Гражданский кодекс часть 1

Заслушав доклад судьи Залевской Е.А., объяснения истца ФИО1. представителя истца ФИО3, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО4, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО5, просила суд:

-установить границы земельного участка с кадастровым номером /__/, вид разрешенного использования: для ведения гражданами садоводства и огородничества, расположенного на землях сельскохозяйственного назначения по адресу: /__/, в соответствии с документами о его образовании и материалами инвентаризации указанного земельного участка, выполненными в мае 1998 года МП Бюро технической инвентаризации Томского района;

- обязать ответчика осуществить снос строений и сооружений, расположенных за границами вышеуказанного земельного участка (том дела 1 листы дела 4-5, том дела 2, лист дела 26).

В обоснование иска в письменных заявлениях, в пояснениях суду в лице представителей ФИО3, ФИО6, указывала, что является собственником земельного участка, расположенного по адресу: /__/, садоводческое товарищество «Кедр» с кадастровым номером /__/, площадью /__/ кв.м, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенный вид использования: коллективное садоводство.

В целях подготовки межевого плана для установления границ указанного земельного участка она обратилась к кадастровому инженеру. В результате проведения полевых и аналитических работ было установлено, что имеется несоответствие фактической площади земельного участка и документального отвода земельного участка. При этом фактическая площадь смежного земельного участка с кадастровым номером /__/ больше отведенной, в связи с чем полагала, что возведённый ответчиком забор расположен на её земельном участке.

ФИО2 иск не признала, обратилась к ФИО1 со встречным иском, просила суд:

- установить смежную границу земельного участка с кадастровым номером /__/ и земельного участка с кадастровым номером /__/ в соответствии с межевым планом по точкам

т. 3 с координатами Х 334418,04, Y 4335915,29,

т.4 с координатами Х334401,97, Y4335889, 69;

- указать, что данное решение является основанием для внесения изменений в ЕГРН (том дела 2, листы дела 71-73).

В обоснование встречного иска в письменных заявлениях, пояснениях суду в лице представителя ФИО4 указывала, что является собственником земельного участка расположенного по адресу: /__/, садоводческое товарищество «Кедр» с кадастровым номером /__/. Ранее собственником участка был Б.

Смежным землепользователем является истец, которая при приобретении данного земельного участка, не произвела фактический обмер его площади. При этом спорный забор был возведён прежним собственником участка Б. в 2000 году, установлен на смежной границе между земельными участками с кадастровыми номерами /__/ и /__/, она местоположение данного забора не меняла. Б. земельный участок был поставлен на кадастровый учет на основании плана от 12.05.1998, согласно которому его площадь составляет 600 кв.м и на настоящий момент площадь участка не изменилась.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, ответчика ФИО5, третьих лиц - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области, СНТ «Кедр», администрации Томского района, ФИО7, ФИО8, ФИО9

Обжалуемым решением с учётом определения от 09.12.2019 об исправлении описки в удовлетворении иска ФИО1 отказано.

Встречный иск ФИО2 удовлетворён, суд установил местоположение смежной границы между земельными участками: с кадастровым номером /__/, расположенным по адресу: /__/, садоводческое товарищество «Кедр», /__/, и с кадастровым номером /__/, расположенным по адресу: /__/, садоводческое товарищество «Кедр», /__/, по поворотным точкам со следующими координатами в системе координат МСК-70:

-от точки координат (н1) – X 334401,78, У 4335889,70 до точки координат (н2) – X 334417,82, У 4335915,22, в соответствии с заключением судебной экспертизы №12-Э/2019 от 27.09.2019 (каталог координат фактических границ земельного участка с кадастровым номером /__/).

Суд также указал, что решение основанием для внесения в ЕГРН сведений о местоположении смежной границы между спорными земельными участками по вышеуказанным координатам, распределил судебные расходы.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении первоначального иска и отказе в удовлетворении встречного иска ФИО2

В обоснование жалобы указывает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы, хотя основания для назначения указанной экспертизы имелись.

Так, в ходе допроса судебного эксперта Д. была выявлена неполнота его ответов на поставленные судом вопросы, противоречивость и недостоверность содержащихся в нем сведений, что является безусловным основанием для назначения повторной экспертизы.

