Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Ногинский пищевой комбинат» (ул. Бетонная, д. 1, г. Ногинск, Московская обл., 142410, ОГРН <***>) к акционерному обществу «Жировой комбинат» (ул. Титова, д. 27, г. Екатеринбург, Свердловская область, 620085, ОГРН <***>) о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 359743 вследствие его неиспользования.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>).

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью «Ногинский пищевой комбинат» – ФИО1 (по доверенности от 15.09.2021);

от акционерного общества «Жировой комбинат» – ФИО2 (по доверенности от 27.09.2021).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Ногинский пищевой комбинат» (далее – общество «НПК») обратилось в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Жировой комбинат» (далее – общество «ЖК») о досрочном прекращении правовой охраны на территории Российской

[A2] Федерации товарного знака № 359743 в отношении всех товаров 29-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент).

В обоснование исковых требований общество «НПК» указывает на то, что общество «ЖК» не использует спорный товарный знак

« » по свидетельству Российской Федерации № 359743, зарегистрированный в отношении товаров 29-го класса МКТУ.

В подтверждение своей заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака истец ссылается на то, что он с 1997 года осуществляет активную деятельность по производству и реализации пищевых масел, майонеза и майонезного соуса, а также иных продуктов питания, относящихся к 29-му и 30-му классам МКТУ.

По утверждению общества «НПК», им осуществлена разработка дизайнов новых брендов и 25.06.2021 подана заявка № 2021739971 на регистрацию в качестве товарного знака комбинированного обозначения

« ».

В представленном отзыве на исковое заявление общество «ЖК» просит отказать в удовлетворении исковых требований.

По мнению ответчика, действия истца по обращению с настоящим иском следует рассматривать как акт недобросовестной конкуренции и злоупотребление правом, поскольку истец и ответчик являются конкурентами на одном товарном рынке (растительных масел); истец не может не знать о присутствии на рынке товаров ответчика под спорным товарным знаком; истец не подтвердил никакими доказательствами реальных планов использования обозначения, соответствующего спорному товарному знаку либо указанного в его заявке, которая подана позднее досудебного обращения от 10.06.2021; обозначение по заявке истца скопировано с товарного знака ответчика; досудебное обращение истца к ответчику содержит требования в отношении множества товарных знаков; истец одновременно обратился в Роспатент с 13 заявками на регистрацию товарных знаков, повторяющих дизайны ответчика; истец одновременно обратился в Суд по

[A3] интеллектуальным правам с 22 однотипными исками; аффилированное с истцом лицо обратилось в Роспатент с 11 возражениями против предоставления правовой охраны товарным знакам ответчика.

С учетом изложенного общество «ЖК» полагает, что вышеперечисленные действия общества «НПК» в совокупности направлены на причинение убытков обществу «ЖК», а обращение с иском по настоящему делу является частью фактического состава по достижению недобросовестной цели.

Ответчик отмечает, что спорный товарный знак использовался в течение трехлетнего периода, предшествующего обращению с предложением заинтересованного лица, с согласия и под контролем предыдущего правообладателя – иностранного лица QUARTLINK HOLDING LIMITED, что подтверждается значительным объемом приложенных к отзыву доказательств.

Ответчик указывает, что спорный товарный знак использовался в течение трехлетнего периода, предшествующего обращению с предложением заинтересованного лица для маркировки подсолнечного масла и спреда растительно-жирового, который можно отнести к жировым смесям для бутерброда и маргарину. По утверждению общества «ЖК», производство подсолнечного масла, маркированного спорным товарным знаком, осуществлялось закрытым акционерным обществом «Самараагропромпереработка» (далее – общество «СААП»), а поставки сначала производились обществом с ограниченной ответственностью «ТД Солнечные продукты» (далее – общество «ТД Солнечные продукты») – в период с июня 2018 года по февраль 2019 года, а затем обществом «ЖК» – с февраля 2019 года. При этом ответчик обращает внимание, что общество «СААП» и общество «ЖК» входят в группу компаний «Русагро», то есть являются аффилированными лицами.

Ссылаясь на представленную бухгалтерскую справку, общество «ЖК» отмечает, что масло подсолнечное «Россиянка», маркированное спорным товарным знаком, в 2019 году было реализовано в объеме 4,950 тысяч тонн, а в 2020 году – в объеме 7,644 тысячи тонн, а за период 2019-2021 годы – в общем объеме 19 тысяч тонн.

Факт реализации масла подсолнечного «Россиянка», маркированного спорным товарным знаком, как указывает ответчик, подтверждается сведениями из сети Интернет, в том числе полученными посредством интернет-сервиса web.archive.org.

В представленных 20.12.2021 письменных возражениях на отзыв общество «НПК» утверждает, что прежний правообладатель (иностранное лицо QUARTLINK HOLDING LIMITED) не использовал спорный товарный знак по смыслу статьи 1486 ГК РФ в период с 10.06.2018 по 27.05.2021, поскольку общество «ЖК» не представило доказательств, указывающих на введение в оборот товаров самим прежним правообладателем, и не представил доказательств, свидетельствующих

[A4] об использовании спорного товарного знака иными лицами под контролем прежнего правообладателя.

