Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» (площадь 1-й Пятилетки, <...>, ОГРН <***>) о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>) от 30.07.2020, принятого по результатам рассмотрения возражения общества с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» от 07.05.2020 на решение об отказе в выдаче патента на полезную модель «Броневой токоограничивающий реактор» по заявке № 2018146579.

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» –

Казгова К.А. (по доверенности от 06.11.2020 № 2020/1/61, посредством системы веб-конференции, размещенной в информационной системе «Картотека арбитражных дел»);

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности – ФИО2 (по доверенности от 02.04.2021 № 01/32-662/41, посредством системы веб-конференции, размещенной в информационной системе «Картотека арбитражных дел»).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» (далее – заявитель, общество «Росэнерготранс») обратилось в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 30.07.2020, принятого по результатам рассмотрения возражения общества «Росэнерготранс» от 07.05.2020 на решение об отказе в выдаче патента на полезную модель «Броневой токоограничивающий реактор» по заявке № 2018146579.

Принимая во внимание необходимость выяснения обстоятельств, которые не могут быть установлены без наличия специальных познаний, и в целях получения консультации по техническим вопросам суд в порядке статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлек к участию в деле специалиста – кандидата технических наук, доцента кафедры Электромеханики, электрических и электронных аппаратов научно-исследовательского института «МЭИ» ФИО3.

Выражая несогласие с решением Роспатента об отказе в выдаче патента по заявке № 2018146579 на полезную модель «Броневой токоограничивающий реактор», общество «Росэнерготранс» указывает на то, что административный орган по результатам рассмотрения возражения пришел к выводу, что заявленный на регистрацию объект,

охарактеризованный в независимом пункте формулы, отличается от устройства, известного из SU 598138 (трансформатора, обмотки которого установлены на магнитопроводе и запрессованы устройством для их прессовки), характеристикой назначения и расположением магнитопроводов снаружи обмотки.

Помимо этого, как указывает общество «Росэнерготранс», Роспатент также отметил, что магнитопровод трансформатора опирается с помощью шпилек с гайками на нижнюю ярмовую балку, то есть шпильки являются общим элементом крепления как для устройства для прессовки обмоток трансформатора, так и для магнитопровода этого трансформатора.

Между тем, по мнению заявителя, все эти признаки не известны из противопоставленного документа, поскольку в последнем не раскрыты аспекты, связанные с установкой магнитопроводов, не раскрыто закрепление магнитопровода на прессующей системе обмотки.

Как полагает общество «Росэнерготранс», в оспариваемом решении отсутствует оценка довода возражения в части того, что из противопоставленного источника неизвестно применение решения с обоими элементами крепления для конструкции из обмотки (одной) и установленных на ней магнитопроводах (от двух и более).

Заявитель не согласен с выводами административного органа о том, что признаки зависимого пункта 2 (использование стяжной шпильки прессующей системы обмотки одновременно как элемент крепления магнитопроводов к обмотке) известны из противопоставленного источника.

Вопреки позиции Роспатента признак наличия планок в форме радиальных лучей, а также выполнения магнитопроводов С-образной формы находятся в причинной-следственной связи с техническим результатом, то есть являются существенными, и не известны из противопоставленного источника.

По мнению заявителя, при рассмотрении возражения коллегия вправе предложить лицу, подавшему заявку на выдачу патента на полезную модель, внести изменения в формулу, если эти изменения устраняют причины, послужившие единственным основанием для вывода о несоответствии рассматриваемого объекта условиям патентоспособности.

При этом заявитель указывает, что с возражением на рассмотрение Роспатента представлены три варианта корректировки формулы полезной модели, однако при рассмотрении возражения административный орган оценил только один из предложенных заявителем вариантов уточненной формулы. Вместе с тем, заявитель считает, что оценка этих вариантов могла бы изменить выводы экспертизы о новизне полезной модели.

По утверждению заявителя, в решении Роспатента указано, что уточненный технический результат в части, заключающейся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов, находится в причинно- следственной связи с указанным в описании заявки техническим результатом, «но такая формулировка не изменила бы выводов Коллегии о несоответствии заявленного решения условию патентоспособности «новизна».

