Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы истца ФИО1 и третьего лица ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 18 октября 2021 года по исковому заявлению ФИО1 к публичному акционерному обществу «БыстроБанк» о возложении обязанности оформить договор банковского вклада, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Питиримовой Г.Ф., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 (далее по тексту - истец) обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «БыстроБанк» (далее по тексту – ответчик, Банк ПАО «БыстроБанк») о возложении обязанности оформить договор банковского вклада, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО1 обратился в ПАО «БыстроБанк» для оформления договора вклада «Доходный плюс» в пользу третьего лица ФИО2

Сотрудник Банка указала, что для открытия вклада в пользу третьего лица необходимо представить оригинал нотариальной доверенности от третьего лица. Без предоставления доверенности ему было отказано в открытии вклада в пользу третьего лица.

Посчитав требования сотрудника Банка неправомерными, 05 марта 2020 года истец написал претензию.

В ответе на претензию Банк не указал, правомерно ли было требование сотрудника в предоставлении доверенности. При обращении истца в Банк сотрудник Банка, кроме предоставления паспорта клиента и доверенности, не требовал иных документов или сведений о третьем лице.

Истец просил обязать ПАО «БыстроБанк» оформить договор банковского вклада «Доходный плюс» на 537 дней, с годовой процентной ставкой 5,5% годовых в пользу третьего лица ФИО2, на условиях, действующих на 05 марта 2020 года; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб.

Протокольным определением от 12 июля 2021 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, была привлечена ФИО2

В судебном заседании истец ФИО1, участие которого обеспечена с использованием системы видеоконференц-связи, исковые требования поддержал в полном объеме. Поддержал письменные пояснения, направленные в адрес суда.

Представитель ответчика ПАО «БыстроБанк», третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО1 к ПАО «БыстроБанк» о возложении обязанности оформить договор банковского вклада, взыскании компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. ФИО1 указывает, что нормы Федерального закона от 07 августа 2001 года №115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» не предусматривают право Банка требовать от клиента предоставить документ, удостоверяющий личность выгодоприобретателя. Учитывая правовую природу вклада в пользу третьего лица (статья 842 ГК РФ) выгодоприобретатель подлежит идентификации не в момент заключения клиентом договора вклада, а в последующем – при вступлении в права по вкладу. Считает, что выводы суда о необходимости идентификации выгодоприобретателя в момент открытия истцом вклада в пользу третьего лица не соответствует нормам законодательства. Сумма вклада должна была быть 10 000 руб., поэтому операция не подлежала обязательному контролю и отсутствовала необходимость идентификации выгодоприобретателя в момент открытия истцом вклада в пользу третьего лица. Считает, что судом не определены юридически значимые обстоятельства, неверно распределено бремя доказывания, имеющимся доказательствам дана неверная оценка, суд применил нормы права, не подлежащие применению.

В апелляционной жалобе третье лицо ФИО2 просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить. Заявитель указывает на отсутствие законодательного требования в идентификации выгодоприобретателя именно в момент заключения договора вклада; при обращении в Банк истца с собственным паспортом и информацией о третьем лице, Банк был обязан открыть вклад в пользу третьего лица.

В возражениях на апелляционные жалобы ПАО «БыстроБанк» выразил несогласие с доводами, изложенными в них.

Истец ФИО1, ответчик ПАО «БыстроБанк», третье лицо ФИО2, будучи надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения жалобы в апелляционном порядке, в судебное заседание не явились, в порядке статей 167, 327 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в их отсутствие.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для его отмены не усматривает.

Судом установлены и подтверждаются материалами дела следующие обстоятельства.

5 марта 2020 года ФИО1 обратился в отделение ПАО «БыстроБанк» с целью оформить договор вклада «Доходный плюс» на срок 537 дней с годовой процентной ставкой 5,5% в пользу конкретного третьего лица – ФИО2

Договор вклада между сторонами спора не заключен.

