Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление иностранного лица MB and Services Ltd. (Spaces City Road, Epworth House, 25 City Road, office 320, London, EC1Y 1AA, UK) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>) от 20.02.2020 о признании патента Российской Федерации № 143828 на полезную модель недействительным.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «РУСАЛТРАНС» (ул. Василисы Кожиной, д.1, пом. 48, 121196, ОГРН <***>).

В судебном заседании приняли участие представители:

от иностранного лица MB and Services Ltd. – ФИО1 (по доверенности от 11.05.2020);

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности – ФИО2 (по доверенности от 07.04.2020 № 01/23-264/41);

от общества с ограниченной ответственностью «РУСАЛТРАНС» – ФИО3, ФИО4, ФИО5 (по доверенности от 11.11.2019).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

иностранноелицо MB and Services Ltd. (далее – иностранное лицо, заявитель) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 20.02.2020 о признании патента Российской Федерации № 143828 на полезную модель (классификационная рубрика Международной патентной классификации – B61D 39/00, B65D 88/16) недействительным.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «РУСАЛТРАНС» (далее – общество «РУСАЛТРАНС»).

Как следует из материалов дела, на имя иностранного лица был выдан патент Российской Федерации № 143828 на полезную модель «Усиленный контейнер для перевозки сыпучих грузов» с датой приоритета 03.03.2014 со следующей формулой:

«1. Контейнер для перевозки сыпучих грузов, содержащий гибкий вкладыш, имеющий элементы крепления к жестким частям транспортного средства, а также по меньшей мере один загрузочный рукав, расположенный в верхней части контейнера, отличающийся тем, что гибкий вкладыш дополнительно снабжен герметизирующим средством, выполненным в виде полиэтиленовой пленки, закрепленной по меньшей мере частично к материалу гибкого вкладыша с его внутренней стороны.

2. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что герметизирующее средство преимущественно повторяет форму гибкого вкладыша и вставлено внутрь гибкого вкладыша.

3. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что герметизирующее средство соединено с нижней деталью гибкого вкладыша.

4. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что герметизирующее средство соединено с боковыми стенками гибкого вкладыша.

5. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что герметизирующее средство соединено с верхней деталью гибкого вкладыша.

6. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что полиэтиленовая пленка имеет плотность 50-100 г/м².

7. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что поперечное сечение контейнера имеет преимущественно трапециевидную форму с увеличением ширины в сторону по меньшей мере одного загрузочного рукава.

8. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что гибкий вкладыш выполнен преимущественно из тканого материала плотностью 140-230 г/м².

9. Контейнер по п. 8, отличающийся тем, что гибкий вкладыш выполнен из плетеного полимерного материала.

10. Контейнер по п. 9, отличающийся тем, что плетеный полимерный материал представляет собой плетеный полиэтилен или плетеный полипропилен.

11. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что материал гибкого вкладыша и полиэтиленовая пленка соединены между собой при помощи сварки, термообработки или склейки.

12. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что каждая деталь гибкого вкладыша соединена с соответствующими смежными деталями гибкого вкладыша при помощи сварки, термообработки или сшивкой.

13. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что вкладыш снабжен ребрами вдоль по меньшей мере некоторых его боковых сторон, причем ребра представляют собой продольные складки.

14. Контейнер по п. 13, отличающийся тем, что вкладыш снабжен сквозными отверстиями, выполненными по меньшей мере в некоторых ребрах вкладыша.

15. Контейнер по п. 14, отличающийся тем, что по меньшей мере в некоторых отверстиях закреплены кольца или ленты из эластичного материала.

16. Контейнер по п. 15, отличающийся тем, что к кольцам или лентам из эластичного материала присоединены стропы для соединения с жесткими частями транспортного средства.

17. Контейнер по п. 14, отличающийся тем, что по меньшей мере к некоторым отверстиям присоединены стропы для соединения с жесткими частями транспортного средства.

18. Контейнер по п. 14, отличающийся тем, что отверстия снабжены металлическим ободком.

19. Контейнер по п. 13, отличающийся тем, что ребра снабжены магнитами для соединения с жесткими частями транспортного средства.

20. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен кольцом из эластичного материала в области крепления к основному телу вкладыша.

21. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен по меньшей мере одной монтажной лентой или петлей для соединения с загрузочной опорой.

22. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен по меньшей мере одним магнитом для соединения с загрузочной опорой.

23. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что контейнер дополнительно снабжен загрузочной опорой, содержащей по меньшей мере одну раму для фиксации в поднятом положении верхней части по меньшей мере одного рукава и каркас для крепления к жестким частям транспортного средства.

24. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что нижняя ширина вкладыша около 3100 мм, а верхняя ширина вкладыша около 3700 мм.

25. Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что длина вкладыша не менее 13000 мм, а ширина дна вкладыша не менее 3000 мм».

Против выдачи данного патента обществом «РУСАЛТРАНС» было подано возражение, мотивированное несоответствием полезной модели по оспариваемому патенту условию патентоспособности «новизна», а также тем, что запатентованное решение не является одним устройством, поскольку его составные части не находятся в конструктивном единстве и функциональной взаимосвязи.

На основании решения Роспатента от 20.02.2020 патент Российской Федерации № 143828 на полезную модель был признан недействительным.

