Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 30 декабря 2021 года по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры, применении последствий недействительности сделок, обязании заключить основной договор купли-продажи и договор переуступки права аренды; встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО1 о расторжении предварительного договора купли-продажи.

Заслушав доклад судьи Морозовой Е.Г. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения истца и ответчика по встречному иску ФИО1, подержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее по тексту ИП ФИО2), с учетом изменения исковых требований, о признании недействительным в силу ничтожности договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от 23 июля 2021 года, признании недействительным в силу ничтожности договора купли-продажи указанной квартиры от 19 октября 2021 года, применении последствий недействительности сделки, аннулировании в Едином государственном реестре недвижимости регистрационной записи о государственной регистрации сделки; возложении обязанности заключить договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, определив ее стоимость в размере 2040000 руб., возложении обязанности заключить договор переуступки права аренды ? доли земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №.

В обоснование исковых требований указал, что спорный объект недвижимости 01 июля 2021 года введен в эксплуатацию, присвоен адрес: <адрес>. Указанная квартира была продана ФИО3, впоследствии ФИО3 продал ее ФИО4 Данные сделки грубо нарушают интересы ФИО1, поскольку изначально им был заключен предварительный договор купли-продажи с ИП ФИО2 о последующем заключении договора купли-продажи в отношении спорного имущества, который так и не был заключен.

ИП ФИО2 обратился со встречным исковым заявлением к ФИО1 о расторжении предварительного договора купли-продажи с задатком от 15 сентября 2020 года, заключенного между ИП ФИО2 и ФИО1

В обоснование встречных исковых требований указал, что 15 сентября 2020 года между ИП ФИО2 и ФИО1 был заключен предварительный договор купли-продажи (с задатком) дома и переуступки права земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> с кадастровым номером №, соглашение о задатке в размере 50000 руб. Впоследствии выяснилось, что на момент заключения предварительного договора купли-продажи (с задатком) от 15 сентября 2020 года на данный объект ранее уже был заключен предварительный договор с иным лицом – покупателем ФИО3, то есть ФИО2 предоставил недостоверные заверения, которые создали неблагоприятные последствия для покупателя ФИО1 После обнаружения данного факта ИП ФИО2 уведомил ФИО1 о расторжении предварительного договора купли-продажи с задатком от 15 сентября 2020 года по почте, однако ФИО1 отказывается признать договор купли-продажи расторгнутым.

Истец и ответчик по встречному иску ФИО1 в суде первой инстанции на уточненных исковых требованиях настаивал, встречные исковые требования не признал.

Представитель ФИО1 – ФИО5 в судебном заседании поддержал правовую позицию ФИО1

Представитель ИП ФИО2, ФИО3 – ФИО6 уточненные исковые требования не признала, на встречных исковых требованиях настаивала по изложенным во встречном иске основаниям.

В судебном заседании третье лицо ФИО7 оставила разрешение требований сторон на усмотрение суда.

Ответчик и истец по встречному иску ИП ФИО2, ответчики ФИО4, ФИО3, третье лицо ФИО8, представитель третьего лица администрации г. Магнитогорска, представители третьих лиц ПАО Сбербанк, Управления Росреестра по Челябинской области в судебное заседание не явились, надлежаще извещены о месте и времени рассмотрения дела.