В связи с отказом сотрудника Банка открыть вклад, 05 марта 2020 года истец обратился с претензией (л.д.7), в которой указал, что сотрудник Банка пояснила, что для открытия вклада в пользу третьего лица необходимо представить оригинал нотариальной доверенности. Истец пояснил сотруднику, что он желает внести вклад на имя определенного третьего лица, но сотрудник Банка потребовал предоставления доверенности от третьего лица. Полагает, что требования сотрудника необоснованны и неправомерны, просит принять меры для открытия вклада.

В ответе на обращение истца № 01-10/659 от 16 марта 2020 года (л.д.21) Банк указал, что 5 марта 2020 года ФИО1 обратился в Банк для оформления вклада «Доходный плюс» с суммой взноса в 10 000 рублей и потребовал открыть вклад в пользу третьего лица. Ссылаясь на положения подпункта 1 пункта 1 статьи 7 ФЗ от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Положение Банка России № 499-П, Инструкцию Банка России № 153-И, а также пункт 4.21 Общих условий размещения срочных вкладов физических лиц в ПАО «БыстроБанк» от 25 октября 2019 года, Банк указал, что открытие вклада в пользу третьего лица в ПАО «БыстроБанк» возможно при условии предоставления в Банк надлежащим образом заверенных копий документов, удостоверяющих личность третьего лица. Банк разъяснил, что при обращении 5 марта 2020 года за открытием вклада в пользу третьего лица истец обязан был предоставить: оригинал своего паспорта и оригинал либо заверенную надлежащим образом копию паспорта лица, в пользу которого будет открываться счет (вклад). При обращении 5 марта 2020 года истцом не был предоставлен паспорт третьего лица (либо его заверенная надлежащим образом копия), операционист не имела возможности осуществить идентификацию, в связи с чем вынуждена был отказать в заключении договора банковского счета/вклада в пользу третьего лица. В связи с чем Банк указывает, что в открытии вклада в пользу третьего лица ФИО1 было отказано правомерно. Банк оказывает услуги по открытию вкладов в пользу третьих лиц, при условии предоставлении нотариальной копии паспорта третьего лица. Банк готов открыть вклад в пользу третьего лица при выполнении вышеназванного условия.

При разрешении возникшего спора, суд руководствовался статьями 1, 421, 445, 834, 842, 846 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), Федеральным законом от 10 июля 2002 года №86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», Федеральным законом от 07 августа 2001 года №115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Положением Центрального Банка России от 15 октября 2015 года №499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Законом Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку истцом не доказан факт наличия при обращении в Банк 5 марта 2020 года документов, необходимых для принятия вклада и открытия счета в пользу третьего лица, для проведения идентификации выгодоприобретателя при его обращении за вкладом Банку недостаточно сведений о его фамилии, имени и отчества, поскольку возможно совпадение указанных персональных данных, следовательно, сотрудник Банка правомерно отказала истцу в заключении договора банковского вклада.

Принимая во внимание, что требования о компенсации морального вреда, являются производными от требования о возложении обязанности заключить договор банковского вклада в пользу третьего лица, в удовлетворении которого суд отказал, то они также не подлежат удовлетворению.

Все вышеуказанные выводы суда первой инстанции судебная коллегия полагает верными, так как они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, соответствуют обстоятельствам дела, подтверждены исследованными доказательствами, оценка которых произведена судом первой инстанции по правилам статей 56, 67 ГПК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 834 ГК РФ по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, признается публичным договором (статьи 426).

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада (пункты 2 и 3 статьи 834 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 842 ГК РФ вклад может быть внесен в банк на имя определенного третьего лица. Если иное не предусмотрено договором банковского вклада, такое лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования, основанного на этих правах, либо выражения им банку иным способом намерения воспользоваться такими правами.

Указание имени гражданина (статья 19) или наименования юридического лица (статья 54), в пользу которого вносится вклад, является существенным условием соответствующего договора банковского вклада.

Банк обязан заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком для открытия счетов данного вида условиях, соответствующих требованиям, предусмотренным законом и установленными в соответствии с ним банковскими правилами.