При принятии указанного решения административный орган учел, что для характеристики признаков технического решения по оспариваемому патенту в независимом пункте 1 формулы использованы такие понятия, как контейнер для перевозки сыпучих грузов, гибкий вкладыш, герметизирующее средство. Однако, вопреки доводам заявителя возражения, в пункте 1 формулы по оспариваемому патенту раскрыт контейнер для перевозки сыпучих грузов, который представляет собой гибкий вкладыш с элементами крепления к транспортному средству и загрузочным рукавом, расположенным в верхней части гибкого вкладыша. При этом контейнер, то есть непосредственно сам гибкий вкладыш, дополнительно снабжен герметизирующим средством, выполненным в виде полиэтиленовой пленки, закрепленной по меньшей мере частично к материалу гибкого вкладыша с его внутренней стороны.

На основании изложенного административный орган сделал вывод о том, что решение по оспариваемому патенту в том виде, как оно представлено в независимом пункте формулы, характеризует одно устройство. Перечисленные выше части устройства находятся в конструктивном единстве и функциональной взаимосвязи.

Вместе с тем Роспатентом было установлено, что известному из формулы патента Российской Федерации № 108028 решению присущи все приведенные в независимом пункте 1 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 признаки, включая характеристику назначения.

Кроме того, было установлено, что признаки зависимых
пунктов 2-5, 8-9 формулы полезной модели по оспариваемому патенту также присущи известному из формулы патента Российской Федерации № 108028 решению, а признаки зависимых пунктов 6, 10-25 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 являются несущественными.

Также было установлено, что признаки зависимого пункта 7 формулы полезной модели по оспариваемому патенту являются существенными для достижения трех из семи указанных в описании к полезной модели технических результатов. При этом только часть совокупности признаков, приведенной в независимом пункте 1 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828, влияет на достижение указанных трех технических результатов. В свою очередь, влияющая на достижение указанных трех технических результатов совокупность признаков, образующаяся объединением упомянутой части совокупности признаков независимого пункта 1 и признаками зависимого от него пункта 7 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828, присуща известному из патента Соединенных Штатов Америки № 2010/0006575 решению.

С учетом изложенного административный орган пришел к выводу о несоответствии полезной модели по оспариваемому патенту условию патентоспособности «новизна». При этом Роспатент отметил, что включение в независимый пункт 1 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 признаков из зависимых пунктов 2-25 не приведет к устранению тех обстоятельств, которые послужили основанием для вывода о несоответствии полезной модели по оспариваемому патенту условию патентоспособности «новизна».

На основании изложенного решением Роспатента от 20.02.2020 возражение общества «РУСАЛТРАНС» было удовлетворено, патент Российской Федерации № 143828 на полезную модель был признан недействительным полностью.

Не согласившись с принятым решением, иностранное лицо обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением, в котором просит признать решение Роспатента от 20.02.2020 незаконным и обязать административный орган аннулировать запись в Государственном реестре полезных моделей Российской Федерации о признании патента Российской Федерации № 143828 на полезную модель недействительным полностью.

В обоснование своего несогласия заявитель указывает, что из формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028 следует, что полиэтиленовая пленка размещается с внешней стороны вкладыша для предотвращения взаимодействия груза с атмосферой во время транспортировки, в то время как совокупность существенных признаков полезной модели по оспариваемому патенту включает крепление полиэтиленовой пленки, по меньшей мере, частично именно к внутренней стороне гибкого вкладыша. Между тем, как полагает иностранное лицо, в решении Роспатента от 20.02.2020 сделан необоснованный и не соответствующий фактическим обстоятельствам дела вывод об известности из формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028 сведений о креплении полиэтиленовой пленки к внутренней стороне гибкого вкладыша.

Кроме того, заявитель обращает внимание на то, что согласно описанию к полезной модели по оспариваемому патенту «Гибкий вкладыш может быть выполнен полностью двухслойным или трехслойным, или по меньшей мере частично двухслойным», в то время как формула полезной модели по противопоставленному патенту Российской Федерации № 108028 содержит лишь сведения об однослойном вкладыше с ламинированием пленкой, но не о его двухслойности.

Таким образом, как полагает заявитель, формула полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028 не содержит существенных признаков независимого пункта формулы полезной модели по оспариваемому патенту.

Помимо этого иностранное лицо отмечает, что в соответствии с правилами пункта 20.4.2 Административного регламента исполнения Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам государственной функции по организации приема заявок на полезную модель и их рассмотрения, экспертизы и выдачи в установленном порядке патентов Российской Федерации на полезную модель, утвержденного приказом Министерства образования и науки
от 29.10.2008 № 326 (далее – Регламента ПМ), при проверке формулы полезной модели не предусмотрено требований к достаточности раскрытия в описании причинно-следственной связи между признаками зависимых пунктов и техническими результатами, в связи с чем заявитель вправе составить описание с раскрытием достигаемого полезной моделью технического результата в той степени, в какой он считает это нужным.

С учетом данного обстоятельства заявитель полагает, что, утверждая об отсутствии в описании полезной модели по оспариваемому патенту сведений, подтверждающих достижение заявленного технического результата зависимыми пунктами 2-25 ее формулы, Роспатент применяет требования к достаточности раскрытия признаков полезной модели в зависимых пунктах применительно к заявленным техническим результатам с нарушением пункта 20.4.2 Регламента ПМ.

