Гражданский кодекс часть 1

по иску ФИО4 к ФИО5, правопреемником которой является Администрация города Керчи Республики Крым, ФИО6 и ФИО7 о признании действительными договора купли-продажи от 03 декабря 2009 года и дополнительного договора от 28 ноября 2013 года, признании права собственности, признании недействительным договора купли-продажи от 14 марта 2018 года, третьи лица – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым и Керченский городской отдел Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым,

по встречному иску ФИО5, правопреемником которой является Администрация города Керчи Республики Крым, к ФИО4 о признании несостоявшимися сделок от 03 декабря 2009 года и от 28 ноября 2013 года, отсутствии оснований права требования признания права собственности на жилой дом с надворными постройками и земельный участок, третьи лица – ФИО6, ФИО7, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым и Керченский городской отдел Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым,

по апелляционным жалобам ФИО4 и ФИО8 на решение Керченского городского суда Республики Крым от 24 июля 2020 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 21 ноября 2019 года обратилась в суд с указанным иском и с учётом предоставленных уточнений просила:

признать действительным заключённый по расписке от 03 декабря 2009 года и дополнительной расписке от 28 ноября 2013 года между ФИО4 и ФИО5 договор купли-продажи недостроенного жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>;

признать за ФИО4 право собственности на жилой дом (общей площадью 173,6 кв.м, количество этажей – 3, количество подземных этажей – 1, введённый в эксплуатацию в 2012 году, кадастровый номер №) с надворными постройками и земельный участок (площадью 520 кв.м. с кадастровым номером №, категория земель – земли населённых пунктов, разрешённое использование – индивидуальное жилищное строительство), расположенные по адресу: <адрес>;

признать недействительным заключённый 14 марта 2018 года между ФИО5 и ФИО7 договор купли-продажи жилого дома с надворными постройками и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> /т.1, л.д. 1-4; т.2, л.д. 2-3/.

Заявленные требования ФИО4 обосновывала тем, что 03 декабря 2009 года она фактически приобрела у ФИО5 объекты недвижимого имущества в виде недостроенного жилого дома готовностью 11% и земельного участка, площадью 520 кв.м, по адресу: <адрес>.

В счёт предстоящего заключения договора купли-продажи она передала ФИО5 денежные средства в размере 3 800 долларов США, в подтверждение чего ФИО5 написала расписку и выдала доверенность для приватизации указанного объекта недвижимости.

28 ноября 2013 года ФИО5 написала денежную расписку в подтверждение факта получения денежных средств, в которой отражены все условия предстоящей продажи жилого дома и земельного участка, все существенные условия договора. При этом, расписка была составлена в присутствии ФИО9 (сына истца) и его на тот момент супруги ФИО10 (ныне ФИО6), а также её дочери ФИО7

В последующем ФИО5 без предварительного уведомления истца заключила договор купли-продажи спорного имущества с ФИО7, оформление документов по передаче права собственности на спорное имущество от ФИО5 к ФИО7 осуществляла ФИО6

По данному факту истец обращалась в правоохранительные органы, полагая действия ФИО6 мошенническими.

При рассмотрении дела ФИО5 обратилась в суд с встречным иском, в котором просила:

признать несостоявшейся заключённую по расписке от 03 декабря 2009 года и дополнительной расписке от 28 ноября 2013 года сделку по продаже принадлежащего ей недостроенного жилого дома и земельного участка;

признать отсутствующими у ФИО4 основания требовать признания права собственности на недостроенный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> /т.2, л.д.12-14, 45-46, 229-230/.

Заявленные встречные требования ФИО5 обосновывала тем, что 03 декабря 2009 года ею была написана расписка о продаже ФИО4 спорного объекта недвижимости с недостроенным жилым домом за 3 800 долларов США. При этом указывает, что переданная впоследствии ФИО4 расписка не была удостоверена нотариально и не соответствовала требованиям действующего на тот момент времени законодательства Украины. В этот же день ФИО5 выдала на имя ФИО4 доверенность, предоставляющую ей полномочия приватизировать и продать спорные объекты недвижимого имущества.

28 ноября 2013 года ФИО5 повторно на имя ФИО4 написала расписку, согласно которой она подтверждала, что получила от ФИО4 денежные средства в размере 3 800 долларов США за продажу спорного имущества. Полагает, что данная расписка по своей сути носит характер завещательного распоряжения, поскольку в ней указано, что в случае смерти, наследники не будут иметь право на данное имущество. ФИО5 была также вновь выдана доверенность, которой уполномочивала ФИО4 продать указанный объект недвижимости.

Полагает, что наличие указанных расписок и доверенностей свидетельствует о недостигнутом изначально соглашении между сторонами в отношении всех необходимых условий сделки, неоднократном изменении условий договора, в связи с чем, сделка состоявшейся признана быть не может.