Считает, что экспертом допущены следующие ошибки:

-в тексте заключения экспертизы эксперт Д., отвечая на второй вопрос экспертизы, указал, что определить местоположение земельного участка с кадастровым номером /__/ на основании документов о его образовании не представляется возможным. Причин этому эксперт не привел, однако далее по тексту экспертного заключения смог определить местоположение соседнего земельного участка с кадастровым номером /__/ на основании аналогичных документов о его образовании;

-эксперт Д. пояснил, что им было выявлено несоответствие значений длин сторон земельного участка, принадлежащего ответчику ФИО2, по плану и длин этих же сторон, определяемых в разделе «геоданные», содержащегося в том же самом плане, а в тексте заключения экспертизы Д. об этом не указал, изобразил наглядно на топографическом плане отмасштабированную копию плана земельного участка без указания фактических значений длин линий. В ходе допроса эксперт Д. сообщил, что расхождение в действительности составило 2 мм, что на топографическом плане в масштабе 1:500 соответствует 1 метру фактической разницы на местности и является существенным.

Считает необоснованным вывод суда первой инстанции о том, что поскольку невозможно установить местоположение границ земельных участков по правоустанавливающим документам об их образовании, их границы должны быть установлены исходя из фактического землепользования в течение последних 15 лет. Каких-либо доказательств тому, что спорный забор между участками сторон существовал на местности на протяжении последних 15 лет, в дело не представлено, свидетели стороны ответчика данное обстоятельство не подтвердили, а эксперт Д. прямо показал, что никакого забора между участками сторон на момент 1998 года, когда составлялся план участка, не существовало.

Настаивает на том, что поскольку одна из границ участка с кадастровым номером /__/ является установленной по результатам межевания соседнего участка, то сведения о её местоположении, внесённые в ЕГРН, были обязательны для суда при рассмотрении настоящего спора, однако суд данного обстоятельства не учёл.

Также суд первой инстанции не исследовал объем прав истца, формально отнесся к разрешению спора, не установив ни конфигурацию, ни площадь земельного участка истца, при том, что никаких препятствий к этому не имелось.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО5, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В ходе судебного разбирательства по делу в апелляционном порядке истец ФИО1, представитель истца ФИО3 поддержали позицию, изложенную в апелляционной жалобе, ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО4 – против удовлетворения жалобы возражали.

Судебной коллегией в целях поверки доводов апелляционной жалобы и восполнения доказательств, подтверждающих юридически значимые обстоятельства, к материалам дела приобщены схема восстановления границ, выполненная кадастровым инженером ФИО6 06.10.2020, которая наглядно отображает позицию апеллянта, а также государственный акт на земельный участок, предоставленный в собственность Е.- правопредшественнику Б., что положениям части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не противоречит.

Руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив материалы дела по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Материалами дела подтверждено и не оспаривается участвующими в нём лицами, что постановлением администрации Богашёвского сельского совета Томского района Томской области № 28а от 23.02.1993 членам садоводческого товарищества «Кедр» /__/ постановлено выдать государственные акты, удостоверяющие право собственности на землю в границах фактического использования. В числе членов садоводческого товарищества «Кедр», получивших на основании указанного постановления право собственности на земельные участки, в приложении к данному постановлению (обозначено как постановление 28 от 23.02.1993) поименованы Е., И., З. с указанием сведений о размерах участков каждого из них в 0,06 га (600 кв. м) (том дела 1, листы дела56-58, том дела 2, листы дела 41-42).

Земельный участок Е. согласно схеме участков СНТ «Кедр», соответствовал и соответствует участку /__/ товарищества, государственный акт о праве собственности на него выдан Е. за № /__/. Впоследствии по договору купли-продажи от 14.05.1998 данный участок был продан Б., который получил на него свидетельство о праве собственности от 21.05.1998, а с 16.09.2010 право собственности на данный участок принадлежит ФИО2 Впервые участок поставлен на кадастровый учёт 21.05.1998 с присвоением кадастрового номера /__/, по другим данным соответствующий кадастровый номер был присвоен 09.07.2000 (том дела 1, листы дела 8-12, 63-66, 95-102, 222, том дела 2, лист дела 105).

Земельный участок И. согласно схеме участков СНТ «Кедр» соответствовал и соответствует участку /__/ товарищества, государственный акт о праве собственности на него выдан И. за № /__/. С 15.10.2018 данный участок находится в собственности ФИО1 Впервые данный участок поставлен на кадастровый учёт 09.07.2000 с присвоением кадастрового номера /__/ (том дела 1, листы дела 6,7,10-12, 67-70, 95-102, 222, том дела 2, листы дела 22, 57, 58, 105).

Земельный участок З. согласно схеме участков СНТ «Кедр» соответствовал и соответствует участку /__/ товарищества, государственный акт о праве собственности на него выдан З. за № /__/. С 15.10.2018 данный участок находится в собственности ФИО1 Впервые данный участок поставлен на кадастровый учёт 09.07.2000 с присвоением кадастрового номера /__/ (том дела 1, листы дела 78-84, 222, том дела 2, листы дела 21, 105).