Как полагает истец, самого по себе согласия правообладателя используемого товарного знака недостаточно для целей оставления в силе правовой охраны товарного знака, поскольку стандарт доказывания по статье 1486 ГК РФ заключается в осуществлении реального эффективного контроля за деятельностью лиц, которым такое согласие дано.

Относительно доводов ответчика о том, что общество «ТД Солнечные продукты» под корпоративным контролем прежнего правообладателя вводило в оборот товар, маркированный спорным товарным знаком, истец считает, что они подлежат отклонению как необоснованные, поскольку материалами дела не подтверждается производство спорного товара обществом «ТД Солнечные продукты», либо получение этим лицом от третьих лиц по договору.

Истец ссылается на то, что в обороте находился товар, произведенный обществом «Аткарский МЭЗ», который в полном объеме передавался обществу «САПП», которое, в свою очередь, далее не поставляло этот товар ни в торговые сети, ни обществу «ТД Солнечные продукты», а прежний правообладатель не осуществлял ни реальный, ни корпоративный контроль деятельности общества «САПП». Относительно введения в оборот ответчиком товаров в период с 28.05.2021 по 09.06.2021, истец указывает, что оно носит символический характер и осуществлено исключительно с целью недобросовестного сохранения в силе правовой охраны спорного товарного знака.

Общество «НПК» считает, что спорный товарный знак не использовался для большей части товаров, что подтверждает сам ответчик в отзыве на иск.

Истец обращает внимание на то, что визуально этикетка, исключительные права на дизайн которой переданы ответчику, существенно отличается от спорного товарного знака. Вместе с тем, использование товарного знака с существенными отличиями от внесенного в реестр, не признается в любом случае использованием товарного знака для целей статьи 1486 ГК РФ.

С точки зрения общества «НПК», иные представленные ответчиком доказательства (копии статей в журналах, новостных источников, справка об объемах поставок растительного масла «Россиянка», документы об испытаниях товара в Союзе потребителей, отзывы потребителей в социальных сетях, скриншоты страниц интернет-магазинов) не подтверждают обстоятельств, связанных с использованием спорного товарного знака.

Не соглашаясь с доводами ответчика о том, что обращение с настоящим иском имеет недобросовестную цель, истец отмечает, что сходство обозначения, которое он намерен в дальнейшем использовать в коммерческой деятельности с предоставлением ему правовой охраны (для чего подана заявка на регистрацию товарного знака истца),

[A5] однозначно указывает на заинтересованность, а единственным обстоятельством, которое препятствует использованию заявленного обозначения истцом в настоящий момент является правовая охрана спорного товарного знака.

Обществом «ЖК» 23.12.2021 представлены письменные объяснения, в которых оно возражает против доводов, изложенных обществом «НПК» в письменных возражениях на отзыв.

Ссылаясь на представленные выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ответчик указывает на наличие отношений аффилированности между предыдущим правообладателем спорного товарного знака (иностранным лицом QUARTLINK HOLDING LIMITED) и обществом «ТД «Солнечные продукты», которое осуществляло в 2018 и 2019 годах поставки растительного масла «Россиянка».

По утверждению общества «ЖК», общество «СААП», получившее согласие предшествующего правообладателя на использование спорного товарного знака, заказало производство на давальческом сырье в обществе «Аткарский МЭЗ», которое представляло производственные отчеты, а затем ответчик, как лицо, ответственное в группе за поставки в торговые сети, реализовывал соответствующие товары.

Ответчик полагает, что в рассматриваемом случае отсутствие договоров между обществом «СААП» и обществом «ЖК» не имеет правового значения для настоящего дела, поскольку доказыванию со стороны правообладателя подлежит факт непосредственного введения товара, маркированного спорным товарным знаком, в гражданский оборот, под которым понимается любой из перечисленных в подпункте 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ способов, в том числе продажа таких товаров иным лицам, что было доказано ответчиком.

Ответчик отмечает, что истец некорректно указывает на признание ответчиком неиспользования для определенных товаров.

Так, ответчик полагает, что в перечне товаров для регистрации указаны две категории товаров, а именно «масла и жиры пищевые», с указанием на включение некоторых примеров, в том числе жировые смеси для бутербродов; маргарин, а также «масла растительные», так же с указанием примеров, в том числе масла подсолнечного. Таким образом, ответчик считает, что в настоящем деле представлены доказательства, подтверждающие использование товарного знака для обеих указанных позиций.

Ответчик выражает несогласие с доводами истца о том, что товарный знак ответчика не использовался для товара «маргарин», поскольку из документов технического регулирования следует, что маргарин и спред являются различными товарами. Ответчик полагает, что истец не учитывает, что такого товара как «спред» нет в МКТУ, поэтому необходимо соотнести производимый под товарным знаком товар с товарами, которые имеются в МКТУ и для которых зарегистрирован

[A6] товарный знак. Ответчик указывает, что соответствующий товар («спред») относится к товарам «масла и жиры пищевые, включая жировые смеси для бутербродов; маргарин». Таким образом ответчик подтвердил, что спорный товарный знак использовался для указанных в регистрации товаров 29-го класса МКТУ.