По мнению заявителя, вывод, в частности, о несущественности признака зависимого пункта 4 (соединение магнитопроводов между собой планками по наружному периметру реактора) при изменении технического результата мог быть переоценен. Соединение магнитопроводов планками по наружному периметру реактора, как утверждает заявитель, позволяет дополнительно зафиксировать магнитопроводы, в данном случае между собой, предупреждая их смещение, а, следовательно, находится в причинно-следственной связи с техническим результатом в виде обеспечения надежности фиксации магнитопроводов. При этом указанный признак не известен из авторского свидетельства SU 598138.

Заявитель утверждает, что в связи с тем, что указанный технический результат является родовым в отношении принятого результата в виде обеспечения надежности фиксации магнитопроводов к обмотке, существенные в отношении второго результата признаки будут существенны и в отношении первого.

Таким образом, по мнению заявителя, изменение вывода в отношении уточненного технического результата могло предоставить заявителю варианты корректировки независимого пункта формулы для изменения вывода о несоответствии полезной модели критерию «новизна».

В отношении вывода Роспатента о несущественности признака родового понятия полезной модели заявитель обращает внимание, что в материалах заявки содержались признаки, которые позволяли уточнить независимый пункт формулы таким образом, чтобы его признаки отражали специфику устройства в связи с его родовым понятием, а также реальный вклад авторов в уровень техники. В частности, заявитель утверждает, что специфику конструкции именно броневого токоограничивающего реактора отражают расположение магнитопроводов снаружи обмотки (вокруг обмотки, с отсутствием магнитных частей во внутреннем диаметре обмотки) и их фиксация на обмотке (на прессующей системе), их С-образная форма, множественность магнитопроводов при единственной обмотке, использование радиальных планок для крепления магнитопроводов, а также боковых планок (в связи с пространственной магнитной системой требуется фиксация магнитопроводов в различных направлениях), а также указанный в описании (и отмеченный в возражении) признак незамкнутости магнитной системы. По мнению заявителя, предложенная корректировка технического результата отражала тот факт, что технический результат достигается именно в связи с назначением устройства, его родовым понятием.

Кроме того заявитель отмечает, что в решении Роспатента отмечено: «возможность достижения технического результата, заключающегося в ограничении собственного электромагнитного поля реактора, находится в причинно-следственной связи только с признаком, характеризующим выполнение магнитопроводов броневой конструкции. При этом данный признак по существу отражен только в назначении заявленного решения, а именно «Броневой токоограничивающий реактор». Между тем, ограничение собственного магнитного поля, как отмечает заявитель, достигается за счет расположения магнитопроводов снаружи обмотки, что характеризует броневую конструкцию магнитопровода с возможностью ограничения тока.

Дополнительно правовая позиция раскрыта заявителем в возражениях на отзыв Роспатента, поступивших в Суд по интеллектуальным правам 24.02.2021.

Роспатент представил в Суд по интеллектуальным правам 20.02.2021 отзыв, а также письменные пояснения 11.02.2021, 06.04.2021, в которых указал, что требования заявителя являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В судебном заседании 11.10.2021 представитель заявителя поддержал требования, изложенные в заявлении, представитель Роспатента изложил позицию по настоящему делу, возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве и дополнительных пояснениях.

При разрешении спора Судом по интеллектуальным установлено, что заявка № 2018146579 на выдачу патента на полезную модель «Броневой токоограничивающий реактор» была подана заявителем в Роспатент 26.12.2018. Совокупность признаков заявленного предложения изложена в формуле в следующей редакции:

«1. Броневой токоограничивающий реактор, содержащий обмотку, расположенные снаружи обмотки магнитопроводы, прессующую систему

обмотки, отличающийся тем, что прессующая система обмотки и магнитопроводы имеют общие элементы крепления.

При вынесении Роспатентом решения от 07.10.2019 об отказе в выдаче патента на полезную модель к рассмотрению принята вышеуказанная формула и сделан вывод о том, что заявленное устройство, охарактеризованное в формуле, не соответствует условию патентоспособности «новизна» ввиду известности средства, отраженного в авторском свидетельстве SU 598138 [1].