Таким образом, на настоящее время ФИО1 является собственником смежных между собой земельных участков, расположенных в /__/ на территории СНТ «Кедр» с кадастровыми номерами /__/ и /__/, а Хиленко является собственником участка с кадастровым номером /__/, смежного с участком ФИО1 с кадастровым номером /__/.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В силу статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях самовольного занятия земельного участка (подпункт 2 пункта 1); действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (подпункт 4 пункта 2).

В соответствии с пунктом 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре (сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений, устранению других земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств).

В силу пункта 1 статьи 64 Земельного кодекса Российской Федерации земельные споры рассматриваются в судебном порядке. В частности, к таким спорам относятся споры смежных землепользователей о границах земельного участка.

В силу статьи 11.1 Земельного кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей до 01.03.2015, земельным участком является часть земной поверхности, границы которой определены в соответствии с федеральными законами.

Согласно статье 6 того же кодекса в редакции, действующей с 01.03.2015, земельный участок как объект права собственности и иных прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

В силу статьи 8 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машиномест, перепланировки помещений (пункт 2).

В силу пунктов 1,8 статьи 22 того же Федерального закона местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части, такое описание излагается в межевом плане- документе, который составлен на основе кадастрового плана соответствующей территории или выписки из Единого государственного реестра недвижимости о соответствующем земельном участке и в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в Единый государственный реестр недвижимости, и указаны сведения об образуемых земельном участке или земельных участках, либо о части или частях земельного участка, либо новые необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения о земельном участке или земельных участках.

Аналогичные правила устанавливались и пунктами 1,7 статьи 38 Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» в редакции, действовавшей до 01.01.2017.

Согласно части 4 статьи 69 Федерального закона Российской Федерации от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», технический учет или государственный учет объектов недвижимости, в том числе осуществленные в установленном законодательством Российской Федерации порядке до дня вступления в силу Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», признаются юридически действительными, и такие объекты считаются ранее учтенными объектами недвижимого имущества.

Приказом Минэкономразвития России от 16.12.2015 №943 утвержден Порядок ведения Единого государственного реестра недвижимости, согласно пункту 23 которого при описании местоположения земельного участка указывается среди прочего список координат (обозначения характерных точек границы земельного участка, описание их закрепления на местности, координаты характерных точек границы (границы контура) земельного участка в метрах с округлением до 0,01 м. и с указанием метода и погрешности определения координат, система координат).

В соответствии с частью 1 статьи 43 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственный кадастровый учет в связи с изменением описания местоположения границ земельного участка и (или) его площади, осуществляется при условии, если такие изменения связаны с уточнением описания местоположения границ земельного участка, о котором сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, не соответствуют установленным на основании настоящего Федерального закона требованиям к описанию местоположения границ земельных участков (далее - уточнение границ земельного участка).

Из приведенных норм следует, что местоположение установленных границ земельного участка может быть уточнено только в определенных случаях, в том числе и в случае отсутствия в ЕГРН сведений о координатах характерных точек границ земельного участка.

Как следует из материалов дела, в ЕГРН содержатся сведения о смежных земельных участках с кадастровыми номерами /__/, /__/ как о ранее учтенных, границы которых в соответствии с требованиями федерального законодательства не установлены, сведения о координатах характерных точек данных участков в ЕГРН отсутствуют.

Данное обстоятельство даёт ФИО2 и ФИО1 основания для уточнения местоположения границ участков в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В силу части 2 статьи 43 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» если при государственном кадастровом учете в связи с уточнением местоположения части границ земельного участка, которая одновременно является общей (смежной) частью границ других земельных участков, и (или) изменением площади земельного участка требуется внесение изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, о смежных с ним земельных участках, орган регистрации прав одновременно с осуществлением государственного кадастрового учета вносит соответствующие изменения в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, о местоположении границ (частей границ) и площади указанных смежных земельных участков. В указанном случае местоположение границ земельных участков считается согласованным только при наличии в акте согласования местоположения границ личных подписей всех заинтересованных лиц или их представителей.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 39 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О кадастровой деятельности» местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию заинтересованными лицами - правообладателями земельных участков, границы которых одновременно служат границами земельного участка, являющегося объектом кадастровых работ; местоположение границ земельных участков подлежит в установленном этим Законом порядке обязательному согласованию с заинтересованными лицами.