Роспатент направил в Суд по интеллектуальным правам отзыв на исковое заявление, в котором указал, что вопрос о досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков вследствие их неиспользования не относится к его компетенции, поэтому пояснений по существу заявленных требований он представить не может.

В судебном заседании представитель общества «НПК» поддержал заявленные требования по мотивам, изложенным в исковом заявлении и письменных возражениях на отзыв ответчика.

Представители общества «ЖК» возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление и письменных объяснениях.

Роспатент, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, как путем направления почтовой корреспонденции, так и путем публичного уведомления на официальном сайте арбитражных судов www.arbitr.ru и Суда по интеллектуальным правам http://ipc.arbitr.ru, своего представителя в суд не направил, поэтому дело рассмотрено на основании части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие его представителя.

Вместе с тем при подготовке дела к судебному разбирательству от Роспатента поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя с последующим направлением в его адрес судебного акта.

Как следует из материалов дела, товарный знак

« » по свидетельству Российской Федерации № 359743 зарегистрирован 15.09.2008 с приоритетом от 12.02.2007 по заявке № 2007703455 в отношении товаров 29-го класса «масла и жиры пищевые, включая вещества жировые для изготовления пищевых жиров, жир кокосовый, жир костный пищевой, жиры животные, жировые смеси для бутербродов; маргарин; масла растительные, включая оливковое масло, пальмовое масло, подсолнечное масло, рапсовое масло, кунжутное масло, арахисовое масло, кокосовое масло; масло сливочное» МКТУ.

Первоначальным правообладателем данного товарного знака являлось общество с ограниченной ответственностью «ТД «Солнечные Продукты». В результате многократного перехода исключительного права к другим лицам правообладателем спорного товарного знака стала компания QUARTLINK HOLDING (регистрация отчуждения произведена 18.12.2018

[A7] РД0280757), которая, в свою очередь произвела отчуждение исключительного права на спорный знак в пользу общества «ЖК» (регистрация отчуждения произведена 28.05.2021 РД0364702).

Ссылаясь на свою заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны названного товарного знака, неиспользование правообладателем этого товарного знака для индивидуализации товаров 29-го класса МКТУ для которых он зарегистрирован, общество «НПК» 10.06.2021 направило по юридическому адресу общества «ЖК» и указанному в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации адресу для переписки предложение о добровольном отказе или о заключении договора об отчуждении исключительного права на этот товарный знак.

Общество «ЖК» 03.08.2021 представило ответ на направленное предложение, в котором сообщило об отсутствии у него намерения отчуждать исключительное право на спорный товарный знак или отказываться от него.

Учитывая данные обстоятельства, по истечении двухмесячного срока, установленного частью 1 статьи 1486 ГК РФ, общество «НПК» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с настоящим исковым заявлением.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в исковом заявлении, отзыве на него, письменных возражениях и объяснениях, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства, представленные в материалы дела, выслушав мнение представителей сторон, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для отказа в удовлетворении исковых требований в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1486 ГК РФ правовая охрана товарного знака может быть прекращена досрочно в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, вследствие неиспользования товарного знака непрерывно в течение трех лет.

Заинтересованное лицо, полагающее, что правообладатель не использует товарный знак в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, направляет такому правообладателю предложение обратиться в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности с заявлением об отказе от права на товарный знак либо заключить с заинтересованным лицом договор об отчуждении исключительного права на товарный знак в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован. Предложение заинтересованного лица направляется правообладателю, а также по адресу, указанному в Государственном реестре товарных знаков или в соответствующем реестре, предусмотренном

[A8] международным договором Российской Федерации.

Предложение заинтересованного лица может быть направлено правообладателю не ранее чем по истечении трех лет с даты государственной регистрации товарного знака.

Если в течение двух месяцев со дня направления предложения заинтересованного лица правообладатель не подаст заявление об отказе от права на товарный знак и не заключит с заинтересованным лицом договор об отчуждении исключительного права на товарный знак, заинтересованное лицо в тридцатидневный срок по истечении указанных двух месяцев вправе обратиться в суд с исковым заявлением о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования.

Обществом «НПК» соблюден досудебный порядок урегулирования настоящего спора, что подтверждается представленными в материалы дела предложением от 10.06.2021 о добровольном отказе от исключительного права на спорный товарный знак или об отчуждении исключительного права на него, адресованным обществу «ЖК» и его представителю, а также почтовыми квитанциями и описями вложения в ценное письмо, что обществом «ЖК» не оспаривается.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Исходя из положений части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 12 и 1486 ГК РФ, иск о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования может быть заявлен только заинтересованным лицом.

Истец по делу о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в связи с неиспользованием должен доказать свою заинтересованность в прекращении правовой охраны спорного товарного знака. При этом однородность производимых истцом товаров и оказываемых им услуг товарам и услугам, для которых зарегистрирован товарный знак, учитывается для целей статьи 1486 ГК РФ.

Российское законодательство об интеллектуальной собственности не содержит легального определения понятия «лицо, заинтересованное

[A9] в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака».