При этом Роспатент в указанном решении отметил следующее:

- признак независимого пункта 1 вышеприведенной формулы, характеризующий назначение заявленного устройства, а именно «Броневой токоограничивающий реактор», не является существенным;

- признаки зависимых пунктов 3, 4, 6, 7 вышеприведенной формулы не являются существенными;

- представленный заявителем в корреспонденции от 08.08.2019 технический результат не связан с техническим результатом, указанным в описании заявки, представленном на дату ее подачи, и, тем самым, изменяет эту заявку по существу.

На решение Роспатента об отказе в выдаче патента на полезную модель поступило возражение, в котором заявитель указал, что представленный заявителем в корреспонденции от 08.08.2019 технический результат раскрыт в описании заявки, представленном на дату ее подачи, и связан с реализацией назначения заявленного устройства, что, в свою очередь, говорит о том, что признак независимого пункта 1 вышеприведенной формулы, характеризующий назначение заявленного устройства, а именно «Броневой токоограничивающий реактор», является существенным.

Также в возражении указано:

- в свидетельстве [1] отсутствуют сведения о таких признаках независимого пункта 1 заявленного устройства, как обладание прессующей системой обмотки и магнитопроводами общими элементами крепления, и расположение обмоток снаружи магнитопроводов;

- признаки зависимых пунктов 3, 4, 6, 7 вышеприведенной формулы являются существенными.

Вместе с возражением заявителем представлена уточненная формула, скорректированная путем внесения в независимый пункт 1 вышеприведенной формулы признаков, характеризующих выполнение общих элементов крепления в виде стяжных шпилек и фиксацию этих элементов в области внутреннего диаметра обмотки в количестве, соответствующем количеству магнитопроводов.

Административный орган, анализируя доводы возражения заявителя, поданного на решение Роспатента от 07.10.2019, касающиеся соответствия

предложенной полезной модели условию патентоспособности «новизна», указал следующее.

Из свидетельства [1] известен трансформатор, обмотки которого установлены на магнитопроводе и запрессованы устройством для их прессовки. Роспатент пришел к выводу о том, что заявленный объект, охарактеризованный в независимом пункте 1 вышеприведенной формулы, отличается от устройства, известного из свидетельства [1], следующими признаками:

характеристикой назначения, заключающейся в ограничении тока электрическим аппаратом броневой конструкции («Броневой токоограничивающий реактор»);

расположением магнитопроводов снаружи обмоток.

Между тем, Роспатент пришел к выводу, что устройству, известному из свидетельства [1], присущи все существенные признаки независимого пункта 1 вышеприведенной формулы, и, таким образом, заявленное предложение не соответствует условию патентоспособности «новизна».

В отношении зависимых пунктов 2-7 вышеприведенной формулы Роспатент отметил, что признаки зависимых пунктов 2, 5 этой формулы известны из свидетельства [1], признаки зависимых пунктов 4, 6, 7 данной формулы не являются существенными ввиду того, что в описании заявки отсутствует причинно-следственная связь между этими признаками и техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке.

Признаки зависимого пункта 3 этой формулы направлены на обеспечение каркасности обмотки (см. страница 5 абзац 4 описания), не являются существенными.

В связи с этим Роспатент указал, что в возражении не содержится доводов, позволяющих сделать вывод о неправомерности вынесенного административным органом решения от 07.10.2019.

В отношении доводов заявителя, касающихся представленного им в корреспонденции от 08.08.2019 уточненного технического результата, Роспатент пришел к выводу о том, что уточненный технический результат в части, заключающейся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов, находится в причинно-следственной связи с указанным в описании заявки, представленном на дату ее подачи, техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке. Однако такая формулировка уточненного технического результата не изменила бы сделанных выше выводов о несоответствии заявленного решения условию патентоспособности «новизна».

Уточненный технический результат в части, заключающейся в ограничении собственного электромагнитного поля реактора, не находится в причинно-следственной связи с указанным в описании заявки, представленном на дату ее подачи, техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке и, следовательно, не может быть принят во внимание при оценке патентоспособности заявленного решения.

В отношении представленной с возражением уточненной формулы Роспатент отметил, что признак, характеризующий выполнение общих элементов крепления в виде стяжных шпилек, известен из свидетельства [1].

Признаки, характеризующих фиксацию элементов крепления в области внутреннего диаметра обмотки в количестве, соответствующем количеству магнитопроводов, как указано в оспариваемом ненормативном правовом акте, не являются существенными.

С учетом изложенных обстоятельств указал, что включение этих признаков в формулу заявленного решения не изменяет сделанных выше выводов.

Не согласившись с принятым административным органом решением от 30.07.2020, заявитель обратился в Суд по интеллектуальным правам с соответствующим заявлением.

Изучив материалы дела, выслушав мнения присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, и оценив все доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 13 ГК РФ ненормативный правовой акт государственного органа или органа местного самоуправления, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, может быть признан судом недействительным.

Глава 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает в качестве самостоятельного способа защиты прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности обжалование решений государственных органов в суд.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Срок на обращение в суд с заявлением о признании недействительным оспариваемого решения Роспатента заявителем не пропущен, что не оспаривается административным органом.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Полномочия Роспатента установлены частью 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Положением о Федеральной службе по интеллектуальной собственности, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 21.03.2012 № 218, исходя из которых рассмотрение возражения и принятие решения по результатам его рассмотрения входят в компетенцию Роспатента.

Таким образом, оспариваемое решение принято Роспатентом в рамках своих полномочий, что не оспаривается заявителем в поданном в суд заявлении.

Основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием (статья 13 ГК РФ, пункт 138 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса

Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), пункт 6 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления № 10, при рассмотрении возражений против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров суды определяют основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров, исходя из законодательства, действовавшего на момент подачи заявки на выдачу патента, заявки на товарный знак, заявки на наименование места происхождения товаров. Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения соответствующих возражений, действующий на момент обращения за признанием недействительными патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров.

С учетом даты подачи заявки (26.12.2018) правовая база для оценки патентоспособности заявленной полезной модели включает ГК РФ, Правила составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации полезных моделей, и их форм (далее – Правила ПМ), Требования к документам заявки на выдачу патента на полезную модель (далее – Требования ПМ), утвержденные приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 30.09.2015 № 701.

Согласно пункту 1 статьи 1351 ГК РФ в качестве полезной модели охраняется техническое решение, относящееся к устройству. Полезной модели предоставляется правовая охрана, если она является новой и промышленно применимой.

Согласно пункту 2 статьи 1351 ГК РФ полезная модель является новой, если совокупность ее существенных признаков не известна из уровня техники. Уровень техники в отношении полезной модели включает любые сведения, ставшие общедоступными в мире до даты приоритета полезной модели. В уровень техники также включаются (при условии более раннего приоритета) все заявки на выдачу патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, которые поданы в Российской Федерации другими лицами и с документами, которых вправе ознакомиться любое лицо в соответствии с пунктами 2 и 4 статьи 1385 или пунктом 2 статьи 1394 настоящего Кодекса, и запатентованные в Российской Федерации изобретения и полезные модели.

Согласно пункту 2 статьи 1378 ГК РФ дополнительные материалы изменяют заявку на изобретение или полезную модель по существу в одном из следующих случаев, если они содержат:

иное изобретение, не удовлетворяющее требованию единства изобретения в отношении изобретения или группы изобретений, принятых к рассмотрению, либо иную полезную модель;

признаки, которые подлежат включению в формулу изобретения или полезной модели и не были раскрыты в документах заявки, предусмотренных подпунктами 1 - 4 пункта 2 статьи 1375 или подпунктами 1 - 4 пункта 2 статьи 1376 настоящего Кодекса и представленных на дату подачи заявки;

указание на технический результат, который обеспечивается изобретением или полезной моделью и не связан с техническим результатом, содержащимся в тех же документах.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 1390 ГК РФ, если в процессе экспертизы заявки на полезную модель по существу установлено, что заявленный объект, выраженный формулой, предложенной заявителем, не соответствует хотя бы одному из требований или условий патентоспособности, указанных в абзаце первом настоящего пункта, либо документы заявки, предусмотренные подпунктами 1 - 4 пункта 2 статьи 1376 настоящего Кодекса и представленные на дату ее подачи, не раскрывают сущность полезной модели с полнотой, достаточной для осуществления полезной модели специалистом в данной области техники, федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности принимает решение об отказе в выдаче патента.

В силу пункта 3 статьи 1390 ГК РФ при проведении формальной экспертизы заявки на полезную модель и экспертизы заявки по существу применяются соответственно положения, предусмотренные пунктами 2 - 5 статьи 1384, пунктом 6 статьи 1386, пунктами 2 и 3 статьи 1387, статьями 1388 и 1389 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 40.3 Требований ПМ формула полезной модели должна ясно выражать сущность полезной модели как технического решения, то есть содержать совокупность существенных признаков, в том

числе родовое понятие, отражающее назначение полезной модели, достаточную для решения указанной технической проблемы и получения при осуществлении полезной модели технического результата.

Согласно пункту 35 Требований ПМ в описании полезной модели приводятся сведения, раскрывающие технический результат, в частности:

- признаки относятся к существенным, если они влияют на возможность решения технической проблемы и получения обеспечиваемого полезной моделью технического результата, то есть находятся в причинно-следственной связи с указанным результатом;

- к техническим результатам относятся результаты, представляющие собой явление, свойство, а также технический эффект, являющийся следствием явления, свойства, объективно проявляющиеся при изготовлении либо использовании полезной модели, и, как правило, характеризующиеся физическими, химическими или биологическими параметрами;

- если полезная модель обеспечивает получение нескольких технических результатов, при раскрытии сущности полезной модели следует указывать один обеспечиваемый полезной моделью технический результат или связанные причинно-следственной связью технические результаты.

Согласно пункту 69 Правил ПМ полезная модель признается новой, если установлено, что совокупность ее существенных признаков, представленных в независимом пункте формулы полезной модели, не известна из сведений, ставших общедоступными в мире до даты приоритета полезной модели. Если в результате анализа формулы полезной модели установлено, что достижение указанного заявителем в описании технического результата обеспечивается за счет совокупности существенных признаков, представленных в формуле полезной модели, не включающей родовое понятие, при проведении информационного поиска

и проверке новизны полезной модели родовое понятие не принимается во внимание.

Исследовав и оценив представленные материалы, учитывая данную специалистом ФИО3 консультацию, рассмотрев доводы, лиц, участвующих в деле, коллегия судей приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого решения Роспатента недействительным.

Положенные в обоснование незаконности оспариваемого ненормативного акта доводы заявителя, в том числе озвученные в ходе судебного заседания 11.10.2021, о том, что противопоставленный источник выбран административным органом необоснованно, без учета области и условий использования противопоставленного технического решения, судебной коллегией отклоняются в силу следующего.

Так, из свидетельства [1] известен трансформатор, обмотки которого установлены на магнитопроводе и запрессованы устройством для их прессовки, которое содержит верхние и нижние прессующие ярмовые балки, вертикальные стяжные шпильки для стягивания этих балок с помощью гаек, прессующих пластин и упоров. При этом магнитопровод трансформатора опирается с помощью шпилек с гайками на нижнюю ярмовую балку, то есть шпильки являются общим элементом крепления как для устройства для прессовки обмоток трансформатора, так и для магнитопровода этого трансформатора.

Судебная коллегия отмечает, что заявленный броневой токоограничивающий реактор и вышеуказанный трансформатор относятся к одной области техники (к электрическим машинам, содержащим катушки индуктивности и магнитопроводы).

При этом, относительно суждений специалиста о неудачном, по его мнению, выборе аналога (противопоставленного технического решения), судебная коллегия отмечает, что по смыслу положений статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Ведешников Н.А. имеет профессиональное образование по специальности «электрические машины и аппараты», тогда как вывод о наиболее близком к заявленной полезной модели аналоге носит правовой характер.

В силу положений части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации консультация специалиста является одним из доказательств по делу, однако частью 5 статьи 71 указанного Кодекса предусмотрено, что никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

На основании норм статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При рассмотрении настоящего дела привлеченный судом специалист высказал свое субъективное мнение не только по тем вопросам, которые относятся к сфере его профессиональной компетенции, но и по правовым вопросам, однако судебная коллегия критически относится к его выводам относительно неудачного выбора административным органом аналога и приходит к собственному выводу о том, что раскрытое в источнике 1 техническое решение является прототипом заявленного объекта, охарактеризованного в независимом пункте 1 формулы полезной модели.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с описанием заявки, представленным на дату ее подачи, техническим результатом заявленного решения является обеспечение надежности фиксации магнитопроводов к обмотке.

В части доводов заявителя о том, что из противопоставленного источника не известно применение решения с общими элементами

крепления для конструкции из обмотки (одной) и установленных на ней магнитопроводах (от двух и более), и о том, что переоценка данного довода, по мнению общества «Росэнерготранс», могла бы изменить выводы о соответствии полезной модели критерию «новизны», судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Самостоятельно проанализировав представленные материалы, судебная коллегия соглашается с выводами административного органа о том, что объект, охарактеризованный в независимом пункте 1 вышеприведенной формулы, отличается от известного из противопоставленного источника устройства характеристикой назначения, заключающейся в ограничении тока электрическим аппаратом броневой конструкции («Броневой токоограничивающий реактор»), и расположением магнитопроводов снаружи обмоток.

При этом в отношении отличительного признака, характеризующего расположение магнитопроводов снаружи обмоток, Роспатент обоснованно отметил, что достижение вышеуказанного технического результата обусловлено наличием в заявленном решении единого жесткого элемента, а именно стяжной шпильки прессующей системы обмотки, закрепление же магнитопровода к этой шпильке может быть как верхней, так и нижней его частями, с фиксацией, например, гайками и контргайками.

С учетом данных обстоятельств Роспатент пришел к верному выводу о том, что для достижения упомянутого технического результата необходимо и достаточно осуществить крепление магнитопровода и прессующей системы обмотки общим элементом крепления, в частности, силовой шпилькой (пункт 40.3 Требований ПМ).

В связи с вышеизложенным судебная коллегия соглашается с выводом административного органа о том, что какое-либо взаимное расположение магнитопровода и обмотки не будет оказывать влияние на упомянутый технический результат.

В связи с тем, что признак независимого пункта 1 вышеприведенной формулы, характеризующий расположение магнитопроводов снаружи обмоток, не находится в причинно-следственной связи с вышеуказанным техническим результатом, он не является существенным (пункт 35 Требований ПМ).

В части охарактеризованного в родовом понятии заявленного объекта как «Броневой токоограничивающий реактор» признака, то в отношении него Роспатент в оспариваемом решении верно указал, что для достижения соответствующего технического результата необходимо и достаточно осуществить крепление магнитопровода и прессующей системы обмотки общим элементом крепления, в частности, силовой шпилькой. Между тем из противопоставленного источника усматривается, что указанный технический прием присутствует и направлен на увеличение динамической устойчивости обмоток трансформаторов (повышение надежности узла, состоящего из магнитопровода и обмотки). При этом судебная коллегия соглашается с выводами административного органа о том, что сравниваемые объекты относятся к одной области техники, а именно к электрическим машинам, содержащим катушки индуктивности и магнитопроводы.

В связи с этим Роспатент пришел к обоснованному выводу, что вышеупомянутый технический результат заявленного решения будет достигаться совокупностью существенных признаков, не включающих родовое понятие.

В связи с этим признак независимого пункта 1 вышеприведенной формулы, включенный в его родовое понятие, согласно которому заявленное решение заключается в ограничении тока электрическим аппаратом броневой конструкции («Броневой токоограничивающий реактор»), обоснованно не был принят Роспатентом во внимание при оценке соответствия этого решения условию патентоспособности «новизна».

С учетом вышесказанного Роспатент к пришел к обоснованному выводу, что устройству, известному из свидетельства [1], присущи все существенные признаки независимого пункта 1 вышеприведенной формулы, и, таким образом заявленное решение в силу пункта 69 Правил ПМ не соответствует условию патентоспособности «новизна».

Судебная коллегия также отмечает, что признаки зависимых пунктов 2, 5 этой формулы признаны административным органом известными из свидетельства [1].

Доводы заявителя о неизвестности из противопоставленного источника [1] признаков зависимого пункта 2 формулы, характеризующих использование стяжной шпильки прессующей системы обмотки одновременно как элемента крепления магнитопроводов к обмотке, признаются судебной коллегией несостоятельными как не основанные на содержании соответствующего свидетельства, из которого известно использование стяжной шпильки прессующей системы обмотки (фигура, позиция 2).