В силу части 1 статьи 40 указанного Закона результат согласования местоположения границ оформляется кадастровым инженером в форме акта согласования, являющимся частью межевого плана, который в соответствии с частью 8 статьи 22, пунктом 7 части 2 статьи 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» является основанием для государственного учета уточняемых границ земельных участков.

Согласно части 2 статьи 40 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О кадастровой деятельности» местоположение границ земельного участка считается согласованным при наличии в акте согласования личных подписей всех заинтересованных лиц или их представителей.

Из материалов дела следует и не опровергается лицами, участвующими в деле, что обращаясь в суд с заявленными требованиями, ФИО1 предоставила суду схему расположения земельных участков и обозначением требуемой к установлению смежной границы участков с кадастровыми номерами /__/ и /__/ (том дела 1, листы дела 10-11). В ходе судебного разбирательства по заказу ФИО2 кадастровым инженером Д. 14.03.2019 был составлен межевой план в связи с уточнением местоположения границ земельного участка с кадастровым номером /__/. Акт согласования местоположения спорной границы ФИО1 не подписан (том дела 2, листы дела 74-90).

Таким образом, между сторонами возник спор, предметом которого является установление истинного местоположения смежной границы участков сторон.

При этом по смыслу Федеральный закон от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», регулировавшему порядок установления границ земельного участка и действовавшего в редакции до 01.01.2017, а также по смыслу Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» в редакции, действующей с 01.01.2017, установление в судебном порядке описания границ посредством определения координат характерных точек таких границ не приводит к изменению уникальных характеристик земельного участка, суд не изменяет ни качественных, ни количественных характеристик участка правообладателя, а приводит существующий объем прав в соответствие с действующим земельным законодательством.

Следовательно, требование об установлении границ земельного участка не связано с изменением местоположения границ на местности, а направлено на устранение неопределенности в прохождении границы земельного участка и разрешение спора о принадлежности той или иной его части.

Разрешая возникший спор, суд первой инстанции установил границу между земельными участками с кадастровыми номерами /__/ и /__/ по характерным точкам с координатами, соответствующими существующему на местности забору, огораживающему участок ФИО2, посчитав, что данный забор существует на местности более 15 лет, и он определяет истинную границу участков, установление данной границы прав ФИО1 не нарушает.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о необходимости установить местоположение истинной границы по существующему на местности забору, поскольку он основан на действующем материальном законе, регулирующем спорные правоотношения, и соответствует материалами дела.

В силу части 10 статьи 22 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Ранее, до 01.01.2017 аналогичные положения содержались в части 9 статьи 38 Федерального закона от 24.07.2007 №221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», в редакции, действовавшей до вступления в силу с 01.03.2015 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Данные нормы направлены на индивидуализацию земельного участка как объекта гражданских и земельных отношений, предусматривают при этом необходимые гарантии для защиты имущественных и иных прав участников земельных отношений, которые не имеют документов, подтверждающих местоположение границ земельных участков (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 № 1640-О).

Исследовав представленные сторонами доказательства в их совокупности, судебная коллегия пришла к выводу о том, что документы о предоставлении прав на участки: постановление администрации Богашёвского сельского совета Томского района Томской области от 23.02.1993 № 28а, государственные акты, свидетельства не позволяют установить местоположение границ участков.

Так, положениями пункта 14 Указа Президента Российской Федерации №323 от 27.12.1991 установлено, что земельные участки, выделенные для личного подсобного хозяйства, садоводства, жилищного строительства в сельской местности, передаются в собственность граждан бесплатно. Органам Комитета по земельной реформе и земельным ресурсам Министерства сельского хозяйства РСФСР поручено обеспечить в 1992 году выдачу документов на право собственности на указанные земельные участки.

Также по смыслу статей 113,114 Земельного кодекса РСФСР 1991 года, действующего на момент первоначального возникновения права собственности на спорные земельные участки у Е. и И., отвод земельных участков в натуре, подготовка документов, удостоверяющих право владения и пользования землей, производился в порядке проведения землеустроительных работ.

Инструкцией о порядке выдачи (замены) государственных актов на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования землей, утверждённой Роскомземом 09.03.1992 года, и действовавшей на момент выдачи государственных актов указанным лицам, определен порядок составления, выдачи (замены) и хранения государственных актов.

Данной Инструкцией предписывалось устанавливать границы земельных участков в натуре (на местности) специалистами комитетов по земельной реформе и земельным ресурсам или по их поручению организациями, имеющими право на проведение указанных работ, с участием граждан или представителей собственников земли, землевладельцев или землепользователей, за которыми закрепляются земельные участки, и смежных землепользователей. При определении границ на местности надлежало составлять акт их установления (восстановления), в котором давалось описание положения границ на местности и делалась запись о передаче собственникам земли, землевладельцам и землепользователям межевых знаков под наблюдение за сохранностью и об их ответственности за уничтожение знаков (пункт 2.4 Инструкции).

Чертеж границ составлялся на основании натурных измерений, имеющихся планово - картографических материалов или при наличии планов границ землепользовании, прилагаемых к ранее выданным документам, удостоверяющим право на землю (пункт 2.8 Инструкции).

На чертеже границ надлежало показывать: поворотные точки границ земельного участка, в т.ч. закрепленные в натуре межевыми знаками; линейные объекты (дороги, валы, лесополосы, каналы, другие урочища), элементы гидрографической сети (реки, озера), являющиеся границами закрепляемого участка; границы и номера земельных участков других собственников, владельцев и пользователей, арендаторов, земель запаса, населенных пунктов, расположенных в границах земель, предоставляемых по государственному акту (земли постороннего пользования); границы и номера участков (зон) с особым режимом использования земель; границы земель, предоставляемых в собственность, из них - бесплатно, во владение или пользование; номера поворотных точек, меры линий и румбы внешних границ. В случаях, когда размеры земельных участков устанавливаются по данным натурных обмеров, без определения координат поворотных точек, на чертеже границ показывались только линейные промеры между точками. На чертеже показывались границы всех чересполосных участков (пункт 2.9 Инструкции).

Материалы по выдаче государственного акта формировались в землеустроительное дело, которое хранилось в районном (городском) комитете по земельной реформе и земельным ресурсам или в сельской, поселковой, городской администрации (пункты 2.16,2.17).

Указом Президента Российской Федерации от 09.03.2004 № 314 «О системе и структуре Федеральных органов исполнительной власти» образовано Федеральное агентство кадастра объектов недвижимости, и соответственно структурно е подразделение данного агентства на территории Томской области - Управление Федерального агентства кадастра объектов недвижимости по Томской области (Управление Роснедвижимости). Согласно пункту 5.4.2 постановления Правительства Российской Федерации от 19.08.2004 № 418 «Об утверждении Положения о Федеральном агентстве кадастра объектов недвижимости» Роснедвижимость осуществляло ведение государственного фонда данных.

Согласно Указу Президента Российской Федерации от 25.12.2008 №1847 «О федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии» Роснедвижимость упразднили, передав все его функции Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии.

Изложенное указывает на то, что изначально спорные земельные участки передавались гражданам в собственность в границах фактического землепользования, на что указывает и содержание постановления администрации Богашёвского сельского совета Томского района Томской области № 28а от 23.02.1993. При этом законодателем было предусмотрено, что результаты землеустройства, по итогам которого осуществляюсь описание местоположения границ участков, должны были быть оформлены в виде землеустроительных дел, местом хранения которых в настоящее время определено Управление Росреестра по Томской области.

Из справки Управления Росреестра по Томской области от 18.01.2019 землеустроительные дела на земельные участки с кадастровыми номерами /__/ и /__/ отсутствуют, в связи с чем доводы истца ФИО1 о том, что при первичном предоставлении земельных участков требования о выполнении натурных измерений соблюдались, своего подтверждения не нашли (том дела 2, лист дела 1).

Более того, из анализа описаний земельных участков, внесённых в государственные акты на имя Е., И., З., следует, что при составлении планов участков неверно указаны сведения о смежных землепользователях.

Так, земельный участок Е. за /__/ смежным с участком З. за /__/ никогда не являлся, а граничил по правой меже с участком И. (спорная в настоящее время граница).

Земельный участок И. за /__/ по правой меже граничил с участком Е., а не с участком З., а по правой меже – с участком З., а не с участком Ч. как на то указано в соответствующем государственном акте.

Кроме того, в схемах государственных актов о праве собственности на земельные участки на имя Е., И., З. не обозначено местоположение общей дороги, вдоль которой они располагались и располагаются по одной линии, хотя данная дорога на схеме СНТ «Кедр» обозначена (/__/).

Таким образом, приложенные к государственным актам на имя Е. и И. чертежи границ участков, составленные с нарушением требований действовавшего законодательства, нельзя признать достоверными, объём прав сторон на земельные участки подтверждаются ими лишь декларативно.