По мнению иностранного лица, данные обстоятельства опровергают выводы административного органа о несоответствии полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 условию патентоспособности «новизна» и подтверждают позицию заявителя о незаконности и необоснованности принятого решения Роспатента.

До судебного заседания в Суд по интеллектуальным правам поступили отзывы, в которых Роспатент и общество «РУСАЛТРАНС» выражают несогласие с доводами заявителя, полагая, что они не опровергают приведенные в решении Роспатента от 20.02.2020 выводы и не свидетельствуют о наличии оснований для признания его недействительным.

В Суд по интеллектуальным правам через информационную систему «Картотека арбитражных дел» 29.10.2020 поступило ходатайство иностранного лица о назначении патентоведческой экспертизы с целью установления пространственного расположения полиэтиленовой пленки на внутренней либо внешней поверхности вкладыша по патенту Российской Федерации № 108028.

Для постановки перед экспертом заявителем были предложены следующие вопросы:

«1. Исходя из патентов на полезные модели № 143828 и № 108028 - из какого количества слоев состоит гибкий вкладыш по патенту № 143828 и из какого количества слоев состоит гибкий вкладыш по патенту № 108028?

2. Исходя из патента на полезную модель № 108028 - можно ли сделать вывод о том, что ламинирование вкладыша осуществляется полиэтиленовой пленкой изнутри?

3. Обеспечивает ли крепление полиэтиленовой пленки к внутренней стороне гибкого вкладыша более лучшее предохранение перевозимого сыпучего груза от взаимодействия с материалом гибкого вкладыша, в том числе - от частичной потери груза при застревании его частиц в материале вкладыша, по сравнению с вкладышем, ламинированным полиэтиленовой пленкой не изнутри?».

На данное ходатайство 02.11.2020 поступило возражение общества «РУСАЛТРАНС», мотивированное несущественностью ответов, которые могут быть получены на предложенные заявителем вопросы, для оценки законности и обоснованности оспариваемого решения Роспатента, а также достаточностью имеющейся у членов судебной коллегии Суда по интеллектуальным правам специализации для самостоятельной оценки приведенного довода заявления без привлечения к участию в деле эксперта.

Разрешая вопрос о возможности и необходимости назначения судебной патентоведческой экспертизы по настоящему делу, суд первой инстанции учитывает следующее.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Вместе с тем по смыслу приведенной нормы удовлетворение такого ходатайства является правом, а не обязанностью суда.

При этом, учитывая отсутствие предусмотренного законом или разъяснениями высших судебных инстанций перечня случаев, применительно к которым вызов свидетелей в судебное заседание или назначение судебной экспертизы являются обязательными, разрешение каждого из указанных вопросов осуществляется судом с учетом обстоятельств конкретного дела и, таким образом, предполагает необходимость исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств.

Основываясь на имеющихся в материалах дела доказательствах, учитывая содержание указанного ходатайства иностранного лица и приложенных к нему документов, а также принимая во внимание доводы возражения третьего лица на данное ходатайство, судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам не усматривает оснований для назначения судебной патентоведческой экспертизы по настоящему делу.

При этом, отказывая в назначении судебной патентоведческой экспертизы, суд исходит из того, что в материалах дела находится достаточная совокупность доказательств и сведений, относящихся к специальным познаниям, позволяющая рассмотреть спор по существу без проведения судебной экспертизы. Суд также учитывает, что предложенные иностранным лицом вопросы носят правовой характер и не требуют специальных познаний. Кроме того, из представленных в подтверждение квалификации патентоведа ФИО6 и патентного поверенного ФИО7 документов не усматривается, что указанные лица являются специалистами в области техники, относящейся к предмету настоящего спора.

Судудебная коллегия Суда по интеллектуальным правам также считает необходимым обратить внимание на то, что на стадии подготовки дела к судебному разбирательству заявитель не ходатайствовал о проведении по делу судебной экспертизы, не ссылался на необходимость специальных познаний при разрешении вопросов в рамках настоящего спора, ходатайство о назначении судебной экспертизы подано им лишь после начала судебного разбирательства.

При этом суд считает, что в рассматриваемом случае имеются основания для отказа в удовлетворении ходатайства о назначении патентоведческой экспертизы в силу части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

С учетом изложенного в удовлетворении ходатайства иностранного лица о назначении судебной патентоведческой экспертизы по настоящему делу было отказано.

В судебном заседании представитель иностранного лица выступил с правовой позицией по делу, поддержал доводы, изложенные в заявлении, просил заявленные требования удовлетворить.

Представители Роспатента и общества «РУСАЛТРАНС» в ходе судебного заседания поддержали доводы, изложенные в отзыве на заявление иностранного лица, возражали против требований заявителя, просили в их удовлетворении отказать, настаивая на законности и обоснованности оспариваемого ненормативного правового акта.

Изучив материалы дела, выслушав мнения представителей лиц, участвующих в деле, и оценив все доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Глава 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве самостоятельного способа защиты прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности обжалование решений и действий (бездействия) государственных органов в суд.

Частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом (пункт 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установленный законом срок иностранным лицом соблюден, что не оспаривается лицами, участвующими в деле.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из изложенного следует, что основанием для удовлетворения заявления о признании ненормативного правового акта недействительным является обязательное одновременное наличие в совокупности двух условий: 1) несоответствие ненормативного правового акта закону или иному правовому акту; 2) нарушение им прав и охраняемых законом интересов заявителя.

