Гражданский кодекс часть 1

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2, задолженность по договору на правовое обслуживание № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 71000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 753 рублей 77 копеек, расходы по уплате госпошлины в размере 2353 рублей, всего 74106 рублей 77 копеек.

Взыскивать с ФИО1 в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2 проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму задолженности в размере 71000 рублей, за период с 03 апреля 2019 года по дату фактического исполнения ФИО1 обязательств».

Судебная коллегия

установила:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по договору на правовое обслуживание.

В обоснование заявленных требований указано о том, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 и ФИО1 был заключен договор на правовое обслуживание №.

По условиям договора ответчик поручил истцу оказать услугу по взысканию неустойки и штрафа с ООО «Саб-Урбан» в связи со срывом сроков по передаче объекта долевого участия в строительстве, приобретенного по договору участия в долевом строительстве № от ДД.ММ.ГГГГ. Взыскивать указанные суммы было решено через Арбитражный суд Московской области путем заключения договора возмездной уступки прав требования в части сумм имущественных санкций (цессии) между ответчиком и ИП ФИО3

В п. 4.1 договора истцом и ответчиком было согласовано условие о порядке, сроках и размере выплаты ответчиком вознаграждения за оказанные услуги: вознаграждение составляет 92000 рублей и оплачивается в момент передачи ответчику исполнительного листа по делу по реквизитам, указанным в п. 7 договора, или наличными денежными средствами.

В п. 6.3 Договора (на случай прекращения взаимодействия по Договору по инициативе любой из сторон до полного исполнения поручения) приведены выдержки из прейскуранта истца, действовавшего на момент заключения договора: стоимость составления и отправки досудебных претензий (2 шт.) в адрес ООО «Саб-Урбан» - 8000 рублей; стоимость составления и отправки договора цессии, уведомления о переходе прав требования и других документов - 13000 рублей; стоимость составления искового заявления - 15000 рублей; подготовка пакета документов для подачи в суд - 4000 рублей; подача документов в Арбитражный суд Московской области - 5000 рублей; участие в судебном заседании в Арбитражном суде Московской области - 12000 рублей (каждое); получение решения суда - 6000 рублей; составление и подача ходатайства о выдаче исполнительного листа - 4000 рублей; получение исполнительного листа - 6000 рублей.

14 марта 2018 г. все необходимые документы были представлены в суд, определением Арбитражного суда Московской области от 16 марта 2018 года было возбуждено гражданское дело № А41-18587/2018.

Вместе с тем, исполнительный лист по указанному делу получен не был ввиду изменения действующего законодательства и, как следствие, изменения правоприменительной практики. По согласованию с ответчиком было принято решение отказаться от иска и прекратить производство по делу. С этой целью истец 28 мая 2018 года подал в суд ходатайство об отказе от искового заявления и прекращении производства по делу. 06 июня 2018 года отказ от иска был принят судом, производство по делу № А41-18587/2018 было прекращено. Суд также постановил возвратить уплаченную при подаче иска государственную пошлину в размере 25565 рублей.

На момент прекращения производства по делу истцом был выполнен следующий объем услуг по договору: составлены и отправлены в распоряжение ООО «Саб-Урбан» досудебные претензии (2 шт.) - 8000 рублей; составлены и отправлены в распоряжение ООО «Саб-Урбан» договор цессии, уведомление о переходе прав требования, акт об исполнении договора цессии - 13000 рублей; составлено исковое заявление в Арбитражный суд Московской области - 15000 рублей; подготовлен пакет документов для подачи в Арбитражный суд Московской области 4000 рублей; документы поданы в Арбитражный суд Московской области - 5000 рублей; принято участие в двух судебных заседаниях по делу № А41-18587/2018 (о чем свидетельствуют протоколы судебных заседаний от 08 мая 2018 года, от 06 июня 2018 года) - 12000 рублей х 2 = 24000 рублей; подготовлено и представлено в Арбитражный суд Московской области ходатайство об отказе от искового заявления и прекращении производства по делу, стоимость которого в договоре не прописана, но исходя из средней цены, предлагаемой юристами за составление такого документа, стоимость составления документа составляет 2000 рублей.