Вместе с тем в пункте 165 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) разъяснено, что для признания осуществляющего предпринимательскую деятельность лица заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования необходимо, чтобы совокупность обстоятельств дела свидетельствовала о том, что направленность интереса истца заключается в последующем использовании им в отношении однородных товаров тождественного или сходного до степени смешения со спорным товарным знаком обозначения с обеспечением его правовой охраны в качестве средства индивидуализации либо без такового.

Заинтересованным лицом в прекращении правовой охраны товарного знака является лицо, чьи права и законные интересы затрагиваются соответствующим правом на товарный знак.

В подтверждение наличия заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака обществом «НПК» представлены следующие документы: выписка из ЕГРЮЛ в отношении общества «НПК» с указанием сведений о производстве нерафинированных и рафинированных растительных масел и их фракций в качестве дополнительного вида деятельности; распечатки с сайта mayonez.com, содержащие сведения об обществе «НПК» и производимой им продукции; распечатка с сайта reg.ru с информацией о домене mayonez.com; дипломы выданные обществу «НПК»; техническое описание «Майонезы и соусы майонезные» (ТО 9143-01386685007-15); технические условия производимой продукции; договор аренды недвижимого имущества товарораспорядительные документы подтверждающие реализацию продукции; заявка № 2021739971 на регистрацию обозначения в качестве товарного знака.

При обращении с иском общество «НПК» указало, что им осуществлены подготовительные действия к использованию обозначения

« » путем обращения 25.06.2021 с заявкой № 2021739971 на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака для индивидуализации товаров 29-го и 30-го класса МКТУ.

Истец полагает, что производимые им в настоящий момент и подготавливаемые к реализации товары являются однородными товарам 29-го класса МКТУ, в отношении которых зарегистрирован спорный товарный знак.

Суд по интеллектуальным правам, оценив представленные

[A10] в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что на момент обращения в суд с исковым заявлением о досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака истец фактически осуществляет деятельность по производству и реализации таких товаров, как майонез, соус майонезный, пищевое масло, крем, сыр, кокосовое масло и джем, что следует из представленных в материалы дела товарораспорядительных документов.

Вместе с тем, согласно приведенным ранее разъяснениям, для признания осуществляющего предпринимательскую деятельность лица заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования необходимо, чтобы совокупность обстоятельств дела свидетельствовала о том, что направленность интереса истца заключается в последующем использовании им в отношении однородных товаров тождественного или сходного до степени смешения со спорным товарным знаком обозначения с обеспечением его правовой охраны в качестве средства индивидуализации либо без такового.

Между тем суд установил, что предложение заинтересованного лица в порядке статьи 1486 ГК РФ направлено в адрес ответчика 10.06.2021.

Однако заявка № 2021739971 на регистрацию товарного знака, сходного с оспариваемой регистрацией в отношении товаров 29-го и 30-го классов МКТУ в Федеральную службу по интеллектуальной собственности поданы истцом лишь 25.06.2021, то есть уже после обращения истца с претензией в адрес ответчика.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что представитель истца пояснил суду, что подача заявок в Роспатент только по истечении двухнедельного срока после направления претензии ответчику, вызвана определенными административными трудностями. Однако в чем именно заключались эти административные трудности, представитель пояснить суду не смог.

Оценив указанную заявку, суд полагает, что учитывая дату и обстоятельства ее подачи, исключается возможность оценки этой заявки в качестве подтверждения существования заинтересованности истца на дату направления досудебной претензии, следовательно, подача такой заявки не свидетельствует о направленности интереса истца, заключающегося в последующем использовании им в отношении однородных товаров тождественного или сходного до степени смешения со спорным товарным знаком обозначения.

Представитель истца не сообщил суду о наличие уважительных причин, свидетельствующих о невозможности подачи данных заявок истцом в Роспатент на момент направления ответчику претензии.

[A11] С учетом правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 № 14503/10, заинтересованность лица в использовании обозначения должна быть на момент направления предложения заинтересованного лица. Доказательства, возникшие после направления предложения, могут подтверждать такую заинтересованность только в случае, если они находятся во взаимосвязи с ранее представленными доказательствами.

Принимая во внимание дату и обстоятельства подачи заявки, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии возможности ее оценки в качестве подтверждения существования заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака на дату направления досудебной претензии.

Поэтому подача такой заявки в административный орган не свидетельствует о направленности интереса истца в последующем использовании им в отношении однородных товаров тождественного или сходного до степени смешения со спорным товарным знаком обозначения.

Как ранее было указано, истец доказал, что им осуществляется деятельность по производству и реализации майонеза, соусов, пищевых жиров, растительных масел и иных однородных товаров.

Между тем истец не представил каких-либо доказательств, подтверждающих реальное намерение и/или подготовку к запуску нового бренда со спорным обозначением.

Кроме того, суд соглашается с доводом ответчика о том, что заявка истца очевидным образом имитирует спорный товарный знак и создана лишь с целью создания видимости заинтересованности, а не реального использования спорного обозначения истцом.