При этом в случае, если судом будет установлено отсутствие
какого-либо из двух указанных условий, то оспариваемый ненормативный правовой акт не может быть признан недействительным.

Полномочия Роспатента установлены частью 4 ГК РФ и Положением о Федеральной службе по интеллектуальной собственности, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 21.03.2012 № 218, исходя из которых рассмотрение возражения против выдачи патента на полезную модель и принятие решения по результатам его рассмотрения входят в компетенцию Роспатента.

Оспариваемое решение принято Роспатентом в пределах своей компетенции, что лицами, участвующими в деле, также не оспаривается.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.04.2019 № 10), по возражениям против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату подачи заявки в Роспатент или в федеральный орган исполнительной власти по селекционным достижениям. Основания для признания недействительным патента на изобретение, выданного по международной заявке на изобретение или по преобразованной евразийской заявке, признания недействительным предоставления правовой охраны промышленному образцу или товарному знаку по международной регистрации определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату поступления соответствующей международной или преобразованной евразийской заявки в Роспатент, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения соответствующих возражений, действующий на момент обращения за признанием недействительными патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 27 постановления от 23.04.2019 № 10, суд полагает, что Роспатент обоснованно исходил из того, что с учетом даты подачи заявки на выдачу патента Российской Федерации на полезную модель № 143828 (03.03.2014) правовая база для оценки охраноспособности заявленного устройства в качестве полезной модели включает в себя ГК РФ и Регламент ПМ.

Судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам полагает, что при принятии оспариваемого решения Роспатент обоснованно пришел к выводу о несоответствии полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 условию патентоспособности «новизна» ввиду следующего.

Как следует из оспариваемого решения, Роспатент установил, что признаки независимого пункта 1, а также признаки зависимых пунктов 2-5 и 8-9 формулы полезной модели по оспариваемому патенту известны из формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028, имеющей более раннюю дату приоритета.

В обоснование несогласия с данным выводом административного органа иностранное лицо указало на то, что из формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028 неизвестны сведения о креплении полиэтиленовой пленки к внутренней стороне гибкого вкладыша. А именно – в то время как из описания к полезной модели по оспариваемому патенту следует, что «Гибкий вкладыш может быть выполнен либо полностью двухслойным или трехслойным, или по меньшей мере частично двухслойным», противопоставленный патент содержит лишь указание на однослойный вкладыш с ламинированием пленкой.

Применительно к данному доводу заявителя судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам полагает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 1 статьи 1351 ГК РФ в качестве полезной модели охраняется техническое решение, относящееся к устройству. Полезной модели предоставляется правовая охрана, если она является новой и промышленно применимой.

В силу пункта 2 статьи 1351 ГК РФ полезная модель является новой, если совокупность ее существенных признаков не известна из уровня техники. Уровень техники включает опубликованные в мире сведения о средствах того же назначения, что и заявленная полезная модель, и сведения об их применении в Российской Федерации, если такие сведения стали общедоступными до даты приоритета полезной модели.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 22.3 Регламента ПМ при определении уровня техники общедоступными считаются сведения, содержащиеся в источнике информации, с которым любое лицо может ознакомиться само, либо о содержании которого ему может быть законным путем сообщено.

Согласно подпункту 2 пункта 22.3 Регламента ПМ датой, определяющей включение источника информации в уровень техники является: для опубликованных патентных документов – указанная на них дата опубликования; для отечественных печатных изданий и печатных изданий СССР – указанная на них дата подписания в печать, если такая дата не указана, а также для иных печатных изданий – дата выпуска их в свет.

Согласно подпункту 2.2 пункта 9.4 Регламента ПМ полезная модель считается соответствующей условию патентоспособности «новизна», если в уровне техники не известно средство того же назначения, что и полезная модель, которому присущи все приведенные в независимом пункте формулы полезной модели существенные признаки, включая характеристику назначения. Существенность признаков, в том числе признака, характеризующего назначение полезной модели, при оценке новизны определяется с учетом положений подпункта 1.1 пункта 9.7.4.3 Регламента ПМ. Содержащиеся в независимом пункте формулы полезной модели несущественные признаки не учитываются или обобщаются до степени, достаточной для признания обобщенного признака существенным.

Как указано в подпункте 1.1 пункта 9.7.4.3 Регламента ПМ, признаки относятся к существенным, если они влияют на возможность получения технического результата, то есть находятся в причинно-следственной связи с указанным результатом.

Технический результат представляет собой характеристику технического эффекта, явления, свойства и т.п., объективно проявляющихся при изготовлении либо использовании устройства.

В силу пункта 2 статьи 1354 ГК РФ охрана интеллектуальных прав на полезную модель предоставляется на основании патента в объеме, определяемом содержащейся в патенте формулой полезной модели. Для толкования формулы полезной модели могут использоваться описание и чертежи.

При этом, как указано в пункте 9.7.1 Регламента ПМ, описание должно раскрывать полезную модель с полнотой, достаточной для ее осуществления.

Как следует из материалов административного дела, полезная модель по патенту Российской Федерации № 143828 предназначена для перевозки сыпучих грузов в грузовых отсеках транспортных средств. В свою очередь, полезная модель по патенту Российской Федерации № 108028 предназначена для транспортировки насыпных сыпучих грузов при перевозках в кузовах транспортных средств.