Решением Керченского городского суда Республики Крым от 24 июля 2020 года в удовлетворении иска ФИО4 отказано, встречный иск ФИО5 удовлетворён /т.3, л.д.8-15/.

Признана несостоявшейся заключённая по расписке от 03 декабря 2009 года и дополнительной расписке от 28 ноября 2013 года сделка по продаже принадлежащего ФИО5 недостроенного жилого дома и земельного участка.

Признаны отсутствующими у ФИО4 основания требовать признания права собственности на недостроенный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Не согласившись с данным решением, истец – ФИО4 и лицо, не участвовавшее в деле, – ФИО8 подали апелляционные жалобы, в которых просят решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска ФИО4 и отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО5, ссылаясь на неверное определение обстоятельств по делу, нарушение норм материального, процессуального права /т.3, л.д. 24-31, 41-48/.

В частности, основные доводы жалоб заключаются в том, что ФИО8, права и законные интересы которого затрагиваются принятым решением, не был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица.

Судом первой инстанции не дана надлежащая оценка обстоятельствам и доказательствам полного расчёта по договору купли-продажи недвижимого имущества и его передаче ФИО4, факту возведения ФИО4 за своей счёт трёхэтажного дома на земельном участке, равно как и заявлению ФИО5 о признании иска и последующем отказе от него.

ФИО6, действующей в своих интересах и в интересах ФИО5 и ФИО7, принесены возражения на апелляционные жалобы, в которых она просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, ссылаясь на необоснованность доводов апеллянтов.

ДД.ММ.ГГГГ ответчик (истец по встречному иску) – ФИО5 умерла /т.3, л.д. 107/.

Определением Керченского городского суда Республики Крым от 10 июня 2021 года к участию в деле в качестве ответчиков по первоначальному иску и истцов по встречному иску привлечены правопреемники умершей ФИО5 – сын ФИО, ДД.ММ.ГГГГ, опекуном которого является ФИО11, и дочь – ФИО, ДД.ММ.ГГГГ, законным представителем (отцом) которой является ФИО12 /т.3, л.д. 199-203/.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 22 октября 2021 года отменено определение Керченского городского суда Республики Крым от 10 июня 2021 года, произведена замена стороны – ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ, на Администрацию г. Керчи Республики Крым /т.4, л.д. 79-82/.

ФИО6 в заседании суда апелляционной инстанции просила оставить решение суда первой инстанции без изменений, ссылаясь на необоснованность доводов апеллянтов.

ФИО4 и ФИО8, а также их представитель – адвокат Тишкина А.В., представитель Администрации г. Керчи и ФИО7, представители Госкомрегистра и Керченского городского отдела Госкомрегистра, будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте рассмотрения дела /т.4, л.д. 88-89, 91-106, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, от ФИО7 поступило заявление о рассмотрении дела в её отсутствие /т.4, л.д. 119/, остальные о причинах неявки не сообщили, что с учётом положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку законности и обоснованности решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства, если признает, что они не могли быть представлены стороной в суд первой инстанции; подтверждает указанные в обжалованном решении суда факты и правоотношения или устанавливает новые факты и правоотношения.

Заслушав доклад судьи Онищенко Т.С., выслушав ответчика (третье лицо по встречному иску) – ФИО6, проверив материалы дела, законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу о том, что апелляционная жалоба ФИО4 подлежит частичному удовлетворению, а апелляционная жалоба ФИО8 – оставлению без рассмотрения по существу, по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» №23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции в части разрешения встречных исковых требований ФИО5 о признании отсутствующим у ФИО4 основания права требования признания права собственности на жилой дом с надворными постройками и земельный участок не соответствует изложенным требованиям.

Согласно статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции при принятии решения по встречным исковым требованиям ФИО5 о признании отсутствующим у ФИО4 основания права требования признания права собственности на жилой дом с надворными постройками и земельный участок такие нарушения допустил.

Отказывая в удовлетворении иска ФИО4, суд первой инстанции исходил из необоснованности и недоказанности заявленных требований.

Удовлетворяя встречные исковые требования ФИО5 о признании сделки несостоявшейся, суд первой инстанции исходил из того, что сделка по купли-продаже принадлежащего ФИО5 недостроенного жилого дома и земельного участка по расписке от 03 декабря 2009 года и дополнительной расписке от 28 ноября 2013 года между ФИО5, как продавцом, и ФИО4, как покупателем, не состоялась, т.е. не была заключена, т.к. сторонами в требуемой в надлежащих случаях форме не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям такого договора.

Судебная коллегия соглашается с таким разрешением спора в данной части, поскольку выводы суда мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам и требованиям закона, а доводы апелляционной жалобы ФИО4 их не опровергают и подлежат отклонению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Керченского городского суда АР Крым от 18 декабря 2007 года признан действительным договор купли-продажи незавершённого строительством готовностью 11% жилого дома <адрес>, заключённый 06 ноября 2007 года между ФИО5 с одной стороны и ФИО13 с другой стороны, признано за ФИО5 право собственности на указанное домовладение /т.1, л.д. 200/.