Банк не вправе отказать в открытии счета, совершение соответствующих операций по которому предусмотрено законом, уставом банка и выданным ему разрешением (лицензией), за исключением случаев, когда такой отказ вызван отсутствием у банка возможности принять на банковское обслуживание либо допускается законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 846 ГК РФ).

Нормы Федерального закона от 07 августа 2001 года N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее по тексту Закон № 115-ФЗ) наделяют кредитные организации публично-правовыми обязанностями по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

В контексте Федерального закона № 115-ФЗ при заключении договора банковского вклада на имя третьего лица, лицо, заключившее соответствующий договор с кредитной организацией и вносящее денежные средства во вклад, будет признаваться клиентом кредитной организации. Следовательно, до момента предъявления третьим лицом, в пользу которого открывался вклад, своих прав на вклад, указанное третье лицо является выгодоприобретателем.

Из положений статьи 3 Федерального закона N 115-ФЗ следует, что понятие "идентификация" включает в себя совокупность мероприятий по установлению определенных настоящим Федеральным законом сведений о клиентах, их представителях, выгодоприобретателях, бенефициарных владельцах и по подтверждению достоверности этих сведений с использованием оригиналов документов и (или) надлежащим образом заверенных копий и (или) государственных и иных информационных систем.

Перечень сведений, подлежащих установлению при проведении кредитной организацией идентификации выгодоприобретателя, установлен подпунктом 1 пункта 1 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ, в соответствии с которым организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны до приема на обслуживание идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, за исключением случаев, установленных пунктами 1.1., 1.2., 1.4-1 и 1.4.-2 настоящей статьи, установив следующие сведения в отношении физических лиц - фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), гражданство, дату рождения, реквизиты документа, удостоверяющего личность, данные миграционной карты, документа, подтверждающего право иностранного гражданина или лица без гражданства на пребывание (проживание) в Российской Федерации, адрес места жительства (регистрации) или места пребывания, идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии), а в случаях, предусмотренных п. 1.11 и 1.12 настоящей статьи, фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), серию и номер документа, удостоверяющего личность, а также иную информацию, позволяющую подтвердить указанные сведения.

Согласно пункту 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, финансирования терроризма и финансирования распространения оружия массового уничтожения разрабатывать правила внутреннего контроля, назначать специальных должностных лиц, ответственных за реализацию правил внутреннего контроля, а также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях.

Как правильно указал, суд первой инстанции в силу статьи 7 Федерального закона от 10 июля 2002 года № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России») Банк России по вопросам, отнесенным к его компетенции настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами, издает в форме указаний, положений и инструкций нормативные акты, обязательные для федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, всех юридических и физических лиц.

Одним из таких нормативных актов является Положение Центрального банка России от 15 октября 2015 года N 499-П "Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма".

Пунктом 1.1. указанного Положения Банка России № 499-П предусмотрено, что кредитная организация обязана до приема на обслуживание идентифицировать, в том числе, физических лиц, которым кредитная организация оказывает услугу на разовой основе либо которых принимает на обслуживание, предполагающее длящийся характер отношений, при осуществлении банковских операций и других сделок, указанных в статье 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности".

К числу лиц, идентификация которых не требуется истец как лицо, открывающее вклад, а также выгодоприобретатель, в интересах которого открывается вклад, в силу пунктов 1.3, 1.4. указанного Положения не отнесен.

Положение Банка России N 499-П является действующим и обязательным для исполнения, в том числе и ответчиком.

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2. Положения Банка России от 15 октября 2015 года N 499-П документы и сведения, на основании которых осуществляется идентификация клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя, бенефициарного владельца, должны быть действительными на дату их предъявления (получения) (пункт 3.1.).

Для целей идентификации в кредитную организацию представляются оригиналы документов или надлежащим образом заверенные копии. Если к идентификации клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя, бенефициарного владельца имеет отношение только часть документа, может быть представлена заверенная выписка из него. В случае представления надлежащим образом заверенных копий документов кредитная организация вправе потребовать представления оригиналов соответствующих документов для ознакомления (пункт 3.2).

