся к устройству. Полезной модели предоставляется правовая охрана, если она является новой и промышленно применимой.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1351 ГК РФ полезная модель является новой, если совокупность ее существенных признаков не известна из уровня техники. Уровень техники включает опубликованные в мире сведения о средствах того же назначения, что и заявленная полезная модель, и сведения об их применении в Российской Федерации, если такие сведения стали общедоступными до даты приоритета полезной модели.

В силу подпункта 2.2 пункта 9.4 Регламента полезная модель считается соответствующей условию патентоспособности «новизна», если в уровне техники не известно средство того же назначения, что и полезная модель, которому присущи все приведенные в независимом пункте формулы полезной модели существенные признаки, включая характеристику назначения. Содержащиеся в независимом пункте формулы полезной модели несущественные признаки не учитываются или обобщаются до степени, достаточной для признания обобщенного признака существенным.

Согласно подпункту 1.1 пункта 9.7.4.3 Регламента сущность полезной модели как технического решения выражается в совокупности существенных признаков, достаточной для достижения обеспечиваемого полезной моделью технического результата. Признаки относятся к существенным, если они влияют на возможность получения технического результата, т.е. находятся в причинно-следственной связи с указанным результатом. В случае если совокупность признаков влияет на возможность получения нескольких различных технических результатов, каждый из которых может быть получен при раздельном использовании части совокупности признаков, влияющих на получение только одного из этих результатов, существенными считаются признаки этой совокупности, которые влияют на получение только одного из указанных результатов. Иные признаки этой совокупности, влияющие на получение остальных результатов, считаются несущественными в отношении первого из указанных результатов и характеризующими иную или иные полезные модели. Технический результат представляет собой характеристику технического эффекта, явления, свойства и т.п., объективно проявляющихся при изготовлении либо использовании устройства. Технический результат выражается таким образом, чтобы обеспечить возможность понимания специалистом на основании уровня техники его смыслового содержания. Технический результат может выражаться, в частности, в снижении (повышении) коэффициента трения; в предотвращении заклинивания; снижении вибрации; в улучшении контакта рабочего органа со средой; в уменьшении искажения формы сигнала; в снижении просачивания жидкости; повышении быстродействия компьютера.

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что согласно описанию полезной модели по спорному патенту «[в] рабочее положение блокиратор приводят, включая электрический привод 4 на перемещение штока 5 в направлении блокирующего устройства 3, что приводит к повороту блокирующего устройства 3 на шарнире 2 и его закреплению в положении, препятствующем проезду по нему транспортных средств.».

При этом в независимом пункте 1 формулы полезной модели по спорному патенту указано, что «приведение блокирующего устройства в рабочее положение осуществляют посредством жестко установленного на блокирующем устройстве дополнительного приспособления, выполненного с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство».

Между тем судебная коллегия полагает, что, вопреки позиции заявителя, причинно-следственная связь между действием отдельных конструктивных элементов полезной модели по спорному патенту и приведением блокирующего устройства в рабочее положение не идентично причинно-следственной связи между отдельными признаками соответствующей полезной модели и обеспечиваемым ею техническим результатом. С учетом данного обстоятельства в рассматриваемом случае Роспатент обоснованно исходил из того, что подобное различие в указании конструктивных элементов, влияющих на приведение блокирующего устройства в рабочее положение, не может иметь правового значения для целей оценки соответствия полезной модели условию патентоспособности «новизна».

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что заявителем не оспаривается установленное Роспатентом содержание обеспечиваемого полезной моделью по спорному патенту технического результата, который заключается в повышении надежности и безопасности, увеличении срока эксплуатации дорожного блокиратора, снижении затрат на его эксплуатацию, улучшении технических характеристик.

При этом судебная коллегия считает, что административный орган обоснованно принял во внимание содержащееся в описании полезной модели по спорному патенту указание на то, что дополнительное приспособление выполнено с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство, а также указание на то, что «при наезде транспортного средства на блокиратор и ударном воздействии на блокирующее устройство происходит разрушение указанного блокирующего устройства. Однако, благодаря разъединению при ударе блокирующего устройства и штока, наиболее дорогостоящая часть блокиратора, а именно, электрический привод не разрушается. Указанное сокращает затраты и время на ремонт блокиратора. При этом защитное устройство также предохраняет изоляцию электрических проводов от разрушения, что увеличивает безопасность, повышает надежность и увеличивает срок эксплуатации блокиратора».

Как обоснованно отметил Роспатент, согласно общеизвестным знаниям надежностью называется свойство изделия выполнять заданные функции, сохраняя свои эксплуатационные показатели в определенных пределах, при заданных режимах работы и условиях использования, технического обслуживания, ремонта и транспортирования (Новый политехнический словарь / ФИО6. М.: «Большая Российская энциклопедия». 2003. С. 317, 318). Соответствие приведенного определения технического термина действительности не оспаривается лицами, участвующими в деле.