Кроме того, участки сторон, а также участок З. изображены в Государственных актах идентичными, в виде прямоугольников с одинаковыми длинами сторон в 20 и 30 метров. Вместе с тем при заключении договора купли-продажи между Б. и Е. 14.05.1998, Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству Томского района 10.05.1998 составлен План участка по результатам натурной съёмки, куда внесены иные значения длин сторон участка Е., не совпадающие в данными государственного акта на его имя (том дела 2, листы дела 51,52).

Таким образом, установить местоположение спорной границы на основании правоустанавливающих документов на земельные участки сторон, возможным не представляется. Документов об образовании данных участков не составлялось.

Также из дела видно, что в дальнейшем процедуру межевания данные участки не проходили, значения координат поворотных точек участков, по которым проходят их границы, не вычислялись, и в ЕГРН до настоящего времени отсутствуют, что указывает на то, что юридически границы участков не устанавливались, и исключает установление факта реестровой ошибки в описании местоположения земельных участков сторон (часть 8 статьи 22, части 3,4 статьи 61 Федерального закона № 218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости»).

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика ФИО2 настаивала на том, что спорная граница, обозначенная на местности забором, существует на местности более 15 лет, поскольку данный забор был установлен предыдущим собственником участка Б. в 2000 году, с чем и согласился суд первой инстанции.

Между тем данная позиция ФИО2 представленными суду доказательствами своего подтверждения не нашла, в связи с чем соответствующие доводы апелляционной жалобы ФИО10 заслуживают внимания.

Так, из плана участка /__/ (принадлежал Е.) садоводческого товарищества «Кедр», составленного по итогам натурных измерений 10.05.1998, в порядке части 4 статьи 18 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» следует, что по общей меже с участком /__/, принадлежащем И., наличие сооружения в виде забора не обозначено (том дела 2, листы дела 51-52).

Свидетели К., К.К. подтвердили, что забор по спорной границе существовал на местности на момент покупки ФИО2 земельного участка у Б. в 2010 году, однако сведений о времени возведения данного забора предыдущим собственником не подтвердили. Свидетель П. также подтвердил наличие с 1999 года вокруг участка ФИО2 изгороди, возведённой со стороны дорог, но не со стороны участка /__/.

Таким образом, ссылка суда первой инстанции на показания указанных лиц как на доказательства существования забора на местности на протяжении 15 лет, необоснованна.

Иных доказательств существования на местности забора между участками сторон на протяжении 15 лет в деле нет. Заключение кадастрового инженера Д., содержащее упоминание о данном факте, таким доказательством по смыслу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является (том дела 2, листы дела 43-44).

В соответствии с частью 2 пункта 7 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации 2001 года (действовавшей на момент приобретения участка ФИО2 и до 01.03.2015) местоположение границ земельного участка и его площадь определяются с учетом фактического землепользования в соответствии с требованиями земельного и градостроительного законодательства. Местоположение границ земельного участка определяется с учетом красных линий, местоположения границ смежных земельных участков (при их наличии), естественных границ земельного участка.

Приведённое положение закона в совокупности с положениями части 10 статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости», а также постановлением администрации Богашёвского сельского совета Томского района от 23.02.1998 № 28а указывают на то, что границы участков сторон следует определять по фактическому землепользованию на момент их первичного предоставления.

При этом, бремя доказывания того, что существующая на настоящий момент на местности смежная граница участков, обозначенная забором, не соответствует фактическому местоположению границ при предоставлении участка правопредшественникам ФИО2, возлагается в соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на ФИО1, как на сторону, опровергающую истинность границы участков, обозначенной данным забором.

Материалами дела, в частности показаниями перечисленных свидетелей подтверждено существование указанного забора на местности в течение длительного периода времени, на протяжении не менее 10 лет, поскольку на момент приобретения ФИО2 участка в собственность данный забор был возведён. Более того, свидетель П. подтвердил суду, что, по крайней мере с 1999 года споров относительно огораживания участка Б., а затем - ФИО2 не возникало.

Соответствующие обстоятельства ФИО1 не опровергнуты, доказательств обратному, в частности тому, что предыдущий собственник участка И. возражала против местоположения спорного забора, отделяющего её участок от участка ФИО2, в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

В ходе разрешения возникшего спора судом первой инстанции назначена и проведена землеустроительная экспертиза, которая выполнена экспертом ООО «ЗемСервис» Д.

По заключению данной экспертизы №12-Э/2019 от 27.09.2019 фактическая граница участков сторон проходящая по забору, определяется по поворотным точке н1 с координатами Х-334401,78, У-4335889,70 и точке н2 с координатами Х-334417,82, У-4335915,22, которые и указаны судом при описании местоположения устанавливаемой границы (том дела 2, листы дела 163-194).