В силу пунктов 1.1., 1.2., 1.3., 1.4. п. 1 Приложения N 1 к Положению Банка России № 499-П «Сведения, получаемых в целях идентификации клиентов физических лиц, их представителей, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев» банк обязан установить фамилию, имя и отчество клиента (при наличии последнего), дату и место его рождения, гражданство, а также реквизиты документа, удостоверяющего личность: серия (при наличии) и номер документа, дата выдачи документа, наименование органа, выдавшего документ, и код подразделения (при наличии). В соответствии с законодательством Российской Федерации документами, удостоверяющими личность, являются для граждан Российской Федерации: паспорт гражданина Российской Федерации, паспорт гражданина Российской Федерации, дипломатический паспорт, служебный паспорт, удостоверяющие личность гражданина Российской Федерации за пределами Российской Федерации, свидетельство о рождении гражданина Российской Федерации (для граждан Российской Федерации в возрасте до 14 лет), временное удостоверение личности гражданина Российской Федерации, выдаваемое на период оформления паспорта гражданина Российской Федерации.

Согласно пункту 5.4 статьи 7 Закона от № 115-ФЗ при проведении идентификации клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя, бенефициарного владельца, обновлении информации о них организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе требовать представления клиентом, представителем клиента и получать от клиента, представителя клиента документы, удостоверяющие личность, учредительные документы, документы о государственной регистрации юридического лица (индивидуального предпринимателя), а также иные документы, предусмотренные настоящим Федеральным законом и принимаемыми на его основе нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Банка России.

Аналогичные положения, обязывающие кредитные учреждения идентифицировать клиентов до принятия их на обслуживание, были предусмотрены Инструкцией Банка России от 30 мая 2014 года N 153-И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов», действовавшей до 1 апреля 2022 года.

Так, согласно пункту 1.2. Инструкции Банка России от 30 мая 2014 г. N 153-И основанием открытия счета является заключение договора счета соответствующего вида и представление до открытия счета всех документов и сведений, определенных законодательством Российской Федерации, при условии, что в целях исполнения Федерального закона N 115-ФЗ: проведена идентификация клиента, его представителя, выгодоприобретателя.

Таким образом, по смыслу приведенных правовых норм, законом предусмотрена возможность открытия вклада в пользу третьего лица без личного присутствия лица, в пользу которого вносится вклад, а также без представления соответствующего документа (доверенности, договора поручения), подтверждающего полномочия лица, вносящего вклад, на совершение указанных действий. Однако, до заключения договора банковского вклада банку необходимо располагать сведениями, позволяющими определить как вносителя, размещающего денежные средства во вклад, и с которым заключается соответствующий договор, так и выгодоприобретателя, в пользу которого вклад открывается, для чего в банк необходимо представить оригиналы документов, удостоверяющих личности указанных лиц, либо копии, заверенные в установленном законодательством порядке.

Согласно пункту 4.21 Общих условий размещения срочных вкладов физических лиц в ПАО «БыстроБанк» лицо, заключающее договор вклада в пользу третьего лица, до заключения данного договора вклада должно предоставить Банку надлежащим образом заверенные копии документов, удостоверяющие личность этого третьего лица, а также иные документы и сведения, предусмотренные действующим законодательством.

На основании вышеизложенного, доводы апелляционных жалоб о достаточности представления вкладчиком для заключения договора банковского вклада в пользу третьего лица сведений о фамилии, имени, отчестве и паспортных данных лица, в пользу которого он открывается, а также о возможности идентифицировать выгодоприобретателя в момент его обращения в Банк с заявлением о своих правах по вкладу, являются ошибочными, основанными на неправильном толковании норм материального права.

Из материалов дела следует, что ФИО1 при обращении в Банк имел свой паспорт и указал третье лицо – ФИО2, в пользу которой он намеревался открыть вклад, посчитав это достаточным для осуществления данной финансовой операции.

Однако в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что истцом были представлены предусмотренные вышеуказанными нормативными актами необходимые сведения, позволяющие идентифицировать лицо, в чью пользу истец намерен был открыть вклад.