Таким образом, на момент прекращения Арбитражным судом Московской области производства по делу истцом по договору были выполнены услуги на общую сумму 71000 рублей.

22 января 2019 года истец направил ответчику претензионное письмо, в котором потребовал осуществить оплату оказанных по договору услуг в течение 10 календарных дней с момента получения Претензии.

Письмо было получено адресатом 02 февраля 2019 года, однако оплату услуг ответчик так и не произвел. Отказ от оплаты ответчик мотивировал тем, что согласно п. 4.1 договора услуги оплачиваются в момент передачи ответчику исполнительного листа по делу, исполнительный лист ею не получен, следовательно, момент оплаты услуг истца не наступил.

Действительно, содержание п. 4.1 договора свидетельствует о том, что при определении размера оплаты за оказанные услуги истец исходил не из фактических трудовых затрат, необходимых для выполнения предусмотренного договором поручения, а из результатов содержания вынесенных судом в пользу доверителя судебных постановлений. Между тем, это не соответствует правовой позиции отраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 года № 1-П, и потому п. 4.1 не должен применяться при разрешении спора.

При разрешении спора следует руководствоваться п. 6.3 договора, в котором на случай прекращения взаимодействия по договору по инициативе любой из сторон до полного исполнения поручения определена стоимость каждого этапа работ и приведены выдержки из прейскуранта цен оказываемых истцом услуг на момент заключения договора.

Не оплатив услуги по договору, ответчик в одностороннем порядке нарушил денежное обязательства, в связи с чем должен оплатить проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ.

Определяя срок, с которого должны исчисляться проценты, истец исходит из следующего.

В соответствии с п. 6.2 договора он может быть расторгнут досрочно по требованию одной из сторон в случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения другой стороной условий договора.

Сторона, принявшая решение о досрочном расторжении договора, уведомляет об этом другую сторону не позднее, чем за 10 дней до его расторжения.

О принятом со своей стороны решении об одностороннем отказе от исполнения договора истец сообщил в соответствующем уведомлении, направленном в распоряжение ответчика посредством ФГУП «Почта России» 12 февраля 2019 года.

В соответствии с информацией, размещенной на официальном сайте ФГУП «Почта России» письмо было получено адресатом 23 марта 2019 года, каких-либо возражений от ответчика не поступило, соответственно, со 02 апреля 2019 года договор на правовое обслуживание № от ДД.ММ.ГГГГ года является расторгнутым.

Поскольку срок для оплаты услуг по договору в случае его исполнения поручения истцом и ответчиком согласован не был, применению, по мнению истца, подлежат общие правила гражданского законодательства Российской Федерации, предусмотренные п. 1 ст. 314 ГК РФ.

Таким образом, с 12 февраля 2019 года ответчик допускает просрочку оплаты за оказанные истцом услуги по договору, исчисленные в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ, проценты на сумму долга за период с 12 февраля 2019 года по 02 апреля 2019 года составляют 753 рублей 77 копеек.

Обращаясь в суд, истец также просит доначислить проценты за пользование чужими денежными средствами до даты исполнения решения по настоящему делу и взыскать расходы на оплату государственной пошлины в размере 2353 рублей.

Судом постановлено изложенное выше решение.

С данным решением не согласилась ФИО1, в апелляционной жалобе она просит решение суда отменить и отказать в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В своем исковом заявлении истец указывает о том, что «было принято решение» неустойку взыскивать через Арбитражный суд Московской области путем заключения возмездной уступки прав требования. Именно истец рекомендовал ей заключить договор цессии. При этом, однако, ей, ФИО1, правовые последствия заключения договора уступки прав требования, никто не разъяснил, в результате она была введена в заблуждение, доверившись истице как специалисту. Считает, что после заключения договора цессии, в силу которого все права перешли к третьему лицу, она, ФИО1 не должна нести ответственность по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, так как все услуги по этому договору оказывались не ей, а третьему лицу.