При этом датой приоритета полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 является 03.03.2014, в то время как датой приоритета полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028 является 17.09.2010.

Таким образом, при принятии решения от 20.02.2020 Роспатент пришел к обоснованному выводу о необходимости включения в уровень техники сведений, известных из противопоставленного патента, при проверке охраноспособности полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828.

Как указано в независимом пункте 1 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828, «гибкий вкладыш дополнительно снабжен герметирующим средством, выполненным в виде полиэтиленовой пленки, закрепленной по меньшей мере частично к материалу гибкого вкладыша с его внутренней стороны». При этом согласно описанию к указанной полезной модели «С внутренней стороны вкладыша 1 размещается герметирующее средство (на чертежах не показано), выполненное в виде полимерной или полиэтиленовой пленки. Полиэтиленовая пленка герметирующего средства может в целом повторяет форму вкладыша 1, так что герметирующее средство можно вставить внутрь вкладыша, или же герметирующее средство закреплено лишь на некоторых деталях вкладыша 1 (например, на нижней детали, боковых стенка и/или верхней детали)» (абзац первый страницы 9 описания к полезной модели) по патенту Российской Федерации № 143828). Существенность указанного признака формулы полезной модели по оспариваемому патенту лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

В свою очередь, как следует из описания к полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028, «Мягкий вкладыш для перевозки грузов изготовлен из специально разработанной армированной полипропиленовой ткани ламинированной высокопрочной полиэтиленовой пленкой с повышенными показателями эластичности или любого другого материала, обладающего аналогичными свойствами и обеспечивающего герметичность и защиту перевозимого груза от атмосферной влаги. <…> Технические характеристики материала, технология сшивания и проклейки частей мягкого вкладыша для перевозки грузов, конструкция загрузочных рукавов обеспечивают герметичность и изоляцию груза от взаимодействия с внутренними поверхностями полувагона и от воздействия внешних факторов» (абзац второй описания к полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028). При этом «Разработанный мягкий вкладыш для перевозки грузов изготавливается из заведомо более прочного материала – ткани, плетеной из армированных полипропиленовых нитей плотностью от 0,1 до 0,2 кг/кв.м с ламинированием высокопрочной полиэтиленовой пленкой» (абзац двенадцатый описания к полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028).

Таким образом, из описания к полезной модели по противопоставленному патенту следует, что герметирующее вещество в виде высокопрочной полиэтиленовой пленки может быть расположено как на внешней, так и на внутренней стороне мягкого вкладыша. Соответственно, исходя из более широкой формулировки описания конструктивного исполнения вкладыша в составе полезной модели по патенту Российской Федерации № 108028, а также принимая во внимание более раннюю дату приоритета указанного патента, Роспатент пришел к обоснованному выводу о том, что на дату приоритета полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 признак независимого пункта 1 формулы данной полезной модели «гибкий вкладыш дополнительно снабжен герметизирующим средством, выполненным в виде полиэтиленовой пленки, закрепленной по меньшей мере частично к материалу гибкого вкладыша с его внутренней стороны» был известен из уровня техники.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что приведенный довод заявления иностранного лица не опровергает правильности вывода административного органа о несоответствии полезной модели по оспариваемому патенту условию патентоспособности «новизна» в указанной части.

Из решения Роспатента от 20.02.2020 также следует, что административный орган пришел к выводу о несущественном характере признаков 6, 10-25 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828, исходя из того, что в описании к указанной полезной модели отсутствуют сведения о причинно-следственной связи между содержанием данных признаков и обеспечиваемыми полезной моделью техническими результатами.

Выражая несогласие с решением административного органа в этой части, иностранное лицо обратило внимание на то, что достижение заявленных технических результатов при помощи указанных признаков формулы полезной модели по оспариваемому патенту подтверждается сведениями на страницах 6-8 и 10 описания к полезной модели. Вместе с тем заявитель отметил, что раскрытие причинно-следственной связи между признаками зависимых пунктов формулы полезной модели и заявленными техническими результатами не входит в круг предусмотренных законом условий охраноспособности данного объекта патентных прав.

Оценивая законность решения Роспатента от 20.02.2020 с учетом изложенного довода заявления, судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам отмечает следующее.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 1476 ГК РФ заявка на полезную модель должна содержать описание полезной модели, раскрывающее ее сущность с полнотой, достаточной для осуществления полезной модели специалистом в данной области техники.

В пункте 9.7.1 Регламента ПМ отмечено, что описание должно раскрывать полезную модель с полнотой, достаточной для ее осуществления.

Как следует из положений пунктов 9.7.4, 9.7.4.3 и 9.7.4.5 Регламента ПМ, «Раскрытие полезной модели» и «Осуществление полезной модели» являются обязательными разделами описания полезной модели.

В соответствии с пунктом 9.7.4.3 Регламента ПМ сущность полезной модели как технического решения выражается в совокупности существенных признаков, достаточной для достижения обеспечиваемого полезной моделью технического результата.

Признаки относятся к существенным, если они влияют на возможность получения технического результата, то есть находятся в причинно-следственной связи с указанным результатом.