Обязанность доказать представление надлежащих документов в соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ в данном случае лежала на истце, утверждавшем о надлежащем совершении им действий по внесению вклада, однако, таких доказательств последним представлено не было.

Более того, предъявляя требования о возложении обязанности на Банк оформить договор банковского вклада, истец указывал на то, обстоятельство, что сотрудником Банка ему отказано в оформлении вклада в пользу третьего лица со ссылкой на не предоставление им нотариальной доверенности.

Обращаясь в Банк 5 марта 2021 года с претензией, им также указано, что для открытия вклада в пользу третьего лица сотрудник Банка указал на необходимость представления доверенности от третьего лица.

Однако иных доказательств, предъявления к истцу указанных требований при обращении его в Банк с намерением открыть вклад в пользу третьего лица истцом в нарушение статьи 56 ГПК РФ не представлено. Отказ по мотиву отсутствия доверенности истцом не доказан.

Отказав в удовлетворении основного искового требования, суд обоснованно отказал и в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

Суждения ФИО1 о том, что положения пункта 4.21 Общих условий противоречат требованиям Закона № 115-ФЗ и Положениям ЦБ № 499-П является несостоятельной.

Порядок идентификации выгодоприобретателя, в том числе проверки достоверности представленных сведений, кредитная организация устанавливает самостоятельно в правилах внутреннего контроля с учетом требований ФЗ № 115-ФЗ и Положения № 499.

При этом Закон №115-ФЗ предусматривает обязанность клиента предоставлять кредитным организациям информацию, необходимую им для исполнения требований Закона № 115-ФЗ, включая информацию о своих выгодоприобретателях, учредителях (участниках) и бенефициарных владельцах (пункт 14 статьи 7 Закона № 115-ФЗ).

В данном случае Общими условиями размещения срочных вкладов физических лиц в ПАО «БыстроБанк» на лицо, заключающее договор вклада в пользу третьего лица до заключения договора вклада возложена обязанность по предоставлению надлежащим образом заверенных копий документов, удостоверяющих личность этого третьего лица, а также иных документов в соответствии с действующим законодательством, что не может быть расценено как нарушение ФЗ № 115-ФЗ.

Доводы жалобы о неверном распределении судом бремени доказывания, судебной коллегией отклоняются, поскольку с учетом предмета и основания иска, судья правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение и распределил бремя доказывания между сторонами.

Ссылка в жалобе истца на судебные постановления по другим гражданским делам не может быть принята по внимание судебной коллегией, поскольку в силу положений части 1 статьи 11 ГПК РФ суд обязан разрешить дело на основании нормативно-правовых актов, а в случаях, предусмотренных нормативно-правовыми актами, исходя из обычаев делового оборота. Судебная практика не является формой права и высказанная в ней позиция суда по конкретному делу не является обязательной для применения другими судами при разрешении дел.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не огласил резолютивную часть решения не подтверждаются имеющейся в материалах дела аудиозаписью судебного заседания, а также протоколом судебного заседания. В соответствии со статьей 231 ГПК РФ замечания на протокол судебного заседания судом были рассмотрены и отклонены, о чем было постановлено определение.

Иные доводы жалоб направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Апелляционные жалобы не содержат фактов, которые бы не были проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для разрешения спора, их доводы не опровергают выводов суда по существу спора, направлены на иное, неправильное толкование норм материального права и иную оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами статей 56, 67 ГПК РФ, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут послужить основанием для отмены решения суда.

Разрешая спор, суд верно определил обстоятельства, имеющие значение для дела; обстоятельства, установленные судом, доказаны; выводы суда, изложенные в решении суда, соответствуют обстоятельствам дела; судом верно применены нормы материального права.

Процессуальных нарушений, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, являющихся основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае, судом не допущено.

Решение суда является законным и обоснованным.

Жалобы ФИО1 и ФИО2 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 18 октября 2021 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 20 июня 2022 года.

Председательствующий Питиримова Г.Ф.

Судьи Фролова Ю.В.

Шалагина Л.А.