Суд постановил решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ИП ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительными в силу ничтожности договоров купли-продажи <адрес> от 23 июля 2021 года и от 19 октября 2021 года, применении последствий недействительности сделок, аннулировав в Едином государственном реестре недвижимости регистрационных записей о государственной регистрации, обязании ИП ФИО2 заключить с ФИО1 основной договор купли-продажи <адрес> и договор переуступки права аренды 1/2 доли земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> (кадастровый №) отказал. В удовлетворении встречных исковых требований ИП ФИО2 к ФИО1 о расторжении предварительного договора купли-продажи с задатком от 15 сентября 2020 года, заключенного между ИП ФИО2 и ФИО1, отказал.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, удовлетворить его исковые требования, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы указывает, что спорное имущество фактически было передано в его пользование и владение. Судом первой инстанции не был истребован и изучен материал доследственной проверки по обращению ФИО1 в ОП «Орджоникидзевский» УМВД России по г. Магнитогорску по факту хищения его вещей из спорного объекта недвижимости. Полагает, что ФИО3 и ФИО4 не являются добросовестными приобретателями спорного имущества. ФИО4 не заявлял встречный иск о признании его добросовестным приобретателем спорного имущества. Предварительный договор с ответчиком ФИО3 от 14 января 2020 года является подложным. Судом не разъяснено право заявить ходатайство о назначении технической экспертизы на давность изготовления документа. Полагает, что ИП ФИО2 злоупотребил своим правом, произведя отчуждение спорного объекта недвижимости. ФИО2 были допущены нарушения предварительного договора купли-продажи с задатком от 15 сентября 2020 года. ФИО1 в настоящее время не имеет жилого помещения, принадлежащего ему на праве собственности. Полагает, что суд первой инстанции вынес решение с нарушением правил подсудности.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3 и ФИО4 просят оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу ПАО Сбербанк просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Указывает, что оспариваемые договоры купли-продажи реально исполнены сторонами, прошли государственную регистрацию, повлекли возникновение права собственности, основания для признания договоров купли-продажи от 27 июля 2021 года и от 19 октября 2021 года недействительными отсутствуют. ФИО3 и ФИО4 являются добросовестными приобретателями спорного имущества.

Ответчик и истец по встречному иску ИП ФИО2, ответчики ФИО4, ФИО3, третьи лица ФИО8, ФИО9, представители третьих лиц администрации г. Магнитогорска, ПАО Сбербанк, Управления Росреестра по Челябинской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие. Информация о рассмотрении дела заблаговременно была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет.

Заслушав объяснения ФИО1, подержавшего доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

В соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 29 февраля 2021 года между представителем администрации г. Магнитогорска Челябинской области и ФИО2 заключен договор аренды земельного участка для целей строительства, по которому последнему в аренду передан земельный участок из категории: земли населенных пунктов, площадью 898 кв.м с кадастровым номером № (т. 1 л.д. 120-126).

15 сентября 2020 года между ИП ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи (с задатком), по условиям которого стороны договорились о заключении в последующем договора купли-продажи дома и переуступки права аренды земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, стоимостью 2040000 руб., площадью 400 кв.м, кадастровый №, одноэтажное здание площадью 62 кв.м. По предварительной договоренности между сторонами стоимость объекта составляет 2040000 руб. (т. 1 л.д. 14-16).

Пунктом 3 предварительного договора предусмотрено, что покупатель выплачивает продавцу денежную сумму в форме задатка в размере 50000 руб. при подписании настоящего договора. Оставшуюся сумму в размере 1990000 руб. покупатель обязуется выплатить продавцу в качестве окончательного расчета в день подписания основного договора купли-продажи.

Согласно пункту 6 предварительного договора стороны обязуются заключить основной договор не позднее 15 декабря 2020 года.

Также 15 сентября 2020 года между ФИО1 и ИП ФИО2 было заключено соглашение о задатке, по условиям которого ФИО1 в качестве задатка в подтверждение исполнения обязательств по предварительному договору от 15 сентября 2020 года переданы денежные средства ИП ФИО2 в размере 50000 руб. (т.1 л.д. 17).

15 декабря 2020 года между ИП ФИО2 и ФИО1 было заключено дополнительное соглашение № 1 к предварительному договору купли-продажи от 15 сентября 2020 года, по условиям которого стороны обязуются заключить основной договор не позднее 28 февраля 2021 года (т. 1 л.д. 18).

28 февраля 2021 года между ИП ФИО2 и ФИО1 было заключено дополнительное соглашение к предварительному договору купли-продажи от 15 сентября 2020 года, по условиям которого стороны обязуются заключить основной договор не позднее 31 мая 2021 года (т. 1 л.д. 19).