В соответствии с техническим паспортом на усадебный (индивидуальный) жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, по состоянию на 29 ноября 2007 года площадь земельного участка составляла 527 кв.м, на земельном участке были расположены: А - летняя кухня, а - тамбур, Б - сарай, под Б - подвал, Г - уборная, Е - навес, 1, 2, 3, 4, 5, 6 - забор, I - мощения, II - мощения /т.1, л.д. 27-29/.

Из заключения №3188/463/0110 от 26 мая 2010 года о согласовании технической документации Отдела Госкомзема в г. Керчь АР Крым усматривается, что техническая документация по землеустройству по составлению документов, удостоверяющих право собственности на земельный участок ФИО5 для обслуживания жилого дома и хозяйственных построек по <адрес>, разработано на основании заявления ФИО5 от 02 октября 2009 года, условия отвода в собственность, площадь участка 0,0520 га, кадастровый номер земельного участка №, расположение земельного участка в границах <адрес>, информация об имеющихся строениях на земельном участке: технический паспорт на усадебный (индивидуальный) жилой дом по <адрес> от 29 ноября 2007 года № 3014; решение суда от 18 декабря 2007 года. Учётные земельно-кадастровые данные: за счёт земель Керченского городского совета, категория земель - земли жилой и общественной застройки, условия и целевое использования земельного участка - для индивидуального жилищного, гаражного и дачного строительства /т.1, л.д. 20-21/. 19 мая 2010 года утверждено заключение №108/1 начальника управления архитектуры и градостроительства Керченского городского совета, согласно генеральному плану города земельный участок находится в районе жилой застройки, целевое использование земельного участка соответствует действующему генеральному плану.

03 декабря 2009 года ФИО5 выдала расписку, в которой письменно указала, что получила от ФИО4 денежную сумму в размере 3 800 долларов США за фактическую продажу принадлежащего ей недостроенного жилого дома <адрес> /т.1, л.д. 169/.

В этот же день – 03 декабря 2009 года ФИО5 нотариально удостоверенной доверенностью уполномочила ФИО4 приватизировать на её имя земельный участок <адрес>, а также продать вышеуказанный земельный участок на условиях и по цене на своё усмотрение, для чего предоставила право последней быть её представителем во всех предприятиях и организациях г. Керчь, независимо от их подчинённости и форм собственности, срок действия доверенности составляет три года – 03 декабря 2012 года /т.2, л.д. 26/.

15 июня 2010 года решением 58 сессии 5 созыва Керченского городского совета земельный участок площадью 0,0520 га, расположенный по адресу: <адрес> (целевое назначение – для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных строений и сооружений), передан в собственность ФИО5.

25 февраля 2011 года на основании указанного решения органа местного самоуправления отделом Госкомзема в г. Керчи выдан Государственный акт, подтверждающий право собственности ФИО5 на земельный участок площадью 0,0520 га, расположенный по адресу: <адрес> (целевое назначение – для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных строений и сооружений), кадастровый номер № /т.1, л.д. 222/.

28 ноября 2013 года ФИО5 выдала расписку, в которой письменно дополнительно подтвердила факт получения 03 декабря 2009 года от ФИО4 денежной суммы в размере 3 800 долларов США за фактическую продажу принадлежащего ей недостроенного жилого дома и земельного участка <адрес> /т.1, л.д. 171/.

В этот же день – 28 ноября 2013 года ФИО5 нотариально удостоверенной доверенностью уполномочила ФИО4 быть её представителем в государственных, общественных, хозяйственных и иных предприятиях, учреждениях и организациях независимо от их подчинённости, форм собственности для разрешения вопросов, которые её касаются, как собственника жилого дома с надворными строениями и сооружениями, расположенными по адресу: <адрес>. Продать за цену и на условиях по своему усмотрению, принадлежащий ей жилой дом с надворными строениями и сооружениями, расположенный по адресу: г. <адрес>, срок действия доверенности составляет 3 года с правом передоверия, и действительна до 28 ноября 2016 года /т.2, л.д. 66/.

Статьями 125, 131-132 Земельного кодекса Украины устанавливалось, что право собственности на земельный участок возникает с момента государственной регистрации этих прав.

Граждане и юридические лица Украины имеют право приобретать в собственность земельные участки на основании мены, ренты, дарения, наследования и других гражданско-правовых сделок. Заключение таких соглашений осуществляется в соответствии с Гражданским кодексом Украины с учётом требований настоящего Кодекса.

Соглашение о переходе права собственности на земельный участок подлежит нотариальному удостоверению и государственной регистрации.

Положениями Гражданского кодекса Украины предусматривалось, что что сделкой является действие лица, направленное на приобретение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 202).

Сделка должна совершаться в форме, установленной законом (статья 203).

Сделка, совершенная в письменной форме, подлежит нотариальному удостоверению лишь в случаях, установленных законом или договорённостью сторон (статья 209).

Сделка подлежит государственной регистрации только в случаях, установленных законом. Такая сделка является заключённой с момента его государственной регистрации (статья 210).

В случае несоблюдения сторонами требования закона о нотариальном удостоверении договора такой договор является ничтожным. Если стороны договорились относительно всех существенных условий договора, что подтверждается письменными доказательствами, и произошло полное или частичное выполнение договора, но одна из сторон уклонилась от его нотариального удостоверения, суд может признать такой договор действительным. В этом случае следующее нотариальное удостоверение договора не требуется (статья 220).

Право собственности у приобретателя имущества по договору возникает с момента передачи имущества, если иное не установлено договором или законом. Если договор об отчуждении имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации (статьи 334).

Договор является заключённым, если стороны в надлежащей форме достигли согласия по всем существенным условиям договора (статья 638).

Договор, который подлежит нотариальному удостоверению или государственной регистрации, является заключённым с момента его нотариального удостоверения или государственной регистрации, а в случае необходимости и нотариального удостоверения, и государственной регистрации – с момента государственной регистрации (статья 640).

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) передаёт или обязуется передать имущество (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель принимает или обязуется принять имущество (товар) и уплатить за него определённую денежную сумму (статья 655).

Договор купли-продажи земельного участка, жилого дома (квартиры) заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению и государственной регистрации (статья 657).

Как следует из вышеупомянутых правовых норм, действительным мог быть признан только заключённый договор.

Правила статьи 220 Гражданского кодекса Украины не распространялись на сделки, подлежащие нотариальному удостоверению и государственной регистрации, поскольку момент совершения (заключения) такой сделки (в соответствии со статьями 210, 640 Гражданского кодекса Украины) связывался не только с нотариальным удостоверением, но и с государственной регистрацией, поэтому такие договоры расценивались, как незаключённые, и не порождали правовых последствий для сторон.

Таким образом, в соответствии с законодательством, которое действовало на момент написания ФИО5 расписок (03 декабря 2009 года и 28 ноября 2013 года), договор купли-продажи жилого дома и/или земельного участка подлежал заключению в письменной форме, с обязательным его нотариальным удостоверением и государственной регистрацией. При этом, такой договор считался заключённым не с момента его подписания и нотариального удостоверения, а с момента государственной регистрации.

Доказательств того, что до 18 марта 2014 года ФИО4 и ФИО5 в письменной форме заключили нотариально удостоверенный договор купли-продажи недостроенного жилого дома и земельного участка, расположенных <адрес>, в отношении которого была осуществлена обязательная государственная регистрация, не предоставлено и материалы дела не содержат.

Предоставленные расписки не являются таким договором, поскольку не содержат всех существенных условий (наименование помещений, строений и т.п., входящих в состав домовладения, их площадь, размер земельного участка и его характеристики), а подтверждают лишь факт признания ФИО5 получения денежных средств от ФИО4, нотариально не удостоверены и государственная регистрация соответствующей сделки между данными лицами не была осуществлена в порядке, предусмотренном действующим на тот момент законодательством.

Предоставленные доверенности также таким договором не являются, т.к. по своей сути являются договором на представительство, что совершенно не идентично договору купли-продажи.

При этом, указанные расписки и доверенности в соответствии с гражданским законодательством Украины не являлись предварительным договором, поскольку в силу статьи 635 Гражданского кодекса Украины предварительный договор подлежал заключению в форме, установленной для основного договора (в данном случае в письменной форме, с обязательным нотариальным удостоверением и государственной регистрацией).

При таких обстоятельствах, по состоянию на 18 марта 2014 года ФИО5 являлась законным собственником (право которого было зарегистрировано в установленном законом порядке), как жилого дома, так и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.

18 марта 2014 года Российская Федерация и Республика Крым заключили Договор о принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов, который был ратифицирован 21 марта 2014 года.

В силу статьи 23 Федерального конституционного закона от 21 марта 2014 года №6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя», законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации действуют на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным конституционным законом.

Положениями Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1 статьи 420).

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключённого договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключённых договоров (статья 422).

Договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (статья 432).

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определённую денежную сумму (цену) (статья 454).

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (пункт 1 статьи 549).

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путём составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечёт его недействительность (статья 550).

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (пункт 1 статьи 551).

Доказательств того, что после 18 марта 2014 года ФИО4 и ФИО5 в соответствии с требованиями российского законодательства в письменной форме заключили договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных <адрес>, в котором согласовали все существенные условия (наименование помещений, строений и т.п., входящих в состав домовладения, их площадь, размер земельного участка и его характеристики, кадастровые номера объектов недвижимости и т.д.), не предоставлено и материалы дела не содержат.

Доверенность, выданная ФИО5 28 ноября 2013 года на имя ФИО4 с правом продажи жилого дома с надворными строениями и сооружениями, расположенного по адресу: <адрес> утратила своё действие 28 ноября 2016 года.

Иной доверенности с правом продажи жилого дома с надворными строениями и сооружениями, а также земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, ФИО5 после 28 ноября 2016 года на имя ФИО4 не выдавала.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 о признании действительным заключённого по расписке от 03 декабря 2009 года и дополнительной расписке от 28 ноября 2013 года между ФИО4 и ФИО5 договора купли-продажи недостроенного жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, и удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 о признании сделки несостоявшейся, поскольку, как уже указывалось, во-первых, ФИО4 и ФИО5 в соответствии с требованиями, как украинского, так и российского, законодательства в письменной форме не заключали договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных <адрес>, в котором бы согласовали все существенные условия такой сделки (наименование помещений, строений и т.п., входящих в состав домовладения, их площадь, размер земельного участка и его характеристики, кадастровые номера объектов недвижимости и т.д.), а во-вторых, указанные расписки не являются таким договором, поскольку не содержат всех существенных условий, а подтверждают лишь факт признания ФИО5 получения денежных средств от ФИО4, при этом, с учётом даты их выдачи, нотариально они не удостоверены и государственная регистрация соответствующей сделки между данными лицами не была осуществлена в порядке, предусмотренном действующим на тот момент законодательством.

Доводы ФИО4 о фактическом приобретении у ФИО5 указанных объектов недвижимости являются необоснованными, поскольку действующее, как на 2009 год, так и на 2013 год, законодательство не предусматривало заключение в устной форме договора купли-продажи жилого дома и/или земельного участка, и возникновение права собственности у лица, приобрётшего такое недвижимое имущество по расписке, без заключения нотариально удостоверенного договора и последующей государственной регистрации.

Ссылка ФИО4 на решение Керченского городского суда от 18 декабря 2007 года, которым была признана действительной сделка, заключённая между ФИО5 и ФИО13, является несостоятельной, т.к. данное решение суда не является предметом настоящего апелляционного пересмотра, право собственности ФИО5, возникшее на основании указанного судебного постановления, никем не оспаривается, в связи с чем у судебной коллегии отсутствуют правовые основания давать оценку законности и обоснованности этого решения суда. При этом, решение Керченского городского суда от 18 декабря 2007 года не является преюдицией по настоящему делу.

Кроме этого, доводы ФИО4 о том, что сделку, которая подлежит нотариальному удостоверению и государственной регистрации, украинское законодательство, которое действовало на момент написания ФИО5 расписок, позволяло признать суду действительной, противоречат, как вышеприведённым положениям Гражданского кодекса Украины, так и разъяснениями, данным Верховным Судом Украины в пункте 13 постановления Пленума «О судебной практике рассмотрения гражданских дел о признании сделок недействительными» №9 от 06 ноября 2009 года, согласно которым, разрешая спор о признании сделки, которая подлежит нотариальному удостоверению, действительной, судам необходимо учитывать, что нормы части 2 статьи 220 Гражданского кодекса Украины не применяются к сделкам, которые подлежат и нотариальному удостоверению, и государственной регистрации, поскольку момент совершения таких сделок в соответствии со статьями 210, 640 Гражданского кодекса Украины связывается с их государственной регистрацией, а потому они не являются заключёнными и не порождают прав и обязанностей для сторон.

22 декабря 2016 года ФИО5 выдала нотариально удостоверенную доверенность сроком на 3 года на имя ФИО6, которой уполномочила последнюю продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащий ей жилой дом с хозяйственными строениями и сооружениями, расположенный по адресу: <адрес> /т.1, л.д. 104/.

Также, 22 декабря 2016 года ФИО5 выдала нотариально удостоверенную доверенность сроком на 3 года на имя ФИО6, которой уполномочила последнюю продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащий ей земельный участок площадью 520 кв.м, расположенный по адресу: <адрес> /т.1, л.д. 138/.

28 августа 2017 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО5 на земельный участок (индивидуальное жилищное строительство) площадью 520+/-7,98 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый номер № /т.1 л.д. 223/.

31 августа 2017 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО5 на жилой дом (лит. Ж; количество этажей – 3, в т.ч. подземных – 1) площадью 173,6 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый номер № /т.1 л.д. 212/.

01 марта 2018 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО5 на нежилое здание (лит. А,а – летняя кухня; количество этажей –1) площадью 24,3 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, кадастровый номер № /т.1 л.д. 215/.

14 марта 2018 года ФИО6, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности от 22 декабря 2016 года от имени ФИО5, как продавец, и ФИО7, как покупатель, в письменной форме заключили договор купли-продажи жилого дома с надворными постройками и земельного участка /т.1, л.д. 106/.

В соответствии с условиями указанного договора, продавец продал, а покупатель купил жилой дом лит. Ж (площадью 173,6 кв.м, кадастровый номер №), летнюю кухню лит. А,а (площадью 24,3 кв.м, кадастровый номер №) и земельный участок (площадью 520 кв.м, кадастровый номер №), расположенные по адресу: <адрес>.

23 марта 2018 года на основании указанного договора купли-продажи произведена государственная регистрация перехода права собственности от ФИО5 к ФИО7 на жилой дом лит. Ж (площадью 173,6 кв.м, кадастровый номер №), летнюю кухню лит. А,а (площадью 24,3 кв.м, кадастровый номер №) и земельный участок (площадью 520 кв.м, кадастровый номер №), расположенные по адресу: <адрес> /т.3, л.д. 144/.

Таким образом, как на момент обращения ФИО4 в суд к ФИО5, так и в настоящее время, произведена государственная регистрация перехода права собственности на спорные жилой дом и земельный участок по договору купли-продажи от 14 марта 2018 года за ФИО7

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 61 постановления Пленума «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» №10/22 от 29 апреля 2010 года указал, что если продавец заключил несколько договоров купли-продажи в отношении одного и того же недвижимого имущества и произведена государственная регистрация перехода права собственности за одним из покупателей, другой покупатель вправе требовать от продавца возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи.

При таких обстоятельствах, удовлетворение исковых требований ФИО4 о признании действительным заключённого по расписке от 03 декабря 2009 года и дополнительной расписке от 28 ноября 2013 года между ФИО4 и ФИО5 договора купли-продажи недостроенного жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, не влечёт за собой последующего возникновения у ФИО4 права собственности на указанные объекты недвижимости, т.к. в данном случае произведена государственная регистрация перехода права собственности на спорные жилой дом и земельный участок по договору купли-продажи от 14 марта 2018 года за ФИО7, в связи с чем ФИО4 не вправе оспаривать договор купли-продажи от 14 марта 2018 года, а могла требовать от ФИО5, как от продавца, возмещения убытков, вызванных неисполнением договора купли-продажи по вышеперечисленным распискам.

Доводы ФИО4 о том, что ФИО6 по доверенностям от 22 декабря 2016 года должна была именно ей продать спорные жилой дом и земельный участок ничем не подтверждены. В частности, доверенности, выданные на имя ФИО6, не содержат указаний о том, что ФИО5 уполномочила последнюю продать принадлежащее ей недвижимое имущество конкретному лицу, в данном случае ФИО4 Напротив, как следует их этих доверенностей, ФИО5, имея намерение на отчуждение спорной недвижимости, предоставила ФИО6 право продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащие ей жилой дом и земельный участок. В доверенностях прописано, что ФИО6 вправе для этого представлять и получать необходимые документы во всех организациях и учреждениях. Кроме того, ФИО5 наделила ФИО6 полномочиями получать дубликаты правоустанавливающих документов, подписать договор купли-продажи и передаточный акт, получать следуемые ей (ФИО5) деньги, делать от имени доверителя заявления, расписываться за неё и совершать все действия, связанные с выполнением этого поручения.

ФИО6 сделок от имени ФИО5 в отношении себя лично не совершала. Сделка по отчуждению спорных объектов недвижимости была совершена ФИО6 в отношении ФИО7, пусть даже последняя и является её дочерью, однако это никак не противоречит, как гражданскому, так и семейному законодательству.

Доводы ФИО4 о том, что она доверяла ФИО6, как члену своей семьи, а последняя её обманула, также ничем не подтверждены. При этом, судебная коллегия обращает внимание на то, что доверенности ФИО5 выдала на имя ФИО6 22 декабря 2016 года, а брак между ФИО9 (сыном ФИО4) и ФИО14 был прекращён ещё 24 октября 2014 года, т.е. ФИО6 по состоянию на 2016 год членом семьи истца не являлась.

Также, судебная коллегия не может принять доводы ФИО4 о том, что она за свой счёт возвела трёхэтажный жилой дом на земельном участке по адресу: <адрес>, по следующим основаниям.

Земельный участок, на котором, как утверждает ФИО4, она построила жилой дом, принадлежал на праве собственности ФИО5

Каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что ФИО4 заключила с ФИО5 в надлежащей форме соглашение, в соответствии с которым, ФИО5 разрешила ФИО4 построить на принадлежащем ей (ФИО5) земельном участке жилой дом и согласилась с тем, что право собственности на этот построенный жилой дом (в полном объёме или в доле) возникнет именно у ФИО4, а не у собственника земельного участка, не предоставлено и материалы дела не содержат.

Как следует из положений пункта 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка.

В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему её лицу расходы на постройку в размере, определённом судом.

Таким образом, поскольку ФИО5 в 2017 году оформила за собой право собственности на жилой дом (лит. Ж; количество этажей – 3, в т.ч. подземных – 1) площадью 173,6 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый номер №, то ФИО4, как лицо, считающее, что этот дом был построен ею, вправе требовать от ФИО5 (а после её смерти от правопреемников, но в пределах стоимости наследственного имущества) возмещения расходов, понесённых при возведении этой постройки, в размере, определённом судом.

При этом, судебная коллегия не оценивает документы, предоставленные сторонами в подтверждение того, кем именно был построен жилой дом по <адрес> (ФИО4, или ФИО9 и его женой – ФИО14, поскольку они не относятся к спору (исходя из оснований и предмета заявленных требований), и как следствие, к предмету доказывания по данному делу.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что ФИО4, не оформляя на протяжении длительного времени с ФИО5 в установленном законом порядке сделку по отчуждению спорного недвижимого имущества (при отсутствии доказательств того, что ФИО4 обращалась к ФИО5 с требованием явиться до 18 марта 2014 года к нотариусу, а после 18 марта 2014 года – в Госкомрегистр, для заключения и надлежащего оформления договора, а ФИО5 уклонялась от нотариального удостоверения сделки и/или от государственной регистрации перехода права собственности), приняла на себя все возможные риски, в т.ч. наступление негативных последствий в виде отчуждения ФИО5 этого имущества другому лицу, что свидетельствует о не проявлении ФИО4 должной разумности и осмотрительности, которая ожидается от неё законодателем, как от участника гражданских правоотношений, и не позволяет извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

Доводы ФИО4 о несогласии с произведённой судом оценкой доказательств, отклоняются судебной коллегией как необоснованные, поскольку представленные в материалы дела доказательства оценены судом в соответствии со статьями 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 года №566-О-О, от 18 декабря 2007 года №888-О-О, от 15 июля 2008 года №465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведённых положений закона следует, что суд первой инстанции оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из содержания обжалуемого решения следует, что правила оценки доказательств судом первой инстанции соблюдены.

Несовпадение результата оценки доказательств суда с мнением заявителей жалоб обстоятельством, влекущим отмену решения, не является.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, судом первой инстанции при разрешении спора по иску ФИО4 и встречных исковых требований ФИО5 о признании сделки несостоявшейся определены правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы жалобы ФИО4 по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность вынесенного решения в указанной части.

Учитывая обстоятельства, установленные судебной коллегией в ходе проверки законности и обоснованности обжалуемого судебного постановления, оснований к его отмене в части отказа в удовлетворении иска ФИО4 и в части удовлетворения встречных исковых требований ФИО5 о признании сделки несостоявшейся не имеется.

Удовлетворяя встречные исковые требований ФИО5 о признании отсутствующими у ФИО4 основания требовать признания права собственности на недостроенный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы ФИО4 в данной части разрешения спора и считает, что указанные выводы суда сделаны с нарушением норм материального и процессуального права, исходя из следующего.

Статьёй 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Статьёй 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено право на обращение в суд. В частности, данной процессуальной нормой предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Способы защиты гражданских прав предусмотрены статьёй 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Такого способа защиты, как признание у лица отсутствующим основания требовать признания права собственности в судебном порядке, действующим законодательством не предусмотрено. Кроме этого, фактически данные встречные исковые требования направлены на лишение ФИО4 гарантированного Конституцией Российской Федерации и предоставленного Гражданским процессуальным кодекса Российской Федерации права на обращение в суд, что является недопустимым.

ФИО4, как любое другое лицо, в случае если считает, что её право или охраняемый законном интерес нарушены, вправе обратиться в суд с соответствующим иском. При этом, обоснованность или необоснованность таких требований является основанием для удовлетворения или отказа в удовлетворении предъявленного иска соответственно.

При таких обстоятельствах, правовые основания для удовлетворения встречного иска в указанной части у суда первой инстанции отсутствовали, в связи с чем решение суда в данной части подлежит отмене с принятием нового – об отказе в удовлетворении встречных исковых требований о признании отсутствующими у ФИО4 основания требовать признания права собственности на недостроенный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Согласно части 3 статьи 320 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу вправе подать лица, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и обязанностях которых был разрешён судом.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» №16 от 22 июня 2021 года, лица, не привлечённые к участию в деле, вправе обжаловать в апелляционном порядке решение суда первой инстанции в случае, если данным решением разрешён вопрос об их правах и обязанностях, то есть они лишаются прав, ограничиваются в правах, наделяются правами и (или) на них возлагаются обязанности. При этом, такие лица не обязательно должны быть указаны в мотивировочной и (или) резолютивной частях судебного постановления.

По смыслу части 3 статьи 320, пунктов 2 и 4 части 1 статьи 322 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба, поданная лицом, не привлечённым к участию в деле, должна содержать обоснование нарушения его прав и (или) возложения на него обязанностей обжалуемым решением суда.

Оценив доводы апелляционной жалобы лица, не участвующего в деле, и содержание оспариваемого им судебного акта, судебная коллегия не находит оснований к рассмотрению жалобы по существу, поскольку вынесенным решением не разрешался вопрос об правах и обязанностях ФИО8, то есть он не лишался прав, не ограничивался в правах, не надеялся правами и (или) на него не возлагались обязанности.

В частности, право собственности у ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, в установленном законом порядке не возникало, в связи с чем ФИО8, как супруг ФИО4, таким правом не обладал.

Какой-либо договор относительно купли-продажи указанных объектов недвижимости между ФИО5 и ФИО4 в требуемом законом форме не заключался, ФИО8 также в договорных правоотношениях с ФИО5 не состоял.

Тот факт, что в период брака жена ФИО8 – ФИО4 распорядилась их общими денежными средствами, заплатив ФИО5 3 800 долларов США, а ФИО5 должна была продать принадлежащий ей недостроенный жилой дом <адрес>, однако соответствующий договор так и не заключён, сам по себе не свидетельствует о возникновении ФИО8 каких-либо законных прав и наличии охраняемого законом интереса на данный объект недвижимости.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04 апреля 2009 года по делу №99-О указал, что режим совместной собственности предусматривает не только распоряжение имуществом по согласию супругов, которое предполагается независимо от того, кем совершается сделка, но также их согласованные действия по защите прав на него, как по требованиям, предъявляемым к супругам в отношении такого имущества, так и по их требованиям к другим лицам (пункты 1 и 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, статьи 253 и 256 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из законного режима совместной собственности супругов и солидарного характера их прав и обязанностей следует, что обусловленные общим имуществом права могут защищаться, в том числе в судебном порядке, их совместными действиями или - по согласию между ними - только одним из них.

Данное гражданское дело находилось в производстве суда более 8 месяцев и на протяжении этого времени все судебные повестки и извещения направлялись по адресу жительства супругов М-вых, при этом ФИО8 знал о наличии спора, однако заявлений о его участии при рассмотрении дела в суд не поступало.

Исходя из того, что на протяжении длительного времени ФИО4 единолично осуществляла защиту совместных денежных средств супругов, уплаченных ею ФИО5, о чём ФИО8 знал (мог знать и/или должен был знать), судебная коллегия приходит к выводу, что он возложил данную обязанность на свою жену – ФИО4, на которую ФИО5 дважды оформляла доверенности, что не противоречит действующему законодательству.

Решение суда по данному делу не затрагивает охраняемых законом прав и интересов заявителя, поскольку вопрос об его правах и обязанностях не разрешался.

При таких обстоятельствах, обжалуемым решением суда не нарушены права ФИО8 и не возложены на него какие-либо обязанности.

Остальные доводы его жалобы, учитывая вышеизложенное, не имеют правового значения.

Согласно абзацу 4 пункта 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» №16 от 22 июня 2021 года, если при рассмотрении апелляционной жалобы лица, непривлечённого к участию в деле, будет установлено, что обжалуемымсудебным постановлением не разрешён вопрос о правах и обязанностях этого лица, суд апелляционной инстанции на основании части 4 статьи 1 и пункта 4 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выносит определение об оставленииапелляционной жалобы без рассмотрения по существу.

Поскольку состоявшимся решением Керченского городского суда Республики Крым от 24 июля 2020 года не разрешался вопрос о правах и обязанностях ФИО8, то судебная коллегия считает необходимым оставить его апелляционную жалобу без рассмотрения по существу.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, -

ОПРЕДЕЛИЛА:

Апелляционную жалобу ФИО4 удовлетворить частично.

Решение Керченского городского суда Республики Крым от 24 июля 2020 года отменить в части удовлетворения встречных исковых требований ФИО5, правопреемником которой является Администрация города Керчи Республики Крым, о признании отсутствующим у ФИО4 основания требовать признания права собственности на недостроенный жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Принять по делу в данной части новое решение об отказе в удовлетворении указанных встречных исковых требований.

В остальной части решение Керченского городского суда Республики Крым от 24 июля 2020 года (в части отказа в удовлетворении иска ФИО4 и в части удовлетворения встречных исковых требований ФИО5 о признании сделки несостоявшейся) оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционную жалобу лица, не привлечённого к участию в деле, – ФИО8 на решение Керченского городского суда Республики Крым от 24 июля 2020 года оставить без рассмотрения по существу.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путём подачи в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции кассационной жалобы в срок, не превышающий трёх месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено и подписано 25 ноября 2021 года.

Председательствующий

Судьи