Аналогичные выводы об отсутствии заинтересованности истца в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака изложены в решении Суда по интеллектуальным правам от 28.03.2022 по делу № СИП-948/2021 (со схожими фактическими обстоятельствами), вступившем в законную силу.

Заинтересованность может быть обусловлена также наличием между сторонами спора о защите исключительных прав на спорный товарный знак или опасением размытия «старшего» товарного знака, принадлежащего истцу.

Наличие между истцом и ответчиком другого спора – спора о защите исключительных прав в отношении оспариваемого товарного знака может являться одним из доказательств заинтересованности лица в силу того, что по смыслу правовых норм, регулирующих использование товарного знака и досрочное прекращение его правовой охраны (статьи 1484 и 1486 ГК РФ), заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака может быть обусловлена необходимостью защиты от предъявления требований со стороны правообладателя, его не использующего.

[A12] Вместе с тем, сведения о наличии между сторонами спора о защите исключительных прав на спорный товарный знак в материалах дела отсутствуют и истцом не приводились. Равно как отсутствует и информация о наличии у истца «старших» товарных знаков, сходных со спорным товарным знаком ответчика.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что истец не доказал заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Ответчик также ссылается на наличии в действиях истца по обращению в суд с исковым заявлением по настоящему делу признаков злоупотребления правом, мотивированные совершением истцом совокупности действий (одновременное обращение в Роспатент с 13 заявками на регистрацию товарных знаков, повторяющих дизайны ответчика, обращение в Суд по интеллектуальным правам с 22 однотипными исками, обращение аффилированного с истцом лица в Роспатент с 11 возражениями против предоставления правовой охраны товарным знакам ответчика), направленных на причинение вреда ответчику.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 указанного Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей

[A13] участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица.

С учетом совокупности изложенных обстоятельств суд оценивает интерес истца, в защиту которого он обратился в суд с иском по настоящему делу, как направленный на возможное смешение товаров в глазах российских потребителей и получение преимуществ за счет ответчика, поэтому такой интерес не подлежит судебной защите. При этом судебная коллегия учитывает невысокую стоимость товаров и, как следствие, сниженное внимание российских потребителей на лицо, являющееся правообладателем товарных знаков, которыми маркируются эти товары.

Выводы, отраженные в решении Суда по интеллектуальным правам от 11.04.2022 по делу № СИП-930/2021, о доказанности заинтересованности истца в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 196118 не изменяют выводы по настоящему делу, поскольку в данном случае объектом спора является иное средство индивидуализации, суд установил иные обстоятельства.

Ссылки истца на другие дела, в которых его заинтересованность установлена, не опровергают выводов суда по настоящему делу, поскольку в каждом споре устанавливаются фактические обстоятельства исходя из материалов конкретного дела, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц.

Согласно пункту 3 статьи 1486 ГК РФ бремя доказывания использования товарного знака лежит на правообладателе. При решении вопроса о досрочном прекращении правовой охраны

[A14] товарного знака вследствие его неиспользования могут быть приняты во внимание представленные правообладателем доказательства того, что товарный знак не использовался по независящим от него обстоятельствам.

Согласно пункту 1 статьи 1486 ГК РФ решение о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования принимается судом в случае неиспользования правообладателем товарного знака в отношении соответствующих товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, в течение трех лет, непосредственно предшествующих дню направления правообладателю предложения заинтересованного лица.

С учетом даты направления правообладателю предложения заинтересованного лица (10.06.2021) период времени, к которому должны относиться доказательства использования товарного знака, составляет с 10.06.2018 по 09.06.2021.

В обоснование довода о том, что в юридически значимый для рассмотрения спора по настоящему делу период осуществлялось использование спорного товарного знака ответчик представил следующие доказательства: выписки из ЕГРЮЛ в отношении общества «ЖК» и общества «ТД «Солнечные продукты» (по состоянию на 30.08.2018); списки лиц, зарегистрированных в реестре владельцев ценных бумаг общества «САПП» и общества «ЖК»; письма-согласия, выданные компанией QUARTLINK HOLDING на использование обществом «САПП» и обществом «ЖК» исключительных прав на товарные знаки;, договор от 01.10.2018 на выполнение работ по переработке давальческого сырья, заключенный между обществом «САПП» и обществом «Аткарский МЭЗ»; производственный отчет участка фасовки обществом «Аткарский МЭЗ» за февраль 2019 года, предоставленный обществу «САПП»; договор поставки товаров от 29.12.2018 № 544-САПП-ОЗ, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Печатный дом «ДСМ» (далее – общество «Печатный дом «ДСМ») и обществом «САПП» с приложениями; договор поставки от 10.09.2019 № 1009/2019/Д-16896-2019, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «БелКрас 999» (далее – общество «БелКрас 999») и обществом «САПП» с приложением; приложение № 1 к договору от 20.12.2018 № ГК/7421/19, заключенному между акционерным обществом «ТАНДЕР» (далее – общество «ТАНДЕР» и ответчиком; многочисленная отгрузочная документация на поставку товара подсолнечное масло «Россиянка» и спреда «Россиянка»; справка ответчика по продажам масла подсолнечного «Россиянка» за период январь 2019 года – сентябрь 2021 года; статья в журнале «АПК и Пищепром Самарской области» № 2 сентябрь 2020 года; акт закупки, кодирования и обезличивания образцов продукции от 03.06.2019 № 545-2019; протокол лабораторных испытаний от 19.06.2019 № 4289/19; 20 декларация о соответствии от 05.06.2019; распечатки

[A15] с сайтов в сети Интернет otzovik.com, irecommend.ru, perekrestok.ru, с сайта Интернетмагазина «Утконос», нотариальный протокол от 23.10.2021.

Суд по интеллектуальным правам, оценив представленные ответчиком доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев доводы, изложенные истцом и ответчиком применительно к использованию спорного товарного знака, пришел к выводу о доказанности ответчиком использования спорного товарного знака в трехлетний период, предшествующий обращению с предложением заинтересованного лица, для индивидуализации товаров 29-го класса «масла и жиры пищевые, включая вещества жировые для изготовления пищевых жиров, жир кокосовый, жир костный пищевой, жиры животные, жировые смеси для бутербродов; маргарин; масла растительные, включая оливковое масло, пальмовое масло, подсолнечное масло, рапсовое масло, кунжутное масло, арахисовое масло, кокосовое масло; масло сливочное» МКТУ.

При этом суд исходит из того, что названный товарный знак использовался с согласия и под контролем предыдущего правообладателя – компании QUARTLINK HOLDING сначала обществом «ТД «Солнечные продукты», а затем обществом «ЖК» путем введения в гражданский оборот масла подсолнечного, маркированного спорным товарным знаком.

Производство данного продукта осуществлялось обществом «Аткарский МЭЗ» (исполнитель) на основании договора от 01.10.2018 № Д-138624/10-2018 на выполнение работ по переработке давальческого сырья, заключенного с обществом «САПП» (заказчик), в соответствии с которым исполнитель обязался выполнить квалифицированную работу по переработке сырья, принадлежащего заказчику, и передать изготовленную из сырья и материалов заказчика готовую продукцию. В силу пункта 1.3.3.1 названного договора результатом выполненных работ является готовая продукция, в том числе масло подсолнечное «Россиянка» рафинированное дезодорированное объемом 1 л, 1,7 л, 2 л, 5 л. Пунктами 3.1–3.2 указанного договора предусматривается контроль заказчика за производством продукции, в том числе ежемесячное предоставление исполнителем заказчику производственно-технических отчетов.

В материалы дела представлен производственный отчет за февраль 2019 года.

Согласие правообладателя спорного товарного знака (компании QUARTLINK HOLDING) на использование этого знака обществом «САПП» при производстве товаров, на сопроводительной и деловой документации, в том числе при реализации готового товара, а также в рекламе подтверждается соответствующим письмом-согласием данного лица.

Ссылка истца на отсутствие определенности в дате выдачи данного письма-согласия не является основаниям для непринятия

[A16] указанного письма-согласия в качестве доказательства, поскольку истец о фальсификации этого документа в порядке, установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не заявлял.

Кроме того, согласие компании QUARTLINK HOLDING на использование спорного товарного знака 04.10.2019 предоставлено обществу «ЖК» (ответчику).

Коллегией судей отклоняет доводв истца о недоказанности существования корпоративной связи между прежним правообладателем и обществом «ТД «Солнечные продукты», а также о возникновении корпоративной связи между обществом «САПП» и ответчиком в исследуемый период на момент использования спорного товарного знака.

Так, согласно представленной в материалы дела выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 30.08.2018 учредителем (участником) общества «ЖК» с долей участия 100% является с 23.08.2018 компания QUARTLINK HOLDING.

В свою очередь, общество «ЖК» является учредителем (участником) общества «ТД «Солнечные продукты» с долей участия 89,05%.

Таким образом, компания QUARTLINK HOLDING в спорный период являлось лицом, контролирующим общество «ТД «Солнечные продукты».

В соответствии со списками лиц, зарегистрированными в реестре владельцев ценных бумаг, общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Русагро» по состоянию на 31.03.2018 обладало долей в 100% акций общества «САПП» и общества «ЖК», что свидетельствует о вхождении последних в одну группу лиц. Эта же информация подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ в отношении общества «ЖК».

Введение в гражданский оборот товара «масло подсолнечное» «Россиянка» в течение 2018-2020 годов сначала обществом «ТД «Солнечные продукты», а затем обществом «ЖК» подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными, счетами-фактурами.

Также представленными в материалы дела товарораспорядительными документами подтверждается введение ответчиком в спорный период в гражданский оборот товара «спред растительно-жировой» «Россиянка».

При этом реализация указанных товаров осуществлялась крупным торговым сетям (общество «ТАНДЕР (сеть «Магнит»), общество с ограниченной ответственностью «АШАН» (сеть «АШАН»), общество с ограниченной ответственностью «Лента» (сеть «Лента»), общество с ограниченной ответственностью «Агроторг» (сеть «Пятерочка»)) в больших объемах, что помимо товарных накладных и счетов-фактур в том числе подтверждается справкой ответчика по продажам масла подсолнечного «Россиянка» за период январь 2019 года – сентябрь 2021 года, согласно которой продажи масла подсолнечного «Россиянка» за этот период составили более 19 тысяч тонн.

[A17] Довод истца о недоказанности ответчиком того, что использование спорного товарного знака происходило с согласия и под контролем предыдущего правообладателя подлежит отклонению в силу следующего.

Пунктом 2 статьи 1486 ГК РФ установлено, что использование товарного знака (знака обслуживания) может осуществляться самим правообладателем, лицом, которому право использования товарного знака передано по лицензионному договору, а также иным лицом под контролем правообладателя. Таким образом, ГК РФ разделяет случаи использования товарного знака (знака обслуживания) самим правообладателем (в том числе ставшим таковым на основании договора об отчуждении исключительного права), лицензиатом по лицензионному договору, другим лицом под контролем правообладателя.

По смыслу пункта 2 статьи 1486 ГК РФ использование товарного знака лицом под контролем правообладателя – это использование такого знака при отсутствии заключенного между правообладателем и лицом, фактически использующим товарный знак, лицензионного договора. При этом под использованием товарного знака под контролем правообладателя понимается использование товарного знака по воле правообладателя.

По общему правилу, воля правообладателя на использование товарного знака (знака обслуживания) третьим лицом может быть выражена в договоре с этим третьим лицом.

Для целей применения положений пункта 2 статьи 1486 ГК РФ правовое значение имеет не формальное соблюдение требований к оформлению отношений участников гражданского оборота, которое в данном случае определяет наступление или ненаступление определенных правовых последствий лишь для участников этих отношений, а наличие в гражданском обороте товаров (услуг), маркированных спорным товарным знаком (знаком обслуживания), на законном основании, то есть по воле правообладателя (пункт 3 статьи 1484 данного Кодекса).

При установлении факта использования товарного знака другим лицом под контролем правообладателя суд оценивает все представленные доказательства в их совокупности и по результатам оценки определяет, осуществлялось ли использование товарного знака по воле правообладателя, независимо от наличия или отсутствия пороков выражения этой воли.

Аналогичная позиция отражена в постановлениях президиума Суда по интеллектуальным правам от 01.04.2014 по делу № СИП-110/2013, от 12.12.2016 по делу № СИП-206/2016 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2017 № 300-ЭС17-2418 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано), от 24.04.2017 по делу № СИП-638/2016 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2017 № 300-ЭС17-8135 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам

[A18] Верховного Суда Российской Федерации отказано), от 05.06.2017 по делу № СИП-728/2016 и от 03.11.2017 по делу № СИП-155/2017.

Наличие между правообладателем и другим лицом, использующим товарный знак, корпоративных отношений, в том числе внутри холдинга или иной группы лиц, предполагает использование товарного знака другим лицом под контролем правообладателя, в частности, на основании преобладающего участия в другом лице. При наличии таких отношений, как правило, не требуется специальных правовых актов внутри холдинга или группы лиц (специальное решение какого-либо органа, например общего собрания, совета директоров, исполнительного органа и т.д.), оформляющих согласие правообладателя на использование товарного знака другим лицом.

Оценив вышеперечисленные доказательства, Суд по интеллектуальным правам полагает, что в рассматриваемом случае использование спорного товарного знака путем размещения его на вводимой в гражданский оборот продукции осуществлялось обществом «ТД «Солнечные продукты» и обществом «ЖК» по воле предыдущего правообладателя этого товарного знака (компании QUARTLINK HOLDING), что подтверждается представленными письменными согласиями этого лица, а также существованием отношений аффилированности между компанией QUARTLINK HOLDING и обществом «ТД «Солнечные продукты», между обществом «САПП» и обществом «ЖК».

В рассматриваемом случае товар, маркированный спорным товарным знаком, находился в гражданском обороте на законном основании, то есть по воле правообладателя (компании QUARTLINK HOLDING).

Наличие незначительных пороков выражения этой воли в данной ситуации значения не имеет.

Довод общества «НПК» о том, что исходя из представленных в материалы дела доказательств, не представляется возможным достоверно установить, в каком именно виде товар (подсолнечное масло) присутствовал в гражданском обороте, не может быть признан обоснованным, так как факт введения в гражданский оборот продукции (масло подсолнечное «Россиянка») с этикеткой, содержащей воспроизведение спорного товарного знака, следует из совокупности представленных ответчиком в материалы дела доказательств (договоры на создание этикетки, содержащие в качестве приложений согласованный дизайн этикетки; распечатки с сайтов в сети Интернет otzovik.com, irecommend.ru, perekrestok.ru, с сайта ФИО4 «Утконос»), в которых содержится изображение предлагаемого к продаже либо приобретенного товара с этикеткой, содержащей спорный товарный знак.

Довод общества «НПК» об использовании спорного товарного знаке в виде, меняющем его существо и ограничивающем объем правовой охраны, подлежит отклонению как не соответствующий имеющимся

[A19] в деле доказательствам.

При этом, вопреки соответствующему доводу истца, отзывы потребителей о приобретенном товаре соответствуют периоду доказывания использования спорного товарного знака.

