Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Сургутского городского суда от 24 марта 2021 года, которым постановлено:

«исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в размере 103 682,00 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в размере 12 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 рублей, расходы по оплате нотариальных услуг в размере 2 500 рублей, расходы на телеграмму в размере 661,50 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 329 рублей».

Заслушав доклад судьи Баранцевой Н.В., объяснения представителя ответчика ФИО2 - ФИО3, полагавшей, что требования удовлетворению не подлежат, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился с требованиями к ответчику о возмещении ущерба в размере 103 682 руб., расходов на проведение независимой оценки в размере 12 000 руб., расходов на телеграмму в размере 661,50 руб., расходов на юридические услуги в размере 25 000 руб., на оформление доверенности в размере 2 500 руб., расходов на оплату госпошлины в размере 4 329 руб.

Требования мотивированы тем, что 25.05.2020 около 10 часов 00 минут на перекрестке ул. 30 лет Победы - Нефтеюганское шоссе в г. Сургуте произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Хендэ Грандер, государственный регистрационный знак (номер), принадлежащего на праве собственности ФИО1 и Тойота Ленд Крузер 200, государственный регистрационный знак (номер), под управлением ФИО2 Виновным в данном дорожно-транспортном происшествии признан ответчик. В соответствии с законом об ОСАГО, истец обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в СПАО «РЕСО-Гарантия», которое признало дорожно-транспортное происшествие страховым случаем и в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, выплатило истцу сумму страхового возмещения в размере 90 900 руб. Посчитав сумму страхового возмещения явно недостаточной для восстановления поврежденного автомобиля, истец обратился за проведением независимой оценки стоимости поврежденного автомобиля к независимому оценщику ООО «ОНИКС». О проведении оценки ответчик был уведомлен надлежащим образом и присутствовал на осмотре транспортного средства истца. За отправку телеграммы ответчику с приглашением на оценку истец уплатил 661,50 руб. За проведение независимой оценки истцом уплачено 12 000 руб. Согласно отчету об оценке ООО «ОНИКС», стоимость восстановительного ремонта автомобиля Хендэ Грандер, государственный регистрационный знак (номер) составляет 234 700 руб. Полагает ответчик обязан возместить истцу разницу между рыночной стоимостью восстановительного ремонта поврежденного автомобиля и выплаченным страховым возмещением в размере: 234 700 - 90 900 = 143 800 руб. Расходы по оплате юридических услуг составили 25 000 руб., стоимость оформления доверенности на представителя составила 2 500 рублей, кроме того, за подачу искового заявления истец уплатил госпошлину в размере 4 329 руб., указанные расходы также подлежат возмещению ответчиком.

Определением суда от 24.03.2021 принят отказ ФИО1 от части требований о взыскании с ответчика ФИО2 материального ущерба в размере 40 118 руб., истец просил взыскать с ответчика 103 682 руб.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании с требованиями не согласился.

Дело рассмотрено судом в отсутствие ответчика ФИО2 в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом постановлено изложенное решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 ставит вопрос об отмене решения суда, и об отказе в удовлетворении требований в полном объёме. В обоснование доводов жалобы указывает, что в выплатном деле страховой компании отсутствуют документы, подтверждающие заключение между истцом и страховой компанией соглашения о выплате страхового возмещения, наличие или отказ истца от направления автомобиля истца на восстановительный ремонт за счет САО «РЕСО-Гарантия», а также предложения СПАО «РЕСО-Гарантия» обратиться в иные станции технического обслуживания, с которыми у нее заключены договоры. Считает, что истец совместно со страховой компанией злоупотребил правом, поскольку заявление на страховую выплату было написано без соглашения, без отказов в выдаче направления на восстановительный ремонт. Указал, что риски гражданско-правовой ответственности ответчика были застрахованы по правилам Закона об ОСАГО, в рамках которого потерпевшему гарантируется страховое возмещение в натуральной форме в пределах лимита ответственности в сумме 400 000 рублей, и добровольное заключение истцом соглашения об изменении формы страхового возмещения на страховую выплату, которой он уменьшил размер страхового возмещения в пределах лимита ответственности страховщика, не образует безусловной обязанности ответчика возместить разницу между такой выплатой и фактическим размером стоимости восстановительного ремонта, который истец имел право получить от страховщика. Также истцом не представлено в материалы дела документы, подтверждающие фактические затраты на ремонт автомобиля.