Помимо этого судебная коллегия принимает во внимание доводы административного органа о несостоятельности аргументов заявителя о необходимости анализа функции шпильки по свидетельству SU 598138, которая, якобы, выполняет иную функцию, в силу того, что согласно пункту 69 Правил ПМ проверка соответствия заявленной полезной модели условию патентоспособности «новизна» осуществляется в отношении совокупности существенных признаков, представленных в независимом пункте формулы полезной модели, и не предусматривает анализ функций признаков, которые известны из сведений, ставших общедоступными в мире до даты приоритета полезной модели.

В связи с вышеизложенным доводы заявителя об отсутствии сведений о фиксации магнитопровода в противопоставленном источнике не нивелируют правильных выводов административного органа о несоответствии полезной модели условию патентоспособности «новизна».

Судебная коллегия относительно вышеуказанных доводов заявителя об отсутствии сведений о закреплении магнитопроводов на прессующей системе обмотки также отмечает, что исходя из функционального назначения и конструктивных особенностей трансформатора, раскрытого в противопоставленном источнике, закрепление магнитопроводов безусловно имманентно ему присуще.

В отношении доводов заявителя о существенности признака зависимого пункта 3 (планки в форме радиальных лучей) судебная коллегия отмечает, что они являются ошибочными, поскольку исходя из описания к заявке № 2018146579 признаки зависимого пункта 3 формулы направлены на обеспечение каркасности обмотки (страница 5 абзац 4 описания) и не находятся в причинно-следственной связи с техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке, в связи с чем не являются существенными.

Судебная коллегия также признает несостоятельным довод заявителя о существенности признака зависимого пункта 7 (выполнение магнитопроводов С-образной формы), поскольку в описании заявки отсутствует причинно-следственная связь между этими признаками и техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке.

По доводам заявителя о том, что при рассмотрении возражения административным органом был оценен только один из трех предложенных заявителем вариантов уточненной формулы, тогда как оценка всех вариантов могла бы изменить выводы о новизне полезной модели, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 4.9 Правил подачи возражений и заявлений и их рассмотрения в Палате по патентным спорам, утвержденных приказом Роспатента от 22.04.2003 № 56 (далее – Правила ППС), при рассмотрении возражения коллегия палаты по патентным спорам вправе предложить лицу, подавшему заявку на выдачу патента на

полезную модель, внести изменения в формулу полезной модели, если эти изменения устраняют причины, послужившие единственным основанием для вывода о несоответствии рассматриваемого объекта условиям патентоспособности.

При этом в решении Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2010 № ГКПИ10-1228 разъяснено, что палата по патентным спорам обязана предложить заинтересованному лицу внести в формулу изобретения изменения, которые могут привести к патентоспособности изобретения, только установив наличие возможных вариантов изменений.

В отношении представленной с возражением уточненной формулы Роспатент обоснованно отметил, что в этой формуле содержатся признаки, характеризующие выполнение общих элементов крепления в виде стяжных шпилек и фиксацию этих элементов в области внутреннего диаметра обмотки в количестве, соответствующем количеству магнитопроводов, при этом признак, характеризующий выполнение общих элементов крепления в виде стяжных шпилек, известен из свидетельства [1].

В части признаков, характеризующих фиксацию элементов крепления в области внутреннего диаметра обмотки в количестве, соответствующем количеству магнитопроводов, то в отношении них Роспатент также верно констатировал, что данные признаки не являются существенными, т.к. не находятся в причинно-следственной связи с техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке, ввиду отсутствия таких сведений в описании заявки.

В отношении других предложенных вариантов корректировки формулы, связанных с включением в независимый пункт 1 признаков,

характеризующих выполнение магнитной системы незамкнутой и закрепление магнитопроводов на прессующей системе обмотки, судебная коллегия отмечает, что данные варианты также не приводят к изменению вывода административного органа о несоответствии полезной модели условию патентоспособности «новизна», поскольку из оспариваемого ненормативного правового акта следует, что для достижения технического результата необходимо и достаточно осуществить крепление магнитопровода и прессующей системы обмотки общим элементов крепления, в частности, силовой шпилькой (страница 8 абзац 5).