При вынесении решения суд руководствовался пояснениями истца о том, что исполнительный лист не был получен ввиду изменения законодательства, а также в результате отказа от искового заявления и прекращения производства по делу № А41-18587/2018. Утверждения истца являются голословными и не подтверждаются никакими доказательствами. Истец не отрицает того, что самостоятельно принял решение отказаться от иска и подал соответствующее ходатайство, так как понимал, что в связи с заключением договора цессии выполнить свои обязательства перед ней, ФИО1 не сможет. По этой же причине истец первым направил уведомление об отказе от исполнения договора, что признает в своем исковом заявлении.

Указывая о том, что она в силу ч. 1 ст. 779 ГК РФ должна оплатить фактически оказанные услуги, суд не учел, что услуга не была оказана. Более того, в результате заключения договора цессии, отказа от иска, она, ФИО1, лишилась своего права на взыскание неустойки и штрафов с ООО «Саб-Урбан».

В соответствии со ст. 10 Закона «О защите прав потребителей» Изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. Данное положение нарушено, так как истец не разъяснил ей последствия заключения договора уступки прав требования.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 доводы и требования апелляционной жалобы поддержал, указал о том, что именно истцом было предложено взыскивать неустойку в арбитражном суде, для чего следовало заключить договор об уступке прав с каким-либо предпринимателем. ФИО1 не обладает юридическими познаниями, доверилась юристу, от договора она не отказывалась, была заинтересована в получении неустойки.

Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить без изменения решение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной, в судебное заседание не явились.

На основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной коллегией определено рассмотреть дело в их отсутствии.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия полагает, что судебное решение подлежит отмене.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что договор № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2, в силу п. 1 ст. 779 ГК РФ носит возмездный характер, услуги по договору оказаны надлежащим образом, поэтому они должны быть оплачены.

При этом суд, однако, не принял во внимание условия данного конкретного договора и обстоятельства его заключения.

Как видно из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 был заключен договор № на правовое обслуживание, согласно которому исполнитель ИП ФИО2 принимает на себя обязательство выполнить своими и привлеченными силами и средствами услугу по взысканию неустойки и штрафа с ООО ««Саб-Урбан», причитающихся заказчику ФИО1 в связи со срывом сроков по передаче объекта долевого участия, приобретенного заказчиком по Договору участия в долевом строительстве № от ДД.ММ.ГГГГ. Взыскание будет происходить в Арбитражном суде Московской области путем заключения договора возмездной уступки прав требования в части сумм имущественных санкций (цессии) между Заказчиком и ИП ФИО3

Предмет договора включает в себя: изучение представленных Заказчиком документов и информирование Заказчика о возможных вариантах решения задачи, обозначенной в п. 1.1. - подробная консультация; составление договора возмездной уступки прав требования в части сумм имущественных санкций (цессии), а также других сопутствующих документов; составление и отправка посредством ФГУП «Почта России» досудебных претензий; осуществление подготовки материалов судебного дела; подача документов, предусмотренных процессуальным законодательством Российской Федерации в Арбитражный суд Московской области; отслеживание дат судебных заседаний; представление интересов Заказчика на всех стадиях судебного разбирательства в Арбитражном суде Московской области, получение решения суда, вступившего в законную силу, исполнительного листа в течение 7 рабочих дней с момента его фактической готовности; составление и подача в Арбитражный суд Московской области, по мере необходимости, ходатайств и заявлений; совершение иных действий в рамках исполнения обязательств по договору.