В случае, если совокупность признаков влияет на возможность получения нескольких различных технических результатов, каждый из которых может быть получен при раздельном использовании части совокупности признаков, влияющих на получение только одного из этих результатов, существенными считаются признаки этой совокупности, которые влияют на получение только одного из указанных результатов. Иные признаки этой совокупности, влияющие на получение остальных результатов, считаются несущественными в отношении первого из указанных результатов и характеризующими иную или иные полезные модели.

Технический результат выражается таким образом, чтобы обеспечить возможность понимания на основании уровня техники его смыслового содержания специалистом – лицом, обладающим общими знаниями в данной области техники (общими знаниями в данной области техники считаются знания, основанные преимущественно на информации, содержащейся в справочниках, монографиях и учебниках); имеющим доступ ко всему уровню техники и имеющим опыт работы и эксперимента, которые являются обычными для данной области техники.

Согласно пункту 9.7.4.5 Регламента ПМ в разделе описания «Осуществление полезной модели» показывается, как может быть осуществлена полезная модель с реализацией указанного заявителем назначения, предпочтительно путем приведения примеров, и со ссылками на чертежи или иные графические материалы, если они имеются.

Для полезной модели, сущность которой характеризуется с использованием признака, выраженного общим понятием, в частности, представленного на уровне функционального обобщения, описываются средство для реализации такого признака или методы его получения либо указывается на известность такого средства или методов его получения.

В данном разделе приводятся также сведения, подтверждающие возможность получения при осуществлении полезной модели того технического результата, который указан в разделе описания «Раскрытие полезной модели». В качестве таких сведений приводятся объективные данные, например, полученные в результате проведения эксперимента, испытаний или оценок, принятых в той области техники, к которой относится заявленная полезная модель, или теоретические обоснования, основанные на научных знаниях. При использовании для характеристики полезной модели количественных признаков, выраженных в виде интервала значений, показывается возможность получения технического результата во всем этом интервале.

Если несколько признаков полезной модели выражены в виде альтернативы, показывается возможность получения технического результата при различных сочетаниях характеристик таких признаков.

Если о возможности осуществления полезной модели и реализации ею указанного назначения могут свидетельствовать лишь экспериментальные данные, в описании полезной модели должны быть приведены примеры ее осуществления с приведением соответствующих данных. Приведенные примеры должны быть достаточными, чтобы вывод о соблюдении указанного требования распространялся на разные частные формы реализации признака, охватываемые понятием, приведенным заявителем в формуле полезной модели.

Как следует из приведенных положений закона, раскрытие сущности полезной модели с полнотой, достаточной для ее осуществления специалистом в данной области техники, предполагает раскрытие влияния именно существенных признаков формулы полезной модели на реализацию ее назначения и достижение заявленного технического результата. С учетом данного обстоятельства судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам соглашается с доводом заявителя о том, что раскрытие причинно-следственной связи между признаками зависимых пунктов формулы полезной модели и заявленными техническими результатами не входит в круг предусмотренных законом условий охраноспособности данного объекта патентных прав.

Вместе с тем суд первой инстанции отмечает, что, как было указано ранее, проверка соответствия технического решения условию патентоспособности «новизна» предполагает исследование вопроса об известности из уровня техники именно существенных признаков формулы соответствующего устройства. Таковыми, в свою очередь, являются признаки, обеспечивающие достижение заявленного технического результата, то есть признаки, находящиеся в причинно-следственной связи с указанным результатом.

Таким образом, исследование влияния признаков формулы полезной модели на достижение заявленного технического результата с целью определения степени существенности этих признаков является неотъемлемым этапом проверки соответствия полезной модели условию патентоспособности «новизна», в связи с чем действия, осуществленные в этой части административным органом при принятии оспариваемого решения, вопреки доводу иностранного лица, признаются судебной коллегией законными и обоснованными.

Суд первой инстанции соглашается с выводами Роспатента в части установленного им несущественного характера признаков зависимых пунктов 6, 10-25 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828. При этом судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно описанию технической задачей полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 является создание эффективного усиленного контейнера для перевозки сыпучих грузов и расширение арсенала контейнеров для перевозки сыпучих грузов.

При этом согласно описанию к полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 решение поставленной задачи обеспечивается достижением следующих технических результатов:

1) обеспечивается равномерность заполнения контейнера сыпучими грузами;

2) устранение или значительное уменьшение возможности заполнения рукавов контейнера сыпучим грузом до того, как непосредственно контейнер будет полностью заполнен грузом;

3) обеспечение практически полного опорожнения вкладыша контейнера от остатков сыпучего груза и упрощение операции автоматического его заполнения через нежесткие рукава;

4) увеличение прочности контейнера и его составляющих от разрывов или иных нежелательных деформаций при его наполнении сыпучим грузом;

5) повышение герметичности, улучшение защиты перевозимого груза от воздействия атмосферных факторов (влага, пыль и др.), повышение его сохранности и для изоляции внутреннего пространства типичного полувагона от взаимодействия с перевозимым грузом, предотвращая его загрязнение и, тем самым, сокращая издержки на подготовительные операции (очистка, промывка и пр.);

6) создание конструкции контейнера, который является более удобным и простым в использовании, в частности более удобным при его вставке в полувагоны, особенно в люковые или глуходонные полувагоны, выполненные, например, по ГОСТ 26725-97 «Полувагоны четырехосные универсальные магистральных железных дорог колеи 1520 мм»;

7) упрощение крепления контейнера к жестким частям транспортного средства, например, полувагона.