Кроме того, то, что граница, обозначенная в настоящее время на местности забором, является истинной границей участков, подтверждается и выводом эксперта о том, что фактическое местоположение строения - индивидуального жилого дома, расположенного на участке /__/ совпадает со сведениями о местоположении того же дома относительно спорной границы в карточке БТИ учёта строений и сооружений, расположенных на участке /__/, составленной по результатам натурных измерений от 10.05.1998, и зарегистрированных 12.05.1998 (том дела 2, листы дела 51-52, 191-192).

Доводы стороны истца об ошибочности данного заключения подлежат отклонению.

Суд первой инстанции в полном соответствии с требованиями части 3 статьи 67, части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 2, 8, 16, 25, 41 Федерального закона от 31.05. 2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» оценил выполненную судебную экспертизу как объективную и достоверную.

При этом во исполнение разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации т 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» данное экспертное заключение оценено судом в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами, а также с данными суду пояснениями эксперта Д., в результате чего суд пришёл к правильному выводу о том, что заключение соответствует вопросам, поставленным перед экспертом, содержит полные и обоснованные выводы, эксперт имеет соответствующую квалификацию, судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия поддерживает данные выводы, поскольку из содержания заключения следует, что оно основано на материалах дела, на личном осмотре экспертом земельных участков сторон и строения ФИО2 и является полным, эксперт предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Ссылка ФИО1 на фальсификацию данного доказательства подлежит отклонению.

По смыслу статей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, статей 86, 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение может являться заведомо ложным, а понятие фальсификации к нему как к доказательству неприменимо.

Также неубедительна и ссылка апеллянта на то, что заключение эксперта опровергается схемами восстановления границ согласно правоустанавливающим документам, составленным кадастровым инженером ФИО6 05.11.2019 и 06.10.2020, поскольку они представляют собой частное мнение лица, который экспертом не является, об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации не предупреждался, в ходе судебного разбирательства участвовал в деле в качестве представителя ФИО1, что ставит под сомнение объективность указанных документов.

Утверждение ФИО1 о том, что установленная судом граница не совпадает с местоположением забора на местности подлежит отклонению как неподтверждённое доказательствами.

Так, из схемы кадастрового инженера ФИО6 от 06.10.2020 следует, что значения координат при построении в ней линии спорной границы не соответствуют значениям, вычисленным судебным экспертом Д.

Также неубедителен и довод апеллянта о расхождении длин линий участка /__/, принадлежащего ФИО2, обозначенным в плане участка от 10.05.1998 длинам тех же линий, вычисленным с использованием сведений о геоданных границ участка, внесённых в указанный план (том дела 2, лист дела 51). Из указанного плана следует, что ширина участка определена по одной из сторон в 18,7 метров, по другой – в 19, 7 метров, общая площадь участка определена в 600 кв. м. Экспертом Д. длины тех же сторон участка ответчика не определялись, что оправдано тем, что на настоящее время фактическая конфигурация участка /__/ изменена по сравнению с первоначальной, площадь участка составляет не 600 кв. м, а 900 кв.м, в связи с чем соотнести ширину участка, существовавшую на момент владения им Б. с шириной участка, существующего на местности на настоящий момент, возможным не представляется.

Ссылка ФИО1 на каталог координат в системе МСК-70 фактических границ того же участка, вычисленных по геоданным, во внимание не принимается, так как граница участка юридически в соответствии с требованиями действующего законодательства никогда не устанавливалась, и иных доказательств тому, что общая ширина участка по натурным измерениям на местности увеличивалась по сравнению с цифровыми значениями плана участка, составленного 10.05.1998, (не по геоднаным), в деле не имеется (том дела 2, листы дела 43-53).

Между тем экспертом Д. при проведении судебной экспертизы следов переноса забора не обнаружено, что согласуется с показаниями допрошенных свидетелей, а спорная граница участков определена с учётом наличия на участке ФИО2 долговременного ориентира - индивидуального жилого дома, который был обозначен в карточке учёта строений и сооружений, расположенных на участке /__/ от 10.05.1998. Сведений о переносе дома в деле также нет при том, что ФИО2 соответствующий факт категорически отрицала.

Каких-либо долговременных ориентиров на земельном участке ФИО1, граничащем с участком ответчика, нет, также как и отсутствуют сведения о фактическом использовании данного участка, что не позволило эксперту, вопреки доводам апелляционной жалобы установить местоположение границ участка с кадастровым номером /__/ по правоустанавливающим документам.