В связи с изложенным судебная коллегия приходит к выводу, что предложенные заявителем варианты корректировки формулы не влияют на соответствующие выводы административного органа о несоответствии заявленной полезной модели условию патентоспособности «новизна». При этом Роспатентом не выявлено возможности внесения изменений в формулу полезной модели таким образом, чтобы это могло привести к патентоспособности полезной модели.

В отношении доводов заявителя, касающихся представленного уточненного технического результата («обеспечение надежности фиксации магнитопроводов, ограничивающих собственное электромагнитное поле реактора»), который, по его мнению, находится в причинно-следственной связи с реализацией назначения заявленного устройства, Роспатент отметил, что такой технический результат представляет собой два технических результата, заключающихся в надежности фиксации магнитопроводов и ограничении собственного электромагнитного поля реактора.

При этом, как правильно указал Роспатент, эти технические результаты не связаны между собой, поскольку за достижение каждого из этих технических результатов отвечают разные конструктивные особенности заявленного решения.

Вышеуказанный вывод административный орган обоснованно аргументировал тем, что согласно описанию (страница 6 абзац 1 описания) заявки возможность достижения технического результата, заключающегося в ограничении собственного электромагнитного поля реактора, находится в причинно-следственной связи только с признаком, характеризующим выполнение магнитопроводов броневой конструкции. При этом данный признак по существу отражен только в назначении заявленного решения, а именно «Броневой токоограничивающий реактор».

В отношении технического результата, заключающегося в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов, Роспатент обоснованно отметил, что для обеспечения фиксации магнитопроводов к обмотке необходимо и достаточно обеспечить крепление магнитпроводов с прессующей системой обмотки единым жестким элементом в виде стяжной шпильки.

При этом в описании заявки (страница 3 абзац 3) указано, что надежность фиксации магнитопроводов обеспечивается наличием единого жесткого элемента крепления между магнитопроводом и прессующей системой обмотки в виде стяжной шпильки, и при этом «отсутствует необходимость использовать дополнительные средства фиксации, а также дополнительные операции по креплению магнитопроводов».

С учетом данных обстоятельств Роспатент пришел к правильному выводу о том, что уточненный технический результат в части, заключающейся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов, находится в причинно-следственной связи с указанным в описании заявки, представленном на дату ее подачи, техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке.

Между тем, судебная коллегия соглашается с позицией Роспатента, что такая формулировка уточненного технического результата не изменила

бы сделанных выше выводов о несоответствии заявленного решения условию патентоспособности «новизна».

При этом уточненный технический результат в части, заключающейся в ограничении собственного электромагнитного поля реактора, не находится в причинно-следственной связи с указанным в описании заявки, представленном на дату ее подачи, техническим результатом, заключающимся в обеспечении надежности фиксации магнитопроводов к обмотке и, следовательно, не может быть принят во внимание при оценке патентоспособности заявленного решения.

Дополнительно Роспатент отметил, что возможное внесение этого технического результата в описание не изменило бы выводов о несоответствии заявленного решения условию патентоспособности «новизна» ввиду того, что единственный существенный для этого технического результата признак характерен для броневого токоограничивающего ректора, указанного в описании (страница 2 абзац 2) заявки, представленном на дату ее подачи, в качестве ближайшего аналога.

Иные доводы заявителя являются производными от рассмотренных ранее и не нивелируют законность вынесенного административным органом решения от 30.07.2020.

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о законности и обоснованности оспариваемого ненормативного правового акта, поскольку судом проверено и установлено, что он принят уполномоченным органом, соответствует требованиям действующего законодательства, не нарушает права и законные интересы заявителя, в связи с чем требование заявителя о признании оспариваемого решения Роспатента недействительным удовлетворению не подлежит.

Поскольку оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу

заявления подлежат отнесению на заявителя в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176, 180, 197–201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных обществом с ограниченной ответственностью «Росэнерготранс» требований отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий судья Ю.В. Борисова
Судья Д.А. Булгаков
Судья Р.В. Силаев

- признаки зависимых пунктов 2, 5 вышеприведенной формулы известны
из свидетельства [1];