Как пояснила в судебном заседании ответчица ФИО1, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, она считает, что ее истец обманул, она не получила неустойку, которую рассчитывала получить. В апелляционной жалобе ФИО1 указывает на то, что ей не была предоставлена вся информация о юридических услугах, которые ей должны были оказываться по заключенному с нею договору, что истцом оказаны некачественные услуги по договору, она, ФИО1, истцом была введена в заблуждение, ей не разъяснили последствия заключения договора уступки прав требования и именно истец ей предложил заключить этот договор для обращения в арбитражный суд. Вследствие консультации с истцом ФИО1 такой договор заключила и утратила возможность выступать взыскателем по неустойке. Такой возможности она оказалась лишена вследствие описанной в договоре схемы взыскания неустойки.

ФИО1 указывает о том, что именно истица при заключении договора рекомендовала ей найти знакомого предпринимателя с тем, чтобы провести дело в Арбитражном суде в целях получения неустойки в большем размере. Также истица заверила ее, что все расходы по оказанию услуг в сумме 92 000 рублей она, ФИО1, оплатит после получения исполнительного листа. Исходя из этих заверений ФИО2, доверившись ей как специалисту, она, ФИО1, и подписала договоры оказания услуг и договор цессии.

Эти утверждения ФИО1 в ходе рассмотрения дела опровергнуты не были. Более того, они подтверждены письменными доказательствами.

В материалах дела имеется договор возмездной уступки прав требования в части сумм имущественных санкций (цессии) между ФИО1 и ИП ФИО3

Из текста договора № следует, что истица берет на себя обязательство по составлению договора возмездной уступки прав требования в части сумм имущественных санкций (цессии), а также других сопутствующих документов. Также в тексте договора № имеется п. 4.1, согласно которому вознаграждение исполнителя за выполнение обязательств, принятых в рамках настоящего договора, составляет 92000 рублей и оплачивается в момент передачи Заказчику исполнительного листа по делу по реквизитам указанным в п. 7 договора или наличными денежными средствами.

Спор между сторонами по поводу оплаты услуг возник в связи с тем, что исполнительный лист получен не был.

Как установил суд, ФИО2, ссылаясь на изменение судебной практики, с согласия ФИО1 отказалась от иска, данный отказ от иска был принят судом, определением Арбитражного суда Московской области от 06 июня 2018 года производство по делу № А41-18587/18 было прекращено.

Обращаясь в суд, истица в своем исковом заявлении указала о том, что п. 4.1 договора не подлежит применению при разрешении спора, так как ставит размер и обязанность оплаты услуг в зависимость от решения суда, которое будет принято в будущем, что противоречит правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ№-П.

Определяя сумму иска, истица руководствовалась п. 6.3 договора, в котором приведены выдержки из прейскуранта цен, оказываемых истцом услуг на момент заключения договора, и применяемых в случае прекращения взаимодействия по Договору по инициативе любой из сторон до полного исполнения поручения.

Суд, как это видно из текста судебного решения, также не применил при разрешении спора п. 4.1 договора, а сослался на п. 6.3. договора, согласно которому в случае прекращения заказчиком действия договора заказчик оплачивает вознаграждение соразмерно выполненной работе по прейскуранту исполнителя.

Удовлетворяя исковые требования, суд также признал, что юридические услуги оказаны ответчице надлежащим образом.

С данными выводами суда судебная коллегия не может согласиться.

Судебная коллегия на основании изучения обстоятельств дела и представленных доказательств не находит подтвержденным и установленным факт официального и действительного расторжения заключенного договора по инициативе ФИО1

Из текста искового заявления однозначно следует, что именно истица приняла решение об одностороннем отказе от исполнения договора, о чем уведомила ответчика посредством ФГУП «Почта России» 12 февраля 2019 года. Соответственно, применение при разрешении спора п. 6.3. договора является спорным.

Кроме того, в соответствии с п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договоров» условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

По данному делу суд постановил решение, которое позволило истице извлечь такие преимущества.

В соответствии с п. 1 ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре.