Пункт 6 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что полиэтиленовая пленка имеет плотность 50-100 г/м².». При этом в описании полезной модели указано: «Полиэтиленовая пленка имеет плотность в диапазоне 50-100 гр/м², преимущественно 70 гр/м². Таким образом, использование полиэтиленовой пленки делает гибкий вкладыш герметичным и/или водонепроницаемым, а также повышает прочность на разрыв.» (абзац третий страницы 4 и абзац первый страницы 5 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Между тем в описании отсутствует указание на причинно-следственную связь между заданными значениями плотности полиэтиленовой пленки и техническим результатом в виде повышения герметичности и улучшения защиты перевозимого груза от воздействия атмосферных факторов (влага, пыль и др.). В частности, отсутствует указание на причины, в силу которых герметичность и/или водонепроницаемость гибкого вкладыша не может быть обеспечена при плотности пленки, выходящей за пределы указанного диапазона.

Пункт 10 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 9, отличающийся тем, что плетеный полимерный материал представляет собой плетеный полиэтилен или плетеный полипропилен.». В свою очередь, в описании полезной модели указано: «Гибкий вкладыш может быть выполнен либо полностью двухслойным или трехслойным, или по меньшей мере частично двухслойным. В некоторых вариантах осуществления, гибкий вкладыш может быть выполнен по меньшей мере частично ламинированным. Второй (дополнительный) слой вкладыша может быть выполнен из такого же материала, что и основной слой, т.е. плетеного полиэтилена, хотя и другие материалы могут быть использованы, как например, полиэстер, полипропилен, полиэтилен, поливинилхлорид, этиленвинилацетат, полиэфирное волокно или их аналоги.» (абзац третий страницы 5 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Таким образом, применительно к пункту 10 формулы полезной модели по оспариваемому патенту в описании также отсутствует указание на причинно-следственную связь между частными формами плетеного полимерного материала и достижением какого-либо из заявленных технических результатов. При этом тот факт, что при изготовлении вкладыша могут быть использованы в том числе иные материалы, свидетельствует о том, что использование в этих целях именно полиэтилена или полипропилена не является существенным для достижения какого-либо из заявленных технических результатов.

Пункт 11 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что материал гибкого вкладыша и полиэтиленовая пленка соединены между собой при помощи сварки, термообработки или склейки.». Как указано в описании полезной модели, «Полиэтиленовая пленка и материал вкладыша могут быть соединены между собой при помощи сварки, термообработки, склейки или в некоторых случаях ламинированием. Соединение может быть выполнено как по всей площади полиэтиленовой пленки, так и только по его периметру в зависимости от создания необходимой прочности или эластичности.» (абзац четвертый страницы 5 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Вместе с тем в приведенной части описания отсутствует указание на причинно-следственную связь между способом соединения полиэтиленовой пленки и материала вкладыша и достижением какого-либо из заявленных технических результатов.

Пункт 12 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что каждая деталь гибкого вкладыша соединена с соответствующими смежными деталями гибкого вкладыша при помощи сварки, термообработки или сшивкой.». При этом в описании полезной модели указано: «В частных случаях реализации, каждая деталь (сторона, элемент) гибкого вкладыша может быть соединена с соответствующими смежными деталями (сторонами, элементами) при помощи сварки, термообратботки, сшивкой.» (абзац пятый страницы 5 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 13 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что вкладыш снабжен ребрами вдоль по меньшей мере некоторых его боковых сторон, причем ребра представляют собой продольные складки.». Согласно описанию полезной модели: «Кроме того, вкладыш может быть снабжен ребрами вдоль по меньшей мере некоторых его боковых сторон, причем ребра могут представлять собой продольные складки, соединенные между собой швом, проклейкой или сваркой.» (абзац пятый страницы 5 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 14 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 13, отличающийся тем, что вкладыш снабжен сквозными отверстиями, выполненными по меньшей мере в некоторых ребрах вкладыша.». Как указано в описании полезной модели: «Вкладыш может иметь сквозные отверстия, выполненные по меньшей мере в некоторых ребрах вкладыша.» (абзац пятый страницы 5 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 15 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 14, отличающийся тем, что по меньшей мере в некоторых отверстиях закреплены кольца или ленты из эластичного материала.». Пункт 16 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 15, отличающийся тем, что к кольцам или лентам из эластичного материала присоединены стропы для соединения с жесткими частями транспортного средства.». При этом из описания полезной модели следует: «Кольца или ленты из эластичного материала могут быть укреплены в сквозных отверстиях, а к кольцам или лентам из эластичного материала могут быть присоединены стропы для соединения с жесткими частями транспортного средства.» (абзац пятый страницы 5 и абзац первый страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 17 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 14, отличающийся тем, что по меньшей мере к некоторым отверстиям присоединены стропы для соединения с жесткими частями транспортного средства.». Как указано в описании полезной модели: «По меньшей мере к некоторым отверстиям могут быть присоединены стропы для соединения с жесткими частями транспортного средства без использования эластичных колец.» (абзац первый страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 18 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 14, отличающийся тем, что отверстия снабжены металлическим ободком.». Из описания полезной модели следует: «Кроме того, отверстия могут быть снабжены металлическим ободком.» (абзац первый страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 19 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 13, отличающийся тем, что ребра снабжены магнитами для соединения с жесткими частями транспортного средства.». В описании полезной модели указано: «В некоторых вариантах реализации, ребра могут быть снабжены магнитами для соединения с жесткими частями транспортного средства.» (абзац первый страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 20 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен кольцом из эластичного материала в области крепления к основному телу вкладыша.». Из описания полезной модели известно: «В частных случаях реализации, по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен кольцом из эластичного материала в области крепления к основному телу вкладыша.» (абзац второй страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 21 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен по меньшей мере одной монтажной лентой или петлей для соединения с загрузочной опорой.». При этом из описания полезной модели следует: «По меньшей мере один загрузочный рукав может быть также снабжен по меньшей мере одной монтажной лентой или петлей для соединения с загрузочной опорой.» (абзац второй страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 22 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что по меньшей мере один загрузочный рукав снабжен по меньшей мере одним магнитом для соединения с загрузочной опорой.». Из описания полезной модели следует: «В некоторых вариантах реализации, загрузочный рукав может быть снабжен магнитами для соединения с жесткими частями транспортного средства, опорой или рамой.» (абзац второй страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Пункт 23 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что контейнер дополнительно снабжен загрузочной опорой, содержащей по меньшей мере одну раму для фиксации в поднятом положении верхней части по меньшей мере одного рукава и каркас для крепления к жестким частям транспортного средства.». В описании полезной модели указано: «Кроме того, контейнер может быть снабжен загрузочной опорой, содержащей по меньшей мере одну раму для фиксации в поднятом положении верхней части по меньшей мере одного рукава и каркас для крепления к жестким частям транспортного средства.» (абзац третий страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Таким образом, сведения, приведенные в описании полезной модели по оспариваемому патенту применительно к зависимым пунктам 12-22 ее формулы, представляют собой полное или практически полное дублирование содержания изложенных в указанных пунктах признаков. При этом в тексте описания отсутствуют иные сведения, раскрывающие причинно-следственную связь между данными признаками формулы полезной модели по оспариваемому патенту и достижением какого-либо из заявленных технических результатов.

