Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ижевске Удмуртской Республики 18 ноября 2019 года частную жалобу представителя индивидуального предпринимателя ФИО1, ФИО2 – ФИО3 на определение Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 11 сентября 2019 года, которым заявление в части требований индивидуального предпринимателя ФИО1 ича, ФИО2 к ФИО4 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда оставлено без рассмотрения,

заслушав доклад судьи Ступак Ю.А., объяснения ФИО2, представителя ФИО1 – ФИО3, поддержавших доводы частной жалобы,

УСТАНОВИЛА:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 ич (далее – ИП ФИО1), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) обратились в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (арбитражного решения) от 30 мая 2019 года по делу № МДА-Ш-16-2019 о взыскании со ФИО4 (далее – ФИО4) в пользу ИП ФИО1 задолженности по договору займа, расходов по составлению заявления, сбора за организационное и материальное обеспечение арбитража, в пользу ФИО2 – гонорара арбитра, в пользу ФИО3 – судебных расходов по оплате услуг представителя.

В судебном заседании 11 сентября 2019 года судом вынесено вышеуказанное определение.

В частной жалобе представитель ИП ФИО1, ФИО2 – ФИО3 просит определение суда отменить, направить дело в тот же суд для рассмотрения по существу, поскольку на момент вынесения обжалуемого определения в материалах дела имелись доверенности, подтверждающие наделение заявителями их представителя полномочием на подписание заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Кроме того, в судебном заседании до удаления суда в совещательную комнату ФИО2 заявленные представителем ФИО3 в его интересах требования о выдаче исполнительных листов поддержал.

Судебное заседание суда апелляционной инстанции в соответствии со ст. ст. 327, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) проведено в отсутствие ИП ФИО1, ООО «Полтинникъ», ФИО4, извещенных о времени и месте рассмотрения жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 424 ГПК РФ заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подается в письменной форме и должно быть подписано лицом, в пользу которого принято решение, или его представителем.

Пункт 5 ч. 4 ст. 424 ГПК РФ предусматривает, что к заявлению о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда прилагаются, в том числе доверенность или иной документ, подтверждающие полномочия лица на подписание указанного заявления.

Согласно ч. 5 ст. 424 ГПК РФ заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, поданное с нарушением требований, предусмотренных настоящей статьей, оставляется без движения или возвращается лицу, его подавшему, по правилам, предусмотренным ст.ст. 135 и 136 настоящего Кодекса.

В силу абзаца четвертого ст. 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если заявление подписано или подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание или предъявление иска.

Как следует из материалов дела и установлено судом, заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подписано представителем заявителей ИП ФИО1, ФИО2 – ФИО3 Оставляя данное заявление в части требований ИП ФИО1 и ФИО2 без рассмотрения, районный суд исходил из того, что приложенные к заявлению о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда копия доверенности от 13 сентября 2018 года, выданная ФИО1 на имя ФИО3, и копия доверенности от 17 мая 2019 года, выданная ФИО2 на имя ФИО3, не содержат полномочий на подписание такого заявления, тогда как данное полномочие должно непосредственно содержаться в доверенности, что следует из специальной нормы п. 5 ч. 4 ст. 424 ГПК РФ.

Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда.

В частной жалобе заявители ссылаются на содержащиеся в доверенности от 13 сентября 2018 года формулировки полномочий представителя, дающие право ФИО3 представлять интересы и вести дела от имени ФИО1 во всех судебных, административных и правоохранительных органах со всеми правами, какие предоставлены законом истцу, заявителю, в том числе с правом на подписание искового заявления, предъявление его в суд, самостоятельного совершения от имени доверителя всех процессуальных действий; а также на предоставление ФИО3 доверенностью от 17 мая 2019 года полномочий вести от имени ФИО2 дела о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда на взыскание сумм гонорара арбитра, делать от имени ФИО2 различные заявления и подписывать их.

Однако, как видно из буквального содержания перечисленных полномочий, указания о предоставлении ФИО3 права на подписание заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, которое согласно п. 5 ч. 4 ст. 424 ГПК РФ должно быть прямо оговорено в доверенности, в тексте данных доверенностях не содержится.

Ссылка в частной жалобе на доверенность от 7 мая 2019 года, выданную ФИО1 на имя ФИО3, которая была представлена в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, судебной коллегией отклоняется, поскольку, как видно из содержания данной доверенности, она удостоверена 5 июля 2019 года, то есть после обращения ФИО3 в суд с заявлением. Кроме того, право на подписание заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда представителю в указанной доверенности не оговорено.

При таком положении предоставленный в доверенностях объем полномочий не позволяет счесть заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, подписанное представителем заявителей ФИО3, как поданным лицом, имеющим на то соответствующие полномочия.

То обстоятельство, что ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции поддержал заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, подписанное его представителем, вышеизложенного вывода суда не опровергает.

Наличие в представленной суду апелляционной инстанции доверенности, выданной ФИО1 1 июня 2019 года, удостоверенной по месту его работы, указания на право ФИО3 подавать и подписывать заявления о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского суда не может повлечь отмены обжалуемого определения суда, поскольку указанная доверенность при подаче заявления не представлялась, суду первой инстанции при рассмотрении дела не предъявлялась.

Таким образом, оснований для отмены определения, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, по доводам частной жалобы не имеется.

Вместе с тем судебная коллегия отмечает, что право на повторное обращение в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа в отношении ФИО4 на принудительное исполнение решения третейского суда у заявителей вынесением обжалуемого определения не утрачивается.

Руководствуясь ст. 334 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Определение Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 11 сентября 2019 года оставить без изменения, частную жалобу оставить без удовлетворения.

Председательствующий Г.Ю. Мельникова

Судьи И.Н. Хохлов

Ю.А. Ступак