14 января 2020 года между ИП ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи (с задатком), по условиям которого стороны договорились о заключении в последующем договора купли-продажи дома и переуступки права аренды земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, стоимостью 2090000 руб., площадью 400 кв.м, кадастровый №, одноэтажное здание площадью 62 кв.м. По предварительной договоренности между сторонами стоимость объекта составляет 2090000 руб. Покупатель выплачивает продавцу денежную сумму в форме задатка в размере 50000 руб. при подписании настоящего договора. Оставшуюся сумму в размере 2040000 руб. покупатель обязуется выплатить продавцу в качестве окончательного расчета в день подписания основного договора купли-продажи (пункт 3 предварительного договора). Стороны обязуются заключить основной договор не позднее 30 декабря 2020 года (пункт 6 предварительного договора).

14 января 2020 года между ФИО3 и ИП ФИО2 было заключено соглашение о задатке, по условиям которого ФИО3 в качестве задатка в подтверждение исполнения обязательств по предварительному договору от 14 января 2020 года переданы денежные средства ИП ФИО2 в размере 50000 руб. (т. 2 л.д. 2 оборот).

30 декабря 2020 года между ФИО11, действующей по доверенности за ИП ФИО2, и ФИО3 было заключено дополнительное соглашение № 1 к предварительному договору купли-продажи от 14 января 2020 года, по условиям которого стороны обязуются заключить основной договор не позднее 27 декабря 2021 года (т. 2 л.д. 4).

23 июля 2021 года между ФИО11, действующей по доверенности за ИП ФИО2, и ФИО3 заключен основной договор купли-продажи, по которому ИП ФИО2 продал ФИО3 квартиру общей площадью 62,7 кв.м с кадастровым номером №, находящуюся по адресу: <адрес>, за 3500000 руб. (т.1 л.д. 114-117, т. 2 л.д. 152-153, т. 3 л.д. 51-52).

19 октября 2021 года между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по которому ФИО4 купил жилое помещение по адресу: <адрес>, кв.1 за 3590000 руб. Государственная регистрация права собственности ФИО4 на указанное жилое помещение произведена 20 октября 2021 года (т.2 л.д.7-10, 57-58, т.3 л.д.21-22)

Спорная квартира приобретена ФИО4 в том числе на денежные средства, полученные по кредитному договору от 19 октября 2021 года с ПАО Сбербанк. 20 октября 2021 года зарегистрирована ипотека в силу закона в пользу ПАО Сбербанк (т.2 л.д.7-10,136-142, т.3 л.д.27-33).

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что оснований для признания сделок купли-продажи спорного имущества недействительными не имеется, и пришел к выводу о невозможности понуждения ФИО2 к заключению основного договора купли-продажи имущества, право собственности на которое перешло от ФИО2 к другому лицу.

Выводы суда первой инстанции судебная коллегия находит правильными, поскольку они основаны на установленных в судебном заседании фактических обстоятельствах дела и правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

При этом, как следует из правовых положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока с достоверностью не доказано иное.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 стати 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 « О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности. При этом, исходя из определенной законом презумпции добросовестности поведения участников гражданских правоотношений, факт злоупотребления правом со стороны участников сделки не может быть основан на одних предположениях, а должен быть подтвержден бесспорными допустимыми и относимыми доказательствами по делу.

По данному делу истец ФИО1, оспаривая договоры купли-продажи от 23 июля 2021 года и от 19 октября 2021 года, и указывая на злоупотребление правом со стороны ответчика ФИО2, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства недобросовестности ответчиков, намерения совершить сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения и тем самым причинить имущественный вред истцу.

Оспариваемые договоры заключены сторонами в установленной форме, содержат все существенные условия, характерные для купли-продажи, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке. Таким образом, стороны договоров купли-продажи исполнили условия сделок, достигнув соответствующие им правовые результаты.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Принцип свободы договора, закрепленный в статьях 1 и 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривает предоставление участникам гражданских правоотношений в качестве общего правила возможности по своему усмотрению решать вопрос о вступлении в договорные отношения с другими участниками и определять условия таких отношений, а также заключать договоры, как предусмотренные, так и не предусмотренные законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора (пункт 3 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, если сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса. Требование о понуждении к заключению основного договора может быть заявлено в течение шести месяцев с момента неисполнения обязательства по заключению договора.