Пункт 24 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что нижняя ширина вкладыша около 3100 мм, а верхняя ширина вкладыша около 3700 мм.». Пункт 25 формулы полезной модели по оспариваемому патенту сформулирован следующим образом: «Контейнер по п. 1, отличающийся тем, что длина вкладыша не менее 13000 мм, а ширина дна вкладыша не менее 3000 мм.». Согласно описанию полезной модели: «Длина вкладыша по ее нижней части составляет не менее 13 м, а ширина вкладыша по ее нижней части не менее 3 м. Предпочтительно, нижняя ширина вкладыша имеет размер около 3100 см, а верхняя ширина вкладыша имеет размер около 3700 см, что обеспечивает легкую ставку вкладыша внутрь стандартного железнодорожного полувагона, выполненного по
ГОСТ 26725-97 или иным схожим стандартам. Однако следует отметить, что указанные размеры могут варьироваться. Например, нижняя ширина вкладыша может имеет размер в диапазоне 2900-3300 см, а верхняя ширина вкладыша имеет размер в диапазоне 3500-3900 см.» (абзац третий страницы 6 описания полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828).

Между тем в описании полезной модели отсутствует подтверждение влияния признаков независимых пунктов 24-25 ее формулы на какой-либо из заявленных технических результатов. В частности, заявителем не приведены конкретные параметры стандартного железнодорожного полувагона, позволяющие сделать вывод о том, что предложенные им параметры устройства обеспечивают удобство и простоту использования контейнера, в частности при его вставке в полувагоны.

Таким образом, судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам полагает, что, руководствуясь положениями действующего законодательства и имеющимися в материалах дела сведениями, административный орган пришел к обоснованному выводу о том, что в признаках зависимых пунктов 6, 10-25 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828, а также в корреспондирующих им положениях описания указанной полезной модели не раскрывается влияние данных признаков на достижение какого-либо из заявленных технических результатов.

С учетом изложенного судебная коллегия Суда по интеллектуальным правам соглашается с выводами Роспатента о несущественном характере признаков зависимых пунктов 6, 10-25 формулы полезной модели по патенту Российской Федерации № 143828 и, как следствие, об отсутствии правовых оснований для проверки формулы полезной модели по оспариваемому патенту на соответствие условию патентоспособности «новизна» в соответствующей части.

Принимая во внимание данные обстоятельства, оценив законность и обоснованность решения Роспатента от 20.02.2020 в пределах доводов заявления иностранного лица, судебная коллегия полагает, что доводы заявителя не опровергают приведенные в оспариваемом решении административного органа выводы и не свидетельствуют о наличии оснований для признания его недействительным.

При таких обстоятельствах Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что оспариваемый ненормативный акт соответствует закону и иным нормативным правовым актам, не нарушает права и законные интересы заявителя, в связи с чем требование иностранного лица о признании решения Роспатента от 20.02.2020 недействительным удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с подачей заявления, в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом результата рассмотрения дела следует отнести на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176, 180, 197–201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

требования иностранного лица MB and Services Ltd. оставить без удовлетворения.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня принятия.

Председательствующий судья

И.В. Лапшина

Судья

В.В. Голофаев

Судья

А.А. Снегур