При заключении договора истица, которая является индивидуальным предпринимателем, оказывает юридические услуги, уклонилась от формулировок, которые бы позволили явно и недвусмысленно определить сроки и порядок оплаты, в том числе, и при отказе истца от иска, прекращении производства по делу по иным основаниям. Более того, она включила в договор п. 4.1, который содержал в себе заверения в том, что оплата услуг по договору будет произведена в момент получения исполнительного листа.

Обращаясь в суд, истица просила учесть, что п. 4.1. договора противоречит правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 года № 1-П. Исходя из этого следует признать, что она включила в договор заведомо незаконный пункт, касающийся оплаты услуг. При этом данный пункт договора, как уже указывалось выше, носил характер заверения, влияющего на формирование волеизъявления ответчицы при заключении договора, на выбор наиболее выгодных для себя условий. Не исключено, что при отсутствии в договоре п. 4.1 ответчица не стала бы заключать договор №. В своей апелляционной жалобе ФИО1, ссылаясь на положения ст. 10 Закона «О защите прав потребителей», указывает о том, что истица нарушила ее право на получение достоверной информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающей возможность их правильного выбора.

Данные доводы заслуживают внимания, особенно с учетом того, что истица, как это установлено в ходе рассмотрения дела, включила в договор недобросовестное заверение, и, таким образом, ввела ответчика в заблуждение.

Также суд первой инстанции не дал должной оценки тому, что именно истица рекомендовала ответчице заключить договор цессии с индивидуальным предпринимателем ФИО3, при этом убедила ее в том, что предъявление иска в арбитражный суд позволит получить большую сумму неустойки. Представитель истицы в заседании судебной коллегии также поясняла, что, истица имеет большой опыт юридической практики и обращение в арбитражный суд, в котором неустойка ранее как правило не снижалась, было для ФИО1 более выгодным.

Как лицо, профессионально осуществляющее деятельность в сфере оказания правовых услуг, истица должна была осознавать, что договор цессии носил характер мнимой сделки, так как был заключен с целью искусственного изменения подведомственности спора. Должна была она осознавать и тот факт, что договор цессии в силу ч. 1 ст. 382 ГК РФ связан с отчуждением права и переходом его к другому лицу. В апелляционной жалобе ФИО1 обоснованно обращает внимание на то, что, следуя рекомендациям истицы, она не только не воспользовалась своим правом на получение неустойки, но и утратила это право, оставаясь при этом обязанной оплачивать правовые услуги в интересах третьего лица.

Никаких доказательств того, что схема для обращения в арбитражный суд, предусмотренная в договоре, была предложена ФИО1 не представлено. Вследствие зафиксированной в договоре схемы обращения в суд установленные законодательством правила подведомственности были искусственно изменены.

При рассмотрении спора суд также не учел того, что истица является индивидуальным предпринимателем.

В соответствии со ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Принимая на себя обязательство по оказанию правовых услуг, и считая себя готовой к этому с профессиональной точки зрения, именно ФИО2 как сильная сторона в договоре, должна была в полном объеме оценить перспективы и риски предстоящего судебного спора, не допуская действий в обход закона и интересов клиента.

Как уже указывалось выше, при оказании услуг ФИО1 истица применила рискованные схемы, которые не оправдали себя, не привели к ожидаемому результату и более того, нанесли ущерб интересам ответчицы. В такой ситуации понесенные истицей затраты не могут быть возложены на ответчицу.

Так как по данному делу суд постановил решение, которое позволило ФИО2 извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения, оно не может быть признано законным и обоснованным и потому подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить.

Решение Калининского районного суда Тверской области от 18 июля 2019 года отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ИП ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору на правовое обслуживание № от ДД.ММ.ГГГГ, процентов за пользование чужими денежными средствами, возмещении судебных расходов.

Председательствующий В.А. Харитонова

Судьи: А.В. Кулаков

А.А. Серёжкин