В случае возникновения разногласий сторон относительно условий основного договора такие условия определяются в соответствии с решением суда. Основной договор в этом случае считается заключенным с момента вступления в законную силу решения суда или с момента, указанного в решении суда.

В силу пункта 6 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Абзацем 1 пункта 4 статьи 445 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества, суд удовлетворяет иск о государственной регистрации перехода права собственности того лица, во владение которого передано это имущество применительно к статье 398 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иные покупатели вправе требовать возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи продавцом. Если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества и произведена государственная регистрация перехода права собственности за одним из покупателей, другой покупатель вправе требовать от продавца возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи.

В силу статьи 398 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь в собственность, в хозяйственное ведение, в оперативное управление или в возмездное пользование кредитору последний вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передачи ее кредитору на предусмотренных обязательством условиях. Это право отпадает, если вещь уже передана третьему лицу, имеющему право собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления. Если вещь еще не передана, преимущество имеет тот из кредиторов, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить, – тот, кто раньше предъявил иск. Вместо требования передать ему вещь, являющуюся предметом обязательства, кредитор вправе потребовать возмещения убытков.

Таким образом, по смыслу приведенных выше норм законодательства и разъяснений по вопросам их применения, наличие у должника двух или более обязательств перед разными кредиторами по передаче одной и той же индивидуально-определенной вещи не влечет недействительности какого-либо из этих обязательств, а также сделок, на которых они основаны, а влечет лишь предоставление одному из кредиторов преимущественного права требовать исполнения обязательства. Другие кредиторы, обязательства перед которыми вследствие этого оказываются неисполненными, приобретают право требовать возмещения убытков, причиненных неисполнением обязательства.

Также в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

То есть приоритет имеет тот покупатель, за которым произведена государственная регистрация перехода права собственности.

Следовательно, с учетом того, что государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество произведена за ФИО3, право собственности которого в установленном порядке отсутствующим не признано, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о временном пользовании спорным имуществом не свидетельствуют о незаконности решения, поскольку пользование имуществом, право собственности на которое в установленном законом порядке оформлено за другими лицами, само по себе не влечет возникновение у истца каких-либо прав на указанные объекты недвижимости.

Доводы ФИО1 о том, что судом не истребованы из ОП «Орджоникидзевский» УМВД России по г. Магнитогорску материалы проверки по его заявлению по факту хищения его вещей из спорного объекта недвижимости, судебной коллегией отклоняются, поскольку такие материалы проверки не являются относимыми доказательствами, так как не подтверждают юридически значимые обстоятельства, подлежащие установлению по данному делу.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не разъяснил право заявить ходатайство о проведении технической экспертизы на давность изготовления документа, не свидетельствует о том, что судом допущено существенное нарушение норм процессуального права. При этом судебная коллегия учитывает, что в суде апелляционной инстанции ходатайство о проведении судебной экспертизы ФИО1 не заявлялось.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении правил подсудности также подлежат отклонению судебной коллегией.

В соответствии со статьей 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по адресу организации.

Первоначально ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о понуждении к заключению договора в суд по месту жительства ответчика (т.1 л.д.7-13). Судом по иску ФИО1 возбуждено гражданское дело с соблюдением правил подсудности.

В силу части 1 статьи 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело, принятое судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть разрешено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно станет подсудным другому суду, за исключением случаев изменения подсудности, установленной статьями 26 и 27 настоящего Кодекса.

Таким образом, после изменения исковых требований (оспаривание сделок) оснований для передачи дела в другой суд (по месту нахождения недвижимого имущества) не имелось.

Нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении дела судом не допущено, доводов, имеющих правовое значение и влияющих на законность и обоснованность решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая требования закона и установленные судом обстоятельства, суд правильно разрешил возникший спор, оснований для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 30 декабря 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04 мая 2022 года.