Некоторые распечатки представляют собой архивные копии страниц сайтов, содержащих информацию о проведении акций в отношении товара – подсолнечного масла «Россиянка» в 2019 году, на которых содержится изображения указанного товара с этикеткой, включающей спорный товарный знак. Представленная декларация о соответствии товара от 05.06.2019 содержит указание на использование на товаре торговой марки «Россиянка».

Учитывая названные обстоятельства, отсутствие в материалах дела доказательств исполнения договоров на разработку дизайна этикеток (передачи этикеток заказчику, оплаты услуг) не имеет правового значения.

Судебная коллегия отмечает, что в обширном перечне товаров для которых зарегистрирован спорный товарный знак указаны две категории товаров, а именно «масла и жиры пищевые», с указанием на включение некоторых примеров, в том числе жировые смеси для бутербродов; маргарин, а также «масла растительные», так же с указанием примеров, в том числе масла подсолнечного.

В рассматриваемом деле, как ранее было указано, ответчик представил доказательства, подтверждающие использование ответчиком товарного знака для товаров «маргарин», «подсолнечное масло». Таким образом, ответчик доказано использование спорного товарного знака для обеих позиций.

Судебная коллегия рассмотрела доводы истца о том, что вводимый в оборот растительный спред не является маргарином в соответствии с нормами технического регулирования, со ссылками на то, что указание товара «маргарин» в свидетельстве на спорный товарный знак предполагает обязанность правообладателя вводить в оборот именно маргарин, а не любой однородный ему товар.

В соответствии с ГОСТ 34178-2017 «Спреды и смеси топленые. Общие технические условия» спред — это эмульсионный жировой продукт с массовой долей общего жира не менее 39%, имеющий пластичную консистенцию, с температурой плавления жировой фазы не выше 36°С, изготавливаемый из молочного жира, и (или) сливок, и (или) сливочного масла и немодифицированных, и (или) модифицированных растительных масел или только из немодифицированных и (или) модифицированных растительных масел, и (или) заменителей молочного жира, с добавлением или без добавления пищевых добавок и других пищевых ингредиентов. При этом спред растительно-жировой — это спред, жировая фаза которого состоит из немодифицированных и (или) модифицированных растительных масел с добавлением или без добавления молочного жира (менее 15%).

[A20] В соответствии с ГОСТ 32188-2013 «Маргарины. Общие технические условия», маргарин — это эмульсионный жировой продукт с массовой долей жира не менее 20%, состоящий из немодифицированных и (или) модифицированных растительных масел с (или без) животными жирами, с (или без) жирами рыб и морских млекопитающих, воды с добавлением или без добавления молока и (или) продуктов его переработки, пищевых добавок и других пищевых ингредиентов.

Истец указывает, что действующие обязательные государственные стандарты, регулирующие производство отдельных видов продуктов, проводят четкую границу между спредами и маргаринами, которая заключается в типах используемых жиров, а также в общей жирности продукта и его консистенции. Ссылается на то что поскольку в продукте «спред» содержалось 72,5% жира, а изготовлен он по ГОСТу 34178-2017, поэтому его следует считать спредом, а не маргарином.

Судебная коллегия не может согласиться с этим доводом истца, поскольку из положений указанных государственных стандартов следует, что спред с массовой долей жира не менее 20% является разновидностью маргарина, а ссылка на реквизиты государственного стандарта для спреда (ГОСТ 34178-2017) сама по себе не меняет указанный вывод.

Доводы истца о неотносимости и отсутствии доказательственного значения иных представленных ответчиком документов не опровергают факт использования спорного товарного знака, подтверждаемый надлежащими вышеперечисленными доказательствами.

Суд по интеллектуальным правам в рассматриваемом случае исходит из того, что использование спорного товарного знака подтверждается совокупностью доказательств, каждое из которых не опровергнуто ответчиком документально, и в том числе учитывает, что истец, в порядке 25 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о фальсификации представленных ответчиком доказательств не заявлял.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства с учетом требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу о том, что применительно к настоящему спору ответчиком доказано использование спорного товарного знака в отношении товаров 29-го класса МКТУ «масла и жиры пищевые, включая вещества жировые для изготовления пищевых жиров, жир кокосовый, жир костный пищевой, жиры животные, жировые смеси для бутербродов; маргарин; масла растительные, включая оливковое масло, пальмовое масло, подсолнечное масло, рапсовое масло, кунжутное масло, арахисовое масло, кокосовое масло; масло сливочное».

При таких обстоятельствах, исковые требования о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 359743 удовлетворению не подлежат.

[A21] Поскольку оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления подлежат отнесению на истца в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления общества с ограниченной ответственностью «Ногинский пищевой комбинат» отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

судья Д.А. Булгаков Судья Ю.В. Борисова Судья Е.Ю. Пашкова

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 03.02.2022 6:21:59
Кому выдана Пашкова Елена Юрьевна
Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 26.01.2022 5:32:02
Кому выдана Булгаков Дмитрий Александрович
Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство

Дата 25.01.2022 9:02:02

Кому выдана Борисова Юлия Валерьевна