На указанную апелляционную жалобу в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 325 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возражения не поступили.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 28.09.2021 решение Сургутского городского суда от 24.03.2021 отменено, принято новое об отказе в удовлетворении исковых требований.

На основании определения от 01.03.2022 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле привлечено САО «РЕСО-Гарантия» в качестве третьего лица.

В отзыве на исковое заявление САО «РЕСО-Гарантия» указывают, что истец вправе рассчитывать на возмещение ущерба в полном обьеме в денежной форме.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны, представитель третьего лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном законом порядке, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет».

Заявление представителя истца об обеспечении его участия в судебном заседании путем использования видеоконференц-связи рассмотрено, в удовлетворении отказано ввиду отсутствия технической возможности, при этом его явка в судебное заседание не признана обязательной.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, не сообщили суду о причинах неявки, судебная коллегия определила о рассмотрении дела в отсутствие участвующих в деле лиц.

Одним из оснований для безусловной отмены решения суда, приведенных в ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

В связи с чем, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене, как постановленное с нарушением норм процессуального права.

Разрешая по существу заявленные требования, заслушав объяснения представителя ответчика ФИО3, и исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности - автомобилем, возлагается на юридическое лицо или гражданина, владеющего им на момент совершения дорожно-транспортного происшествия на законном основании.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть на основании ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пункта 1 которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со статьей 931 названного кодекса, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключённым договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Как усматривается из материалов дела, 25.05.2020 на перекрестке ул. 30 лет Победы - Нефтеюганское шоссе в г. Сургуте произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Хендэ Грандер. государственный регистрационный знак (номер), принадлежащего на праве собственности ФИО1 и Тойота Ленд Крузер 200, государственный регистрационный знак (номер), под управлением ФИО2, в результате которого транспортное средство Хендэ Грандер, государственный регистрационный знак (номер), получило механические повреждения (т. 1 л.д. 8-10).

Виновным в данном дорожно-транспортном происшествии признан ФИО2, привлеченный постановлением № (номер) от 25.05.2020 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ, с назначением наказания в виде штрафа в размере 1 000 рублей, в связи с нарушением п. 13.9 ПДД РФ (т. 1 л.д. 8, 9).

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и вина ФИО2 сторонами не оспариваются.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО2 была застрахована в АО «СОГАЗ», истца – в САО «РЕСО-Гарантия» (т. 1 л.д. 85, 87), в которое ФИО1 обратился с заявлением о страховом случае (т. 1 л.д. 88-90).

САО «РЕСО-Гарантия» признало дорожно-транспортное происшествие страховым случаем, выплатив ФИО1 страховое возмещение в размере 90 900 рублей (т. 1 л.д. 83, 84, 85). Размер указанной выплаты обоснован заключением ООО «Авто-Эксперт» от 01.06.2020 (т. 1 л.д. 93-97).

В обоснование доводов о размере ущерба истцом представлено экспертное заключение ООО «ОНИКС» № 100/20 от 19.06.2020, согласно которому, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа деталей составляет 234 700 рублей (т. 1 л.д. 16-46).

При рассмотрении настоящего дела для проверки доводов и возражений сторон, судом по ходатайству ответчика назначена экспертиза по определению размера стоимости восстановительного ремонта автомобиля.

Из экспертного заключения ИП ФИО5 № 20-12-10Ф от 20.12.2020, следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца по среднерыночным ценам на запасные части и работы в ХМАО-Югре без учета износа деталей составляет 194 600 рублей, с учетом износа 100 000 рублей (т. 1 л.д. 113-144).

Проанализировав содержание экспертного заключения от 20.12.2020 судебная коллегия приходит к выводу, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями действующего законодательства, экспертом, обладающим специальными познаниями. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, в связи с чем судебная коллегия полагает заключение эксперта допустимым доказательством, оснований сомневаться в правильности выводов эксперта у судебной коллегии не имеется.

Нарушений действующего законодательства, влекущих недостоверность выводов эксперта, изложенных в вышеназванном заключении, судебная коллегия не усматривает.

Истцом заявлена к возмещению сумма материального ущерба в размере 103 682 рубля, по мотиву, что разница между причиненным ущербом и выплатой страхового возмещения подлежит взысканию с ответчика.

САО «РЕСО-Гарантия» представило информацию об отсутствии в регионе договоров для ремонта HyndaiGrandeur, 2012 года выпуска, поскольку действующие договоры только для транспортных средств не старше 4-х лет (т. 1 л.д. 169).

ФИО2 возражая против иска, ссылается на обязанность страховщика выдать потерпевшему направление на ремонт.

В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 указанной статьи) в соответствии с пунктами 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Вместе с тем в соответствии с подпунктом «е» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено, в частности, в случае выбора потерпевшим возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем 6 пункта 15.2 данной статьи или абзацем 2 пункта 3.1 статьи 15 Закона об ОСАГО.

Согласно абзацу 6 пункта 15.2 статьи 12 данного закона, если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты.

Во 2 абзаце пункта 3.1 статьи 15 Закона об ОСАГО установлено, что при подаче потерпевшим заявления о прямом возмещении убытков в случае отсутствия у страховщика возможности организовать проведение восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на указанной им при заключении договора обязательного страхования станции технического обслуживания потерпевший вправе выбрать возмещение причиненного вреда в форме страховой выплаты или согласиться на проведение восстановительного ремонта на другой предложенной страховщиком станции технического обслуживания, подтвердив свое согласие в письменной форме.

Подпунктом «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО не предусматривает.

В п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31.05.2005 № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 № 1838-0 по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пп. 15, 15.1 и 16 ст. 12 Закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пп. 15, 15.1 и 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения ГК РФ о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пп. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Поскольку в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, обязанность доказать факт злоупотребления потерпевшим права при получении страхового возмещения в денежной форме должна быть возложена на причинителя вреда, выдвигающего такие возражения.

Таких доказательств при рассмотрении дела ответчиком не представлено. По данному делу судом не установлено каких-либо обстоятельств злоупотребления потерпевшим правом при получении страхового возмещения с учетом того, что реализация предусмотренного законом права на получение с согласия страховщика страхового возмещения в форме страховой выплаты сама по себе злоупотреблением правом признана быть не может.

Истец в заявлении на осуществление страховой выплаты от 26.05.2020, представленного страховщику (т. 1 л.д. 88-90), просил произвести выплату в денежной форме, что и было сделано страховщиком.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений.

По смыслу данных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, обязанность доказать неразумность понесенных потерпевшим расходов на устранение последствий причинения вреда должна быть возложена на причинителя вреда. Пока не доказано иное либо иное не будет с очевидностью следовать из обстоятельств дела, затраты потерпевшего на устранение последствий повреждения вреда следует считать разумными и необходимыми.

Аналогичная позиция о том, что размер возмещения вреда может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный способ исправления повреждений, сформулирована Конституционным Судом Российской Федерации применительно к повреждению имущества в Постановлении от 10.03.2017 № 6-П.

Вместе с тем, ответчик не представил суду относимых и допустимых доказательств существования иного более разумного и распространенного в обороте способа исправления полученных автомобилем повреждений.

Учитывая, что истцом заявлено о возмещении фактического ущерба, размер которого превысил выплаченное страховое возмещение, при этом установлено, что страховая компания свои обязательства по договору ОСАГО исполнила в полном объеме путем выплаты потерпевшему страхового возмещения с учетом износа, при этом у САО «РЕСО-Гарантия» отсутствовала реальная возможность в осуществлении ремонта автомобиля потерпевшего, исковые требования о взыскании материального ущерба с причинителя вреда, являются законными и обоснованными.

Определяя размер ущерба, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, без учета износа, судебная коллегия исходит из заключения ИП ФИО5 № 20-12-10Ф от 20.12.2020, согласно которому при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, приняты во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Доказательств того, что транспортное средство истца может быть отремонтировано (восстановлено в техническое состояние, в котором оно находилось до момента дорожно-транспортного происшествия) за меньшую сумму, чем определено экспертом, ответчиком в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд не представлено. Подателем жалобы не доказано, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений автомобиля, и в результате взыскания стоимости ремонта без учёта износа произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счёт лица, причинившего вред.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает и разрешает дело в пределах заявленных истцом требований.

Как следует из материалов дела, истец в суде первой инстанции поддержал исковые требования, в которых просил взыскать с ответчика 103 682 руб., вместо 103 700 руб. (194 600 – 90 900). После перехода судом апелляционной инстанции к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции истцом исковые требования не изменялись, в связи с чем взысканию с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит заявленная сумма – 103 682 рубля.

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, помимо прочего относятся расходы на оплату услуг представителей (абз. 5 ст. 94 названного Кодекса).

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Удовлетворяя заявление ФИО1 о присуждении с ФИО2 судебных расходов, с учетом положений статей 88, 94, 98, 100 ГПК РФ, исследовав представленные доказательства понесенных расходов: на оплату услуг эксперта на сумму 12 000 руб. (кассовый чек 23.06.2020, акт № 100 от 19.06.2020), по оплате услуг нотариуса в размере 2 500 руб. (квитанция к реестру от 16.06.2020, доверенность от 16.06.2020), расходов по оплате юридических услуг на сумму 25 000 руб. (квитанция № 029295 от 16.06.2020, договор на оказание юридических услуг № 637 от 16.06.2020), на отправку телеграммы в сумме 661,50 руб. (чек от 16.06.2020), по оплате государственной пошлины в размере 4 329 рублей (квитанция от 25.06.2020), установив факт несения истцом заявленных к взысканию судебных расходов, судебная коллегия полагает необходимым удовлетворить заявленные требования.

Исследовав представленные доказательства, приняв во внимание результат рассмотрения спора, судебная коллегия с учетом принципа разумности, определила подлежащую взысканию в счет расходов на представителя сумму в размере 25 000 рублей. По мнению суда апелляционной инстанции, указанная сумма отвечает установленному статьей 100 ГПК РФ принципу возмещения расходов в разумных пределах и обеспечивает необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. Такой размер расходов является справедливой компенсацией затрат истца, с учетом характера настоящего спора, а также объема выполненной представителем работы.

Согласно ч. 1 ст. 101 ГПК РФ при отказе истца от иска понесенные им судебные расходы ответчиком не возмещаются. Истец возмещает ответчику издержки, понесенные им в связи с ведением дела. В случае, если истец не поддерживает свои требования вследствие добровольного удовлетворения их ответчиком после предъявления иска, все понесенные истцом по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя, по просьбе истца взыскиваются с ответчика.

Как следует из разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в случаях прекращения производства по делу, оставления заявления без рассмотрения судебные издержки взыскиваются с истца (пункт 25).

Из материалов дела следует, что истец обратился в суд с требованием о возмещении ущерба в размере 143 800 рублей, заявлением от 16.02.2021 (т. 1 л.д. 148) истец просил о взыскании с ответчика ущерба в размере 103 682 рублей, отказавшись от остальной части требования ущерба (что составило 40 118 руб.).

Принимая во внимание, что цена иска составила 103 682 руб. с учетом отказа истца от части исковых требований в части взыскании ущерба в размере 40 118 руб., из изначально заявленных 143 800 рублей, и прекращения производства по делу в указанной части, пропорция судебных расходов, не подлежащих возмещению истцу по правилам ст. 101 ГПК РФ, составит 38%.

Принимая во внимание, что судом удовлетворено в пропорциональном отношении к заявленным истцом требованиям в размере 72%, суд апелляционной инстанции полагает, что в пользу заявителя подлежат взысканию расходы по оплате услуг эксперта в размере 8 640 рублей, по оплате юридических услуг в размере 18 000 рублей, по оплате услуг нотариуса в размере 1 800 рублей, на телеграмму в размере 476 рублей 28 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 116,88 рублей в размере 72% от размера понесенных истцом расходов.

В силу подп. 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, в остальной части уплаченная истцом государственная пошлина (1 212,12 рублей), в связи с прекращением производства по делу в части, подлежит возврату истцу из бюджета.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сургутского городского суда от 24 марта 2021 года отменить, принять новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 ущерб в размере 103 682 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в размере 8 640 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 18 000 рублей, расходы по оплате услуг нотариуса в размере 1 800 рублей, расходы на телеграмму в размере 476 рублей 28 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 116 рублей 88 копеек.

Возвратить ФИО1 государственную пошлину в размере 1 212 рублей 12 копеек, уплаченную на основании квитанции от 25.06.2020.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 01 апреля 2022 года.

Председательствующий Гавриленко Е.В.

Судьи Баранцева Н.В.

Кармацкая Я.В.