При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что, в противоположность правовой позиции общества «ПермЭнергоМаш», из приведенного определения не следует, что «надежность» является характеристикой, свидетельствующей об абсолютной исправности
какого-либо устройства и о его неподверженности негативным последствиям различного рода внешних воздействий.

Суд по интеллектуальным правам учитывает, что механизм действия описанного в спорном патенте дополнительного приспособления не исключает вероятности разрушения блокирующего устройства и штока. Вместе с тем названный конструктивный элемент обеспечивает сохранность наиболее дорогостоящей части блокиратора, которой является электрический привод. Данное обстоятельство в полной мере подтверждает наличие причинно-следственной связи между дополнительным приспособлением как отличительным признаком полезной модели по спорному патенту и обеспечиваемым этим решением техническим результатом, заключающимся в повышении надежности и безопасности, увеличении срока эксплуатации дорожного блокиратора, снижении затрат на его эксплуатацию, улучшении технических характеристик.

При этом судебная коллегия отмечает, что ссылки заявителя на сведения о рыночной стоимости отдельных конструктивных частей блокирующих устройств не подкреплены документально, в связи с чем они не могут быть приняты во внимание как опровергающие вывод административного органа о существенности отличительного признака полезной модели по спорному патенту.

Выражая несогласие с оспариваемым ненормативным правовым актом, общество «ПермЭнергоМаш» также утверждает, что при анализе признаков, известных из противопоставленного источника информации 2, Роспатент вышел за пределы рассмотрения возражения, самостоятельно установив наличие в соответствующем патенте признака «дополнительное приспособление», который в действительности в нем отсутствует.

Между тем судебная коллегия полагает невозможным согласиться с приведенным доводом заявителя.

Как следует из оспариваемого решения, административный орган установил, что из источника информации 2 известен дорожный блокиратор, который содержит опорное основание, шарнирно соединенное с блокирующим элементом (устройством), электрический привод со штоком, служащим для приведения блокирующего устройства в рабочее положение. При этом шток линейного электропривода соединен с блокирующим элементом с помощью шарнирного соединения, содержащего люфт (дополнительное приспособление), позволяющий скомпенсировать температурное расширение таким образом, чтобы оно не препятствовало подвижности шарнирного соединения.

Принимая во внимание то, что шарнирный механизм в составе технического решения по противопоставленному источнику информации 2 выполняет в составе соответствующего устройства ту же функцию, что и дополнительное приспособление в составе полезной модели по спорному патенту (приведение блокирующего устройства в рабочее положение), Роспатент пришел к обоснованному выводу о необходимости оценки степени сходства конструктивного строения этих механизмов с целью установления известности либо неизвестности отличительного признака полезной модели по спорному патенту из уровня техники.

При этом, вопреки утверждению общества «ПермЭнергоМаш», квалификация названного шарнирного соединения в качестве «дополнительного приспособления» была осуществлена Роспатентом исключительно с целью пояснения логики дальнейших рассуждений в рамках сравнительного анализа признаков полезной модели по спорному патенту и противопоставленного источника информации 2, в связи с чем не привела к выходу за пределы доводов возражения и к несоответствию выводов административного органа фактическим обстоятельствам дела.

С учетом изложенного, в отсутствие иных доводов, направленных на обоснование несоответствия выводов, сделанных Роспатентом по результатам исследования вопроса об известности полезной модели по спорному патенту из источника информации 2, судебная коллегия отклоняет приведенный мотив заявителя как не соответствующий фактическим обстоятельствам дела и как не опровергающий законность оспариваемого ненормативного правового акта.

При таких обстоятельствах, с учетом содержащегося в тексте решения Роспатента от 17.03.2021 вывода о неизвестности из уровня техники отличительного признака полезной модели по спорному патенту, правильность которого подтверждена судебной коллегией по результатам исследования и оценки имеющихся в материалах дела доказательств с учетом правовых позиций участвующих в деле лиц, Суд по интеллектуальным правам отклоняет доводы заявления общества «ПермЭнергоМаш» как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, как основанные на неправильном понимании норм материального права и как не опровергающие законность оспариваемого ненормативного правового акта.

С учетом изложенного Суд по интеллектуальным правам не усматривает оснований для признания недействительным решения Роспатента от 17.03.2021 об отказе в удовлетворении возражения против выдачи патента Российской Федерации № 142109 на полезную модель.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что оспариваемый ненормативный акт соответствует закону и иным нормативным правовым актам, не нарушает права и законные интересы заявителя, в связи с чем требование общества «ПермЭнергоМаш» о признании решения Роспатента от 17.03.2021 недействительным удовлетворению не подлежит.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом результата рассмотрения дела судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с подачей заявления, следует отнести на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176, 180, 197–201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

требования общества с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» оставить без удовлетворения.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий судья

И.В. Лапшина

Судья

С.П. Рогожин

Судья

А.А. Снегур