Судебная коллегия считает несостоятельной и ссылку апеллянта на то, что местоположение спорной границы следует определять с учётом сведений государственного акта № ТО-14-23-000396 о ширине участка И. в 20 метров, которые следует отступить от границы участка с кадастровым номером /__/ (/__/), являющейся общей с границей участка с кадастровым номером /__/ (/__/), поскольку последняя установлена в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Суду представлены землеустроительное дело от 29.01.2008, ООО «Кадастр», кадастровое дело от 09.04.2008, составленные на земельный участок с кадастровым номером /__/, из содержания которых видно, что общая граница указанных участков с кадастровыми номерами /__/ и /__/ установлена и согласована владельцами участков в 2007 году – И. и З., а в 2018 году – ФИО1 как собственницей обоих участков (том дела 1, листы дела 135-178, том дела 2, листы дела 2-19). Местоположение согласованных границ участка ФИО1 с кадастровым номером /__/ определено по координатам поворотных точек (том дела 1, лист дела 150).

Между тем сведения государственного акта № ТО-14-23-000396 в части графического описания земельного участка И., включая длины его сторон, как уже ранее указывалось, нельзя считать достоверными, а значит и пригодными для сравнительного анализа (том дела 2, лист дела 22).

В ходе судебного разбирательства ФИО1 ссылалась на фактическое увеличение площади участка ФИО2 по сравнению с правоустанавливающими документами – /__/ кв. м. фактически вместо /__/ кв. м по документам.

Судебная коллегия отклоняет ссылку на данное обстоятельство, поскольку материалами дела подтверждено и сомнений у судебной коллегии не вызывает, что фактические границы участка ФИО2 с момента его приобретения не менялись, а увеличение фактической площади данного земельного участка произошло за счёт территории, расположенной в противоположной стороне от участка ФИО1 между участком ФИО2 и общей дорогой. Данные обстоятельства следуют из пояснений стороны ответчика, подтверждённых планом участка от 10.05.1998, справкой садоводческого товарищества «Кедр», согласно которым ФИО2, также как и её правопредшественник, с согласия товарищества пользуется прилегающей к участку /__/ территорией, площадь такой прилегающей территории увеличивалась (том дела 1, лист дела 45, том дела 2, лист дела 51).

Следовательно, увеличение фактической площади участка ФИО2 по сравнению со сведениями ЕГРН не может свидетельствовать о захвате ответчиком территории участка истца.

Ссылка ФИО1 на то, что площадь её участка с кадастровым номером /__/ фактически составляет /__/ кв.м по сравнению с внесённым в ЕГРН значением в /__/ кв. м, также неубедительна.

В силу пункта 32.1 статьи 26 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при осуществлении государственного кадастрового учета в связи с уточнением сведений о местоположении границ земельного участка и (или) его площади, допускается изменение значений размера площади участка, внесённых в ЕГРН на иные значения, определённые в соответствии с установленными на основании федеральных законов требований, при условии, что такая площадь будет меньше площади, сведения о которой относительно этого земельного участка содержатся в Едином государственном реестре недвижимости, не более чем на десять процентов.

Таким образом, законодателем допускается расхождение сведений о площади фактически занимаемого земельного участка, выявленное при межевании и постановке на кадастровый учет, по сравнению с правоустанавливающими документами, что согласуется с тем, что уточнение местоположения границ земельного участка связано с изменением их описания, включая и размер площади, вычисляемой по уточнённым границам.

Расхождение фактической площади участка истицы составляет менее 10% от юридического значения, внесённого в ЕГРН, что рассматривается законодателем как допустимое и позволяющее соответствующее значение в ЕГРН. Такое расхождение, вопреки доводам апеллянта о смещении спорной фактической границы участков сторон свидетельствовать в данном деле не может, так как ФИО1 иное местоположение истинной границы участков не доказано.

Таким образом материалами дела нарушений прав ФИО1 в виде захвата со стороны ФИО2 части территории участка с кадастровым номером /__/ не подтверждено, на что верно указал суд первой инстанции.

Следовательно, решение суда об установлении границы по фактическому её прохождению по линии забора, разделяющего участки на местности, об отказе в сносе забора, следует признать законным и обоснованным.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого решения, апелляционные жалобы не содержат.

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, приводились в ходе разбирательства дела, являлись предметом рассмотрения в суде, исследованы судом и подробно изложены в обжалуемом решении. Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется, так как выводы суда первой инстанции полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, спор по существу разрешен верно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 статьи 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Томского районного суда Томской области от 28 ноября 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи: