Гражданский кодекс часть 1

по апелляционной жалобе ФИО2, подписанной его представителем по доверенности ФИО3, на решение Ленинского районного суда г. Омска от 30 октября 2019 года.

Заслушав доклад судьи Щукина А. Г. судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд к ФИО2 с иском о взыскании долга по договору займа в размере 3 000 000 рублей. В обоснование заявленных требований указал, что 29 декабря 2014 года ФИО2 занял у него под проценты 3 000 000 рублей на срок до 29 января 2015 года. В указанную дату ФИО2 не возвратил долг, так как у него отсутствовали денежные средства, в связи с чем, они пришли к соглашению, по которому ответчик обязался выплачивать проценты за пользование займом в размере 18 процентов в год. Также было определено, что денежные средства подлежат возврату по первому требованию кредитора. Тридцатого апреля 2019 года был составлен и подписан акт сверки расчётов за период с 29 декабря 2014 года по 29 декабря 2018 года, согласно которому долг ответчика составляет 4 014 000 рублей, из которых основной долг 3 000 000 рублей и проценты 1 014 000 рублей, исходя из ставки 18 процентов в год. Подписывая акт сверки расчётов, должник признал долг и факт передачи денежных средств для погашения процентов. Требование о возврате денежных средств, оставлено ответчиком без удовлетворения.

Истец ФИО1 в судебном заседании участия не принимал. Его представитель по доверенности ФИО4, в судебном заседании исковые требования поддержал. Указал, что срок исковой давности не пропущен, поскольку между истцом и ответчиком 30 апреля 2019 года ФИО1 и ФИО2 подписан акт сверки, согласно которому ответчик признал, что долг составляет 3 000 000 рублей, а также что оплачивал проценты за пользование займом из расчета 18 процентов годовых и что его задолженность по договору займа составляет 4 014 000 рублей.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал в полном объёме. Пояснил, что он действительно получил по расписке от 29 декабря 2014 года от ФИО1 денежные средства в размере 40 000 долларов США и сразу после получения передал их И.И.Н., который являлся знакомым ФИО1 Впоследствии И.И.Н. возвращал денежные средства истцу. Когда ФИО1 принёс акт сверки от 30 апреля 2019 года, он позвонил И.И.Н. и тот сказал подписать акт. В содержание акта он не вникал, поскольку И.И.Н. подтвердил сумму долга. До указанной даты истец не предъявлял к нему никаких претензий.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, указал, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с исковыми требованиями.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании участия не принимала.

Решением Ленинского районного суда Омской области от 30 октября 2019 года с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскан долг по договору займа от 29 декабря 2014 года в размере 3 000 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 23 200 рублей, всего 3 023 200 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО2, подписанной его представителем по доверенности ФИО3, выражается несогласие с решением суда ввиду его незаконности и необоснованности. Указывается, что судом сделан неверный вывод о достигнутом между сторонами соглашении о сумме процентов за пользование займом. В расписке от 29 декабря 2014 года данное условие оговорено не было. Акт сверки был подписан только 30 апреля 2019 года и не может являться допустимым доказательствам установления процентов. Судом не учтено, что истцу в счёт долга было возвращено 1 146 000 рублей. Также судом не принято во внимание, что денежные средства по расписке от 29 декабря 2014 года были переданы не ответчику, а И.И.Н., который возвращал их непосредственно истцу. Однако суд отказал в привлечении к участию в деле третьего лица, сославшись на то, что ответчиком не представлено письменных доказательств, свидетельствующих о возникновении обязательств на стороне указанного третьего лица. Отмечается, что именно то, что денежные средства по расписке возвращал И.И.Н. объясняет столь длительный период не обращения истца к ответчику с исковыми требованиями. Указание в акте сверки от 30 апреля 2019 года даты и суммы возврата в отсутствие письменных доказательств возврата суммы долга, не свидетельствует о доказанности обстоятельства возврата, тем более, что ответчик в судебном заседании отрицал факт возврата истцу денежных средств. Также указывается, что акт сверки не может служить основанием для прерывания срока исковой давности, поскольку подписан сторонами только в апреле 2019 года за пределами общего срока исковой давности. Обращается внимание на невозможность применения пункта 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку указанная норма введена Федеральным законом от 08 марта 2015 года, указанный Федеральный закон вступил в законную силу 01 июня 2015 года в то время как рассматриваемые правоотношения возникли до вступления в силу данного Федерального закона. По расписке от 29 декабря 2014 года срок возврата наступил 29 января 2015 года, то есть срок для обращения истца с исковым заявлением о взыскании задолженности с ответчика начал течь с 30 января 2015 года.

Дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие истца ФИО1, надлежащим образом извещённого о времени и месте судебного заседания.

Проверив материалы дела в соответствии с требованиями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя истца ФИО4, выступающего на основании доверенности, возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда не находит предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения обжалуемого решения.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 29 декабря 2014 года между сторонами заключён договор займа на сумму 40 000 долларов США со сроком возврата в течение одного месяца, т.е. до 29 января 2015 года.

В подтверждение заключения договора и получения денежных средств ответчиком составлена расписка (л.д. <...>).

Также в обоснование исковых требований истцом представлен акт сверки взаимных расчётов за период с 29 декабря 2014 года по 29 декабря 2018 года между ФИО1 и ФИО2 по расписке займа денежных средств от 29 декабря 2014 года (л.д. <...>).

Согласно данному акту ФИО6 получил 29 декабря 2014 года от ФИО1 3 000 000 рублей. За период с 29 декабря 2014 года по 28 декабря 2018 года ФИО2 возвратил ФИО1 проценты из расчёта 18 процентов годовых в размере 1 146 000 рублей. По состоянию на 29 декабря 2018 года размер долга ФИО2 перед ФИО1 составляет 4 014 000 рублей, из которых 3 000 000 рублей – основной долг, 1 014 000 рублей – проценты за пользование займом.

Факты заключения названного договора займа, подписания ответчиком акта сверки взаимных расчётов и невозврата займа ФИО2 судом установлены и сторонами не оспаривались.

Разрешая спор и удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что между сторонами заключён договор процентного займа, обязательства по которому стороной ответчика в полном объёме не исполнены. Определяя размер задолженности по договору, суд исходил из подписанного сторонами акт сверки взаимных расчётов. Отклоняя доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, суд сослался на положения пункта 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия признаёт указанные выводы верными, соответствующими установленным по делу фактическим обстоятельствам, представленным в дело доказательствам и применённым нормам права.

Согласно статье 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключён в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заёмщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы.

В силу положений статьи 408 названного кодекса при исполнении должником обязательств кредитор обязан возвратить ему долговой документ, а при невозможности возврата долгового документа выдать расписку, которая может быть заменена надписью на долговом документе.

По смыслу указанной нормы, наличие у кредитора долгового документа при отсутствии доказательств его исполнения удостоверяет наличие обязательства должника.

Подписанные ответчиком расписка и акт сверки взаимных расчётов, подлинники которых находятся у ФИО1, являются такими долговыми документами.

Доводы апелляционной жалобы о том, что между сторонами не было достигнуто соглашение об уплате процентов по договору займа и их размере, судебной коллегией отклоняются как не соответствующие фактическим обстоятельствам.

В силу пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушение предписанной законом формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки на показания свидетелей, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Исходя из изложенного, условия договора займа могут подтверждаться различными доказательствами, кроме свидетельских показаний.

Ответчик не отрицал свою подпись на расписке и акте сверки взаимных расчётов.

По смыслу абзаца второго статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

При толковании содержания акта сверки взаимных расчётов суд апелляционной инстанции рассматривает его в совокупности с представленной долговой распиской.

Буквальное содержание акта сверки взаимных расчётов свидетельствует о том, что между сторонами было достигнуто соглашение об уплате 18 процентов годовых за пользование займом, размер которого в валюте Российской Федерации определён в 3 000 000 рублей.

Право сторон определить курс валюты договора своим соглашением предусмотрено пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определённой сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, «специальных правах заимствования» и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

В этой связи суд правомерно исходил из того, что заключая договор займа на 40 000 долларов США, стороны своим соглашением определили его размер в валюте Российской Федерации в 3 000 000 рублей.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, заключив договор займа, и производя сверку взаимных расчётов, ФИО2, действуя добросовестно и разумно, обязан был ознакомиться с содержанием акта сверки. Поэтому подписание ответчиком акта сверки взаимных расчётов за период с 29 декабря 2014 года по 29 декабря 2018 года по расписке займа денежных средств от 29 декабря 2014 года предполагает его согласие с условиями этого договора и гарантирует другой стороне по договору – ФИО1 его действительность и исполнимость.

Доводы апелляционной жалобы о том, что выплаченные ответчиком по договору займа денежные средства подлежат зачёту в счёт исполнения основного обязательства, не могут повлиять на законность принятого решения.

Согласно положениям статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма произведённого платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

Из содержания акта сверки следует, что уплачиваемых ответчиком сумм было недостаточно для исполнения обязательства полностью. Доказательств заключения соглашения о первоочередном погашении основного долга, стороной ответчика не представлено. На такие обстоятельства он не ссылался.

В этой связи внесённые суммы правомерно отнесены на погашение процентов за пользование займом.

Доводы ответчика о передаче взятых в долг денежных средств третьему лицу не могут быть приняты во внимание.

Получив в долг денежные средства и став их собственником, ответчик был вправе распорядиться ими по собственному усмотрению, в том числе передать третьему лицу.

При этом, по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создаёт прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нём в качестве сторон (для третьих лиц).

Доказательств того, что И.И.Н. является стороной договора займа, ответчиком в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

В этой связи суд правомерно отказал в привлечении И.И.Н. к участию в деле в качестве третьего лица.

Ссылки автора апелляционной жалобы на пропуск ФИО1 срока исковой давности судебной коллегией отклоняются, поскольку основаны на неправильном толковании норм процессуального права.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьёй 200 данного Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, приведённым в абзаце втором пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43), к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчётов, подписанный уполномоченным лицом.

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43 перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения новой редакции пункта 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации о возможном течении срока исковой давности заново после признания должником в письменной форме суммы долга, введены Федеральным законом от 08 марта 2015 года № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Закон № 42-ФЗ), вступившим в действие с 01 июня 2015 года, и с учётом пункта 2 статьи 2 указанного закона применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу данного Федерального закона, если иное не предусмотрено данной статьёй; по правоотношениям, возникшим до дня его вступления в силу, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции названного закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу Закона № 42-ФЗ, если иное не предусмотрено названной статьёй.

Согласно пункту 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» положения Гражданского кодекса Российской Федерации в изменённой Законом № 42-ФЗ редакции не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключённых до дня вступления его в силу (до 1 июня 2015 года). При рассмотрении споров из названных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией Гражданского кодекса Российской Федерации с учётом сложившейся практики её применения (пункт 2 статьи 4, абзац второй пункта 4 статьи 421, пункт 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Названное разъяснение, основанное, прежде всего, на пункте 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, направлено на обеспечение стабильности договоров, заключённых до соответствующего изменения гражданского законодательства: в отсутствие дополнительных волеизъявлений сторон о применении к их отношениям нового регулирования они подчиняются ранее действовавшей редакции Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, применительно к регулированию исковой давности это не исключает ни возможности заключения сторонами новых соглашений, подчинённых уже новому регулированию, ни права стороны в соответствии с законом и договором в одностороннем порядке своим волеизъявлением изменить режим своей обязанности в пользу другой стороны.

Поэтому, если сторона письменно в одностороннем порядке или в соглашении с другой стороной, подтверждённом в двустороннем документе, признает свой возникший из заключённого до 01 июня 2015 года договора долг, исковая давность по которому не истекла на момент введения в действие Закона № 42-ФЗ, однако уже истекла к моменту такого признания долга, то к отношениям сторон подлежит применению пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24 сентября 2019 года по делу N 305-ЭС18-8747, А40-101877/2017.

Из материалов дела следует, что договор займа заключён 29 декабря 2014 года, право требования возврата долга возникло у ФИО1 30 января 2015 года.

Учитывая, что срок исковой давности по названному договору истекал 29 января 2018 года, а письменное признание долга состоялось 30 апреля 2019 года, то есть оба обстоятельства имели место уже после вступления в силу Закона № 42-ФЗ, довод апелляционной жалобы о том, что к рассматриваемым правоотношениям не подлежит применению пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации, основан на неверном толковании действующего законодательства. В такой ситуации должник, добровольно признавший долг письменно после введения в действие Закона № 42-ФЗ, не вправе недобросовестно ссылаться на то, что пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяется к такому признанию (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

При разрешении спора суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие правовое значение для его рассмотрения, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, не нарушил нормы материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Омска от 30 октября 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: